Читать онлайн Неукротимая Анжелика, автора - Голон Анн и Серж, Раздел - Глава 21 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Неукротимая Анжелика - Голон Анн и Серж бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.46 (Голосов: 226)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Неукротимая Анжелика - Голон Анн и Серж - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Неукротимая Анжелика - Голон Анн и Серж - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Голон Анн и Серж

Неукротимая Анжелика

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 21

Две ночи и день шторм терзал беглецов. Лишь на утро второго дня ярость волн утихла. Но барка не утонула, хотя от мачты и рулевого весла остались лишь обломки. Все пассажиры чудом остались целы. Ни один ребенок не был похищен волной из рук своей матери, ни одного матроса не смыло с верхней палубы, когда команда металась по ней, делая все, чтобы поддержать суденышко на плаву. Но теперь, промокшие и дрожащие, они не ведали, куда их занесло, и молили небо о помощи. Море было пустынным. Наконец к вечеру галера с Мальты заметила их и подобрала.
Анжелика оперлась на мраморный балкон. Красные блики заходящего солнца проникали в комнату и отражались на черных и белых плитах пола. Около нее стояла корзинка спелого винограда, присланного шевалье де Рошбрюном. Этот любезный вельможа сохранял на Мальте те же куртуазные манеры, коими был известен еще в Версале. Как глава французского ответвления Мальтийского ордена, он был счастлив предложить госпоже дю Плесси-Белльер пристанище в своей Гостинице. Подобное скромное название применяли к восьми роскошным дворцам, которые каждое из ответвлений (иначе — «языков») построило для своих соплеменников. Их число символизировало число ветвей креста, эмблемы рыцарей.
Ответвления Прованса, Оверни, Франции, Италии, Арагона, Кастилии, Германии и Англии были основаны еще до того, как в этой последней восторжествовала Реформация. И посему теперь в английской Гостинице устроили склад.
Анжелика оторвала ягоду муската и мечтательно положила в рот. Она была рада, что попала на Мальту. После чувственности Востока здешний дух закованного в сталь приличия, подобающий оплоту христианства, успокаивал ее. Суровость и пышность парадоксально сочетались в обиходе христианских монахов.
Во французской Гостинице, обширном и благоустроенном караван-сарае, украшенном резьбой и скульптурами, с лоджиями и венецианскими зеркалами в прихожих, она вновь обрела удобства французских столичных жилищ. Там были гобелены на стенах, ложе с колоннами и парчовым балдахином, а в смежной с альковом комнате — купальня, достойная версальского дворца. Эти покои на верхних этажах предназначались высокопоставленным гостям. Но внизу кельи с непритязательными деревянными кроватями давали приют простым рыцарям, капелланам и братьям-служителям. Иногда, проходя там, Анжелика заставала французов, вчетвером хлебавших из одной деревянной миски монастырскую похлебку.
Вступая в Мальтийский орден, младшие сыновья знатных семейств отнюдь не даром давали тройной обет послушания, личной бедности и безбрачия. В нескончаемых войнах с неверными они находили удовлетворение своим воинственным наклонностям и религиозной истовости, усугубленной гордостью, право на которую давала принадлежность к знаменитому ордену, неустрашимому и внушающему страх. Прочные основы богатства ордена позволяли им заботиться только о делах воинских. Их флот был одним из славнейших в Европе. Мальтийские галеры, всегда готовые встретить врага и дать сражение, бороздили Средиземное море в непрестанном крестовом походе против исламских коммерсантов, грабя их так же, как пираты грабили христианские суда.
Измученная своими последними приключениями Анжелика стала очень чувствительна к изысканной строгости нравов, свойственных Мальте. Нерушимый порядок царил здесь, так что, если после опасных экспедиций и пьянящих побед рыцарям и случалось увлечься чарами прекрасной томной рабыни, на острове — бастионе религиозного воздержания — соблюдалось сугубое добронравие.
Здесь не было женщин, кроме запеленутых в черные покрывала мальтийских крестьянок и рабынь, не имеющих обменной ценности. Немногие приглашенные дамы сопровождали своих любовников или, что реже, мужей во время военных кампаний английского, испанского или французского флота.
То, что случилось с Анжеликой, было почти что исключением. Вельможная дама, достойная предупредительности, подобающей ее рангу, хотя и подобранная вместе с горсткой беглецов, она тотчас поняла, что должна звонкой монетой отблагодарить орден за его услуги.
С французским экономом орденской казны она условилась, что напишет своему интенданту мэтру Молину и попросит его вручить приору парижского собора ордена крупную сумму. Но она была возмущена, когда, заинтересовавшись, что стало с «ее» греками, обнаружила их среди рабов в одном из портовых складов. Бедные санторинские рыбаки были сосчитаны по головам и предназначены для новой продажи, как добыча, отнятая у неверных. Анжелика увидела своих недавних спутников в большом зале, где на соломенных подстилках мужчины, женщины и дети всех цветов с безнадежной покорностью в глазах ждали решения своей участи. То же она видела на набережных Кандии или в трюме на корабле д'Эскренвиля. Здесь в числе прочих были Савари, Вассос Миколес и его дядья с женами и ребятишками, присоединившимися к экспедиции, и несколько беглых рабов, которых они взяли на борт. Они скучились в одном углу и терпеливо ели оливки.
Анжелика не скрыла от сопровождавшего ее эконома орденской казны господина де Сармона, что она думает о бесчеловечности тех, кто именует себя воинами Христовыми. Монах был весьма шокирован.
— Что вы хотите сказать, мадам?
— Что вы — такие же презренные работорговцы, как и все прочие.
— Сильно сказано!
— А это что? — и она показала на греков, турок, болгар, мавров, негров и русских, которые слонялись под резными аркадами обширного склада. — Вы думаете, что жребий этих несчастных отличается от плена в Кандии или Алжире? Сколько бы вы ни ссылались на величие вашей миссии, это пиратство!
Лицо эконома стало жестким:
— Вы ошибаетесь, сударыня, — сухо ответил он. — Мы никого не уводим в рабство.
— Не вижу различий.
— Я хочу сказать, что мы не разоряем берегов Италии, Триполитании и даже Испании или Прованса, чтобы загрузить трюмы живым товаром, как делают пираты. Мы захватываем рабов только на вражеских судах, с которыми сражаемся. Мавров, турок и негров мы используем для наших гребных команд, но одновременно освобождаем тысячи рабов-христиан, которые в противном случае были бы обречены до самой смерти гнуть спину в рабстве у неверных. Знаете ли вы, что в Тунисе, Марокко и Алжире более пятидесяти тысяч пленных, а сколько их в Турции, даже нам неизвестно…
— Я слышала, что ваш орден в Кандии, Ливорно, на Кипре и Мальте располагает тридцатью пятью тысячами рабов, если не больше!
— Вполне возможно, но мы же не заставляем их работать на нас и не используем для удовлетворения собственных греховных причуд. Они нужны нам для обмена и для извлечения средств, необходимых для поддержания нашего флота. Разве вам не известно, что в Средиземноморье рабы представляют собой единственную твердую валюту? Чтобы освободить одного христианина, приходится отдать трех-четырех мусульман.
— Но ведь эти бедные греки — христиане-ортодоксы, к тому же их подобрали после кораблекрушения. Почему вы их держите с рабами?
— А что нам с ними делать? Мы их накормили, одели, приютили. Неужели мы должны снаряжать экспедицию, чтобы перевезти их на один из греческих островов под турецким правлением?.. Если бы нашим галерам приходилось из милосердия развозить по домам всех беглых рабов Средиземноморья, не хватило бы мальтийского флота. А кто оплатит содержание кораблей и экипажа?
Анжелике пришлось признать основательность этих доводов. Она попросила, чтобы Савари, ее врач, был достойно размещен в Гостинице, и предложила оплатить выкуп и переезд его семейства, которое возьмет на борт один из мальтийских кораблей, крейсирующих у турецкого побережья.
Она принялась ждать. Требовалось некоторое время, чтобы привести в порядок свои финансовые дела. Не обошлось и без тайных волнений. Что если письмо перехватят? А вдруг разъяренный король наложил арест на ее имущество?
В любом случае она не горела нетерпением покинуть Мальту. Последний бастион крестоносцев служил ей надежным убежищем. Вокруг простиралась Ла-Валлетта с домами из покрытого патиной мрамора, изъеденного морской солью. Их стены золотились в оправе лазурной глади и тверди небесной. Здесь кучей сгрудились колокольни, купола, вгрызшиеся в скалы замки и укрепления с торчащими из них пушечными стволами. Город спускался до великолепного порта, защищенного цепочкой островов, ощетинившихся фортами. Они походили на щупальца гигантского спрута.
«Город, построенный дворянами для дворян», — так сказал некогда сеньор де Ла Валлетт, один из великих магистров ордена, предпринявших строительство этого города в XVI веке, когда последние рыцари, изгнанные с Родоса турками, укрылись с оставшимися галерами на этой скале, затерянной между Сицилией и Тунисом. С помощью мальтийцев, весьма предприимчивых людей с бунтарским темпераментом, они превратили этот островок в неприступную крепость.
Напрасно пять лет назад константинопольский султан пытался захватить остров. Он был вынужден отступить с изрядно поредевшим флотом. Своей неудачей он был обязан не только крепостным пушкам и галерам ордена, но и конгрегации ныряльщиков. Эта необычная фаланга людей-рыб с легкими, привычными к долгому пребыванию под водой, подплывала по ночам к кораблям оттоманской эскадры и устраивала пожары и взрывы.
Да, здесь Анжелика могла себя чувствовать в безопасности. Граф де Рошбрюн сообщил ей, что Мальту защищают два отряда по семьсот человек, мальтийцев и наемников, четыреста боевых судов, триста галер, сто канониров, тысяча двести матросов, при надобности также могущих быть канонирами, столько же стрелков стражи и еще триста стражников-новобранцев.
Для Мальтийского ордена война стала повседневным делом с тех пор, как госпитальеры, странноприимные братья ордена святого Иоанна Иерусалимского, начали нести дозоры на дорогах Палестины, приходя на помощь попавшим в беду христианам. Орден целителей, созданный для служения паломникам из Святой земли, быстро сменил тазики для омывания ног на кольчуги и тяжелые мечи. К трем их обетам присоединился четвертый: защищать Гроб Господень и Тело Христово до последней капли крови и сражаться с неверными везде, где их встретят.
Сегодня братство монахов-воинов, изгнанных из Иерусалима, с Кипра и Родоса и обосновавшихся на Мальте, волею судеб превратилось в суверенное воинственное государство, борющееся против сынов Пророка. Может быть, те галеры, что в этот вечер возвращались в порт, неся на мачтах развевающиеся красные штандарты с белым крестом, за несколько часов до того брали на абордаж судно какого-нибудь берберийского пирата. Они везли пленных мавров, которым предстоит плавать на галерах тех христиан, что ранее были освобождены орденом и вскоре, оговорив плату за свои услуги Мальте, вернутся домой, к семьям. Одна из таких военных галер подобрала пассажиров разбитой барки, среди которых была Анжелика. Когда суденышко, потерявшее мачты, было замечено, бедные жертвы кораблекрушения подняли на борт, закутали в одеяла, накормили, обогрели, дали по стаканчику вина. Чуть позже, когда силы вернулись к ней, Анжелика предстала перед капитаном. То был пятидесятилетний немецкий рыцарь, барон Вольф фон Нессельхуд, огромный светловолосый германец, с поседевшими висками, оттенявшими загорелый лоб, пересеченный тремя бледными складками. Берберийцы опасались его и считали злейшим из врагов. Поговаривали, что Меццо-Морте, адмирал Алжира, поклялся, что поймает германца и разорвет его четырьмя галерами. Помощник Нессельхуда шевалье де Рогье, тридцатилетний француз с приятным открытым лицом, пришел в восторг, увидев спасенную из пучины соотечественницу.
Перечислив свои титулы, Анжелика поведала им о злоключениях, выпавших на ее долю. Потом, уже став гостьей маркиза де Рошбрюна, своего версальского знакомца, она узнала, что ее разыскивал герцог де Вивонн. Французская эскадра две недели стояла в Ла-Валлетте.
Известие о том, что «Ла-Рояль» потерпела кораблекрушение, повергло де Вивонна в ужас. Как королевский адмирал он был глубоко задет. А как влюбленный — он давно перестал сомневаться в том, что влюблен, — не мог утешиться, зная, что Анжелика мертва или в плену. «После сына, — думал герцог с горечью, — пришел черед матери». Он обвинял себя в том, что принес несчастье этому семейству, ведь беда настигла сына и мать при почти одинаковых обстоятельствах. Об этом говорили дурные предзнаменования, и если бы он им внял… Адмирал почти бредил, и никто не понимал его, пока он не получил послание от господина де Миллерана, пленника барона Паоло де Висконти. Тот просил быстро переслать на Корсику тысячу пиастров генуэзскому пирату за его возвращение. Он подтверждал гибель корабля, но упоминал, что маркиза дю Плесси жива и здравствует. Отважная путешественница избегла рук похитителей и, вероятно, плывет в Кандию на суденышке некоего коммерсанта из Прованса.
Осчастливленный герцог де Вивонн позабыл обо всех горестях. Переоснастив свои галеры в порту Ла-Валлетты, он отплыл в Кандию, надеясь встретить там прекрасную маркизу как раз в то время, когда она запахивала поверх своего платья, испорченного морской водой, черный плащ Рескатора.
Какая забавная игра судьбы! На губах Анжелики появилась печальная улыбка. Де Вивонн, каторжники, призрачное появление галерника Никола и его смерть, — все отошло куда-то вдаль. Неужто она вправду пережила все это? Жизнь текла слишком быстро. Ее плоть еще хранила следы более свежих и ужасных воспоминаний. Через неделю после ее появления на Мальте она случайно встретила во время прогулки дона Хозе де Альмада, только что приплывшего сюда вместе со своим собратом, байи де ла Маршем.
Дважды потерпевшая кораблекрушение и трижды беглянка Анжелика не могла не покраснеть, столкнувшись с человеком, видевшим ее выставленной на невольничьем рынке. Но пресыщенный комиссар ордена уже давно преодолел в себе излишнюю застенчивость. Они заговорили друг с другом, равно обрадованные встречей, словно старые друзья, которым есть что рассказать друг другу.
Суровый испанец несколько помягчел. Он был искренне рад видеть ее вновь живой, невредимой и вырвавшейся из плена.
— Надеюсь, сударыня, вы не слишком на нас в обиде за то, что мы уступили сумасшедшим претензиям перекупщиков. Никогда, право же, ни разу торги не доходили до таких высоких цифр… Это безумие. Я зашел так далеко, как только возможно.
Анжелика ответила, что осознает, какие усилия они предприняли для ее спасения, и теперь, уже освободившись, никогда не забудет их рвения.
— Да хранит вас Господь от того, чтобы снова попасть в руки Рескатора! — вздохнул байи де ла Марш. — Он обязан вам, без сомнения, самым жгучим поражением в своей жизни. Позволить ускользнуть в первую же ночь после покупки, — хотя бы и из-за пожара, — рабыне, за которую заплачено тридцать пять тысяч пиастров!.. Вы, сударыня, сыграли с ним славную шутку. Но берегитесь!
Потом он описал ей все, что произошло в Кандии за эту ночь, сравнимую с Дантовой картиной Ада.
Пожар перекинулся на старые деревянные дома турецкого квартала, запылавшие как факелы. В порту множество кораблей сгорело или было сильно повреждено. Маркиз д'Эскренвиль упал замертво, пораженный своего рода безумием, когда увидел, как «Гермес» тонет в облаках дыма и пара… А вот Рескатор, напротив, спас свой корабль. Благодаря таинственным ухищрениям ему удалось погасить пламя.
Савари с этого дня проводил все свое время то в овернской, то в кастильской Гостинице, пытаясь выведать у рыцарей, свидетелей пожара, мельчайшие подробности этого дела: как, чем и за сколько времени Рескатор укротил пламя. Дон Хозе ничего не ведал об этом. Байи слышал разговоры о какой-то арабской жидкости, которая, соприкасаясь с огнем, превращалась в газ. Всем известно, что арабы весьма сведущи в науке, именуемой химией. Спасая собственный корабль, пират, торговец серебром, помог погасить пожар в городе. Но повреждений от этого убавилось ненамного, и огонь распространялся с быстротой молнии.
— Хе-хе! Не сомневаюсь, — посмеивался Савари, и в его глазах за очками бегали искорки… — Греческий огонь!..
В конце концов его веселость пробудила в собеседниках некоторые подозрения:
— Не один ли вы из тех негодяев, что виновны в страшном бедствии? Мы потеряли там одну из галер.
Савари благоразумно ретировался.
В конце концов он поведал Анжелике о раздирающих его противоречивых желаниях. Какой путь избрать? Возвратиться ли в Париж и выпустить диссертацию о свойствах мумие, чтобы потом передать ее в Академию наук? Или пуститься на поиски Рескатора, чтобы вытянуть у него секрет таинственной субстанции, укрощающей огонь? Или предпринять новое путешествие с весьма сомнительным исходом, чтобы запастись новой порцией мумие в персидских землях? По правде говоря, Савари походил на неприкаянную душу с тех пор, как ему уже не нужно было перевозить и охранять драгоценную флягу.
А она сама, госпожа дю Плесси-Белльер, куда она направится теперь? Она не знала… Тайный, искусительный голос нашептывал: «Довольно! Возвратись в родовое гнездо. Вымоли снисхождение короля. А потом…»
Но такое будущее не прельщало ее. Несмотря ни на что, глаза Анжелики вновь обращались к морю, где таилась ее последняя надежда.
Солнце исчезало за горизонтом. На золотистом зыбком покрывале водной глади покачивались галеры, похожие на больших ночных птиц со сложенными крыльями своих двадцати четырех весел. Мавританские и турецкие суда уходили на верфи, где их приковывали на ночь цепями, а ныряльщики, натерев тела маслом, опускались в воду, чтобы проверить надежность цепей, перегораживающих вход в порт.
Колокола многочисленных церквей звонили к вечерне. Церквей здесь было более сотни, всех размеров и родов; население, пылающее религиозным рвением, возводило их по воскресным дням, считая это богоугодным делом. Когда трижды в день все колокола начинали звонить, это походило на раскаты грома. Остров превращался в громогласное чудовище, ревущее во славу Богородицы под хлопанье крыльев встревоженных птичьих стай.
Анжелика захлопнула ставни, поспешила отойти от окна. Сейчас и в двух шагах нельзя было бы расслышать собеседника. Она присела на край кровати, чтобы переждать этот грохот. На столбике балдахина висел плащ Рескатора… Платье с перламутром она не сохранила, морская вода совсем испортила его. Но Анжелике не хотелось расставаться с одеянием из бархата, которое однажды вечером в Кандии пират набросил ей на плечи. Может, это — своего рода трофей? Вдруг Анжелика упала на постель, зарывшись лицом в складки черного плаща.
Даже штормовой ветер, трепавший их столько часов, не выветрил запах, которым была пропитана ткань. Ей стоило лишь вдохнуть его, чтобы вспомнить тот царственный силуэт. Она вновь слышала низкий глухой голос, вновь переживала странный час праздника в Кандии, среди призрачных клубов ладана и табака, испарений горячего черного кофе и пения маленьких трехструнных арф.
А из прорезей кожаной маски за ней наблюдали горящие глаза…
Она застонала, прижимая к себе измятую ткань. Охваченная тоской, она металась, словно хотела, но не могла убежать от этого взгляда, такого загадочного и притягательного.
Колокола затихли, их удары делались все реже. Но главный колокол еще отвечал на перезвон своих младших собратьев. И тут, наконец, Анжелика услышала стук в дверь.
— Войдите! — крикнула она.
На пороге появился паж в черной сутане.
— Сударыня, прошу прощения, что нарушил ваш покой! — он надрывался, пытаясь перекричать последние удары колоколов. — Там внизу вас спрашивает какой-то араб! Он говорит, что его зовут Мохаммед Раки и что он явился с известием от вашего мужа…




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Неукротимая Анжелика - Голон Анн и Серж



Очень интересно
Неукротимая Анжелика - Голон Анн и СержИрина
28.12.2010, 12.46





классно
Неукротимая Анжелика - Голон Анн и Сержмари
29.06.2011, 13.20





Я уже не один раз читаю всю Анжелику. Это просто чудо что за роман!!!
Неукротимая Анжелика - Голон Анн и СержНаталья
31.07.2011, 14.35





Я обожаю все книги про Анюелику
Неукротимая Анжелика - Голон Анн и СержAlina
14.11.2011, 11.51





Для девочек очень полезная вещь в плане воспитания чувств. А сколько тонкой эротики! Я стала той, кто я есть, в том числе благодаря Анжелике))) Перечитаю пожалуй)rn www.ishtar.net.ru
Неукротимая Анжелика - Голон Анн и СержАнастасия Бочкарь
23.01.2012, 19.23





читала книги про анжелику очень давно очень хотела перечитать заново.ощущения прекрасные!
Неукротимая Анжелика - Голон Анн и Сержовечкина екатерина
27.02.2012, 13.59





Замечательная книга!
Неукротимая Анжелика - Голон Анн и СержЕвгения
9.12.2012, 10.56





Мне очень понравилась эта книга.
Неукротимая Анжелика - Голон Анн и СержАнастасия
19.07.2013, 18.06





перечитываю второй раз не могу оторваться просто класс
Неукротимая Анжелика - Голон Анн и Сержелена
3.10.2013, 13.47





уже в который раз начинаю перечитывать и не могу оторваться до конца серии! Да я прям живу там, в романе :-) Потрясающее произведение!
Неукротимая Анжелика - Голон Анн и СержВиктория
17.01.2014, 19.45





мне очень-очень нравится все книги и фильмы про Анжелику .А интересно в 21 веке есть такая красивая женщина
Неукротимая Анжелика - Голон Анн и СержЕкатур
22.04.2014, 11.00





А как же! Анжелика... Агурбаш! А чо, нет? Ну ладно!
Неукротимая Анжелика - Голон Анн и СержБомбер
22.04.2014, 12.17





Очень интерестно второй раз читаю но насчот мусыльман и их нравов слишком все приувиличенно
Неукротимая Анжелика - Голон Анн и СержАнжэла
26.06.2015, 19.20





Просто захватывающая, долгая, непредсказуемая полная приключений, интриг, настоящей любви... и примеров для современного человека история...
Неукротимая Анжелика - Голон Анн и СержСергей
26.01.2016, 0.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100