Читать онлайн Клуб Первых Жен, автора - Голдсмит Оливия, Раздел - 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Клуб Первых Жен - Голдсмит Оливия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.78 (Голосов: 18)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Клуб Первых Жен - Голдсмит Оливия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Клуб Первых Жен - Голдсмит Оливия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Голдсмит Оливия

Клуб Первых Жен

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

9
ИСКУССТВО ДЛЯ ИСКУССТВА

Морти топтался у лифта, наблюдая за приходом гостей. Открытие галереи, безусловно, важное событие, но картины на стенах вызывали у него недоумение. С его точки зрения, они были увеличенными копиями фотографий из порнографических журналов. Впрочем, что он понимает в современном искусстве? Он считал, что подобное барахло можно приобрети на Сорок второй улице, но все-таки Шелби работала консультантом в Музее современного искусства, так что ей, конечно, виднее. Лично он за эту муру не отдал бы ни цента и сомневался, что кто-то мог думать по-другому. Хотя публику это все, по-видимому, не шокировало.
Народу пока было немного. Мужчины в смокингах и женщины в вечерних туалетах прохаживались взад-вперед, на ходу дожевывая печеночный паштет. Что сегодня удалось, так это еда. Рубленая печенка была не хуже, чем та, которую готовила его мать, упокой, Господи, ее душу. Единственное, с чем он не мог смириться, это музыкальное оформление. Звуки свирели, или что там это было, просто сводили его с ума.
Билл Атчинсон нежно одной рукой обнимал Феб. Как всегда, она была одета во что-то сногсшибательное, и, как всегда, он не сводил с нее глаз. Она неповторима, у нее есть все – деньги, талант, родословная и сексапильность. Билл расправил плечи. Он знал, что взоры всех присутствующих устремлены сейчас на него и Феб, и кожей чувствовал исходящую от других зависть. «Неплохо для моих лет, – подумал он, – совсем неплохо».
Как всегда, он заволновался, вспомнив про возраст. Он не выглядел на свои пятьдесят семь. Он и на пятьдесят не выглядел, а чувствовал себя не старше тридцати. Человеку столько лет, на сколько он себя ощущает. Так говорила Феб, хотя в самые интимные моменты она называла его папочкой.
На минуту он оторвался от Феб и огляделся вокруг. Публика прибывала. Теперь они все будут свидетелями ее удивительного таланта, который он, Билл, распознал и выпестовал. Отныне она будет принадлежать человечеству.
Ему пришлось на какое-то время отвлечься от честолюбивых замыслов, потому что к ним подошли какие-то два парня. Один был типичный «гей», а вот второй… Почему Феб на него так смотрит? Жаль, что он еще не закончил с разводом и не мог жениться на Феб, чтобы окончательно привязать ее к себе. А впрочем, о чем он беспокоится? Она его любит, и он это знает. Она так уставилась на этого парня, потому что приняла кокаина, наверное, несколько больше, чем нужно. Но она так волновалась перед открытием. Он один ее понимает. У нее усталая душа. Он посмотрел на картины на стенах. Усталая душа, но как сексуальна.
Аарон Парадиз и Лесли Розен собирались в оперу, но по пути решили заглянуть на открытие галереи. Не то чтобы Аарон хотел угодить Морти, дорогому, но довольно неотесанному клиенту.
– Я хочу посмотреть, что рисует эта девушка, – призналась Лесли. – Судя по тому, что я о ней знаю, Феб нуждается в помощи, и думаю, я могла бы ей помочь. – Лесли была уверена, что живопись Феб может многое о ней рассказать и поможет ей лучше понять свою потенциальную пациентку. Выставка была тем местом, где Лесли и Аарон могли подцепить новых клиентов. А кроме того, на открытие пожалует Джил Гриффин. Никогда не мешает лишний раз пожать руку влиятельного человека.
Аарон немного опасался встретить на выставке Анни, но он старался убедить себя, что когда-то это должно случиться. Он к этому готов. И Лесли не раз повторяла, что они не должны позволять Анни разыгрывать из себя мученицу.
Лесли сегодня очень красива, подумал Аарон, когда они вышли из лифта и направились в зал. Она одевалась просто, но элегантно. Сегодня она зачесала волосы в пучок, открыв красивую, матовую шею. Черное платье облегало пышный бюст и фалдами ниспадало до земли. В платьях от Мак Федден, подумал Аарон, женщины выглядят как классические статуи. Лесли действительно была похожа на греческую богиню. Насколько она женственнее Анни.
– Я люблю тебя, – прошептал он.
– Ну и отлично, – сказала она, оглядывая зал, и вдруг в недоумении подняла бровь. Аарон проследил за ее взглядом.
– Бог мой, – только и сумел выдавить он, с изумлением взирая на огромные гениталии, изображенные на картине.
– Джону будет о чем писать.
Аарон не понял, относились ли ее слова к художествам на стенах или к самой Феб Ван Гельдер. Она стояла рядом с Биллом Атчинсоном, затянутая в какой-то совершенно прозрачный черный чулок.
– Как у вас это называется? – спросил Аарон Лесли.
– Эксгибиционизм.
Аарон рассмеялся, и они направились к экстравагантной паре. Пора заняться делом.
Лэрри Кохран вышел из лифта и сразу увидел Азу, стоящего у входа в зал.
– Аза, извини, я опоздал, – он похлопал друга по спине. Аза неуклюже приветствовал его – что-то среднее между рукопожатием и объятием. Аза был «голубым», а может, бисексуалом; Лэрри подозревал, что Аза сам не очень хорошо еще в этом разобрался. Лэрри иногда приходило в голову, что Аза может увлечься им тоже, но он гнал прочь эти мысли.
– Лэрри, рад тебя видеть. Я сам только что пришел. Как раз успел к шампанскому, – сказал Аза, останавливая пробегающего мимо официанта.
Лэрри медленно обвел взглядом комнату. Где можно спокойно поговорить?
– Ну как дела, Аза, что новенького? Аза слегка пожал плечами.
– Все по-старенькому. А у тебя?
Лэрри надеялся, что Аза что-нибудь ему расскажет, а он выберет подходящий момент и спросит о деньгах. Он хотел быстрее с этим покончить. Но Азу явно что-то тревожило. «Неужели он в таком же положении, что и я?» – со страхом подумал Лэрри. В этом не было бы ничего удивительного, поскольку бедность и отсутствие признания и было то, что сблизило их и на чем держалась их дружба. Не так легко оставаться друзьями с теми, кто неожиданно разбогател и добился успеха.
Всякий раз, когда они встречались, Лэрри задавал Азе один и тот же вопрос:
– Есть для меня информация о делах на рынке? – Как будто, если бы Аза и сообщил ему что-нибудь важное, он мог этим воспользоваться.
Аза улыбнулся и, как обычно, сказал:
– Ничего, что могло бы представлять интерес для нас с тобой.
Лэрри знал, что Аза очень щепетилен в вопросах профессиональной этики: никакой информации, никаких намеков. Но тут, к его удивлению, Аза добавил:
– Все делают деньги, кроме меня, а ведь я знаю больше, чем все они вместе взятые. Беда в том, что у меня проблемы с наличностью: судя по ситуации на рынке, проигравших, похоже, не будет.
У Лэрри сердце упало.
– Ты хочешь сказать, у тебя нет денег?
– Ни цента, – мрачно подтвердил Аза. – Живу по кредитной карточке.
– А я собирался сегодня попросить у тебя взаймы, – простонал Лэрри. – Будь оно все проклято. Я задолжал за квартиру семьсот сорок два доллара, и, если не заплачу, меня выставят оттуда в два счета. – Лэрри отхлебнул большой глоток шампанского.
– Да-а, все, что у меня есть, это пластиковые деньги. – Аза минуту помолчал, затем добавил: – Но если ты продержишься до конца октября, я смогу тебе помочь.
– Да в конце месяца я сам кое-что получу. Мне нужно сейчас. – Лэрри изо всех сил старался скрыть разочарованием. – А что произойдет в конце октября? Ты выиграешь в лотерею?
– Так, наметилось кое-что. – Аза поспешил сменить тему: – Я слышал, ты больше не фотографируешь, подался в писатели? Думал, ты теперь при деньгах.
– Увы, – вздохнул Лэрри.
Джил и Мэри вошли в галерею, и к ним тут же подлетела Шелби. Морти едва поспевал за ней.
– Вы оказали мне огромную честь, – пропела она, – мне та важно услышать ваше мнение.
Джил посмотрел на стены. Н-да! Лично у него подобные эксперименты вызывали отвращение, но он ничем не выдал своих чувств. В мире искусства он не был вожаком, и ему хватало ума это признать. Мэри выглядела несколько обескураженной. Придется ей кое-что объяснить.
– Избранные работы Феб у меня в отдельных залах. Только для самых дорогих гостей, – щебетала Шелби. – Позвольте вас проводить.
Джил вполне мог без этого обойтись. Это все Мэри – стремилась занять соответствующую ступеньку на социальной лестнице, настояла на переезде на Пятую авеню, из кожи вон лезла, чтобы войти в эти дурацкие благотворительные комитеты. Джила это все не волновало. Синтия тоже носилась со всякой светской ерундой, когда-то это ему помогло. Но не более того. Он выше этого, к тому же ему это просто скучно. Но если Мэри очень хочется, он не против. Хотя, конечно, он никогда не позволит ей повесить что-либо подобное в их доме. А сейчас почему бы, действительно, не сходить в комнаты для избранных, не толкаться же здесь в толпе. Взяв Мэри под руку, он проследовал за Шелби и этим омерзительным Кушманом. Неотесанный чурбан. В последнее время он начал зарываться. Джил сделал из него миллионера, но этот хорек продолжает что-то вынюхивать. Ничего, Джил скоро от него отделается.
Не один Джил в тот момент мечтал избавиться от Морти. Шелби готова была рвать на себе волосы. Почему так мало народа? Ей не нужно даже считать по головам, чтобы в этом убедиться, и так видно, что столпотворения нет. Где все завсегдатаи, Гунилла Голдберг, Хайма Мэлиссон? Почему они не пришли? Неужели из-за Морти? Может быть, мама была права – богат он или нет, он всего-навсего нью-йоркский еврей. А искусство – дело тонкое, особенно работы такого плана. Конечно, она запрашивает довольно дорого за произведения относительно неизвестного автора. Шелби вздохнула. Только бы Морти не раскрывал рта.
Рот раскрыл Джил, когда увидел полотна, предназначенные для показа узкому кругу посвященных. На всех были изображены половые акты в различных позах. Эти картины волновали, пробуждали эротические фантазии с некоторым оттенком садизма. Джил непроизвольно сжал руку Мэри.
– Интересно, – процедил он, взяв себя в руки.
– Да, очень, – откликнулась Мэри. Ее голос прозвучал неожиданно глухо.
Какую-нибудь из этих. Да, решил Джил, вот эту позу они попробуют сегодня в своей спальне. Не проронив больше ни слова, они медленно обошли оба зала, внимательно вглядываясь в извивающиеся фигуры на полотнах.
От внимания Шелби не ускользнула неестественная хриплость в голосе Мэри. Она многозначительно посмотрела на Морти. Он пожал плечами, но, слава Богу, ничего не сказал. Шелби продолжала наблюдать за важными гостями. Они, кажется, заинтересовались. Она почуяла первых покупателей. А если Джил и Мэри у нее что-нибудь купят, остальные выстроятся в очередь, чтобы не отстать от них.
Дуарто вошел в зал и не поверил глазам. Причиной его потрясения послужили, однако, не шедевры на стенах. Там, в центре зала, среди этой идиотской мазни, стоял человек, с которым он готов был провести всю оставшуюся жизнь. Никогда раньше он не испытывал такого сильного желания, а уж он-то был достаточно искушен в этих делах. Он пришел, как обычно, надеясь подыскать очередного клиента. Откровенно говоря, он охотился за Мэри Бирмингем Гриффин. До него дошли слухи, что Гриффины приобрели шикарные апартаменты в здании Джека Онассиса на Пятой авеню. Эти сведения ему сообщил надежный человек из агентства по продаже недвижимости Линды Штейн, одного из самых модных в Нью-Йорке. Дуарто очень хотел получить этот заказ, но еще больше он хотел мужчину, стоящего сейчас перед одним из ужасных, вызывающих творений Феб Ван Гельдер.
Он «голубой», это ясно, но свободен ли он? С ним был какой-то высокий смазливый молодчик, но Дуарто никогда не трогали красавцы типа Джимми Стюарта. Его привлекали маленькие, рыжеватые и веснушчатые мужчины. Кому дано разобраться в человеческих пристрастиях? Ему нравилась даже залысина на голове незнакомца.
Конечно, в наше время свидание с незнакомцем чревато всевозможными опасностями. Столько друзей Дуарто поумирало, что он уже перестал считать. Бросил после семнадцатых похорон. Он сам всегда был очень осмотрителен, и, надо сказать, ему везло. Он прожил с Ричардом одиннадцать лет, но, когда у Ричарда в крови обнаружили вирус, анализы Дуарто оказались отрицательными, и он был благодарен за это судьбе. Дуарто вспомнил, как Ричард поддерживал его в работе. Без Ричарда ему было очень тяжело, даже несмотря на помощь Бренды. И он был так одинок. Он не отрываясь смотрел на Азу Юэлла, и перед его мысленным взором проносились прекрасные видения увитых плющом коттеджей и маленьких, неуклюжих щенков.
– Значит, ты стал писателем? – спросил Аза.
– Ну, в общем кое-что написал. Меня посетило вдохновение. – «Да, – подумал Лэрри, – и имя моему вдохновению – Элиз Эллиот».
Милая Элиз. Я продал ее фотографию в журнал. Теперь мне придется распроститься с надеждой когда-нибудь увидеть ее опять. Я ее предал. Она никогда меня не простит. Когда она увидит фотографию в журнале, она решит, что я просто использовал ее.
Он постарался прогнать мрачные мысли. Аза тоже весь вечер хмурился, вдвоем они представляли, наверное, довольно жалкое зрелище.
– Вдохновение? Это же здорово, Лэрри. А почему такая вселенская печаль? У тебя проблемы не только с деньгами?
Лэрри был благодарен за приглашение поплакаться на чужом плече, но он боялся рассказывать о своих бедах. Господи, что подумает о нем Аза, когда узнает, что он натворил? И все-таки надо попробовать, иначе он сойдет с ума, если будет держать это в себе. Запинаясь, он поведал другу историю своей встречи с Элиз.
– Аза, я не верил своим глазам: Элиз Эллиот прямо на Мэдисон-авеню. Я несколько раз сфотографировал ее, пока она шла по улице. А потом она зашла в бар «Карлайла», и я просто автоматически пошел за ней. Там было полутемно, прохладно и почти пусто. Она сидела одна. – Отхлебнув из бокала, он добавил: – Я послал ей какое-то вино.
– А она? – спросил Аза.
– А она приняла. Я пересел к ней за столик, и мы разговорились. А потом занимались любовью. – Лэрри опустил голову.
Аза расхохотался.
– Ну и в чем проблема? Я не вижу проблемы.
– Проблема есть. Я тебе говорил, что я сейчас на мели? Аза со смущенным видом переступил с ноги на ногу и коротко кивнул.
– Ну вот, я продал одну из ее фотографий. Понимаешь, Аза, это же предательство. Я провел с женщиной самый прекрасный день в своей жизни, а потом поступил как самый последний негодяй.
Лэрри казалось, что он своим рассказом вызывает омерзение. Он заметил, как Аза вздрогнул при слове «предательство». Аза медленно поднял на него глаза.
– Ошибки бывают разные. Одни можно исправить, всего-навсего сказав «извините». За другие приходится долго расплачиваться. Лэрри, твой проступок – это совсем не так страшно. Напиши ей письмо, что ты сожалеешь, просишь ее простить тебя. Никаких объяснений, просто «прости».
– Она и видеть меня не захочет. Аза снисходительно улыбнулся:
– Ну и что ты теряешь? – Улыбка у него получилась какая-то жалкая.
Несмотря на собственные переживания, Лэрри не мог не услышать тоскливые нотки в голосе друга.
– У тебя все в порядке?
– У кого? – не понял Аза. – Мы, по-моему, о тебе говорим. Попроси у нее прощения.
– А если она меня не простит?
– Лэрри, ты ничего не теряешь. Попытка не пытка. Лэрри задумался над весьма разумным советом Азы. «Он прав, как всегда. Я ей напишу. Душе нужна исповедь», – подумал он, и ему сразу стало легче. Он внимательнее присмотрелся к Азе. Аза – настоящий друг. Но почему он сегодня такой печальный? Почему на нем новый костюм? Почему экономный Аза живет по кредитной карточке? Что вообще происходит?
– Аза, что с тобой? Что ты скрываешь? – Лэрри был уверен, что несчастный вид Азы вызван не только сочувствием его, Лэрри, проблемам. У Азы какой-то груз на сердце или на совести.
Лэрри наклонился к Азе и как можно мягче сказал:
– Мне ты можешь все рассказать. Не стесняйся. Аза отвернулся, избегая его взгляда.
– Я тоже совершил предательство. Очень большое. И в моем случае нельзя отделаться простым извинением.
– О чем ты говоришь? Что ты мог такого сделать? – Голос Лэрри упал почти до шепота.
Аза устало вздохнул.
– Я не хочу об этом сейчас говорить. Дождемся Дня всех святых. – Минуту они помолчали. – Извини, что не смог выручить тебя сегодня. Что ты будешь делать?
Лэрри помедлил с ответом, обдумывая ситуацию.
– Наверное, то же, что и все неудачники в Нью-Йорке: попрошу у своей матери. – Тут он заметил какого-то мужчину довольно экзотической наружности, который не сводил с них глаз, вернее, не с них, а с Азы. Обрадовавшись возможности сменить тему, он подтолкнул друга: – По-моему, тобой интересуются.
Проследив за направлением взгляда Лэрри, Аза встретился глазами с высоким, смуглым мужчиной, явно латиноамериканского происхождения. Аза отвел глаза. Он по-прежнему испытывал неловкость в таких ситуациях.
В двух шагах от себя он увидел Джила Гриффина. Он не должен подавать вида, что они знакомы. Джил просил его отложить публикацию до Дня всех святых, первого ноября, и он согласился. Теперь Аза жалел, что связался с Джилом. Но было уже поздно. Он уже истратил почти столько же, сколько должен был получить.
– Пошли посмотрим на картины, – предложил он, беря Лэрри под руку.
– А без этого нельзя обойтись? – простонал Лэрри.
Джон Розен, скорее всего, не разделял равнодушия Лэрри к изобразительному искусству. В конце концов, оно было его профессией. Как обычно прибыв с опозданием, он с первого взгляда оценил уровень выставленных работ. С претензией на скандал, но по сути вторично и в конечном итоге скучно и абсолютно неинтересно. А вот Феб Ван Гельдер, напротив, представляла несомненный интерес. Джон прекрасно знал, что Шелби Симингтон, эта барракуда из Атланты, не оставит его без внимания, поэтому он спокойно дождался, пока она заметит его, а дальше все шло, как он предполагал: Шелби налетела на него как ястреб и после традиционных излияний потащила знакомиться с Феб. Какие они разные, не мог не отметить Розен: Шелби – загорелая, цветущая блондинка, и Феб – бледная, худющая, с иссиня-черными волосами. Два абсолютно контрастных типа женщин.
– Феб, – протянула Шелби, – позволь представить тебе Джона Розена, того самого Джона Розена.
– Привет, тот самый Джон, – Феб смотрела прямо ему в лицо.
Зрачки ее глаз были неестественно расширены. Прозрачный шифон почти не скрывал ее хрупкое тело девочки-подростка. Она протянула ему руку. Ладонь была маленькая и очень горячая.
Джон еще не решил, как он поступит. Он сразу понял, что с Феб проблемы не будет, а он обожал одерживать победы над представительницами знатных семейств. «Мы так похожи с Лесли, – подумал он, – ей, как и мне, незнакомо чувство вины». Пока он не знал только, предпочтет ли он трахнуть Феб и затем написать разгромную статью о ее работах, или ему доставит больше удовольствия трахнуть ее, а затем уделать и читающую публику, расхвалив творения Феб до небес. Выбор был интересным, и он чувствовал приятное возбуждение. Шелби внимательно наблюдала за ними. Прежде чем она попыталась представить ему спутника Феб, Джон быстро сказал:
– Может быть, вы сами покажете мне работы?
Феб улыбнулась. Не обращая ни на кого внимания, они медленно пошли по залу.
Лэрри был потрясен увиденным. Дело было даже не в теме большинства представленных работ, а в ее убогом, безвкусном, безжизненном воплощении. «Что ею двигало? – недоумевал он. – Впечатление такое, что ее сжигала ненависть к самой себе. Или это какое-то политическое заявление?» Он внимательно присмотрелся к Феб Ван Гельдер. Она выглядела безразличной ко всему, неспособной ни на какие заявления. Богатая и знатная принцесса. Хотя он захватил с собой фотоаппарат, он понимал, что не сможет продать ни одну фотографию, если фоном будут служить картины Феб. Лэрри старался не думать о той красоте, которую он мог бы создать, имея ее возможности. Это было несправедливо и очень обидно.
Мать вышлет ему чек, он закончит сценарий и опять будет снимать этих кретинов, чтобы заработать себе на жизнь. Может быть, все-таки стоило пару раз щелкнуть Феб? Она стояла рядом с высоким, седовласым мужчиной. На нем был какой-то нелепый черный кожаный блейзер с золотыми пуговицами. Может, заснять их вместе? Придется изловчиться, чтобы генитальные шедевры Феб не попали в кадр. Как-никак, Феб сейчас была в центре внимания прессы, возможно, ему удастся что-нибудь за это получить. Лэрри уже обошел все четыре зала. Он сделал несколько снимков, но больших надежд на них не возлагал. Сильвия Майлз, она, конечно, довольно известна, но кто-то остроумно заметил, что она осчастливит своим появлением даже открытие конверта. Потом Кастелли, Харрис, еще несколько представителей мира искусства. Парочка типов с Бродвея. В общем, публика, не стоящая того, чтобы тратить на нее пленку. Видимо, все-таки придется позвонить матери. И пока подыскивать постоянную работу. И еще – надо обязательно извиниться перед Элиз. Ему это, правда, все равно не поможет. Ну ладно, хоть поел нормально.
– Это отец Феб? – спросил он Азу.
– Ты что? Это Билл Атчинсон, ее жених.
– Это Билл Атчинсон? – Лэрри не верил своим ушам. И этот тип бросил Элиз Эллиот ради такого ничтожества, как Феб? Лэрри даже затряс головой. Феб повисла теперь на Морти Кушмане, парне из телевизионной рекламы. Она выгнула спину, маленькие соски ее грудей просвечивали сквозь прозрачную блузку, чулком обтягивающую тело.
– Она же ненормальная, – сказал он Азе. – Я бы не стал с ней трахаться даже за деньги.
«Гей», положивший глаз на Азу, наконец, предпринял попытку к сближению, и Аза отошел с ним в сторону. Лэрри остался один у буфетной стойки, доедая салат из креветок.
Мрачно рассматривая какое-то полотно, он уже подумывал о том, что пора отправляться домой, как вдруг заметил хозяйку галереи, выходящую из дверей в частные залы. Интересно, что там? Весь вечер она водила туда наиболее значимых гостей. Может быть, там зал для самых важных персон? Лэрри решил попытать счастья.
С отсутствующим видом он направился к двери. Осторожно попробовал, дверь была не заперта. Он повернул ручку и прошмыгнул внутрь.
В комнате было почти темно. Картины, меньшего формата, чем в общих залах, освещались небольшими настенными лампами. Через несколько минут его глаза привыкли к темноте, и он смог по достоинству оценить вопиющую непристойность коллекции. А затем он увидел их.
Джон Розен стоял спиной к двери, опершись руками о стену. Он слегка наклонился вперед, и на какой-то момент Лэрри показалось, что его рвет. Но тут он заметил Феб Ван Гельдер, зажатую между Розеном и стеной. Она стояла на коленях, открыв рот, ее губы ярко-алым кольцом плотно охватывали член Розена.
«Интересно, согласились бы «Новости искусства» напечатать этот снимок?» – усмехнулся про себя Лэрри и тихо попятился из комнаты.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Клуб Первых Жен - Голдсмит Оливия

Разделы:
благодарностьКнига 112345678910111213Книга 21234567891011121314151617181920Книга 312345678910111213Эпилог

Ваши комментарии
к роману Клуб Первых Жен - Голдсмит Оливия



великолепная книга.перечитывала несколько раз.фильм совсем не то.
Клуб Первых Жен - Голдсмит Оливияелена слыш
13.12.2010, 22.09





Книга мне очень понравилась, а фильм, согласна, не то. Жаль,что так мало читающих ее:)
Клуб Первых Жен - Голдсмит ОливияИрина
31.05.2013, 19.49





Друзья, читайте эту книгу! Роман великолепный, а фильм и мне не понравился.
Клуб Первых Жен - Голдсмит ОливияДуся
7.08.2013, 21.55





Очень интересно
Клуб Первых Жен - Голдсмит ОливияТаня
12.06.2015, 14.43








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100