Читать онлайн Девочки мадам Клео, автора - Гольдберг Люсьен, Раздел - 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Девочки мадам Клео - Гольдберг Люсьен бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.88 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Девочки мадам Клео - Гольдберг Люсьен - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Девочки мадам Клео - Гольдберг Люсьен - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гольдберг Люсьен

Девочки мадам Клео

Читать онлайн


Предыдущая страница

14

Фидл получила свой саквояж у консьержки в отеле «Георг V». Ей так не терпелось увидеть Питера, что она даже забыла зарегистрироваться. Она взглянула на часы: почти полночь. Сейчас Питер должен уже быть с Сандриной и уже осознавал, как далеко пошла Фидл, заботясь о том, чтобы проект осуществился.
Видимо, сама идея свести его с Сандриной была весьма гнусной, но что поделать – отчаянные времена требуют отчаянных средств. И если Питер не захочет поддержать этот план, это может сказаться на них обоих. Конечно, если бы она не была влюблена в Питера, то не нервничала бы так, что втравила его в это дело.
Фидл знала, что остаток ночи будет мучить себя, воображая, как обнимаются Питер и Сандрина. До утра она не сможет узнать, сработал ли ее план, и до тех пор демоны будут одолевать ее.
Раньше, в Нью-Йорке, ее поразила готовность Сандрины вступить с ней в благородный заговор с целью помочь Питеру выйти из игры. Но по пути в Париж Сандрина сказала ей, что по причинам, которые она предпочла бы не объяснять, она изменила свое решение и теперь хочет, чтобы Питер писал книгу. Сандрина добавила, что сделает все возможное, чтобы помочь, что у нее есть дела за границей и что она была счастлива все бросить и полететь в Париж вместе с Фидл.
В самолете Сандрина упомянула, что имеет доступ во все дома Журдана Гарна, хотя они как раз начали бракоразводный процесс. Фидл пожалела, что не знала об этом до вылета из Нью-Йорка. Она могла бы предложить эту информацию какому-нибудь репортеру светской хроники в обмен на хорошую рекламу своего журнала.
Сначала Фидл относилась к Сандрине, как к светской вертихвостке. Однако во время совместного путешествия она была приятно удивлена серьезностью и смышленостью своей спутницы. Из разговора стало понятно, сколько горя принесла ей мать и что красота Сандрины очень мало ее утешает.
Вспомнив о красоте Сандрины, Фидл снова застонала и зарылась с головой в подушку. Она сгорала от нетерпения позвонить Питеру и узнать, что там происходит в этот момент. Она все еще с ним? Отвела ли его Сандрина как обещала, к мадам Соланж, или они остались на ночь в квартире Питера, утопив все помыслы о проекте в море возобновившейся страсти?
Мадам Соланж – последняя надежда. Она была права, не упомянув о ней за ужином. Рассказ о мадам Соланж вызвал бы долгую дискуссию на тему бесперспективности этой идеи. Она понимала теперь, что если у мужчины выработался комплекс, то он будет упорно считать себя неудачником, даже когда ему предоставляется шанс.
По мере того как светало, ее решимость оставить Питера в покое угасала. Не в силах бороться с собой, она набрала его номер. Три раза прозвонил звонок, а потом автоответчик повторил знакомый ответ, который Питер надиктовал, когда только что приехал в Париж. После сигнала переключения на запись Фидл несколько раз громко повторила его имя.
«Он, конечно же, узнает, что я звонила, когда проснется».
Заказав в номер сок и кофе, она снова набрала номер. Безуспешно! Теряясь в догадках, Фидл позвонила по телефону, который дала ей Сандрина.
– Сандрина, извини меня, но я так волнуюсь!
– Все нормально, – промычала Сандрина. – Что стряслось?
– Я насчет Питера. Он не подходит к телефону. Сейчас уже десятый час. Не могу себе представить, куда он подевался.
– Он уехал в Лондон.
– Что-что? – переспросила Фидл встревоженно.
– Да, он сейчас на пути в Лондон. Дворецкий подсказывает мне, что Дексия звонила около семи утра. Она передала, что Питер оставил записку и просил о нем не беспокоиться. Он заедет за своими вещами через несколько дней.
– Дексия?
– Мадам Соланж.
– А он говорил с ней?
– Да, думаю, что да, – сказала Сандрина безразличным топом. – По крайней мере, я его там оставила.
Фидл пришла в ярость:
– Боже мой, что же он делает?
– Самой интересно, Фидл!
– Сандрина, – спросила она вкрадчиво. – Тебе известно что-то, о чем я не знаю?
Последовала короткая, но очень подозрительная пауза.
– Послушай, Фидл, сегодня в Лондоне я должна встретиться со своим адвокатом. Как ты думаешь, где Питер может там остановиться? Я попозже свяжусь с ним, а потом перезвоню тебе.
У Фидл словно кусок льда в горле застрял.
– Спасибо тебе огромное, Сандрина! – Фидл надеялась, что ярость чувствуется в ее голосе достаточно ясно и отчетливо. – В дальнейшем я смогу разобраться во всем самостоятельно. Ты была чрезвычайно любезна.
– Ну, как хочешь, – сказала Сандрина, зевнув так сладко, что ей позавидовала бы персидская кошка. – Не пропадай!
Фидл швырнула телефонную трубку. Ей хотелось разбить что-нибудь. Она залпом выпила стакан апельсинового сока и запустила им в стену над туалетным столиком. Стакан обиженно звякнул и упал на ковер.
– Где он может там остановиться? Я попозже свяжусь с ним и перезвоню тебе, – передразнила Фидл. – Ну и сучка! – выругалась она про себя. – Я должна выяснить, в каком отеле остановился Питер, а она побежит и бросится ему на шею. Она что, не врубается, что я и сама могу позвонить ему в Лондон?»
В этот же день, ранним утром, когда тоненький лучик света пробился сквозь тяжелые занавеси в комнате Дексии Соланж, Питер допил чашку кофе, которую она принесла ему до того, как задремала.
За время их беседы Питер не раз удивлялся, почему же мадам Клео сама не описала ему свою историю. Может быть, Клео настолько вошла в чужую роль, что не могла позволить себе раскрыть свое истинное «я»? Когда между ним и Дексией возникло доверие, он спросил, чего опасается мадам Клео.
Питер подключил наушники к кассетнику и прокрутил ленту назад, чтобы еще раз услышать ее ответ.
«Потерять свою маску, – услышал он голос мадам Соланж. – Человек становится беззащитен перед миром, если обнаруживает свое уязвимое место. Сначала эта Клэруайн убедила ее, что американского издателя интересуют лишь сексуальные подробности ее бизнеса. Мадам не призналась бы, но, поверьте мне, она читает все эти саморазоблачительные мемуары, которые вы, американцы, так любите. Кое-кто из числа ее бывших девушек написал такие книги. И она считает, что, если на страницах достаточно секса, всему остальному можно и не придавать особого значения. Но вы, я думаю, поняли, что в жизни самой мадам Клео секс занимал очень мало места. Когда вы начали нажимать на нее, чтобы она рассказала о себе, Клео поняла, что вы хотите сделать книгу совсем иного рода. Она осознала что, работая с вами, она не избежит возвращения к полуживой девочке, побывавшей в руках этих скотов, которая упала у моего порога почти пятьдесят лет назад. Но она слишком горда для этого. Жалость унизительна мистер Ши. Вам приходилось когда-нибудь быть объектом жалости? Это почти то же, что чувствовать себя оскорбленным».
Она поведала, как со временем вернулась на сцену, а управление домом передала Клео. Та продолжала расширять дело и в пятидесятые годы выкупила его у Дексии. Позже, когда у Клео появились деньги, она приобрела дом на имя одного из клиентов и переехала в особняк на остров Ситэ вместе с Нанти. Для ведения административных дел, которые она ненавидела, был нанят Мартин.
Питер чуть вытянулся вперед и спокойно задал Дексии вопрос, который сам считал самым главным:
– Скажите, что вы знаете о девушках, которые жили здесь в восемьдесят седьмом году, не считая Сандрины?
– А кто именно вас интересует?
– Здесь жила девушка по имени Сью-Би?
– Ах, Сью-Би... – Она широко улыбнулась. – Это прелесть! Она такая милая! Сейчас, как я читала, она вышла замуж за достойного англичанина и родила ребенка.
– А кто еще?
– Еще здесь жила Анжела. Да она как раз заходила сюда за день или два до вашего приезда. Приезжала забрать свои вещи, которые хранились здесь с тех пор, как она уехала из Парижа. Их передали мне женщины, убиравшие ее комнату. Я спрятала их в подвал и совсем забыла.
– Анжела? Она была здесь?
– Она сказала, что заехала после встречи с другими девушками в Лондоне.
– Другими девушками? Я знаю о грандиозных приемах, которые мадам Клео устраивает летом. Оказывается, бывают и другие встречи?
– Анжела это так назвала. Она сказала, что Сандрина позвонила ей в Лас-Вегас – там она сейчас работает. Это меня несколько удивило. Девушки Клео обычно не попадают в Лас-Вегас.
Питер почувствовал, что напал на след. Ему не хотелось, чтобы она поняла, сколь велико его любопытство, поэтому он попросил еще чашечку кофе.
Когда Дексия вернулась из кухни, он задал ей вопрос, помнит ли она сообщение о книге мадам Клео в парижской газете.
К удивлению Питера она внезапно встала с кушетки и направилась к книжному шкафу, стоящему между окнами. Достала внушительный альбом в кожаном переплете и положила на столик перед Питером.
– Вот это? – Она показала ему газетную вырезку. – Я без очков не вижу.
Питер, щурясь, стал читать.
– Оно самое. – Он взглянул на альбом. – И много у вас вырезок?
– Я собираю все, что связано с нашими девушками. Некоторые из них стали очень знаменитыми. Мне нравится следить за их карьерой.
– Можно полистать? – Он поднял увесистый альбом.
– Пожалуйста. – Мадам Соланж улыбнулась, видимо, она была довольна, что он проявил интерес к ее коллекции.
Переворачивая страницы, Питер думал, что, располагая содержащимися здесь сведениями, можно было бы заняться шантажом и жить припеваючи.
– Я хотел бы познакомиться со всем этим подробнее, когда у меня выдастся больше времени и будут при себе очки. – Питер вежливо положил альбом обратно на столик. – А вы не помните, та встреча, на которой была Анжела, состоялась до этой публикации или позже?
– Позже, – уверенно ответила Дексия. – Мы с Анжелой даже поговорили об этом сообщении. Мы обе были удивлены, что мадам решилась на такое.
– Статья появилась в газете за пару дней до того, как девушки встретились в Лондоне. Может быть, они и встретились по этой причине, а не ради воспоминаний о старых добрых временах?
– Возможно... – Ответ прозвучал так, словно она с сомнением пожала плечами.
– А вы знаете, что на той же неделе было совершено покушение на мадам Клео?
– О да! На площади Согласия. Это было ужасно!
Питер наклонился, поставив локти на колени.
– Как я понял, статья вышла в понедельник, а девушки встретились во вторник или в среду. А когда Анжела прилетела в Париж за своими вещами? В четверг?
Мадам Соланж на минуту задумалась:
– Да, в четверг. Как раз в тот день, когда Мартин привел тех двоих мужчин.
Питер встал и зашагал взад-вперед по потертому ковру, жалея, что уже не курит. Табачный дым всегда помогал ему собраться с мыслями.
– Двоих мужчин? – переспросил он, вспоминая предостережение Фидл не задираться, и постарался смягчить свой голос.
– Да, знакомых шейха Заки. Он ведь старинный друг мадам Клео.
– И долго они здесь находились?
– Всего одну ночь. На следующее утро они уехали, как только получили пакет.
– Что за пакет? – Глаза Питера сузились.
– Толстый коричневый конверт. – Она развела руки примерно сантиметров на тридцать, показывая размеры пакета. – Мартин просил меня проследить, поскольку конверт будет адресован мне, а я должна отдать им, сразу как принесут.
– А вы не помните, откуда он был послан?
– К сожалению, при мне не было очков. А почему это вас интересует?
Питер заставил себя рассмеяться:
– Да нет, никаких особых причин нет. Просто я так долго работал с мадам, что мне любопытно все, что с ней связано, до мельчайших подробностей.
Когда почтальонша Жизель открыла бедром дверь внизу и поставила почтовую сумку на столик в холле, Питер уже стоял, поджидая на площадке второго этажа. Увидев ее, он ринулся вниз.
Пока Жизель разбирала почту, он объяснил, что ему нужно.
– Нет проблем, – заверила она.
Через несколько минут Жизель положила трубку и протянула Питеру листок, на котором было написано: «Обратный адрес пакета, поступившего в этот день на имя мадам Соланж: Д-5, Олбэни, Пикадилли, Дабл-ю I, Лондон».
Питер обнял и расцеловал ее.
Дружные приветствия полудюжины мужчин в вестибюле отеля «Риц» ошеломили его, пока он не сообразил, что это относится не к нему, а к кому-то другому. Ему вручили записку, гласившую: «Леди Сюзанна Мосби примет Вас в 7 часов вечера в своей квартире по адресу: Д-5, Олбэни».
С облегчением и волнением Питер дважды перечитал записку. После короткого разговора сегодня утром он опасался, что она не захочет увидеться с ним.
Оказавшись в своем номере, он позвонил в отель «Георг V», чувствуя себя виноватым перед Фидл за то, что не позвонил ей перед вылетом из Парижа. С растущей тревогой он выслушал сообщение дежурного, что Фидл выехала. Он знал, что, где бы она ни находилась сейчас, она в ярости от его поведения. Он компенсирует ей моральный ущерб – вскоре.
Собираясь на встречу со Сью-Би, Питер мысленно составлял цельную картину из эпизодов, столь доверительно рассказанных ему мадам Соланж.
Несомненно, изначально существовал заговор с целью сорвать проект – и это связано с его участием. Все было прекрасно, пока газеты не объявили, что он и мадам Клео собираются писать книгу. И тут сразу же, как любит выражаться Фидл, «говно забило вентиляцию».
Стоя перед зеркалом, Питер поднял руку и нарисовал в воздухе воображаемый шатер.
«Заговор лебедей», – сказал он своему отражению.
Когда Питер вышел из лифта, на площадке, которая была уже владением Мосби, дворецкий, предупрежденный швейцаром, поджидал его у открытых дверей.
– Добрый вечер, мистер Ши. – Дворецкий слегка поклонился. – Я сообщу мадам, что вы пришли, – сказал дворецкий и исчез.
Питер подошел к столу, стоявшему между двумя высокими окнами и покрытому длинной шелковой скатертью. Стена над столом была увешана фотографиями белокурого ребенка неземной красоты, вставленными в серебряные рамки.
– Я вижу, вы любуетесь Хильди? – услышал он приятный голос за спиной.
Питер обернулся – и увидел женщину своих юношеских грез.
Она рассмеялась, направляясь к нему и протягивая для приветствия руку.
– Что вы так смотрите на меня, мистер Ши?
– О, простите, – сказал он, откашлявшись.
– Меня зовут Сюзанна Мосби. – Она подошла к камину, где висел длинный вышитый шнурок звонка. – Давайте здесь выпьем и немного поболтаем, хорошо?
Питер собрался было что-то сказать, но в этот момент появился дворецкий с подносом, на котором стоял всего лишь один хрустальный бокал, наполненный виски со льдом. Питер взял бокал и удивленно взглянул на Сью-Би:
– Откуда вы знаете, что я пью виски? Сью-Би очаровательно улыбнулась:
– Ни разу не видела, чтобы пьющий мужчина не любил виски.
Поскольку он знал все о ее жизни, на это замечание можно было не отвечать. В конце концов, она была специалистом.
Питер не решался сделать глоток из своего бокала, поскольку дворецкий ничего не принес для нее.
По-видимому, Сью-Би заметила его смущение:
– Не смотрите на меня, пожалуйста. Я перестала употреблять алкоголь, когда была беременна, и теперь совсем не пью. Да я вообще-то никогда этим особенно не увлекалась. Так что выпейте без меня.
Он едва успел пригубить виски, как Сью-Би переменила позу – она поджала колени и облокотилась на ручку кресла.
– Вы ведь пришли, чтобы поговорить о мадам Клео? Видимо, вся эта затея с книгой оказалась очень хлопотной?
– Почему же... да... еще бы! – пробормотал он. – Леди Мосби, простите, что я солгал вам об этом материале для журнала.
Сью-Би откинула голову и рассмеялась.
– Нет, мистер Ши, это не ложь, а выдумка. – В ее голосе чувствовалась нарочитая симпатия. – Я считаю выдумки своего рода социальной смазкой. И я понимаю, почему вам было необходимо меня увидеть. О чем вы хотели бы узнать?
– Обо всех и обо всем. Почему бы не обратиться к самому началу? – Он обдумывал, как лучше подойти к вопросу о конверте, который она послала в Париж людям Заки.
Сью-Би заговорила:
– Не имею ни малейшего понятия, что стало с Громилой. И не собираюсь донимать звонками полицию города Вейлин, чтобы это выяснить.
Питер сделал глоток виски.
– Я не имел в виду столь далекое прошлое. Вы знаете, мадам мне очень многое о вас рассказала.
Сью-Би снова улыбнулась.
В холле послышались женские голоса и смех.
– О, они пришли как раз вовремя, – радостно сказала Сью-Би, вскакивая на ноги.
Взглянув через плечо, Питер увидел двух прекрасно одетых женщин, входящих в комнату.
Сью-Би побежала к ним по лимонному ковру и расцеловала обеих:
– Где вы задержались? Я же сказала, что мистер Ши будет ровно в семь.
Та, что была ниже ростом, положила свои пакеты и сняла шляпу.
– Мы пошли попить чаю у Брауна и заболтались. Прости, дорогая.
Питер сразу узнал голос. Это была Сандрина.
Но как же... Хотя ведь и он попал в Лондон быстро и просто. При виде Сандрины сердце его замерло.
– Не поверишь, кого мы встретили, Сью-Би, – сказала вторая, рыжеволосая. – Ты помнишь эту девочку из Нью-Йорка?
– Погоди-ка. – Сью-Би положила ей руку на плечо и обернулась к Питеру. – Сначала познакомься с моим гостем. – Сью-Би официальным тоном произнесла: – Мистер Ши, я хочу представить вам одну из своих лучших подруг, Анжелу Риццо. Она сейчас проводит в Лондоне свой медовый месяц.
Питер протянул руку Анжеле, припоминая, что он когда-то слышал эту фамилию, и стараясь сохранять по возможности невозмутимый вид.
– Поздравляю вас, миссис Риццо!
– Ну а с Сандриной вы, конечно, знакомы. – Сью-Би прикоснулась к руке подруги. – Она прилетела в Лондон, чтобы проконсультироваться с адвокатами относительно развода.
Сандрина состроила гримасу:
– Солнышко, не болтай. Это очень интимное дело.
Сью-Би прижалась подбородком к плечу:
– Ну, эта тайна скоро станет достоянием гласности.
Питер, отпив виски, стоял и ждал, пока усядутся Сью-Би и Сандрина.
Сандрина прошла к журнальному столику. Свет настольной лампы позади нее просвечивал легкое летнее платье, под которым проступали очертания ее тела.
Сью-Би взглянула на Питера:
– Я думаю, вы хотели бы задать несколько вопросов.
– Тысячу!
– Ну, вперед! – поощрила его Сью-Би.
– Давай-давай! – подбодрила Анжела.
– Ну что ж, поговорим, – вставила свое слово Сандрина.
– Так начнем, – кивнул Питер. – Кто пытался убить мадам Клео?
Женщины переглянулись, как бы избирая, кого назначить официальным ответчиком.
– Наемные убийцы. – Сью-Би приняла огонь на себя.
– Да, конечно, – нетерпеливо сказал Питер. – Но кто их нанял?
– Я! – раздался знакомый голос сзади.
Обернувшись, он увидел в дверях мадам Клео. На ней было серое шифоновое платье с ее любимой нитью жемчуга. Питер вскочил со своего места.
– Мадам!
Вот уж чего он не ожидал.
Мадам Клео жестом показала Питеру, чтобы он занял свое место. Она обошла кушетку и села с другой стороны.
– Я должна извиниться перед вами, мистер Ши. Чтобы запутать все и завоевать вашу симпатию, я совершила нечто кошмарное. Я наняла двух людей шейха Заки, чтобы инсценировать покушение на мою жизнь. Ужасно, что стрелок оказался неумелым и ранил в руку моего шофера. – Слова ее звучали мягко, но попали прямо в точку.
– А Сью-Би заплатила за это, – вмешалась Анжела.
– Фигушки с маком! – Сью-Би недовольно взглянула на подругу.
– Это что за жаргон? – спросила Анжела.
– Думаю, она так привыкла сюсюкать с Хильди, что уже не может говорить нормально, – объяснила Сандрина. – А теперь отбросим все эти «фигушки», и пусть мадам объяснит несчастному Питеру, в чем дело.
– Но я вовсе не несчастный, – поспешил заметить Питер. – Я совершенно очарован вами. Уже много лет не проводил время в такой прелестной компании.
– Да? Но приготовьтесь к тому, что мы вас утомим. – Анжела направилась к подносу с напитками, который Гловер опустил на столик в углу. – Потому что вас кругом обмухоривали, и в этом виноваты мы.
Мадам Клео не спеша выкладывала на журнальный столик содержимое своей сумочки: коробочку с тонкими сигарами, четки, крохотную стеклянную коробочку, украшенную драгоценными камнями, и, наконец, золотую зажигалку.
– Вы помните? – спросила она Питера, протягивая ему зажигалку и перевернув ее так, чтобы он мог увидеть герб барона.
– Да, это была прекрасная идея. – Анжела прошла на свое место, держа бокал с чем-то темным.
– Так что же, на месте покушения не было зажигалки? – спросил Питер.
Сандрина взяла вышитую подушечку и подложила себе под спину.
– Нет, зажигалка была. Мадам дала ее людям Заки накануне вечером. И надо было ее подкинуть так, чтобы полиция обязательно нашла. Тогда подозрение пало бы на одну из нас. Мы все разрешили ей во всех подробностях изложить истории наших жизней. Мы рассчитали, что это займет несколько месяцев. В то время мы были в панике. Мы просто надеялись до конца лета найти иное, более универсальное решение ее проблемы с налогами.
Питер подался вперед:
– И все это вы запланировали на встрече здесь в мае, когда в газете появилась статья?
Сью-Би и Сандрина синхронно кивнули.
– Для меня это оказалось удачей, – сказала Анжела, изучая свои ногти. – Если бы я не прилетела тогда в Лондон, я не встретилась бы с Барри. Но когда я шла через вестибюль отеля «Клэридж», сзади раздался типично нью-йоркский голос:
«Эй, куколка, твоя походка меня очаровала! Давай...»
– Анжела, – оборвала ее Сью-Би. – Ради Бога, помолчи. Мистеру Ши, возможно, неинтересно, как ты сошлась с Барри Риццо.
– Нет, интересно, – искренне рассмеялся Питер. – Но в настоящий момент я бы предпочел, чтобы мадам Клео рассказала, что, по ее мнению, могло произойти в конце лета, если бы я не узнал ее историю.
Мадам Клео переглянулась со всеми девушками, как бы предостерегая, чтобы они не прерывали ее.
– Я-то, глупая, думала, что вам надоест и вы оставите меня.
– А разве так не получилось? – спросил Питер.
– Да, но по другой причине, – сказала мадам Клео. – Я не ожидала что вы так настойчиво будете выпытывать подробности моей личной жизни. Мне представлялось, что я смогу управлять вами. Оказалось, вы как журналист гораздо сильнее, чем меня предупреждали.
Воцарилась тишина. Видимо, все ждали его очередного вопроса. Питер взглянул на Сандрину, но обратился к мадам Клео:
– Признайтесь, мадам, вас поставили в известность, что я буду беседовать с Дексией Соланж?
– Да. – Мадам отвела взгляд.
Теперь Питер уставился на нее.
– Вы знали? – Он был удивлен.
– Да. Сандрина позвонила мне из Нью-Йорка и спросила, можно ли устроить эту встречу.
Питер снова посмотрел на Сандрину. Она слегка улыбнулась и пожала плечами, как бы спрашивая: «А что я должна была делать?»
Питер, пораженный, вновь обратился к мадам Клео:
– А почему же вы разрешили Дексии Соланж рассказать мне о том, о чем не хотели говорить сами? Ведь не может же быть, чтобы вы забыли историю собственной жизни.
Глаза Клео сверкнули.
– Я не забыла ничего! Я помню каждую минуту, каждую подробность. – Она протянула руки и повернула ладонями вверх, чего избегала во время их бесед. На кончиках всех пальцев было ровное круглое пятнышко размером с жемчужину. – Вот десять моих напоминаний, мистер Ши.
Питер в смущении отвел взгляд.
– Простите меня...
– Об этом тяжело говорить и с вами, и с кем-либо другим, мистер Ши. Мне было легче, чтобы это сделала Дексия Соланж.
– Но почему вы в конце концов решились на это? – спросил Питер.
– Я подойду к этому, мистер Ши. Сначала я должна кое-что пояснить. Вернемся к моменту, когда Венди позвонила мне и сказала, что у нее есть писатель для моей книги. Ваше появление на сцене весьма осложняло задачу. К несчастью, о нашей будущей книге было объявлено в газетах – и я подозреваю, что это Венди приложила руку, чтобы я не смогла отказаться. Это сообщение заставило нас призадуматься. И нам надо было найти способ остановить вас.
– Нам? – спросил Питер. – Вы имеете в виду всех четверых?
– Да, и Мартина, он тоже был в курсе дела. Сандрина благодаря удачному замужеству имеет в распоряжении личный самолет и средства. Она собрала нас всех здесь, у Сью-Би, так сказать, на военный совет. На этой встрече Сандрина и Сью-Би напомнили мне, что в 1987 году вы были гостем на «Ля Фантастик». Это сделало вас уязвимым.
– Но я не помню, чтобы я видел Сью-Би в замке...
Сью-Би продолжила рассказ:
– Да, мы с вами не познакомились. Но то, что я была там, имеет значение. Вы помните то утро, когда покинули замок?
– Смутно. А что?
– Вы спускались в холл и по пути заглянули в соседнюю комнату. Вы видели, как я помогаю Билли одеваться. Он уже накрасился и был в платье.
– Так это был Мосби! Я и вообразить не мог... – Питер долго молчал, поистине ошеломленный. – Боже, я никогда и не вспоминал об этом.
– Да, но муж очень беспокоился, что вы застали его в таком виде. Вы ведь журналист. И он боялся, что вы используете то, что видели. Надо было что-нибудь предпринять, и он – возможно, это было неразумно – обратился за помощью к человеку с самыми обширными связями. – Сью-Би указала на мадам Клео.
– Когда Билли позвонил мне из Парижа, – продолжала мадам Клео, – я связалась с Уорреном Брэкнеллом, моим давним клиентом.
– Председателем ВСН? – Питер вспомнил давний звонок от Гордона Джемисона, который передал ему, как зол на него Брэкнелл.
– Да. Он ведь на «Ля Фантастик» познакомился со своей бывшей женой.
Теперь ярость Брэкнелла стала понятной. Они поженились в мае, а в декабре их развод наделал много шума.
– Синтия Брэкнелл была девушкой Клео?
– Одной из моих лучших девушек, – гордо сказала мадам.
– Вы не подумайте, Питер, – вмешалась Сью-Би. – Вас уволили не за то, что вы видели Билли переодетым. Так далеко дело не зашло. Когда Уоррен Брэкнелл узнал, что вы были на «Ля Фантастик», у него шел затянувшийся судебный процесс. Его имя мелькало в газетах повсюдуот Ваппинга до Саут-стрит. Он искал, на ком бы сорвать злость, и вы подвернулись под руку, причем он дал понять, что вы себя скомпрометировали. Мадам Клео хотела всего лишь, чтобы Брэкнелл поговорил с вами. Она намеревалась защитить старого друга, а события приняли неожиданный оборот. И вы оказались невинной жертвой.
– Так... – Питером овладело любопытство. – И каков же был ваш следующий шаг?
– Держать вас под контролем, – сказала Сью-Би.
– Нейтрализовать тебя, – подтвердила Сандрина.
– Впутать вас в эту историю, – прозвучали слова мадам Клео. – Ни один мужчина, переспавший с девушкой Клео, никогда не забудет ее. Я знала, что могу поддерживать ваш интерес, рассказывая о девушках, по крайней мере, до тех пор, пока вы не удовлетворите свое любопытство.
– Но все-таки интересно узнать еще об одном, – обратился Питер к Сью-Би. – Зачем потребовалось столько усилий, чтобы отстранить меня от этого дела? Не проще ли было попросить вашего мужа не печатать эту чертову книгу?
– Ее опубликовал бы кто-нибудь другой, вы прекрасно знаете. Кроме того, Билли не хотел, чтобы вы стали его врагом. Не забывайте, он до сих пор опасается, что вы узнали его тогда, на «Ля Фантастик». Если бы он лишил вас миллионного заработка, у вас могло бы появиться желание мстить. И тогда мы взяли дело в свои руки.
Анжела, которая до сих пор не вступала в разговор, лишь изредка бросая острые реплики, сейчас наклонилась вперед и со всей серьезностью проговорила:
– Вы должны понять, Питер, если еще не разобрались в этом, в нашей жизни деньги определяют все. И нам трудно поверить, что у кого-то не так. Когда мы поняли, что вы действительно решили выйти из игры, стало ясно, что деньги для вас не имеют такого значения. Вы хотели сделать работу хорошо – или не делать ее вовсе. У вас репутация мастера журналистских расследований по части самых скандальных историй. Вы умеете докопаться до грязного белья и выставить его на всеобщее обозрение. Если бы вы вышли из игры, затаив на нас злобу, мы накликали бы на себя беду. Вас боится не только Билли Мосби. Я знаю бывшего владельца казино из Лас-Вегаса, который потерял лицензию из-за статейки, которую вы о нем написали. Сейчас он торгует в Вегасе дешевыми костюмами.
– Анжела, замолчи! – потребовала Сью-Би.
– В тот вечер, когда Мартин в истерике позвонил Фидл Налл, она обратилась ко мне, – сказала Сандрина. – Я связалась со всеми остальными, и мы решили, что если уж истории мадам суждено стать известной, то она должна быть рассказана как следует – и не обозленным журналистом. Мы поняли, что надо спасать книгу. Сначала мы решили, что надо свести тебя с мадам Соланж. Мадам Клео согласилась, что, поскольку она сама не может говорить о себе, пусть это сделает Дексия. Таким способом ты получал нужные тебе сведения, а мы обретали последнюю надежду спасти книгу.
– Послушайте, Питер, – сказала Сью-Би. – Мы собираемся сказать вот что: мы думали и пришли к решению, что есть один выход, который устроит нас всех. Теперь, когда вы располагаете всей информацией, вы должны писать книгу, но не биографию мадам.
– Не биографию? – Питер перевел взгляд на Клео. – А что же?
Все девушки повернулись к мадам и ждали, что она скажет.
– Пусть это будет роман, мой дорогой, – сказала мадам. – Да, роман.
Сью-Би возбужденно склонилась к Питеру и вцепилась в его колено:
– Разве это не замечательно? Распоряжайтесь всем, что вам известно о нас, как душе угодно. Только измените имена.
– Надеюсь, Питер, ты убедился, что мы не намерены создавать тебе препятствий, напротив, – вмешалась Сандрина. – Пожалуйста путь открыт!
– Вперед, Питер, и не держи зла, – добавила Анжела.
– Девочки, девочки! – Мадам помахивала мундштуком. – Хватит! Дайте мистеру Ши перевести дух. Думаю, самое время рассказать ему о наших новых планах.
– Новых планах? – переспросил Питер. – Значит, вы нашли другой выход из затруднений с налогами?
– Мы не знали, как вы себя поведете, поэтому сами обо всем позаботились. – Сью-Би встала и направилась к шнурку звонка. – Давайте выпьем шампанского. От этого я не отказалась. Это скорее лакомство, чем выпивка.
– Для меня тоже. – Сандрина сделала гримасу. – Так где наше лакомство?
– Знаешь, Санди, – сказала Анжела, – ты ведь сейчас уже не в пленулюбви – можешь попробовать отказаться от спиртного.
Сандрина не обратила внимания на ее слова, а Сыо-Би попросила подоспевшего Гловера принести «Дом Периньон».
Когда все взяли свое шампанское, Сью-Би обратилась к мадам:
– Выпьем за окончательное освобождение мадам Клео!
Все женщины, кроме Клео, торжественно подняли бокалы.
Все еще держа свой в руке, Питер удивленно переспросил:
– За освобождение?
– За освобождение от Франции и ее ужасной налоговой службы, – пояснила Сандрина, улыбаясь ему через стекло.
– Вы покидаете Францию? – спросил Питер мадам Клео.
– Ну что ж, если суждено, – сказала мадам.
– А что с вашим домом? С вашими... вещами?
– Ерунда – взмахнула руками мадам. – Правительству долгие годы придется выяснять, кому это на самом деле принадлежит. Так им и надо.
Питер улыбнулся. Не уплатив за сорок с лишним лет ни сантима налогов, мадам вовсе не чувствовала, что задолжала что-то своей стране.
– К концу месяца я буду свободна от Гарна, – сказала Сандрина. – И я как раз подыскала очаровательный домик в Найтсбридже, где мадам может открыть новое дело.
– А я как раз купила пять новых сногсшибательных туалетов, – вступила в разговор Анжела. – Ведь мне нужен новый гардероб, чтобы открыть нью-йоркский филиал.
– Анжела тоже участвует в деле? – Питер обернулся к мадам Клео. – Но вы же говорили, что поссорились.
Мадам тепло улыбнулась Анжеле:
– Все забыто!
Сью-Би захихикала:
– Анжела нам нужна! Барри всегда сможет разобраться с нью-йоркскими бюрократами.
– Ах так? А если бы я не была замужем за мафиози, я была бы не нужна? – рассмеялась Анжела.
Сандрина тоже засмеялась:
– Мы все любим тебя, дорогая, но твое замужество может быть очень полезно. Таковы женские правила. Моя новая подруга недавно мне это объяснила.
Питер взглянул на Сандрину:
– Новая подруга – это случайно не Фидл Налл?
– Именно она, – сказала Сандрина довольным тоном. – Значит, ты тоже знаком с женскими правилами?
– Я – нет. – Питер иронически улыбнулся. – Но теперь, кажется, прохожу ускоренный курс.
Питер обратился к Сандрине:
– А почему ты решила сейчас развестись с Гарном?
– Сандрина! – потребовала Анжела. – Ты должна рассказать Питеру, на ком собирается жениться Журдан.
Сандрина застонала.
Прикрыв рот ладонью, Анжела прошептала:
– Он собирается жениться на матери Сандрины.
У Питера челюсть отвисла:
– На Тите Мандраки? Как же это могло случиться?
Сандрина засмеялась:
– После нашей встречи с девушками в мае я решила, что пора кончать с моим браком. Это меня убивало. Но Журдан такой собственник – я не знала как быть. И вот у мадам родилась гениальная идея – представить Журдана моей матери. Я знала, что Тита не упустит такого шанса.
Сью-Би подошла к ней и похлопала по плечу:
– Ты бесстыдница, Сандрина!
– Зато я от него отделалась. – Сандрина тоже похлопала Сью-Би по плечу. – Ведь я вышла замуж из-за денег. И теперь они у меня есть.
Клео обернулась к Питеру:
– Пора поговорить о вашем участии в деле.
– Господи, только меня избавьте от этого! – Питер выбросил вперед руки, как бы отстраняясь от всех неприятностей, исходящих от этих необыкновенных женщин.
– Выслушайте нас, – сказала мадам. Она обратилась к остальным: – Сказать ему?
– Конечно, – дружно ответили девушки.
– Если вы согласны написать роман, я не буду претендовать ни на что. Все деньги ваши. После того, что вы от нас вытерпели, вы их заслуживаете.
Питер поставил бокал и уставился на мадам Клео:
– Что вы имеете в виду?
– То, что сказала.
Питер долгое время молчал.
– Сью-Би, – спросил он наконец, – а ваш муж его издаст?
– Я его уже спрашивала, – твердо ответила Сью-Би. – Он сказал, что да. Он думает, что роман – это прекрасная идея. Все знают, что вы работали с мадам. Он сказал, что это будет хорошей рекламой.
Питер встал.
– Спасибо вам всем, но об этом не может быть и речи.
Он никогда не писал беллетристики. Он даже не знал, как за это браться. Он журналист и человек слишком немолодой, уже сложившийся, чтобы учиться иному ремеслу, какова бы ни была цена.
Сандрина сидела, устремив глаза вниз. Он проследил за ее взглядом.
– Прекрасные туфли. – Она взглянула на него.
Питер молча смотрел на нее не отрываясь.
– Дорогие туфли, – продолжала она. – Думаю, раньше ты не мог себе позволить такие.
Питер на секунду закрыл глаза. О Боже, видимо, он во всем исповедался Фидл во время своего отчаянного пьяного звонка.
Надо ему уйти отсюда и все обдумать. Необходимо побыть одному. Он хотел глотнуть свежего воздуха.
– Мадам Клео, – нетерпеливо сказал Питер, неловко вставая. – Спасибо за вашу искренность, но теперь мне пора идти.
– Понимаю, – ответила она. – Но подумайте, пожалуйста, о книге. Я имею в виду роман. Только таким образом я смогу отблагодарить вас за долготерпение.
– «Подумайте» – самое удачное слово, мадам. – Он взял поданный Гловером плащ. – Хорошо, я подумаю.
Он поблагодарил Сью-Би за то, что она пригласила его, попрощался с остальными. Гловер проводил его до площадки.
Когда открылась дверь лифта, Питер услышал стук высоких каблуков по полированному полу. Обернувшись, он увидел спешащую за ним Сандрину, волосы ее упали на лицо.
– Я тоже иду. Можно с тобой спуститься?
– А... да, конечно, – пробормотал Питер недоуменно, удивленно.
– Я хочу поговорить с тобой наедине.
У Питера задрожали колени:
– Наедине? Ну конечно, конечно. Может быть, зайдем куда-нибудь выпить?
– Нет, спасибо. Лучше пройдемся немного.
Оба молчали, пока не вышли на улицу.
В вечернем воздухе ощущался запах зелени и свежести. Внезапный дождь, прошедший, пока они сидели у Сью-Би, прибил пыль и оставил на мостовой блестящие лужицы.
– Так почему же ты не хочешь написать о нас, Питер? Мне кажется, эта большая и удачная книга может изменить твою жизнь.
– Я не уверен, что так уж этого хочу.
– Конечно, хочешь! Иначе зачем бы тебе соглашаться на ту книгу?
Питер остановился, руки в карманах.
– Согласился я по разным причинам, да ты и сама знаешь. Но признаю, что деньги сыграли не последнюю роль.
– И теперь ты можешь покупать хорошие вещи? – спросила она, указывая на туфли.
Он смущенно отставил ногу в сторону, затем принял прежнюю позу.
– Ну, туфли всегда можно купить.
– За шесть сотен баксов?
– Но я же зарабатываю себе на жизнь! – возразил Питер.
– Да, но одно дело повседневная жизнь, а другое – неожиданная удача. Когда приходит удача, мы все позволяем себе делать то, что никогда бы раньше не сделали.
– Неожиданная удача, – повторил он. – Для тебя это богатство Журдана?
Сандрина покачала головой:
– Нет. Как я понимаю, это те деньги, которые заработаны и которые можно свободно тратить. Для меня удачей могло бы быть мое наследство. Если бы мать не отняла его, я могла бы стать балериной, выдающейся личностью.
– Я и так считаю тебя выдающейся личностью.
– Спасибо. – Она улыбнулась ему.
Неожиданно она показалась ему очень уязвимой и одинокой. В свете уличного фонаря он увидел крохотные морщинки в уголках ее глаз – раньше он их не замечал. Если бы он мог заставить себя заговорить о ночи, проведенной ими вместе, возможно, он перестал бы об этом думать.
Сандрина отвернулась и медленно пошла вперед.
– Я буду рада, если ты изменишь свое решение и напишешь этот роман, – сказала она. – А коли так, почему бы тебе, по старой памяти, не назвать меня Мадлен?
Питер задержал дыхание. Ему хотелось подойти и обнять ее, но что-то остановило его. Ее слова снова звучали у него в голове, прояснившейся благодаря свежему воздуху. Темные улицы действовали успокаивающе.
Сандрина Мандраки-Гарн, видимо, решила не останавливаться ни перед чем, стремясь добиться своего, и теперь била на его чувства.
«Вот ты как... Ну ладно», – подумал Питер.
Он взглянул ей прямо в глаза:
– Сколько барон заплатил тебе за ту ночь со мной, Мадлен?
Сандрина посмотрела в темное небо и поджала губы.
– Ну, думаю, хватило бы на дюжину пар итальянских туфель, не считая доли мадам. У всех нас есть нечто, имеющее цену, Питер. Все зависит лишь от того, хотим ли мы это продать.
– Это тоже женское правило?
– Угу! Полагаю, да.
Он кивнул и положил ей руку на талию.
– Где ты остановилась?
– В Беркли, в постоянном номере моего в скором будущем экс-мужа.
– Пойдемте, леди, – предложил он. – Я посажу вас в такси.
Они молча направились к стоянке на углу. Он назвал шоферу отель, помог ей сесть и захлопнул дверцу.
«Наконец-то», – подумал он, наблюдая, как такси заворачивает за угол.
Он почувствовал внезапное облегчение, пришедшее от ясного понимания, что теперь он свободен в своих поступках.
– Фидл, – сказал он вслух. – Дай мне пару дней. Я возвращаюсь домой.
* * *
В канун Рождества 1990 года свет в офисе Фидл горел еще долго после того, когда все уже ушли, чтобы успеть что-нибудь купить в подарок родным по дороге домой.
Фидл, как обычно, ждала завершающего день телефонного звонка.
Когда зазвонил ее личный аппарат, она вскочила и поспешно схватила трубку.
– Федалия Налл слушает. – Она зажала трубку плечом, засовывая пробные отпечатки обратно в конверт.
– Питер Ши говорит. – Питер имитировал ее интонацию.
– Пусть звенят твои колокольчики, Питер.
– Пусть веет весельем от твоих... Как насчет ужина?
– Да, хочу что-нибудь огромное и не диетическое.
– У меня есть для тебя подарок, – продолжал Питер.
– Что? Что?
– Я закончил черновик рукописи.
– О Боже! – выдохнула она. – Не могу в это поверить.
– До последней точки – и это на неделю раньше срока. Теперь жду не дождусь, когда ты прочтешь.
– Возьми рукопись с собой в «Рашен Ти Рум». Встретимся за моим столиком. Через полчаса. – Фидл говорила взволнованно.
– Но ты же не сможешь прочесть ее там. – Питер засмеялся.
– Я и не собираюсь читать. Я хочу приласкать ее. Это ведь наш ребенок.
– Я люблю вас, миссис Ши.
– И я люблю вас, мистер Ши, – мягко сказала Фидл.
* * *
Когда Питер вернулся из Парижа, Фидл продолжала хранить молчание. Ясно, что в Лондоне у него было свидание с Сандриной. Как еще можно объяснить его внезапный отъезд из Парижа, а потом три лишних дня, которые он провел в «Рице»?
Она знала, что все его расходы по кредитным карточкам «Америкэн Экспресс» будут отнесены на счет журнала. Она позвонила в гостиницу, чтобы ей по факсу передали копию счета, который свидетельствовал, что Питер оставался там до конца недели. Счет за обслуживание в номере был впечатляющим. Он составлял почти семьсот долларов!
Фидл не отвечала на его звонки, потому что сознавала: скажет он ложь или правду – ей будет в равной степени тяжело.
Через неделю после его приезда она со злорадством попросила Вики отклонить его очередную статью.
– Но у нас в плане нет статьи Питера Ши. – Вики подняла взгляд от журнала для записей.
– А что с тем материалом об Эйлере? – раздраженно спросила Фидл.
– Но официально он никогда ему не заказывался, Фидл. На тебя не похоже, чтобы ты забыла. В чем дело?
Фидл больше не могла сдерживаться. Она закрыла лицо руками и начала рыдать, хватала ртом воздух и ничего не могла с собой поделать.
– Я не могу без него, – только и смогла вымолвить Фидл, когда Вики молча, в замешательстве остановилась перед ней.
– Фидл! – умоляюще сказала Вики. – Но если тебе так плохо, почему ты не отвечаешь на его бесконечные звонки? Бедняга день и ночь пытается дозвониться до тебя, с момента приезда.
Фидл дотянулась до бумажных салфеток и громко высморкалась.
– Не могу... Не хочу, чтобы он изворачивался.
– Чего это вдруг?
– Не станет же он рассказывать, как развлекался с Сандриной Гарн в «Рице».
– Ты в этом уверена? – Вики выглядела смущенной.
– Взгляни. – Фидл открыла ящик стола и протянула Вики факс с копией счета из «Рица».
– Весь этот счет совпадает 40 пенни с чеком, который только что принес посыльный.
– Чек? Откуда? От кого?
– От Питера Ши, возмещение журналу.
– Ха-ха! – язвительно заметила Фидл. – Это не говорит мне ни о чем, кроме одного: он сообразил, что не стоит включать расходы на нее в счет, предъявляемый журналу.
– Да хоть бы и так, Фидл. Он не обязан отчитываться перед тобой.
– Да, ты права, Вики. Ты права, как всегда... Но он, по крайней мере, мог бы...
– ...позвонить, – закончила предложение Вики. – Но он же звонит, солнышко. Он все время звонит. Поговори с ним!
– Не кричи на меня.
– Я не буду кричать, если ты спустишься со своего креста. Сжалься над парнем, ведь он тебе ничего не должен.
– Как же, не должен! – Фидл ударила ладонью по крышке стола. – Он должен дать мне подробные объяснения, почему бросил книгу о Клео. Я достала ему эту работу. Я старалась спасти книгу...
Вики повернулась и направилась обратно к своему столу.
– Как я понимаю, ты настолько потеряла рассудок, что не замечаешь, что Венди Клэруайн уже не звонит и не пытается всучить нам что-нибудь.
– А что это должно означать? – хмуро спросила Фидл.
– Ты не читала хронику Лиз Смит сегодня утром? Я сейчас принесу.
Через несколько секунд Вики вернулась, держа утреннюю газету, открытую на странице со светскими сплетнями, и протянула ее Фидл. Сообщение внизу было обведено красным карандашом.
– «Суперагент», – начала читать вслух Фидл. – Боже, никто уже не может сказать просто «агент», всегда только «суперагент».
– Ты читай! – оборвала ее Вики. Фидл вздохнула:
– «Суперагент Венди Клэруайн, сидя за своим личным столиком в «Авроре», без умолку говорила о секретной сделке, в которой участвовал ее секретный клиент на секретной встрече в секретной квартире в Лондоне несколько дней назад. Клэруайн заявила, что после трех дней непрекращающихся переговоров она и ее клиент получили от английского издателя побивающий все рекорды аванс за будущий роман. «Мы знаем кто есть кто, но обещали держать это в стро-о-о-о-гом секрете».
– А знаешь, в чем, мне кажется, истинный секрет? – спросила Вики.
– В чем? – Фидл отложила газету.
– Как Венди Клэруайн, которая весит тридцать шесть килограммов, включая четыре килограмма украшений, удалось сожрать столько, чтобы при ее участии получился такой счет за гостиничное обслуживание.
У Фидл расширились глаза.
– Соедини меня с Лиз Смит, – потребовала она.
Десятью минутами позже Фидл снова сидела в своем кресле за письменным столом и улыбалась. Она знала, что завтра утром в колонке Лиз Смит главным будет сообщение, что Сандрина Гарн тайно разводится с Журданом Гарном, что готовится договор о разделе имущества. Информация поважнее, чем обычная купля-продажа.
Когда она заговорила с Вики, в голосе ее звучало торжество и великое облегчение.
– Вики, милая, когда в следующий раз позвонит Питер Ши, – проворковала она в переговорное устройство, – соедини меня с ним немедленно.
Венди и Питер действительно встретились в Париже, чтобы определить размер аванса, причем договор предусматривал необычайную свободу автора.
В тот день, когда Венди, по просьбе Питера, прибыла в «Риц», пришел пакет с подписанными документами от адвоката, представляющего Клео О'Куан, Сандрину Мандраки-Гарн, Анжелу Уэйнстайн-Риццо и леди Сюзанну Слайд-Мосби, которые давали Питеру Ши и его издателю полное право использовать факты их биографии любым образом, на усмотрение автора.
Через несколько часов после того как она узнала подробности о «новой» книге Питера, Фидл подняла голову от стола – и увидела нового Питера Ши, не похожего на того, с которым она рассталась в Париже. Казалось, он стал выше ростом. Бледное, посеревшее лицо – она отметила это во время их короткого ужина на Левом берегу – теперь приобрело нормальный цвет. Напряженное выражение исчезло, а движения стали более быстрыми и уверенными. На нем был льняной пиджак прекрасного покроя и новые, очень дорогие итальянские туфли.
– О! – сказала Фидл. – Отлично выглядишь!
– Ты могла бы заметить это несколько дней назад, подруга. – Питер склонился над столом и нежно поцеловал ее в щеку.
Фидл опустила голову.
– Да, знаю, – прошептала она. – Мне было жаль себя.
– Не особенно хорошо с твоей стороны. – Питер сел в шезлонг.
– Но ты ведь бросил меня, ничего не объяснив, Питер, – кротко сказала она.
– Да, получилось так. Но не это тебя расстроило. Ты решила, что я в Лондоне был с Сандриной. Это мне льстит, но я с ней не был.
Фидл нахмурилась:
– Почему ты думаешь, что я...
Питер сделал рукой запрещающий жест уличного регулировщика:
– Не отрицай! Я теперь специалист по женщинам. Знаю, как они думают, как действуют. Если бы ты злилась на то, что я уехал, ты могла бы взять телефон и найти меня.
– Кроме того, Вики сказала мне...
– Вики тебе сказала! Как, эта маленькая... – Фидл, в гневе на свою секретаршу, потянулась к переговорнику.
– Мне разрешается пригласить тебя завтра на ужин?
Фидл улыбнулась, довольная, что он изменил тему разговора:
– Конечно. А куда?
– В гостиницу в Монтоке.
– В Монтоке? Но туда же четыре часа езды!
– Нет проблем. Я заказал комнаты на все выходные. Думаю, что за меньшее время я не смогу рассказать тебе о необычной встрече с «шелковой армией» мадам Клео в Лондоне.
– «Шелковая армия», – повторила она, улыбаясь. – Мне это нравится.
– Мне тоже понравилось, когда я услышал. Это не мое. Ну что, едем?
– О да, конечно... Монток, выходные. Почему бы и нет, Питер, конечно. Это звучит прекрасно, давай... эх, давай поедем!
Питер встал и застегнул пиджак.
– Великолепно, – улыбнулся он. – Заеду за тобой домой ровно в пять.
* * *
В этот вечер в комнате, выходящей на мокрый пляж, они ужинали и разговаривали. Было уже распито две бутылки красного вина. Они все говорили, говорили и смеялись. А когда кончили говорить и смеяться, он сжал ее так крепко, что она заплакала. Это были слезы облегчения, не похожие на злые, спазматические рыдания – те, в офисе, перед Вики. Такими слезами плачут женщины, находя в них выход своим чувствам, когда видят, что наступает конец их одиночеству и они наконец получают то, чего слишком долго хотели.
На следующий день они читали, бродили, держась за руки, по мокрому пляжу, снова говорили. Ужинали они, как и обещал Питер, в гостинице. После чего, утомленные, упали в постель, спихнув на ковер воскресную «Таймс», и, как пишут в любовных романах, слились в единое целое.
– Знаешь, я наберусь духу и использую подобное выражение в книге, – сказал Питер позже, положив голову ей на плечо.
– Подобное? – Она захмелела от вина, морского воздуха и любви.
– ...И они «слились в единое целое».
– Не смей.
Он поднял голову и посмотрел ей прямо в глаза.
– Мне придется, – возразил он. – Я же не могу написать целый роман о женщинах, о любви и сексе, не употребляя пошлых, избитых фраз.
– Кто же тебе сказал, что ты будешь писать о женщинах, о любви и сексе? Ты будешь писать о женщинах и сексе, о жадности, честолюбии, о лжи, алчности и преступлениях. Но ни слова о стоящих членах, о мужской силе, о млеющих женщинах, жаждущих совокупления.
Питер уже оказался на ней.
– А когда он вошел в нее, – произнес он, входя в нее, – она наконец перестала разговаривать.
Фидл перестала разговаривать.
* * *
Питер попросил ее руки в день, когда поместил свой аванс на специальный счет в банке «Манью-факчурер Гановер». Они в этот день обедали в «Рашен Ти Рум», но не за обычным своим столиком.
Он заказал по бокалу белого вина и взял меню, которое знал наизусть.
– Пора браться за дело, – сказал он, прикрываясь меню.
– Что? Закажем блины?
– Я не о еде.
– А о чем? Что ты имеешь в виду? За что надо браться?
– Язык не поворачивается. – Питер опустил меню, полностью открыв лицо. – Это звучит так банально...
– Бога ради, Питер. Что с тобой? – спросила Фидл.
Когда она посмотрела на официанта, подносящего им вино, ей показалось, что на лестнице мелькнуло лицо Вики. Она приподнялась, чтобы рассмотреть получше. Это действительно была Вики.
– Питер, – сказала Фидл. – Это Вики! Что она здесь делает?
– Черт побери, – простонал Питер. – Она пришла слишком рано.
– Питер, я сейчас начну кричать. Что происходит?
Питер обошел вокруг столика и взял ее руки в свои:
– Фидл, давай поженимся.
Фидл сглотнула и обернулась, чтобы убедиться, что никто ее не слышит.
– А зачем это нам? – спросила она невозмутимо, хотя удары сердца отдавались у нее в ушах.
– Затем, что мы с тобой пара. Затем, что мы любим друг друга и не должны жить отдельно. Мне не нужна соседка, я хочу иметь партнера. И – ну ладно, я скажу это... Потому что мы единое целое – когда сливаемся.
Фидл прикусила губу, чтобы она не дрожала. Она была способна лишь слабо кивнуть головой.
– Это означает «да»? – спросил Питер.
– Да. Если человек кивает головой, это означает «да».
Питер повернулся и сделал знак Вики, которая все еще стояла на лестнице.
Через мгновение она оказалась у их столика.
– Что она сказала? – не дыша спросила Вики.
– Она сказала «да»! – Питер сиял.
– Вы сначала поедите?
– Думаю, стоит подкрепиться.
– Хорошо, я подожду.
Фидл переводила взгляд с Питера на Вики, потом вновь на Питера.
Питер все еще держал ее руки в своих.
– Я созвонился с судьей Лоури. Она ждет нас в палате. Думаю, ты не против, чтобы Вики была твоим свидетелем?
– Конечно. – Фидл закатила глаза. – Почему же против? А твоим свидетелем кто будет?
Процедура заняла всего пять минут. Они вернулись в офис, открыли шампанское, припрятанное Вики в холодильник, и пригласили зайти всех, кто оказался в это время на месте.
Эти выходные они снова провели в Монтоке. Они говорили и говорили, и смеялись, и любили друг друга, и читали газеты и страницы черновика романа Питера, и придумывали обложку для следующего номера «Четверти часа», и вновь занимались любовью, сливаясь в единое целое.
Сейчас, собирая рождественские подарки, которые она вручит Питеру за ужином, Фидл выглянула из окна офиса. Пошел снег, создавая поистине рождественское настроение. Это было первое Рождество, когда у нее было все, что имеет подлинную ценность: любовь и работа.





загрузка...

Предыдущая страница

Читать онлайн любовный роман - Девочки мадам Клео - Гольдберг Люсьен

Разделы:
Пролог

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

12345

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

6789101112

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

1314

Ваши комментарии
к роману Девочки мадам Клео - Гольдберг Люсьен


Комментарии к роману "Девочки мадам Клео - Гольдберг Люсьен" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа
Пролог

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

12345

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

6789101112

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

1314

Rambler's Top100