Читать онлайн Девочки мадам Клео, автора - Гольдберг Люсьен, Раздел - 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Девочки мадам Клео - Гольдберг Люсьен бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.88 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Девочки мадам Клео - Гольдберг Люсьен - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Девочки мадам Клео - Гольдберг Люсьен - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гольдберг Люсьен

Девочки мадам Клео

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

11

Из дневника Питера – Париж, 6 июля 1990 года.
Целый день гулял и продумывал линию Анжелы. Похоже, сучка с амбициями. Ее адвокат связан с мафией (я понял, что такое Риццо, много лет назад, когда он защищал Винни Манкузо по прозвищу Большой Палец), и Бог знает, какие сложные отношения могли связывать его клиентов с мадам. Анжела и Риццо не выходили у меня из головы.
Днем зашел в кафе, где прежде никогда не бывал. Потом, будто турист, шатался вдоль Сены, заглядывал в зоомагазины, рылся в книгах у букинистов. Было такое чувство, словно никогда раньше не видел Парижа. Мне пришло на ум, что когда я работал здесь от ВСН, то видел город или из окна служебной машины, или через донышко стакана.
Купил факс в магазине электроники на бульваре Сен-Мишель, притащил домой, подключил – и сразу же передал свой номер Фидл и Венди. Потом пошел посмотреть новый фильм Луи Маля. Когда вернулся и открыл дверь, на полу гостиной (она же кабинет) лежало истошное послание от Фидл:
«Питер, дорогой, Венди сходит с ума. Она только что получила очередной пакет с твоими записями и впала в истерику от того, что мадам до сих пор не рассказывает о себе. Говорит, что все материалы о девушках, которые ты высылаешь, прекрасны, но зря ты так углубляешься в эпизод с покушением. Пора начинать отрабатывать те сумасшедшие бабки, которые она тебе подкинула, пристроив к истории мадам. Не теряй надежды. Фидл».
Меня зло разобрало. В факсе, посланном Венди, я объяснил, что мадам тянет резину, и предложил, чтобы она ее поторопила, поскольку мы с Клео оба ее клиенты. Это совершенно вывело ее из себя. Но по факсу ведь не поорешь, вот она и позвонила.
Если коротко сказать, она мне посоветовала не совать нос в чужие дела. Несколько минут мы шипели друг на друга и выгибали спины, а потом она бросила трубку. Прекрасно! Она злится на меня, я – на нее, а дело с места не движется.
Когда я сегодня прощался с мадам Клео, она сказала, что темой следующей беседы будет ее уникальная школа в Англии. Надеюсь, это означает начало разговора о ней самой.
Когда леди Джеллика Берк-Лайон составляла свое последнее завещание, не было сомнений, что ее старший сын, Мартин, не получит практически ничего. Его распутный образ жизни и увлечение наркотиками в конце шестидесятых годов, приверженность индийскому гуру и участие в захудалой рок-группе в семидесятые, загадочные взаимоотношения с известной бандершей в восьмидесятые убедили леди Джеллику незадолго до смерти в том, что он не заслуживает ни больших денег, ни имущества. Леди Берк-Лайон завещала свой денежный капитал Британскому обществу по спасению фиалок в Африке, а прекрасный загородный кирпичный дом XVII века в Веллингтон Клоузе, вместе с двадцатью шестью гектарами окружающего его парка, отошел Кириллу, младшему брату Мартина.
После года безуспешных попыток справиться с отоплением и стараний поддерживать в порядке территорию Кирилл обратился к брату с просьбой о финансовой помощи. Мартин предложил ему кое-что получше. Он предложил продать дом за наличные деньги. Деньги мадам Клео.
Мартину и Клео предстояло превратить поместье в уникальное учебное заведение.
Были наняты преподаватели по дисциплинам, определенным мадам Клео. Учащимися стали девушки, которые по своим физическим данным отвечали высоким стандартам, однако нуждались в некоторой «шлифовке», чтобы вращаться в обществе требовательных клиентов мадам Клео.
Конюшни были переоборудованы таким образом, что девушки не только получали уроки верховой езды, но и постигали тонкости продажи, покупки и разведения скаковых лошадей, обучались тому, как делать ставки на скачках. Бывшая оранжерея превратилась в казино. Многие знаменитые крупье и банкометы отдыхали в Веллингтон Клоузе и одновременно обучали девушек своему искусству. Небольшой лесок вблизи дома был вырублен, а на его месте построен автодром, где девушек учили водить дорогие спортивные автомобили и избегать опасностей, которые могут подстерегать их, если они окажутся в экстремальной ситуации в обществе политических деятелей.
Образ жизни был пронизан непоказной изысканностью. И ученицы, и учителя, и служащие должны были переодеваться к обеду, который подавался в огромном, обшитом деревянными панелями зале. После обеда девушки разделялись на группы. Они слушали лекции по живописи и музыке, балету и опере, учились распознавать прекрасные вина, сигары и мужскую одежду от Савиль Роу. Их знакомили с правилами самых популярных спортивных игр – таких, как футбол, бейсбол, американский футбол, – учили играть в бридж, нарды, крибиж, а также – по настоянию мадам Клео, – в шахматы.
Девушки учились обращаться с боевым и спортивным оружием. Само собой разумелось, что девушки, поступившие в Веллингтон Клоуз, достаточно хорошо разбирались в косметике и одежде, тем не менее они дожны были пройти обзорный курс о лучших домах моды Парижа.
По вечерам в субботу преподаватели-мужчины исполняли роль партнеров, девушек учили танцевать самбу, мамбо и вальс, – то есть те танцы, которые могли знать клиенты мадам Клео.
Западное крыло дома было поделено на небольшие классные комнаты, где в дневные часы проходили занятия. Здесь ученицы получали необходимые знания по искусству, истории, геополитике и мировой экономике.
Девушкам надлежало ознакомиться с основами правовых знаний, поскольку клиенты нередко чувствовали себя подавленными из-за необходимости вести несколько судебных дел сразу и порой нанимали девушку только ради того, чтобы она выслушивала их жалобы.
Что касается искусства, девушки должны были научиться узнавать Рубенса, Дега или другого знаменитого художника, если увидят картины их кисти в кабинете или в библиотеке клиента; настоящий золотой лист или нарисованный украшает потолок спальни. Им следовало уметь определять, где куплены простыни, на которых они спят, – в обычном универмаге или у Портхолта.
Каждое утро все были обязаны читать лондонскую и нью-йоркскую «Таймс» и, по возможности, просматривать „Файнэншл таймс», поскольку за завтраком под руководством Джона Роберта Конроя, бывшего профессора политологии Оксфордского университета, обсуждались текущие международные события. Профессор Копрой, штатный сотрудник Веллингтон Клоуза, кроме того, был экспертом по винам.
Занятия начинались ровно в девять утра и продолжались до пяти, с перерывом на обед, во время которого девушки знакомились с особенностями кухни различных стран. С пяти до семи у них было время позаниматься самостоятельно и переодеться к ужину и вечерним занятиям.
И так каждый день. Некоторые девушки, не привыкшие к дисциплине, не переносили такой жизни – насильно их никто не задерживал. Другие, в числе которых была и Сью-Би Слайд, чувствовали себя прекрасно.
– Анжела! Скорее! Смотри! – закричала Сью-Би соседке по комнате в Веллингтон Клоузе.
Она стояла коленями на подоконнике в комнате с эркером и глядела через затемненные стекла.
– Что такое? – проворчала Анжела со своей односпальной кровати.
– Снег идет!
– Подумаешь, невидаль... – равнодушно откликнулась Анжела, поправляя подушки, о которые опиралась спиной.
Она полусидя смотрела по видео одну из учебных кассет, набор которых получила каждая из обитательниц Веллингтон Клоуза. Кассета, которую она сейчас поставила, называлась «Программа по запоминанию высокопоставленных лиц».
– До чего же красиво, – сказала Сью-Би. – Видна вся дорога до самого озера. Похоже на картинку из книжки сказок.
– Сью-Би, уймись! Через час мы должны быть внизу, а мне еще надо досмотреть этот идиотский фильм.
– Ну, извини. – Сью-Би спрыгнула с подоконника и направилась к письменному столу.
Анжела и Сью-Би приехали в Веллингтон Клоуз через день после того, как Сью-Би успешно прошла собеседование у мадам Клео.
Анжела видела, с каким восторгом Сью-Би приняла новую жизнь. Сандрина рассказала ей о проблемах с чтением, которые были у ее подруги, но теперь Сью-Би читала запоем. Она даже регулярно и старательно делала записи в своем дневнике. Многие из них она повторяла в длинных письмах Сандрине, которые подписывала не только своим именем, но и за Анжелу. Сандрина в ответ раз или два в неделю звонила им по телефону, всегда из какого-нибудь нового экзотического места, поскольку, исполняя заказы мадам Клео, все время колесила по Европе.
Сью-Би все больше нравилась их жизнь в Веллингтон Клоузе, тогда как Анжела становилась все мрачнее и скучнее. Для нее пребывание здесь было равнозначно тюремному заключению.
Сью-Би наклонила над столом лампу на гибкой ножке.
– Хочешь, я проверю тебя по этой кассете? – предложила она, не поднимая глаз.
Анжела нажала кнопку дистанционного управления и приглушила звук. На экране Ли Яккока беззвучно открывал рот, говоря о чем-то серьезном.
– Пустая трата времени, – отрезала Анжела.
– А чего ты ожидала здесь, Анжела? Анжела повернулась на спину и уставилась в потолок.
– Я надеялась, что, пробравшись внутрь, разгадаю, как эта старая вешалка так здорово организовала бизнес. И тогда я кое-что могла бы использовать, если снова возьмусь за дело.
Анжела закатила глаза и выключила перемотку.
– Ты не против, если я первая приму душ? – спросила она, направляясь в ванную.
Придется замкнуться в себе и считать дни, пока можно будет отсюда уехать. В один прекрасный день, клялась она самой себе, в один прекрасный день я снова буду на вершине. Это просто дело времени.
Сандрина проснулась. Она была одна в зашторенной спальне.
Она пошарила рукой на ночном столике в надежде найти хоть что-нибудь, что подсказало бы ей, где же она находится. Рука наткнулась на спички и смахнула их на ковер. Когда она перегнулась через край кровати, чтобы подобрать их, то ощутила такую боль в макушке, будто голова сейчас взорвется. Она взяла спички и снова откинулась на подушки. Приоткрыв один глаз, взглянула на этикетку. На ней золотыми буквами было написано: «Клэридж». Лондон. Она находится в Лондоне. Может быть.
Зарывшись в подушки, Сандрина пыталась вспомнить, какое сегодня число, какой месяц. Судя по листьям деревьев за окном, должно быть, уже наступила осень. За несколько месяцев работы у Клео она побывала во всех крупнейших городах Европы, а однажды даже летала в Стамбул. Она приезжала в Париж и уезжала чаще, чем ходят поезда. Жизнь ее была непрерывным потоком самолетов, автомобилей, гостиничных вестибюлей, постелей и ресторанов, лиц, рук, стоящих мужских членов (хотя порой и нестоящих, как бы хитроумно она ни манипулировала ими). Мужчины были, как правило, с прекрасными манерами, но иной раз попадались столь грубые и невоспитанные, что она вынуждена была прерывать встречу и по ближайшему телефону звонить мадам Клео. С ней это произошло всего дважды, но правило мадам гласило: заставить ее работать с кем бы то ни было против ее воли не мог никто. Это вытекало из главной, неожиданно демократичной традиции: Клео и Мартин назначали встречи, а девушки могли выбирать. Вскоре Сандрина поняла, что мадам Клео может проявлять незаурядную чуткость при подборе партнеров для послушных. Сандрина была убеждена, что получала так много разнообразных вызовов именно потому, что ни разу не отказалась.
Было нелегко выдерживать ежедневные возлияния и выглядеть при этом «на все сто», да еще, с Божьей помощью, улыбаться. Она улыбалась не переставая, вечно наклоненная вперед, дабы не пропустить ни одного из золотых слов мудрости, от которых неудержимо клонило в сон, ни одной плоской, сальной, глупой шутки. По сравнению с бравшей за горло скучищей, которую порождала эта необходимость внимать, секс был просто праздником. К тому же, успокаивала она себя, занимаясь сексом, легче поддерживать хорошую форму. В постели Сандрина всегда управляла ситуацией. А в театральном кресле, на заднем сиденье машины или на корме яхты она была не более чем декорацией или украшением, которое забывалось и легко отбрасывалось, как случайно приставшая к одежде нитка. Оценивая свое положение, она определила себя как «трах-материал». Были ведь женщины, мечтающие о блестящей карьере в кино, – «киноматериал», были и такие, которые мечтали выгодно выйти замуж, – «материал для замужества». И конечно, «трах-материал». В данный момент она была «трах-материалом», пытающимся перейти на позиции «материала для замужества».
Сандрина была уверена, что если когда-нибудь за столом напротив нее окажется такой мужчина, который ей нужен, она завоюет его. Неважно, женат он или нет. Любого можно разженить. Сандрина открыла для себя истину, что по-настоящему влиятельные и богатые экземпляры всегда бросают жен ради первосортного «материала для замужества».
Кроме выслушивания мужчин, самым трудным было все время оставаться в форме. Несмотря на превосходную одежду и первоклассные удобства, несмотря на то, что не приходилось носить ничего тяжелее косметички, работа оставалась работой. Не было минуты, когда она могла позволить себе не выглядеть «на уровне». Это означало, что ногти, волосы, зубы, кожа, фигура, одежда и украшения – все должно быть безупречным. В этот момент она лежала, одетая в тысячедолларовую, от знаменитого модельера, ночную рубашку, в номере, который стоил две тысячи долларов в сутки, и мечтала провести хоть один день в грязной футболке до колен, шлепанцах на ногах без педикюра с холодильником, заполненным шоколадным «Ю-Ху»
type="note" l:href="#n_8">[8]
и ведерками с жареной курицей.
Однако ее мечты не шли дальше одного дня простой жизни. Она как могла готовилась к охоте и решительному прыжку в нирвану замужества – то есть к браку с богатым, могущественным, желательно часто путешествующим и старым мужчиной. С очень старым. Мадам Клео предоставляла ей шансы найти то, что нужно. Дальнейшее зависело от нее.
Больше всего Сандрину огорчало, что она так мало видится со Сью-Би и Анжелой. Их пути редко пересекались. Иногда удавалось выговориться по телефону, как это было, например, в мае, когда Сью-Би болела гриппом и жила в квартире, которую мадам Клео держала в Париже. В эти дни Сандрина часами разговаривала с подругой и убедилась, что та вполне довольна жизнью. Сью-Би чувствовала себя нужной. Благодаря ей люди становились удовлетворенными и счастливыми. Разве что она предпочла бы делать все это для одного человека, а не для дюжин.
В августе во франкфуртском аэропорту Сандрина встретила Анжелу. Несмотря на теплую погоду, Анжела была с ног до головы укутана в мех рыжей лисицы.
– Ты что, операцию сделала? – спросила Сандрина.
Анжела подняла подбородок и опустила веки:
– Ну как? Я сделала это в прошлом месяце в Рио, совершенно бесплатно, у врача, который хотел на мне жениться.
– Ты выглядишь потрясающе, – искренне сказала Сандрина. – Но ведь мадам заплатила бы за это. Она всегда предлагает.
– Да, я знаю. Но я не хочу от нее ничего, кроме заказов. – Она обернулась и улыбнулась бармену: – Две «Кровавых Мэри» со льдом, пожалуйста. Не надо специй, не надо сока.
– Что это такое? – удивленно спросила Сандрина.
– Водка со льдом. Он знает. Он уже ко мне привык.
– Ты много раз здесь была? – Сандрина разглядывала зал.
Анжела придвинулась и понизила голос:
– На этой неделе дважды. Я здесь занята делом.
– Каким делом? Это мужчина?
– Нет-нет, – нетерпеливо прервала Анжела, – ничего подобного. – Она придвинулась еще ближе и прикрыла рот ладонью: – Но ты никому ни слова, ладно?
– Будь уверена, – подтвердила Сандрина, а про себя подумала: «Ой, не к добру все это».
– Я только что встречалась с двумя бандершами из Германии. Одна из них контролирует территорию до самого Будапешта. Обе в преклонном возрасте. Хочу познакомиться с ними поближе и, если все будет хорошо, надеюсь выкупить у них дело.
– Ты не боишься? Представляешь, что будет, если мадам Клео узнает.
– Не должна. – Анжела отхлебнула из своего бокала. – Через год-другой я наберу нужную сумму. Может быть, и раньше, если смогу ограничить расходы на одежду. Потому-то я здесь с этим маленьким турком.
Сандрина оглянулась. Спутник Анжелы говорил по телефону в дальнем углу зала.
– А какое отношение генерал имеет к одежде? – спросила Сандрина.
– Да никакой он не генерал, – усмехнулась Анжела, – просто любит вырядиться. Так его лучше обслуживают. Он экспортирует шкурки и высококачественную кожу. Я покупаю у него товары оптом, а моя швея в Париже занимается ими. Тебе нравится шуба? – Анжела встала и повертелась на месте.
Сандрина рассмеялась. Было похоже, что интриги были высшим наслаждением для Анжелы.
– Мне нравится все вместе, дорогая. – Она поднялась, чтобы поцеловать Анжелу в щеку. – Однако мне пора.
Сандрина не переставала удивляться, как Анжеле не страшно рисковать своим нынешним положением. У мадам Клео повсюду были щупальца, длинные и цепкие. Существовала реальная угроза, что ее подруга попадется и снова окажется в таком же положении, в каком она и находилась в то холодное несчастливое утро, когда они вдвоем гуляли по набережной Сены...
* * *
Сандрина прищурилась, глядя на телефон, стоящий с другой стороны огромной кровати. Она еще не известила Мартина о своем приезде сюда и знала, что он будет недоволен. Надо сделать это сейчас, пока она одна.
Услышав приятный голос Мартина, она повернулась на живот, прижав к себе трубку.
– Bon jour, Мартин, до-оо-о-рогой, – протянула она как можно более соблазнительно.
– А, это ты? Давно пора. – Мартин говорил раздраженно. – Ты не должна так надолго исчезать из поля зрения, Сандрина!
– Мартин, не ругайся, – простонала она. – Моя бедная голова этого не вынесет. Ты же знаешь, что по плану была трехдневная прогулка. Загляни в журнал, если мне не веришь.
– У меня нет времени спорить с тобой. Если ты освободилась, вечером есть другая работа.
– Послушай, Мартин... Я вот о чем думаю. Эти трехдневные свидания... А если каждый день у меня будет новый клиент, смогу я заработать больше?
– Конечно. Но для чего?
– Для денег.
– Понятно, дорогая. Но ты и сейчас зарабатываешь кучу денег.
– Мне нужно больше, чем куча. Я хочу, чтобы ты начал записывать меня на каждый день. Всю осень, хорошо? На Рождество мне понадобится неделя, чтобы слетать в Нью-Йорк. А с первой недели января можешь снова включать меня в расписание.
– Мне надо посоветоваться с мадам, – ответил Мартин тем особенным тоном, который появлялся, когда ему не хотелось брать на себя ответственность.
– Сделай это, дорогой. Скажи, что для меня это очень важно.
Она повесила трубку и села на край кровати, размышляя. Чтобы получить деньги, необходимы деньги.
Сандрина понимала, что сама никогда не сможет заработать столько, чтобы устроить жизнь, как ей хотелось бы, однако пока что она решила выглядеть и жить так, как будто уже была настолько богата.
На Рождество она остановилась в отеле «Плаза». Она спала, ходила по магазинам, старалась не слишком много пить и курить. Пригласила Марту на великолепный обед в «Эдвардианский зал». За кофе и десертом она вручила Марте бархатную коробочку, в которой лежала нить жемчуга – настоящего, сверкающего, величиной с ноготь. Она купила его в Женеве, убивая время днем, между двумя свиданиями.
Сандрина не знала, что послужило поводом – жемчуг или ее обещание забрать Марту в наступающем году, но внезапно по милому немолодому лицу ее бывшей няньки потекли слезы. От смущения Марта закрылась руками и сидела так, пока не успокоилась.
– Ох, Марти. – Сандрина погладила ее по руке. – Не надо. Официант подумает, что тебе не понравилось крем-брюле.
Марта медленно опустила руки.
– Я знаю, чем тебе приходится заниматься, чтобы покупать такой прекрасный жемчуг, – сказала она.
Сандрина уткнулась в десерт. Она не собиралась лгать или оправдываться. Она знала: Марта не осуждает ее, просто констатирует факт. То, что она делает для заработка, не может повлиять на их безграничную любовь. И все же, видя печаль в глазах Марты, Сандрина почувствовала, что хорошо бы объясниться.
– В моей жизни нет ничего ужасного, Марта, – начала она, – я путешествую, посещаю красивые места, встречаюсь с удивительными людьми.
– До твоего рождения твоя мать занималась тем же, – без выражения сказала Марта.
Сандрина была бы меньше поражена, если бы Марта схватила вилку и воткнула ей в лицо.
– Что ты сказала? – переспросила она.
Сандрина прекрасно расслышала слова Марты, но ей нужно было время, чтобы переварить услышанное.
– Твоя мать работала на женщину по имени Клео в Париже в конце пятидесятых годов, – ровным голосом ответила Марта.
– Откуда ты знаешь?
– Я уже столько времени живу у нее... Я все слышу, все замечаю.
– Почему же ты мне никогда не говорила об этом? – Комок в горле мешал Сандрине говорить.
– Я не хотела, чтобы тебе было больно.
– Но это могло бы помочь мне.
Марта повела плечами:
– И ты тоже работаешь у нее, Дрини?
Сандрина беспомощно кивнула в ответ.
– Ты расстроилась из-за меня? – Взгляд Марты молил о прощении.
– Конечно, нет. – Сандрина снова погладила руку Марты. – Я бы, наверное, и сама догадалась в конце концов. Жаль только, что раньше не знала. Это помогло бы мне в нашей бесконечной борьбе.
Сандрина посадила Марту в такси у отеля. На прощание она наклонилась и поцеловала свою бывшую няньку в лоб.
– Позвоню тебе из Парижа, хорошо? И не беспокойся обо мне. Я пришлю за тобой, как только смогу.
Чтобы остыть, Сандрина направилась в парк. Деревья, окружавшие прекрасный старый отель, светились тысячами рождественских огней.
Бодрящий морозный воздух освежил голову. Впервые в жизни Сандрина почувствовала жалость к матери. Как долго Тита Мандраки хранила свою тайну! Сколько раз, когда она входила куда-нибудь, ей приходилось опасаться, не узнает ли ее бывший клиент. Сколько раз, когда она отправлялась на встречу или презентацию, связанную с работой, или когда обращалась к банкиру за поддержкой, ей приходилось бояться, что проверка биографических данных откроет ее прошлое?
Впервые она осознала, что в ее шкафу, как и у ее матери, будет спрятан такой же скелет. И настанет день, когда ей придется скрывать и лгать, жить в страхе, что созданный ею мир может исчезнуть, если она будет разоблачена. И коли появится человек, который станет ей дороже жизни, его придется обманывать.
Сандрина знала, что сможет избежать разоблачения тем же путем, что и мать, – с помощью денег. Богатые не обязаны отвечать на вопросы. Деньги помогут устранить любую угрозу, заставить умолкнуть любую критику. Видимо, именно поэтому мать отказалась отдать ей наследство. Она его некоторым образом заработала. Сандрина начнет делать кое-что самостоятельно. И на это уже никто не наложит руку.
Мадам Клео, конечно, знает об этом. И то, что у нее работает дочь бывшей девушки Клео, наверняка доставляет ей извращенное удовольствие. При мысли об этом Сандрина почувствовала, что мадам Клео стала нравиться ей гораздо меньше.
Бывает откровенная ложь, а бывает ложь умолчания, последняя – гораздо хуже. Знать о человеке что-то и не сказать – значит в какой-то степени иметь над ним власть. И тот, кто знает, но не говорит, чувствует свое превосходство. Тут Сандрина поняла, что мадам Клео ей совсем не нравится. Когда-нибудь она скажет это ей в лицо.
Сандрина повернулась и пошла обратно к отелю. Она сознавала, что то, к чему она стремится, та власть, которая защитит ее ото всех и вся, находится где-то в Европе. Тысяча девятьсот восемьдесят седьмой будет ее годом. В этом году она встретит человека, который решит все проблемы.
* * *
Весной и в начале лета 1987 года в особняке на острове Ситэ кипела жизнь.
Мартин произвел предварительные подсчеты – оказалось, что больше всех зарабатывают три американки: Сандрина Мандраки, Сью-Би Слайд и Анжела Уэйнстайн. Сандрина брала сразу по два-три заказа, и трудно было сказать, не заглянув в журнал, в каком городе она в данный момент находится. Почему-то Сью-Би пользовалась огромным успехом у английских аристократов. Однако поведение Анжелы, несмотря на то, что она много работала, становилось все более вызывающим. Она частенько нарушала расписание. Несколько человек сообщили Клео, что Анжела предлагала им стать ее личными клиентами. Девушку встречали в местах, где ей не полагалось бывать. Все это грозило неприятностями. Мартин понимал, что мадам не одобряет поведения Анжелы, однако пока до нее не доходят руки. Но он знал, что день расплаты наступит. А пока и он, и мадам с головой ушли в подготовку к «Ля Фантастик». Барон уже передал по телефону специальные инструкции. Для особых гостей нужно выбрать трех девушек, и Анжела, поскольку заработки ее столь высоки, будет, безусловно, претендовать на то, чтобы стать одной из них. Имена счастливиц, выбранных мадам, будут оглашены на торжественном обеде, который ежегодно в конце июня устраивался для всех девушек. В самое ближайшее время придется что-то решать с Анжелой.
Теплым июньским утром в доме было тихо как никогда. Наконец-то у Мартина появилась возможность несколько минут поговорить с мадам наедине.
Он подошел к дверям кабинета и дважды постучал.
– Войдите!
– У вас найдется для меня минутка? – нерешительно спросил Мартин. – Я хотел бы поговорить об обеде. Нужно позвонить поставщикам продуктов и обсудить меню до пятницы.
– Хорошо. – Мадам не отрывалась от чтения.
Мартин сел на свое обычное место у стола. Он предпочитал общаться с ней именно в этой комнате. Здесь прохладно и много воздуха – совсем не так, как в ее маленьком убежище на первом этаже, где его охватывала клаустрофобия.
Сейчас в маленькой комнате работали два клерка, которых прислал ее адвокат, чтобы помочь разобраться с бухгалтерией. Их присутствие, естественно, усиливало напряженность в доме. Мадам всегда держала свои финансовые дела в секрете, обсуждая суммы налогов только с Джеком Эйлером и своим адвокатом. Государственные чиновники обвиняли ее в недоплате налогов, однако Мартин подозревал, что чиновники были снисходительны к ней. За все годы он даже не слышал об уплате налогов, ни о едином франке.
Наконец она закрыла лежащую перед ней папку из плотной желтой бумаги и сняла с кончика носа небольшие очки в золотой оправе, которые надевала для чтения. Лицо ее было напряжено, губы сжаты в ниточку.
– У нас проблема, – сказала Клео, постукивая длинными ногтями по обложке папки.
– В чем дело? – спросил Мартин, надеясь, что это не связано с теми двоими, работавшими внизу.
– Ты в последнее время просматривал расписание Анжелы?
– Да, конечно. Как раз закончил. Она работает очень хорошо. Лучше, чем в прошлом году. А почему вы спрашиваете?
– А ты знаешь, что она работает не только по нашим заявкам?
– Да. Насколько я могу судить, она за все платит нам проценты. Хотя, конечно, нельзя быть в полной уверенности, что она сообщает обо всех своих клиентах.
Мадам тяжело вздохнула.
– Конечно, я не могу удержать моих девушек от приработка на стороне. Так было всегда... Но судя по тому, что я здесь прочла... – Она взяла папку и оттолкнула ее с неодобрением. – Анжела совершенно выходит за дозволенные рамки.
– А что вы читаете?
– Это сообщение от близкого друга из Мюнхена. Она заявила ему, что намерена выкупить дело у мадам Лили и будет рада, если он станет ее клиентом.
Мартин был очень удивлен. Подобные попытки некоторые девушки предпринимали и раньше. И, когда мадам узнавала об этом (а узнавала она всегда: сеть ее осведомителей могла бы служить образцом для Скотленд-Ярда), виновную выгоняли, не дав ей времени снять горячие бигуди. А потом мадам следила, чтобы та не могла удачно пристроиться. Отвергнутую девушку не принимала ни одна из преуспевающих бандерш.
– Я заметил, что она слишком часто стала летать во Франкфурт. Потрясен, искренне потрясен, – сказал Мартин. – Хотите, я разыщу и призову ее?
Мадам Клео долго не отвечала. Казалось, она что-то вычисляет. Наконец она заговорила:
– Нет, пока не надо. Если я сейчас отпущу ее, она причинит мне много вреда. Раз уж Анжела вербует клиентов, то один Бог знает, что она могла задумать насчет наших девушек.
– Как же мы поступим?
– Сейчас я позвоню в несколько мест. Нужно поймать ее с поличным. Я должна получить возможность контролировать Анжелу, и тогда, когда отошлю ее в наихудшее место, какое только смогу придумать, она не посмеет ослушаться.
– Что же это за место? – спросил он, широко раскрыв глаза.
Мадам взяла телефонную трубку и начала набирать номер.
– Лас-Вегас, – произнесла она тем же тоном, каким отозвалась бы о сточной канаве.
Мадам улыбнулась ему. Он хорошо знал эту улыбку – в ней совершенно не было веселья.
– Начнем с Сандрины. Я хочу послать ее вместе с Анжелой на специальное задание.
– И дальше?
– Сначала найди мне Сандрину. Потом я скажу, что будет дальше.
– Она утром улетела в Лондон, где наш человек записал ее вечером на прием. Но я попробую разыскать. Что ей сказать?
– Скажи, чтобы завтра утром вылетала в Цюрих. Там один клиент хочет провести свободный вечер с двумя незаурядными девушками.
Мартин дозвонился до отеля, где остановилась Сандрина, но ему сказали, что она ушла за покупками. Он передал, чтобы она связалась с ним, как только вернется. Потом позвонил Джереми Уилксу, человеку, с которым мадам была связана в Лондоне. Но нарвался на автоответчик.
– Вот дьявол! – выругался Мартин, положив трубку.
Позвонил Анжеле и попросил ее быть готовой для специального задания. Хоть ей-то он дозвонился. Весь день он продолжал звонить в Лондон. К шести часам Мартин оставил по полдюжине срочных посланий для Сандрины в гостинице и на автоответчике Джереми.
В надежде, что кто-то из них откликнется, Мартин слонялся по офису почти до полуночи. Когда телефон наконец зазвонил, он бросился к нему и схватил трубку, не дожидаясь конца первого звонка.
– Где ты была? – требовательно закричал он, даже не поздоровавшись.
– Я в аэропорту, Мартин, – ответил знакомый голос. – Только что прилетела и решила позвонить, чтобы узнать, как дела.
Мартин откинулся в кресле.
– Сью-Би, – выдохнул он.
Никто, кроме нее, не произносил его имя как «Маттин».
– Что нового? Я нужна тебе?
Он потер лоб:
– Подожди, дорогая. Я проверю.
Он нажал кнопку внутренней связи в будуаре мадам.
Мадам обычно ложилась спать очень поздно. Она не возражала чтобы он послал на задание Сью-Би, если не удастся найти Сандрину, хотя здесь и могла возникнуть определенная неловкость.
Клиентом, ожидающим в Швейцарии двух девушек Клео, был шейх Омар Заки.
Сандрина знала, что Мартин разыскивает ее, но избегала разговора с ним.
Сияющая и сверкающая, она вышла из косметического салона «Ма Эглантин» на Оксфорд-стрит. Поехала на такси в магазин «Шанель» в Челси и купила платье за семь тысяч долларов, сидящее на ней, как вторая кожа. В течение дня Сандрина время от времени отвлекалась от процедур, чтобы справиться в гостинице, не было ли ей звонков. Они были, все от Мартина, каждый истеричнее предыдущего. Позвонила Джереми Уилксу и попросила не разговаривать с Мартином, если тот обратится к нему. Она знала, что Мартин звонит, чтобы отправить ее на срочное задание. После каждого звонка, о котором ей сообщали, она благодарила дежурного – и снова занималась собой. Ей не хотелось, чтобы ее отвлекали от предстоящего вечера...
Утром, когда она прилетела из Парижа Джереми встречал ее в аэропорту.
Бросившись навстречу Сандрине, чтобы подхватить ее багаж, он не мог скрыть своего возбуждения:
– Девочка, дорогая! Еле тебя дождался, чтобы рассказать о сегодняшнем приеме.
– Ох, Джереми, – простонала она, – что уж там такого необычного?
– Прием устраивает Журдан Гарн.
Эти слова подействовали. Сандрина остановилась и уставилась на него:
– Черт побери!
– Он прибывает из Нью-Йорка с гостями на личном самолете. Остановится в своем особняке. Если ты будешь вести себя правильно, то сможешь увидеть самый шикарный дом в Белгрейвии
type="note" l:href="#n_9">[9]
. Не говоря уже о близком знакомстве с третьим богачом мира.
Пока Джереми укладывал ее вещи в багажник «роллс-ройса», припаркованного у тротуара перед терминалом «Эр Франс», Сандрина молчала.
«Боже мой! – думала она чувствуя, что у нее холодеют кончики пальцев. – Вот оно! Журдан Гарн!» Фотографию Гарна она видела в прессе сотни раз, читала о нем в «Форчун» и «Форбс».
Расположившись на заднем сиденье машины, она убедилась, что перегородка отделяющая их от шофера, плотно закрыта потом обратилась к Джереми:
– Ведь ты мог выбрать и другую девушку!
– Да, конечно. – Джереми слегка улыбнулся. – Но я думаю, ты это заслужила. Я уверен, что ты знаешь, как обрабатывать таких, как Гарн.
Сандрина улыбнулась в ответ:
– Спасибо, Джереми. Ты прав. Я это действительно знаю.
Ровно в семь вечера Джереми заехал за Сандриной. Молча помог ей сесть в поджидающую машину и заговорил только тогда, когда они отъехали от тротуара:
– Журдан Гарн и не подозревает, что его ждет.
В каждом городе, куда приезжала Сандрина, находились «двойники» Джереми, люди мадам Клео – молодые, высокие и стройные. Мадам использовала их как мальчиков для поручений. Если они были нормальными в половом отношении, мадам разрешала им при случае переспать с новой девушкой, чтобы испытать ее, как это делал Джек Эйлер в Париже.
По мере приближения к «Савою» улица Странд
type="note" l:href="#n_10">[10]
становилась все более забитой машинами. Автомобиль с трудом пробивался вперед.
– Как ты думаешь, для меня там будет что-нибудь интересненькое? – спросил Джереми, когда они в очередной раз остановились.
– Гм-м... Может, тебя интересуют актеры? – Сандрина смотрела в окно.
– Не особенно. – Он состроил гримасу.
– Ну, смотри сам, Джереми. У меня-то есть своя цель на сегодня.
– Вот именно. – Он улыбнулся. – Я могу быть чем-то полезен?
– Да. Хорошо бы ты нашел кого-нибудь, кто представит меня Журдану. Мне бы пока не хотелось, чтобы он знал, что я профессионалка. Мужчины лучше себя чувствуют, когда думают, что покорили тебя своим обаянием.
Джереми рассмеялся, откинув назад свои длинные шелковистые волосы.
– Ладно, Сандрина. Займемся делом.
Неожиданно Джереми схватил ее за руку и открыл дверцу автомобиля, который за последние пять минут не продвинулся ни на сантиметр.
– Пойдем пешком? Мы никогда не выберемся из этой пробки.
Добравшись до тротуара, Сандрина оглядела свое платье. Черный шелк плотно облегал фигуру, закрывая грудь до самой шеи. А на спине длинный, ниже талии, вырез обнажал умопомрачительную мраморную кожу. Тот, кто будет танцевать с Сандриной, не избежит прикосновения к этой прохладной шелковистой коже. Высокий викторианский воротник, который Джереми позаимствовал из коллекции драгоценностей мадам Клео, хранящихся в сейфе банка «Коуттс» на Слоун-сквер, состоял из чередующихся ниток жемчуга, гранатов и оникса. Через плечо Сандрина перекинула длинный палантин из чернобурки, также из прокатного гардероба мехов мадам Клео. Макияж был превосходен.
Когда они вступили на красную ковровую дорожку, расстеленную перед вращающимися дверями «Савоя», вокруг замелькали огни телевизионных камер, заливая их обоих слепящим светом.
Медленно продвигаясь к высоким дверям, Джереми бережно обнимал ее за плечи. В вестибюле слышались звуки невидимого струнного квартета исполнявшего популярные мелодии.
Джереми подвел ее к бару в дальнем углу зала. На небольших подмостках тихо наигрывал струнный квартет. Джереми взял с подноса у пробегавшего мимо официанта два фужера. С шампанским в руках они направились в просвет, образовавшийся в толпе гостей. Все головы поворачивались в сторону Сандрины.
Прислонившись к рукаву смокинга Джереми, она оглядывала зал.
– Ты уже видела его? – с многозначительной усмешкой спросил Джереми.
– Пока нет. Судя по фотографиям, он, мне кажется, невысокого роста. В этом море пингвинов отличить его будет трудно.
– А какие волосы нам надо искать?
– Гм-м... темные. Темно-русые с серебристыми висками. Лицо у него всегда загорелое.
– Это облегчает задачу. Здесь большинство лысых, с кожей цвета овсянки, – презрительно бросил Джереми, отхлебнув шампанского.
– Ну, это от английского воздуха. – Сандрина продолжала оглядывать гостей.
Внезапно она окаменела.
– Я вижу его!
– Где?
– Да вон же! Справа от этого высокого папоротника. Видишь?
– Да-да! – Джереми был возбужден. – Нам повезло. Он разговаривает с сэром Питером Найтом. Я с ним когда-то работал в «Экспресс». Давай поспешим. Видишь, они пожимают друг другу руки. Похоже, сэр Питер собирается уйти.
Подхватив Сандрину под руку, Джереми направился к краю площадки для танцев, где стоял Гарн.
Сандрина устремила оценивающий взгляд на свою добычу. Гарн был весьма привлекателен. В профиль он чем-то напоминал молодого Брандо, но без его хмурого взгляда. Сандрина выпрямилась, будто несла что-то на голове, используя прием манекенщиц, которые стараются вообразить, будто у них к затылку привязана веревка и за нее кто-то тянет вверх.
«Ну, это будет проще простого», – подумала она, ощутив знакомый прилив энергии.
Такое чувство Сандрина испытывала, направляясь к танцевальной площадке, когда ходила на дискотеки в Нью-Йорке. Раньше ее цель состояла в том, чтобы овладеть вниманием толпы и удержать его. На этот раз вся энергия была направлена на одного человека. Шансов у него не было.
Когда между ними оставалось не больше пятнадцати шагов, Сандрина ухватила Джереми за рукав:
– Подожди!
– Что такое? – Джереми остановился на полушаге.
– Иди один. А я отойду в сторонку. Он заметил, что ты со мной, и попросит познакомить нас. Так будет лучше.
Джереми скептически взглянул на нее:
– Первый вариант надежнее. Мы его снимем одним выстрелом. Нельзя же гоняться за человеком по всему залу.
– Доверься мне. – Сандрина улыбнулась.
Она отошла на пару шагов, а Джереми приблизился к двум мужчинам. Сандрина наблюдала, как Джереми слегка поклонился, потом жутко вежливым голосом приветствовал сэра Питера. Тот, в свою очередь, представил его Гарну, упомянув о статье в «Таймс», где говорилось о заслугах Джереми в подготовке шоу.
Пока они говорили, Сандрина встала так, чтобы Гарн не мог не заметить ее, устремила на него взгляд и ждала, пока он это почувствует. Буквально через секунду его светло-голубые глаза остановились на ее лице, затем одобрительно скользнули вниз и вновь, очень медленно, поднялись. Встретившись с ним взглядом, она посылала ему максимальное количество эрогенных импульсов, на которые был способен ее мозг. Потом чуть-чуть приоткрыла рот и слегка опустила веки, не более чем на полсантиметра.
Она ощутила тепло, которое побежало вверх и затаилось под грудью. Все шло как надо! Гарн продолжал разговаривать с Джереми, но слова уже потеряли для него всякое значение. Наконец он попросту оборвал разговор и послал ей отработанную, явно сексуальную улыбку. Сандрина медленно прикусила нижнюю губу, затем столь же неторопливо сомкнула губы. По его реакции она поняла, что он игрок. Это был человек, полный сексуальной самоуверенности, привыкший брать инициативу в свои руки, энергичный, готовый выполнить все желания – только скажи. Отсутствие сомнений в собственной сексуальной привлекательности притягивает само по себе. Она знавала и менее эффектных мужчин, обладавших этим возбуждающим качеством. Каково положение человека в обществе – не имеет значения.
«Если бы все юные уродцы поняли это, в мире стало бы гораздо меньше серийных убийц и насильников», – подумала Сандрина.
Гарн наконец моргнул. И отвел глаза. Сандрина победила.
В следующий момент он уже пытался вежливо отделаться от своих собеседников. Она понимала, что сейчас он направится к ней. Когда Гарн пожимал руку Джереми, она выскользнула через двустворчатую дверь в затемненную комнату размером поменьше и спряталась за колотой. Через плечо она видела Гарна, стоящего в светлом дверном проеме и высматривающего ее.
Сандрина выждала, пока он уйдет, медленно прошла в банкетный зал и стала пробираться подальше от того места, где разговаривали мужчины. Внезапно она почувствовала, как чья-то рука опустилась на ее плечо. Обернувшись, увидела Джереми с недовольной гримасой на лице.
– Что все это значит? – спросил он неодобрительно. – Ты что, в прятки играешь?
– Может, и так.
Она, смеясь, вытащила его на танцевальную площадку. Струнный квартет сменился джазом, который как раз начал играть ритмичный рок. Сандрина прижалась к накрахмаленной рубашке Джереми, ее ноги начали двигаться в ритме танца. Она снова была на дискотеке, позволяя музыке увести себя в центр площадки. И когда, откинув голову назад, начала свой волнообразный раскованный танец, то знала, что из зала на нее смотрит Журдан Гарн.
– Боже! – выдохнул Джереми.
Он ошалело смотрел, как она двигалась вокруг него.
Сандрина дразняще приподняла бровь, взглянув на Джереми.
– Тебе нравится? – спросила она, заранее зная ответ.
– Невероятно, – ответил он и взглянул через ее плечо. – Ого! Кое-кому тоже понравилось, дорогая. Мистер Гарн стоит сзади тебя и наблюдает.
– Я этого и хотела.
Джереми сделал быстрый поворот, шутливо подталкивая ее бедром.
– О-о-о! Мне кажется, у него сейчас слюнки потекут! А вот и он, идет сюда!
Сандрина не обернулась. Она продолжала танцевать, пока не почувствовала, как тело Гарна прикасается к ней сзади. Сделав плавное движение в полном согласии с музыкой, она оказалась в его объятиях.
Как единое целое двигались они в ритме теперь уже более медленного танца – словно оркестранты осознали, какой сексуальный сюжет разворачивается перед ними, и захотели подстроиться. Еще два танца прошли в молчании. Она слышала лишь звуки музыки и его дыхание у своего уха. Ей было нужно, чтобы он заговорил первым.
Уткнувшись губами в ее волосы, Гарн спросил, вытаскивая из себя слова, которые, казалось, давались ему с трудом:
– Ты кто?
Она откинула голову и взглянула ему в глаза.
– Меня зовут Сандрина. – Голос ее звучал мягко.
– И все?
– У-м-м-м... – Она улыбнулась.
– Брось своего педика, – грубо сказал он.
– Не поняла!
– Этого фотографа. Ты ведь пришла с ним?
– Не называй его так, – ответила она резко. – И я не бросила бы его, даже если бы он и был таким.
– Почему? – Рука Гарна продвигалась все ниже по ее спине, пока пальцы не добрались до изгиба позвоночника.
– Потому что с танцев я всегда возвращаюсь с тем мужчиной, который меня привел. – Она ничего не предпринимала, чтобы остановить ласкающую ее руку.
– Боже, ты восхитительна. – Он сильнее прижал ее к себе.
– Ты тоже, – с этими словами она пошевелила бедрами, и правое ее бедро оказалось между его ног. – Слишком восхитителен.
Сандрина напрягала мышцы бедер, пока они не начали дрожать. Она знала, что он ощущает эту легкую вибрацию ее напряженного тела.
Сандрина была вознаграждена слабым постаныванием и твердой выпуклостью в его брюках, подтверждающей, что ее стратегия имеет успех. Она склонила голову на его плечо.
– Я так смущена!
Его губы снова были в ее волосах.
– А что случилось?
– Ты не догадываешься?
– Что? – спросил он, не дыша. – Что происходит?
Она прекратила танцевать и обняла его за талию, потом прижалась бедрами к нему. Хватая ртом воздух, она содрогнулась в долгой конвульсии.
Изумленный Гарн молча смотрел на нее, когда она издала короткий звериный вскрик и расслабилась в его объятиях.
– Не может быть, – прошептал он, тихо смеясь от изумления и восторга. – Это правда или мне показалось?
Сандрина все еще держала голову на его плече.
– Пожалуйста не придавай этому значения. Это так неловко. – Она слегка всхлипнула.
– Неловко? Милая девочка! Ты ведь кончила, да?
Сандрина медленно подняла голову и откинула с лица занавес темных волос.
– Пожалуйста, я...
– Тс-с-с, детка, не говори ничего. – Большим пальцем он поглаживал ее нижнюю губу. – Не смущайся. Это прекрасно! И часто такое случается?
– Никогда не было! – Сандрина широко открыла глаза. – Со мной этого никогда не случалось!
– Ты действительно так сильно от меня забалдела?
Глубоко вздохнув, Сандрина кивнула, одновременно оглядывая зал в поисках Джереми. Она увидела его, смеющегося, в кружке мужчин у дверей.
– Мне надо идти, – быстро сказала она. – Это меня пугает.
Она оставила его и поспешила к Джереми, вовсе не ощущая себя испуганной. На самом деле совсем наоборот, она чувствовала себя так, будто только что обернула земной шар огромной красной лентой.
Подойдя к Джереми, Сандрина, не замедляя шагов, ухватила его за рукав и потащила к двери.
– Что происходит? – спрашивал он, пока она волокла его через вестибюль на улицу. – Что ты делаешь, черт побери?
– Я кончила. – Она выискивала у тротуара их автомобиль.
– Что?
– Поехали, – торопила она. – Вот машина. Скорее!
– Я не понял... – Джереми с трудом переводил дыхание.
– Зато он понял! Теперь жди и смотри.
Увидев, как они спешат к машине, шофер поторопился открыть заднюю дверцу.
Они быстро проскользнули на сиденье. Когда лимузин выехал на середину улицы, Сандрина повернулась к Джереми:
– Так, а теперь вот о чем я тебя попрошу. Я сейчас возвращаюсь в отель. А ты поезжай прямо домой. Когда он тебе позвонит, то не сразу говори ему, где я нахожусь, но дай почувствовать, что в конце концов скрывать не станешь.
– Журдан Гарн будет мне звонить? Ты, наверное, шутишь. Он же меня совсем не знает.
– Он знает сэра Питера. И найдет тебя. Это точно. Он позвонит. И до тех пор не отходи от телефона.
Не прошло и часа, как Сандрина, подняв трубку, услышала голос портье, который известил, что к ней поднимается некий мистер Гарн.
Она стояла у открытой двери, наблюдая, как Гарн выходит из лифта. Он направлялся к ней, загорелое лицо расслабилось от вожделения.
– Собирайся, – сказал он, входя в комнату. – И больше не убегай от меня.
На следующее утро, приятно утомленный после проведенной ночи, он оставил Сандрину спящей на сбившихся атласных простынях в спальне своего особняка в Белгрейвии. В полдень, когда он вернулся с деловой встречи, желая ее так, как никогда не желал ни одну женщину, Сандрины уже не было.
Дорога до зала ожидания для часто летающих пассажиров в аэропорту «Хитроу» заняла у Анжелы и Сью-Би добрых полчаса.
Пока носильщик сдавал вещи девушек в багаж, очень высокий седовласый немец вышел из очереди и ухватил Анжелу за локоть. Их беседа заняла еще пять минут.
Анжела даже не попыталась познакомить Сью-Би с кем-нибудь из них, надеясь, что переговоры не затянутся. Наконец она освободилась, и обе девушки прошли в зал ожидания первого класса.
– Боже мой, Анжела, – смеясь, сказала Сью-Би. – Ты знакома со всеми живущими на Земле?
Анжела пригладила волосы и поправила ремень дорожной сумки фирмы «Гуччи», сползающий с плеча ее мехового жакета.
– Не совсем, – беззаботно ответила она. – Но они меня знают.
Когда Мартин позвонил ей, она приняла предложение без недовольства. Ей нравилась Сью-Би, с которой после учебы в Веллингтон Клоузе встречаться приходилось редко. Путешествовать с ней будет приятно. Мартин не сказал, с кем именно у них назначена встреча. Да какая разница!
К своему разочарованию, она узнала, что встреча назначена не в самом Цюрихе. Это было типично для Мартина, чьи познания в географии ограничивались названием ближайшего аэропорта. Для них заказана машина, на которой они должны отправиться на роскошный высокогорный курорт Кластерс. Номера забронированы в отеле «Чеса Гришуна», где они должны дожидаться звонка.
Их автомобиль, блестящий черный «порше», стоял у выхода из терминала компании «Свисс Эр». Анжела сразу села за руль, Сью-Би устроилась рядом.
Продвигаясь к Клостерсу по извилистой горной дороге в холодных сумерках, они не разговаривали, словно два уставших от дорог коммивояжера, направляющихся к очередному покупателю.
Настроение у Анжелы было не самое лучшее. Все надоело. Последний раз она выезжала на отчаянно скучную встречу стран третьего мира в Брюсселе, где люди с мрачными взглядами в плохо сшитых костюмах смотрели по видику первую и вторую серию «Крестного отца» и пили виски.
– Если я еще пять минут не увижу на этой чертовой дороге места, где можно отлить, у меня передок запоет по-тирольски, – проворчала Анжела, обращаясь к Сью-Би, которая любовалась горными пейзажами.
Сью-Би повернулась к ней:
– Боже, твой словарь ничуть не изменился.
– Ты не права. Я говорю так только с друзьями.
– Да, но у тебя ведь так много друзей, солнышко. – Сью-Би улыбнулась. – С тобой даже через аэропорт не так просто пройти.
– Ах, эти... – Анжела вздохнула и перевела рычаг на первую скорость, чтобы преодолеть очередной крутой поворот.
Высокогорная дорога оказалась более опасной, чем предсказывал агент по найму автомобилей, поэтому, несмотря на то, что Анжела была отменным водителем, нельзя было ни на минуту ослаблять внимание.
– Это не друзья, детка... Это деньги на депозите.
Сью-Би подняла до подбородка воротник своего жакета из черно-бурой лисы. Хотя уже наступило лето, на скалах еще лежал снег.
– «Передок» – это так вульгарно, – не унималась она.
– Успокойся, Сью-Би! – Через затемненное стекло Анжела скосила глаза на крутящиеся хлопья снега, сдуваемые ветром со скалы. – Просто ты последнее время слишком много якшаешься с англичашками.
– Так только мужики говорят. – Сью-Би никак не хотела уходить от темы.
– Хорошо. – Анжела уже была раздражена. – Ну а как же называть наш рабочий инструмент, чтобы не оскорбить твоих деликатных чувств? Может быть, влагалище?
Сью-Би глубоко вздохнула и уставилась через боковое стекло на серое облачко, примостившееся у вершины горы. Снег на вершинах был синего цвета. В долине под ними светились огни горнолыжного курорта. И старинные крестьянские домики, и коттеджи лыжников были украшены балкончиками ручной резьбы и примитивными росписями на белых стенах. В вечернее небо поднимались столбики дыма.
– Ну что? – со злостью сказала Анжела. – С вами все в порядке, миссис Онассис?
– Что с тобой, Анжела? У тебя плохое настроение?
Анжела взглянула на подругу. Бледное лицо Сью-Би, казалось, плавает в свете лампочек на приборной доске автомобиля. Седой мех лисьего жакета, позаимствованного из коллекции мадам Клео, сливался со светлыми волосами. Остального ее тела, казалось, не существовало вовсе.
– Что-то я устала от жизни, Сью-Би, – сказала Анжела. – Чувствую себя потерянной вещью. Все, что я вижу, – это аэропорты и отели. Вспомни чепуху, что нам болтали в Веллингтон Клоузе. Ну и когда же все это начнется, хотела бы я знать?
– Что начнется?
– Как что? Да шикарная жизнь. Где блеск, где сливки общества?
– Но, Анжела, какая же ты пессимистка. Смотри, у нас с тобой – и «порше», и меха, и тысяча долларов на карманные расходы, и еще сколько будет! И едем мы, между прочим, по Швейцарии и через некоторое время встретимся с богатыми, влиятельными мужчинами. Не знаю, как тебе, но для меня все это – в первый раз. Это не то, что с сумками на плече на Таймс-сквер фонари подпирать.
– А если эти клиенты окажутся омерзительными?
– Не окажутся. Мартин сказал, что они близкие друзья мадам. А если они нам не понравятся, то достаточно позвонить Мартину из ближайшего телефона и сказать: «Дорогой, мужчины отвратительные!» Мне уже пару раз приходилось так делать. И у Сандрины были такие случаи. Так что это не проблема.
Анжела вздохнула и тряхнула головой. Ее утомляла неистребимая жизнерадостность подруги.
– Вот уж кому повезло, так это Сандрине, – продолжала Сью-Би.
Анжела повернула голову:
– Повезло? В чем это?
Сью-Би на мгновение задумалась.
– Думаю, я могу рассказать, – неуверенно сказала она. – Сандрина звонила мне утром, перед нашим отъездом. Она была в восторге. Вчера вечером она ходила на прием и познакомилась с Журданом Гарном. Она звонила из его особняка в Белгрейвии.
– Гарн – клиент Сандрины? – Анжела чуть не кричала. – Журдан Гарн из «списка пятисот» журнала «Форчун»? Гарн – пожиратель компаний? Мистер Личный Самолет? Гарн, у которого деньги из задницы сыпятся?
– Да, я думаю, тот самый, – спокойно ответила Сью-Би. – Но он не клиент. Она познакомилась с ним на вечеринке.
– Не может быть!
– Правда Анжела. Сандрина пока не говорила ему, кем работает.
– Она что, с ума сошла?
– Совсем нет. Она ведет тонкую игру.
– Ведет игру? Для чего?
– Чтобы выйти замуж, конечно.
– Ущипни-ка меня, да посильнее, – орала Анжела. – Она ведь проститутка. Журдан Гарн женится на проститутке? Пустые мечты!
– Да, – улыбнулась Сью-Би, – но ты недооцениваешь Сандрину. И вообще не надо недооценивать профессионалок. Не говоря уже о девушках Клео.
– Вот как! – Анжела вскинула голову.
Она с трудом переносила бьющий ключом оптимизм, который Сью-Би, эта Красная Шапочка, сочетала с непоколебимой добротой. Боже, да когда же наступит ее, Анжелы, звездный час, когда судьба подбросит ей золотое яйцо, на которое она так рассчитывала, поступая к мадам Клео? Она ни разу не чувствовала себя такой подавленной с тех самых пор, как уехала из Нью-Йорка.
Голова Сью-Би почти потонула в мехе. Она закрыла глаза и задремала под популярную мелодию, передаваемую откуда-то из Германии.
«Итак, Сандрина нашла своего миллиардера», – думала Анжела.
Следовало и ей поторопиться со своими планами.
Низенький розовощекий ночной портье в «Чеса Гришуна» поднял голову и увидел двух подходящих к нему роскошных дам. Они выглядели совершенно инородными в альпийском интерьере с часами-кукушкой, занавесками в бело-красную клетку и тяжелыми балками под потолком уютного вестибюля. В Клостерс приезжали, чтобы кататься на горных лыжах, а в этих женщинах, кем бы они ни были, явно не было ничего спортивного.
Дамы подошли к портье, и его окутало облако дорогих духов. Он шагнул вперед с обычной приветливой улыбкой.
– Должен быть заказан номер для графини де Марко, – обольстительным голосом сказала рыжеволосая.
Улыбка застыла на лице у портье.
– Сейчас уточню, мадам, – любезно ответил он.
Толкнув дверцу за конторкой, он исчез.
– О дьявол! – пробормотала Анжела.
– Что случилось? – спросила Сью-Би.
– Он собирается нас проверять.
– Почему ты так решила? – удивилась Сью-Би.
– Потому что эта чертова книга заказов лежит здесь. – Анжела указала на раскрытую книгу на конторке.
Портье тем временем направился к телефонному аппарату, стоящему подальше от двери, и набрал номер управляющего, который жил в коттедже на холме позади отеля.
– Извините, что беспокою вас во время обеда, но вы просили меня позвонить, когда приедет графиня де Марко. Она здесь. – Он подчеркнул слова «графиня де Марко», чтобы не осталось сомнений в том, что он, как человек умный, сомневается в подлинности этого имени.
С минуту он слушал, его настроение менялось от слов шефа.
– Да, сэр... да, сэр... Немедленно! Но вы сами просили, чтобы я... – Он сделал паузу, чтобы выслушать дальнейшие указания. – Я пошлю официантов поставить в номер напитки. Сейчас же. Спасибо, спасибо...
Когда он повесил трубку, лицо у него было багровым.
– Гости шейха Заки... – сказал он сам себе, подражая голосу шефа. – Окажите им прием на высшем уровне. «Чертовы тюрбаны с их расфуфыренными шлюхами», – думал он, возвращаясь на свое место.
Не говоря ни слова, дежурный проводил дам наверх в их номер. Когда он ушел, Анжела осмотрела комнату. Швейцарские литографии, вышитые подушечки, вазы с луговыми цветами у настольных ламп под гофрированными абажурами.
Сью-Би разразилась смехом и повалилась на спину в одну из постелей. Она так погрузилась в перину, что почти исчезла из виду.
– Здесь только гусыни в шляпке не хватает.
Анжела бросилась на вторую мягкую постель и тоже начала хохотать. Они смеялись так громко, что услышали только четвертый звонок телефона. Анжела неистово замахала рукой.
– Да-а-а! – пропела она, растянув слово так, что с него начало буквально стекать обещание, по капле.
Затем она перешла на нормальную речь.
– Да-да, она здесь. Минутку. – Без слов она протянула трубку Сью-Би.
– Меня? – одними губами произнесла Сью-Би и недоуменно взяла трубку.
– Алло! – Она долго слушала, потом вскочила. – О Боже мой! Ушам своим не верю!
– Кто это? – шепнула Анжела.
– Заки, это Заки! – прикрыв трубку ладонью, возбужденно сказала Сью-Би.
Она вновь заговорила в трубку:
– Заки, почему вы смеетесь? Глупенький... – Она захихикала, из глаз готовы были потечь счастливые слезы. – Где вы? Я сейчас в обморок упаду! Я так взволнованна. О... замечательно! Увидимся в восемь. Не могу дождаться. – Сью-Би повесила трубку, всхлипнула и подняла руки к лицу.
– Это впечатляет. – В голосе Анжелы звучал сарказм. – Мы всего пять минут как приехали, а у нее здесь уже знакомые.
– Потрясающе! – Сью-Би со вздохом села.
– Так это твой бывший босс, шейх Омар Заки? Араб из «Уолдорфа», страдающий запорами? Как же он узнал, что ты здесь?
– Я думаю, ему позвонил дежурный. Сегодня Заки наш клиент. – Сью-Би взяла косметичку и направилась в ванную заметно повеселевшая.
– Вон они, – шепнула Анжела, когда подруги вошли в ресторан отеля. – Вон те двое в темных очках. Держу пари, я угадала.
– Да, это Заки. – Сью-Би взглянула через плечо Анжелы. – Интересно, кто это с ним?
– Да, замечательные черномазики, – простонала Анжела, закатывая глаза.
– Будь с ними любезна, Анжела! Заки был так добр ко мне...
– Тогда забирай их обоих, – отрезала Анжела.
Мужчины поднялись, когда дамы подошли к столу. Шейх Заки обеими руками прижимал льняную салфетку к объемистому животу. На мизинце правой руки у него было массивное золотое кольцо, а по выражению лица можно было подумать, что он встретил ангела.
– Милая девочка! – Взяв протянутую Сью-Би руку, Заки прижался к ней губами.
– Шейх Заки, – обратилась к нему Сью-Би, почтительно глядя на второго мужчину. – Познакомьтесь с моей подругой Анжелой де Марко.
Заки выпустил руку Сью-Би и обменялся рукопожатием с Анжелой.
– Графиня, – с уважением произнес он. – Это принц Али Бен Дади. – Он указал на своего спутника.
Принц был, по крайней мере, лет на двадцать моложе шейха и на три тона темнее.
– У вас красивая улыбка, графиня, – сказал принц, закидывая руку на спинку диванчика.
– О, спасибо, принц, – очаровательно улыбнулась Анжела.
– Не называйте меня «принц», – издав скромный смешок, сказал он. – Заки умничает. Называйте меня Эл.
Анжела повернулась к нему и опустила глаза.
– Эл, – медленно повторила она – Ну что ж... А чем вы занимаетесь, Эл?
– Я личный шофер шейха Заки.
Анжела не постаралась скрыть неискренность своей улыбки.
– Шофер... – повторила она сухо.
– Да, – приветливо сказал он, глядя на официанта, который появился без зова, водрузил на стол шампанское в серебряном бочонке и начал расставлять чистые фужеры.
Когда официант разлил шампанское, шейх Заки снова расстелил на коленях салфетку и поднял свой бокал.
– За прекрасных дам! – Он улыбнулся сначала Сью-Би, затем Анжеле.
Анжела спрятала улыбку в свой бокал и, кипя от злости, обдумывала план действий на вечер. У Заки много миллионов. Он подарил Сью-Би двух арабских скакунов и до сих пор оплачивает их содержание в нью-йоркской конюшне.
Шофера – побоку. Анжеле нужен Заки. Она очаровательно улыбнулась и начала прикидывать, как бы ей его заполучить. Всего на час оказаться с ним в постели. Уж тогда она устроит ему такой трабабах, который ему и не снился, и он будет бегать за ней на задних лапках и просить еще.
Она не успела досмотреть колонку обширного меню, дойдя до фаршированного инжира, как у нее в мыслях всплыл кусочек биографии, поведанной ей Сью-Би. Это заставило Анжелу развеселиться.
Разговор за обедом состоял в основном из воспоминаний Сью-Би и Заки о днях, проведенных вместе в Нью-Йорке. Впервые увидев, как работает Сью-Би, Анжела не могла не подивиться ее раскрывшимся талантам. Сью-Би задавала Заки вопросы, которые подводили к искрометным ответам, выставляющим его в лестном виде.
Время от времени рука Заки исчезала под столом. Сью-Би очаровательно хихикала и не оказывала сопротивления.
Когда были поданы кофе и коньяк, Анжела сосредоточила все свои чары (а они сейчас работали в полную силу, подогреваемые ее тайным замыслом) и обратила их на восхищенного, если не потерявшего голову, шофера Эла. Она устремила на него взгляд темных, безупречно подкрашенных глаз и мягко попросила:
– Расскажите о себе.
Время близилось к полуночи, и мужчины начали проявлять явное нетерпение.
Извинившись, дамы вышли в туалетную комнату. Как только дверь за ними закрылась, Анжела плюхнулась на маленький стул перед зеркалом и закрыла руками лицо.
– Ох, Сью-Би, я просто умру, – пожаловалась она, убедительно изобразив, что у нее комок в горле. – Что мне делать?
Сью-Би прекратила расчесывать волосы и с тревогой посмотрела на Анжелу.
– Солнышко, в чем дело?
– Этот принц Али... он... он... о Боже! – Она оборвала фразу, не в силах продолжать.
Сью-Би опустилась перед Анжелой на колени и отвела ее руки от лица.
– Что с тобой?
– У него есть проблема, и я просто не могу делать этого. Просто не могу... – Анжела трясла головой, и волосы падали ей на глаза.
– Но ради Бога? Чего ты не можешь делать? Он что, извращенец?
Анжела сделала паузу.
– Нет, он не извращенец, – сказала она. – Он болен. Ох, Сью-Би, это ужасно. Мы говорили об этом весь вечер, пока ты мурлыкала с Заки.
– Да в чем же, наконец, дело? Мне казалось, вы с ним прекрасно поладили.
– Верно, пока он не признался, что с ним происходит. Видишь ли, он попал в какой-то арабо-израильский конфликт и был ранен. О Боже! Он в подробностях все описал. Ему понадобились долгие месяцы, чтобы встать на ноги. Но этим дело не кончилось. Рана в животе не позволяет ему прийти в возбужденное состояние, пока кто-нибудь...
– Что? Пока кто-нибудь что?
– Сью-Би, я знаю, ты умеешь это делать, – умоляла Анжела.
Она состроила гримасу, потом содрогнулась от отвращения.
– Ты говорила, что умеешь. Ты говорила, что делала это для Заки.
– Анжела... Я... О чем ты? Ты говоришь о клизме? И все дело только в этом? – Сью-Би спрашивала так спокойно, будто парень хотел, чтобы ему пощекотали промежность метелочкой из перьев или почесали спину.
– Сью-Би, я умру. Я просто не могу. Помоги мне, пожалуйста. Я отдам тебе все, что заработаю, все до пенни. Пожалуйста...
Сью-Би убрала волосы с лица Анжелы.
– Не беспокойся, голубка. Здесь не из-за чего впадать в истерику. Я все объясню Заки. Он тебе понравится. Он делает все хорошо и быстро, – подмигнула она.
– Только умоляю тебя, не передавай Заки того, что я рассказала тебе. – Анжела была встревожена. – Скажи, что я очень хочу его или что-нибудь в этом роде.
– Хорошо. – Сью-Би слегка кивнула головой. – Так будет лучше. Ему это понравится. А теперь пойдем. Мне надо поближе познакомиться с принцем, чтобы он чувствовал себя увереннее.
Мартин изучал перечень продуктов, предлагаемый поставщиком для обеда мадам Клео, как вдруг из-за закрытой двери в офис послышался звук упавшей чашки и визг мадам:
– Она что!
Мартин отшвырнул ручку.
– Merde. Что там у нас еще? – пробормотал он себе под нос, затем прислушался к происходящему за дверью, соображая, следует ему зайти или нет.
Мадам уже полчаса говорила по телефону с Заки, который рассказывал ей о поездке в Клостерс. Было ясно, что мадам не понравилось то, что она услышала.
В последние дни жизнь в особняке была необычайно напряженной. Сандрина исчезла, познакомившись в Лондоне с американским миллиардером Журданом Гарном, как сказал Джереми Уилкс. С самого начала своей карьеры Сандрина была одной из лучших девушек, мадам Клео, без всяких сомнений, планировала послать Сандрину в «Ля Фантастик», и, если девушка до этого покинет их, мадам будет раздражена. Но сейчас, по-видимому, речь шла об Анжеле.
– Мартин! Иди сюда! – Мадам звала его без помощи интеркома, что бывало с ней лишь в случаях крайнего возбуждения.
Он бросился к двери. Клео все еще разговаривала по телефону, жестом приглашая его войти и сесть.
– Так, так... – Она яростно делала пометки в разлинованном блокноте.
– Невероятно! – рявкнула она. – Я немедленно займусь этим. Спасибо, шейх. Я очень, очень вам признательна. Даже передать не могу, как важно было для меня узнать об этом.
Минуту она слушала Заки, затем кивнула и бросила трубку на рычаг с такой силой, что Мартин еще раз подскочил.
– Это скандал! – Она обеими руками отбросила с лица растрепавшиеся волосы. – Я была права, – мадам говорила сквозь стиснутые зубы. – Она пытается всадить мне нож в спину. Я всегда знала, что не надо было брать эту Анжелу.
Мартин понял, случилось что-то очень серьезное, и втайне был рад, что у Анжелы неприятности. Он с самого начала не доверял ей.
– Она вербовала Заки, да? – спросил он.
Мадам вскинула руки.
– Вербовала? – повторила она. – Она попросила у него денег, чтобы основать собственное дело. Заявила ему, что уговорит моих лучших девушек, включая Сью-Би и Сандрину, работать на нее. А для него все будет бесплатно. Она достаточно сообразительна, чтобы понять: любое упоминание о Сью-Би вызовет у него интерес.
– Боже мой! – выдохнул Мартин.
– Мартин, но ведь у нее могло получиться. Она могла перехитрить меня, если бы кто-нибудь вроде Заки помог ей. Могла бы выкупить дело у Лили или кого-либо другого в Европе. Ведь у нее было одно из лучших заведений в Штатах.
– С вами никто не может конкурировать, мадам.
– Не будь так уверен. – Ее голос был уже не сердитым, а усталым.
– И что же вы собираетесь делать?
– Я думаю подождать до конца месяца, когда пройдет наш обед. Пусть она думает, что мы выбрали ее для поездки на «Ля Фантастик». Тогда она пока что не будет трогать остальных.
Несмотря на то, что он совершенно не доверял Анжеле, было нечестно, по его мнению, вводить ее в заблуждение по поводу того, что она отправится на «Ля Фантастик». Девушки, участвовавшие в этом мероприятии, получали огромные деньги. Зная Анжелу, он понимал: она потратит их до того, как обнаружится, что туда не едет.
– Ты что-то хотел мне сказать, Мартин? – спросила мадам.
– Нет, ничего существенного. – Его взгляд все еще был обращен вниз.
– Мартин? – В голосе мадам звучали требовательные нотки.
– Да все бы ничего, только я нервничаю из-за раута у барона.
– Нервничаешь? Но почему? Тебе ведь известно, какие у нас будут от этого доходы!
– Дело не в этом. Вы же знаете, что барон всегда использует одну-двух девушек в своих целях. Мне больше всех нравятся Сью-Би и Сандрина. Они не заслуживают этого. Пусть едут, развлекаются и будут с теми, кто им понравится.
Мадам махнула рукой:
– Об этом не беспокойся. Времена, когда он допрашивал девушек сразу после праздника и пользовался тем, что от них узнавал, уже прошли. В последние годы он действует более тонко.
«Да уж, тонко, – подумал Мартин. – А как насчет того члена Британского парламента, которого барон хотел убрать в прошлом году в силу одному ему известных соображений. Тогда дело довели до развода, и бедную девушку вызывали в суд. Ее фотография появилась во всех газетах».
– Вы уже забыли Цинтию? – сказал он вслух. – Я слышал, она работает официанткой в Штатах, в одном из ресторанов «Хаус оф пэнкейкс».
– Да, ей не повезло, – признала мадам. – Да и нам тоже. Она у нас была одной из лучших.
– А ведь Сандрина и Сью-Би не хуже. Вдруг он и с ними такую штуку проделает?
– Нет, здесь беспокоиться не о чем, дорогой. – Мадам закурила небольшую сигару. – Сью-Би будет там с моим другом Билли Мосби. Барон ему многим обязан.
– А Сандрина?
Мадам открыла свои записи и повела пальцем по странице.
– Тоже все нормально, – сказала она, прочитав свои заметки. – Барон пригласил одного журналиста, американца, которому в ближайшем будущем предполагает заказать рекламное интервью. Вероятно, на случай, когда у него опять будут неприятности... Фамилия этого парня Ши – да-да, Питер Ши из ВСН. – Она закрыла папку и откинулась в кресле, удовлетворенно улыбаясь.
– Почему вы улыбаетесь? – Мартин поднялся со стула.
– Я подумала, что это несправедливо. Такая красивая девушка, как Сандрина, – и обыкновенный журналист, который в жизни не имел таких средств, чтобы оплатить ее услуги. Бедняга!
– Бедняга? Но почему?
– Потому что он никогда не сможет забыть ее...




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Девочки мадам Клео - Гольдберг Люсьен

Разделы:
Пролог

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

12345

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

6789101112

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

1314

Ваши комментарии
к роману Девочки мадам Клео - Гольдберг Люсьен


Комментарии к роману "Девочки мадам Клео - Гольдберг Люсьен" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа
Пролог

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

12345

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

6789101112

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

1314

Rambler's Top100