Читать онлайн Ящик Пандоры, автора - Гейдж Элизабет, Раздел - III в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ящик Пандоры - Гейдж Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.5 (Голосов: 6)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ящик Пандоры - Гейдж Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ящик Пандоры - Гейдж Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гейдж Элизабет

Ящик Пандоры

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

III

15 апреля 1964 года
В комнате отеля пролегли тени.
Светился лишь голубой экран телевизора. В кадре был улыбающийся Хэл, который махал рукой радостной толпе. Слышался голос комментатора, рассказывающего о предвыборной компании.
«Хэйдон Ланкастер сегодня продолжил свою одиссею по Среднему Западу, – говорил комментатор, – выступая со своими речами об интернационализме и мире, основанном на стабильной экономике и военной силе. Его выступления были с восторгом восприняты публикой. Человек, которого близкие друзья и родственники привыкли называть «принц Хэл», на тропе предвыборной борьбы действительно выглядел принцем. Его привлекательность и юмор в сочетании с красноречием, присущим его выступлениям, кажется, создают именно ту комбинацию, которую оппонентам из демократического лагеря не под силу будет одолеть. Он уже выигрывал на выборах пять раз, и сокрушительная сила Ланкастера, как мы видим, не дает оснований полагать, что в ближайшее время она ослабеет».
Тесс лежала обнаженная, прикрытая лишь шелком своей ночной рубашки. Она кивала головой, тем временем как комментатор заканчивал репортаж, – он хорошо делал свое дело.
Искусные уловки Тесс, к которым она прибегала, чтобы поддержать Хэла, дали результаты. Старания, с которыми она хитро обрабатывала репортеров, были оправданы. Теперь она была уверена, что агентством новостей Хэл будет воспринят очень сердечно. Пока что ее стратегия работала. Негативные моменты биографии Хэла, такие, как его развод и новая женитьба, а также его противоположное многим мнение о внешней политике, были убраны на задний план. Те видеокадры, которые прошли в вечерний выпуск новостей, демонстрировали лишь красивое лицо, его очарование, теплое общение Хэла с огромными толпами и его потрясающий успех.
Люди, делавшие эти репортажи, были большими должниками Тесс. Она использовала их участие в предвыборной кампании в своих интересах и могла рассчитывать на хорошие репортажи о Хэле на всех трех предвыборных этапах и, тьфу, тьфу, тьфу, на генеральных выборах.
Хэл, конечно же, никогда не узнает о том, как много сделала она для него, какую провела работу «за кадром». Да ему и незачем было все это знать. Задача Хэла заключалась в том, чтобы быть самым лучшим кандидатом, а в будущем – лучшим лидером американцев. А работа Тесс состояла в том, чтобы ввести его в Белый дом.
Время для этого было выбрано самое подходящее. Линдон Джонсон, занимавший Овальный кабинет, был как раз готов передать бразды правления кому-нибудь другому. Ни Роберт Кеннеди, ни Хуберт Хамфри не были ровней Хэлу, и выборы уже успели доказать это. В то же время Рокфеллер и Голдуотер слишком были заняты борьбой друг с другом в республиканском крыле. Победитель должен выявиться на съезде в Сан-Франциско и встать во главе раздираемой на части партии.
Хэл был тем самым человеком, на которого пал выбор судьбы. Все, что ему следовало делать, это избегать грубых ошибок в предвыборной кампании, которые могли принести ему большой вред, и Белый дом будет его.
Выпуск новостей закончился. Тесс выключила телевизор и откинулась назад, очутившись в темноте. За последние дни ее сильно вымотала предвыборная кампания. Каждый день ей приходилось выступать с речами, иногда она по два или три раза появлялась на общественных собраниях, и к этому надо еще прибавить дюжины интервью, которые она давала газетным журналистам в аэропортах, в самолетах и в телевизионной студии. Фактически за всю эту неделю она ни разу как следует не спала. Если бы не волнения, которые она испытывала из-за выборов, она с удовольствием погрузилась бы в крепкий здоровый сон.
Часы, стоявшие у кровати, показывали десять часов двенадцать минут. Теперь уже оставалось совсем немного времени до того, как…
Зазвонил телефон. Тесс нетерпеливо схватила трубку.
– Алло?
– Это я. Где ты? – зазвучал в трубке низкий и нежный мужской голос.
– Я в 622-м, – сказала она, бросив взгляд на ключи, лежавшие на столике.
За этим последовала пауза. На другом конце провода молчали. Она думала о том, расслышал ли он нетерпение в ее голосе.
– Увидимся. Я буду через минуту.
Она поднялась, подошла к двери и открыла замок. Затем сняла с себя ночную рубашку и легла обратно в постель. Ее тело напряглось в ожидании.
Секунды показались часами. Услышав звуки шагов в коридоре, она приподнялась, но, убедившись, что они удаляются и постепенно замирают, тяжело вздохнула.
Скорее.
Она вся дрожала. Она не могла этого больше переносить.
Наконец снова послышались шаги. Они приближались к двери. Затем замолкли, и на секунду воцарилась тишина. Потом она услышала еле слышный звук, просто слабое постукивание кончиками пальцев.
Она ничего не сказала. Дверь медленно открылась ровно на столько, чтобы его высокая фигура проникла внутрь.
Через руку, в которой он держал свой дипломат, было перекинуто пальто.
Ни один из них не произнес ни слова. Комната снова погрузилась в темноту, как только закрылась дверь. Она легла на спину и уставилась в потолок. На губах у нее блуждала улыбка. Она чувствовала, как он направился к изголовью кровати.
Он стоял там, невидимый, склонившись над ней. Затем он снял свой пиджак и торопливо бросил его на стул. Она увидела белые очертания его рубашки, как бледное привидение, на которое падали тени.
У нее перехватило дыхание, когда она услышала шелест сбрасываемой им одежды. От волнения внутри нее все натянулось. Не только ее сексуальный голод требовал удовлетворения, но и вся она была порабощена им в этот момент.
Наконец он разделся, и она увидела его обнаженное тело. Он сделал шаг вперед, дотронулся до краешка кровати и лег на нее.
Она чувствовала, как его язык проскользнул в ее рот и в то же время теплая рука начала мять ее грудь. Сладострастные поцелуи постепенно становились все более и более глубокими, по мере того, как его пальцы сбежали по животу вниз и остановились между ног. Он ласкал ее влажные изгибы, наслаждаясь ощущением ее наготы. Затем нежным движением руки развел в стороны ее ноги. Он слышал, как она вздрогнула, когда он дотронулся до ее середины.
Она прижала его к себе. Он знал, что она не вынесет долгих ожиданий: она была такой страстной, что первое время предпочитала делать все это одним махом. Он встал над ней на колени. Его руки гладили ее щеки, плечи, грудь с какой-то странной знакомой нежностью, когда он медленно приближался к ней, пока его член не коснулся ее тела.
Полдюйма, дюйм, ее стоны просили его поторопиться, ввести глубже. Он всегда был нежен и осторожен, сдерживая себя, в этом заключался секрет его сексуальности. Еще одно деликатное прикосновение, и длинный мужской член плавно проскользнул внутрь нее до самого основания.
– Ах, – закричала она, бессильная маленькая женщина, беззащитная перед его властью. Ее тело охватила сумасшедшая дрожь, когда она почувствовала его в себе, и он ощутил быстрые сокращения горячих женских мускулов, ее первый оргазм. Она стонала, давая ему понять, что хочет большего.
Теперь ее ноги обхватили его за талию. Они притягивали его все ближе и ближе, в то время как ее рука ласкала его половые органы. Его член не двигался, но он оставался внутри нее таким же горящим, ожидая ее знака, чтобы начать свои медленные движения.
– О, мой малыш, – застонала она, – о, мне так не хватало тебя.
Она почувствовала на щеке его поцелуй. Их тела были так плотно сжаты объятиями друг друга, что она почти теряла сознание от такого абсолютного слияния.
– Дорогой, – захныкала она, – пожалуйста, еще.
Он начал двигаться внутри нее. Он то вводил член, то вынимал его. Его движения были ритмичными и постоянными. Но каким-то образом теперь они становились еще более чувствительными, более сладострастными с каждым толчком. Она вся трепетала, двигаясь, умоляя его и еле-еле шепча что-то. Ее пальцы ласкали все его тело, ее губы касались его щек, глаз… Испытывая оргазм за оргазмом, она вся сотрясалась, как сотрясаются самые высокие здания при землетрясении.
Скоро и он был уже не в состоянии сдерживаться. Его собственное желание заставляло его приближаться к наивысшей точке. Он слышал ее негромкие вскрикивания, беспомощные, панические и восхитительные. Финал головокружительно приближался, горячий пенис медленно работал внутри нее, она отдавала ему молочную жидкость, очарованная и ошеломленная, покоренная им и в то же время получавшая дикое удовольствие, раскрепощаясь в том экстазе, в который он вовлекал ее.
И, наконец, этот момент настал. Внутри нее вылился белый горячий ручей, как фонтан молодости, заполнив собой ее сокровенную пустоту. Отдавая всю себя, она издала последний стон.
Когда все было кончено, она лежала обнаженная, теперь уже действительно не сознававшая ничего, все еще прижимаясь к нему, целуя его губы, в то время как ее бедра ласкали строгие формы его тела.
И теперь, только теперь, когда все было позади, и ее страстная нужда в нем была удовлетворена, она произнесла его имя.
– Хэл, – ее голос шел откуда-то из глубины. – Я так люблю тебя.
Вместо ответа он нежно обнял ее, начал качать. Он снова и снова покрывал ее поцелуями. Казалось, все его усилия были направлены на то, чтобы ей было удобно и приятно.
Но ей было нужно нечто большее.
– Скажи это, – она улыбнулась, глядя ему в лицо. Ее руки трогали его губы.
Последовала пауза.
– Я тоже люблю тебя, Тесс, – сказал он.
– Ах… – по ее телу пробежала незаметная дрожь. Звучание этих драгоценных слов было последней каплей для ее женской удовлетворенности.
Тесс лежала в объятиях своего мужа, глядя на него глазами, полными благодарности и блаженства.
* * *
Если бы все было так просто.
Они почти не встречались в эти дни. Из-за приближавшихся выборов у них все меньше и меньше времени оставалось для свиданий. Они даже летали разными самолетами. Если было время, они иногда обедали вместе. Разговоры, которые они вели, обычно были посвящены предвыборной кампании. Их беседы были полны сдержанного оптимизма. Вместе они также составляли планы на следующую неделю. Они добродушно шутили о сплетнях, которые ходили в Вашингтоне, только чтобы хоть на время избавиться от одержимости, владевшей обоими перед выборами, и, конечно, они занимались любовью.
На первый взгляд, все в их жизни, казалось, было просто замечательно. Все шло гладко у крупного политика и его жены, которую он любил и от которой зависел. Когда Тесс и Хэл были далеко друг от друга, они созванивались по крайней мере один раз в день. Подъемы и падения в предвыборной кампании сближали их. Когда им удавалось выкроить свободную минутку, то их сдерживаемая тяга друг к другу и плюс любовь делали их страстными любовниками.
Если бы все было так просто!
Полежав еще несколько минут в объятиях Хэла, Тесс снова осталась одна. Хэл встал и начал одеваться. Нехотя она вылезла из постели и занялась тем же. Они сошли вниз, чтобы выпить чего-нибудь и поужинать. Затем они вернулись в свою комнату и снова занялись любовью, теперь уже смакуя удовольствие, которое так неожиданно настигло их в предыдущий раз.
В конце концов Хэл заснул в ее объятиях. Она лежала, убаюкивая его, как мать, прислушиваясь к его дыханию и думая о том, какие сны он видит в этот момент. Как он устал от этой предвыборной кампании! Но он был выносливым мужчиной и уравновешенным. Он был в состоянии выдерживать такое сильное давление, не терять присущее ему чувство юмора и быть ей хорошим мужем.
Затем она осторожно встала и босиком прошла в ванную. Там она открыла сумочку и достала оттуда баночку с нембуталом, вынула стомиллиграммовый шарик и зажала в руке. Некоторое время она молча стояла, затем посмотрела на пилюлю и достала еще одну. Она проглотила обе, запив их стаканом воды из-под крана, и вернулась к мужу. Он не почувствовал ее отсутствия. Он был настолько изнурен, что крепко спал, полностью отключившись.
Тесс знала, что ей не заснуть сегодня ночью. Она спала все хуже и хуже, страдая бессонницей. Она боялась, что скоро нембутал окажется так же бесполезен, как и секонал и милтаун, а также все другие средства, которыми она пользовалась раньше. Наркотики не могли бороться с теми чувствами, которые не давали ей заснуть в ночные часы.
Она посмотрела на Хэла. На губах ее была страдальческая улыбка. Он был для нее таким восхитительным мужем. Он так нежно и чистосердечно относился к ней, к Тесс. Его глаза все еще загорались, когда он видел ее. Он вручал ей часть себя через свой смех, объятия, ласки, шутки, которые он обычно отпускал при ней. И, кроме того, он испытывал к ней доверие, абсолютную уверенность в ее преданности и верности ему.
Да, Хэл отдавал ей часть себя.
Но не всего целиком.
Тесс знала, что в ней было что-то такое, что он любил, благодаря чему чувствовал себя в безопасности, оберегаемым, любимым и даже счастливым. Но она ли давала ему все это?
Затруднительное положение, в котором она оказалась и которое не давало ей покоя, началось с первого же дня их совместной жизни. И теперь, после того, как прошли годы, это чувство лишь укоренилось в ней, стало еще более болезненным.
Она знала, что ее все возрастающая потребность в Хэле становится похожей на пытку. Его очарование и нежность лишь причиняли ей боль.
Когда она впервые увидела Хэла, то не мечтала о том, что может влюбиться в него. На самом деле она была так уверена, что никогда не полюбит ни одного мужчину, что подчинила этому весь свой великолепный ум и высокие амбиции.
Но Хэл пробрался в ее сердце. Может быть, так случилось просто потому, что его нельзя было не любить. Он действительно был тем, кем его называли: принцем. Ни одна женщина не могла устоять перед соблазном, который вызывало его великодушие. С таким искушением просто невозможно было бороться, тем более, что оно соединялось с красотой его совершенного мужского тела.
А может быть, это было ужасное проклятие, которое сумасшедшая Сибил навлекла в день выборов Хэла в Сенат, оживив холодное сердце Тесс, снова открыв его для любви и поместив туда образ Хэла? Проклятие, которое оставила Сибил, сойдя в могилу…
Кроме одной.
Только одной.
В эту ночь, когда Хэл отдавал себя своей верной супруге, на которой был женат уже четыре года, жене, чье тело благодаря ее молодости и какой-то детскости до сих пор сохраняло девические очертания, в эту ночь сладострастность каждого прикосновения была такой же, как всегда. Он отдавал ей себя, полный желания доставить удовольствие своей жене.
Но в то же время чувствовалась загадочная отстраненность, как будто не весь он был здесь или как будто, занимаясь любовью с Тесс, он отдавал часть себя кому-то другому, не принимая то, что она от всего сердца стремилась ему дать.
Было видно, что он изо всех сил старался сделать все наилучшим образом и скрыть это свое отсутствие, свою тайну, уменьшить ее. Он хотел, чтобы его жена ничего не заподозрила. Но она все сильнее и сильнее чувствовала эту странность. И каждый раз она снова и снова убеждалась, что дротик Сибил достиг их дома, у Хэла действительно был кто-то еще. Тесс, которая так хорошо разбиралась в мужских ласках, не могла ошибиться. Сибил не обманывала. Сибил все еще оттуда, из могилы, проворачивала нож в ране.
На протяжении пяти лет жизнь Тесс была посвящена решению трех задач. Первая заключалась в том, чтобы ввести Хэла в Белый дом. И Тесс была уже недалека от достижения этой вершины.
Однако на пути ко второй цели она потерпела жестокое фиаско. Со дня свадьбы она пыталась забеременеть. Консультировалась с прекрасными гинекологами Европы и Америки. Опробовала все средства против бесплодия, которые предписывались экспертами. Денно и нощно ее терзали сомнения, не повредили ли ее репродуктивной системе те противозачаточные средства, к которым она прибегала в предыдущих браках.
Ничто не помогало. И с каждым прошедшим месяцем она видела, что разочарование, которое Хэл так браво скрывал от нее, наносило тяжелый урон его счастью. Хотя он и не говорил об этом, Тесс отлично понимала, что он хочет детей намного больше, чем политических успехов. Его бездетность с Дианой была решающим фактором, обесценившим их брак в его глазах. И когда он женился на Тесс, то был уверен, что уж теперь дети не заставят себя ждать. Но нет, проклятье снова тяготело над ним, ибо новая жена, казалось, была неспособна забеременеть.
Третьей задачей Тесс было заставить Хэла полюбить ее.
Стороннему наблюдателю такая мысль казалась абсурдной. В конце концов она завоевала его, вырвала у прежней жены и заполучила его настолько, что можно было только удивляться, чего же ей еще нужно.
Но, несмотря на такую иронию судьбы, ее желание не становилось менее серьезным и важным. Собственно, жизненно важным.
Ибо Тесс была влюблена в Хэла. Не как преданная, меланхоличная Бесс, или ребячливая Элизабет Бонд, или вкрадчивая, чувственная Лиз Бенедикт, или любое другое альтер эго, которое она находила удобным использовать в своей жизни, но как собственно Тесс. И ей все больше и больше требовалось, чтобы Хэл любил ее самое, а не ту маску, которую она создала, чтобы заарканить его.
Но это было невозможно. Хэл женился на ловкой самозванке, преданной Бесс. По-матерински любящей вдове, которой он отдал свое доверие и в конце концов руку. Ему ничего не было известно о той женщине, которая скрывалась под этой маской. Но и самой Тесс, чья жизнь хищницы требовала маскировки в качестве постоянного оружия против мира, ее собственная сущность была известна даже еще меньше, чем ее мужу. Ибо всю жизнь она была слишком занята завоеваниями, чтобы беспокоиться о формировании собственной личности, со своими достоинствами и недостатками, как у всякого нормального человека.
Итак, Тесс столкнулась с трагическим противоречием: она вынуждена носить маску, которую проклинала, ибо именно она отделяла ее от мужа. Она грезила девичьими грезами о своем принце Дезире, который бы заботился о ней и любил такой, какова она есть, и в то же время знала, что сама она желает столкнуться со своим истинным лицом ничуть не больше, чем Дориан Грей, запрятавший свой грешный портрет на чердак.
Смятение было столь сильно, что Тесс теряла уверенность во всем. Ее волновало, выдержит ли ее маска огромное напряжение любви. В голову ей приходили странные мысли. Смогла бы она сама победить Хэла, как это удалось Бесс? Что бы случилось, если бы он понял, какова она на самом деле? Не отшатнулся ли бы в ужасе?
Это были тягостные вопросы, и они наполняли ее душу страхом и трепетом. Они открывали дверь постоянным сомнениям, о которых она не думала никогда раньше. И, что было болезненнее всего, они направляли ее острый ум и плодовитое воображение к той теме, которая явно мучила ее, – безымянной женщине, согласно проклятым словам Сибил, завладевшей сердцем Хэла.
Она не могла удержаться от того, чтобы исследовать прошлое Хэла. Нанятые ею детективы, лучшие в стране, раскопали и собрали свидетельства о дюжинах интрижек, которые были у Хэла с различными женщинами: журналистками, политическими ассистентками, вашингтонскими женами, актрисами, некой модельершей одежды, звездой бродвейской музыкальной комедии, даже с женщиной из суда.
Были фотографии, подтверждавшие документально его связи. Но они почти ничего не значили. Природа его сексуальной неразборчивости и свобода действий не давали возможности узнать, кто из этих партнерш действительно что-то для него значил, какой из них он отдавал предпочтение в своем сердце.
Итак, Тесс вернулась туда, откуда начала, к тому дню, когда тлевшие угольки любви, желавшие разгореться в ее сердце, вспыхнули жестокими словами Сибил Ланкастер.
Тесс была влюбленной женщиной, не уверенной, что ее любят, а от этой болезни нет лекарства. Боль становилась все острее, все глубже с каждым прикосновением мужа, с каждой улыбкой, которой он приветствовал ее после долгой разлуки. Обладать частично было мучением безмерно более ужасным, нежели просто не иметь его.
Тесс ревновала не только к той таинственной женщине, которую она не могла найти, но и к себе самой. Ибо, завоевав Хэла для Бесс, она потеряла его для себя. Он принадлежал незнакомке, и за своей маской Тесс была самой одинокой женщиной на свете.
Итак, поскольку каждый месяц завершался очередным крушением надежды иметь ребенка, а Белый дом становился все ближе, заботливость мужа неявно окрашивалась напряжением бездетности и усталостью от огромных амбиций, а мучения Тесс становились все невыносимее.
«Ко мне, о духи смерти! Измените
Мой пол».
type="note" l:href="#n_2">[2]
Эти строки из «Макбета», заученные бог весть когда, неожиданно ярко всплыли в памяти, поразив Тесс до глубины души. Если бы только она не была влюблена! Если бы сегодня все имело то же значение, что и до Хэла. Но нет. Теперь была другая игра. То, что Диана перестрадала с Хэлом за годы замужества, Тесс теперь испытывала в миллион раз больнее. Потому что для Дианы Хэл был не больше чем вежливым незнакомцем, тогда как для Тесс он стал так близок и все же остался далек…
Теперь Тесс лежала рядом с мужем в темноте и слушала ритм его дыхания. Во сне у него было лицо мальчишки. Каким он был невинным и в то же время способным причинять боль! Возможно, порой эти качества идут рука об руку. Это была загадка, над решением которой она устала биться.
Две таблетки нембутала окутали ватным туманом ее чувства, но сон по-прежнему был далеко-далеко.
Завтра она попрощается с мужем, пошлет его на политическую войну и будет отчаянно бороться за него в его отсутствие. Затем, несколько дней спустя, она снова окажется в его объятиях, припадая к той лучшей части его души, которая поддерживает ее, давая кровь для ее жизни. Лекарство, которое, увы, отравляет, ибо в сочетании с ее любовью это снадобье причиняет такую боль, которую едва может вынести женщина.
Она нежно потрогала волосы Хэла, почувствовала, как он шевельнулся. Вздохнул во сне и заключил ее в объятия.
По ком он вздыхает? О чьих объятиях он мечтает сегодня? Тесс закрыла глаза.
«Казалось мне, раздался вопль: «Не спите!
Макбет зарезал сон!»
type="note" l:href="#n_3">[3]
Слова еще плясали у нее в мозгу как насмехающиеся демоны, когда ее накрыла свинцовая тяжесть тревожного сна.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Ящик Пандоры - Гейдж Элизабет



Грустный осадок после прочтения,это жизненный роман без розовых соплей.затянуло прочитала и не пожалела...
Ящик Пандоры - Гейдж ЭлизабетСоня
17.05.2016, 12.10





Предыдущие романы этого автора вообще класс не оторваться 10+++
Ящик Пандоры - Гейдж ЭлизабетСоня
17.05.2016, 12.25








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100