Читать онлайн Клуб Мефисто, автора - Герритсен Тесс, Раздел - 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Клуб Мефисто - Герритсен Тесс бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.57 (Голосов: 7)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Клуб Мефисто - Герритсен Тесс - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Клуб Мефисто - Герритсен Тесс - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Герритсен Тесс

Клуб Мефисто

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

11

Маура выбралась из своего «Лексуса» и ступила на заиндевелую мостовую — лед затрещал у нее под ногами, как разбитое стекло. Снег, подтаявший за день, когда потеплело, снова смерзся на пронизывающе холодном ветру, который к вечеру усилился, и в многочисленных отсветах огней патрульных машин каждая пядь земли лоснилась, отливая коварным блеском. Маура увидела, как по тротуару, размахивая руками, скользит полицейский, силясь удержаться на ногах, и как у обочины протащило юзом фургон с бригадой криминалистов, так что тот едва не врезался в задний бампер припаркованной у тротуара патрульной машины.
— Осторожней там, док, — крикнул патрульный через улицу. — Один из наших тут уже навернулся. Думали, руку сломал.
— Могли бы и солью посыпать.
— Угу, — буркнул он. — Могли бы. Только кому это сейчас нужно — город уже давно спит.
— Где детектив Кроу?
Полицейский махнул рукой в сторону стоявших в ряд элегантных частных домиков.
— Сорок первый номер. Это недалеко — через несколько домов. Могу проводить.
— Не стоит, я сама как-нибудь. Спасибо.
Маура остановилась, пропуская очередную патрульную машину, которая свернула за угол, чуть было не наехав на край тротуара. Она насчитала по меньшей мере восемь полицейских машин, запрудивших улицу.
— Понадобится место и для труповоза, а ему тут не развернуться, — сказала она. — Неужели всем этим машинам так уж необходимо здесь находиться?
— Да, необходимо, — бросил полицейский. Услышав такой тон, Маура оглянулась на него. В пульсирующих отблесках полицейских мигалок по его лицу пробегали мрачные тени. — Нам всем надо быть здесь. Мы перед нею в долгу.
Маура вспомнила тот ужасный вечер в сочельник — как Ева Кассовиц стояла на улице, скрючившись, и ее выворачивало наизнанку прямо на снег. Вспомнила она и то, как патрульные подтрунивали над слабой девушкой-детективом. Теперь она мертва, и насмешники притихли в скорбном почтении к павшему полицейскому.
Патрульный тяжело вздохнул.
— Ее приятель тоже.
— Полицейский?
— Да. Помогите нам поймать этого гада, док.
Маура кивнула:
— Постараюсь.
И двинулась дальше по тротуару, чувствуя на себе взгляды всех полицейских, конечно же заметивших, как она подъехала. Они узнали ее машину; да и кто она сама, они тоже знали. Маура видела, как они, похожие на тени, приветственно кивали ей, сгрудившись в кучку, и как изо рта у них валил пар, точно дым у курильщиков, собравшихся перекурить на скорую руку. Они знали о трагическом поводе ее приезда, равно как и о том, что однажды кто-нибудь из них тоже может стать объектом ее внимания.
Внезапный порыв ветра поднял облако снега — Маура зажмурилась и опустила голову, пряча лицо от жалящих снежинок. А когда снова ее подняла, заметила человека, которого она никак не ожидала здесь увидеть. На другой стороне улицы стоял отец Даниэл Брофи и тихо разговаривал с молоденьким полицейским, привалившимся спиной к патрульной машине, как будто его ноги не держали. Одной рукой Брофи обхватил плечо другого полицейского, стараясь его успокоить, — тот припал к его груди, рыдая, и Брофи пришлось обнять его уже обеими руками. Остальные полицейские стояли чуть поодаль в неловком молчании, шаркая ногами и потупив глаза, оттого что чувствовали себя крайне неудобно при виде столь бурного проявления горя. Хотя Маура не могла разобрать слов Брофи, она видела, как молоденький полицейский кивал. И слышала, как что-то отвечал сквозь слезы.
«Никогда не смогла бы работать так, как Даниэл», — подумала она. Куда легче резать мертвецов и распиливать кости, чем утешать в скорби живых. Даниэл вдруг вскинул голову и заметил ее. Некоторое время они смотрели друг на друга. Затем она отвернулась и пошла дальше — к дому, где на крыльце, отделанном чугунной решеткой, уже трепетала на ветру лента оцепления. У Брофи своя работа, а у нее — своя. Пора сосредоточиться. Однако, хотя она и старалась смотреть прямо перед собой, на тротуар, мысли ее возвращались к Даниэлу. Будет ли он еще здесь, когда она управится с делами? И если да, то что потом? Пригласить его на чашечку кофе? А не будет ли это поспешностью или проявлением слабости с ее стороны? Может, просто пожелать ему доброй ночи и пойти своей дорогой, как всегда?
«А чего я вообще хочу?»
Маура подошла к нужному зданию и остановилась на тротуаре, оглядывая изящный трехэтажный особняк. Во всех окнах горел свет. Кирпичные ступени вели к массивной парадной двери, на которой в отсветах декоративных газовых фонарей поблескивало медное кольцо. Несмотря на праздник, никаких украшений на крыльце не было. Этот дом был единственным не украшенным строением на улице. Через широкие эркеры Маура заметила проблески пламени в растопленном камине — но ни одного рождественского огонька.
— Доктор Айлз?
Она услышала скрежет металлических петель и увидела, как кто-то из детективов распахнул боковую калитку из кованого чугуна. Это был Роланд Трипп, один из старейших полицейских в отделе по расследованию убийств, и сейчас он выглядел на свой возраст. Он стоял под газовым фонарем, отбрасывавшим желтоватые отсветы на его лицо, отчего кожа у него под глазами и на опущенных веках казалась еще более дряблой. Хотя на нем была просторная длинная куртка, он явно озяб, и говорил он, стиснув зубы, словно силясь сдержать их стук.
— Жертва там, с задней стороны, — сказал Трипп, придерживая калитку, чтобы она могла войти.
Маура прошла через калитку, и та со скрежетом захлопнулась. Детектив провел ее в узкий боковой дворик, подсвечивая дорогу пляшущим лучом карманного фонарика. После недавнего снегопада широкую кирпичную дорожку успели расчистить, и сейчас кирпичи были лишь слегка припорошены свежим снегом. Трипп остановился и указал лучом фонарика на низенький сугроб у края дорожки. Забрызганный чем-то красным.
— Это и насторожило дворецкого. Он первый увидел кровь.
— Здесь что, есть дворецкий?
— Ну да. Здесь речь идет именно о таких деньгах.
— Чем же он занимается? Хозяин дома?
— Говорит — профессор истории на пенсии. Преподавал в Бостонском колледже.
— Не думала, что профессора истории так хорошо живут.
— Вам лучше заглянуть внутрь. Не очень-то похоже на профессорский дом. У этого парня другие деньги. — Трипп указал фонариком на боковую дверь. — Дворецкий вышел отсюда с мешком для мусора. Дальше пошел вон к тем мусорным бакам, и тут заметил, что калитка открыта. Тогда-то он первый раз и заподозрил неладное. Ну а после двинул обратно, по этому дворику, чтобы оглядеться. Увидел кровь и смекнул — дело и правда дрянь. И вот здесь, на кирпичах, он разглядел следы крови — они вели на задворки.
Маура посмотрела на землю.
— Значит, жертву волокли по этой дорожке.
— Сейчас все покажу.
И Трипп направился к задней части особняка, где располагался небольшой внутренний дворик. Луч фонарика скользнул по обледенелому плитняку и клумбам, прикрытым от зимних холодов сосновыми ветками. Посреди дворика стояла белая беседка. Должно быть, летом приятно посидеть здесь, в теньке, потягивая кофе и вдыхая живительные запахи сада.
Только нынешняя обитательница беседки уже ничего не могла вдохнуть.
Маура сняла шерстяные перчатки и натянула резиновые. Они совсем не защищали от пронизывающего до костей ледяного ветра. Присев на корточки, она отдернула полиэтиленовую пленку, прикрывавшую фигуру в смятой одежде.
Детектив Ева Кассовиц лежала на спине, с вытянутыми по бокам руками. Ее светлые волосы слиплись от крови. Она была во всем черном — в черных шерстяных брюках, бушлате и ботинках. Бушлат — расстегнут, свитер задрался кверху, под ним — испачканное кровью тело. На ней была кобура, оружие — на месте. Маура перевела взгляд на ее лицо — и тут же отпрянула в ужасе. У девушки были отрезаны веки — огромные глаза так и остекленели, ничем не прикрытые. На висках застыли струйки крови, точно красные слезы.
— Я видела ее всего лишь шесть часов назад, — сказала Маура. — На другом месте преступления. — Она взглянула на Триппа. Его лицо было скрыто тенью, и единственное, что она увидела, — нависший над нею нескладный силуэт. — Там, в Восточном Бостоне.
Трипп кивнул.
— Ева пришла к нам всего-то несколько недель назад. Перевелась из отдела по борьбе с наркотиками и проституцией.
— Она что, живет где-нибудь по соседству?
— Нет, мэм. Квартира у нее в Маттапане.
— Тогда что она здесь делала, в Бикон-Хилле?
— Этого даже ее парень не знает. Хотя кое-какие догадки у нас имеются.
Маура вспомнила паренька-полицейского, который рыдал в объятиях Даниэла.
— Тот полицейский — ее парень? Ну тот, что был с отцом Брофи?
— Для Бена это настоящий удар. Да и новость эту он узнал чертовски мерзким способом. Был на патрулировании и услышал по радио.
— И он совсем без понятия, что ее занесло в этот район? Вся в черном, да еще с оружием.
Трипп замялся и надолго смолк — Маура не могла не обратить на это внимания.
— Детектив Трипп! — окликнула она.
Он вздохнул.
— Мы не слишком хорошо с ней поступили. Сами знаете, как оно вышло в сочельник. Похоже, с насмешками сильно переборщили.
— О том, что ей стало плохо на месте преступления?
— Ну да. Знаю, все это ребячество. У нас в отделе потешаются друг над дружкой каждый божий день. Дурачатся, подначивают один другого. А Ева, боюсь, приняла все близко к сердцу.
— Но это не объясняет тот факт, что она оказалась в Бикон-Хилле.
— Бен говорит, после всех этих шуточек она решила доказать, на что способна. Думаю, она здесь что-то копала. И не стала ничего рассказывать в отделе.
Маура посмотрела на лицо Евы Кассовиц. На ее вылупленные глаза. Руками в перчатках она раздвинула ее слипшиеся от крови волосы, чтобы нащупать на голове рваную рану, но никаких трещин на черепе не обнаружила. Удар, от которого оторвался лоскут кожи с волосистой части головы, был не очень сильный и не мог повлечь за собой смерть. Тогда Маура принялась обследовать туловище. Осторожно приподняла свитер, обнажив грудную клетку, и осмотрела запачканный кровью бюстгальтер. Глубокая колотая рана располагалась почти под самой грудиной. Кровь уже высохла и обрамляла края раны смерзшейся коркой.
— Когда ее обнаружили?
— Вечером, часов около десяти. Слуга выходил с мусором и раньше, часов в шесть, но ее не заметил.
— Он что, выносил мусор дважды за вечер?
— В доме был обед на пять персон. Много еды, много отходов.
— Получается, смерть наступила где-то между шестью и десятью вечера.
— Выходит, так.
— Когда молодой человек детектива Кассовиц видел ее живой последний раз?
— Днем, часа в три. Перед тем как заступил на смену.
— Значит, у него алиби.
— Железное. Он весь вечер был с напарником. — Трипп замялся. — Хотите измерить у нее температуру тела или чего там еще? Температуру воздуха, если хотите знать, мы уже измеряли. Одиннадцать градусов мороза.
Маура взглянула на тепло одетое тело.
— Ректальную температуру я тут не измерю. Не хочу раздевать ее в темноте. Да и ваш свидетель уже помог установить примерное время смерти. Будем считать, что он прав.
Трипп крякнул.
— Кажись, с точностью до секунды определил. Вам бы поговорить с этим малым, дворецким Джереми. Теперь-то я точно знаю, что значит быть зацикленным на деталях.
Внезапно луч света прорезал тьму. И Маура увидела, как кто-то идет к ним через двор, подсвечивая себе путь фонариком.
— Привет, док! — послышался голос Джейн. — Не знала, что ты уже здесь.
— Только подъехала. — Маура выпрямилась. Но лица Джейн в темноте не разглядела — только ореол ее кудряшек. — Не думала встретить тебя здесь. Мне ведь звонил Кроу.
— Он и мне звонил.
— А сам-то он где?
— В доме, хозяина допрашивает.
Трипп презрительно фыркнул.
— А где ж ему еще быть! Там тепло. Это я только должен морозить здесь задницу.
— Бог мой, Трипп! — воскликнула Джейн. — Похоже, ты любишь Кроу так же горячо, как я.
— О да, он отличный парень! Неудивительно, что его прежний напарник подался на пенсию раньше срока. — Он вздохнул, и спирали пара вырвались в темноту. — По мне, так пора бы пустить Кроу по кругу, чтобы всем в отделе досталось от него помаленьку. Пускай каждый терпит нашего Красавчика по очереди.
— Уж поверь, я от него уже натерпелась выше крыши, — сказала Джейн. Она взглянула на Еву Кассовиц, и голос ее смягчился. — С ней он повел себя как последняя сволочь. Ведь это была идея Кроу, верно? Выставить ведро на стол?
— Ну да, — согласился Трипп. — Только мы все виноваты, как ни крути. Может, она бы и не оказалась здесь, если б… — он вздохнул. — Ты права. Мы все сволочи.
— Значит, говорите, она пришла сюда выяснять что-то по делу, — напомнила Маура. — Был повод?
— О'Доннелл, — сказала Джейн. — Она была здесь сегодня в гостях, обедала.
— Кассовиц следила за ней?
— Разговор о слежке у нас с ней был, но так, в двух-трех словах. О своих намерениях она ничего мне не говорила.
— Значит, О'Доннелл была здесь, в этом доме?
— Она и сейчас здесь, ее допрашивают. — Джейн еще раз взглянула на тело. — По-моему, верный поклонник О'Доннелл сделал ей очередной подарок.
— Думаешь, убийца тот же?
— Я это знаю.
— Здесь изуродованы только глаза, а все части тела на месте. Да и ритуальных знаков нет, как в Восточном Бостоне.
Джейн посмотрела на Триппа.
— Ты что, ничего ей не показывал?
— Как раз собирался.
— Не показывал что? — насторожилась Маура.
Джейн вскинула фонарик и осветила черный ход. От того, что Маура там увидела, у нее по спине поползли мурашки. На двери были нарисованы три перевернутых креста. А под ними, красным мелом, — один-единственный выпученный глаз.
— По-моему, это дело рук нашего мальчика, — заметила Джейн.
— Может, какой-нибудь подражатель? Ведь точно такие же знаки в спальне Лори-Энн Такер видела куча народу. Потом, слухи среди полицейских.
— Если тебе нужны еще доказательства… — Джейн направила луч фонарика на нижнюю часть двери. На единственной гранитной ступеньке, ведущей в дом, лежал маленький, завернутый в ткань предмет. — Мы едва успели его развернуть, как все стало ясно, — сказала Джейн. — Похоже, нашлась левая кисть Лори-Энн Такер.
Внезапный порыв ветра, пронесшийся через задний двор, поднял клубы снежной пыли, обжегшей Мауре глаза и щеки. Во внутреннем дворике зашуршала опавшая листва, заскрипела и содрогнулась беседка.
— Думаешь, Джойс О'Доннелл имеет отношение к сегодняшнему убийству? — тихо спросила Маура.
— А то! Кассовиц следит за ней. Убийца видит ее и выбирает следующей жертвой. Связь с О'Доннелл по-прежнему налицо.
— А может, он видел Кассовиц в сочельник. Она ведь тоже была на месте преступления. Не исключено, что он следил и за домом Лори-Энн Такер.
— Думаете, глядел и радовался? — спросил Трипп.
— Да. Смотрел и наслаждался всей этой суетой, ведь из-за него понаехало столько полицейских. Из-за того, что он натворил. Надо же было почувствовать свою значимость.
— Выходит, он явился сюда следом за Кассовиц, — предположил Трипп, — потому что заметил ее в прошлый раз? Черт, но тогда дело принимает уже совсем другой оборот.
Джейн взглянула на Мауру.
— Значит, он мог с тем же успехом выследить любого из нас. Теперь он знает всех нас в лицо.
Маура наклонилась и снова прикрыла тело пленкой. Когда она стянула резиновые перчатки, чтобы опять надеть шерстяные, руки у нее до того замерзли, что пальцы едва сгибались.
— Я совсем окоченела. И уже вряд ли что смогу здесь сделать. Лучше перевезти ее в морг. А мне надо отогреть руки.
— Перевозку вызвала?
— Уже едут. Если не возражаешь, пойду подожду их в машине. Не могу больше торчать на этом ветрище.
— По мне, так нам всем пора бы от него укрыться, — заметил Трипп.
Они втроем направились через боковой двор обратно и, пройдя через калитку, вышли к крыльцу, освещенному изжелта-зеленым светом газового фонаря. На другой стороне улицы в отблесках мигалок патрульных машин виднелась толпа полицейских. Даниэл стоял вместе с ними: он был на голову выше их всех, руки держал в карманах пальто.
— Может, пойдешь с нами и подождешь в доме? — предложила Джейн.
— Да нет, — ответила Маура, не сводя глаз с Даниэла. — В машине посижу.
Джейн замолчала. Она тоже заметила Даниэла и, наверное, догадалась, почему Мауре захотелось остаться на улице.
— Если хочешь согреться, док, — сказала Джейн, — то ловить тебе здесь нечего. Впрочем, делай как знаешь. — Она похлопала Триппа по плечу. — Идем. Пошли в дом. Поглядим, как поживает наш Красавчик.
И они поднялись по ступенькам в дом.
Маура стала на тротуаре, не отрывая взгляда от Даниэла. А он ее как будто не замечал. Кругом стояло столько полицейских, и ей было как-то неловко. Хотя что тут, собственно, такого? Она здесь для того, чтобы делать свое дело, а он — свое. Разве старые знакомые не могут просто поприветствовать друг друга — это же так естественно.
Она перешла улицу и направилась прямиком к кучке полицейских. И только тогда Даниэл увидел ее. Остальные тоже ее заметили — и разом смолкли, когда она подошла. Хотя Маура общалась с полицейскими изо дня в день и видела их на каждом месте преступления, в их компании она всегда чувствовала себя как-то неловко, а может, это им становилось неловко в ее присутствии. Впрочем, сейчас, когда она чувствовала на себе их взгляды, взаимная неловкость ощущалась как никогда прежде. Маура догадывалась, что они о ней думали. Чопорная доктор Айлз — улыбки от нее ни в жизнь не дождешься. А может, они просто робеют; может, это ее титул доктора медицины смущает окружающих и делает ее неприступной.
«Или, может, дело во мне? Может, они просто боятся меня?»
— Машина для перевозки трупов будет с минуты на минуту, — сказала она, начав разговор на авось. — Может, освободите для нее место на улице?
— Само собой, док, — сказал кто-то из полицейских и кашлянул. И снова наступила тишина — пританцовывая от холода на обледенелой мостовой, полицейские смотрели кто куда, только не на нее.
— Что ж, спасибо, — поблагодарила она. — Я подожду в своей машине.
На Даниэла она даже не взглянула — просто отвернулась и пошла прочь.
— Маура!
Она оглянулась на голос и увидела, что полицейские, все как один, глядят ей вслед. «Постоянно кругом какая-то публика, — подумала она. — Нам с Даниэлом, видно, не судьба побыть наедине».
— Есть какие-нибудь новости? — спросил он.
Она заколебалась, зная, что за ней наблюдают окружающие.
— Пока никаких — все уже все знают.
— Может, поговорим? Возможно, я сумею как-нибудь утешить офицера Лайэлла, если узнаю побольше о случившемся.
— Это не совсем удобно. Не думаю…
— Можешь сказать только то, что сочтешь нужным.
Маура задумалась.
— Давай посидим в машине. Она тут недалеко.
И они направились к машине, держа руки в карманах и пряча головы от порывов ледяного ветра. Маура думала о Еве Кассовиц, одиноко лежавшей во внутреннем дворике: тело ее уже окоченело, кровь в жилах застыла. В такую ночь да на таком ветру охотников составить компанию убитой не нашлось. Они подошли к ее машине и забрались внутрь. Маура запустила двигатель и включила обогреватель, но воздух, хлынувший из воздуховода, тепла не принес.
— Этот Лайэлл был ее молодым человеком? — спросила она.
— Для него это страшное горе. Не уверен, что мне удалось его утешить.
— Я бы не смогла так, как ты, Даниэл. Человеческое горе для меня невыносимо.
— Но ведь твоя работа связана с ним. Тебе приходится.
— Но не на такой стадии, как тебе, когда надо иметь дело с совсем еще свежими ранами. От меня ждут конкретных ответов, а не утешений. — Она взглянула на Даниэла. Но в полумраке салона смогла разглядеть лишь его силуэт. — Последний полицейский капеллан продержался здесь только два года. Думаю, не выдержал стресса, вот с ним и случился удар.
— Отцу Рою, чтоб ты знала, было шестьдесят пять.
— Выдержать постоянные ночные вызовы, конечно, дело не из легких, — согласился он, выдохнув на стекло, которое тут же запотело. — Полицейским тоже приходится несладко. Как и врачам, и пожарным. Но не все так плохо, — прибавил он с тихим смешком, — тем более что выезд на место преступления — единственная для меня возможность повидаться с тобой.
Хотя Маура не видела глаз Даниэла, она ощущала, что он смотрит на нее — и благодарила Бога, что в салоне темно.
— Раньше ты навещала меня, — заметил он. — Отчего же теперь не приходишь?
— Но я же была на рождественской службе, верно?
Он устало усмехнулся.
— На Рождество приходят все. Даже те, кто не верит.
— Но я же была там. И не пыталась тебя избежать.
— Неужели, Маура? Неужели ты меня избегаешь?
Она не ответила. Некоторое время они смотрели друг на друга сквозь полумрак салона. Воздух, поступавший из обогревателя, мало-помалу нагрелся, и, хотя окоченевшие пальцы у нее еще не отошли, щеки уже пылали.
— Я знаю, что происходит, — тихо проговорил он.
— Ничего ты не знаешь.
— Я такой же человек, как ты, Маура.
Она вдруг рассмеялась. Это был горький смех.
— Ну, это же банально. Святой отец и прихожанка.
— Нет, не надо так.
— Но ведь это же и впрямь банально. Такое было уже тысячу раз. Священники и скучающие домохозяйки. Священники и одинокие вдовы. У тебя это в первый раз, Даниэл? Лично у меня в первый, можешь не сомневаться.
Ей вдруг стало стыдно за то, что она выплеснула на него свою досаду, и она отвернулась. Что такого он ей сделал — только предложил дружбу, заботу! «Я сама разрушаю свое счастье».
— Если тебя это хоть немного утешит, — спокойно ответил он, — ты не одна такая несчастная.
Маура словно окаменела, прислушиваясь к шуму обогревателя. Хоть она и смотрела прямо перед собой — на запотевшее изнутри лобовое стекло, все остальные органы чувств были обращены к Даниэлу. Даже будь она слепая и глухая, ничто не заставило бы ее усомниться в том, что он здесь, рядом, — настолько остро ощущала она его присутствие. Настолько же остро, как ритм своего сердца и напряженные нервы. Ее охватило постыдное возбуждение от признания Даниэла в том, что он тоже несчастен. Все-таки не только она страдает и не спит по ночам. Любовная тоска не выносит одиночества.
Раздался громкий стук в ветровое стекло. Вздрогнув, Маура повернула голову и сквозь затуманенное стекло разглядела призрачный силуэт. Она опустила стекло и увидела лицо наклонившегося к ней полицейского.
— Доктор Айлз! Подъехал труповоз.
— Спасибо. Сейчас приду.
Маура снова подняла стекло, по которому струйками потекла вода. Потом выключила двигатель и посмотрела на Даниэла.
— У нас есть выбор, — сказала она. — Мы оба можем быть несчастными. А можем и дальше жить каждый своей жизнью. Я выбираю второе.
Маура выбралась из машины, закрыла дверь. И глубоко вдохнула ледяной воздух, который обжег ей горло. Но при этом освободил ум от последних сомнений — освеженный, с возрожденной энергией он мог снова приниматься за работу. Маура отошла от машины, даже не оглянувшись. И пошла обратно по тротуару, продвигаясь от одного фонаря к другому, от одной лужи света к следующей. Даниэл — позади; впереди ее ждет тело убитой. А вокруг по-прежнему стоят полицейские. Чего они дожидаются? Ответов, которые, вполне вероятно, она не сможет им дать?
Маура плотнее закуталась в пальто, словно стараясь спрятаться от их взглядов, и подумала о сочельнике, вспомнив другое место убийства. И Еву Кассовиц, которая вышла на улицу, где ее вывернуло прямо на сугроб. Было ли тогда у Кассовиц хоть малейшее предчувствие, что в следующий раз именно ей суждено стать объектом внимания Мауры?
Когда бригада из морга везла Еву Кассовиц через боковой двор, полицейские уже молча толпились возле дома. Как только из-за железной калитки показалась каталка с ее прикрытым пленкой телом, они обнажили головы, невзирая на пронизывающий ветер, и опустили их в скорбном поклоне, по-своему отдавая долг чести той, которая была одной из них. Они стояли так и после того, как каталку погрузили в кузов машины и дверцы за ней захлопнулись. И только когда свет задних фар фургона исчез во мраке ночи, они снова надели головные уборы и потянулись к своим машинам.
Маура тоже было направилась к своему «Лексусу», как вдруг парадные двери дома распахнулись. Она обернулась, заметив хлынувший изнутри теплый свет, и увидела в дверном проеме какого-то мужчину — он стоял и глядел на нее.
— Простите. Вы доктор Айлз?
— Да.
— Господин Сансоне приглашает вас зайти в дом. Внутри куда теплее, к тому же я заварил свежего кофе.
Маура остановилась у подножия лестницы и взглянула на фигуру дворецкого в ореоле теплого света. Он стоял совершенно прямо и неподвижно и смотрел на нее с пугающим спокойствием, так что Маура чуть было не приняла его за истукана в натуральную величину, какого ей однажды случилось видеть в магазине приколов. Дворецкого из папье-маше с импровизированными напитками на подносе. Она перевела взгляд на улицу, туда, где стояла ее машина. Даниэл уже ушел, так что ее ожидало только одно — одинокое возвращение в пустой дом.
— Благодарю, — сказала она и поднялась по ступеням. — От чашки кофе не откажусь.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Клуб Мефисто - Герритсен Тесс

Разделы:
Благодарности123456789101112131415161718192021222324252627282930313233343536373839Послесловие

Ваши комментарии
к роману Клуб Мефисто - Герритсен Тесс



От финала ожидала большего,в чем суть борьбы охотников не поняла,скорее за ними охотятся.Кем был Доминик тоже непонятно,если уж автор затронула такую необычную тему,то могла бы нафантазировать как Маура делает его вскрытие,а то то ли он просто психопат,то ли демон,что-то там про днк была речь.7/10.
Клуб Мефисто - Герритсен ТессОсоба
26.11.2014, 15.25








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100