Читать онлайн Скоро тридцать, автора - Гаскелл Уитни, Раздел - Глава 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Скоро тридцать - Гаскелл Уитни бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.47 (Голосов: 135)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Скоро тридцать - Гаскелл Уитни - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Скоро тридцать - Гаскелл Уитни - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гаскелл Уитни

Скоро тридцать

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 6

Жара спала раньше, чем ожидалось, и на уик-энд перед Днем труда метеорологи обещали чудесную погоду: безоблачное небо, низкую влажность и двадцать шесть градусов тепла. Нина и Хармони планировали провести субботу и воскресенье в Аннаполисе, где собирались строить глазки симпатичным морячкам и лакомиться пирожками с крабовым мясом. Вместо того чтобы поехать с ними, я была обречена сесть на поезд до Сиракыоса и приготовиться к двойному кошмару: выходным с родителями и свадьбе моей подруги Бет, на которую – о ужас! – я приду без кавалера. Прелести моему путешествию добавила и Салли: возмущенная тем, что ее запихали в ненавистную клетку-переноску, она всю дорогу истошно выла, и пассажиры в вагоне взирали на меня с неприкрытой ненавистью.
К счастью, на вокзале меня встречал мой брат Марк. Накануне вечером мы с Ниной выпили изрядное количество порций «Маргариты», и голова теперь просто раскалывалась. К встрече с матерью я пока не была готова.
– Привет, вонючка, – поздоровался Марк и стиснул меня в объятиях.
– Привет, чокнутый, – парировала я, обнимая его. Марк был женат и занимался банковским бизнесом, в котором я понимала только то, что это было как-то связано с международными рынками и постоянным сравнением курса доллара с чем-то там еще. Несмотря на это, у нас отчасти сохранились отношения, которые существовали между нами еще с тех времен, когда Марк и мой второй брат Брайан пытались засунуть меня в складной диван.
– Мама совсем спятила, – предупредил братец, пока мы ехали на его машине в родительский дом в предместье Сиракьюса.
– «Мне следовало заниматься карьерой, а не воспитанием малышей»? «Не желаю быть матерью невесты, я и сама еще не стара и могу щеголять в белье от Веры Вонг»? «Ну кто скажет, что обладательница этих ножек – домохозяйка из пригорода, мать троих детей»? – предположила я.
– Нет, теперь у нее новая фишка. Что-то насчет контактов со своей внутренней богиней, – ухмыльнулся Марк. – Она обложилась книжками по астрологии и все пристает с разговорами о сексуальности. Само собой, я стараюсь общаться с ней как можно меньше.
– О нет, – простонала я. Марк расхохотался:
– Боюсь, это даже хуже, чем в тот раз, когда она всерьез уверовала, будто ее настоящая мать – Мэрилин Монро, а Нана и дедуля удочерили ее в младенческом возрасте.
– Как же, помню. Она разговаривала с дурацким при дыханием в голосе и красилась под платиновую блондинку, – с досадой сказала я. – Похоже, этот уик-энд будет еще ужаснее, чем я думала.
– Только не говори, что я тебя не предупреждал.
– Как дела у Кейт? – поинтересовалась я. Кейт была женой Марка, и я в ней души не чаяла. У нее были все (данные супермодели: рост пять футов десять дюймов, вес пятьдесят четыре килограмма, длинные золотисто-каштановые волосы, идеальные черты лица. По идее ее роскошиная внешность должна была вызывать зависть, но Кейт держалась так просто и мило, что ее нельзя было не любить.
– Ты же знаешь, Кейт есть Кейт, – немного уклончиво отозвался Марк.
Я спросила, не случилось ли чего между ними, однако он снова перевел разговор на очередное завихрение нашей мамаши и рассказал, как однажды застал ее за просмотром веб-сайтов, посвященных языческому культу «викка». Я решила не навязываться с вопросами.
Когда мы подъехали к дому, мать вышла на крыльцо и помахала рукой. Хорошо, что Марк просветил меня насчет последних фантазий нашей родительницы, потому что иначе я бы просто хлопнулась в обморок, увидев ее в индийском Сари из малинового и золотого шелка и золотистых плет ных сандалиях. Обычно гладкие светлые волосы матушки теперь обрамляли лицо легкомысленными кудряшками.
– Соолнышко, – сладко пропела она, чмокнула меня в щеку и покрутилась, демонстрируя новый имидж. – Что скажешь?
– Весьма живенько, – сказала я, испытав легкое злорадство при виде ее разочарованного лица. По части охоты за комплиментами моя мать одержимее любого золотоискателя и немыслимым образом умудряется свернуть любой разговор на то, какая она красавица. Конечно, вместо того чтобы угодить ей, я обычно отказываю маме в этом малень ком удовольствии и строю из себя хмурого подростка.
Я выпустила Салли из переноски. Та сделала четыре круга и тут же пристроилась на клумбе со свежепосаженными анютиными глазками.
– Ты что, притащила собаку? – ужаснулась мать.
– Ее зовут Салли, – вздохнула я. – И потом, я же говорила, что собираюсь взять ее с собой, помнишь?
Мама и Салли обменялись неприязненными взглядами. Обе они – самовлюбленные, нарциссические примадонны поэтому терпеть не могут друг друга. Салли невзлюбила мать с первой встречи и с тех пор, едва завидев ее, оскаливает зубы, точно кровожадный доберман-пинчер, а пушистая шерстка враждебно топорщится в разные стороны. Один раз я своими глазами видела, как мать поддала Салли пинка, отшвырнув с дороги. (Хотя потом матушка и оправдывалась: «Я лишь чуть-чуть подтолкнула ее, потому что она путалась под ногами». Я попробовала объяснить, что Салли – маленькая декоративная собачка и в некотором смысле всегда путается под ногами. В ответ мать лишь презрительно фыркнула и в тысячный раз заявила, что всегда предпочитала кошек.) Глория и Салли напоминают мне двух претенденток на титул «Мисс Америка», которые в борьбе за цветы и корону готовы на любую пакость, лишь бы убрать с пути соперницу. Надо проследить, чтобы Салли не пробралась в спальню, напомнила я себе – в прошлый раз она сжевала пару безумно дорогих матушкиных туфель от Сальваторе Феррагамо. В дверях показался отец.
– Привет, папа, – поздоровалась я.
– Мое почтение, адвокат, – кивнул он.
Мой отец – судья; высокий, осанистый, с пышной седой шевелюрой и кустистой бородой. Короче, именно та кой, каким, по общему мнению, и полагается выглядеть настоящему судье. Когда он снимает черную мантию и переодевается в штатский костюм, то всегда смотрится не много странно.
– Как дела в конторе? – спросил отец.
– Отлично, – соврала я. У меня не хватало смелости сказать ему, как сильно я ненавижу свою работу. Ни Марк, ни Брайан не проявили ни малейшего интереса к юриспруденции, поэтому отец прочно связал со мной все надежды на продолжение семейной традиции. Если бы он хоть на минуту предположил, что я не пойду по его стопам и после нескольких лет достойной работы юристом не займу благо родного места судьи, его сердце разорвалось бы от горя.
Этого я вынести не могла – уж лучше поденщина в отделе судебных тяжб.
– Молодчина, – просиял отец. Что ж, хоть один из нас доволен…
Мой старший брат Брайан (я была в семье младшим ребенком, Марк – средним), привел на семейный ужин свою новую подругу, Бекки, по всей видимости, рассчитывая, что мое присутствие поможет смягчить удар. Прежде Брайан был женат на Линдси, которую любил еще со школьной скамьи. Но потом они разошлись, и хотя после развода прошло уже два года, при упоминании этой темы лицо моей матери до сих пор превращалось в туго стянутую кулиску.
Мать любила Линдси – я знала это, потому что они и сейчас перезваниваются раз в неделю, – и все еще злилась на Брайана за то, что он бросил супругу. Ради своей секретарши. А потом ради ветеринара. А потом ради консультанта по вопросам семьи и брака. Брайан никогда не был лучшим из мужчин, но всю жизнь ходил в любимчиках у матери. Теперь мы с Марком потихоньку злорадствовали оттого, что старший брат впал в немилость.
Мы сели за стол – мать, отец, Брайан, Бекки, Марк, Кейт и я – и принялись за еду: на ужин была телятина на ребрышках и картофельный салат.
– Почему Бет не выбрала тебя подружкой невесты? – спросила меня мать. Она упорно игнорировала Бекки, и бедная девушка уже чуть не плакала. Бекки не сводила вопросительного взгляда с Брайана, очевидно, недоумевая, чем обидела Глорию.
– Мы уже не так близки, – коротко ответила я, а потом обратилась к Бекки: – Так, значит, у тебя есть свой магазин, где продаются средства нетрадиционной медицины? Я собираюсь заняться йогой.
– О, это чудесно, – радостно закивала Бекки. – Ты почувствуешь, будто заново родилась…
– Ведь вы с Бет дружили с самого детства! Она должна была выбрать именно тебя, – продолжала мать, словно Бекки не существовало вовсе. По всей видимости, даже явная польза от приятельницы Брайана в новом увлечении Глории «внутренней божественной сущностью» (в конце концов, кто как не владелица холистической лавки больше всех знает об эфирных маслах, травах и прочей ерунде, необходимой богиням) не могла примирить маму с тем фактом, что Бекки – не Линдси. – И это после того, как я столько раз подвозила Бет домой из клуба скаутов!
Кейт, наш вечный дипломат, ободряюще улыбнулась Бекки.
– Нелегко пригласить на свадьбу всех, кого хочешь видеть. Знаешь, Бекки, я бы тоже хотела заняться йогой. Не порекомендуешь подходящего инструктора?
– Пап, передай тушеную фасоль, – впервые за вечер подал голос Брайан.
Отец вел себя еще хуже Брайана. Он сидел и молчал, словно набрал в рот воды, а если и вставлял замечания, то совершенно неуместные. Например, когда Бекки начала рассказывать о лучшем инструкторе по йоге в Сиракьюсе, отец перебил ее и через весь стол громко спросил меня:
– Ты еще не написала статью о неправильной интерпретации условий коммерческого соглашения, про которую мы говорили в твой прошлый приезд?
– Да, кстати, умняшка, как насчет статьи? – поддразнил Марк, а Кейт негодующе пихнула его локтем в бок.
– Э-э… нет еще, папа, – начала я. – Я сейчас очень загружена.
– Не откладывай это дело в долгий ящик. Сколько можно повторять: ты никогда не получишь должность судьи, если не соберешь нужного количества материалов, – отчитал меня отец, в прошлом гений по части обзора судебной практики.
– Хорошо, – вяло кивнула я и обвела взглядом родственников. Все молчали: на лице у матери читалась досада, Брайан и Марк уткнули носы в тарелки, Бекки совсем оробела. Лишь Кейт посмотрела на меня, и в ее глазах светились доброта и сочувствие.
Я давно ломала голову, почему Кейт добровольно решила войти в этот дом, особенно учитывая, что в округе было полно нормальных семей с сыновьями подходящего возраста. Я бы не назвала Марка завидным женихом – чего только стоят его оттопыренные уши и идиотский лающий смех. Ну да, он был славным малым, и дела на работе шли у него неплохо… Однако все равно Кейт без труда могла заполучить любого мужчину, так почему же она выбрала себе в мужья Марка с его безумными родственничками? Я постепенно приходила к выводу, что Линдси еще легко отделалась. Может, Брайан ей и изменял, зато теперь она избавлена от необходимости посещать эти чудные обеды в узком семейном кругу.


Нет ничего хуже приглашения на свадьбу к старой школьной подруге – а в моем случае Бет одновременно была и подругой, и врагом, так как все время, что мы росли вместе, она пыталась отбивать у меня парней. С гордостью припоминаю, что сколько-нибудь заметных успехов она не достигла. Зато сам факт ее намерений делал Бет одной из тех «лучших подружек», которым нельзя доверять, потому что на самом деле они твои соперницы и чувствуют себя на седьмом небе от счастья, когда твоя жизнь превращается в дерьмо. Не сомневаюсь, что, выходя замуж вперед меня, Бет занесла себе в актив жирный плюс. Хотя из всех девочек в классе, с которыми мы дружили, перед алтарем она обскакала меня одну.
Противнее этой чертовой свадьбы может быть только то, что придется идти туда без сопровождения. Одна мысль о том, что я появлюсь там без мужчины, повергала меня в тихий ужас. Поэтому я даже подумывала, не восстановить ли мне отношения с Эриком, который упорно продолжал звонить по телефону, оставляя на автоответчике слащаво-сентиментальные сообщения.
Отец высадил меня у церкви – огромного белого сооружения, и, помахав рукой на прощание, я ощутила нервные спазмы в желудке, а вслед за этим – острый приступ отвращения к себе. Взрослая женщина с серьезной профессией, дожила почти до тридцати лет и до сих пор боится выходить в одиночку. Нелепость какая, подумала я, высоко подняла голову, втянула живот и постаралась прошествовать в церковь как можно грациознее, при этом отчаянно выискивая взглядом кого-нибудь из знакомых, с кем я могла бы сесть рядом.
– Элли! Бог ты мой! Приве-еет, – послышался визгливый голос.
Я обернулась к скамьям и узрела судорожно машущую мне руку. Рука принадлежала… О нет! Кристин Гудман. Я всегда терпеть ее не могла. Кристин вечно таскала с собой в класс модную спортивную сумку, вместо того чтобы оставлять ее в шкафчике, как делали другие девчонки, а в имени вместо точек над буквами «i» рисовала пухлые сердечки. Ко всему прочему, она скрывала свою мерзкую натуру за сладенькими улыбочками и умела говорить гадости, выдавая их за дружеские признания вроде таких: «По-моему, тебе следует знать, Морин – не очень хорошая подруга. Она сказала мне, что, если бы у нее был такой нос, как у тебя, она бы сделала пластическую операцию. Только ты ее не слушай, ты настоящая очаровашка».
Словно мышь, которую загнала в угол кошка – глупая, белая, пушистая кошка, – я дико оглядывалась по сторонам, выискивая свободное место в другом ряду, а Кристин настойчиво звала:
– Элли, ну иди же скорее к нам!
Это было даже страшнее, чем я ожидала.
– Элли Уинтерс? Все еще Уинтерс? – раздался возглас за моей спиной. Я обернулась и увидела стройную рыжеволосую женщину с открытым лицом, усыпанным веснушка ми, и радостной улыбкой.
– Молли! Как поживаешь? Какая встреча! – воскликнула я, и мы обменялись воздушными светскими объятия ми, не касаясь друг друга ни грудью, ни животом. В школе мы вращались в разных кругах – по выражению моей матери, Молли была «скороспелкой», то бишь к пятнадцати го дам имела пышные формы Дженнифер Лопес и двадцати двухлетнего дружка-студента, тогда как мы, остальные, все еще отрабатывали технику французских поцелуев на помидорах. Мы с Молли, однако, всегда хорошо ладили, а в одиннадцатом классе даже работали в паре на лабораторных по химии.
– Ты тоже одна? Может, сядем вместе? – предложила она, и я благодарно кивнула, мысленно благословляя Мол ли за то, что она избавила меня от компании Кристин.
– Я так боялась, что одна из всех приду без пары, – призналась я, когда мы с Молли уселись на гладкую, отполированную скамью из красного дерева, украшенную гирляндами из лент и ветками сирени. – Все остальные либо замужем, либо помолвлены, а я просто ненавижу ходить на такие мероприятия одна. Чувствуешь себя мерзкой старой девой, а все вокруг пялятся на тебя и спрашивают: в чем дело и почему ты не замужем?.. Что с тобой?
К моему ужасу, Молли часто-часто заморгала, и губы ее предательски задрожали.
– Я… развожусь, – проговорила она, запнувшись на слове, начинавшемся с буквы «р». – Род и я… мы только что… этот ублюдок… меня бросил.
А потом Молли разрыдалась – в голос, с сотрясанием плеч, до конвульсивной икоты. Люди, которых я не видела с самого окончания школы, оглядывались на нас, и я любезно кивала тем, чьи лица узнавала.
– Здравствуй, Диана! Эми, как дела? – щебетала я, поглаживая по спине Молли, которая продолжала истерически всхлипывать:
– …этот… наглый лжец… с крошечным членом…
К счастью, в эту минуту зазвучала органная музыка – точнее, это был орган, трубы и электрогитара, – и в проходе между рядами появилась торжественная процессия: три маленькие девочки с букетами, двенадцать подружек невесты, одна замужняя подруга и сама невеста, раскрасневшаяся и довольная собой, в пышном белом платье, отделанном бес численными оборками и воланами. Молли взяла себя в руки и только изредка нервно икала. Церемония была длинной и слегка напыщенной. На венчании Бет и Сета выступали певцы (два солиста по отдельности, а также трио теноров) и декламаторы, затем было устроено замысловатое представление со свечами, в котором поучаствовали, кажется, все родственники с обеих сторон, после чего жених с невестой обменялись клятвами – сначала традиционными, а потом особыми, написанными ими лично. В общем, больше часа ушло лишь на то, что в итоге сводится к пятиминутному ритуалу: пообещали друг другу не ходить «налево» и быть верными в болезни и горести, надели колечки на пальчики, поцеловались – и дело с концом. Не знаю, может, это все влияние Марты Стюарт, но с недавних пор все без исключения невесты во что бы то ни стало желают превратить венчание в роскошное действо, где обязательно присутствуют профессиональные устроители в наушниках, тысячи долларов выброшены на цветы, которых не найти в это время года, а свадебное платье стоит дороже автомобиля.
Банкет был еще кошмарнее. Бет выбрала тему «Звездная ночь», поэтому повсюду были развешаны мигающие лам почки. Лампочками были украшены и пластмассовые деревья, поставленные по периметру зала и призванные, очевидно, придать ему некое сходство с лесом. Золоченые звездочки и месяцы свисали с потолка. На столах, покрытых белыми накрахмаленными скатертями, поверх которых накинули темно-синий шифон, также блестели разбросанные там и сям звездочки. Я и не подозревала, что для свадебного банкета нужно выбирать какую-то особую тему, и всегда считала, что для подобного торжества вполне актуален мотив «Мы только что поженились».
Молли, которая все еще шмыгала носом, но уже справилась с собой и без конца извинялась за истерику, привез а меня из церкви в отель, где должен был состояться банкет. По пути она поведала мне свою печальную историю. Пару недель назад Род (Род Глик – услышав это имя, я чуть не обалдела: Род учился вместе с нами и был законченным придурком. Я бы в жизни не подумала, что наша пухленькая и не обделенная мужским вниманием Молли что-то в нем найдет.) якобы собрался в командировку и по рассеянности заказал авиабилеты с доставкой на дом. Мол ли открыла конверт и выяснила, что муж летит вовсе не на деловое совещание в Орландо, а в Форт-Лодердейл, причем вместе со своей двадцатидвухлетней секретаршей. «Мы любим друг друга», – объявил Род, в тот же вечер собрал ма натки и съехал.
Молли переходила от бурной, клокочущей ярости («Ду маю, Лорена Боббит права. Мне следовало покончить с этим, когда у меня была такая возможность») к безутешному горю и мукам разбитого сердца («Как по-твоему, он еще вернется?»). К тому времени как мы приехали в отель, я уже изнемогала и совершенно не испытывала желания праздновать создание нового союза, в котором навечно воцарится любовь и преданность. И вообще, меня словно треснули по голове чем-то тяжелым: до чего же это мы дожили, если столь жизнерадостная красавица, как Молли, выбрала себе в мужья такое убожество, как Род, и, мало того, страдает потому, что он ушел от нее к молоденькой. А ведь нам не исполнилось и тридцати! Разве не мы должны считаться молоденькими? И тут в мои мысли вклинилось мужественное лицо Теда. «Прочь!» – велела я ему и постаралась сосредоточиться на звездно-ночном банкете.
К счастью, нас с Молли посадили за разные столики. Она оказалась в компании симпатичных молодых битников; среди них был и единственный из всех замеченных мной привлекательных парней, на руке у которого не висла субтильная девица в облегающем шелковом платье. От делавшись от Молли, я испытала облегчение. Мне стало стыдно за свою черствость, но я просто больше не могла ничего слышать о Роде, поскольку с каждым следующим признанием Молли его образ выглядел все более отталкивающим. («В эрегированном состоянии его член размером с детскую соску!»; «Он пользуется депилятором, чтобы удалять волосы со спины!») Мыльный пузырь мое го счастья лопнул в тот миг, когда я узрела свою соседку по столу.
– Элли! Тебя посадили прямо рядом со мной! – тявкнула Кристин.
– Как мило, – пробормотала я.
– Познакомься, Элли, это мой супруг, Харольд, – с гордостью сказала она, указывая на мужчину, стоявшего позади нее.
Он был очень маленький, с крошечной, не больше чечевичного зерна, головкой и напомнил мне Битдджуса. Что бы скрыть улыбку, я быстренько притворилась, будто у меня зачесался кончик носа.
– Так ты пока не замужем, да? Ну ничего, не переживай, – успокоила меня Кристин. – И почему это Бет не выбрала тебя в подружки невесты? Я всегда думала, вы очень близки – гораздо ближе, чем когда-то были мы с ней, а она сказала, что хочет выбрать меня. Правда, мать Бет настоя а, чтобы та взяла в подружки всех своих кузин.
– Нет, мы уже не так близки, как раньше, – проговорила я и прикусила язык. По всему было видно, что со школьных лет Кристин ничуть не изменилась, и я не сомневалась – она переврет мою безобидную фразу и сделает из нее что-то вроде «Знаешь, Бет, Элли сказала, что уже не считает тебя своей подругой».
Я и не считала. Правда, это уже к делу не относилось. Семейные пары начали обсуждать, в каком районе они купили или собираются купить дом. Беседа приняла неожиданно резкий характер, когда одна из близняшек Хейл заявила, что в некий квартал ее не заманить никаким калачом. На это Сондра Мзттьюз, прокашлявшись, отрезала, что они с мужем только что подписали контракт на покупку дома именно в том квартале. Повисла гнетущая тишина, а потом, вместо того чтобы сгладить недоразумение и сказать что-нибудь вроде «О, я уверена, вам достался прелестный домик, наверняка последний из тех, что действительно заслуживают внимания приличных людей», Синди Хейл (теперь уже Синди Уэллс, хотя воспринимать ее и ее сестру Мелани иначе как «близняшек Хейл» было трудновато) лишь деликатно кашлянула и промолвила: «Во как».
Вслед за этим Кристин, чуть не лопаясь от гордости, сказала, что они с мужем (как оказалось, отец ее супруга владел крупной проектной фирмой и не имел в жизни большего счастья, чем осыпать золотом своего мелкоголового сыночка и его жену-подлизу, что еще раз доказывает жизненную несправедливость: все блага в этом мире достаются негодяям) только что приобрели одноэтажный дом с пятью спальнями, да еще в одном из самых престижных районов города. Все восторженно заохали и, фальшиво улыбаясь, принялись поздравлять Кристин, однако тут Мелани Хейл-Тревис безапелляционным тоном «меня-никому-не-превзой-ти» сообщила, что беременна, и таким образом, украла по беду у откровенно надувшей губы Кристин.
К концу праздничного обеда все нахохлились, никто не хотел друг с другом разговаривать, и только мужья хмуро перешептывались со своими благоверными. Я извинилась и пошла в бар, где в буквальном смысле слова налетела на моего старого школьного приятеля Чарли. Я сама была виновата, так как не смотрела перед собой, а загляделась на Молли, которая кокетливо хихикала и строила глазки Единственному Симпатичному Парню. Ну что за несправедливость! Молли и двух минут не пробыла в одиночестве, а к ней уже кто-то клеится, с горечью подумала я и столкнулась с Чарли Оуэнсом, который выходил из бара и держал в руке бокал виски со льдом.
– Черт! – выругалась я, когда холодный напиток вы плеснулся прямо на мой кремовый джемпер из кашемира, оставляя на самом виду отвратительное бурое пятно. Я отдернула джемпер от тела, но жидкость уже впиталась в ткань и кожа у меня на груди стала холодной и липкой.
– Элли! О Боже. Не знал, что ты тоже здесь, – смутился Чарли. – Извини, я не хотел испачкать твой свитер.
– Привет, Чарли, – сказала я, все еще придерживая джемпер на расстоянии.
Встреча казалась мне нереальной – через столько лет увидеть свою первую любовь, своего первого мужчину. Я ничего не слышала о нем с первого курса колледжа, когда после первого семестра мы расстались. Встречаясь с бывшим любовником, всегда чувствуешь себя немного не ловко: то обстоятельство, что его пенис когда-то находился у тебя внутри, лишь добавляет скованности. Чарли был у меня первым. Мы оба лишились девственности на диване в квартире его родителей после бала в честь окончания предпоследнего класса. Как всегда у подростков, все было неуклюже и скомканно: навалившись на меня в каком-то полубезумном исступлении, Чарли кончил через полминуты. Теперь я даже с трудом его узнавала – в школе он был худым и долговязым, как столб, а сейчас передо мной стоял упитанный и круглолицый мужчина с пухлыми щеками.
– Пойду возьму минералки, чтобы замыть пятно, – сказала я.
Чарли проводил меня в бар, заказал стакан минеральной воды и сидел рядом, пока я промокала испачканное место на джемпере бумажной салфеткой. В результате все моих усилий пятно стало еще заметнее.
– Свитер испорчен? – огорченно спросил Чарли.
– Не думаю, – соврала я. – Да ладно, не беспокойся об этом.
– Бет сказала, что ты работаешь адвокатом, – сказал он, и, позабыв обо всем на свете, мы принялись рассказывать друг другу истории своей жизни (изрядно приукрашенные – ну, по крайней мере с моей стороны).
Чарли тоже был адвокатом и, найдя применение своему незаконченному техническому образованию, специализировался на патентном праве. Работал он в одной крупной фирме в Манхэттене – достаточно солидной, чтобы при ее упоминании глаза у меня вылезли на лоб. По словам Чар ли, ему нравились и его занятие, и жизнь в городе. Сначала я решила, будто он тоже излагает мне лишь ту версию истории, которая подходит для глянцевых журналов, но потом до меня дошло: на самом деле среди всех моих знакомых юристов Чарли – один из немногих счастливчиков, кому эта работа доставляет истинное удовольствие. И кроме того, он всегда обладал острым аналитическим умом, поэтому нетрудно было представить, что процесс решения проблем приносит Чарли радость.
Вскоре после того, как мы уютно устроились в баре, мой бывший приятель пошутил насчет того, что ему следовало бы перейти с виски на более легкие напитки, при носящие меньше вреда, и заказал дорогущую бутылку шардоне. Не знаю, может, это все из-за выпитого вина, но Чарли показался мне ужасно милым. Настолько, что я задалась вопросом – почему мы вообще расстались? Ведь Чарли всегда был славным, порядочным, образованным и, главное, самым подходящим для меня мужчиной. Он-то и послужил эталоном, с которым я сверяла своих по следующих ухажеров – Алека, Питера, Уинстона, Джереми и Эрика. Однако в отличие от пяти моих воздыхателей, каждый из которых был напыщеннее и скучнее предыдущего, Чарли как никто умел меня рассмешить. Покончив с первой бутылкой шардоне и откупорив вторую, мы вспоминали юношескую глупость и неопытность и даже набрались смелости оживить в памяти наш первый и не совсем удачный сексуальный опыт. Весь вечер на пролет мы хохотали до слез, хлопая по столу ладонями и задыхаясь от смеха. О том, чтобы вернуться на свадьбу, не было и речи.
– Если честно, я никого здесь не знаю – конечно, кроме Бет, – сказал Чарли, словно извиняясь за то, что вовсе не спешит возвращаться на торжество, которое становилось все более шумным.
Интересно, почему Бет пригласила его на свадьбу? Она была знакома с Чарли только через меня, и для нее он – не больше чем приятель подруги, да и то школьный. И все же я была рада, что она это сделала. Без Чарли я бы застряла за столиком в обществе Кристин, которая изводила бы меня своими подковырками насчет того, почему я совсем одна, с явным намерением деморализовать. (Еще бы! Ведь я не имела богатого супруга с крошечной головкой и вынуждена танцевать с чужими мужьями, которые приглашали бы та кую старую деву только из жалости.)
Чарли избавил меня от этих трудностей, и я гораздо лучше чувствовала себя здесь, прихлебывая вино в дружеской компании, чем рядом с семейными парочками, которые так и норовили перещеголять друг друга. Правда, должна признаться, я совсем не умею пить. Нет, в буйство не впадаю, однако после нескольких рюмок полностью теряю способность внятно разговаривать, передвигаться и ясно мыслить. Вот поэтому-то после третьей бутылки я позволила Чарли подвезти меня до дома, а потом как девчонка обжималась с ним в подъездной аллее перед гаражом.
Если в роли полнотелого юриста Чарли выглядел не привычно, то жаркие объятия и поцелуи спустя двенадцать лет после нашего последнего свидания казались еще более нереальными. Прикосновение его губ было не таким, как раньше, но я вспомнила этот знакомый запах – уютный, домашний запах шерстяных свитеров, намокших от снега. На какой-то миг я перенеслась в школьные годы и ощутила давно забытый всплеск юношеских эмоций, от которого захватывало дух, будто на «русских горках». На меня вдруг нахлынуло ностальгическое вожделение, и я принялась лихорадочно стаскивать с Чарли свитер и расстегивать ремень его брюк, а он с тем же пылом добрался до моего бюстгальтера и трусиков. Не зажги моя мать фонарь перед домом, я бы отдалась Чарли прямо в его машине – взятой напрокат «камри» – сидя у него на коленках и упираясь задницей в руль.
Однако на крыльце зажегся свет, и благодаря этому мне не пришлось узнать, на что способна женщина, когда она пьяна, одинока и подавлена тем, что из всех бывших одноклассниц только она одна еще не нашла себе мужа.
– О Господи, – выдохнул Чарли, отстраняясь. От поцелуев губы его покраснели и распухли. – Не знаю почему, но мне опять страшно. Я всегда до чертиков боялся твоего папашу.
– Почему? – удивилась я. – Свет зажег не он, а мать. Отец и понятия не имел, во сколько я возвращаюсь домой. Думаю, его это не интересовало.
– Отец, мать, какая разница. Я чувствую себя так, будто мне опять шестнадцать и они застукали меня в тот момент, когда я покушаюсь на целомудрие их дочери.
– Все было по обоюдному согласию, – улыбнулась я, и мы еще раз поцеловались.
– Я позвоню, – пообещал Чарли.
Я побрела к дому, думая о том, нет ли у меня на шее засосов, и, словно девчонка, волнуясь, как бы мать их не заметила. Само собой, я злилась на мамашу за то, что она зажгла свет. Я знала – Чарли не позвонит. И это к лучшему. Мы замечательно провели время; его поцелуи будто вернули мне стремительно угасающую молодость. И все же это было слишком похоже на вечер встречи выпускников: ты пляшешь под старые добрые хиты восьми десятых всю ночь напролет и чувствуешь себя замечательно. Только повторять этот праздник каждый день слишком утомительно.
Когда я вошла, то увидела, что мать с Салли сидят в гостиной – мама в кресле, собака на диване – и злобно взирают друг на друга.
– Я хотела согнать ее с дивана, и она меня укусила, – доложила Глория.
– Салли тебя укусила?
– Во всяком случае, пыталась. Она рычала и кидалась на меня.
– Но зубами тебя не коснулась? Мать угрюмо покачала головой.
– Тогда она тебя не кусала. Извини, я должна была предупредить, что Салли любит спать на диванах и очень обижается, когда ее сгоняют, – сказала я, подхватила на руки свою сарделькообразную псину и прижала ее к груди. Мне нравится возвращаться к Салли. Она завозилась и как сумасшедшая принялась лизать меня, обдавая запахом своего дыхания.
– Ну, как прошла свадьба? – вопросила мать, после того как Салли чихнула мне прямо в лицо.
– Ужасно, – ответила я и рассказала матери, с каждой минутой приходившей все в большее восхищение, о без вкусно украшенном зале, непомерно затянутой церемонии, о том, что Бет в своем платье выглядела как безе и что ее семья сэкономила на угощении, заказав микроскопические порции цыпленка и рисового плова. Моя мамаша, которая любит повторять: «Если не можешь сказать ничего хорошего, просто посиди рядышком», – слушала меня с открытым ртом.
– Ты видела кого-нибудь из старых знакомых?
– Ну да. Встретила Чарли Оуэнса. Помнишь его?
– Конечно, помню. Чарли был таким милым мальчиком. Чем он сейчас занимается?
Мне страшно не хотелось ей говорить. В каждом из моих бывших приятелей Глории видится отец ее нерожденных внуков.
– Он адвокат, работает в одной манхэттенской фирме, ведет патентные дела.
– О-о… – произнесла мать, растянув это слово на два скорбных слога, и печально посмотрела на меня. – Он всегда мне нравился. Я надеялась, вы поладите. А кого еще ты встретила?
– Кристин Гудман, то есть теперь она Кристин Джэники, – сказала я, и нас обеих передернуло. Глория терпеть не могла ни Кристин, ни ее мамашу – точную копию моей одноклассницы. – Я проторчала на банкете за одним сто лом с Кристин, ее уродливым муженьком, Сондрой Мэттьюз и близняшками Хейл – эти тоже были при мужьях. Они там чуть не передрались из-за того, чей дом находится в более престижном районе. Сущий кошмар. Не понимаю, почему Бет подсадила меня к ним, когда за соседним сто ликом вовсю веселилась компания холостяков.
– Бет никогда тебя не любила и все время страшно тебе завидовала, – проницательно заметила мать.
– Что? А какое это имеет отношение к тому, что она усадила меня среди семейных пар с кислыми минами?
– Бет не хочет, чтобы ты познакомилась с хорошим парнем и в чем-то ее превзошла, – объяснила мать. Я уже было решила, что Глория в кои-то веки изрекла здравую мысль, как мамаша тут же все испортила, прибавив: – Тебе не следовало разрывать отношения с Эриком. Ты уверена, что найдешь кого-то лучше его?
Я сделала глубокий вдох. Осталось перетерпеть еще двенадцать часов, и мы с Салли вернемся домой – в более-менее нормальную обстановку.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Скоро тридцать - Гаскелл Уитни



мило, очень мило.искренне советую прочитать
Скоро тридцать - Гаскелл Уитниинес
7.05.2012, 20.41





"Ересть такая, плевалась да плевалась, фигня одним словом, не следует тратить время."
Скоро тридцать - Гаскелл УитниНИКА*
11.05.2012, 22.43





Как бы скептически я не относилась к парам с большой разницей в возрасте, роман мне понравился. Искренний и отнюдь не глупый.
Скоро тридцать - Гаскелл УитниДжулс
11.06.2012, 18.37





Отличный роман,временами напоминает сериал"Секс в большом городе".Размышления ГГ естественны и очаровательны! Каждая увидит часть себя.
Скоро тридцать - Гаскелл Уитнилюси
25.03.2013, 19.30





Отличный роман. Настоящий. Очень легкий и веселый. Стоит того, чтобы его прочитали. Жизненная история, где проблемы не высосанные из пальца. Вот только не хватает эпилога с "и жили они долго и счастливо..".
Скоро тридцать - Гаскелл УитниВалентина
16.06.2013, 19.03





Otlicniy roman.Citaetsya lexqo.Mojno ocen veselo provodit vremya za cteniem.10\10
Скоро тридцать - Гаскелл УитниTiko
19.08.2013, 21.58





Сначала скучно. Потом появилось немного динамики - стало веселей. А вообще много рассуждений героини. Ну никак не соответствующих 30-илетней юристки.
Скоро тридцать - Гаскелл УитниИрина
30.01.2014, 20.37





понравился. люблю романы от первого лица:)rnсюжет незамысловатый, хватает веселых и романтичных моментов. 8 из10
Скоро тридцать - Гаскелл УитниЛилия_89
20.03.2014, 22.46





понравился. люблю романы от первого лица:)rnсюжет незамысловатый, хватает веселых и романтичных моментов. 8 из10
Скоро тридцать - Гаскелл УитниЛилия_89
20.03.2014, 22.47





Читайте, читайте. Весело, с юмором, для девочек, без порно.
Скоро тридцать - Гаскелл Уитнииришка
14.05.2014, 11.40





сюжет хороший,даже обычный, а вот за слог и юмор автора твердая 10!!!
Скоро тридцать - Гаскелл Уитниэлла
2.06.2014, 14.46





классный роман советую!!!
Скоро тридцать - Гаскелл УитниЛюбаня
25.06.2014, 21.03





Легкий, приятный романчик! Интересно читать рассуждения гг - девушки с хорошим чувством юмора и долей самоиронии. 9/10.
Скоро тридцать - Гаскелл УитниКсения
26.06.2014, 21.46





Замечательный, добрый и с юмором! Никакой пошлости, длинных постельных сцен. О переживаниях 30-летних незамужних женщин. Читайте!!!
Скоро тридцать - Гаскелл УитниТави
9.08.2014, 0.15





правда весёлый роман читайте смешно и интересно даже года не разница
Скоро тридцать - Гаскелл Уитниелена
11.11.2014, 18.59





Очень милый роман. В отличии от многих других романов очень близок к реальной жизни.
Скоро тридцать - Гаскелл УитниЕвгения
7.05.2015, 1.03





Очень милый роман. В отличии от многих других романов очень близок к реальной жизни.
Скоро тридцать - Гаскелл УитниЕвгения
7.05.2015, 1.03





Отлично!
Скоро тридцать - Гаскелл Уитнинина
9.05.2015, 0.10





Отлично!
Скоро тридцать - Гаскелл Уитнинина
9.05.2015, 0.10





Мне очень понравился романчик. Рекомендую для прочтения девушкам 20+, чтобы не тянули резину в мечтах о светлом будущем и учились брать быка за рога, не дожидаясь последнего звонка. Очень удивлена, что автор - американская писательница пишет о тех же комплексах, что присущи нашему менталитету - комплекс пай-девочки, правила первых 5-6 свиданий и т.д. 10 баллов.
Скоро тридцать - Гаскелл УитниНюша
19.05.2015, 2.19





Очень хороший роман.Местами смешной,местами грустный.Читайте!
Скоро тридцать - Гаскелл УитниНа-та-лья
13.08.2015, 7.45





Роман хороший, мне понравился! Но, конечно, вся эта история с бывшей женой у меня вызвала всё равно недоверие...Ох, уж эти сказочники! И жена зашла случайно по великому делу, и водой её окатило из лужи прямо посреди фешенебельного района ( это ж какая лужа там была огромная), и пока бывшая ходила по дому полураздетая, он решил сходить в душ, пропотел как назло... Я,как Станиславский: "Не верю." Куча странных совпадений.
Скоро тридцать - Гаскелл УитниМарина
7.02.2016, 10.29





Присоединяюсь к словам Марины и еще, слишком монологи героини часто и много встречаются в тексте, а вот близость между героями описана так ,общими словами, что совсем не подходит для характера г.героини, от этого роман кажется слабым очень.А ради чего столько переживаний?Конечно ради любви! А вот ее то автор и не показала. И еще, желание автора смешить читателя изо всех сил и по любому поводу, очень навязчиво.
Скоро тридцать - Гаскелл Уитниsaha
29.03.2016, 14.54








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100