Читать онлайн Замки, автора - Гарвуд Джулия, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Замки - Гарвуд Джулия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.16 (Голосов: 151)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Замки - Гарвуд Джулия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Замки - Гарвуд Джулия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гарвуд Джулия

Замки

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

Когда Джейд с Алесандрой вошли в гостиную, церемония приветствия сэра Ричардса подходила к концу. Глава департамента повернулся к двум леди. Он был знаком с Джейд и, сказав, что он рад снова встретиться с ней, обратил все свое внимание на Алесандру.
– Генри сообщил мне приятную новость. Мои поздравления, принцесса. Вы выбрали достойную партию.
Алесандра выдавила из себя улыбку. Она поблагодарила сэра Ричардса, согласившись с тем, что Колин и в самом деле достойный жених, и спросила его, будет ли он присутствовать на свадьбе.
– Да, – отвечал сэр Ричарде, – с превеликим удовольствием. Как жаль, что все нужно держать в секрете, но вы ведь достаточно хорошо понимаете причины. А теперь присядем. У меня есть кое-что интересное для вас. Думаю, вы не откажетесь меня выслушать.
Сэр Ричардс проводил ее к одному из диванов. Джейд с Кейном сели напротив, а герцог с герцогиней расположились чуть поодаль.
Колин в одиночестве остался стоять у камина. Казалось, он не обращал никакого внимания ни на главу департамента, ни на свое семейство. Молодой человек повернулся спиной к собравшимся, пристально рассматривая миниатюру на каминной полке. Алесандра наблюдала за Коли ном, когда тот поднял сверкающий замок, чтобы его поближе рассмотреть. По лицу Колина нельзя было ничего прочесть, а ей хотелось бы знать его мысли.
Герцогиня сообщала о своих планах по подготовке свадьбы. Она намеревалась отпраздновать это событие в узком кругу; именно поэтому свадебный обед обещал быть исключительно приятным. Ее перебил озабоченный голос мужа, обращавшегося к Колину:
– Будь осторожен, сынок! Эта вещь для меня бесценна.
Колин кивнул, не повернув головы. Он только что заметил крошечный разводной мостик, прикрепленный на тоненькой цепочке.
– Это действительно мастерски сработано, – заметил он, осторожно снимая разводной мостик с крючка.
Тотчас же открылась дверца. Колин приподнял замок повыше, так, чтобы можно было заглянуть внутрь.
Алесандра увидела изумление в его взгляде. Он улыбнулся. В ответ она улыбнулась ему. Колин только сейчас понял, что за шутку сыграл с его отцом друг много лет назад.
Колин повернулся к Кейну и подозвал его быстрым кивком головы. Кейн встал и подошел к каминной полке. Колин ни слова не сказал своему брату. Он просто вручил ему замок, потом повернулся и направился к дивану, где сидела Алесандра.
Кейн неожиданно расхохотался, привлекая всеобщее внимание.
Он обратился к Алесандре:
– Вы знали об этом? Она кивнула:
– Мне все рассказала мама.
– Позднее, когда останетесь наедине с отцом, вы не покажете ему? – попросил Кейн.
– Да, разумеется.
– Оставь в покое миниатюру, – приказал отец. – Я беспокоюсь, когда вижу, как ты с ней обращаешься. У тебя есть хоть малейшее представление о ценности этой вещи, Кейн?
Его сын усмехнулся.
– Да, отец, я понимаю ценность этого шедевра. – Он закрыл мостик и поставил замок назад на каминную полку.
– Матушка, не думаю, что сэр Ричардс сильно заинтересован твоими планами семейного торжества, – сказал Колин. – Он и так уже достаточно долго слушает тебя. Позволь ему рассказать о цели своего визита.
Гвен повернулась к главе департамента:
– Неужели я вам так наскучила?
– Не придирайся, Гвен, – сказал ей муж. Он смягчил свою прямоту, погладив жену по руке.
Кейн вернулся к своему месту рядом с женой. Он обнял ее за плечи и привлек к себе.
Алесандра заметила, что ее опекун и его старший сын нисколько не скрывают свою привязанность к женам. Кейн рассеянно поглаживал плечо супруги, а дядя Генри не отпускал руку своей половины. Алесандра невольно позавидовала любящим парам. Она знала, что между ее опекуном и его женой брак был заключен по любви, а судя по тому, как Джейд и Кейн смотрели друг на друга, она решила, что со свадьбой не иссякла и их любовь.
У них с Колином совершенно другое дело. Алесандра в который раз ломала голову над тем, любит ли он ее, и этот злополучный вопрос не выходил у нее из головы.
Сэр Ричарде отвлек ее от невеселых мыслей, приступив к цели своего прихода.
– Колин попросил меня содействовать ему в одном расследовании. У него были причины считать, что горничная Вейлина состояла в заговоре с бандитами, которые пытались похитить принцессу,
Алесандра была поражена разъяснениями главы департамента. Она обратилась к Колину:
– По какой причине ты не доверял этой приятной… Он ее перебил:
– Дай сэру Ричардсу договорить, Алесандра.
– Колин был прав, – объявил сэр Ричардс, улыбнувшись хозяину дома. – Оба ваших сына обладают самым лучшим чутьем, с которым мне приходилось сталкиваться в дни работы в секретной службе.
Герцог не смог удержать горделивой улыбки.
– Хотелось бы думать, что эту черту они унаследовали от меня, – заметил он.
– Да, – согласилась Гвен. Ее преданность мужу не знала границ. – Генри всегда был хитер, как лис, и храбр, как лев.
Колин изо всех сил старался не улыбнуться. Он полагал, что его отец скорее ягненок, чем лев, но не считал это недостатком. Честно говоря, он завидовал его наивности, потеряв свою доверчивость давным-давно. Его отец был человеком редкой душевной чистоты. Казалось, он не ведал о неприглядных сторонах жизни. Услышав признания своего отца о злополучном периоде, через который тот прошел в молодости, Колин еще больше стал уважать и любить его. Подобный жизненный опыт не сделал сэра Генри циничным. В большинстве случаев он был чистосердечен, и Колин понимал, что если и осталась еще в нем самом доброта и мягкость, то этим он обязан своему отцу.
– Итак, – продолжал глава департамента, – Колин приказал горничной сообщить принцессе, что в моем доме назначена встреча. Он указал время – десять часов утра. Ночью Вейлина тайком выскользнула из дома, чтобы передать это своим сообщникам. Колин послал за ней одного из телохранителей Алесандры. И что бы вы думали, на следующее утро они были тут как тут – все четверо прятались рядом с моим домом, выжидая назначенный час, чтобы схватить принцессу.
– Значит, их было четверо? – задумчиво спросил Колин. Он совсем не удивился этой новости.
Алесандра потеряла дар речи. Она всегда считала, что хорошо разбирается в людях, но теперь вынуждена была признать, что действительно ошиблась в Вейлине. Мысли Алесандры тотчас же обратились к Виктории, и она стала теряться в догадках и сомнениях, боясь ошибиться и здесь,
– Боже милосердный! Ведь это я наняла Вейлину, – воскликнула герцогиня. – Она сама явилась ко мне, и вместо того чтобы заподозрить неладное, я была довольна тем, что она родом из местечка неподалеку от родного дома Алесандры. Я подумала, что нашей девочке будет приятно иметь напоминание о своем прошлом. Видите ли, Вейлина говорит на ее языке. Генри, я внимательно просмотрела ее рекомендации. Да, я так и сделала, но, к сожалению, все было напрасно.
– Никто ни в чем тебя не обвиняет, матушка, – сказал ей Колин.
– Почему ты не поделился со мной своими подозрениями? – спросила Колина Алесандра,
Он был удивлен ее вопросом.
– Потому что это – моя забота, а вовсе не твоя. По его виду было понятно, что он действительно верил в свои слова. Алесандра не знала, что ответить на такое высокомерное заявление.
– Но откуда ты узнал? Почему у тебя возникли подозрения?
– Защелка на одном из окон оказалась незапертой через час после того, как Реймонд все проверил, – объяснил Колин. – И ведь кто-то должен был предупредить людей, что мы отправимся в оперу.
– Принц-регент мог упомянуть об этом…
Колин прервал ее.
– Да, мог, – согласился он. – Но он не мог открыть защелку на окне.
– Они все были арестованы? – осведомился сэр Генри у сэра Ричардса.
– Да, – ответил тот. – Их увезли, и теперь они в тюрьме.
– Первое, что я сделаю завтра утром, допрошу их, – объявил Колин.
– Можно мне поехать с тобой? – спросила Алесандра.
Тон Колина не допускал возражений.
Отец тоже поддержал решение сына:
– Об этом не может быть и речи, Алесандра.
Обсуждение на этом закончилось. Через несколько минут сэр Ричардс откланялся. Колин проводил главу департамента до дверей. Джейд и Кейн сказали «до свидания» одновременно. Герцог и герцогиня также отправились проводить гостя. Алесандра стояла у камина, наблюдая, как члены семейства разговаривают друг с другом и смеются, и неожиданно ее охватило страстное желание стать частью этого любящего сообщества, члены которого были так близки друг другу. Она покачала головой, считая свою мечту несбыточной. Колин женится на ней не потому, что любит. Она не должна об этом забывать.
Дверь закрылась за Джейд и Кейном, ушедшими вслед за Колином.
Колин даже не потрудился с ней попрощаться! Алесандра так была задета его бестактностью, что отвернулась, уставившись на каминную полку, чтобы ее опекун не заметил слез, набежавших ей на глаза.
«Достоинство и приличия», – беззвучно нараспев повторила она про себя. Она должна пройти через свадьбу, туго завернувшись в плащ непорочности. Если Колин намерен быть благородным до глупости, Бог с ним.
Ее внимание привлек замок, и обида на Колина за то, что он вынудил ее согласиться, которую Алесандра пыталась в себе заглушить, отступила. От прилива тоски по родному дому сердце у нее болезненно сжалось.
Видит Бог, она была так несчастна! Ей не следовало бы уезжать из монастыря – теперь Алесандра поняла свою ошибку. Она была бы там в безопасности, а воспоминания о матери приносили бы некоторое успокоение.
Алесандра глубоко вздохнула, пытаясь отогнать горестные мысли. Она понимала, почему так встревожена. Видит Бог, она ходит по острию ножа и вот-вот влюбится в это чудовище!
Для нее это было неприемлемо. Колин никогда не узнает, какие чувства она к нему питает. Алесандра не уподобится плющу, обвивая мужчину, который не отвечает ей взаимностью. Ей претит унизительное состояние неопределенности, и каковы бы ни были ее желания, она заставит себя думать, что ее свадьба – не что иное, как деловое соглашение.
У Колина свои причины жениться на ней, и в обмен на его имя и защиту она предоставит ему возможность добиваться своей цели. Она никоим образом не станет вмешиваться в его жизнь, и за ее понимание он оставит ее в покое и предоставит самой себе.
Алесандра вытерла слезы. Теперь, когда она выработала жизненно важный план действий, ей стало немного легче. Она завтра же потребует разговора с Колином и ознакомит его со своим решением. Она не будет излишне придирчива, но своим будущим она не поступится, как бы все ни обернулось.
– Алесандра, телохранители доставят твои вещи позднее, – объявил ее опекун, возвратившись в гостиную. Она с благодарностью взглянула на него. Дядюшка Генри нахмурился, увидев, что у нее глаза на мокром месте.
– Что случилось? – не на шутку встревожился герцог. – Ты так несчастна из-за моего требования, что…
Алесандра потупилась:
– Я смотрела на замок, и мне стало так тоскливо! Герцог с облегчением вздохнул. Он приблизился к девушке.
– Думаю, нужно взять его в усадьбу. Мне не нравится, когда его так часто трогают. Колин и Кейн никогда не оставляют его в покое, верно? – добавил он с улыбкой. – Временами они просто несносны. Мне вовсе не хочется, чтобы это сокровище сломалось.
Он повернулся, чтобы получше рассмотреть миниатюру.
– Ты знаешь историю этого подарка? – спросил он.
– Моя матушка говорила мне, что вам его вручил отец, – отвечала Алесандра.
– Замок был подарком, – объяснил дядя Генри. – Надеюсь, ты слышала о знаменитых закладных? Ты должна знать, как твой отец спас меня от позора.
Голос его стал хриплым от волнения. Алесандра посмотрела на сэра Генри.
– Дело не в закладных, дядя, я и так знаю, что тогда произошло. Матушка рассказала мне об этом, поскольку считала, что вас очень умно и забавно разыграли.
– Натаниэль разыграл меня? Как?
Алесандра повернулась и приподняла замок с каминной полки, кивнув своему опекуну, который встревожено следил глазами за ее движениями. Пока он не сводил с нее глаз, она, сдвинув защелку, отодвинула перекидной мостик, а потом вручила миниатюру ему.
– Они все время были тут, – прошептала Алесандра. – Посмотрите, дядя Генри. Закладные здесь.
Казалось, герцог не мог понять, о чем она говорит, и смотрел на нее.
– Все эти годы… – Голос его был надтреснутым от сильнейшего волнения, а взор затуманился.
– Отцу нравилось делать подарки друзьям, – объяснила Алесандра. – Он утверждал, что это подарок, а вы доказывали, что это заем. Матушка рассказывала о вашем требовании, чтобы закладные были подписаны, и отец, казалось, примирился с вами. Но последнее слово осталось все-таки за ним, дядя Генри, когда он вручал вам этот замок в качестве подарка.
– С закладными.
Она положила руку ему на плечо.
– Закладные хранились у вас, – сказала Алесандра. – И, следовательно, вы должны смириться с тем, что долг уже уплачен.
Ее опекун поднял вещицу и заглянул внутрь. Теперь-то он разглядел сложенные бумаги.
– Долг можно будет считать выплаченным, когда ты выйдешь замуж за моего сына, – задумчиво произнес герцог.
Герцогу и в голову не пришло, как его слова обидели Алесандру. Он все еще не мог оторвать глаз от золотого сокровища, сыгравшего немалую роль в его судьбе.
Девушка тихо выскользнула из гостиной; встретив в холле Гвен, она молча прошла мимо, боясь разрыдаться в голос.
Когда Алесандра взбежала вверх по лестнице, Гвен поспешила в гостиную.
– Генри, что ты наговорил этому ребенку? – требовательно спросила она.
Генри подозвал ее к себе.
– С Алесандрой все в порядке. Она просто немножко скучает по дому, вот и все. Побудем минутку наедине. Посмотри на это, – сказал он.
Все его внимание сосредоточилось снова на закладных, спрятанных внутри сокровища.
На некоторое время о принцессе забыли.
Алесандра была благодарна, что никто не пошел за ней наверх. Она вошла в кабинет своего дядюшки Генри, закрыла за собой дверь и тут же разрыдалась. Она плакала по крайней мере четверть часа, и слезы ее были горькими. Она вдруг остро, как никогда, ощутила свое сиротство. Понимая, что слезами горю не поможешь, она долго не могла остановиться.
Когда ее слезы иссякли, она не почувствовала облегчения. Сказывались длительное волнение и тревога.
Час спустя на пороге появился Дрейсон.
Алесандра подписала бумаги, которые он приготовил, и выслушала его пространные объяснения относительно перевода денег с родины ее отца в английский банк. Агент, которого нанял Дрейсон, чтобы осуществить задуманное, столкнулся с трудностями, потому что счета были заморожены. Однако Дрейсон убедил Алесандру, что беспокоиться не о чем. Нужно просто запастись временем и терпением.
Алесандра едва могла сосредоточиться на финансовых делах. В тот вечер она отправилась спать рано и молилась, чтобы Бог дал ей силы пережить следующие три дня.
Несмотря ни на что, время бежало быстро. Тетя Гвен занималась приготовлениями к свадьбе. Без ведома мужа и членов семейства Гвен пригласила на торжество некоторых близких друзей семьи – всего каких-нибудь сорок человек, – и нужно было так много всего сделать, что у герцогини голова шла кругом от предсвадебных хлопот. Нужно было заказать массу свежих цветов для торжества, позаботиться о свадебной церемонии, о праздничном обеде, а чрезвычайно изобретательная Миллисент Нортон должна была сшить платье. Портниха и три ее помощницы заняли самую просторную комнату на третьем этаже и круглые сутки работали нитками и иголками над многочисленными ярдами заморского кружева, припасенного Миллисент Нортон для подобного случая.
Когда Алесандра была свободна от примерок, она занималась исполнением поручения герцогини – написанием уведомлений о свадьбе. В ее списке было более сотни имен. Конечно же, и на конвертах нужно было надписать адрес, а леди Гвен настаивала на том, чтобы все было готово к отправке с посыльным, как только Колин и Алесандра обвенчаются.
Алесандра не видела нужды во всей этой суматохе. Она считала, что присутствовать будут только близкие родственники, священник и сэр Ричарде. Она спросила леди Гвен, зачем все эти хлопоты, и получила ответ, что это только малая часть того, чем они могут отплатить за доброту, которую отец Алесандры проявил по отношению к семейству герцога.
Наконец наступил долгожданный день свадьбы. К большому облегчению герцогини, погода нисколько не подвела. В конце концов можно будет воспользоваться садом. Ласково пригревало солнышко, и денек выдался по-настоящему весенний. Гостям не нужно надевать плащи, решила герцогиня. Она приказала открыть французские окна и заставила слуг почистить выложенные камнем дорожки.
Церемония была назначена на четыре часа дня. Корзины с цветами начали прибывать в полдень. Парад посыльных казался бесконечным. Алесандра оставалась в столовой, чтобы никому не попадаться на глаза. Ее тетушка Гвен явно перестаралась, решила она, когда увидела, как наверх понесли две огромные вазы с цветами. Алесандра подумала, что и библиотеку тоже будут украшать. Возможно, герцогиня сочла, что ее муж соблаговолит принимать сэра Ричардса в библиотеке.
Алесандра уже собралась подняться в свою комнату, чтобы начать одеваться, но ее перехватили только что приехавшие сестры Колина. Самой младшей, Мэри-Роз, исполнилось только десять лет, и она была так возбуждена тем, что впервые будет присутствовать на торжестве, что едва могла устоять на месте. Мэри была счастливым сюрпризом для родителей, поскольку четыре года спустя после рождения их третьей дочери они сочли, что способность Гвен к деторождению была исчерпана. Родители баловали младшенькую, да и старшие братья от них не отставали, но испортить ее совсем не давали сестры. Элисон было четырнадцать лет, Дженифер – пятнадцать, а Кэтрин только что исполнилось шестнадцать.
Алесандре понравились все сестры Колина, но любимицей ее стала Кэтрин. Она осторожничала, чтобы не показать остальным свои чувства к ней из опасения обидеть других.
Кэтрин была восхитительна. Она была полной противоположностью Алесандре и, возможно, именно по этой причине так ей понравилась. Алесандра созналась, что завидует сестре Колина. Кэтрин была чрезвычайно прямодушна. Не нужно было строить догадок о том, что она думает, – она говорила все, что у нее на уме. К тому же она была ужасно впечатлительна и постоянно ссорилась со своей лучшей подругой, леди Мишель-Мэри. Кэтрин совсем не беспокоилась о том, чтобы сдерживать свои чувства. Алесандра сомневалась, что та понимала, что такое достоинство и приличия, но Кэтрин была самой честной и чистой личностью, какую только доводилось встречать Алесандре.
К тому же она постепенно превращалась в очень хорошенькую молодую леди. У Кэтрин были темно-русые волосы и светло-карие глаза. Она была выше Алесандры на добрых два дюйма.
Ни одна из сестер Колина не знала причины, по которой их вызвали в Лондон, и когда мать сообщила им о свадьбе, Кэтрин первая завизжала от радости. Она бросилась обнимать Алесандру.
– Мишель-Мэри, вероятно, убьет тебя за то, что ты нарушила все ее планы, – радостно сообщила она Алесандре. – Она надеялась выйти замуж за Колина. Год за годом она лелеяла эту мечту.
Леди Гвен укоризненно покачала головой:
– Колин даже не знаком с твоей подружкой! Боже мой, с чего это она взяла, что он на ней женится? Она твоего возраста, Кэтрин, и Колин слишком стар для нее. Ведь он старше ее ровно вдвое!
Элисон и Дженифер тоже бросились обнимать Алесандру. Три сестры повисли на ней, и Алесандра с трудом устояла на ногах. Разумеется, все они говорили одновременно. Эта неразбериха совсем ошеломила Алесандру.
Для Мэри-Роз не осталось места. Она толкалась где-то сзади, но недолго. Девочка топнула ногой, чтобы привлечь к себе внимание, и, когда это не дало результата, издала душераздирающий визг. Все немедленно обернулись на ее визг, а весьма изобретательная Мэри-Роз воспользовалась случаем и бросилась к Алесандре.
Реймонд и Стивен тоже услышали этот вопль и через минуту были рядом с принцессой. Герцогиня извинилась за недостойное поведение младшей дочери, велела Мэри-Роз успокоиться, а телохранителей попросила принести дополнительные наборы рюмок для вина из чулана.
Реймонд жестом поманил Алесандру. Она извинилась перед родственниками Колина и подошла к нему.
– Герцогиня велела раскрыть все окна и двери, принцесса. Мы их постоянно закрываем. Небезопасно, когда с черного хода есть доступ. Пожалуйста, переговорите с ней. Колин придет в ярость, увидев все окна и двери нараспашку.
– Попробую к ней обратиться, – пообещала Алесандра. – Но сомневаюсь, что она послушает. Думаю, все сойдет благополучно. Еще несколько часов, и все волнения будут позади.
Реймонд поклонился принцессе. Оп не собирался уповать па волю Господа и ждать, что вес пройдет хорошо. Они со Стивеном были готовы волосы на себе рвать из-за огромного количества незнакомых людей, снующих по дому с цветами, подносами и подарками. В этой неразберихе было почти невозможно понять, кто есть кто. Реймонд пошел в кухню. Он схватил первого попавшегося слугу и приказал ему передать записку Колину. Герцогиня не послушает телохранителя, но наверняка послушает своего сына.
Реймонд на этом не остановился. Он отправился наверх, чтобы поискать герцога Уильямширского и предупредить о возможной опасности.
Время ускользнуло от Алесандры. Миллисент Нортон и ее помощницы сошли вниз и перехватили ее по пути наверх. Портниха объяснила, что свадебное платье находится в спальне Алесандры и что, без сомнения, это самое изысканное одеяние, какое ей только доводилось шить. Польщенная Алесандра рассыпалась в благодарностях мастерице, а еще дольше – в обещаниях быть очень осторожной, когда будет надевать это деликатное сооружение.
Гвен вбежала в прихожую как раз в тот момент, когда Миллисент и ее помощницы ушли.
– Боже правый, Алесандра! Уже три часа, а ты еще не начинала собираться! Ты уже приняла ванну?
– Да, тетушка.
– Девочки уже одеваются, – сказала ей Гвен. Взяв Алесандру за руку, она потянула ее за собой.
– Джанет придет помочь тебе, как только закончит заплетать косы Мэри-Роз. У тебя в желудке порхают бабочки? Я знаю, ты сама не своя от волнения. Хотя не о чем беспокоиться. Все готово. Это будет красивая свадьба. Поторопись, а не то пропустишь все самое интересное.
Герцогиня рассмеялась собственной шутке. Она ласково пожала руку Алесандре, расставшись с ней на пороге собственной спальни. Алесандра услышала, как Мэри-Роз упрашивала служанку распустить волосы; затем до нее донесся строгий голос леди Гвен, которая журила капризную дочь.
Спальня Алесандры была последней комнатой по коридору. Она открыла дверь и вошла, намереваясь одеться как можно быстрее и тщательнее. Застежка на платье была впереди, и Алесандра расстегнула пуговки прежде, чем притворить за собой дверь. Алесандра стащила с себя одежду, помылась еще раз с головы до ног и надела белую шелковую сорочку.
Она уже завязывала пояс на талии, когда за ее спиной распахнулась дверь. Алесандра решила, что ей на помощь пришла служанка. Она хотела обернуться, но ее неожиданно схватили сзади. Грубая рука закрыла ей рот, чтобы приглушить крик ужаса, который уже был готов вырваться из ее горла.
Услышав щелчок замка, Алесандра догадалась, что с ней в комнате находятся по крайней мере два человека.
Ей хватило решимости оставаться спокойной и не сопротивляться. Внутренне она была объята ужасом, но это не лишило ее способности мыслить. Потом она даст волю чувствам, но сейчас, находясь в лапах злодеев, она не имеет права поддаваться панике.
Нужно быть спокойной, говорила она себе, и улучить момент, чтобы освободиться. Нет, она ни за что не станет кричать. Прибегут сестры Колина, но, Боже правый, они не должны пострадать!
Здравый смысл не покинул девушку, и это ее немного успокоило. Она станет подыгрывать преступникам до тех пор, пока ее не увезут из городской резиденции: здесь главное – безопасность семьи. А потом она будет сопротивляться, кричать и кусаться, и они еще пожалеют, что посмели к ней прикоснуться!
Послышался стук в дверь. Негодяй за ее спиной усиливал хватку. Он шепотом приказал Алесандре, чтобы она велела убираться любому, кто попросит позволения войти.
Алесандра кивнула в знак согласия, и детина убрал руку от ее рта. Второй отпер дверь. Алесандра увидела его лицо. Это был черноволосый человек с густыми нависшими бровями и сальной кожей. Бегло оглядев его, она поняла: такой не станет мучиться угрызениями совести, если кого-нибудь покалечит.
Негодяй, стоящий сзади, размахивал у нее перед лицом ножом с угрозой тут же прикончить, если она позовет на помощь.
Алесандра не очень-то испугалась, поскольку была уверена, что это всего лишь блеф. Генералу нужна живая невеста, а не мертвая. Она уже было собралась сказать злодею, что не боится его, но решила этого не делать. Пусть убедятся в ее повиновении. Если они поверят, что им удалось ее запугать, то могут слегка ослабить свою волчью хватку.
Алесандре позволили приоткрыть дверь на несколько дюймов. У двери с улыбкой стояла Джейд.
– Господи, Алесандра, ты даже не одета! Хочешь, я тебе помогу?
Алесандра покачала головой:
– Я прекрасно справлюсь сама, дорогая Кэтрин, но спасибо за предложение. Почему бы тебе не спуститься вниз и не подождать с мужем? Уверена, твой Генри не захочет принимать гостей без своей очаровательной жены.
Выражение лица Джейд не изменилось. Она продолжала улыбаться, пока дверь не закрылась. Услышав щелчок замка, она побежала по коридору.
Когда Джейд добежала до лестничной площадки наверху, в прихожую только что вошел Колин. Мэри-Роз выскочила из гостиной и бросилась навстречу брату. Он подбросил ее вверх, поцеловал в щеку, а потом наклонился, чтобы взять на руки дочку Кейна, Оливию. Четырехлетняя девчушка осчастливила своего дядюшку мокрым поцелуем.
Джейд бегом спускалась по лестнице. Кейн перехватил ее внизу.
– Осторожнее, дорогая. Ты можешь упасть…
От страха, который он заметил в ее глазах, Кейн похолодел.
– В чем дело? – насторожился он.
– Алесандра назвала меня Кэтрин!
Колин услышал взволнованный ответ своей невестки. Он поставил девочек на пол и прошел вперед. Тут он неприятно удивился, увидев, что французские окна, ведущие в сад, широко распахнуты. Неужели его родители не понимают, что нужно проявлять осторожность?
– Она просто перепутала, – предположил Кейн. – Сегодня день ее свадьбы, и нет ничего удивительного, что у нее голова идет кругом,
Джейд покачала головой. Она повернулась к деверю.
– Алесандра сказала мне, чтобы я спустилась вниз и встала рядом со своим мужем Генри. В комнате с нею кто-то был. Я уверена. Она пыталась предупредить меня!
Колин уже поднимался по ступенькам.
– Пусть Реймонд и Стивен встанут под окном, – приказал он отрывисто. – Кейн, за тобой черпая лестница. Есть вероятность, что они воспользуются ею.
Колин поднялся до лестничной площадки, нс успев еще закончить давать указания, миновал отца и мать, которые спускались вниз, и быстро пошел по коридору. Он был абсолютно спокоен и уверен в своих действиях. Внутри клокотала ярость, но он не позволит, чтобы это чувство помешало его рассудку. Только после того как Алесандра будет в безопасности, он даст своим чувствам волю.
Колин дошел до спальни Алесандры, спокойно попробовал дверь, убедился, что она заперта, а потом изо всех сил навалился плечом на деревянную панель. Она слетела с петель, защелка лопнула, и то, что некогда было дверью, упало в спальню.
Алесандра попыталась криком предупредить Колина, но рука ее похитителя снова призвала к молчанию, зажав ей рот.
Второй мужчина бросился на Колина с ножом. Движения Колина были такими быстрыми и точными, что его враг был мгновенно обезоружен. Однако Колин не отпустил руку негодяя. Он завернул ее за спину, а потом резко дернул вперед, и рука выскочила из плечевого сустава. Разбойник взревел от боли. Колин был безжалостен. Он ударил его головой о стену рядом с дверным проемом.
Неистовство придавало Колину четырехкратную силу. Он был почти ослеплен яростью, поскольку Алесандра выглядела ужасно перепуганной, а негодяй не спускал с нее своих грязных лап. Ее шелковая сорочка распахнулась, и он увидел, что под ней на Алесандре ничего не было.
– Руки прочь от моей невесты!
С этими словами Колин бросился вперед. Похититель Алесандры понял, что попался в ловушку. Он подождал, пока Колин приблизится, и толкнул Алесандру вперед к нему, пытаясь выбежать из комнаты.
Одним быстрым движением Колин отбросил Алесандру на кровать, убрав со своего пути, чтобы не задеть, и тут же ловко поймал убегавшего за воротник.
Мгновение Колин раздумывал, не сломать ли этому сукиному сыну шею, но на него смотрела Алесандра, в глазах которой застыл страх, и, видит Бог, он не хотел, чтобы она пугалась еще больше.
– Есть более короткий путь, чем спускаться по лестнице, – сообщил он. Поскольку его голос был таким спокойным и рассудительным, Алесандра вовсе не была готова к его дальнейшим действиям. Колин просто-напросто схватил негодяя сзади за штаны и выбросил его головой вперед из окна.
Оно было закрыто. Разбитое стекло посыпалось на пол, а обломки деревянной рамы, которые не впились в плечи бандита, вывалились наружу.
Колин по виду не был даже взволнован. Он невнятно чертыхнулся, заметив пыль на брюках, и глубоко вздохнул, повернувшись к Алесандре.
Она не знала, что и думать. Только минуту назад Колин был ужасен, а теперь у него был такой вид, словно не произошло ничего особенного.
Неужели он не понимает, что мог испачкать руки в крови? Или его это не останавливает?
Алесандра решила выяснить это сама. Она спрыгнула с кровати и подбежала к окну. Колин перехватил ее на полпути, чтобы она не наступила на осколки оконного стекла босыми ногами. Он легко подхватил ее на руки.
– Боже правый, Колин, как ты думаешь, он мертв?
Неприкрытый страх в ее голосе заставил его пожалеть, что она присутствовала при этой потасовке. Алесандра была слишком молода и невинна, чтобы понять, что некоторым людям лучше будет, если они действительно попадут в ад. Девушка дрожала в его руках и все еще не могла опомниться.
– Нет, я его не убил, – ответил ей Колин хриплым шепотом. – Уверен, его поймал Реймонд.
Алесандра не верила своим ушам. Неужели он считает, что она поверит его словам? Она почувствовала, что Колина бьет дрожь, и поняла, что он все еще не может отойти от опасной драки. Ей захотелось его успокоить.
– Поверю на слово, – согласилась она, притворно вздохнув. – Ты забыл открыть окно, не так ли?
– Да, – солгал Колин, – забыл. Алесандра посмотрела через его плечо.
– Ты уверен, что его поймал Реймонд? Он не услышал насмешки в ее голосе.
– Абсолютно уверен.
Колин покрепче обнял ее и зарылся лицом в волосы на ее макушке.
– Они не причинили тебе вреда? – спросил Колин. Голос его был хриплым от беспокойства при одной мысли об этом.
Наконец-то у Алесандры отлегло от сердца.
– Нет, – прошептала она у него на груди. Уголком глаза она заметила какое-то движение и снова посмотрела за Колина.
– Второй негодяй уползает.
– Его поджидает Кейн, – ответил он.
Колин наклонился, чтобы ее поцеловать. Алесандра в этот момент подняла лицо. Искушение было слишком сильным, чтобы устоять. Его рот припал к ее губам в нежной ласке, но ему этого было мало. У Алесандры не было ни сил, ни желания сопротивляться, и губы ее раскрылись сами собой. Его ищущий, требовательный язык проник внутрь, чтобы соединиться с ее языком, и низкий страстный стон вырвался у него.
Этот поцелуй заставил ее забыть обо всем на свете. Алесандра, никогда не испытывавшая ничего подобного, с головой бросилась в сладкий омут любви. Она была в восторге от вкуса этого поцелуя, и, о Боже, его запах такой чистый, такой восхитительно мужской – будоражил ее кровь.
Колин едва не потерял голову, почувствовав, что она отвечает на его ласки. Умом он понимал, что нужно остановиться. Он даже попытался отстраниться, но его благородное намерение разбилось о ее чувственность. Она обвила руками его шею и ласкала гриву волос у него на затылке, полностью находясь во власти не изведанных дотоле чувств.
Он уступил ей. Ее горячее дыхание обдало его, и тут же ее язык робко соприкоснулся с его языком. Колин почувствовал, что вся его решимость пропадает. Его рот с жадностью впился в ее губы, и он пил ее поцелуй и не мог насытиться.
– Все ли… ради Бога… оставь это до окончания брачной церемонии, Колин.
Голос Кейна прорвался сквозь туман страсти, окружающий Колина и Алесандру. Колин медленно отстранился. Алесандре потребовалось немного больше времени, чтобы прийти в себя. Колину пришлось тихонько расцепить ее руки на своем затылке. Он заботливо запахнул на ней сорочку, пряча ее нежную грудь от посторонних глаз.
– Теперь тебе нужно одеться, – прошептал он, очарованный ее целомудренным смущением. Алесандра все еще не могла прийти в себя от его ласк, и это его просто умиляло. – Ты меня слышишь? – прошептал Колин, когда она не двинулась с места.
Алесандра понимала, что ей нужно взять себя в руки. Она отступила на шаг от молодого человека.
– Да, мне нужно одеться, – согласилась она, покорно кивнув. Но тотчас же отрицательно замотала головой. – Я не могу одеться. Они…
– Я с радостью тебе помогу, – вызвалась только что подошедшая Джейд. Невестка Колина хмурилась, охваченная беспокойством и состраданием. – Это займет совсем не много времени, – пообещала она.
Алесандра повернулась и с усилием выдавила из себя улыбку. Она удивилась, когда заметила, что Джейд и Кейн стоят чуть поодаль от нее. Она не слышала, как они вошли в комнату.
Поцелуй Колина отгородил ее от всего мира, решила она, и, о Боже, неужели они видели, как она прижималась к нему? При одной мысли об этом кровь бросилась ей в лицо.
Она все еще не могла успокоиться и пребывала в полной растерянности. Она что-то хотела сказать, но не могла вспомнить что. Алесандра рассеянным жестом провела по волосам. Сорочка слегка раздвинулась при этом движении. Колин немедленно шагнул вперед, чтобы поправить ее. Теперь он поступал, словно властный муж. Алесандра могла бы подумать, что это – проявление его любви, если бы он не смотрел на нее так угрюмо.
– Ты не можешь принимать гостей в одной сорочке, – сказал ей Колин. – Неужели в монастыре тебя ничему не научили?
Он не шутил. Алесандра, отпрянув, отвела его руку от своей груди.
– Вы схватили того человека, что уползал по лестнице? – спросила она Кейна.
– Да-
– Господи, – прошептала Алесандра. – Они пришли с цветами, – добавила она, тряхнув волосами. – Мне надо бы догадаться… когда они несли цветы наверх, но я…
Все ждали, когда она закончит свои объяснения. Через пару минут они поняли, что Алесандра больше не собиралась ничего говорить.
– Что произошло с другим? – спросил Кейн.
– Колин выбросил его из окна.
– Его поймал Реймонд, – сказал Колин.
Кейн чуть не рассмеялся, но его брат кивком показал на Алесандру. Тот сразу же кивнул в знак согласия с этой смехотворной ложью.
– Приятно узнать об этом.
– Что, если в других комнатах тоже окажутся разбойники? – спросила Алесандра.
Братья в один голос стали убеждать ее в том, что теперь все страхи остались позади.
– Твои телохранители тщательно обыскали весь дом, – Кейн сделал это замечание в попытке успокоить принцессу. – Других не может быть.
Джейд обратила внимание своего мужа на себя, тихонько охнув. Он повернулся к ней и заметил слезы у нее на глазах.
– В чем дело, любимая? – спросил он шепотом. Джейд показала на пол перед платяным шкафом.
Кейн повернул голову, увидел испорченное свадебное платье и тихонько выругался.
Алесандра не видела никого вокруг себя, кроме Колина. Она заметила в нем какое-то странное превращение, но никак не могла понять, что изменилось.
– Мы поженимся через десять минут, Алесандра. И если ты все еще будешь в сорочке, тебя обвенчают в ней! Кейн, поменяйся со мной камзолами. Я порвал свой.
– Не думаю, что устраивать свадьбу сегодня – удачная мысль, – прошептала Алесандра.
– Через десять минут, – повторил Колин.
Его твердо сжатые челюсти убеждали ее в том, что он не будет слушать никаких возражений. И все-таки Алесандра предприняла последнюю попытку.
– Нет, – объявила она упрямо.
Колин склонился над ней, впившись глазами в ее лицо.
– Да.
Алесандра вздохнула и медленно кивнула головой. Колин был так доволен, что она наконец решила действовать с ним заодно, что горячо ее поцеловал. Потом повернулся и направился к двери.
– Они испортили ее свадебное платье, Колин, – сообщила ему Джейд с озабоченным видом.
Алесандра разрыдалась. Все решили, что она расстроилась из-за платья, но причина ее расстройства была совсем другая. Только сейчас ей стало ясно, что изменилось в Колине.
– Ты остриг волосы!
Ярость в ее голосе ошеломила Колина. Повернувшись, он увидел ее лицо, залитое слезами, острая жалость пронзила его. Но как только он двинулся к ней, Алесандра отпрянула. Он остановился в нерешительности. Молодой человек боялся, что Алесандра случайно наступит на осколок оконного стекла. Ему очень не хотелось, чтобы она впадала в отчаяние, но, похоже, происходило именно это.
Алесандре пришлось пережить страшные испытания, и это в довершение к обычным треволнениям свадебного дня, которые, по мнению Колина, испытывают все невесты, отнюдь не прибавляло ей спокойствия.
Колин понял, что она не сойдет вниз и не будет готова к венчанию, пока он не уговорит ее. Он решил, что противоречить ей сейчас бесполезно, равно как и что-либо доказывать. То, что ей не понравилась его новая прическа, всего лишь повод, чтобы выплеснуть на него свое волнение.
– Да, – сказал он самым умиротворяющим тоном, на какой только был способен. – Я подстриг волосы. Такая мелочь вызвала твое недовольство?
Она кивнула, глотая слезы.
– О да, это действительно вызвало мое недовольство, – сказала Алесандра дрожащим от гнева голосом. – Если хочешь знать, это взбесило меня.
Колин не мог понять причины ее ярости. Он просто забыл свой ответ на ее вопрос, почему он носит такие длинные волосы.
Свобода! Да, вот что он ей сказал. Она помнила каждое слово из его объяснений. Волосы длиной до плеч напоминали ему, что он – человек свободный.
Алесандра посмотрела на его ноги.
– Почему бы тебе не надеть кандалы, Колин?
– Что за вздор! – Терпение молодого человека грозило иссякнуть.
– Она просто расстроилась из-за платья, – решил Кейн.
– Ни слова больше! – приказала Алесандра.
Кейн приподнял бровь при таком требовании. Теперь Алесандра вела себя, словно настоящая принцесса, а с Кейном она обращалась, как со своим подданным. Он не осмелился улыбнуться, опасаясь, что его веселость переполнит чашу ее терпения. Вид у нее был разъяренный и в то же время несчастный.
– О Господи, посмотри, до чего я докатилась, – сказала Алесандра Колину. Она скрестила руки на груди и бросила на него пристальный взгляд, прежде чем обратиться к его брату. – Умоляю, простите мне мою несдержанность. Не в моих обычаях позволять другим видеть мою слабость, по этот человек заставил меня забыть золотое правило матери-настоятельницы. Я не была бы в таком состоянии, если бы он не остриг волосы.
– Этот человек? – повторил Кейн, усмехнувшись.
– Какое золотое правило? – с любопытством спросила Джейд. – Разве не свадебное платье причина твоего расстройства?
– Достоинство и приличия. – объяснила Алесандра Джейд, прежде чем обратиться к Колину. – Дело вовсе не в платье, – объявила она.
Алесандра глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. Калии не обманул ее ожидания – оказался бесчувственным человеком, каким она его считала, ни в грош не ставящим свою свободу.
– Хотя нет. К сожалению, я расстроена из-за платья. Ваша матушка расстроится еще больше. Она заплатила целое состояние за эти кружева. Если обнаружится, что платье испорчено, это разобьет ей сердце, – уже спокойнее заговорила она.
– Значит, ты переживаешь за мою матушку? – спросил Колин, пытаясь уяснить для себя ее поведение.
– Разве я только что не об этом говорила? Колин, как ты можешь смеяться в такое время? Мне нечего надеть!
– Определенно… Алесандра не дала ему закончить.
– Обещайте, что ничего не скажете своей матушке, – потребовала Алесандра. – Дай мне слово, Колин. Если она об этом узнает, вся свадьба будет испорчена.
– Это твоя свадьба, Алесандра, а не ее. Она не хотела слушать никаких возражений. – Обещай мне.
Колин пожал плечами:
– Хорошо, я ей не скажу.
Он не стал говорить, что его мать прекрасно сможет сама заметить, что на ней не будет свадебного платья. От волнения Алесандра совершенно упустила из виду такую вероятность, а Колин не собирался ей об этом напоминать.
Алесандра заставила Джейд и Кейна дать ей обещание. То, что с ней никто не стал спорить, успокоило Алесандру. Колин только головой покачал, глядя на ее выходки. Он схватил ее за плечи, притянул к себе и поцеловал. Отпустив ее, он вышел из комнаты. Его брат последовал за ним.
– Кажется, она немного волнуется, верно? – заметил Колин Кейну.
Старший брат иронически усмехнулся.
– И с чего бы ей, не представляю! – сухо ответил он. – На твою невесту совершено нападение, ее чуть было не похитили два гнуснейших негодяя, каких мне еще не доводилось видеть, и напугали ее. Кроме того, она ясно дала понять, что не хочет выходить за тебя замуж, а ее свадебное платье безнадежно испорчено. Да она просто капризничает!
Плечи Колина опустились.
– Сегодня выдался тяжелый денек, – пробормотал он.
– И все-таки, по-моему, все неприятности уже позади, – предсказал Кейн. Ему очень хотелось убедить в этом брата.
Ни один из братьев не вымолвил ни слова, пока они направлялись в прихожую. Спускаясь по лестнице, они обменялись камзолами. Размер у них был почти одинаковый, потому что Колин за последние несколько лет раздался в плечах и теперь догнал старшего брата.
Колин заметил толпу гостей, собравшуюся в гостиной, пошел было туда, но неожиданно остановился на полпути и обратился к Кейну:
– Ты не прав.
– Ты о чем?
Колин покачал головой:
– По-твоему, Алесандра не хочет выходить за меня замуж. Ты не прав. Она не против этого брака.
Кейн улыбнулся:
– Значит, ты понимаешь, что она в тебя влюблена. Это был не вопрос, а утверждение, но Колин отнесся к нему как к вопросу.
– Нет, она еще меня не любит, но непременно полюбит. Через пять лет, когда я сделаю себе состояние, она поймет, что не ошиблась.
Кейн не мог поверить, что его брат может быть таким наивным.
– У нее уже есть состояние, Колин. Ей нужно только…
– Выйти замуж, – закончил Колин вместо него. – А что все эти люди тут делают?
Неспроста был задан этот вопрос. Колин не хотел ввязываться в затеянный не ко времени спор о желаниях Алесандры. К тому же ему не особенно хотелось рыться в закоулках собственной души.
Церемония состоялась час спустя.
Колин стоял перед священником рядом со своим братом. Он с нетерпением ожидал выхода невесты, и ему не без труда удавалось сохранять самообладание. Его огорчало собственное волнение, поскольку он всегда гордился тем, что умеет держать себя в руках. Ничто никогда не могло заставить его волноваться, напомнил он себе. Черт побери, признал он со вздохом, теперь он взволнован, и это чувство было таким новым для него, что привело в полную растерянность.
Алесандра ворвалась в его жизнь и поставила все с ног на голову. В прежние времена при одной только мысли о женитьбе он бледнел. Однако теперь его волнения были вызваны совершенно иной причиной. Он хотел, чтобы все быстрее закончилось, чтобы не было больше никаких осложнений.
Он все еще боялся ее потерять.
– Бога ради, Колин. Это же свадьба, а не похороны. Перестань хмуриться.
Колин оставил замечание брата без внимания. Голова его была занята невеселыми мыслями в ожидании новых неприятностей.
И тут в гостиную в сопровождении герцога Уильямширского вошла Алесандра. Она держала под руку его отца, но Колин этого даже не заметил. Взгляд его был устремлен на свою невесту. Чем ближе она подходила, тем быстрее возвращалось к нему самообладание. Умиротворенное чувство снизошло на него, как благодать, и на его лице появилась счастливая улыбка. Алесандра подошла к нему и встала рядом.
Она будет принадлежать только ему. Принцесса так волновалась, что не могла сдержать нервного трепета. На ней было очаровательное атласное платье цвета слоновой кости. Покрой был простым, но эта простота только придавала наряду больше элегантности. Вырез не был слишком откровенным: здесь было соблюдено чувство меры. Алесандра не надела никаких драгоценностей. В руках у нее не было цветов, а волосы были не закручены в узел. Роскошные темные локоны свободно падали на ее точеные плечи и были единственным необходимым украшением.
Видит Бог, он ею гордится! Колин улыбнулся ее смущению. Потупившись, Алесандра не ответила на его взгляд. Не подняла она глаз, и когда герцог поцеловал ее в щеку. Она стояла не двигаясь. Герцогу пришлось взять ее руку и положить на руку Колина.
Толпа, состоящая из родственников и близких друзей, собралась вокруг них. Алесандра готова была провалиться сквозь землю. Противоречивые мысли вихрем закружились в ее голове, подтверждая опасение, что они с Колином совершают ошибку. Дрожь ее усилилась до такой степени, что Алесандра едва могла стоять спокойно и, казалось, уже просто была не в силах дышать. Но тут Колин взял ее ладонь в свою руку и крепко сжал. Как пи странно, от его прикосновения она почувствовала некоторое облегчение.
Четырехлетняя дочка Кейна помогла Алесандре избавиться от остальных страхов. Малышке было ничего не видно, и она пробралась через толпу, чтобы встать рядом с невестой. Притворяясь, что не видит, как ее мама отчаянно качает головой, она протянула руку и вцепилась в Алесандру.
Священник, открывая молитвенник, заметил ребенка. В глазах священнослужителя промелькнула едва заметная улыбка.
Алесандра не имела такой прекрасной выдержки. Стоило ей только взглянуть на темноволосую зеленоглазую маленькую бестию, и она не удержалась от улыбки. На личике Оливии читалась гордость своей храбростью и тем, что ей удалось обмануть бдительность своей гувернантки. Это был не ребенок, а маленькая разбойница. Подол ее платьица, перепачканный грязью, указывал па ее недавнюю самостоятельную прогулку по саду. Другое пятно цвета красного пунша, который герцогиня собиралась подать гостям после церемонии бракосочетания, говорило о том, что малышка и в кухне успела побывать. Поясок развязался и свободно болтался. Но огромный розовый бант Оливии совсем развеселил невесту. Он неосторожно спадал малышке на правый глаз, а когда девочка улыбалась Алесандре, то все время пыталась водрузить бант снова на макушку.
От такой живописной внешности Оливии у Джейд чуть было не случился сердечный приступ.
Кейн наклонился и попытался пробраться к Колину и Алесандре сзади, чтобы поймать свою дочурку. Та с успехом увернулась и довольно захихикала.
Ей па помощь пришла Алесандра. Она была не в силах изменить что-либо в наряде Оливии, но смогла немножко исправить ее внешний облик. Она отпустила руку Колина, поправила пояс платья девочки, а потом вновь приколола бант на макушку.
Оливия вытерпела всю неприятную процедуру, и когда Алесандра закончила, снова вцепилась в ее руку.
Алесандра распрямилась и повернулась к священнику. Она все еще не смотрела на Колина, но потянулась и коснулась пальцами его руки. Он понял намек и снова взял ее руку в свою.
В конце концов она успокоилась. Голос ее слегка дрожал, когда она отвечала на вопросы священника. Алесандра заметила, что, как только она ответила положительно на самый главный вопрос, Колин с видимым облегчением перевел дух. Тогда она подняла на него глаза и увидела, что он ей улыбается. Искорки в его глазах заставили трепетать ее сердце.
Наконец все было закончено. Колин с ласковой улыбкой склонился над ней для поцелуя. Послышались восторженные возгласы, и Колин только слегка прикоснулся губами к ее губам. Его тут же стали похлопывать по спине и увлекли в толпу для поздравлений.
Он потянул Алесандру за собой. Колин не отпускал ее от себя ни на шаг. Он обнял ее рукой за талию и притянул к себе.
Алесандра не помнила почти ничего из того торжества, что последовало за церемонией бракосочетания. Она чувствовала себя словно в тумане. Провозглашались тосты до, во время и после ужина, но она не могла припомнить, о чем говорилось. Алесандра была в окружении членов семейства Колина и их друзей, и то, что они сразу же приняли ее в свой круг, было приятной неожиданностью.
Сэр Ричардс настаивал на разговоре с обоими братьями в библиотеке, но Колина невозможно было никуда увести. Однако от главы департамента не так-то легко было отделаться, и в конце концов после твердого обещания Алесандры не оставлять герцога Колин согласился. Они с Кейном последовали за главой департамента вверх по лестнице. После короткого разговора джентльмены были уже внизу. Прошло всего четверть часа.
Колин нашел свою молодую супругу в гостиной. Она самоотверженно пыталась участвовать одновременно в трех разговорах. Мэри-Роз требовала разрешения отправиться домой с ней, Кэтрин спрашивала, когда сможет навестить ее, а отец Колина рассказывал всем и каждому забавные истории о детстве своих сыновей.
Алесандра, казалось, была ошеломлена происходящим. Колин решил, что пора отправляться домой. Молодая жена отнеслась к намерению супруга с явным облегчением.
Потребовалось еще четверть часа, чтобы поблагодарить всех и распрощаться, и, когда терпение Колина уже начинало истощаться, они оказались в экипаже на пути к дому.
Тишина в экипаже непривычно давила на молодоженов, только что выбравшихся из шума и хаоса. Колин вытянул свои длинные ноги, закрыл глаза и улыбнулся.
Он думал о первой брачной ночи.
Алесандра сидела напротив него, в волнении стиснув руки, снова охваченная неясным трепетом.
Она также думала об их первой брачной ночи.
Колин открыл глаза и увидел ее хмурый вид. Он заметил ее стиснутые побелевшие пальцы.
– Что-то не так? – спросил он, уже догадываясь, что это может означать.
– Сегодня ночью…
– Да?
– Ты будешь настаивать, чтобы я исполнила супружеский долг?
– Да.
Плечи ее бессильно опустились. Кровь отхлынула от лица, и, о Боже, у нее был такой несчастный вид! Колин едва сдержал улыбку. Вовремя спохватившись, он почувствовал укол совести. Ее переживания показались ему детскими и наивными. Алесандра была девственницей, разумеется, ее пугало неизведанное, и его долгом было помочь ей преодолеть страх, а не нагонять его еще больше. Он наклонился вперед и взял ее руки в свои.
– Все будет хорошо, – сказал он ей хриплым шепотом.
В ее ответном взгляде он прочитал недоверие и настороженность.
– Значит, ты не заинтересован в дальнейших переговорах?
– В каких переговорах?
– О выгоде сделки.
Колин медленно покачал головой. Алесандра вырвала свои руки из его рук.
– Алесандра, все будет чудесно, – снова сказал он ей.
– Ты просто так говоришь, – возразила она прерывающимся шепотом. – Но у меня мало опыта, а вернее, совсем его нет, чтобы предугадать, что меня ждет. У тебя случайно нет никакого доступного материала, чтобы я смогла его прочесть, прежде чем оказаться в супружеской постели?
Колин от неожиданности чуть не подпрыгнул, в изумлении уставившись на новоиспеченную супругу. К счастью, он не улыбался.
– Что за материал?
– Я подумала, что у тебя, может быть, найдется справочник… ну, что-то в этом роде, – объяснила она.
Алесандра изо всех сил старалась не выдавать своего волнения и страха перед грядущей ночью.
– Ну, что-нибудь разъясняющее то, что будет происходить, – добавила она, с деланной беспечностью пожав плечами. – Понимаешь, мне просто немножко любопытно, вот и все.
Только теперь Колин понял, что она была просто в ужасе. Он кивнул, чтобы Алесандра подумала, будто он поверил ее выдумкам, и спросил невозмутимым тоном:
– Разве ты не говорила, что мать-настоятельница поведала тебе обо всем?
Алесандра долго не отвечала. Колин терпеливо ждал. Она повернулась, чтобы взглянуть в окошко. За окном было темно, но полная луна достаточно освещала улицу, по которой они ехали, и принцесса увидела, что они уже подъезжали к дому.
«В этом пет ничего страшного», – мысленно уговаривала себя Алесандра. Она уже взрослая женщина, и ей не пристало расстраиваться по таким пустякам.
– Алесандра, ответь мне, – попросил Колин.
Она попыталась скрыть свое смущение и говорить равнодушно, объясняя:
– Мать-настоятельница действительно имела со мной приватную беседу, но у меня такое ощущение, что она о многом умолчала.
– И что же она тебе рассказала?
Алесандре вовсе не хотелось говорить об этом, да она и не знала, что ответить.
– Ну, кое-что, – прошептала она, пожав плечами. Колин был настойчив.
– А именно?
Экипаж остановился перед особняком, где находилось их первое семейное гнездышко. Алесандра потянулась к защелке на дверце экипажа. Колин перехватил ее руку.
– Ты мне еще не ответила, – напомнил он ей. Алесандра уставилась на его руку, оказавшуюся так близко перед ее глазами. Его ладонь была по крайней мере в два раза больше ее маленькой изящной кисти, и, Боже, почему же она не обратила раньше внимания на то, что Колин такой громадный?
Она не думала, что ей придется делить с ним постель, снова вернулась Алесандра к своим мыслям. По крайней мере многие годы, пока она не свыкнется с мыслью… и, Господи, как наивны и жалки были ее представления! Алесандра почувствовала себя совершенной глупышкой.
Ей действительно нужно было настоять на постриге в монахини, решила она.
– Мать-настоятельница говорила, что я не подхожу для священной миссии, – некстати выпалила Алесандра свою мысль вслух и глубоко вздохнула. – Я недостаточно скромна для этого. Вот что мне она сказала.
Ока намеренно пыталась увильнуть от разговора. Колин, конечно же, сразу разгадал ее усилия.
– А что она тебе рассказала о первой брачной ночи? Алесандра снова уставилась на его руку и, наконец, ответила:
– Она сказала, что женское тело похоже на храм. Вот, я все рассказала. Теперь ты от меня отстанешь? Я хочу выйти отсюда.
– Не сейчас, – возразил Колин. Нежность в его голосе несколько смягчила ее замешательство.
– Ты собираешься заставить меня рассказать все, верно?
Колин улыбнулся, заметив отчаяние, написанное на ее лице.
– Да, – просто согласился он. – Я собираюсь заставить тебя рассказать все.
– Колин, вероятно, ты не заметил, что эти разговоры меня вгоняют в краску.
– Заметил.
Алесандра услышала насмешливые нотки в его голосе, но не глядела на него, поскольку знала, что если увидит его улыбочку, то скорее всего сорвется и накричит на него.
– А ты не смущен? – спросила она.
– Нет.
Алесандра еще раз попыталась убрать свою руку. Колин держал ее крепко. Господи, как он упрям! Она понимала, что он не выпустит ее из экипажа до тех пор, пока она ему все не объяснит.
– Мужчины должны им восхищаться, – выпалила она.
– Чем? – спросил Колин в явном недоумении.
– Храмом! – в отчаянии воскликнула Алесандра, чуть не сорвавшись на крик.
Колин не рассмеялся. Он отпустил ее руку и откинулся назад на сиденье. Его нога прочно перекрыла ей выход на случай, если она все еще захочет удрать.
– Понимаю, – ответил он.
Он старался говорить как можно небрежнее в надежде, что его беззаботное поведение умерит ее мучения.
Румянец вернулся на щеки Алесандры вместе с мстительным выражением. Теперь у нее был такой вид, словно она сгорела на солнце. Колин находил ее невинность чрезвычайно приятной.
– И что еще она тебе рассказала? – спросил он.
– Я не должна им. позволять.
– Восхищаться? Алесандра кивнула.
– Я не должна позволять никому прикоснуться ко мне до свадьбы. Тогда мать-настоятельница убедила меня, что это стоит того, потому что результат такого союза благороден.
Она посмотрела на Колина, желая удостовериться, что ее поняли, заметила его ироническое выражение и подумала, что она недостаточно ясно выразилась.
– Благородный результат – это ребенок.
– Догадываюсь.
Алесандра села и стала усердно расправлять складки своей юбки. Потянулись долгие минуты молчания, пока Колин не заговорил снова:
– Она упустила некоторые подробности, не так ли?
– Да, – прошептала Алесандра. Она почувствовала облегчение, потому что Колин наконец-то понял, что некоторых вещей она не знает.
– Нет ли какой-нибудь книги или руководства, которое я могла бы прочесть…
– В моем кабинете ничего нет по данной теме, – сказал он ей. – Не имею понятия, выходило ли что-нибудь подобное в печати.
– Но наверняка…
– Несомненно, таких книг полно, но они предназначены отнюдь не для юных девушек, – произнес Колин. – Кроме того, их не найдешь в широкой продаже.
Молодой человек протянул руку, открыл защелку и распахнул дверцу. Он все это время не сводил глаз со своей вспыхнувшей кумачом невесты.
– И что ты мне предлагаешь делать? – спросила Алесандра.
Колин приподнял ее подбородок и заглянул ей в глаза. Взор ее голубых глаз затуманился от волнения.
– Я предлагаю довериться мне.
Это прозвучало для нее скорее как приказ, а не как предложение. Алесандра решила, что попробует ему довериться по той лишь простой причине, что другого выхода у нее не было.
Она с готовностью кивнула.
– Тогда хорошо. Я тебе доверюсь.
Колин был доволен ее немедленным согласием. Он понимал, почему Алесандра хотела знать заранее, что и как все будет. Это был единственный способ не потеряться в непривычных для нее обстоятельствах. Чем больше она будет знать, тем меньше будет бояться.
Обычно юная леди узнавала подобные вещи от своей матери. По крайней мере так считал Колин. Он счел само собой разумеющимся, что его матушка переговорила со своей дочерью Кэтрин о том, что такое брак. К несчастью, мать Алесандры скончалась прежде, чем ее дочь стала достаточно взрослой и девушке понадобились сведения такого рода.
И, следовательно, одна из монахинь попыталась взять эту обязанность на себя.
– А сколько же лет матери-настоятельнице? – полюбопытствовал Колин.
– На вид восемьдесят, но я думаю, возможно, ей меньше, – ответила Алесандра. – Я никогда не осмеливалась любопытствовать. А почему ты спрашиваешь?
– Не важно, – сказал он и снова вернулся к теме ее беспокойства. – Алесандра, я тебе объясню все, что необходимо знать.
Нежность в его голосе была равносильна ласковому поглаживанию по щеке.
– Правда?
– Да, – пообещал Колин рассеянно.
Перед его мысленным взором возникла картина, где древняя монахиня объясняла супружескую жизнь Алесандре, используя слова «храм» и «восхищение». Господи, хотелось бы ему присутствовать при этой задушевной беседе!
Алесандра заметила искорки в глазах Колина и немедленно сделала вывод, что ее наивность забавляет его.
– Мне жаль, что я так… неопытна.
– Ты невинна, – ласково напомнил он.
– Да, и мне жаль. Колин рассмеялся.
– А мне нет, – сказал он ей.
– Ты действительно ответишь на все мои вопросы? – спросила Алесандра, все еще не решаясь поверить ему. – А ты ничего не упустишь? Мне не нравятся сюрпризы.
– Я не упущу ничего.
Алесандра вздохнула. Она оставила в покое складки своей юбки. Обещание Колина помогло ей превозмочь свои страхи, Она даже не имела ничего против того, что он находит ее смущение забавным. Единственное, что было сейчас важно, это то, что Колин собирается просветить ее. У Алесандры наконец отлегло от сердца.
– Ну, тогда все будет хорошо, – объявила она. – Не пора ли нам войти в дом?
Колин согласился. Он сошел первым, потом помог Алесандре. Оба телохранителя угрюмо наблюдали за молодоженами. Они хотели как можно скорее увидеть свою госпожу за семью замками.
В дверях появился сияющий Фланнеган, которому не терпелось поприветствовать свою новую хозяйку. Он принял у нее плащ, аккуратно перекинул его через руку и принес свои сердечные поздравления.
– Если вы желаете немедленно подняться наверх, принцесса, я приготовлю вам воду для ванны, – предложил он.
Мысль о доброй горячей ванне после дня, наполненного тревогами и суматохой, пришлась Алесандре по душе. Это будет ее вторая ванна сегодня, но мать-настоятельница часто повторяла, что чистота близка к святости, поэтому Алесандра вовсе не сочла это излишним.
– Колин хочет переговорить со мной в своем кабинете, – сказала она Фланнегану. – Я приму ванну немного погодя.
– Лучше прими ее сначала, – предложил Колин. – Мне нужно просмотреть кое-какие бумаги.
Конечно, это была маленькая ложь. У Колина вовсе не было ни малейшего намерения работать в свою первую брачную ночь, но он подумал, что ванна поможет Алесандре прийти в себя, да и вид у нее был такой, что ей не помешало бы отвлечься.
Для нее день свадьбы оказался большим испытанием, и хотя вид у нее был теперь более спокойный и она казалась гораздо собраннее, Колин понимал, что нервы у нее натянуты, как струны.
– Как хочешь, – согласилась Алесандра.
Она последовала за дворецким вверх по лестнице.
Колин замыкал шествие.
– Свадьба была торжественной? – полюбопытствовал Фланнеган.
– О да, – отвечала Алесандра воодушевленно. – Все прошло хорошо, верно, Колин?
– Тебя чуть было не похитили, – напомнил он ей.
– Да, но все остальное было замечательно, правда?
– Ты была не на шутку перепугана.
– Да, но…
– Тебе испортили свадебное платье.
Алесандра ступила на верхнюю ступеньку и круто повернулась, чтобы посмотреть ему в глаза. Она явно не хотела, чтобы ей напоминали об этих неприятностях.
– Каждая невеста хочет верить, что ее свадьба была замечательной, – заявила она.
Колин подмигнул ей.
– Тогда она была замечательной, – заявил он, Алесандра довольно улыбнулась.
В спальне сгорающий от любопытства Фланнеган приступил с расспросами к Алесандре. От дворецкого не так-то просто было отделаться. Чтобы наполнить овальную медную ванну, Реймонд и Стивен принесли огромные ведра горячей воды, от которой шел пар. Дворецкий тщательно разложил одежду хозяйки и, положив белую сорочку и махровую простыню ей на кровать, наконец удалился.
Алесандра наслаждалась ванной. Горячая вода доставляла ей истинное удовольствие. Казалось, она смывает с себя все дневные заботы. Она вымыла волосы мылом с запахом розы, потом села у камина, чтобы их просушить. Алесандра не торопилась, потому что знала, что Колин занят делами, и, вероятно, как всегда, потерял счет времени.
По крайней мере, прошел битый час, прежде чем Алесандра решилась отвлечь его от работы. Волосы ее совершенно высохли, но после того как она надела сорочку, ей потребовалось еще минут десять, чтобы расчесать кудри. Усталость брала свое. Горячая ванна вдобавок к теплу, исходящему от огня в камине, нагоняла сон, но Алесандра не хотела так рано заснуть.
Накинув пушистый халат, она прошла по коридору в его кабинет, постучала в дверь и вошла. Колина за столом не оказалось. Алесандра не была уверена, ушел ли он в спальню или спустился вниз. Она решила подождать его в кабинете, полагая, что Колин предпочтет говорить с ней тут, и подошла к столу, чтобы взять листок бумаги. Алесандра уже протянула руку за ручкой и чернильницей, когда в дверном проеме спальни появился Колин.
При виде его у нее перехватило дыхание. Очевидно, Колин тоже только что принял ванну, потому что волосы его были еще влажными. На нем был банный халат шоколадного цвета, удивительно шедший к его глазам. Улыбнувшись, Колин сбросил халат.
Колин был ладно скроен. Его мускулистое, глянцевое тело красиво отливало бронзой, а своими вкрадчивыми движениями напоминало ей мягкую грацию тигра. При каждом движении мускулы его слегка перекатывались. Грудь была покрыта густым ковриком темных курчавых волос, которые сходились конусом в форме латинской V у талии.
Ниже Алесандра не смотрела.
Колин облокотился о дверной косяк, сложил руки на груди и снова улыбнулся ей. Слабый румянец окрасил ее щеки. Алесандра то складывала, то разворачивала листок бумаги, который держала в руках, и отчаянно старалась сохранить невозмутимый вид. Колин понимал, что ему нужно действовать медленно и спокойно, стараясь не спугнуть ее. Это была нелегкая задача, потому что он никогда не был в постели с девственницей, а один только вид Алесандры в ее белой сорочке и халате уже горячил его кровь. Он не мог оторвать взгляд от ее губ и невольно раздумывал, что он испытает от прикосновения этих полных, сладких, надутых губок.
– Колин, о чем ты думаешь? Он не стал говорить ей правду.
– Я размышлял, зачем тебе нужна бумага? – вместо этого солгал он.
Алесандра рассеянно уставилась на кончики своих комнатных туфель, подыскивая ответ.
– Буду записывать, – выпалила она, резко вздернув подбородок.
Колин приподнял бровь.
– Записывать?
– Да. Я собралась записывать во время твоих объяснений, чтобы не упустить чего-нибудь важного. Правильно, Колин?
Беспокойство в ее голосе прогнало его насмешку прочь.
– Какая ты собранная, – сказал он.
Алесандра улыбнулась.
– Спасибо. Мой отец был первым, кто научил меня, как много значит для человека собранность. А потом мать-настоятельница продолжила мое обучение.
Боже правый, как ей хотелось бы прекратить молоть вздор!
– Сколько тебе было, когда умер твой отец?
– Одиннадцать.
– И все-таки ты помнишь…
– О да, я помню все, чему он меня учил, – ответила Алесандра. – Я так старалась ему угодить, Колин, и для меня было большим удовольствием, когда мы вместе проводили время. Он охотно говорил со мной о своих делах, а я была счастлива, что со мной считаются.
Она машинально скомкала листок в сморщенный шарик.
Колин сомневался, отдает ли она отчет своим действиям.
– Я только выпишу ключевые слова, – пообещала Алесандра.
Колин медленно покачал головой.
– Нет нужды записывать, – убеждал он ее. – Ты запомнишь все, что я тебе скажу.
Колин мог гордиться своим умением держать себя. Непреодолимое желание рассмеяться переполняло его, но он сохранял на лице невозмутимое выражение.
– Тогда все в порядке.
Алесандра повернулась снова к столу, принимаясь разворачивать листок, и только тут поняла, что натворила. Она бросила скомканную бумажку в мусорную корзину, потом повернулась и пристально посмотрела на Колина.
От теплого блеска в его глазах ее бросило в приятную дрожь, а от этой удивительной чуть асимметричной улыбки сердце отчаянно забилось. Алесандра сделала глубокий вдох и приказала себе успокоиться.
Боже милосердный, он так красив! Неожиданно для себя она выпалила эти слова вслух.
В ответ на это Колин рассмеялся. Его веселье не обидело ее, наоборот, она невольно улыбнулась ему в ответ.
– Для чудовища, – поддразнила его она.
Колин так на нее посмотрел, что у нее внутри что-то задрожало.
Нужно чем-то занять руки, решила она про себя и сцепила пальцы.
– Не начать ли нам разговор прямо сейчас?
– Дело прежде всего, – согласился он. – Я просто вспомнил, что еще не подарил тебе надлежащий свадебный поцелуй.
– Разве?
Колин отрицательно покачал головой.
Потом поманил ее. Алесандра медленно прошла по комнате и остановилась перед ним.
– Ты собираешься поцеловать меня прямо сейчас? – спросила она еле слышным шепотом.
– Да-а-а, – согласно протянул он.
Колин медленно отошел от дверного косяка и встал, возвышаясь над ней. Алесандра невольно отступила на шаг, но сразу же взяла себя в руки.
Она не боится Колина, напомнила она себе, и действительно хочет, чтобы он ее поцеловал,
Алесандра снова подвинулась вперед.
– Мне нравится, как ты меня целуешь, – прошептала она.
– Знаю.
Усмешка его была высокомерной. Волнение Алесандры доставило ему неизъяснимое наслаждение.
– Откуда тебе это знать? – спросила Алесандра, стараясь держаться независимо.
– Твое волнение выдает тебя с головой: тебе нравятся мои прикосновения.
Алесандра не нашла ответа на такое утверждение. По правде говоря, ей вообще было нелегко думать. Уже не первый раз в присутствии Колина все слова выскакивали у нее из головы. От его теплого, взгляда ее охватывал знакомый трепет.
Алесандра почувствовала его руки у себя на талии, опустила глаза и наблюдала, как Колин развязывает поясок ее халата. Она попыталась остановить его, но не успели ее руки опуститься поверх его рук, он уже спускал халат с ее плеч.
– Зачем ты это делаешь?
– У тебя такой вид, словно тебе жарко.
– Ох!
Халат упал на пол. Сорочка ее была достаточно прозрачной и позволяла видеть обольстительные округлости ее тела. Алесандра невольно попыталась запахнуть сорочку на груди, но не успела. Колин не дал ей этого сделать. Он крепко прижал ее к себе.
– Обними меня, Алесандра. И не отпускай, пока я тебя буду целовать.
Она поспешно обвила руками его шею как раз в тот момент, когда он, наклонив голову, стал покусывать ее губы. Его язык проложил дорожку по внутренней стороне ее нижней губы, отчего мурашки забегали у нее по спине.
Алесандра обняла Колина крепче и встала на цыпочки, пытаясь сделать поцелуй более глубоким. Ее грудь коснулась его груди, и она охнула от неизведанного чувства, вызванного прикосновением его кожи. Неожиданно ее грудь набухла, стала тяжелой, а соски затвердели. Это не было неприятным, просто доселе не изведанным и удивительным.
Алесандра намеренно еще раз прикоснулась к нему, но очень незаметно, чтобы Колин не понял, что она делает. Она не хотела, чтобы ее уличили в излишней смелости. Однако жар его напрягшегося тела уже разгорался в ней, вызывая ответное влечение, и такой близости ей уже было недостаточно.
Колин доводил ее до сумасшествия, дразня своим языком и зубами. Алесандра не могла долго выдержать этой нежной пытки. Она нетерпеливо погрузила руки в его волосы, отвечая на его ласки.
Он припал губами к ее губам, нежно лаская их, а его язык проник внутрь, чтобы добраться до ее языка. Колин не спешил, словно у него была вечность впереди. Он действовал медленно, растягивая удовольствие, еле касаясь, вызывая огонь страсти внутри ее тела.
Ее тихий стон дал понять ему, что она в восторге от его ласк. Колин отклонился, увидел призыв в ее глазах, понял, что они отражают его собственную страсть, и сам издал низкий стон.
– Как сладко, – прошептал он у ее губ. – Открой рот, пусти меня, – потребовал он хриплым шепотом.
Но в нетерпении он легонько надавил ей на подбородок, потянув его вниз. Его язык проник в глубину ее рта, убрался обратно, чтобы тут же снова проникнуть внутрь.
Алесандра совсем потеряла голову, устремившись к нему, и этот невинный ответ заставил Колина позабыть о своем намерении действовать не спеша. Неожиданно он почувствовал к ней такое влечение, что из последних сил мог сдерживать себя. Рот его стал настойчивым, требовательным. Любовная игра их языков – его смелая, а ее робкая – вызвала у них обоих дрожь желания.
Алесандра была так ошеломлена тем огнем, который Колин разжигал в ней, что ей и в голову не пришло пугаться того, что произойдет дальше. Всем своим существом она отвечала на его ласки. Она упивалась ощущением его тела, все теснее прижимаясь к нему и сама того не сознавая. Пальцы ее погрузились в его волосы, и Колин чуть было не потерял голову, когда Алесандра начала постанывать и тесно прижалась к его восставшей плоти. Поцелуй его стал чувственным, ненасытным. Когда рот его жадно впился в ее губы, страсть зажгла в нем неукротимое желание. Оно отозвалось в ней ответным пылом.
Поцелуй казался нескончаемым, и все-таки он закончился слишком быстро. Когда Колин отпустил ее, рот Алесандры был розовым и влажным, хранящим следы его поцелуев. Вкус ее поцелуя теперь оставался на его губах, но это только распалило его страсть.
Алесандра прижалась к его груди, ее лицо оказалось у него под подбородком. Она прерывисто дышала у его горла.
Колин поднял ее на руки и понес в свою спальню. Он осторожно положил ее на свою кровать и встал, пожирая ее глазами. Его горячий взгляд согревал ее и в то же время заставлял трепетать.
От его поцелуев у Алесандры в голове помутилось. Мысли ее стали проясняться, когда Колин принялся стягивать панталоны. Она закрыла глаза, пытаясь отвернуться. Но Колин уже оказался с ней в постели.
Совсем обезумев от страсти, он схватил ее за сорочку. Ткань с треском порвалась под его руками. Алесандра успела только охнуть, как ее единственное прикрытие было отброшено, и Колин уже накрывал ее своим нагим телом.
Алесандра замерла. Колин нежно раздвинул ее бедра, а потом лег на нее так, как сотни раз проделывал в своих мечтах с того момента, когда он впервые встретил ее. Его затвердевшая плоть была прижата к мягкому кудрявому треугольничку там, где сходились ее бедра, и это было такое приятное ощущение, что у него вырвался сдавленный блаженный стон.
Реальность оказалась еще лучше, чем мечты, потому что Колик не мог и вообразить, какой невероятно мягкой и гладкой была ее кожа, которую он ощущал под собой. Он был в раю.
– Колин, может быть, сейчас и поговорим?
Он приподнялся на локтях и посмотрел на нее. В ее глазах читалось беспокойство, а он торжествовал победу.
– Непременно.
Колин взял ее лицо в свои руки и впился в ее губы долгим, ненасытным поцелуем.
Колин заставлял ее трепетать от страсти. Она не выдержала и обхватила его за талию, чтобы сильнее почувствовать жар его распаленного тела. Их ноги переплелись, и внезапно просто обнимать его оказалось ей недостаточным. Она жаждала ощущать его тело каждой клеточкой своей кожи и ласкать, ласкать без конца. Она провела руками по его спине, как бы осваивая его, потом по плечам и не хотела останавливаться.
Ее прикосновение к его коже было легким, словно крылья бабочки, однако это была самая умопомрачительная ласка, какую Колин когда-либо испытывал. Он стал водить губами по ее шее.
Алесандра немного повернула голову, чтобы ему было удобнее. Он ласково покусывал мочку уха, отчего по всему ее телу до кончиков пальцев ног прокатилась волна удовольствия, и, видит Бог, от прикосновений его языка она окончательно потеряла голову!
Алесандра начала двигаться в неуемной жажде большего. Колин переменил положение и осыпал поцелуями ее шею. Он двинулся ниже, прокладывая поцелуями дорожку между ее грудей. От нее исходил аромат роз и женщины. Это было сводящее с ума сочетание. Колин вдыхал сладкий запах, потом решил попробовать ее на вкус языком.
Чего только не вытворял Колин с этим божественным телом!.. А она упивалась его ласками, чувствуя, что умрет, если он остановится хоть на миг. Его ладони накрыли ее грудь, и она немедленно отозвалась сладкой болью, требуя еще прикосновений. Алесандра не могла понять чувства безысходности, которое стало расти у нее внутри.
У нее было такое ощущение, словно она вся состояла из швов, и они теперь разрывались. Но тут язык Колина лизнул ее сосок. Она чуть было не выпрыгнула из постели. Алесандра вскрикнула от страха и удовольствия. Это чувство было почти непереносимым и поражало своей новизной. Руки ее снова опустились, и она уцепилась за простыню, чтобы ее не смыло волной переполнявшей ее чувственности.
– Колин!
Имя его вырвалось, словно рыдание, и Алесандра начала извиваться, когда он взял ее сосок в рот и стал играть им. Каждая частичка ее тела безраздельно принадлежала ему. Руки его ласкали ее повсюду. Алесандра издала глубокий, прерывистый вздох и начала тихонько постанывать. Рот его требовательно накрыл ее губы, когда его рука скользнула в мягкие кудряшки, прикрывающие ее девственность.
Алесандра робко попыталась его остановить, но Колин воспротивился. Его пальцы медленно проникли в тугое, скользкое отверстие, и он тут же их убрал. Подушечка его большого пальца потерлась о то заветное место, отчего, как он знал, Алесандра потеряет рассудок.
Колин вел любовную игру с помощью пальцев до тех пор, пока Алесандра не оказалась безразличной ко всему, кроме желания, чтобы он наполнил ее собой. У Колина еще никогда не было женщины, которая бы отвечала на его ласки так открыто и трепетно. И это еще больше подстегивало его желание.
– Малышка, ты так напряжена, – прошептал он охрипшим голосом.
Алесандра с трудом понимала, что он ей говорит.
– Я больше не могу терпеть, пожалуйста…
Она не знала, чего от него хочет, знала только, что сойдет с ума, если он не сделает того, что прекратит эту сладкую пытку.
Колин знал, что она готова принять его. Он отцепил ее руку от простыни и заставил обнять себя за шею. Раздвинув ее бедра пошире, он скользнул руками под ее ягодицы, чтобы Алесандра оказалась ближе к нему. Пик его мужественности был окружение влажным теплом. Он медленно с усилием вошел в нее, затем замер, когда почувствовал барьер ее девственности, а потом попытался нежно преодолеть это препятствие. Он боялся причинить жене слишком сильную боль.
Челюсти Колина были сжаты, его дыхание прерывалось, словно он только что пробежал целую милю; он сгорал в этом пламени любви, но все еще готовился к самому главному. Колин знал, что делает ей больно. Алесандра вскрикнула у его губ и одновременно попыталась оттолкнуть его.
Он успокоил ее ласковыми словами:
– Дорогая, все будет хорошо. Боль продлится недолго. Обними меня. Ох, малышка, не нужно так двигаться… не сейчас.
Старания быть нежным только продлевали ее боль… и убивали его. Его лоб покрылся испариной, и Колин понимал, что с ума сойдет, если сейчас же не войдет в ее глубины.
Колин переменил положение, приподнял ее бедра и вонзился в нее одним сильным рывком. Алесандра вскрикнула, теперь ее боль была такой же сильной, как и удовольствие, и она снова попыталась отодвинуться от Колина. Вес его тела не позволил ей сделать ни одного движения. Колин полностью обладал ею, и, о Боже, она становилась как бы частью его самого. Он поборол страстное желание частично выйти из нее, а потом войти снова, потому что щадил ее ощущения и хотел дать ей время передохнуть.
Ее ногти царапали его плечи, и он понимал, что Алесандра пытается освободиться от него. Колин попробовал захватить ее рот еще одним всепоглощающим поцелуем, но она отвернулась от него. Вместо этого он поцеловал ее ухо, потом – мокрую от слез щеку, пытаясь сохранить остатки своего самообладания еще на какой-то миг, чтобы разжечь внутри нее страсть. Слезы лились по ее лицу, и Алесандра издала тихий прерывистый всхлип.
– Родная, не плачь. Прости меня. Господи, я не мог не сделать тебе больно. Через несколько минут будет лучше. Мне так с тобой хорошо. Обними меня, малышка. Обними меня.
Беспокойство в его тоне успокоило Алесандру гораздо больше, чем слова. Боль мешала удовольствию. Алесандра была так смущена противоречивыми чувствами, что не знала, чего хочет. Она желала, чтобы Колин остановился, и одновременно ей хотелось, чтобы они оставались вместе. Его горячее дыхание обдавало ее ухо. Оно было хриплым. Этот звук возбуждал ее. Она не понимала, что с ней происходит. Ее тело требовало освобождения, но освобождения отчего? Она не знала.
Неожиданно возникло непреодолимое желание двигаться, и каждый нерв внутри трепетал от ожидания.
– Я хочу двигаться, – голос ее был едва слышным смущенным шепотом.
Колин приподнялся на локтях, чтобы посмотреть на нее. Глаза ее сверкали страстью, но что было более важно для него, она перестала плакать.
– Я тоже. Я хочу выскользнуть из тебя, а потом снова войти.
Услышав его шепот, она инстинктивно крепко сжала его внутри себя. Алесандра решила проверить, чтобы убедиться, действительно ли ей будет лучше. У нее было такое чувство, словно еще минуту назад он разрывал ее на части, но теперь пульсирующая боль стала медленно отступать, и когда она беспокойно задвигалась под ним, боли почти не возникло. Она не ожидала такого восхитительного ощущения.
– Мне становится… лучше.
Это было разрешение, которого он жаждал. Колин потерял самообладание. Он накрыл ее губы своим ртом в страстном поцелуе. Всепоглощающая страсть сжигала его. Колин медленно вышел из нее, а потом вновь глубоко проник. Слияние двух тел поглотило его целиком, и когда Алесандра снова сжала его внутри себя и приподняла бедра, чтобы встретить его толчки, он уткнулся лицом в ее грудь и издал гортанный стон. Давление, возникшее внутри него, было мучительным и одновременно прекрасным. Колин никогда не испытывал ничего подобного. В его руках Алесандра была словно огонь, и ее дикая, не-подавляемая сила потрясла его до глубины души. Она целиком отдавалась ему, и эта бескорыстность заставила его делать то же самое. Кровать ходила ходуном, когда он снова и снова толчками проникал в нее. Колин не мог думать ни о чем, кроме слияния с этим божественным существом.
Райское блаженство обрушилось на них, подняло и закружило. Алесандра первой испытала пик наслаждения, а когда она инстинктивно сжала его крепко внутри себя и выгнулась ему навстречу, то и Колин оказался в его власти.
Она не вдруг смогла спуститься с небес на землю. Алесандра припала к своему мужу, позволяя волнам блаженной покорности омывать себя. Сердцем она чувствовала, что, пока обнимает Колина, ей не о чем беспокоиться. Ей не нужно волноваться о том, чтобы сдерживаться. Он о ней позаботится. Алесандра прикрыла глаза и позволила волшебной сказке любви поглотить все ее мысли.
Алесандра никогда не чувствовала такой свободы, такой надежности.
Колин же испытывал противоречивые чувства. Он был потрясен этой безоглядной любовью, поскольку никогда не позволял себе полностью отдаться чувству. Никогда. Его всегда что-то останавливало. Ее шелковистые бедра лишили его способности мыслить. Она была невинна, он – опытен, и все-таки Алесандре удалось пробить его крепкую броню. Где-то в глубине души Колин был не способен к концу сдерживать свои чувства, и когда они оба достигли пика блаженства, он целиком зависел от нее, так же как и она от него, – и да поможет ему Бог, ему никогда еще не было так хорошо!
Колин этого не на шутку испугался. В первый раз в жизни почувствовал себя уязвимым, загнанным в угол, беззащитным.
Он все еще был внутри нее. Колин медленно высвободился, пока Алесандра снова не успела вызвать в нем возбуждения. У него все задрожало внутри от удовольствия, которое вызвало это движение. Однако у него не хватило сил расстаться с ней, хотя он понимал, что, вероятно, придавил ее своим весом.
Алесандра обнимала его руками за шею. Колин приподнялся и ласково разомкнул ее руки. Он наклонился, чтобы поцеловать в ямку у шеи, ощутил ее бешеное сердцебиение и тогда почувствовал тщеславное мужское удовлетворение от одного сознания, что она еще не полностью пришла в себя.
Через минуту он перекатился на спину, прочь от нее. Он глубоко и прерывисто вздохнул и закрыл глаза. Запах любовной страсти пронизывал воздух вокруг них. У него во рту все еще был ее вкус, и, с Божьей помощью, он снова почувствовал возбуждение.
Алесандра наконец-то очнулась от своих мыслей и повернулась к нему. Она приподнялась на локте и посмотрела на Колина.
Его хмурый вид ошеломил ее.
– Колин? – прошептала она. – С тобой все в порядке?
Он повернул голову, чтобы взглянуть на нее. В какое-то мгновение выражение лица его изменилось. Колин ни в коем случае не должен позволить ей увидеть свою уязвимость. Он улыбнулся ей, а потом протянул руку, чтобы погладить тыльной стороной ладони ее щеку. Алесандра вся сомлела под его лаской.
– Это мне полагается спрашивать, все ли с тобой в порядке, – объяснил он.
Ему она казалась более чем в порядке. Глаза ее все еще сверкали от страсти, губы припухли от его поцелуев, волосы упали на одно плечо, и Колин подумал, что она – самая соблазнительная женщина в мире.
– Я сделал тебе больно, не так ли?
Алесандра медленно кивнула. Она заметила, что Колин не слишком-то раскаивается в содеянном.
– Мне было…
– Жарко?
Она покраснела. Он рассмеялся. Потом он притянул ее к себе и обнял, а она спрятала лицо у него на груди.
– Немного поздновато смущаться, верно? Или ты уже позабыла, какой страстной была всего несколько минут назад?
Алесандра не забыла. Она покраснела до корней волос при одной мысли о своем развратном поведении. Грудь его сотрясалась от смеха. Она не имела ничего против того, что Колин посмеивается над ней. С ней только что произошла самая удивительная вещь на свете, и она не позволит ничему разрушить это невероятное впечатление. Теплое сияние все еще окружало ее, заставляя ощущать блаженство и дрему.
– Я вела себя не очень достойно, правда?
– Ты хочешь сказать, что вела себя недостойно, когда умоляла меня не останавливаться?
Колин лениво погладил ее ягодицы, ожидая ответа.
– Неужели это была я?
Удивление в ее голосе вызвало у него улыбку.
– Да, – протянул он. – Это была ты. Алесандра вздохнула:
– Это было замечательно, верно? Колин засмеялся:
– Это было больше чем замечательно.
Долгие минуты потянулись в молчании. Он разрушил таинство любви, громко зевнув.
– Колин? Я… я была…
Казалось, она не в силах была договорить. Она никак не могла набраться храбрости узнать, хорошо ли ему было с ней.
Он понял, что ей нужно было от него.
– Алесандра…
Он прошептал ее имя, словно ласку.
– Да?
– Ты была великолепна.
– Мило, что ты это сказал.
Она прижалась к нему и закрыла глаза. Звук биения ее сердца вместе с его тихим смехом убаюкивал ее. Одна его рука ласкала ее спину, другая ласково гладила шею. Алесандра уже погрузилась в сон, когда он снова ее позвал по имени.
– Гм-м-м?
– Хочешь, чтобы я начал сейчас объяснения?
Колин подождал несколько минут и понял, что она заснула. Пальцы его зарылись в ее волосы, и он немного передвинулся, чтобы поцеловать ее в макушку.
– Женское тело – это храм, – прошептал он.
Колин не ждал от нее ответа и не получил его. Он натянул одеяло, обнял свою жену и закрыл глаза.
Колин улыбнулся своей последней мысли, перед тем как погрузиться в безмятежный сон. Мать Мария действительно была права, когда говорила Алесандре, что мужчины должны ею восхищаться. Он был в этом совершенно уверен.
* * *
Он не сошел с ума, не терял он и самообладания. Он оставался самим собой. Просто решил к этому не прислушиваться. Да, он понимал, что то, что он делает, плохо. И это все еще имело для него значение или, по крайней мере, имело значение в тот, самый первый раз. Она отказала ему и тем самым заслужила смерть. Все так просто. Ярость водила его рукой, его кинжалом. Ему просто захотелось ее убить. Он не ожидал такого порыва, не знал, что почувствует в себе такую силу, такую неукротимость.
Он может остановиться. Он поднял бокал и сделал большой глоток. Он поклялся себе, что остановится.
Его испорченные сапоги лежали в углу. Он долго на них смотрел, прежде чем решил выбросить их завтра. На столе стояли цветы… поджидающие… готовые… насмехающиеся над ним.
Он резко бросил бокал в камин. Осколки стекла посыпались на пол. Он протянул руку к бутылке, нараспев повторяя свою клятву: «Он остановится!»



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Замки - Гарвуд Джулия



Очень интерестная история : принцесса умный и здравомыслящий человек, герой романа - эгоист, увечен, не способен понять свои чувства. Вечная дилема - мужчина тиран и женщина воительница за права. 26.07.11. Читайте, не пожалеете.
Замки - Гарвуд ДжулияДжули.
27.07.2011, 8.48





Да, интересный роман. Я бы гг добавила в начале немного слез, все таки он ее сильно обижал.Но она молодец, справилась с ним. Любовь всегда побеждает))))
Замки - Гарвуд ДжулияLana
23.11.2012, 11.20





Просто замечательный роман! Нравится, что у автора сильные характером гл героини, умные, с юмором! И такие же гл герои!
Замки - Гарвуд Джулиясв
24.11.2012, 10.28





Хороший роман, как и все у Джулии Гарвуд. Красивые герои, нежная любовь, интересный конец.
Замки - Гарвуд ДжулияКэт
25.12.2012, 0.04





Самый мой любимый роман. По моему мнению в нем всё как надо. Герои, сюжет, концовка. Нет нудятины, всё в темпе, приятно читать и перечитывать тоже :-)
Замки - Гарвуд ДжулияДаша
16.01.2013, 14.00





Это третья книга.Лутше начать с"Ангел-хранитель"-про Кейна,"Дар"-про Натана. Все три книги великолепны.
Замки - Гарвуд ДжулияКрик
28.05.2013, 6.19





великолепная серия. читайте. и смех, и слезы, и любовь... адекватные гг-и. характеры. все ясно.
Замки - Гарвуд Джулиямаруся
12.06.2013, 17.36





если быть точной то это 4 роман в серии,а не третий
Замки - Гарвуд Джулияюлька
20.10.2013, 23.56





Классный роман!Для Криг - это4й роман, первый "Львица" про Лайнела и Кристину, друг Кейна. Все они классно написано и их интересно читать,так что читайте и наслаждайтесь чтением.
Замки - Гарвуд ДжулияАнна Г,
27.03.2014, 9.12





Присоединяюсь к положительным отзывам. Но коснусь одного нюанса, который ,правда, встречается у многих авторов. После болезненной ликвидации девственности, простыни так залиты кровью, что героине стыдно перед слугами и ей приходится их прятать. В студенчестве, во время изучения судебной медицины, нам демонстрировали одну экспертизу, когда молодой муж привел новобрачную с жалобами, что невеста не была целкой, т.к. КРОВИ БЫЛО МАЛО (!!!). Преподаватель объяснял ему, что он не барана резал, но муж остался при своем мнении. Может быть он тоже начитался таких романов.
Замки - Гарвуд ДжулияВ.З.,66л.
10.04.2014, 9.34





Обожаю Джулию Гарвуд, а книгу ещё больше!
Замки - Гарвуд Джулияирина
22.07.2014, 23.35





Замечательная книга!!!! Супер!!!
Замки - Гарвуд ДжулияНадежда
23.03.2015, 15.57





Замечательный роман и главные герои классные.В стиле Д.Гарвуд.10 б))) советую прочесть
Замки - Гарвуд ДжулияМорган
22.06.2015, 23.54





роман замечательный.Главный герой лапочка,настоящий мужчина,обожаю таких.Много классных сцен,особенно со свадьбой.Читайте не пожалеете)))
Замки - Гарвуд ДжулияМорган
22.06.2015, 23.57





О, многомудрая Алесандра, принцесса не знаю там, чего! Не знаю, что она вытворяла в монастыре, но приехав с целью выйти " взамуж" она наводит зеленую тоску свей правильностью и бесконечными списками! Герой занудливый упрямец, как у Островского:" Будем жить своими трудами- с!" Да бери ты уж ее мульены и строй корабли! В конце романа автор спохватилась и забила страницы таким старательным сексом, что хоть пособие выпускай! Злодея приплели для антуражу, а то б что наша гениальная принцесса разгадывала !
Замки - Гарвуд ДжулияЕлена Ива
25.06.2015, 12.09





Читала эту книгу в 20 лет. Тогда понравилась. Думала, какая организованная девушка со списками по любому поводу. А сейчас терпеть не могу таких скурупулёзных барышень, они не настоящие.
Замки - Гарвуд ДжулияОльга
18.12.2015, 14.59





Господи, какая нудятина... Глаза слипаются в сонном порыве. Героиня уже пол романа пытается своим поведением уговорить героя жениться на ней. Это так не правдоподобно описано все. Никаких описаний встреч после её приезда в Англию, никакого разговора о браке, объяснений внятных герою не дала. Просто все перед фактом ... Роман очень скудный .. Тяжело читать не отвлекаясь. Я конечно попробую его осилить. .. Но очень уж клонит в сон .
Замки - Гарвуд ДжулияМарика
27.02.2016, 19.17





Нет,это все же выше моих сил)))) не могу...
Замки - Гарвуд ДжулияМарика
27.02.2016, 22.21





Читаю и как-то нудновато. Дочитываю тк не привылка бросать недочитанным.
Замки - Гарвуд Джулиялена
3.03.2016, 9.27








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100