Читать онлайн Три розы, автора - Гарвуд Джулия, Раздел - Глава 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Три розы - Гарвуд Джулия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.24 (Голосов: 137)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Три розы - Гарвуд Джулия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Три розы - Гарвуд Джулия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гарвуд Джулия

Три розы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 10

С той минуты как он встретил Женевьев, она только и делала, что лгала — по крайней мере, такое создавалось впечатление, — и у Адама не было абсолютно никакой причины верить ей сейчас. Но несмотря ни на что, Адам Клейборн верил Женевьев Перри.
Если она не воровка, то должно быть какое-то логическое объяснение несомненному факту, что у нее находятся деньги, за которыми охотится Эзекиел Джонс. И он, Адам, хочет услышать это объяснение из ее собственных уст.
Он не произнес ни слова, пока они не разбили лагерь милях в двенадцати к югу от Грэмби. Адам попросил девушку последить за костром, а сам отправился посмотреть, нет ли поблизости их преследователей. К тому времени когда он возвратился, она уже развернула постель, а на огне варился в котелке кофе.
Женевьев ждала, пока Адам расседлает лошадей и поужинает, чтобы поговорить на неприятную для них обоих тему.
— По-моему, не слишком надежно хранить деньги в сумке: Эзекиел, несомненно, прежде всего примется искать именно там, — вполголоса сказала она.
— Одна надежда, что он не доберется до нее и не заглянет, — ответил Адам, вспомнив, что положил сумку рядом с постельной скаткой. — Куда ты дела деньги? — удивленно спросил он, увидев, что сумка исчезла.
Девушка указала на валун футах в двадцати от нее.
— Я спрятала сумку в кустах за камнем.
Адам сел рядом с ней и подкинул сучьев в огонь. Женевьев предложила ему яблоко и, когда он отрицательно покачал головой, положила его себе на колени.
— Тебе удалось выяснить, преследует нас Эзекиел или нет?
— Судя по всему, он на время вынужден был отказаться от этой затеи, — ответил Адам. — Облака сильно сгустились, и если даже он собирается продолжить погоню, то в такой темноте не разглядит наших следов.
— Не заметит ли он дым от костра?
— Сквозь такой туман? Вряд ли.
— Почему здесь так влажно?
— Мы недалеко от Джанипер-Фоллз, — пояснил Адам. — Женевьев, о чем ты думала, когда тащила с собой эти деньги? Да еще оставила их в конюшне.
— Никому и в голову бы не пришло позариться на старую постель, — сказала она. — Там они были в большей безопасности, чем в салуне.
Адам пытался говорить сдержанно.
— Думаю, тебе следует объяснить мне, каким образом попали к тебе деньги Эзекиела, если ты утверждаешь, что не брала их, — стараясь говорить сдержанно, произнес Адам.
— О, на самом-то деле я стянула деньги у него.
Адам открыл рот.
— Что-о?!
Она успокаивающе положила руку ему на колено.
— Не сходи с ума, пока не выслушаешь до конца. Да, я взяла деньги у проповедника, но они никогда ему не принадлежали. Можешь считать, что я украла их у вора. Да, именно так и есть, точнее не скажешь, — кивнула она.
— Давай-ка с самого начала и по порядку.
— Ненавижу, когда ты мне приказываешь!
— Я слушаю, Женевьев.
Его нетерпение раздражало девушку. Она кинула яблоко обратно в мешок и сложила руки на коленях.
— Я говорила тебе, что ходила в ту же самую церковь, что и твоя мама, и пела в хоре, — начала она. — Один раз в году, на Вербное воскресенье, прихожане выбирают проповедника для чтения проповеди. Однажды выбрали преподобного Томаса Керримана. Он попросил у нас помощи, сказав, что намерен везти в Канзас большую группу семей, которые хотят присоединиться к тамошним поселенцам. Эти люди оказались в очень тяжелом положении, Адам. У них не было ничего — ни денег, пи одежды, ни еды, — только одно желание: начать новую жизнь. Преподобный Керриман был их Моисеем.
— Он похож на Эзекиела Джонса?
— О нет, полная противоположность! Я знала Томаса еще до того, как он стал проповедником, — мы росли в одном приходе, и знаю достоверно, что он честный и порядочный человек. Он никогда бы никого не обманул.
— Так что же случилось?
— Эзекиел тоже был там. Он вышел вперед и пообещал Керриману помочь. Он указал на хор и сказал, что если его участники согласны, то он повезет нас по городам: мы будем петь, а все пожертвования тюйдут на дело Керримана. Эзекиел заявил, что мой голос гарантирует крупные пожертвования. — Она смущенно кашлянула.
— У тебя действительно красивый голос, Жеиевьев, — похвалил Адам.
— Спасибо, — ответила девушка. — Мой отец, говорил, что Бог каждому дает какой-нибудь талант и только от нас зависит, во зло или во благо мы его обращаем. Раньше я не понимала, что это значит. А теперь поняла.
— На примере Эзекиела?
— Нет, самой, себя. Я позволила ему вскружить мне голову уверениями в моей исключительности. Я любила выходить и солировать, Адам, я стала мечтать об известности и успехе! Я гордилась собой, а он все опутывал и опутывал меня паутиной лести. Мне так стыдно! Я вела себя как испорченный ребенок, — печально сказала девушка. — Я стала высокомерной и заносчивой, и очень скоро у меня осталась единственная подруга в хоре — Лотти.
— Та, которая послала тебе телеграмму?
— Да, — ответила Женевьев.
— Понятно… — неопределенно протянул Адам. — Итак, вы поехали по городам, пели и собирали деньги.
— Верно. — Женевьев вздохнула. — Эзекиел становился все требовательнее, мне не разрешалось даже никуда выходить с подругой. Он нанял людей следить за мной…
— Льюиса и Хермана?
Женевьев кивнула.
— Эзекиел сказал, что они будут меня защищать, если понадобится, но я боялась их больше, чем тех, от которых они якобы должны были меня защищать. Я все еще упрямо стремилась к своей мечте стать известной певицей, но потом кое-что произошло, и я поняла, какую пустую и мелочную жизнь вела.
— И что же случилось?
— Умерла моя мать, а я узнала об этом лишь через две недели после похорон. Мы пели в Бирмингеме, и одна из маминых подруг приехала туда, чтобы сообщить мне это печальное известие. Оказалось, что она послала Эзекиелу телеграмму, когда маме стало совсем плохо, но он скрыл это от меня. Никогда не прощу ни его, ни себя!
— Но если ты не знала…
— По его вине. Но и по своей тоже, — прошептала она. — Я должна была чаще приезжать и видеться с мамой, но, увлеченная своей мечтой, забыла о том, что для любого человека самое главное в жизни —семья.
— Эзекиел разрешил тебе уехать?
— Нет, но я все же сумела вырваться и побывала на могиле матери.
Он обнял ее за плечи и привлек к себе.
— А что с твоим отцом?
— Он умер за год до смерти мамы. — Женевьев тяжело вздохнула.
— Теперь я понимаю, почему ты так стремишься в Париж: единственный, кто у тебя остался из родных, — это дедушка. Да?
— Я… я не совсем точно сказала тебе насчет дедушки. Он в Париже, но…
— Но?
— Он давно умер. Я собираюсь туда, чтобы почтить его память.
— Почему ты хотела, чтобы я думал, будто он жив?
Она виновато посмотрела на него.
— Иначе бы ты узнал, что я совсем одна на свете, принялся бы жалеть меня, а мне не нужна жалость.
Увидев в глазах Адама нескрываемую нежность, девушка почувствовала непреодолимое желание свернуться клубочком у него на коленях и тесно прижаться к его груди. Чтобы удержаться от соблазна, Женевьев отодвинулась и сказала:
— Одиноких людей очень много, поэтому перестань смотреть на меня… такими глазами. Ты хочешь дослушать до конца или нет?
— Да, я хочу дослушать до конца.
Адам ласково погладил ее по руке. Ей так не хотелось, чтобы он убирал ладонь, но, как только она об этом подумала, он снова положил свою руку на колени.
— Получив известие о смерти матери, я решила ехать домой, и Эзекиел стал запирать меня в комнате. Я слышала, как он говорил Льюису, что я его кусок хлеба. Это было ужасное время! Смерть мамы все перевернула во мне. Я поняла, что моя мечта — совершеннейшая глупость. Я больше не хотела ни славы, ни успеха. Я подумала об отце, вспомнила его слова о том, что талант можно направить во благо и во зло, и сделала выбор: решила петь за деньги только тогда, когда не будет выхода.
— Ты пела в салуне за деньги.
— Да, но вовсе не для того, чтобы потешить свое тщеславие. И потом я пела только гимны. Нам нужны были деньги на еду и на кров.
— У тебя почти пять тысяч долларов, — напомнил он.
— Но это не мои деньги… Они принадлежат преподобному Корриману и семьям, которых он везет на поселение.
Адам кивнул, он все понял.
— Расскажи, как тебе удалось забрать деньги у Эзекиела.
— Однажды днем, когда мы были в Новом Орлеане, я сидела в саду.
— Где были твои охранники?
— В тот день за мной следил Лыоис. Я дала ему запереть себя в комнате, а потом осторожно выбралась через окно и убежала в сад при церковном дворике. Так вот, я слышала, как Эзекиел хвастался, что он собрал больше четырех тысяч долларов и ни цента не думает отдавать Томасу Керриману.
— И что на это ответил Томас?
— Он пригрозил обратиться к властям. Эзекиел рассвирепел. Он заорал, что убьет Томаса, если тот скажет кому-нибудь хоть слово, что ему уже случалось убивать и ему это раз плюнуть. Тут выскочили Лыоис и Херман, напали на Томаса и повалили на землю, а потом Эзекиел подбежал и принялся пинать его ногами. От испуга я даже не могла закричать. Опомнившись, я бросилась было разнимать их, но, к счастью, подоспели другие. Лыоис и Херман удрали, а Эзекиел, высокомерный, как всегда, спокойно повернулся и не спеша пошел к церкви.
— Тогда ты и решила забрать у него деньги?
— Да. Я пошла в его комнату и нашла их под матрасом. Глупец, он спал на них каждую ночь! Я положила деньги в сумку и сбежала.
— В Роуз-Хилл?
— Нет. Томаса забрали в больницу, поэтому я некоторое время скрывалась в Новом Орлеане, ожидая, когда он выйдет оттуда, чтобы передать ему деньги. Я не посмела навестить Томаса, опасаясь, что за ним следят люди Эзекиела, Но наконец я набралась храбрости, прокралась ночью в больницу и узнала, что Керриман уже уехал в Канзас.
— Именно туда ты и направляешься?
— Да, — ответила Женевьев. — Из Нового Орлеана я собиралась прямиком отправиться на поселение в Канзасе, но меня беспокоил Эзекиел. Ведь я стала невольной свидетельницей его гнусного нападения со своими подручными на Томаса, видела, как Керримаиа били,и он наверняка догадался, что деньги взяла именно я, и понял, с какой целью. Я боялась погони, мне совсем не улыбалось попасть в засаду.
— Поэтому ты и приехала в Роуз-Хилл?
— Я думала спрятаться на ранчо хоть па время, так как была абсолютно уверена, что там Эзекиел не станет меня искать.
— Господи, ну почему ты не рассказала мне все, когда мы сидели в библиотеке?
— Я не хотела тебя втягивать во все эти дела. Мои заботы — это мои заботы, и я должна сама с ними справляться. И потом: поведай я тебе о своих трудностях, ты непременно настоял бы на том, чтобы я отдала тебе деньги Томаса на хранение.
— Точно, — согласился Адам.
— Ну вот видишь. Я не хотела подвергать твою жизнь опасности и не хотела, чтобы кто-то другой отдал деньги Томасу. Он должен был знать, что я не заодно с Эзекиелом. Для меня это очень важно.
— Уверен, что он это и так знает.
— Я обязательно скажу Керриману, как мне жаль, что я оказалась такой слепой! Эзекиел ведь не отступится от своего, как ты думаешь?
— Это верно. Да за пять тысяч долларов он любому глотку перегрызет!
— Можешь мне кое-что пообещать? — Она заглянула ему в глаза. — Если со мной, не дай Господи, что-нибудь случится или мы вынуждены будем разделиться, ты отвезешь деньги Томасу?
— Я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.
— Адам, эти деньги необходимы тем людям. Они на еду и одежду, понимаешь? Обещай мне! — потребовала она.
— Обещаю, — твердо ответил он. Женевьев опустила голову.
— Можно себе представить, что ты обо мне думаешь! Я была такая глупая, тщеславная…
Адам наклонился и поцеловал ее.
— У тебя такое доброе сердце, — хрипло проговорил он. Она быстро отстранилась от Адама.
— Ты… Ты не можешь.., не должен так думать. Вовсе у меня не доброе сердце! Будь я поменьше занята своей особой, я сразу раскусила бы Эзекиела. Я вела себя как дура, происшедшее было для меня хорошим уроком. Теперь ты понимаешь, откуда во мне столько неверия? И цинизма? — немного помолчав, серьезным тоном спросила она.
Адам с трудом подавил желание рассмеяться.
— Даже если ты очень сильно захочешь стать циничной, у тебя это никогда не получится. Ты самая доверчивая душа, какую я когда-либо встречал в своей жизни. У тебя действительно прекрасное, доброе сердце, поверь мне, Женевьев!
— Ты опять… — прошептала девушка.
Он медленно усадил ее к себе на колени. Она не противилась, более того: она сама обвила его шею руками.
— Что опять? — спросил Адам.
— Опять сказал, что у меня доброе сердце, шептала она еле слышно. — Не надо.
— Почему?
— Потому что мне это слишком приятно. — Она потупилась. — Ты ведь собираешься снова меня поцеловать? Да? Не стоит. Я должна уехать в Париж, а ты вернешься домой. Когда наступит время расставания и каждый из нас отправится своей дорогой, мне будет слишком тяжело, я буду грустить о тебе. Останемся друзьями, ладно, Адам? Хотя, если быть честной, мне очень хочется, чтобы ты сейчас поцеловал меня. Всего один раз, последний, а потом…
— Пожмем друг другу руки? — бросил он сухо.
— Да, и можешь по-братски чмокнуть меня в щеку.
Неужели она говорит всерьез? Неужели не понимает, что их отношения стали более глубокими, чем просто дружеские? Впрочем, он сам во всем виноват. Он ведь не говорил ей о своих чувствах. Он вообще не обсуждал с ней это. Он заботился о ней, он думал только о ней, но ни разу не сказал о том, как она ему дорога.
— Я думаю, тебе следует узнать, что я никогда не целую друзей, не чмокаю в щеку братьев и, конечно уж, не называю их «дорогими».
— Мы не можем увлечься друг другом.
— Мы уже увлечены. Она казалась растерянной.
— И совершаем ошибку, — растерянно проговорила она. — Ты ведь и сам это понимаешь, правда? Ты хочешь мира и покоя, у тебя размеренная, устоявшаяся жизнь, и я только помеха.
— Не надо заниматься уничижением. Да, ты упряма и своенравна, тут ничего не скажешь, но нарушителем спокойствия тебя уж никак не назовешь. И то, что я испытываю к тебе, тоже отнюдь не назовешь сугубо дружескими чувствами.
Женевьев осторожно высвободилась из его объятий, но Адам тут же снова прижал ее к груди и прошептал:
— Просто у меня нет шансов, да?
Женевьев не поняла, что он имеет в виду, но Адам не стал ей ничего объяснять — просто завладел ее губами. Это не был дружеский поцелуй. Страсть буквально пронизывала Адама. Для Женевьев его близость была блаженством, бальзамом, разливавшим свою сладость по всему ее телу, словно объятому пламенем. Ее губы, сначала сжатые, медленно, словно неохотно, приоткрылись и потом, побежденные, начали отвечать со все возрастающей страстью. Адам слышал, как у его груди гулко и неровно бьется ее сердце; его собственное, казалось, вот-вот разорвется от переполнившего все его существо чувства неземного наслаждения. Прерывисто дыша, он наконец оторвался от ее губ. Женевьев застонала, и этот стон любви прозвучал для него настоящей музыкой.
Черт побери, нет, он ей не друг!
— Ты все еще хочешь пожать мне руку? — спросил он девушку, возвращаясь к прежнему разговору, и без тени иронии посмотрел ей в глаза. Она положила голову ему на плечо и закрыла глаза, наслаждаясь блаженством мига.
Адам долго держал ее в объятиях, потом нежно отстранил от себя; он ни о чем не хотел сейчас думать, кроме ее желанного, податливого тела, но, к сожалению, мысли об Эзекиеле Джонсе разрушили идиллическое настроение.
— О чем ты подумал? — тихо спросила Женевьев.
— О проповеднике, — так же тихо ответил он.
— Я догадалась, что о чем-то неприятном, Ты стиснул меня так сильно, что я чуть не задохнулась, а твое тело затвердело, как камень.
Он заставил себя расслабиться.
— Так лучше?
— Да, — ответила Женевьев. — Наверное, мне пора слезть с твоих коленей, но мне совсем не хочется шевелиться, — призналась она. — Я тоже думала о нем. Считаешь, он сказал правду насчет того, что ему уже доводилось убивать? Или просто пугал?
— Мне кажется, Джонс говорил правду, и я хочу узнать всю его подноготную. Как его настоящее имя?
— ГеНри Стивене, — сообщила Женевьев. — Я слышала, как Льюис однажды назвал его так. Эзекиел пришел в бешенство. Он угрожал Льюису, кричал, что если тот еще когда-нибудь посмеет назвать его этим именем, то сильно об этом пожалеет. Так вопил, что половина хора все слышала.
Значит, Генри Стивенс. Ладно, Адам это запомнит. Интересно, проповедник сменил имя, потому что решил стать другим человеком или хотел избежать наказания за совершенное преступление? Адам решил выяснить это как можно скорее.
— Когда мы доберемся до Солт-Лейк-Сити, то мы пойдем к начальнику полиции.
— Вряд ли мы его застанем. Ты помнишь, мистер Стипл говорил насчет ограбления банка в Миддлтоне? Все служители правосудия сейчас там.
План возник в голове Адама внезапно, и настолько удачный, что он даже довольно улыбнулся. Да, идея прекрасная, и, если это сработает, стоит рискнуть. Эзекиел получил бы по заслугам, и Адаму не потребовалось бы его убивать. Но было много «если»: если он сможет найти безопасное место для Женевьев, если заманит Эзекиела за собой в Миддлтон, если шериф окажется там!.. Вот тогда Адам привел бы этого ублюдка Эзекиела прямо ему в руки.
— Я думаю, мы должны разделиться, — сказала Женевьев.
Сама того не ведая, она высказала вслух его мысли.
— Ты так думаешь? — спросил он.
— Да, — сказала Женевьев. — Один из нас должен повести Эзекиела на север, а другой — взять деньги и ехать в Канзас.
— Пока я не разберусь с Эзекиелом и его дружками, деньги надо положить в банк, — возразил Адам.
— Ты с ума сошел! Да ты знаешь, сколько банков грабят в этих местах? Деньги непременно украдут. Мой план лучше.
— Нет, мой. Мы найдем безопасное место для тебя, а я вплотную займусь Эзекиелом.
— Это даже не подлежит обсуждению — это мое дело.
— Это наше общее дело. Ты со мной не поедешь. Я стану за тебя волноваться и не смогу сосредоточиться на деле.
— Очень приятно, что ты за меня волнуешься, Адам, но я не желаю оставаться в стороне. Неужели я буду где-нибудь спокойно отсиживаться, пока ты подвергаешь себя серьезному риску? Даже слышать об этом не хочу. Он улыбнулся.
— Говоря о безопасном месте, я вовсе не имел в виду запереть тебя в какой-то комнате. Я собирался устроить тебя там, где Эзекиел ни за что не стал бы искать ни тебя, ни деньги.
— Такого места нет.
Чтобы Женевьев перестала с ним спорить, он снова поцеловал ее.
— Доверься мне. Я действительно знаю великолепное местечко, которое как нельзя лучше отвечает моему плану.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Три розы - Гарвуд Джулия



3 мини-романа в одной книге.Очень лёгкие,иногда с юмором красивые истории любви 3-х названых братьев Клейборн.А их любимые им под стать!Живо,динамично и интересно!Особенно понравиться тем,кто не любит тягомотину!
Три розы - Гарвуд Джулияmaksana74
28.05.2011, 14.01





Начало истории в романе "Две розы", кто знает продолжение?
Три розы - Гарвуд ДжулияТатьяна
10.04.2012, 18.13





Читаем пРОДОЛЖЕНИЕ в "Когда придет весна"
Три розы - Гарвуд ДжулияТатьяна
11.04.2012, 1.45





"две розы" мой любимый роман
Три розы - Гарвуд Джулиятаня
3.11.2012, 23.36





Очень нравятся романы писательницы. Три розы - легкий и захватывающий роман. Жаль про Коула нет продолжения, ведь он один избежал брачных уз....
Три розы - Гарвуд ДжулияЕкатерина
20.04.2013, 15.38





читать можно. самая интересная книга про Трэвиса, на мой взгляд.
Три розы - Гарвуд Джулиямаруся
25.06.2013, 19.12





Кто тут за Коула обиделся? Выше Татьяна уже подсказала - читаем "Когда придет весна". Берем и читаем!
Три розы - Гарвуд ДжулияKotyana
9.07.2013, 17.43





все три романа так себе,не впечатлили.Когда придет весна его можно почитать и рассказ про Мери Роуз,остальное туфта.
Три розы - Гарвуд Джулияb
20.01.2015, 14.44





Очень понравился. И сюжетом, и героями, их единением, их преданностью друг другу!10 баллов.
Три розы - Гарвуд ДжулияЖУРАВЛЕВА, г. Тихорецк
12.06.2015, 11.14





Супер!!! 100 баллов!!!
Три розы - Гарвуд ДжулияНадежда
25.07.2015, 16.57





Приятно отдохнула.
Три розы - Гарвуд ДжулияНаталья 66
6.02.2016, 10.33





Мило...очень мило. Как 3 брата Клейборн поженились. Написано с тонкой иронией и юмором. Если Вы причли "Две розы", то и этот роман следует прочесть. И Ваше сердце успокоится!
Три розы - Гарвуд ДжулияВ.З.,68 л.
27.06.2016, 12.49





В.З.,68л.Ооо,ну наконец то вы здесь,а то я уже переживать начала,так давно не видела Ваши комментарии.А можно спросить,а как вы читали?,сайт уже недели две как не работает.Поделитесь пожайлуста. С уважением с
Три розы - Гарвуд Джулияс
27.06.2016, 15.16





Да, абсолютно согласна с с, я тоже обратила внимание, что давненько не было комментариев от В.З.,68л. Много интересных книг мною прочитано благодаря Вашим отзывам, очень точным и лаконичным!
Три розы - Гарвуд ДжулияОльга
27.06.2016, 17.13








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100