Читать онлайн Прекрасная колдунья, автора - Гарнетт Джулиана, Раздел - Глава СЕДЬМАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Прекрасная колдунья - Гарнетт Джулиана бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.64 (Голосов: 14)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Прекрасная колдунья - Гарнетт Джулиана - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Прекрасная колдунья - Гарнетт Джулиана - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гарнетт Джулиана

Прекрасная колдунья

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава СЕДЬМАЯ

Солнечный свет искрился в сердцевине колокольчика, переливаясь в густой синеве. Джина слегка коснулась цветка, и капля росы скатилась на палец с влажного лепестка. Легкий ветерок играл шелком травы; гибкие ветви орешника раскачивались над головой. Она подняла глаза. С запада наползали тучи, предвещая дождь. Лучше вернуться, чтобы помочь Элспет и Бьяджо свернуть шатер.
К этому времени, по ее расчетам, гнев их должен был пройти, хотя Бьяджо, весьма вероятно, будет еще долго дуться на нее. Почему он так ненавидит Рональда? Эта неприязнь возникла почти мгновенно. Бьяджо увидел его в первый раз в чаще, когда они вместе разглядывали всадников сквозь ветки боярышника, и ему сразу не понравился этот высокомерный светловолосый рыцарь, возглавляющий отряд.
Джина старалась как можно меньше говорить со своими спутниками о Рональде, но Бьяджо сам узнал, что он — потомок знатного рода. Теперь они с Элспет наверняка начнут изводить ее, доказывая, что на высокомерного английского лорда нелепо рассчитывать как на защитника.
Солнце закрыла огромная туча, и стало ясно, что дождя не миновать. Джина ускорила шаг, пробираясь сквозь заросли орешника. Ее длинная пунцово-красная юбка зацепилась за ветку, и девушка остановилась, чтобы отцепить ее. В этот момент невдалеке послышался треск веток, и Джина сосредоточилась на мыслях приближавшегося человека, пытаясь определить, кто это.
…Джина… не самое подходящее имя для доброй феи!.. Она обманывает Рона, а он ничего не видит… Эта ведьма скорее погубит его коня, чем вылечит! Но разве он поверит, если я скажу ему это? Нет, Рон слишком беспечен и неосторожен с ней…
Ну конечно же, это Брайен! От него исходило множество мыслей, некоторые — на языке, которого она не знала, но господствовали надо всем образы Рона, уплывающего в хрустальной лодке, и ее самой, — злобно хохочущей и торжествующей. Этот человек и правда весь во власти своих страхов! Недаром при каждой встрече он так смотрит на нее: мрачно и подозрительно, точно на какую-то зловредную старую каргу. Ну ладно же! Если он думает, что она — существо демоническое, пусть так и будет!
Когда Брайен подошел ближе и его коренастая фигура появилась среди высоких гибких кустов орешника, Джина забормотала что-то бессмысленное себе под нос и принялась плавно кружиться среди колокольчиков, примул, лесных анемонов и желтых одуванчиков. Подол ее юбки обвился вокруг лодыжек, и крошечные бубенчики зазвенели на ногах. Потом она стремительно наклонилась, сорвала нежный цветок колокольчика и заговорила, держа его высоко в тонких лучах света, проникавших сквозь листву.
— Колокольчик, колокольчик, — почти пропела Джина, — принеси мне удачу до завтрашней ночи. Принеси!.. Принеси!..
Потом опустилась на колено, засунула цветок в правую туфлю и подняла глаза на Брайена, приросшего к месту в нескольких шагах от нее.
— Привет тебе, храбрый рыцарь! Спрашивай меня, что хочешь, и я должна буду сказать тебе всю правду, потому что ношу колокольчик в своей туфле.
Это было распространенное поверье, Джина была уверена, что Брайену оно хорошо известно. И он попался на удочку, направившись к ней с твердым намерением выведать у нее всю правду.
— Тебя называют Джиной, — начал он, слегка откашлявшись, поскольку слова застревали в горле. — Я должен знать, чего ты хочешь от моего лорда.
Она удивленно подняла брови и скривила губы в надменной улыбке.
— Он знает, чего я от него хочу. Но чего он сам хочет от меня?
Она протянула руку и погладила только что распустившийся цветок жимолости, качающийся на тонкой ветви, а потом перевела взгляд на лицо Брайена. Пальцы ее сомкнулись, и, оторвав цветок от ветки, Джина крепко зажала его в руке.
— Хочешь, я сделаю венки из цветов для нас обоих, сэр Брайен? Ты ведь слышал, что они делают людей невидимыми? Хочешь попробовать? А танцевал ли ты когда-нибудь с феями в ночь накануне Иванова дня? Рвал на ночных полянах первоцвет до рассвета, произнося магические заклинания?
Брайен испуганно попятился от нее и сунул руку в сумку на поясе, дрожащими пальцами стараясь нащупать амулет. Джина рассмеялась. Что она могла тут поделать? Этот здоровенный сильный рыцарь дрожал от страха перед феями, как мальчишка!
Ее смех заставил Брайена прийти в себя. Он сделал глубокий вдох и посмотрел на нее.
— Ты его не получишь, колдунья! Я не позволю тебе похитить Рона! Он может в это не верить, но я-то знаю о духах и феях и сумею его защитить…
Джину так и подмывало еще подразнить его, но она решила остановиться. Не стоит настраивать Брайена против себя, она и так уже зашла слишком далеко. Поэтому она только небрежно пожала плечами и перебила его:
— Если ты хочешь, чтобы я вылечила его коня, отведи меня туда, пока я в настроении. Потом я, может, и не захочу этого.
Брайен уставился на нее широко раскрытыми от изумления глазами.
— Я же не говорил тебе, зачем пришел…
— А мне и не надо говорить, хотя в этом нет ничего сверхъестественного. Лошадь захромала еще вчера, но твой лорд не прислушался к моим предостережениям. — Она бросила цветок и сдула с ладони желтую пыльцу. — Но сначала я должна сходить за своей шкатулкой с травами и целебными мазями. Или ты думаешь, что я вылечу ее при помощи заклинаний? — И поскольку Брайен явно колебался и не двигался с места, нетерпеливо добавила: — Так ты идешь? Или, может, мне отправляться одной?
Брайен наконец решился и неохотно последовал за ней сквозь заросли орешника и жимолости на поляну, где был раскинут сарацинский шатер. Ветер трепал его разноцветные шелка, а Бьяджо возился, убирая распорки. Заметив, что Джина приближается с одним из рыцарей Рональда, он подбоченился и хмуро взглянул на нее.
— Мне нужна моя шкатулка с травами, — чтобы предупредить Бьяджо, Джина заговорила первой. — Принеси ее из повозки.
Наступило напряженное молчание. Солнечный свет слабо проникал сквозь облака, высвечивая темные волосы Бьяджо. Было очевидно, что ему очень хочется как-то выразить свое неудовольствие, но Джина строго смотрела на него, и он не решался. Наконец он пожал плечами и пошел к открытой повозке, неловко припавшей на одно колесо: сломанная ось все еще была в починке у деревенского тележника. Бьяджо приподнял покрышку и вытащил шкатулку с травами.
— Не забудь зубы дракона и сердце единорога! — не удержался он, протягивая ей обитый кожей ящичек.
Краем глаза Джина заметила, как Брайен содрогнулся от ужаса.
— Прекрати, Бьяджо! — бросила она. — И скажи Элспет, что я буду в деревне.
Заметно притихший Брайен молчал всю обратную дорогу, но сознание его переполняли такие страшные мысли и образы, что Джине пришлось даже воздвигнуть мысленные барьеры между его сознанием и своим, чтобы избавить себя от них. И все-таки сквозь дикие суеверия и нелепый страх проступала такая беззаветная преданность ирландца своему лорду и другу, что Джина не могла не восхищаться. Он искренне заботился о Рональде, искренне любил его. И за это она готова была простить ему даже то, что он хотел во что бы то ни стало оградить Рона от нее.
Она не боялась Брайена. Наоборот: уверилась, что, имея таких преданных друзей, Рон наверняка сможет вернуть ей то, что она потеряла.
В конюшне царил полумрак, а в углах на соломе лежали стонущие люди и воняло зловонными нечистотами. Джина растерянно остановилась в дверях: она была ошеломлена увиденным. Ей не приходило в голову, что эти люди будут чувствовать себя так ужасно, — ведь считалось, что они уже поправляются. Она-то думала, что зелье, которое она подлила им в вино, вызовет только легкое недомогание, достаточное, чтобы они не смогли уехать из Вайтема…
Мучаясь угрызениями совести, Джина направилась к стойлу, где находился рослый черный жеребец Рональда. Конь захрапел, вскидывая свою большую голову и дергая поводья; было видно, что больная нога не дает ему покоя. Джина поставила шкатулку на скамью и постаралась сосредоточить свои мысли на лошади. Как прежде с Байошей, она выкинула из головы все, кроме мыслей о страждущем животном, и вскоре почувствовала источник его страданий. Да, как она и говорила Рону, у коня было внутреннее воспаление бабки. Припарка, наложенная оруженосцем, не ухудшила его состояния, но и не помогла.
Подошедший Морган взял в руки уздечку и намотал лошади длинную веревку вокруг мягкой верхней губы. Это был обычный способ заставить лошадь стоять неподвижно, но Джина взглянула на него и покачала головой.
— Не нужно. Это лишь еще больше будет мучить его.
— Если этого не сделать, — возразил Морган, — ты не сможешь даже подойти к нему, не то что наложить свою мазь.
Девушка улыбнулась.
— Не беспокойся. Он не причинит мне вреда.
Оруженосец скептически хмыкнул и проворчал что-то на уэльском наречии, которого она не понимала. Никто из этих людей не доверял ей! Все они надеялись, что ее неудача докажет наконец Рону, что она не стоит его внимания…
Но сама она намеревалась доказать им как раз обратное!
Похлопав коня по шее, Джина прошептала несколько ласковых слов на тайном языке лошадей, которому она научилась у жителей аравийской пустыни, чье умение обращаться с лошадьми давно уже сделалось легендой. Потом она достала маленькую баночку с резко пахнущей мазью, кусок мягкой ткани и снова приблизилась к жеребцу. По его черной блестящей шкуре, обтягивающей могучие мускулы, прошла мгновенная дрожь. Захрапев, он снова натянул поводья, которые держал оруженосец, и округлил глаза, показывая белки.
— Отойди подальше, — сказала Джина Моргану, но тот отрицательно покачал головой.
— Я не хочу потом объяснять лорду, почему на лошадиных копытах следы твоей крови!
Она пожала плечами и положила руку на дрожащий лошадиный круп. Конь всхрапнул, но не отдернулся, и Джина улыбнулась.
— Видишь? Мне он ничего не сделает, но ты должен отойти. Конь нервничает из-за тебя.
— Из-за меня? Черт побери! Ну ты и отчаянная девица!
— Отойди, Морган, — вмешался вдруг Брайен. — Ты же предупредил ее.
Улыбка Джины стала еще шире. Если он думает, что ему удастся избавиться от нее таким способом, то ошибается!
Морган неохотно отпустил повод коня и отступил, прислонившись к каменной стене.
— Уйдите из стойла! — твердо сказала Джина. — Я не хочу, чтобы вы были здесь, пока я лечу его.
Выругавшись по-уэльски, оруженосец бросил на нее разгневанный взгляд и вышел из стойла. Брайен, чуть помедлив, последовал за ним, а Джина начала ласково говорить с жеребцом, медленно приближаясь к его голове. Все еще нервничая, конь заржал; Джина чувствовала, что его животный разум сосредоточился на источнике боли, на резких, пронизывающих толчках в ноге.
Дотронувшись до головы, она легко пробежала рукой по блестящей холке коня, а оттуда вниз к ноге, потом еще ниже, пока не встала на колени у его огромных копыт. Эти смертоносные копыта с тяжелыми железными подковами могли вмиг затоптать упавшего человека или нанести в схватке сокрушительный удар другой лошади. Но жеребец стоял спокойно, лишь слегка подрагивая, словно чувствовал, что она поможет ему. И тогда Джина, подняв одно из тяжелых копыт, опустила его на свое склоненное колено. Равновесие коня удерживалось на трех ногах, но, пока она осторожными касаниями накладывала целебную мазь, тихо приговаривая успокаивающие слова, он вел себя смирно. Работая, Джина непрерывно разговаривала с жеребцом. Она хвалила его силу и красоту, его большое сердце и его предков, и, казалось, он понимал ее. Пока она накладывала повязку, он опустил свою большую голову и мягко провел носом по ее волосам, дыша влажным теплом в шею. Перевязав лошадиную ногу мягкой тканью и закрепив ее прочным узлом, Джина поднялась. Спина ее болела: пришлось довольно долго пребывать в неудобном положении, удерживая к тому же вес огромной ноги жеребца. Потирая спину руками, она прогнулась, чтобы расслабить затекшие мышцы, и вздрогнула, внезапно услышав голос за спиной.
— Позволь, я помогу, — шутливо сказал подошедший Рональд; в проеме двери она увидела Брайена и Моргана. — Эти двое, кажется, не решаются двинуться с места, — кивнул он на них с озорным блеском в глазах.
Джина пожала плечами.
— Наверное, боятся, что ты заменишь их кем-то, кто лучше понимает лошадей.
Он рассмеялся и прислонился к дубовой стойке.
— Бояться им нечего. Я предан тем, кто предан мне.
— Хорошо, если так. Но некоторые люди легко меняют свои пристрастия…
— Я — нет. Хоть я и не против того, чтобы принимать помощь от посторонних людей. — Он показал на пустую баночку на полу стойла. — А чем ты лечила мою лошадь?
Джина взглянула на Брайена и широко улыбнулась.
— Истолченными крылышками фей и сердцем единорога. Нерожденного единорога!
— А не зубами дракона?
— Я пользуюсь ими только в полнолуние. — Она опять посмотрела на Брайена и едва не расхохоталась. Он, казалось, начал подозревать, что его разыгрывают, но все еще не мог победить своих суеверий. И эта борьба отразилась на его лице.
— Она посылала своего слугу за зубами дракона, милорд! — яростно зашептал он. — Я сам слышал!
Рон удивленно взглянул на нее, и Джина пожала плечами.
— Это была просто шутка, но твой приятель никогда не поймет этого.
— В таком случае, не мучай его. И потом — ведь неизвестно, кто из нас прав. Вдруг окажется, что я сам дурак, оттого что не верю в разных фей и духов?
Джина загадочно улыбнулась.
— Да, милорд, может быть…
Он удивленно поднял брови, но ничего не ответил, а вместо этого протянул ей руку:
— Пойдем со мной, прекрасная Королева эльфов. Я заплачу тебе за то, что ты вылечила моего коня.
— А ты не желаешь подождать и посмотреть, вылечила ли я его на самом деле? Что, если у него вдруг вырастут крылья или он превратится в мышь? — отшутилась она.
— Рискну поверить.
Пожав плечами, Джина взяла свою шкатулку с травами, но вдруг приостановилась и нерешительно взглянула на него.
— У меня есть средство, чтобы вылечить твоих людей, если ты согласен рискнуть и этим.
— Я-то готов, но не уверен, что у моих людей хватит на это смелости. — Он заколебался, потом сказал: — Но предложи им: может, найдется человек, который так страдает, что ему уже все равно.
Джина оглядела засушенные листья и цветы, аккуратно разложенные в ее шкатулке, и взяла по две щепотки мяты, розмарина и руты. Поднявшись, она протянула их оруженосцу.
— Если ты сомневаешься, то завари это сам. Прокипяти их с медом и дай эту микстуру тем людям, которые хотят чувствовать себя лучше.
Морган явно колебался, но потом, бросив на Рональда быстрый взгляд, все-таки взял травы и кивнул. Они тихо поговорили о чем-то по-уэльски, и оруженосец ушел, а Рональд обернулся к ней и снова протянул руку.
— Пойдем, цветочек, посмотрим, на что способна эта трактирная кухня. Раз сегодня день чудес, возможно, и с ней произошло чудо.
Джина заколебалась. Ей показалось, что за его добродушной улыбкой что-то еще таится, хотя она не могла понять, что именно. Но отказаться значило опять отложить разговор о его обете. А как знать, когда они увидятся снова? Нужно было ловить подходящий момент.
Поэтому она дала ему руку и пошла с ним в трактир, досадуя, что нельзя смыть запах лошадиного пота, а заодно и переодеться. Ее наряд состоял из простого шерстяного платья с засученными до локтя рукавами и широкого матерчатого кушака, опоясанного вокруг талии — и больше ничего, никаких украшений. Порывом ветра подхватило широкий подол ее платья, так что ей пришлось придержать его одной рукой. Небо заволокло тучами, и на плечо ей упали первые дождевые капли. Рональд обхватил ее за талию и прибавил шаг, так что она едва поспевала за ним.
И снова Джина почувствовала уже знакомый жаркий трепет и тревожное волнение в груди. Все это очень не нравилось ей. Ей не нравилось, что пульс ее учащается всякий раз, когда Рон вот так улыбается ей, обнажая белую кипень зубов, а глаза его, осененные густыми ресницами, так весело сверкают, что невольно хочется улыбнуться в ответ. Джину почти пугало то, что она не может сдержать ответную улыбку и что ей хочется, неудержимо хочется коснуться пальцами его лица, погладить губы, подбородок…
Должно же быть какое-то лекарство от этого! Надо будет разузнать, поискать, выяснить у Элспет. Есть же, наверное, какая-то трава или растение, какое-то целебное средство, чтобы избавить ее от желания поминутно улыбаться ему, как какая-то безмозглая идиотка! Наверняка она похожа на тех влюбленных дурочек, которых она всегда презирала…
— Тут ступеньки, — пробормотал Рон и вовремя: Джина поняла, что все время так неотрывно смотрела ему в лицо, что едва не споткнулась о ступеньку на крыльце трактира.
О Господи, до чего же еще она может дойти, прежде чем достигнет своей цели?!
Лицо ее все еще горело, когда Рон, не обращая внимания на других посетителей, повел ее к столу у окна. И поделом ей! Это возмездие за то, что опоила его людей. И за то, что смеялась над Брайеном… и дразнила Бьяджо… У нее столько грехов, что трудно сосчитать! Она заслужила это и должна еще радоваться, что не получила чего-то похуже…
Джина никак не могла успокоиться — особенно после того, как Рон уселся на скамью рядом с ней, сапогом касаясь ее платья, а коленом дотронувшись до бедра. Он придвинулся так близко, что она увидела топорщившиеся волоски у него на висках, и ей немедленно захотелось пригладить их. Пришлось даже крепко сжать руки на коленях, чтобы подавить это желание. Склонив голову, Джина с отчаянием уставилась в исцарапанную крышку дубового стола.
— Поведай-ка мне, как тебе удалось стать такой сведущей в травах и лошадях, — попросил он шутливо.
Это был тот случай, когда она могла позволить себе сказать правду:
— В аравийских пустынях многие разбираются в лошадях. Тому немногому, что я знаю, я научилась у бедуинов.
— А мазь?.. Она, конечно, была не из крылышек фей и не из сердец единорогов. Но мне все же интересно знать, из чего она.
— Из конского каштана. — Джина осмелилась поднять на него взгляд и даже слегка улыбнуться. — Если его истолочь и смешать с гусиным жиром, он очень хорошо помогает. Никакой магии, ничего таинственного! Это самая обычная мазь.
— А признайся: тебе ведь нравится изображать из себя этакую колдунью!
— А ты уверен, что я не колдунья? — поддразнила она, проведя пальцем по глубокой трещине на крышке стола. — Может быть, я переодетая принцесса, откуда ты знаешь? Или Королева эльфов, которая увезет тебя на хрустальной лодке в волшебное царство…
Рон нахмурился.
— Это Брайен наговорил тебе?
— Ему и говорить не пришлось. Он ведь ирландец! А они все помешаны на эльфах, феях и прочей нечистой силе.
Заметив, что к ним приближается дочь трактирщика, Джина замолчала, невольно переключив внимание на эту девицу. Как и следовало ожидать, ее мысли были заняты в основном мужчинами, но одна из этих мыслей заставила Джину удивленно приподнять бровь. Среди образов, мелькающих в примитивном сознании девицы, она обнаружила Бьяджо — его смуглое улыбающееся лицо… Причем был он там явно не на последнем месте! При мысли о Бьяджо синие, томные глаза девицы приняли мечтательное выражение, а изрытое оспинами лицо засияло… Черт возьми! Вот не думала, что Бьяджо может опуститься так низко! Хотя наверняка он просто пофлиртовал немного с этой особой, а та вообразила, что у нее с ним любовь. Только этого не хватало!
Девица повернулась к Рону, и образ Бьяджо тут же исчез: теперь все ее внимание было обращено на этого светловолосого рыцаря, глядевшего на нее с улыбкой на твердых губах. Глаза Джины сузились, она без труда смогла прочесть мысли дочери трактирщика: в ее представлении этот сильный, соблазнительный мужчина уже развязывал шнуровку ее корсажа… Ну уж, только не это!
— Что ты пялишься на каждого мужчину, которого обслуживаешь, потаскушка? Долго еще мы будем ждать свой обед?
Рон удивленно повернулся к ней; Джина сама не могла понять, что это на нее нашло, и смущенно добавила:
— Я что-то ужасно проголодалась…
Рон слегка улыбнулся.
— Хочешь, я закажу тебе говяжий бок?
Она вспыхнула.
— Нет! Хватит и небольшого кусочка. — И, взглянув на служанку, капризно добавила: — И немного спаржи, если она у вас тут есть.
Когда дочь трактирщика, пылая от возмущения, вылетела из общей залы, Джина облегченно вздохнула, но, увы, оказалось, что рано. Входная дверь с шумом распахнулась, и вошел один из рыцарей Рональда, озабоченно шаря глазами по комнате. Увидев их, он быстро подошел, и Джина невольно напряглась. Рыцарь буквально трясся от ярости и возмущения, и она с испугом поняла, что гнев этот направлен на нее!
— Милорд, — заговорил тот решительно, устремив на Рона многозначительный взгляд. — Я бы хотел поговорить с вами наедине.
Рон пожал плечами, и они отошли в дальний угол залы. Но Джине ничего не стоило проникнуть в мысли рыцаря, и ее охватил ужас… В спешке она забыла на конюшне свою шкатулку с травами и даже не подумала, что кто-то может заинтересоваться ею. А этот человек, похоже, что-то понимает в травах и узнал некоторые из них. Но главное — он понял причину болезни, от которой солдаты стонут сейчас в конюшне! Ох, что же она наделала! Что теперь будет?..
Джине показалось, что пропасть разверзлась перед ней — темная и ужасная. Конец всему! Всем ее планам, мечтам… Но надо думать, надо искать ответы на вопросы, которые наверняка сейчас будут заданы ей!
— А ты уверен, сэр Роберт? — недоверчиво спрашивал в это время Рональд, выслушав сообщение рыцаря.
— Говорю тебе, милорд, так и есть! — упорно настаивал тот. — Симптомы знакомые. Я знаю это растение: мой младший сын однажды съел по ошибке эту вредную траву. Не пойму, почему мне не пришло это в голову раньше.
Рон обернулся и посмотрел на Джину, потом снова вперил в него испытующий взгляд.
— Но что за причина могла побудить ее отравить моих людей, а не меня?
— Откуда ты знаешь, что она не пыталась отравить тебя? — Сэр Роберт, в свою очередь, посмотрел на девушку, все еще сидевшую за столом с поникшей головой. — Вспомни, в каком состоянии ты был в то утро, милорд. Я знаю тебя лет десять, а то и больше, но никогда не видел таким после выпивки.
Что правда, то правда: в то утро он чувствовал себя совершенно больным, хотя симптомы были и не совсем те, что у его людей. Губы Рона сжались.
— Но как это могло быть сделано?
— Нет ничего проще: добавить настойку в пищу или вино… И заметьте: заболели даже те, кто выпил мало.
Да, и это тоже было правдой. Не заболел Брайен, но он заснул за столом сразу после ужина. А сэр Роберт не пил вообще этой ночью, предпочитая одиночество компании грубой пьяной солдатни. Что ж, это мудро при любых обстоятельствах…
Рональд быстро обдумал несколько других предположений и с сожалением отверг: все указывало на Джину. У него не было ни малейшего представления, что она делала после того, как оставила его спящим в комнате. Он посмотрел на девушку: ее шелковистые темные волосы мягко поблескивали в лучах света, пробивавшегося сквозь запыленное оконце. Жаль: такая забавная девчонка — живая и быстрая, веселая и дразнящая. Даже сейчас Рона возбуждало горячее воспоминание о ее золотистом теле и тонких бедрах, оседлавших его. Он перевел взгляд на сэра Роберта.
— Я думаю, нам нужно расспросить хозяина трактира, чтобы не обвинять девушку зря.
— Я приведу его к тебе, — мрачно сказал сэр Роберт.
Рон вернулся к столу, сел на скамью, обхватил сильной рукой тонкое запястье Джины.
— Скажи мне, — произнес он ласковым голосом, — что ты делала после того, как оставила меня вчера вечером, дорогуша?
— Что делала?
Он улыбнулся.
— Да. Ты сразу вернулась в шатер?
Джина попыталась высвободить руку, но Рон держал крепко, и, слегка пожав плечами, она нервно улыбнулась.
— За мной пришел мой слуга, и мы захватили немного вина для Элспет. Она плохо себя чувствовала.
— Как неудачно! — Рон сделал паузу, и молчание продолжалось до тех пор, пока Джина не заерзала беспокойно на скамье. Затем он улыбнулся. — Надеюсь, ей лучше?
— Кому? А, Элспет? Да, милорд, гораздо лучше. Она, должно быть, просто съела что-нибудь не то. Ты же видел, что утром она встала и выглядела, как обычно.
— Да, я видел. — Он мягким ленивым движением перевернул ее руку, чтобы посмотреть на пальцы. — У тебя все еще мазь на руках. Ты ведь хорошо разбираешься в растениях, не так ли?
— Довольно хорошо… — Она никак не могла решиться взглянуть на него. — Хотя я знаю лишь то, что знают многие: несколько простых мазей и снадобий. — Она сделала нетерпеливое движение свободной рукой. — Оказывается, я не так голодна, как думала. Мне нужно пойти собрать свои вещи и убедиться, что с Элспет все в порядке…
Джина привстала и, готовая рвануться, как дикая кобылица, уставилась на него огромными темными глазами. Рон с сомнением покачал головой.
— Одну минуту, леди! Сначала я хотел бы получить ответы на некоторые вопросы, которые меня очень интересуют.
— О, я была бы очень счастлива ответить на любые вопросы, которые ты пожелаешь мне задать, милорд. Но мне пришло вдруг в голову, что мои слуги могут сейчас нуждаться во мне. Как ты знаешь, мы очень близки, и бывают моменты, когда я просто чувствую…
Его пальцы сжались на ее руке — несильно, но достаточно, чтобы предупредить, что он настроен весьма решительно.
— Превосходно. Эти чувства делают тебе честь. Ты пойдешь сразу после того, как я получу ответ на свои вопросы.
Он мрачно смотрел на нее, замечая, как широко раскрыты ее глаза, на щеках Джины появился темный румянец такого же цвета, как роза поздним летом — прекрасная, соблазнительная, но скрывающая острые шипы под нежными лепестками. Красивый цветок! Но красивы и цветы белладонны — некоторые зовут ее красавкой, — коварные и пагубные. Достаточно было взглянуть на лицо Джины, чтобы понять: подтверждения хозяина трактира уже не нужны. Она призналась во всем глазами!
Появился сэр Роберт с трактирщиком, за которым увязалась его дочь.
— Расскажи ему то, что рассказал мне, Говард! — подтолкнул сэр Роберт хозяина.
Хозяин покачал головой, беспокойно переводя взгляд с девушки на Рональда.
— Она была здесь, милорд. Вчера поздно ночью. Она была со своим слугой — таким смуглым, черноволосым, с хитрым лицом… Я увидел, как они возятся возле моих кувшинов с вином, но они сказали, что просто хотели взять немного вина для служанки, которая заболела.
— Видишь? — воскликнула Джина, негодующим жестом отбрасывая волосы с лица. — Я говорила тебе, что Элспет была больна!
Рон на мгновение задержал взгляд на ее лице. Холодная улыбка словно примерзла к его губам.
— Да, ты так говорила.
Тогда вперед выступила дочка трактирщика, она была разъярена и, выпятив свои пышные груди, уперлась руками в бока.
— Я видела, что вы делали! Видела, но не поняла, пока сейчас не заговорили об этом!
— Помолчи, Лин, — отец дернул ее за рукав, но она вырвалась, нетерпеливо тряхнув головой.
— Нет, не замолчу! Она стояла вон там. И наливала что-то в один из тех кувшинов, но я не знала тогда, чем она занимается. А теперь она пытается обвинить своего слугу, хотя мы были с ним вместе все время!
Джина бросила на нее презрительный взгляд.
— Я ни в чем не обвиняю Бьяджо. А ты просто разозлилась на меня за то, что я застала тебя, когда ты строила ему глазки. От тебя еще пахло другим мужчиной, и я не хотела, чтобы мой слуга путался с такой, как ты! — Она повернулась к Рону. — Это правда. Я велела ей вчера вечером убираться и оставить Бьяджо в покое.
— В этом я не сомневаюсь, цветочек. А теперь нам надо поговорить. — Он поднялся, возвышаясь над ней, как башня, и не отпуская ее руку. — Мне очень любопытно побольше узнать о тебе: кто ты такая, что ты здесь делаешь и почему всякий раз оказываешься у меня на пути в самый неожиданный момент. — Джина попыталась высвободить руку, но он крепко сжал ее плечи и посмотрел через ее голову на сэра Роберта и трактирщика. — У меня будет долгий разговор с моей очаровательной гостьей, и я был бы вам благодарен, если бы вы устроили, чтобы нам никто не мешал. Нет, нет, цветочек, не здесь! Мы пойдем ко мне в комнату, где будем совершенно одни.
Джина воспротивилась было, вырываясь и твердя, что не намерена оставаться с ним наедине, но он без долгих разговоров просто подхватил ее на руки и, шагая через две ступеньки, двинулся по узкой лестнице, ведущей на второй этаж.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Прекрасная колдунья - Гарнетт Джулиана



Сказка. +мистика. Я больше верю в людей и их силу духа.
Прекрасная колдунья - Гарнетт ДжулианаТатьяна
29.04.2012, 16.14





Очень даже не плохой роман про средневековье!!!Мне понравился!
Прекрасная колдунья - Гарнетт ДжулианаСвет лана
6.11.2012, 18.02





Сначала интересно. А потом не хватало описания чувств.
Прекрасная колдунья - Гарнетт Джулианамаруся
2.03.2014, 13.39








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100