Читать онлайн Прекрасная колдунья, автора - Гарнетт Джулиана, Раздел - Глава ТРИНАДЦАТАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Прекрасная колдунья - Гарнетт Джулиана бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.64 (Голосов: 14)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Прекрасная колдунья - Гарнетт Джулиана - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Прекрасная колдунья - Гарнетт Джулиана - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гарнетт Джулиана

Прекрасная колдунья

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава ТРИНАДЦАТАЯ

Когда Рон увидел, как Джина, словно разъяренная кошка, вцепилась в дерущегося солдата, ярость, рожденная страхом за нее, охватила его. На какой-то краткий миг он с ужасом подумал, что не успеет вовремя нанести удар, чтобы остановить занесенный над ней смертоносный меч. Время застыло для него в одно леденящее душу мгновение. В отчаянье спеша ей на помощь, он тянулся сквозь клубок дерущихся людей, чувствуя себя так, словно изо всех сил борется с океанской волной, с могучим приливом.
А когда эта короткая, но ожесточенная схватка была выиграна, он думал только об одном: как быстрее избавить ее от опасности. И что заслужил? Какую награду? Удар по лицу, и притом такой сильный, что едва не выбил ему пару зубов! Ей еще повезло, что он не отплатил ей сгоряча тем же самым.
Не обращая внимания на гневные вопли Джины, он быстро понес ее через коридор. А когда по пути она слишком уж разбушевалась и ее брыкающиеся ноги угрожали расквасить ему нос, Рон чувствительно шлепнул ее по заду, чтобы знала, что он не намерен шутить. После чего она замолчала и успокоилась.
Все так же перекинув Джину через плечо, Рон быстро прошел мимо входа в главный зал, где его люди еще расправлялись с последними из сопротивляющихся солдат Гэвина, и свернул к винтовой лестнице. Большая часть старых солдат побросала оружие, как только узнала герб Рональда на щитах. Только люди Гэвина и принца Джона продолжали отчаянно сопротивляться: они знали, что на пощаду им рассчитывать не приходится.
— Эй! Куда ты тащишь мою госпожу? — услышал он вдруг за спиной задиристый голос.
Рональд остановился и опустил Джину на ноги, удерживая ее, однако, левой рукой. В правой он по-прежнему держал обнаженный меч. Джина попыталась стряхнуть его руку и вырваться, но он сжал ее пальцы покрепче, чтобы она стояла спокойно.
В разорванной окровавленной одежде, с кинжалом на изготовку, Бьяджо хмуро приблизился к ним и остановился напротив. Но не успел он заговорить, как Рональд набросился на него:
— Какого черта ты ослушался моего приказа?! Я же не велел тебе ходить в темницу!
— У меня есть своя голова на плечах! — огрызнулся Бьяджо. — Если бы я не пошел, там было бы гораздо больше трезвых часовых, готовых к бешеному сопротивлению. Разве не любезно было с моей стороны принести этим беднягам несколько бутылей вина?
— Я не об этом. Ты ослушался моего приказа и тем самым подверг Джину опасности!
— Нет, милорд, как раз наоборот — я первым обнаружил темницу, в которой она содержалась.
— Это правда. — Джина дернула руку и сердито фыркнула, когда Рон ее не отпустил. — Бьяджо первым проник туда, и он…
— Довольно! В темнице ты была в безопасности, хотя и не в очень комфортабельных условиях. А этот щенок всполошил всю стражу.
— Неправда! — возмутился Бьяджо. — Я принес туда столько вина, что все стражники совершенно окосели и твоим тщедушным солдатикам удалось справиться с ними без всякого труда.
Рон слегка улыбнулся, сдаваясь, хотя ему трудно было признать, что парень прав.
— Какой храбрец! — насмешливо бросил он. — Но я что-то не видел тебя среди сражающихся.
— Значит, плохо смотрел! — Бьяджо поднял свой окровавленный кинжал. — Я был там.
— Пожалуйста, перестаньте, — вмешалась Джина. — Вы наскакиваете друг на друга, как два петуха. Лучше бы вы…
Но Рональд снова стиснул ее руку, и она замолчала, а молодой итальянец мрачно посмотрел на них.
— Кстати, куда ты нес ее сейчас?
— Ко мне в комнату, — спокойно ответил Рон.
Услышав это, Бьяджо напрягся и весь потемнел, а Джина в очередной раз попыталась вырваться. Но Рон крепко прижал ее к себе, а когда Бьяджо сделал шаг вперед, предостерегающе поднял свой меч.
— Стой! Ни шагу дальше!
Черные глаза Бьяджо сверкнули.
— Ты думаешь, я позволю тебе насильно утащить ее? Разве я не говорил, что моя преданность тебе зависит от интересов моей госпожи?
— Говорил, — улыбнулся Рон. — Но с чего ты решил, что я хочу причинить ей зло? Разве она совершила что-то ужасное? Что-то такое, что способно разозлить меня? — Он многозначительно взглянул на Джину, и та покраснела. — По-твоему, я бросился спасать ее только для того, чтобы причинить ей вред?
— Не знаю, что ты считаешь вредом, а что благом. — Бьяджо сделал еще шаг вперед и с презрением взглянул на обнаженный меч, угрожающе поднятый перед ним. — Но я первым обнаружил ее. И только благодаря мне твои люди и ты сам проникли в Гленлайон, словно воры. Но я сделал это вовсе не для того, чтобы ты, словно девку, тащил ее к себе в комнату!
Джине совсем не понравилось, что он использовал ситуацию именно так. Она надменно вздернула подбородок.
— Успокойся, Бьяджо, — сказала она. — Он не сделает мне ничего плохого.
— В этом я совсем не уверен. — Бьяджо испытующе взглянул на Рона, потом опять на нее. — Он не слишком-то благодушно настроен.
Джина улыбнулась.
— Как и ты. — Она повернулась к Рону с гордо поднятой головой, и он ослабил свою хватку. Но рукой все еще придерживал ее, чтобы схватить покрепче в случае необходимости. Джина перевела взгляд с него на Бьяджо. — Вы оба покрыты кровью и потом. От вас пахнет так, словно вы резали свиней.
— И это в благодарность за то, что я рисковал жизнью, чтобы тебя спасти? — насмешливо сказал Рональд. — У тебя странное понятие о таких вещах, цветочек.
— Прекратите ссориться из-за меня, словно два пса из-за кости! — резко ответила она. — А если ты думаешь…
— Хватит, цветочек. — Рон предостерегающе поднял руку, и она умолкла, успев бросить на него яростный взгляд. Он слегка улыбнулся. Эта неожиданная покорность смягчила его, и он уже более миролюбиво повернулся к Бьяджо. — Уже поздно, и я слишком устал. Так что отправляйся пока к сэру Роберту и помоги ему найти кров и еду для наших людей. А завтра мы поговорим.
Хотя глаза юноши все еще непримиримо горели, он неохотно кивнул головой.
— Ладно, я пойду… Но не потому, что ты мне приказал, а потому, что моя госпожа желает этого.
Не прибавив больше ни слова, Бьяджо повернулся и исчез.
— Тебе не следовало так набрасываться на него, — пробормотала Джина укоризненно, когда Рон повел ее по узкой винтовой лестнице наверх.
В длинном коридоре, в который они вышли, лежало множество распростертых на каменном полу людей. Горящие факелы шипели, бросая мерцающий свет на их неподвижные тела. Джина содрогнулась.
— Они выглядят так, словно спят, а не мертвы.
— Так оно и есть! — засмеялся Рон, и она с удивлением вскинула на него глаза.
— Что ты имеешь в виду?
— А то, что этот итальянский щенок, по-видимому, твой самый способный ученик. — Он бросил на нее многозначительный взгляд. Джина уставилась на Рона широко раскрытыми невинными глазами, что, однако, ни на секунду не обмануло его. — Это снотворное, цветочек. В винных бочонках его было столько, что хватило, чтобы усыпить весь гарнизон. Сопротивлялись только те, кто или вовсе не пил, или выпил недостаточно.
Джина одобрительно кивнула.
— Очень умно с его стороны. Но только интересно, как ему удалось это.
— У Бьяджо, похоже, много талантов…
Рон остановился в полумраке коридора и, открыв какую-то дверь, вгляделся в полумрак комнаты. Две перезрелые матроны съежились от страха в углу и жалобно запричитали, когда увидели его. Рон с досадой захлопнул дверь.
— Можно подумать, что я — привидение… Ладно. Все равно эта комната слишком маленькая.
Он потянул Джину дальше по коридору, на ходу открывая двери. Наконец одна из комнат показалась ему подходящей для владельца замка, и он распахнул дверь пошире.
Комната, куда они вошли, была просторной и богато обставленной, с массивной кроватью у одной стены и большой жаровней, полной раскаленных углей, посредине. Ее узорчатые гобелены слегка заколебались от сквозняка, а огоньки свечей затрепетали в ветвистых канделябрах. Похоже, что комнату эту покинули второпях — постель была разобрана, а на ковре валялись опрокинутые стулья.
— Неплохо, — окинув взглядом обстановку, сказал Рон. — Нет, не упирайся, цветочек, и не вздумай опять сбежать. У меня нет настроения гоняться за тобой.
Втащив Джину внутрь, он захлопнул за собой дверь и задвинул засов. Металл глухо лязгнул, и Рон увидел, как она вздрогнула.
Вложив наконец в ножны свой меч, он снял со спины щит и прислонил его к стене. Потом скрестил руки на груди и взглянул на Джину. Волосы ее перепутались и разметались по плечам в ужасающем беспорядке. Накидка исчезла, платье было порвано и испачкано, а на ноге оказалась только одна туфля. Но, несмотря на грязные полосы на лице и царапины на руках, она стояла перед ним целой и невредимой! И была по-прежнему красивой — настолько, что он почувствовал, как в нем невольно возникает желание. Это было совсем некстати, он вовсе не для этого привел ее сюда! Рональд хотел только окончательно убедиться, что она не предала его, не вступила в сговор с Гэвином.
— Ты собираешься наконец объяснить мне свои поступки? — спросил он нетерпеливо. — Что-то ты слишком молчалива для женщины, которая прежде без умолку болтала.
Откинув волосы с глаз, она с вызовом вздернула подбородок.
— А если я предпочту обойтись без объяснений?
— Я бы не советовал. У меня сейчас не то настроение, когда можно водить меня за нос.
Воцарилось напряженное молчание. Губы Джины плотно сжались, а в глазах появился мятежный блеск, не предвещавший ничего хорошего.
— Если ты намекаешь на мое бегство от тебя в лесу, то я просто не желала спать с собой!
— Вот как? В таком случае, я бы хотел вернуться еще дальше. Начнем с самого начала. Или ты уже позабыла столь давние события? — Рон направился к столу, взял бутыль с вином и поднял глаза на Джину; она, казалось, с трудом сохраняла самообладание. — Я уверен, что ты помнишь ту ночь.
— Да.
Это было сказано хриплым слабым шепотом. Рон улыбнулся.
— Странно, что я помню так мало. А ведь я не из тех, кто теряет память от вина. Впрочем, вина и еды было слишком много. Зато явно недостаточно кое-чего еще… — Он налил вина в кубок и понюхал его. Потом посмотрел на нее поверх кубка, и Джина вспыхнула. — Вино пахнет так же, как то, что я пил в ту ночь, цветочек. В это вино подмешано зелье. Значит, такое же вино я пил той ночью, которую провел с тобой?
Джина опустила глаза, не решаясь взглянуть на него.
— Да, — сказала она, — так и было…
— Зачем ты это сделала?! — Рон с немалым усилием сдержал свой гнев. Черт бы побрал эту умную маленькую лгунью! Она напоила его до бесчувствия, чтобы удержать подальше от Гленлайона. И, значит, наверняка была связана с Гэвином! Его рука сжала кубок с вином. — Значит, ты признаешься, что была подослана, чтобы задержать меня? А подослал тебя скорее всего Гэвин. Что он обещал тебе за это?
— Ничего. У меня были свои причины…
— Ну конечно! Хотелось бы услышать, какие.
Она нетерпеливо махнула рукой.
— Человек не всегда получает то, что хочет.
Он сурово посмотрел ей в глаза.
— Я — всегда!
Джина понимала: сейчас самое главное — разубедить Рона в том, что она — шпионка. Неважно, каким способом…
— Что ж, хорошо, раз ты настаиваешь. Ты запретил мне упоминать о пророчестве, поэтому я просто скажу, что ты не вызываешь у меня влечения. Я делала вид, что ты мне нравишься, а ты принял всерьез, что я готова провести с тобой ночь. Но мне нужно было от тебя совсем другое. Поэтому пришлось подлить зелье в твое вино…
— Ах, вот как!
Рон медленно поставил на стол кубок с вином и отстегнул перевязь. Потом так же медленно положил оружие на стол. Медленными, размеренными шагами подошел к Джине, пристально глядя ей в лицо. Невольно она сделала шаг назад, Рон сделал еще шаг, раздвинув губы в зловещей ухмылке, и она отступила снова. Так, пятясь, она отступала перед ним, пока не уперлась в дальнюю стену, и тканый узорчатый гобелен, висящий за спиной, заколыхался в такт ее движениям.
Отвернув лицо от Рональда, Джина закрыла глаза.
— Ты что, боишься меня? — насмешливо спросил он.
— Да! — Это слово невольно сорвалось с ее бледных обескровленных губ. — Но не по той причине, о которой ты, верно, думаешь…
Рон взял ее за плечи, чувствуя голую кожу там, где платье было порвано, и легонько погладил. Так, значит, она притворялась? Но почему же тогда она так дрожит от этой ласки? Ведь теперь притворяться бессмысленно!
— Ты дрожишь от страха, Джина? — прошептал он, наклонив голову, чтобы дотронуться до ее кожи губами. — Почему ты боишься меня?
Джина не ответила. Она стояла, словно оцепенев, и только чуть подрагивали ее опущенные ресницы, отбрасывая длинные тени на щеки; губы были плотно сжаты. Рональд скользнул руками вниз, обхватил ее запястья и прижал к своей груди. Он держал их легко, но достаточно крепко, чтобы дать ей понять, что не отпустит ее. А потом медленно, но неуклонно потянул к разобранной постели; его сапоги позванивали шпорами по каменному полу.
Повернув Джину спиной к кровати, он слегка подтолкнул ее, и она покорно легла навзничь. Тогда Рон оперся одним коленом о матрас и наклонился над ней, испытующе глядя прямо в глаза.
Разумеется, она боится: ведь он заставил ее признаться в сговоре с его врагами. Но, Боже, каким же он был дураком! Она заигрывала с ним и дразнила его, а он решил, что нравится ей! Ведь он не зеленый юнец, он должен был догадаться… Интересно, какую награду она получила за это? И кто ее послал? Может, не Гэвин, а принц Джон? Ведь некоторые солдаты, которых он видел сегодня ночью, носили цвета принца… Ее проделка очень походила на один из излюбленных способов принца Джона: не раз уже он добивался своих целей, подсылая к рыцарю какую-нибудь девицу.
Возможно, очень возможно, что Джон положил глаз на Гленлайон. Послал же он Гэвину помощь, чтобы захватить и удержать замок. Это было очень похоже на Джона: не осмеливаясь убить одного из рыцарей Ричарда, подослать хорошенькую девушку, чтобы попытаться отвлечь его от цели. Коварный способ! Коварный и хитрый, как сам Джон…
Но на этот раз принц просчитался. Рональд не даст себя обмануть!
— Ну, что? — тихо проговорил он. — Не кажется ли тебе, что настало время все рассказать?
В этот момент раздался яростный стук в дверь. Рон недовольно оглянулся через плечо. Конечно, это Брайен — никто другой не может явиться так некстати. Но тут за дверью послышался женский плач, а Рон терпеть не мог истерик. С проклятьями он вскочил с постели, бросился к двери и распахнул ее. Навстречу, безудержно рыдая, бросилась молодая белокурая женщина со смутно знакомым ему лицом. Поймав ее в охапку, он с удивлением уставился на нее, а она вцепилась в его кольчугу, орошая ее слезами и лепеча что-то невразумительное по-уэльски.
— Прекрати! — велел Рональд, отстраняя ее от себя. — Я не знаю, кто тебя обидел, но сегодня ночью мне не до этого. Отправляйся спать, а утром передашь свои жалобы моему управляющему. Он с этим разберется.
Высвободившись, она посмотрела на него сквозь мокрые спутанные волосы.
— При чем тут твой управляющий?! — внезапно успокоившись, бросила она и взглянула на Джину в другом конце комнаты. — Отошли эту девку. Нам надо обсудить семейные дела.
Рон удивленно поднял брови и качнул головой.
— Она не девка, а ты не из моей семьи. В чем дело? Я не понимаю…
— Сейчас я объясню, — спокойно сказала странная посетительница. — Ты можешь не знать меня, но я-то тебя знаю. Я бы узнала тебя в любой толпе. Ты совсем как они! Такой же высокий, светловолосый и надменный. Ты совсем как наши братья, Рон!
Он еще выше поднял брови.
— Наши братья?
— Да, наши братья. — Она отступила на шаг, приподняла голову и торжественно провозгласила: — Я — твоя единокровная сестра! Я родилась вне брака уже после того, как ты уехал в Англию. Моя мать была не более знатной, чем вон та девка в твоей постели, но наш отец признал меня. И теперь я его наследница — так же, как и ты, Рон. Так что, как видишь, вопрос о наследстве не так прост. Он даже более сложен, чем ты думаешь: меня выдали замуж за Гэвина Глейморгана.
Все еще сидя на краю постели, Джина во все глаза смотрела на эту так внезапно ворвавшуюся к ним особу. Она не понимала по-уэльски, но по лицу женщины можно было с легкостью догадаться о ее чувствах. Джина с тревогой взглянула на Рона — и тут ей пришлось труднее. На его лице с быстротой молнии сменялись недоверие, потрясение… Но вот в глазах его сверкнул гнев, и он резко бросил что-то молодой женщине. Та ответила ему в том же тоне, вызывающе глядя на него и упершись руками в бока.
И вдруг, глядя на них, Джина ужаснулась при мысли, что это, наверное, его жена. Странно, но ей почему-то никогда не приходило в голову, что у Рона может быть жена. Впрочем, раньше она и не задумывалась об этом. Джина хотела одного: чтобы исполнилось пророчество, хотела вернуть свое наследство. Очевидно, постепенно это превратилось в своего рода манию; она утратила всякое чувство реальности. И вот теперь волна острого разочарования нахлынула на нее.
Жена… Джине показалось, словно огромный камень лег ей на душу. Руки ее задрожали, и она судорожно изо всех сил сцепила пальцы вместе… Это неважно, это совершенно неважно, твердила она себе. Какое ей дело до того, что он женат?.. Ах, будь он проклят! А ведь даже намека не было… Обманщик! Такой же распутник, как и все! А жена у него красивая. Золотые волосы, молочно-белая кожа, блестящие глаза… И одета так богато — не то что она…
Джина тихо соскользнула с постели. Лучше уйти, оставить эту парочку наедине. Но она не сделала и двух шагов, как Рональд сердито приказал ей остаться.
— Не думай, что наш разговор с тобой окончен! — прорычал он. — Но я должен сначала разобраться с этим… с этой… — И он указал на женщину пренебрежительным жестом.
Джина покорно вернулась на кровать, а Рон, подойдя к открытой двери комнаты, позвал Брай-ена. Тот, как обычно, был неподалеку от своего лорда и тут же прибежал на зов. Когда Брайен остановился, тяжело дыша и широко раскрытыми глазами глядя на него, Рон толкнул к нему белокурую незнакомку.
— Убери ее отсюда! — сказал он по-английски. — И запри где-нибудь, чтобы она не могла удрать.
— Сукин сын! — взбешенно выкрикнула женщина, вырываясь из рук Брайена. — Ты думаешь убрать меня с дороги? Нет, не выйдет! Наш отец признал меня, и я потребую свою долю, так и знай!..
Пораженная Джина уставилась на нее. Так она его сестра?.. Да, теперь это было заметно: та же стройность и высокий рост, тот же цвет волос. Как же она сразу не разглядела этого?! Сестра… Ну и дела!
Взглянув на Брайена, она поняла, что для него это тоже ошеломляющая новость, он был явно потрясен, но старался не подать виду.
— Куда мне отвести ее, милорд? — с готовностью спросил он.
Рон заколебался и, подумав, сказал:
— Отведи ее в собственную комнату. Но я хочу, чтобы к ней приставили стражу. Если она действительно замужем за Гэвином, ее надо как следует стеречь.
Выпрямившись, молодая женщина окинула Рона презрительным взглядом.
— Это и была моя комната! Но сейчас, похоже, ее заняли. Можешь запереть меня в самую мрачную темницу, но изволь обращаться со мной почтительно! — сказала она Брайену. — Поскольку я твоя госпожа.
— Наконец-то я вспомнил, где видел тебя. — Рональд выступил вперед, не сводя с нее холодного взгляда. — Ты же сидела рядом с Гэвином в зале. Запомни, крошка: Гленлайон мой, и господин здесь один только я! А завтра я решу, что делать с тобой. Гэвин — пленник. Даже если я оставлю ему жизнь, он никогда больше не будет владельцем Гленлайона. Это делает твое положение очень непрочным, так что постарайся вести себя умно.
Его речь явно отрезвила эту особу и сбила с нее спесь. Она лишь коротко кивнула и вышла вслед за Брайеном в коридор.
— Пришли ко мне Оуэна! — крикнул Рональд ему вдогонку. — Я не хочу откладывать на завтра то, что должно быть сделано сегодня вечером. И пришли мне бутыль вина. Нераспечатанную бутыль! Этой ночью я в снотворном не нуждаюсь.
— Да, милорд, — отозвался Брайен из конца коридора.
Когда они ушли, Рон запустил руку в свою густую шевелюру и устало вздохнул:
— Можно поверить, что эта девка — отродье моего отца. У нее такой же дьявольский характер. — Взгляд его упал на Джину, и он нахмурился еще больше. — Ну как, понравилось тебе это представление, цветочек?
— Да, милорд. Было занимательно. Это на многое пролило свет.
— Не сомневаюсь.
Рон двинулся мимо нее, дергая за кожаные шнурки своей кольчуги. Один из шнурков зацепился за металлическое кольцо, и Рон выругался, безуспешно пытаясь развязать его.
Джина некоторое время молча наблюдала за его усилиями, затем подошла к нему и сказала:
— Позволь мне, милорд. Ты только запутаешь шнурки еще хуже.
— Я не знал, что у тебя есть опыт оруженосца, — бросил он, но все же остановился и дал ей попробовать.
— Не нужно много опыта, чтобы развязывать запутавшиеся шнурки и выслушивать твою брань. — Она наклонилась над кожаным узлом. — Мне жаль твоего бедного оруженосца.
— Морган к этому привык, — пожал плечами Рональд. — И к тому же я не часто браню его — он не дает к этому повода.
— Да? А я что-то не замечала, чтобы тебе был нужен повод для того, чтобы излить свое раздражение на окружающих.
Рон нетерпеливо дернулся, и она слегка толкнула его локтем.
— Я уже почти развязала их. Не двигайся, или я опять все запутаю.
В тот же миг она развязала шнурки и придержала тяжелую кольчугу, пока он высвобождал из нее руки и голову. Избавившись от этой тяжести, Рон облегченно вздохнул.
— Временами она делается точно свинцовой, — пробормотал он, потирая ключицу.
Кольчуга действительно была очень тяжелой и покрывала рыцаря с головы до колен. А толстый кожаный жилет под ней был способен отразить стрелу или, во всяком случае, не дать ей проникнуть глубоко в тело. Свой меч Рональд отставил в сторону, и Джина подумала, что едва ли смогла бы даже поднять его. Меч доходил ей почти до подбородка. Поразительно, как Рон управлялся с ним…
— Ты так уставилась на мой меч, словно жаждешь воспользоваться им, — язвительно заметил он.
Презрительная улыбка скривила ее губы.
— Нет, милорд. Боюсь, твой меч мне не по силам. Кинжал был бы для меня полезнее.
— У тебя есть еще более страшное оружие под юбками. — Джина возмущенно вскинула голову: ей казалось, что Рональд достаточно хорошо воспитан, чтобы не позволять себе подобных замечаний. А он насмешливо пояснил: — Я имею в виду колено, которым ты пихнула меня в живот.
Она фыркнула.
— Это была нога, а не колено. И ударила я не в живот…
— Да, целилась ты правильно. Это меня и удивляет.
Черт возьми! Ей захотелось откусить свой болтливый язык. Чего это она так разболталась с ним? Джина досадливо пожала плечами и отвернулась, разглядывая полоску грязи на руке: безопаснее было смотреть на свою собственную руку, чем на него. А Рон продолжал неторопливо раздеваться, и у нее возникло ощущение, что он намеревался закончить то, что начал в то утро на лесной поляне, несколько недель назад…
— Принеси мне горячей воды.
Джина закрыла глаза и притворилась, что не слышит. А когда он повторил свое требование, пожала плечами и пошла к жаровне. Там стоял небольшой металлический кувшин, она взялась за него и вскрикнула от боли. Кувшин оказался горячим, и она обожгла себе пальцы, невольно выругавшись. Потом осторожно взяла его тряпкой и налила воду в пустую миску, а тряпку отложила в сторону.
— Вот твоя вода, — коротко сказала она, все еще не глядя на него.
— Ты хочешь, чтобы я ошпарился? Добавь сюда холодной. Можно подумать, что ты никогда не мылась.
Рассерженная, Джина метнула на него уничтожающий взгляд, но разозлиться по-настоящему уже не могла. Одетый в простую льняную сорочку, Рон больше не походил на жестокого воина. Это был просто красивый, хотя и усталый мужчина, и таким он ей нравился больше.
Усталость сквозила в его чертах, а шрам на щеке выделялся заметнее, чем обычно. На подбородке темнела небритая щетина, под глазами были круги. Сама не зная, почему, Джина улыбнулась. Явно удивленный такой реакцией, он улыбнулся в ответ, и от этой искренней улыбки сразу помолодел. Они молча смотрели друг на друга, и Джина вдруг вспомнила тот день на поляне, когда он был так соблазнителен и нежен, а она едва не потеряла голову от его сладких слов…
Молчание было прервано громким стуком в дверь. Она была незаперта и тут же распахнулась.
— Милорд Рональд? Мне сказали, что вы желаете поговорить со мной.
Встрепенувшись, Рональд отвел взгляд.
— А, Оуэн! Входи и закрой за собой дверь. Мне нужно знать, что произошло здесь со времени твоего последнего послания, которое я получил два месяца назад в Лондоне.
Закрыв дверь, Оуэн повернулся и озадаченно посмотрел на него.
— Моего последнего послания, милорд?
— Да, оно дожидалось меня в Лондоне, а когда я явился сюда, то обнаружил, что ты в тюрьме. События, должно быть, развивались очень быстро?
Покачав головой, Оуэн сказал:
— Я не посылал вам никакого послания в Лондон. Я просидел в темнице больше трех месяцев.
— Не посылал? — Рональд выдвинул стул и жестом предложил Оуэну сесть. Потом, слегка нахмурившись, повернулся к Джине: — Разыщи сэра Клайда, и пусть он раздобудет тебе что-нибудь поесть. Чего-нибудь горячего. Когда поешь, возвращайся сюда.
Оуэн с любопытством взглянул на нее, а она гордо вздернула подбородок. Джина не забыла, что он не пришел ей на помощь, когда она просила об этом, и отдал в руки Рональда. А надеяться на доброе отношение Рональда Гриффина — все равно что ждать молока от тигра… И вот сейчас они явно хотели избавиться от нее. Нет, она не забудет им этого так просто!
— Хорошо, милорд, — сказала она ласково и направилась к двери, но Рон, словно спохватившись, остановил ее.
— Погоди. Я сам скажу сэру Клайду.
Притворяясь удивленной, она медленно покачала головой.
— Куда я денусь, даже если буду бродить по Гленлайону одна? Он полон твоими солдатами, все ворота на запоре, а во рву вода. Боишься, что я вызову ветер, чтобы он перенес меня через стены? Или ты боишься, что я убегу из твоих любящих объятий, милорд?
Оуэн негромко засмеялся, а Рональд сжал губы.
— Ты уже доказала, что убегать умеешь. Но если ты это сделаешь, то пеняй на себя.
— Не беспокойся, я останусь здесь. И буду, как мышка, сидеть в углу, так что не обращай на меня внимания. Можешь продолжить обсуждать все, что желаешь. Я не буду слушать. Кроме того, я ведь не понимаю вашего языка…
Слабая улыбка пробежала по губам Рональда. Он взглянул на Оуэна и сказал ему что-то по-уэльски. Оуэн ответил с едва заметной улыбкой и взглянул на девушку.
К ее удивлению, Оуэн думал сейчас на английском, словно нарочно обращаясь к ней:
О, дитя, ты играешь с огнем и сама не знаешь, что делаешь… Я представить себе не могу, чтобы Рон стал долго терпеть это… Черт бы побрал принца Джона за то, что связался с Гэвином и рискует всеми нами!
Его мысли перешли на другое, а Джина решила, что уже усыпила бдительность Рональда. Она откашлялась и, когда Рон посмотрел на нее, ласково ему улыбнулась.
— Я передумала, милорд. Я уже давно не ела по-человечески, и сэр Оуэн может подтвердить это. Можно я пойду?
Нахмурившись, он поднял голову и громким голосом позвал сэра Клайда, но Джина уже была у двери. Выйдя за порог, она увидела только полумрак и колеблющийся свет факела в конце коридора. Ни одного солдата не было видно. Сердце ее забилось от неожиданно возникшей возможности убежать. Занятый разговором, Рональд не заметил бы ничего.
— Вы здесь, сэр Клайд? — сказала она пустому коридору. — Лорд Рональд сказал, чтобы меня накормили. Вы не могли бы устроить это прямо сейчас?
Джина оглянулась и, увидев, что Рон еще весь поглощен беседой с Оуэном, осторожно прикрыла за собой дверь.
Выскользнув в пустой коридор, она подождала с минуту, чтобы быть уверенной, что Рон не станет проверять охрану, а затем, приподняв юбки, пустилась бежать.
Бьяджо она нашла в конюшне. Он чистил Байошу быстрыми ловкими движениями, что очень нравилось лошади, и сначала не заметил ее. В просторной конюшне сновало много народу, и некоторые узнали Джину. Но, очевидно, ее по-прежнему считали колдуньей: никто не пытался остановить девушку или хотя бы спросить, что она здесь делает. Все предпочли притвориться, что не видят ничего, что ее здесь попросту нет.
Кобыла предупредила Бьяджо о ее появлении, вскинув голову и заржав, и это ржанье прокатилось из конца в конец длинного широкого прохода между стойлами. Бьяджо обернулся. Глаза его загорелись, когда он увидел Джину.
— Bella, — растягивая в улыбке рот, пробормотал он.
— Ты меня не видишь! Я невидимка! — сказала она с легкой улыбкой и приложила палец к губам.
— Я думал, что ты надолго заперлась с этим своим мрачным рыцарем, — ухмыльнулся Бьяджо, когда она подошла ближе.
— Нет, как видишь, я быстро хлопнула дверью, — беззаботно сказала она. Прижавшись к Байоше, она погладила мягкий нос кобылы и добавила: — Он занят делами и не хочет, чтобы я слышала его разговоры. Знаешь, он все еще думает, что я предала его…
— Но как же, в таком случае, он отпустил тебя одну?
— Он и не отпускал. — Джина улыбнулась, когда Бьяджо настороженно оглянулся по сторонам. — Я хочу сказать — не отпускал одну. Он думает, что я под надежной охраной. Но, как видишь, это не так.
— Значит, тебе несдобровать, — покачал головой Бьяджо. — Слушай, bella, давай убежим! Тут такая неразбериха, что никто и не заметит. Не успеешь оглянуться, как мы снова будем в Англии.
Джина задумалась на мгновение и отрицательно покачала головой.
— Нет, Бьяджо. Если мы убежим, то все, что я вынесла, будет впустую. Я должна идти до конца.
— Ты что, не видишь, что этот вояка вовсе не собирается вести свое войско к Евфрату, чтобы отвоевать твое наследство?
Парень сердито провел скребком по лошадиному боку, и кобыла от этого вздрогнула.
— Не пугай мою лошадь, — заметила Джина. — Ты ведь знаешь, как я люблю ее.
Бьяджо отбросил скребницу в сторону и сердито хлопнул кулаком по деревянной стойке. Потревоженная кобыла захрапела, перебирая ногами. Повернувшись, Бьяджо погладил ее, успокаивая, потом мрачно поглядел на Джину поверх блестящего крупа лошади.
— Я знал, что это случится!
— Не понимаю, о чем ты говоришь…
— Ты просто-напросто не хочешь покидать его! И пророчество тут совершенно ни при чем; ты, наверное, уже сама не веришь в него. Дело в самом этом уэльсце!
Джина рассерженно взглянула на него.
— У тебя с головой все в порядке?
— Ах, как ты беспокоишься обо мне! — Он так же сердито посмотрел на нее. — Ты хоть имеешь понятие, как мы переживали за тебя? Элспет едва не заболела от этого!
— Я же не думала, что меня похитят. Я все объясню Элспет, когда она приедет. Она должна понять.
— Она не поймет. И не простит этого тебе. — Бьяджо отвернулся, разглядывая кобылу, потом тихо проговорил: — Что-то произошло, bella. Ты изменилась.
— Изменилась? Я? — Джина тихо рассмеялась. — Я не изменилась, я просто иду к своей цели.
— Прежде ты была другой. Ты говорила о пророчестве как о какой-то несбыточной мечте. И было даже забавно представлять, как в один прекрасный день ты вернешь себе отцовские владения и мы будем восседать на шелковых подушках и есть виноград и фиги, а рабы в это время будут обмахивать нас опахалами из павлиньих перьев. — В черных глазах Бьяджо мелькнула тревога. — А теперь ты словно бы всерьез возмечтала об этом. И даже заключила какой-то договор с этим уэльским дьяволом.
— Так что же в этом плохого? Мы действительно будем сидеть на шелковых подушках и объедаться фигами и виноградом. Я закажу дюжину опахал! А все богатые купцы, от Венеции до Константинополя, будут толпиться у наших ворот.
— И ты в самом деле думаешь, что этот уэльсец согласится?
— Он уже согласился! Я говорила же тебе об этом. Он поклялся рыцарской клятвой на своем мече…
Но Бьяджо только хмыкнул в ответ.
— И ты приняла это всерьез? Джина, опомнись! Я уверен: ты ошибаешься, рассчитывая на него.
— Никакой ошибки здесь Нет. Рано или поздно ему придется исполнить свою клятву. — Джина попыталась придать голосу убежденность, но в глубине души ее продолжали мучить сомнения. Управлять Роном оказалось не так-то легко… Ну, ничего; ей просто придется сменить тактику. А взять и бросить все она уже не могла. — Рон сделает это. Непременно сделает.
— Ты и сама в это не веришь, — тихо произнес Бьяджо, и она растерянно уставилась на него. — Bella, я думаю, что ты ошибаешься в своих собственных мотивах. Спроси свое сердце! По крайней мере, будь честной перед самой собой.
— Я не желаю выслушивать все это!
Джина повернулась, чтобы уйти, но Бьяджо взял ее за локоть.
— Да, bella, я знаю: ты не станешь выслушивать это от меня. Ты никогда никого не слушаешь. Но послушай себя! Это ты можешь сделать?
Она терпеть не могла, когда Бьяджо бывал столь проницательным. Все дело в том, что он знал ее слишком хорошо. Возможно, лучше, чем она сама знала себя… Вместо того, чтобы вырваться, она повернулась и посмотрела на него.
— Ты бываешь очень надоедливым…
Он ухмыльнулся.
— Я знаю.
— И что же, по-твоему, я должна сделать? — вздохнула она.
— Все равно ты никогда не последуешь моему совету.
— Но я, по крайней мере, могу выслушать.
— Ну что же. — Бьяджо задумчиво нахмурил лоб. — Если ты все-таки не хочешь оставить мысль об этом своем пророчестве, ты должна, по крайней мере, снова поговорить о нем с Роном. Потребуй от него определенного ответа! Тогда ты хоть будешь знать, что делать. Как знать: может быть, ты и вернешь когда-нибудь свое наследство. Если он, конечно, способен помочь тебе…
— Но он же взял Гленлайон с горсткой людей, когда внутри было целое войско!
Бьяджо улыбнулся.
— Да, но ты забыла, что придумал все это кое-кто другой! К тому же ему просто повезло. Он не производит впечатления человека, у которого достаточно упорства и терпения, чтобы осуществить задуманное. Он скорее подобен льву, рыскающему с грозным видом и нападающему на всякого, кто достаточно глуп, чтобы стать у него на пути. Помни об этом!
— Ты что-то стал мудрым не по летам, — пошутила Джина. — А тебе всего-то… Сколько? Семнадцать?
— Ты не намного старше меня!
— И все-таки старше. Я уже исколесила всю Аравию и пол-Италии к тому времени, когда ты родился, малыш.
Шутливый разговор, но Джина невольно задумалась о тех далеких временах, когда она жила, как перекати-поле, несомое ветром, — без всякого смысла, без цели, без мысли о будущем. А потом она встретила ту самую цыганку и услышала пророчество. С тех пор в ее жизни появилась путеводная звезда. И, честно спросив себя о своих мотивах, она нашла лишь один ответ: Рональд Гриффин, лорд Гленлайона!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Прекрасная колдунья - Гарнетт Джулиана



Сказка. +мистика. Я больше верю в людей и их силу духа.
Прекрасная колдунья - Гарнетт ДжулианаТатьяна
29.04.2012, 16.14





Очень даже не плохой роман про средневековье!!!Мне понравился!
Прекрасная колдунья - Гарнетт ДжулианаСвет лана
6.11.2012, 18.02





Сначала интересно. А потом не хватало описания чувств.
Прекрасная колдунья - Гарнетт Джулианамаруся
2.03.2014, 13.39








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100