Читать онлайн Клятва рыцаря, автора - Гарнетт Джулиана, Раздел - 19 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Клятва рыцаря - Гарнетт Джулиана бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.98 (Голосов: 45)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Клятва рыцаря - Гарнетт Джулиана - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Клятва рыцаря - Гарнетт Джулиана - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гарнетт Джулиана

Клятва рыцаря

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

19

Не слушая старосту деревни, который божился, что не знает, где Освальд, Люк вскочил на коня и резко натянул поводья. Осада закончилась штурмом; деревянные стены были проломлены, и замок захвачен. Но Освальд бежал. Его нигде не нашли. И никто из его людей не мог сказать, куда он исчез. Поиски привели отряд Люка на север, к другому владению Освальда.
– Сожгите ее, – приказал Люк, бросая последний взгляд на деревню, которая давала прибежище мятежному барону.
Солдаты с факелами бросились к домам и начали поджигать соломенные крыши, несмотря на отчаянные вопли жителей, которые тащили из горящих домов пожитки, пытаясь спасти свое добро, пока его еще не поглотило пламя.
Выпрямившись в седле, Люк бесстрастно смотрел на это. Почти неделю он со своим отрядом провел в поисках Освальда, и погоня за мятежным бароном увлекла его далеко от Вулфриджа. В некоторых городах и деревнях, подобных вот этой, ему оказывали сопротивление, которое было подавлено огнем и мечом. Но Освальда они так и не нашли.
Подошел капитан Реми. Лицо его, испачканное сажей и копотью, выглядело очень усталым, а блики пламени бросали на него жуткие отблески, алые, как кровь.
– Милорд, Освальд был здесь, но перед рассветом бежал. Крестьяне говорят, что он поскакал на север.
– Еще немного на север – и мы окажемся в лапах Малкольма, – мрачно заметил Люк.
Дым, густой и удушающий, першил в горле. Он взвивался вверх от горящих домов, застилая черными клубами солнце. Повернув Драго к крестьянам, которые сбились в тесную кучу, словно испуганные овцы, Люк смерил их суровым взглядом.
– Слушайте меня, вы, люди Освальда, – повысив голос, обратился он к ним. – То, что я вам скажу сейчас, может спасти ваши жизни. Я никого из вас не убил, я не тронул вашего имущества и не брал в заложники ваших детей. Я не разорял ваши только что засеянные поля. Но знайте, если до меня дойдет, что вы прячете этого мятежного барона, я вернусь. И тогда я разорю ваши поля и амбары, перебью вашу скотину, я сожгу не только дома тех, кто воевал с нами на стороне Освальда, но всю вашу деревню. Ваши дети будут плакать от голода, а вашей единственной крышей станет небо – я не оставлю здесь камня на камне. Теперь эта земля принадлежит Вильгельму, и всякий, кто выступит против меня, бросает вызов самому королю. Смиритесь, и я проявлю к вам милосердие. А иначе пеняйте на себя.
Испуганные изможденные лица смотрели на него из-под густых нечесаных волос, а некоторые из крестьян в знак покорности склонили головы. Коленями Люк подтолкнул коня к одному из них и дотронулся до его груди острием меча.
– Вот ты. Что ты знаешь о намерениях Освальда?
Задрожав, бедняга оглянулся на своих односельчан, но никто из них не подбодрил его взглядом. Некоторые бочком стали отодвигаться, словно опасаясь стоять рядом с человеком, замеченным графом. Нормандские солдаты продолжали орудовать факелами, поджигая обреченные дома и амбары. Крестьянин, оказавшийся в одиночестве, с трудом проглотил комок и хрипло, с запинкой, проговорил:
– Я ничего не знаю, милорд. Говорят, он был здесь. Это все, что мне известно.
– Но другие знают. Я подожду, пока кто-нибудь из вас не выйдет вперед и не скажет мне то, что я хочу знать. Но долго ждать я не собираюсь. Подумайте, стоит ли об этом молчать, но только смотрите не ошибитесь.
Повернув Драго, Люк отъехал и остановился неподалеку под огромным развесистым дубом. Неприятное дело, но иного выхода не было. Он научился запугивать людей у Вильгельма и выбрал сейчас того, кто показался ему самым подходящим, чтобы получить нужные сведения. После минутного колебания один из крестьян отделился от толпы и направился к нему, теребя в руках шапку.
– Итак? – бесстрастно спросил Люк, и крестьянин поник головой.
– М… милорд, эта новость не обрадует вас… но говорят, что Освальд направился по берегу на юг. К Вулфриджу…
Люк в удивлении уставился на него. У Освальда оставалось не так уж много людей. На что же мог он надеяться, направляясь туда? И все же его пронизала тревога, и, понимая, что медлить тут ни минуты нельзя, он дал сигнал всем следовать за собой и, повернув коня, поскакал на юг. Необходимо было как можно скорее добраться до Вулфриджа. Там явно затевалось что-то неладное.


Без устали пришпоривая коней, отряд почти без передышки весь день, до вечера, скакал на юг. Не доезжая нескольких миль до Вулфриджа, они увидели первые признаки беды: встающие над лесом клубы дыма от горящих деревень.
Люк придержал коня и внимательно оглядел сгоревшие дома, еще дымившиеся под неярким закатным солнцем. Дорога была пустынна, и он услышал, как Реми вполголоса выругался за его спиной при виде этих разрушений. Казалось, вся Нортумбрия лежала в развалинах и дымилась под небом.
Уже почти стемнело, когда они наконец обогнули бухту и их глазам предстал сам Вулфридж. Возвышаясь на мысу над гладкой, точно отполированное серебро, водой залива, замок казался незыблемым и мирным, и Люк на минуту почувствовал облегчение. Дым не поднимался над крепостным валом, как знак беды, и, значит, Кора была в безопасности.
Пришпорив Драго, Люк поскакал по изрытой колеями дороге, и ветер, пахнущий морем, хлестнул ему в лицо. Люк мчался так быстро, что, когда впереди, в полумраке, появилась какая-то сутулая фигура, он лишь чудом не наехал на нее. Выругавшись, он резко свернул, чтобы не сбить человека с ног; внезапный рывок поводьев заставил Драго заржать и встать на дыбы.
Пока, работая поводьями, Люк старался успокоить лошадь, из-за его спины вырвался капитан Реми и с обнаженным мечом бросился к человеку на дороге. Резкий выкрик Люка остановил капитана, уже занесшего руку, чтобы нанести удар.
– Стой! Я его знаю. – Яростным усилием сдержав коня, Люк взглянул с высоты на человека, возникшего у него на пути. – Ты что, разыскиваешь меня?
Закутанный в звериные шкуры, с разметавшимися по плечам седыми волосами, Сигер – а это был он – что-то проворчал себе под нос, потом поднял лицо к Люку.
– Да, вас, хотя и с риском для собственных костей. – Он указал концом костыля в сторону Вулфриджа. – Там притаились предатели и поджидают вас, милорд.
– Освальд?
– Да, но не только. Изменники в самом замке. – Тяжело опираясь на свой костыль, Сигер подался вперед, пристально глянув на Люка в полутьме. – Вас предали, милорд.
Люк постарался взять себя в руки. Мысль о Коре мелькнула в его мозгу, но он тут же отбросил ее. Нет, она не могла бы… Нет… даже с целью вернуть свои прежние владения…
– Кто меня предал?
– Имени я не знаю, но у предателя светлые волосы, и, значит, он сакс, как ни горько это признать.
«Значит, не Кора…»
Люк взглянул в сторону Вулфриджа, такого спокойного и величественного на фоне угасающей зари. Последние лучи ее алыми бликами лежали на его высоких стенах. Скорее всего, его брат, Жан-Поль, снова поддался искушению и предал его.
Горькое известие, но не такое горькое, как прежде. На этот раз он почти ожидал этого. Люк снова взглянул на старика.
– Освальд уже в замке?
– Да, милорд. Он захватил его сегодня утром, на рассвете. Штурма не было, он проник с помощью обмана, и я опасаюсь за вашу жену.
– Как и я, Сигер. Как и я…
Лихорадочно раздумывая над тем, как это могло произойти, Люк вспомнил о том, каким способом он сам проник в Вулфридж, но с тех пор он постарался предотвратить подобное. Потайная дверь охранялась, прочно запертая изнутри. И не на простой замок, а на сложный запор, ключи от которого хранились у управляющего замком. Как же это произошло? Кто же впустил предателя?
Подъехал капитан Реми.
– Мы предпримем осаду, милорд?
Люк, нахмурившись, отрицательно покачал головой.
– Боюсь, это не принесет нам успеха. Я сам хорошо укрепил его. Вулфридж не деревянная крепость, уязвимая для огня. Он выстроен из прочного камня и снабжен всем необходимым. Нет, Реми, мы должны найти другой способ. – Он замолчал, стиснув зубы. Яростный гнев закипел в нем при мысли, что Кора в руках Освальда. Медленно, сквозь стиснутые зубы он проговорил: – Но клянусь, что, даже если мне придется разобрать свой собственный замок по камешку, я доберусь до этого негодяя. А если Кора при этом пострадает, то Освальд даже в адском пекле не скроется от моего возмездия.
Наступило молчание, нарушаемое только тяжелым дыханием лошадей и позвякиванием удил. Опираясь на свою суковатую палку, Сигер подался вперед.
– Ваши вассалы вместе с вами, милорд. Кервин, Леофрик, Эдвин. Все они.
Люк пристально посмотрел на старого охотника. Он не мог ничего сказать от душившего его гнева, а только коротко кивнул в ответ. Сигер улыбнулся.
– Крестьяне поступили так, как вы им приказали. Никто из них не был убит, и сейчас они ждут вас, милорд, и готовы хоть с вилами и косами сражаться.
– Хорошо, Сигер. Созови их ко мне. Я придумаю способ, как вернуть то, что нам принадлежит.
Капитан Реми подождал, пока старый охотник заковылял прочь и исчез среди высокого кустарника, росшего вдоль дороги.
– Вы думаете, саксы и вправду явятся нам на помощь, милорд?
Люк повернул Драго в сторону Вулфриджа и кивнул, проговорив с убежденностью, которой на самом деле не ощущал:
– Они придут, Реми.


Удивительно, но после этого признания красивое лицо Амелии было безмятежным, как у ребенка. Роберт ощутил, как страшный гнев закипает в его груди.
– Повторите это снова, миледи.
– Но ты ведь уже слышал, Роберт. И не притворяйся непонятливым. Ты ведь знал, чего я добиваюсь, так зачем же прикидываться наивным теперь?
Сцепив руки за спиной, чтобы не ударить ее, Роберт спокойно проговорил:
– Я знал, что ты хочешь невозможного. То есть Люка Луве.
– И рано или поздно он все же будет моим.
– А твоя помолвка с сыном Найелла?
– Просто хитрость, как и то письмо, которое ты послал Люку. – Переплетая тонкие пальцы, унизанные кольцами, она взглянула на Роберта оценивающим взглядом. – И не рассказывай мне… Нет, ты что, в самом деле не знал?
– Да, я не знал, что ты предала моего лучшего друга. Даже и не подозревал. Я ведь не настолько искушен в вероломстве, как ты, Амелия.
Амелия засмеялась, словно услышав лестный комплимент.
– Это все иллюзия, Роберт. Как тот дым и зеркала, которыми пользуются фокусники на ярмарках. Все относительно. Я всю свою жизнь прожила среди лжи и научилась кое-чему. А ты действительно наивен и многое готов принять за чистую монету. Как, скажем, мое беспокойство тогда в замке, не ранен ли ты, свалившись в подвал. Ведь ты застал нас в момент обсуждения плана захвата Освальдом замка. Вот и пострадал ненароком. Прежде чем я смогла остановить его, этот человек ударил тебя. Хотя он и не собирался сбрасывать тебя в яму.
– Кто, Освальд ударил меня? Он ведь уехал к тому времени из Вулфриджа. Не мог же он вернуться туда незамеченным.
– Не будь дураком, Роберт. Разумеется, это был не Освальд. Он и в самом деле не способен находиться в двух местах одновременно. В замке есть люди, которые не любят свою хозяйку. Как видишь, Роберт, я не единственная, кому она не нравится.
– Будь ты проклята!.. – Роберт сделал глубокий вздох, чтобы успокоиться. – И ты думаешь, королю это понравится?
– Если я и раздосадую Вильгельма своей маленькой хитростью, он скоро поймет, что все это в общем-то к лучшему. В конце концов, король сам же подсылал меня к Люку, предполагая поженить нас.
– Вильгельм не занимается сводничеством, Амелия. К тому же ни Англии, ни Нормандии не было бы никакой выгоды от вашего брака. Земли у тебя небольшие, влияние ничтожно. Если он и подсылал тебя к Люку, то не по той причине, о которой ты думаешь.
Амелия недовольно нахмурилась.
– Не будь слепым, Роберт. Постарайся видеть хоть немного дальше своего носа. Освальд хочет Кору, Найелл мечтает о Нортумбрии, а Вильгельму нужна Англия. Я же хочу Люка… Если я выдам его неотесанную саксонку-жену за Освальда, она просто вернется на свое законное место, снова окажется среди своих соотечественников. Имея же ее в качестве заложницы, саксонские мятежники будут иметь рычаг, чтобы требовать мира и верховной власти над своими собственными землями. Ведь Люк не захочет подвергать опасности эту особу. Со временем Люк поймет, что она ничего не значит для него, а Найелл к тому времени прочно утвердится в Нортумбрии, но уже как его союзник. В границах своих владений Освальд сможет укрепить свою собственную власть, а Люку по-прежнему останется Вулфридж. Я же, пользуясь своим влиянием на короля, заполучу Люка. Скоро он и сам поймет, что есть смысл в союзе с Найеллом. Видишь, как все просто?
– А с чего ты решила, что сможешь повлиять на Вильгельма? Ты, конечно, кузина его жены, но это еще не значит, что он простит тебе предательство одного из его вассалов.
– Ты глупец… В том-то и прелесть, что он никогда не узнает об этом. Если ты, конечно, не настолько туп, чтобы рассказать ему. Ведь ты рискуешь при этом, что тебя обвинят в соучастии. А я буду счастлива доложить королю, как ты принуждал меня впутаться в это дело. – Тут она улыбнулась, и глаза ее сверкнули, точно яркие изумруды. – Ведь, если припомнить, ты сам настоял, чтобы сопровождать меня в Шотландию. Нетрудно будет доказать и то, что ты не предупредил Люка – своего лучшего друга! – что Найелл собирается объединиться с мятежными сакскими баронами. Всем известно, что ты неравнодушен ко мне, и людям нетрудно будет поверить, что ты предал Люка, а также короля, если только ты упомянешь о моем участии в этом заговоре!
Пораженный таким коварством, Роберт покачал головой.
– Удивляюсь изощренности твоего ума, Амелия. В нем больше тайных ходов, чем в муравейнике. Но увы, в твоем плане слишком много просчетов. Этим ты обрекаешь себя на поражение.
– Ничего подобного, – холодно ответила Амелия. – Освальд захватит Кору и будет удерживать ее, пока Найелл ведет переговоры с Вильгельмом. Люк, конечно, будет влиять на короля, и после того, как Вильгельм уступит Нортумбрию мятежникам и шотландцам, ему все равно останется Вулфридж. Убрав с дороги Кору, я сумею найти путь к его сердцу, и мы наконец будем вместе.
Роберт едва не задохнулся от негодования.
– Ты просто дура! Все, что ты затеяла, лишь подвергает опасности жизнь Люка и может лишить его не только жены, но и земель. Освальд слишком хитер, чтобы согласиться с твоим планом, хотя, может, он и говорил тебе, что план чудесный. Он хочет Вулфридж, а не Кору. Найелл же хочет наложить лапу на всю Нортумбрию, а не только на владения Освальда, которые он мог отобрать и так, раз уж осмеливается выступать против короля. Ты своими интригами затеваешь войну, и все же ты никогда не получишь Люка. Ты ему не нужна. Он любит лишь Кору.
– Что ты понимаешь в любви? Ты даже не видишь разницы между любовью и ненавистью, иначе ты бы не бегал за мной как собака, хотя я тебя ненавижу.
Это презрительное замечание сильно задело Роберта.
– Ты использовала меня так же, как пыталась использовать Люка, – зло выдохнул он. – Ты думаешь, Люк любит тебя? Ты была для него просто мимолетной прихотью. Ты можешь называть меня дураком, но вот увидишь, он ни за что не откажется от своей жены, которую очень любит.
– Заткнись, ты!.. Ты жалкий негодяй!.. Да я уничтожу тебя, если захочу.
Амелия размахнулась и ударила Роберта по лицу. Этот удар, хоть и несильный, вызвал у него взрыв долго сдерживаемой ярости, и, размахнувшись, не успев даже осознать, что он делает, Роберт нанес ответный удар. Голова Амелии откинулась назад, и женщина отлетела к тяжелому дубовому столу, прежде чем он смог ее подхватить. Ударившись головой о стол, она осталась лежать неподвижно.
Роберт глядел на нее, тяжело дыша, и грудь у него вздымалась от еще не улегшейся ярости. Амелия не двигалась, и, встревоженный, он опустился на колени. Пульс на шее у нее не бился. Потрясенный, Роберт застыл, схватившись за голову руками.
О Боже, он убил ее! Убил женщину, которую хотел, пусть даже не любя ее. Такая красивая, надменная – и такая лживая, порочная! Роберт закрыл лицо руками и содрогнулся.
Как долго он стоял так на коленях, он и сам не знал. Но когда пришел в себя, за окном уже стемнело. Он поднял Амелию на руки и перенес на широкую кровать под балдахином. А положив на постель, накрыл покрывалом до подбородка и отступил, задернув полог, чтобы закрыть ее неподвижное тело.
Со смертью Амелии его дни при дворе Найелла были сочтены. Но если уж ему суждено умереть, то лучше погибнуть сражаясь, чем быть умерщвленным, подобно быку, отданному на заклание. Выход был только один – бежать.
Когда совсем стемнело и все в замке стихло, Роберт выбрался из окна и спрыгнул на землю. Высота была порядочная, и он так ударился при приземлении, что не сразу смог прийти в себя. А поднявшись на ноги, прокрался осторожно к колючей живой изгороди, окружавшей сад Найелла.
С самого своего приезда он заметил время, когда часовой совершал обход, и теперь ждал, затаившись, пока тот пройдет. Понимая, что у него в запасе очень мало времени, Роберт, едва тень часового исчезла, пробрался сквозь терновую изгородь и бросился через поля в сторону Нортумбрии.


Под стенами Вулфриджа пылали яркие костры. Люк сидел, прислонившись к огромному стволу старого дуба, и, глядя на замок, терзался горькими думами. Ему по-прежнему не давала покоя мысль, как Освальду удалось избежать пленения и собрать достаточно людей, чтобы напасть на замок. Даже в случае предательства пришлось бы штурмовать стены, поскольку Антуан ле Бек не уступил бы без жестокой схватки. Каким же образом Освальд проделал все это?
Неужели собственные вассалы были против него? Неужели ни одна из попыток примирения, предпринятых им с тех пор, как он завладел Вулфриджем, ничего не дала? Пропасть между нормандцами и саксами никогда не казалась более непреодолимой, чем сейчас, и Люк боролся с захлестнувшим его унынием. Горстка верных солдат была ему слабым утешением. Ведь требовалось гораздо больше людей, чтобы удержать эти земли.
К тому же – о Господи! – он ведь поклялся Коре, что защитит ее ценой своей жизни, а получилось так, что она попала к Освальду в плен. Ему страстно захотелось вскочить на коня и поскакать прямо к Вулфриджу, чтобы тотчас же вызвать Освальда на поединок. Хотя это был бы явно бесполезный жест – этот негодяй не станет драться с ним, ни в поединке один на один, ни в сражении.
– Приближается всадник! – крикнул один из часовых, заметив человека на лошади.
Люк вскочил, повернувшись в сторону дороги. Последовал короткий разговор между часовым и этим всадником, а когда Люк торопливо зашагал в их сторону, человек уже спешился и шел к нему в сопровождении двух солдат.
– Жиль? – удивился Люк, узнав его. – Почему ты здесь? Ты же должен быть вместе с леди Амелией и сэром Робертом.
Жиль опустился на одно колено. Сапоги его были забрызганы грязью, он тяжело дышал.
– Был, милорд. Но меня послали к вам с известием.
– От Роберта?
Жиль кивнул, не в силах говорить. Ему не хватало дыхания, и слова отрывисто слетали с его уст.
– Он просит… чтобы вы послали ему помощь, милорд.
– Помощь? Что случилось, говори же!
– Его удерживают в заложниках. Его и леди Амелию. И они просят вашей помощи…
Сунув руку в карман, Жиль достал какую-то вещицу и протянул ему. В свете костра тускло сверкнуло золото, и, взяв кольцо, Люк медленно повернул его, чтобы взглянуть на знакомую печатку де Брийона.
– Господи Иисусе! – хрипло выдохнул он сквозь стиснутые зубы. – Вставай, Жиль. Выпей вина и поешь, чтобы прийти в себя. Принеси ему плащ, Реми, и позаботься о его лошади. Клянусь Богом, я готов сейчас спалить всю Нортумбрию. Расскажи мне побыстрей, что случилось.


Было темно. Шипел догорающий факел, роняя искры на пол подвала, где они затухали на влажных камнях. От острой боли у Коры раскалывалась голова. Ей хотелось кричать от горя при виде окровавленного тела Шебы, неподвижно распростершейся на полу. Но она не могла выказать слабость перед этим человеком, со злорадной ухмылкой уставившимся на нее.
– Ты долго была бельмом у меня в глазу, – скрежещущим голосом проговорил он, стирая ладонью кровь со щеки – доказательство того, как яростно она боролась с ним. – Лорд Бэльфур с детства слишком потакал тебе. Ему бы следовало пороть тебя каждый день, а не баловать и лелеять.
Кора гордо взглянула на Хардреда.
– Мой отец был справедливым человеком. И не тебе о нем судить.
– Твой отец, – передразнил он, – был просто выживший из ума дурак. Да к тому же безвольный дурак. Он должен был бы выдать тебя замуж за мужчину, способного удержать эти земли, а не за того бесполезного калеку.
Глаза Коры загорелись гневом.
– Вульфрик был мужчиной, каким тебе никогда не быть!
– Недоделок он был, а не мужчина. Когда Бэльфур позволил тебе выйти за него замуж, стало ясно, что мы обречены. Но что мы могли сделать, кроме как терпеть и молчать, понимая, что однажды придут чужеземцы, чтобы захватить наши земли. Это бывало и прежде, но шотландцы и датчане, разграбив окрестности, уходили, а эти явились к нам навсегда.
– Кто такие «мы», о которых ты говоришь? Я вижу только тебя, предателя-сакса, который тотчас же умрет, как только вернется Люк.
Хардред хрипло рассмеялся. Он наставил на Кору ее же собственный меч, глядя на острие и словно раздумывая, куда бы лучше вонзить его.
– Забудь об этом! Лорд Освальд уже в замке со своими людьми, и Вулфридж снова стал саксонским.
– Ты открыл ему ворота? Ты безмозглый болван!.. Если бы саксы еще могли побеждать, король Гарольд до сих пор сидел бы на троне… Но даже если бы он и победил при Гастингсе, Англия все равно была бы потеряна для нас. Не из-за одной битвы, не из-за одного человека, а просто потому, что слишком долго мы были разобщены. Судьбой было предназначено, что Англия падет, и мы должны еще радоваться, что она досталась Вильгельму, который, по крайней мере, способен связать нас воедино. Ведь вместо этого мы были бы сотней мелких уделов, управляемых вечно грызущимися между собой баронами, у которых лишь своя выгода на уме. Кора прерывисто вздохнула. Это была правда. И она это прекрасно знала. Чувство справедливости продиктовало ей эти слова.
Взбешенный, Хардред резко выпрямился и, приставив смертоносное острие римского меча к ее груди, приказал ей встать. Она медленно поднялась на ноги, заметив, что платье у нее разорвано с одного бока, так что бедро обнажилось почти до талии. Хардред скользнул глазами вниз, потом снова вверх ей на лицо, и губы его скривила презрительная ухмылка.
– Освальд не безмозглый дурак, как Бэльфур, а сильный в своем праве сеньор. Он будет держать в заложниках не только тебя, но и брата лорда Люка. Он не склонит колени перед нормандцами и не позволит своим дочерям греть им постели, как это сделала ты. Освальд возродит нашу былую славу, он вернет нам то, что отняли завоеватели.
Не сводя глаз с Хардреда, держащего ее меч, Кора смерила его самым презрительным взглядом, на который была способна.
– Когда вернется лорд Люк, ты сильно пожалеешь об этом.
– Лорд Люк уже вернулся, но не может войти в замок, – хрипло рассмеялся Хардред. – Волк у наших дверей, но мы затравим его так, чтобы он никогда не мог больше рыскать по Англии.
– Вам это не удастся, Хардред! – вскричала Кора, сжав кулаки. – Вы все пигмеи рядом с ним.
– Он попал меж двух огней и теперь не улизнет от нас. У нас воины здесь, и наши воины в тылу у него – так что скоро мы его раздавим. А вы, миледи, та приманка, которая удерживает его под стенами Вулфриджа.
– Ты лжешь!
– Ничего подобного. Он выжидает и думает, что осадой возьмет нас, не догадываясь, какая судьба его ожидает. А когда он поймет, будет уже слишком поздно. – Хардред указал концом меча на открытую дверь подвала. – А теперь пошли, лорд Освальд ждет тебя наверху. Ты – ключ от волчьего сердца.
Кора споткнулась, когда он подтолкнул ее вперед, и, стараясь не смотреть на окровавленное тело волчицы, распростертое на камнях, переступила порог. Отчаяние сжимало ей горло, когда по выщербленным ступеням и гулким коридорам ее вели из подземелья наверх. Повсюду заметны были следы схватки – безжизненные тела павших и проломленные двери, а в отдалении еще слышался лязг мечей.
Ее ввели в большой зал и велели предстать перед Освальдом, который с мрачным удовлетворением уставился на Кору.
– Ты молодец, Хардред, – похвалил он предателя. – Я и не думал, что так легко заполучу жену этого нормандского волка. Теперь она у нас в западне.
– Я выследил ее, мой господин. Она хотела спрятать драгоценности в подвале.
– Неужели? – Лорд Освальд улыбнулся и поднял голову, прислушиваясь к крикам, доносившимся из коридора. – Мы победили, но должны быть начеку. Все еще очень ненадежно. Отведи ее обратно в подвал, Хардред. Надо беречь ее как зеницу ока. Она еще нам пригодится. Когда я окончательно овладею замком и этой женщиной, все остальное также будет мое.
Кора вздернула подбородок.
– Ты самонадеянный глупец, Освальд, если думаешь, что Люк уступит тебе хоть пядь земли. Ни ради меня, ни ради чего бы то ни было он никогда не отдаст тебе то, что ему принадлежит.
– Нет, миледи, отдаст, чтобы сохранить вам жизнь. Ведь ему известно, что я без всякой жалости убью ту, что изменила делу саксов.
– Я изменница? Нет, Освальд Пакстон, не я! Мне претит видеть, как саксы убивают друг друга в интересах таких негодяев, как ты. А вот ты сам…
Освальд нетерпеливо махнул рукой.
– Когда люди ведут войны, жертвы неизбежны. Это небольшая цена за свободу.
– На этой земле не будет свободы, пока не установится мир. А люди, подобные тебе, любят войну больше, чем мир.
– О чем это вы, Освальд?
Кора обернулась на этот голос, и брови ее удивленно взлетели вверх при виде входящего в зал Жан-Поля. Брат Люка едва взглянул на нее, но, увидев его, Кора оцепенела. По спокойному уверенному виду Жан-Поля было ясно, что ему ничего не угрожает. Значит, он в одном лагере с захватчиками?
Освальд повернулся к Жан-Полю.
– Неважно, о чем… Сейчас не до пустых разговоров. Ты с нами, Жан-Поль?
– Это мы еще посмотрим.
Освальд недовольно сдвинул свои кустистые брови.
– На что посмотрим? Ты ведь сакс, не так ли? И твой отец умер за Гарольда.
– Мой отец умер за самого себя, – насмешливо бросил Жан-Поль. – Он просто ошибся. Он поставил не на ту карту, а проиграв, потерял все.
– А ты убежал к Малкольму, как дворняжка, которую пнули ногой, – издевательски усмехнулся Освальд.
Жан-Поль пожал плечами.
– Но живая дворняжка, и это немаловажно. Моя голова все еще у меня на плечах.
– Но ты живешь в нормандской крепости и кормишься из милости у нормандца.
– У моего брата долгая память. Я тут скорее заложник, нежели гость. – Жан-Поль мельком глянул на Кору. В глазах его появился странный блеск. – Расскажите ему, миледи, в какой чести я был у Люка.
– Получал все то, что заслуживает любой предатель, я думаю. – Она в ответ смерила его холодным взглядом.
– Вот видишь, Освальд? Мы с тобой похожи. Мы ценим наши шкуры превыше всего.
– Ты меня с собой не сравнивай. Я не такой трус!
– Вот как? Почему же ты не остался в своем замке в Пакстоне, чтобы как следует принять Люка? Неужели нормандский волк внушил тебе такой страх?
– Не очень-то заносись! – прорычал Освальд. – Оскорблений с твоей стороны я не потерплю.
Жан-Поль снова пожал плечами.
Освальд, прищурившись, посмотрел на него, собираясь что-то сказать, но тут в коридоре возле входа в зал послышался шум, и грозный лорд повернулся к двери, когда звуки борьбы усилились. Послышался лязг скрещивающихся мечей, и он снова перевел взгляд на Кору, быстро приняв какое-то решение.
– Эту леди нужно надежно спрятать, Хардред.
– Ты боишься меня! – засмеялась Кора. – О да, Люк Луве разорвет тебя на куски, когда придет…
– Убирайся прочь, ведьма! – рявкнул Освальд, но в глазах его и вправду промелькнул страх. – Ты опозорена связью с этим нормандским волком, который правит твоими землями, и тебе не место среди нас. Но раз уж Луве так тобой дорожит, шлюха, мы спрячем тебя в надежном месте вместе с другими его сокровищами. Отведи ее вниз, Хардред, и держи в подвале, пока мы не отправим ее на север.
Кора оцепенела. На север – к Малкольму! О Боже, тогда Люк уже не сможет освободить ее. Во всяком случае, без кровопролитной войны…
– Я отведу ее, – предложил Жан-Поль, но Освальд отрицательно покачал головой.
– Нет. Ты пойдешь со мной – мне пригодится твой меч. Мне нужны испытанные воины, чтобы одолеть тех людей, которых Луве оставил в замке.
Выведя Кору из зала, Хардред потащил ее в подземелье, бесцеремонно толкая в спину, пока они не дошли до распахнутой двери подвала. Она отвела взгляд от тела мужчины, все еще лежащего перед дверью, и увидела, что Шебы на полу уже нет. «Без сомнения, скоро у кого-то из захватчиков появится белая волчья шкура», – с горечью подумала она, и боль снова пронзила ей грудь.
Хардред грубо толкнул ее к стене, вдоль которой выстроились резные сундуки.
– Полезай в сундук!
Глаза Коры испуганно расширились. Она взглянула на сундук. Он был массивный и небольшой по размерам.
– Я там задохнусь.
– Ничего. В сундуке есть отверстия для воздуха.
– Нет… Я ни за что…
Но Хардред безжалостно толкнул ее вперед, концом меча уколов ей кожу. Кора почувствовала, как из пореза на плече начала сочиться кровь. На дне сундука лежала груда одежды. Хардред отодвинул ее в сторону и жестом приказал ей забираться туда.
– Полезай, или тебя повесят на крепостных воротах на глазах у твоего Люка. Это ему понравится, как ты думаешь?
Кора неохотно забралась в сундук, подтянув колени, и содрогнулась, когда тяжелая крышка захлопнулась над ней. Теснота и темнота окружали ее; едва ощутимо пахло чем-то пряным. Услышав приглушенный лязг металла, она поняла, что Хардред запер ее на замок. С ужасом она вдруг поняла, скорчившись на дне сундука, что, если Хардреда убьют, никто ее здесь не найдет и ее ожидает долгая и мучительная смерть.
Объятая темнотой, она подумала о Люке. «О Господи, сделай так, чтобы он одолел своих врагов и побыстрее освободил меня!» А когда он это сделает, она потребует самого страшного возмездия гнусным предателям.


Люк сидел неподвижно и пристально смотрел на затухающее пламя костра. Скоро рассвет. Он так и не сомкнул глаз всю ночь, раздумывая над создавшимся положением, пока Реми и остальные воины, завернувшись в походные одеяла, мирно спали.
Он оказался в ловушке: впереди – захваченная Освальдом крепость, за спиной – коварный Найелл. Единственным разумным решением было бы отступить. Но это, без сомнения, дало бы мятежникам полный контроль над Вулфриджем. Найелл и Адела дали ему ясно понять, что, если Люк не отдаст замок, Роберт и Амелия останутся в заложниках и, возможно, поплатятся жизнью за его упорство. А Кора оставалась заложницей у Освальда, уверенного, что он в конце концов уступит. Если бы только освободить ее! Тогда он бросил бы вызов Освальду. Но до тех пор он не мог подвергать риску ее жизнь.
Закрыв глаза, Люк прислонился спиной к стволу дерева, под которым сидел. Оставалось два дня до начала мая. Ночью было все еще холодно, но дни стояли теплые и ясные. Он поежился в своей куртке, которую носил поверх легкой кольчуги, но не встал, чтобы закутаться в плащ.
Снова и снова к нему возвращалась ужасная мысль, что брат опять предал его. О Боже, почему он, Люк, не заслужил любви и преданности у своей собственной родни?.. Бывали случаи, когда ему казалось, что он проклят. Ведь если бы не так, разве отец лишил бы его наследства в пользу другого, разве пытался бы поссорить с Вильгельмом? А теперь и Жан-Поль воспользовался первой же возможностью, чтобы снова предать его. Кора была права: не следовало доверяться брату.
А теперь он оказался в ужасном положении, и, если не найдет выхода из этой запутанной ситуации, придется отступить, чтобы спасти Кору и Роберта. Но даже в этом случае не было уверенности, что Освальд или Найелл не убьют своих заложников.
Рука его, лежащая на колене, сжалась в кулак. Черт подери, и зачем он так старался, чтобы сделать Вулфридж неприступным! Все обернулось против него. Как будто Люк собственными руками решил свою судьбу – ведь теперь он не мог захватить замок. Ему и в голову не приходило, что однажды он сам может оказаться в положении осаждающего, и он надежно укрепил каждый дюйм стены. Даже крот не смог бы пробраться внутрь.
Люк выпрямился и открыл глаза. Помнится, Кора что-то говорила ему о подвалах, расположенных под замком. Если звери умудрялись пробираться туда, то, возможно, есть путь и для людей.
Вскочив, он бросился к своим спящим людям и принялся толчками бесцеремонно будить их. До рассвета оставалось слишком мало времени, и он не мог терять ни секунды.
Щурясь спросонок, Реми встал и с недоумением воззрился на него.
– В чем дело, милорд?
– Надевайте доспехи и вооружайтесь. Ты помнишь, как мы были одеты, когда я впервые захватил Вулфридж? Оденьте точно такие же кожаные латы и проверьте, чтобы нигде не звенел металл.


К тому времени, когда они добрались до склона холма, на котором возвышался замок, все насквозь промочили обувь, хлюпая по талой воде. Прибой с шумом разбивался о скалы.
Всматриваясь в густые тени, Люк искал ту груду камней, которую он выбросил, расчищая одну из подземных комнат. После падения Роберта он исследовал некоторые из них и обнаружил подземные коридоры, уходившие куда-то вглубь. Возможно, этим путем можно было проникнуть в замок.
– Милорд, – прошептал Реми, спотыкаясь о камни, – что-то незаметно никакого хода…
– Он должен быть, нужно еще раз все хорошенько осмотреть.
Кервин, бывший командир гарнизона у Коры, предложил поискать лазейку с подветренной стороны склона.
– Там он менее крутой, милорд, и мы скорее останемся незамеченными.
– Нет, именно с этой стороны замка находятся подземные помещения.
Люк бессильно опустился на колени, объятый внезапным ощущением тщетности всех усилий. Как он мог найти вход, даже не зная, где искать? Время неумолимо истекало. Скоро рассветет, и часовые Освальда заметят их. Всякая надежда захватить врага врасплох будет потеряна. Где же этот проклятый туман, который так нужен ему сейчас? Сквозь облака пробивался слабый лунный свет, освещая окрестности и заставляя их держаться в тени крепостных стен, чтобы не всполошить часовых на дозорных башнях.
Припав к земле, Люк до боли в глазах всматривался в основание стены, пытаясь найти что-то похожее на отверстие. Вдруг какое-то белое пятно мелькнуло на миг в лунном свете и тут же исчезло. Игра света? И все же необъяснимое предчувствие заставило его двинуться в этом направлении, и Люк осторожно пополз к тому месту. На его счастье, шум прибоя заглушал легкий звон меча о камни.
Внезапно слабый, но очень знакомый звук заставил Люка замереть на месте. Высокий и протяжный, он сливался с другими ночными звуками, этот знакомый вой, похожий на собачий. Или на волчий…
Кервин тоже услышал это и шепнул, что впереди, на склоне, кто-то шевелится. Люк быстро вскарабкался по камням, и луна, на миг выйдя из-за облака, осветила на земле белое пятно. Увидев его, Люк двинулся быстрее, не осмеливаясь свистнуть. Не смея надеяться…
Но когда подобрался ближе, то увидел, что это и в самом деле была Шеба. Она лежала на брюхе, тяжело дыша, а ее белая шерсть была вымазана чем-то темным. Он встал на колени рядом с ней и протянул руку. И натолкнулся на влажную липкую шерсть. Кровь…
Шеба заскулила, а он обернулся к Реми и Кервину, которые стояли рядом, хмуро глядя на лежащего зверя.
– Волчица ранена, милорд. – Голос Кервина был сдержан, но полон тревоги. – Неужели она не расставалась с нашей леди?
– Да. Она бы никогда не покинула Кору добровольно.
– Значит, они пытались убить ее.
Шеба лизнула мокрым языком его руку, и Люк стиснул зубы.
– Им это почти удалось.
– Они что, выбросили ее сюда?
– Нет, я думаю, ей самой удалось уползти так далеко. Теперь я понимаю, как она покидала замок, умудряясь исчезнуть так, чтобы мы не знали об этом. Она нашла потайной ход. – Люк погладил волчицу по голове, не зная, как попросить это несчастное животное о том, что ему было нужно сейчас. – Кора в беде!.. Найди ее, Шеба. Где Кора?..
Его слова заставили волчицу с трудом подняться на ноги. Люк потрогал ее бок и понял, что рана глубокая и что Шеба потеряла много крови. Заставлять ее двигаться – это то же самое, что просто убить ее. И все же другого выхода нет.
Тихо приговаривая что-то, поглаживая по голове, он побуждал ее двигаться вперед, а Шеба покачивалась от слабости и скулила, не в силах сделать ни шагу.
Через некоторое время, когда Люк уже решил, что ничего не выйдет, что она слишком слаба, волчица повернулась к склону и, шатаясь, медленно двинулась вперед. Пригнувшись, Люк пошел рядом с ней, поддерживая животное, как только мог, пока неверными шагами, но упорно продвигаясь вперед, волчица куда-то вела их.
Вскоре в серебристом свете луны он увидел глубокую расщелину, похожую на вход. Она казалась достаточно широкой, чтобы туда мог вползти человек. Торопливо Люк отбросил несколько камней и протиснулся внутрь. Там было сыро и промозгло, но стало очевидно, что это начало туннеля. Он оглянулся через плечо.
– Реми, отошли волчицу в лагерь с одним из твоих людей. Она сделала все, что могла, но теперь ненароком может выдать наше присутствие.
Один из солдат крепко схватил Шебу, в то время как сам Люк вместе с остальными воинами вполз в туннель. Они с трудом продвигались по узкому и скользкому наклонному туннелю; несколько раз Люку пришлось ползти на животе или протискиваться, прижимаясь к стене.
Прошло слишком много времени, по его расчетам, и казалось уже, что ход этот ведет в никуда, что они просто даром теряют драгоценное время, когда Люк увидел слабую тонкую полоску света. Она была едва заметной, но тем не менее это был хоть какой-то ориентир, и остаток пути Люк прополз быстрее, обдирая руки и колени в торопливом желании поскорей достичь цели.
Позади себя он слышал прерывистое дыхание солдат и понимал, что они чувствуют то же самое. Реми – самый крупный из них – совсем выбился из сил.
– Милорд, мы уже близко? Я боюсь, что… застряну в этой чертовой щели…
Сердце Люка радостно забилось, когда он разглядел закрепленный в держателе горящий факел. Добравшись до него, он остановился и осторожно огляделся по сторонам. Да, Люк узнал этот коридор, ведущий к его сокровищнице, который сейчас был пуст.
Какое-то мгновение он стоял, испытывая чувство облегчения, что выполз из тесного подземного хода, но тут же с мрачной решимостью двинулся вперед. Да, он снова оказался в своем замке, но все же самое главное было впереди. Он должен выяснить, сколько преданных ему людей осталось в живых и на свободе, а потом открыть ворота, прежде чем заняться поисками Коры.
Быстро зашагав по коридору и стараясь при этом держаться в тени, Люк кивком приказал своим солдатам следовать за собой. Они без слов понимали, что делать. Если Бог и удача не оставят их еще на какое-то время, они победят.
Завернув за угол коридора, Люк увидел тело человека, распростертое на каменном полу в луже крови. Он хотел было пройти мимо, едва взглянув на него, но вдруг остановился как вкопанный. В тот же миг Реми, который тоже узнал этого человека, опустился на колени рядом с ним.
– Ален… – прошептал Люк.
– Он жив, милорд. Взгляните, он еще дышит.
Грудь Алена часто вздымалась и опадала, он дышал неглубоко и прерывисто. Ресницы его дрогнули, одна рука слегка пошевелилась. Люк склонился над ним.
– Миледи… в опасности, – прошептал непослушными губами оруженосец.
– Она жива, Ален?
Ален облизнул губы и сморщился, струйка крови потекла из угла его рта.
– Да… но они схватили… ее.
– Где она? – вскричал Люк, но Ален потерял сознание.


Поручив оруженосца заботам одного из солдат, Люк кивнул остальным и снова двинулся по коридору. Некоторые из факелов догорали, но света было достаточно, чтобы он мог явственно увидеть следы вражеского нападения. Губы его плотно сжались от бешенства при виде разрушений, которые они произвели за такое короткое время.
Реми взял двух солдат и направился к камерам, чтобы освободить тех из верных им солдат, которые могли быть заключены там, а Люк вместе с остальными направился в главный зал. Прямо впереди неясно вырисовывались силуэты двух часовых, и он бесшумно двинулся к ним.
Минуту спустя с обоими было покончено: часовые бесшумно упали на землю с кинжалами в груди.
Из дальнего коридора до него донеслись звуки схватки, и Люк бросился туда. Таиться больше не было смысла, пора вступить с противником в открытый бой. Если Реми не удалось освободить его людей, их всех могут запереть в этих коридорах.
Подняв меч, Люк во главе своего маленького отряда вихрем ворвался в зал. Они сражались, как тигры, уничтожая всех врагов на своем пути и издавая воинственные кличи во всю силу легких.
У самых дверей их встретили несколько солдат, которые, сбившись в кучу, пытались преградить им путь. Люк и его воины сражались ожесточенно. Кервин бился с яростной энергией, повергая тех, кто вставал у него на пути, с таким проворством и силой, которые трудно было предположить в седом ветеране. Он не был сейчас саксом, сражающимся против саксов, но человеком, сражающимся за своего лорда, и Люк знал, что может ему доверять. Когда они пробились в зал, Люк остановился в дверях и быстрым взглядом окинул помещение. В дальнем конце его стояли бок о бок Освальд и Жан-Поль, и Люка при виде этих людей охватила такая ярость, что ему на мгновение показалось, что она задушит его. Подняв свой окровавленный меч, с мстительным выражением и ненавистью в глазах, он двинулся в их сторону.
Но слишком рано он решил, что все солдаты, охранявшие Освальда, перебиты. Справа из-за опрокинутого стола вдруг выскочили двое солдат. Люк все же успел повернуться в их сторону и взмахом меча поразил одного из нападавших в бок. А высвободив лезвие, тут же снова размахнулся и ударил второго в плечо. Все произошло почти мгновенно, и путь для него был снова открыт.
Тяжело дыша, Люк взглянул на возвышение и от удивления застыл неподвижно. Там, держа свой меч с какой-то нарочитой небрежностью, Жан-Поль приставил его острие к горлу Освальда.
– Бросай оружие, Освальд, – тихо сказал он, и злобная улыбка скривила его губы. – Бросай меч, или у тебя сейчас будет два разинутых рта вместо одного.
– Будь ты проклят… – выдохнул Освальд. – Будь ты проклят, предатель.
– Нет, Освальд… Я тоже сакс до мозга костей, несмотря на то, что отец мой нормандец. Но я достаточно умен, чтобы понять, с кем мне лучше иметь дело. И будь уверен, не с тобой. А теперь брось свой меч и готовься отвечать перед моим братом!
С проклятием Освальд опустил свой меч, но глаза его пылали ненавистью. Люк подался вперед, разгадав раньше брата, его намерение, но было уже поздно.
Извернувшись, Освальд снизу ударил Жан-Поля в бок, в тот же миг отпрянув в сторону, чтобы избежать ответного удара мечом. Но он был недостаточно проворен: лезвие меча Жан-Поля все же скользнуло сбоку по его шее, оставив глубокую рану, из которой хлынула кровь.
Освальд задергался, осел, и его колени тяжело ударились о каменный пол. Жан-Поль повернулся, стараясь удержаться на ногах, но не смог и медленно опустился на колени, скользя руками по лезвию своего меча. Глаза его уже подернулись пеленой, а из разверстой раны на боку полилась кровь, когда, бросившись к нему, Люк подхватил брата на руки.
– О Боже, Жан-Поль…
Морщась от боли, брат поднял затухающий взгляд. Его рука поймала рукав Люка и крепко вцепилась в него.
– Про… прости меня, Люк…
– Да, Жан-Поль, я тебя прощаю. Но лучше молчи. Береги силы, пока…
– Нет… – Пальцы на его рукаве разжались. – Это… напрасно. Не думай… что я был против тебя. Я… нет. – Он содрогнулся, его губы беззвучно зашевелились, и Люк наклонился поближе, чтобы услышать последние слова. – Храни то… что ты добыл, брат. – Жан-Поль судорожно втянул в себя воздух, и ресницы его затрепетали. – Твоя жена… твоя Кора в… в подземелье… Я пытался… помочь ей.
– Я верю, Жан-Поль. Ты искупил свою вину, брат. А теперь полежи, побереги силы.
Легкая улыбка задрожала на губах Жан-Поля, и тело его содрогнулось в смертельных конвульсиях. Он сделал еще один судорожный вздох, и этот вздох стал для него последним. Люк смотрел на брата, и сердце его сжималось от горя. Он мысленно молил Жан-Поля простить за темные подозрения, которые питал в отношении его.
– Милорд!
Люк оглянулся. Рядом, тяжело дыша, стоял Кервин. Глаза его были полны сочувствия, но видно было, что он хочет сообщить что-то важное.
– Что, Кервин?
– Реми открыл ворота. Наши уже внутри, и победа за нами. Что будем делать с изменниками?
Люк взглянул на безжизненное тело Жан-Поля и тихо прикрыл его невидящие синие глаза.
– Не надо их убивать. У человека должно быть время раскаяться, возможность искупить свою вину. Тем воинам, которые присягнут мне в верности, я дам еще один шанс.
Он поднялся на ноги и повернулся к дверям.
– Найдите человека с ключами от подземелья и приведите его ко мне.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Клятва рыцаря - Гарнетт Джулиана

Разделы:
Пролог

Часть 1

1234567891011

Часть 2

121314151617181920

Ваши комментарии
к роману Клятва рыцаря - Гарнетт Джулиана



Симпатичная сказка о любви, чести, верности слову.
Клятва рыцаря - Гарнетт ДжулианаElen
28.02.2012, 20.45





Прочитала с удовольствием!
Клятва рыцаря - Гарнетт ДжулианаМила
4.07.2012, 23.52





Полностью согласна с комментариями.С удовольствием прочитала все романы Гарнет Джулианы!!! Захватывает
Клятва рыцаря - Гарнетт ДжулианаСвет лана
6.11.2012, 18.06





Начало немного скучновато но конец то что надо. Почитайте для разнообразия.
Клятва рыцаря - Гарнетт Джулиананека я
7.06.2013, 19.35





Мне нравится закономерность: сначала завоеватель пугает девушку, что возьмет ее силой как трофей, но стоит ей проявить инициативу и самой начать его соблазнять, как он вдруг пугается, опасается быть "пойманым в сети", и сам избегает близости. Очаровательная непоследовательность, но она уже изрядно прискучила.
Клятва рыцаря - Гарнетт ДжулианаЛекси
7.06.2013, 20.33





Слишком много политики.
Клятва рыцаря - Гарнетт ДжулианаКэт
15.02.2014, 9.07





очень классный роман! советую всем почитать.
Клятва рыцаря - Гарнетт Джулиананаталья
12.04.2014, 13.26





Сначала героиня (высокородная леди!) разделась и предложила себя герою. Это мне сразу не понравилось. А потом и вовсе отдалась ему в палатке, в лесу. Для леди бесчестье хуже смерти, а героиня отнеслась к потере девственности так как будто делает это каждый день. Дальше она руководствуется холодным расчётом и женит на себе героя. А герой чем всё время недоволен, чем ему героиня не понравилась? Короче тема "ненависть перерастает в любовь" здесь отсутствует. Столкновения характеров нет, и искры между героями нет, интриги нет. Скучновато было, как-то пресно. Мне не хватило характера героя
Клятва рыцаря - Гарнетт ДжулианаAlina
18.09.2014, 23.51





Хватило только на первую часть, вторую даже не стала читать.....Не понравилось, никаких чувств с ее стороны после первой ночи вообще нет. 3 балла
Клятва рыцаря - Гарнетт Джулианамилана
9.04.2015, 18.00








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100