Читать онлайн Кафе лунатиков, автора - Гамильтон Лорел, Раздел - 22 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Кафе лунатиков - Гамильтон Лорел бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.12 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Кафе лунатиков - Гамильтон Лорел - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Кафе лунатиков - Гамильтон Лорел - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гамильтон Лорел

Кафе лунатиков

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

22

Я осторожно встала. Мир не завертелся – уже хорошо. Я подошла к Луи. Крысолюд лежал на траве темным силуэтом, совершенно недвижно. Я встала рядом с ним на колени, и снова меня одолела тошнота. Пришлось ждать на четвереньках, пока она пройдет. Мир снова успокоился, и я положила руку на мохнатую грудь. Вздох облегчения вырвался у меня, когда грудь под моей рукой поднялась и опала. Живой и дышит. Фантастика.
Будь он в виде человека, я бы посмотрела рану у него на шее. Вообще-то я была уверена, что, коснувшись его крови в животной форме, я ликантропию не подхвачу, но уверена не на сто процентов. А у меня хватало проблем и без того, чтобы раз в месяц покрываться мехом. К тому же если уж я выбирала бы себе животное, то это была бы не крыса.
Вой сирен приближался. Я не знала, что делать. Он серьезно ранен, но я видела Ричарда и в худшем виде, и он исцелился. Но нужна ли ему была для этого медицинская помощь? Неизвестно. Можно бы спрятать Луи в кустах, но не получиться ли, что я бросила его умирать? А если копы увидят его в таком виде, его тайна раскроется. Жизнь его полетит к чертовой матери только за то, что он меня спас. Это будет нечестно.
Из остроконечной пасти донесся долгий вздох. По телу пробежала крупная дрожь. Мех стал отступать, как вода при отливе. Стали выпрямляться неуклюжие крысиные конечности. Я глядела на человеческую форму, возникающую из меха, как скульптура из оттаивающей глыбы льда.
Луи лежал на темной траве, бледный, голый и совершенно человеческий. Я никогда еще не видела этого процесса в обратную сторону. Это было так же захватывающе, как и прямой процесс, но менее пугающе – может быть благодаря конечному продукту.
Рана на шее Луи была больше похожа на укус животного, чем вампира. Кожа разорвана, но два следа поглубже – клыки. Сейчас крови на ране не было. Пока я смотрела кровь появилась. В темноте мне трудно было сказать, но похоже было, что рана начинает заживать. Я проверила пульс – он был сильным и ровным. А что это может значить? Я же не врач.
Сирена замолчала, но мигалки разгоняли тьму над деревьями, как цветные молнии. Сюда идут копы, и пора мне решить, что делать. Голова почти прошла, мне стало лучше, зрение прояснилось. Конечно, я еще не пыталась снова встать. Я смогу перетащить Луи в хватке, в которой выносят пострадавших пожарные, не слишком далеко и не слишком быстро, но смогу.
Следы укусов сокращались. Черт побери, он же к утру будет здоров. Но дать копам его увидеть я не могла и не могла его здесь оставить. Не знаю, может ли ликантроп до смерти замерзнуть, но сегодня мне что-то не везет.
Я накрыла его своим пальто, обернув вокруг, когда приподняла. Неладно будет, если он себе кое-что отморозит. Палец на ноге потерять – и то обидно.
Сделав глубокий вдох, я встала, держа Луи на плече. Моим коленям этот подъем тяжести не понравился. Но когда я встала, перед глазами снова все поплыло, и я стояла, пытаясь справиться с вдруг сорвавшейся с цепи вселенной. Потом я упала на колени, и это было больно из-за добавочной тяжести.
Полиция уже близко. Если я не уберусь немедленно, можно сразу сдаваться. А сдаваться – не самое главное из моих умений. Встав на одно колено, я сделала последний толчок. Коленные суставы вопили во все горло, но я все же стояла. По глазам прокатывались черные волны, а я ждала, когда они схлынут. Головокружение было на этот раз не очень сильным, но тошнота сильнее. Ладно, подруга, потом поблюешь.
Я пошла по тротуару – не рискнула по снегу. Кроме того, следы на снегу даже городской коп заметит.
От приближающихся огни меня прикрывала полоса деревьев. Тротуар обходил вокруг дома. За углом я смогу найти свою машину. Вести машину, когда перед глазами все качается и плывет, – не самый лучший выход, но если я не оставлю приличного расстояния между копами и собой, все усилия будут зря. Я должна добраться до машины. Я должна увезти Луи подальше от чужих глаз.
Я не оглядывалась, чтобы посмотреть, где там мигалки. Оглядываться – это не поможет, а с Луи на плече оно еще и трудно. Так что я просто переставляла ноги, одну за другой, и угол дома поворачивался вокруг меня. Теперь нас не видно, даже если они выедут из-за деревьев. Прогресс, что ни говори.
Слева от меня темным монолитом тянулась стена дома. Расстояние, казалось, только увеличивалось. Я переставляла ноги, одну за другой. Если сосредоточиться на ходьбе, ни о чем не думаю, я смогу. Луи, на мой взгляд, становился легче. Это было неправильно. Может быть, я сейчас отключусь, только сама еще этого не знаю?
Подняв глаза, я увидела край дома прямо рядом. Какой-то период времени выпал из памяти – плохо. Наверняка сотрясение. Но ведь не слишком сильнее, а то бы я потеряла сознание, так? Только почему я в это не верю?
Я выглянула за угол, думая только о том, чтобы не ударить Луи ногами об стену. Это потребовало больше внимания, чем должно было бы.
Темноту озаряли полицейские мигалки. Машина стояла на краю парковки, и одна дверь была открыта. Оттуда неразборчиво слышались трещащие голоса по радио. Машина была вроде бы пустая. Когда я прищурилась, чтобы всмотреться получше, по глазам снова прокатилась волна черноты. Как, черт побери, мне вести машину? Ладно, все по порядку. Сначала нужно запихнуть Луи в джип с глаз долой.
Я вышла из-под защиты дома – моего последнего убежища. Если сейчас, когда я тащусь через стоянку, появятся копы, все пропало.
В воскресенье вечером на гостевой парковке машин немного. Мой джип стоял под фонарем – я всегда, когда получается, ставлю машину под фонарем. Для женщин, разъезжающих после наступления темноты, это правило безопасности номер один. Джип стоял как под прожектором. Хотя может быть, свет и не был таким ярким, но мне он таким казался, поскольку мне надо было скрываться.
Где-то на полдороге к джипу я поняла, что головная боль у меня не единственная проблема. Конечно, я могла поднять такой вес, даже нести его, но не вечно. У меня начинали дрожать колени. Каждый шаг получался все медленнее и требовал все больших усилий. Если я упаду, снова мне Луи не поднять. Я даже не была уверена, что сама смогу встать.
Переставлять ногу, одну, другую, одну, другую – я больше ни о чем не думала, пока в поле зрения не вплыли шины джипа. Ну вот, оказалось не так трудно.
Ключи от машины были, конечно, в кармане пальто. Я нажала на кнопку, открывающую двери. Звуковой сигнал завопил так, что мертвого мог бы поднять. Придерживая Луи одной рукой, я другой открыла среднюю дверцу и плюхнула его на заднее сиденье. Пальто упало, открыв контуры голого тела. Наверное, я чувствовала себя лучше, чем мне казалось, поскольку у меня хватило сил набросить на него пальто, прикрывая пах, живот и часть груди. Осталась незакрытой рука, неуклюже свесившаяся в сторону, но с голой рукой мое чувство приличия вполне могла смириться.
Закрывая дверцу, я случайно увидела себя в боковом зеркале. С одной стороны мое лицо превратилось в кровавую маску, а на чистых местах виднелись красные царапины. Я влезла в машину, взяла в бардачке коробку детских салфеток с алоэ и ланолином. Их я возила с собой, чтобы ликвидировать следы крови после подъема зомби, – они действовали лучше, чем просто мыло с водой, которые я возила с собой раньше. Стерев достаточно крови, чтобы меня не остановил первый же коп, я села за руль и посмотрела в зеркало заднего вида.
Полицейская машина все еще стояла в полном одиночестве, как поджидающий хозяина пес. Мотор завелся, я включила передачу и дала газ. Джип вильнул к фонарному столбу, как к магниту. Ударив по тормозам, я успела порадоваться, что пристегнулась.
Ладно, значит, я слегка дезориентирована. Включив свет под солнечным щитком (этот свет сделан, чтобы поправлять макияж), я вместо этого стала рассматривать собственные зрачки. Одинаковые. Если бы один из них был раздут, это могла бы означать кровоизлияние в мозг. От таких штук человек может и умереть. Я бы тогда сдалась копам, и меня отвезли бы в больницу. Но все было не так плохо – я на это надеялась.
Выключив свет, я подала машину вперед. Если ехать очень медленно, машину, даст Бог, не потянет целоваться с фонарем. Отлично.
Я подала машину со стоянки, ожидая окриков за спиной. Тихо. Улица была темна и по обеим сторонам уставлена машинами. Я поползла со скоростью миль десять в час – быстрее боялась. Впечатление было такое, будто я еду сквозь машины у тротуара. Иллюзия, конечно, но все равно нервирует.
Улица побольше – и мне в глаза ударил свет фар. Я поднесла руку к глазам козырьком и едва не въехала в припаркованный автомобиль. Вот черт! Надо где-нибудь остановиться, пока я никого не стукнула. Еще через четыре квартала я нашла заправку с телефоном-автоматом на улице. Насколько я страшно выгляжу, я точно не знала, но не хотела, чтобы после всех моих стараний удрать незамеченной какой-нибудь слишком бдительный клерк позвонил в полицию.
Я осторожно заехала на стоянку. Если бы я перестаралась и въехала в бензоколонку, кто-нибудь все равно бы вызвал копов. Джип я поставила перед телефонами, и у меня словно гора с плеч свалилась, что можно стоять, а не ехать.
В пепельнице я нашарила квотер – там никогда ничего не было кроме мелочи. Выйдя из машины, я первый раз поняла, как холодно без пальто. Граница холода проходила по спине, где был оторван кусок свитера. Не думая, я набрала номер Ричарда. А кому еще я могла звонить?
Пискнул автоответчик.
“Черт возьми, Ричард, будь дома, будь дома!”
Загудел сигнал.
– Ричард, это Анита. Луи ранен. Возьми трубку, если ты дома. Ричард, возьми трубку, Ричард! – я прислонилась головой к холодному металлу будки. – Возьми трубку, возьми трубку, черт бы все побрал!
Он схватил трубку, запыхавшись.
– Анита, это я. Что случилось?
– Луи ранен. У него рана залечивается. Как объяснить это врачам в больнице?
– Не надо, – ответил он. – У нас есть врачи, которые могут его вылечить. Я тебе скажу, куда ехать.
– Я не могу вести.
– Ты ранена?
– Да.
– Серьезно?
– Достаточно серьезно, чтобы мне не хотелось вести машину.
– Что с вами случилось?
Я выдала ему адаптированную версию. Просто нападение вампира, без особых мотивов. Мне не хотелось сообщать ему, что я должна рассказать Жан-Клоду о нашей помолвке, поскольку я еще не была уверена, что мы таковую заключили. Он предложил, я сказала “да”, но сейчас я уже не была уверена. Я даже не была уверена, что Ричард по-прежнему уверен.
– Скажи, где ты. – Я рассказала. – Я знаю эту заправку. Иногда заезжал туда, когда ездил к Луи.
– Отлично. Когда ты здесь будешь?
– А ты уверена, что ничего с тобой за это время не случится?
– Полностью.
– Если нет, вызови полицию. Не рискуй жизнью, чтобы не выдавать Луи. Он бы этого не хотел.
– Я это учту.
– Не строй из себя мачо, Анита. Я просто не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.
Я улыбнулась, все еще прижимаясь головой к холодной будке.
– Не будь я мачо, сдалась бы сегодня давным-давно. Ты просто приезжай, Ричард, я буду ждать.
И я повесила трубку, пока Ричард не успел впасть в сантименты. Мне было слишком паршиво, чтобы вынести еще и сочувствие.
Я влезла в джип. В нем было холодно – я забыла включить обогрев. Сейчас я включила его на полную, потом встала на колени на сиденье и поглядела, как там Луи. Он не шевельнулся. Я взяла его за руку, проверила пульс. Пульс был сильный и ровный. Просто для проверки я приподняла его руку и выпустила. Реакции не было, но я ее, на самом деле, и не ожидала.
Обычно ликантроп остается в животной форме часов восемь – десять. Раннее обратное превращение забирает много сил. Даже будь Луи ранен, он бы проспал весь остаток ночи. Хотя спать – это слишком слабое слово. Ликантропа от такого сна пробудить невозможно. Но это не слишком хороший способ выживания, как и вампирам не слишком полезна необходимость дневного сна. Так эволюция помогает нам, слабым человечкам.
Я сползла вниз по сиденью. Сколько времени займет у Ричарда дорога, я не знала. Я посмотрела на здание станции. Человек за прилавком читал журнал и сейчас на нас не обращал внимания. Если бы он смотрел, я бы отъехала подальше от света – мне не надо, чтобы он к нам присматривался, но раз он не обращает внимания, я остаюсь на месте.
Я откинулась назад, положив голову на подголовник. Мне хотелось закрыть глаза, но я этого не сделала. Я не сомневалась, что у меня сотрясение, а спать при этом не слишком полезно. Однажды у меня была куда более сильная контузия, но Жан-Клод ее вылечил. Да, но метка вампира – слишком сильное средство от простого сотрясения.
Сейчас мне впервые серьезно досталось с тех пор, как я утратила метки Жан-Клода. Он них меня было труднее ранить, и я исцелялась быстрее. Для побочного эффекта неплохо. Вторым побочным эффектом была возможность смотреть в глаза вампира, и он при этом не мог меня зачаровать. Как сегодня я смотрела в глаза Гретхен.
Как я смогла это сделать безнаказанно? Жан-Клод мне солгал, и у меня еще остался какой-то след от его меток? Еще один вопрос, который надо будет ему задать, когда увидимся. Правда, после опубликования новостей ад сорвется с цепи и будет не до вопросов. Впрочем, один вопрос все же остается: попытается Жан-Клод убить Ричарда? Вполне возможно.
Я вздохнула и закрыла глаза. Вдруг навалилась усталость, и усталость такая, что глаза открывать не хотелось. Меня засасывал сон. Я заставила себя открыть глаза и села прямо. Может быть, это последствия напряжения – адреналин схлынул, или это от сотрясения. Я включила свет в салоне и снова проверила, как там Луи. Дыхание и пульс ровные. Голова его свесилась набок, открыв длинную линию шеи и рану на ней. След от укуса проходил. Когда смотришь, это незаметно, но каждый раз, когда я на него оглядывалась, рана становилась лучше. Это как смотреть, как раскрывается цветок. Эффект виден, но процесс заметить не удается.
Луи – с ним все будет хорошо. А как с Ричардом? Я сказала “да”, потому что в тот момент хотела это сказать. Я вполне могла себе представить, как мы вместе проводим жизнь. До того, как Берт меня нашел и научил, как обращать свой талант в деньги, у меня была жизнь. Я ходила в походы, путешествовала. Я была биологом-старшекурсником и думала о магистерской и докторской и собиралась изучать противоестественные создания всю оставшуюся жизнь. Как Джейн Гудолл по противоестественной биологии. Ричард мне обо всем этом напомнил, о том, какой рисовалась мне тогда моя будущая жизнь. Я не собиралась провести свою жизнь по пояс в крови и смерти. Это уж точно.
Если бы я сдалась Жан-Клоду, это значило бы признать, что ничего нет, кроме смерти, ничего нет, кроме насилия. Он сексуален, привлекателен, но он все равно смерть. Мне думалось, что с Ричардом у меня будет шанс на жизнь. На что-то лучшее. После прошлой ночи я даже в этом уже не была уверена.
Неужели это слишком много – хотеть, чтобы мужчина был человеком? Черт возьми, есть женщины моего возраста, которым вообще не с кем встречаться. И я была такая, пока не появился Ричард. Ладно, Жан-Клод хотел бы за мной ухаживать, но я его избегала. Не могла я себе представить, как это – встречаться с Жан-Клодом, как с обычным кавалером. Секс с ним я еще могла себе представить, но не ухаживания. Сама мысль, что он заедет за мной в восемь, завезет домой и удовлетворится прощальным поцелуем, была смешна.
Я стояла на коленях на сиденье, глядя на Луи. Повернуться и сесть поудобнее мне было страшновато – я боялась заснуть и не проснуться. Не то чтобы на самом деле боялась, но опасалась. Мысль поехать в больницу казалась неглупой, но сначала я должна рассказать Жан-Клоду о Ричарде. И удержать его от убийства Ричарда.
Я положила лицо на руки, и в голове у меня забилась глубокая, пульсирующая боль. Правильно, после такого мордобоя голова и должна болеть. А то я уже начала беспокоиться, что она не болит. Головную боль я переживу.
Так как мне сохранить Ричарда в живых? Я улыбнулась. Ричарда – волк альфа. Почему я решила, что он не может сам за себя постоять? А потому, что я видела, на что способен Жан-Клод. Я видела его, когда он абсолютно не был человеком. Может быть, если бы я видела, как Ричард изменяется, я бы чувствовала по-другому. Может быть, я бы не так рвалась его защищать. А может быть, ад замерзнет.
Я люблю Ричарда. По-настоящему люблю. Я сказала “да” совершенно искренне. Искренне – до прошлой ночи. До того, как ощутила волны его силы на своей коже. В одном Жан-Клод прав: Ричард – не человек. Порнофильм с настоящим убийством его возбудил. Интересно, у Жан-Клода понятие о сексе еще более диковинное? Нет, этого я никогда не позволю себе узнать.
В окно кто-то постучал, я резко дернулась, поворачиваясь. Зрение затмили черные полосы. Когда полосы исчезли, я увидела за окном лицо Ричарда.
Я отперла замок, и Ричард открыл дверь, потянулся ко мне – и остановился. На его нерешительность больно было смотреть. Он не знал, позволю ли я ему ко мне прикоснуться. Я отвернулась от этого пораженного страданием лица. Я его любила, но одной любви мало. Все эти волшебные сказки, романы, мыльные оперы – это все ложь. Любовь превозмогает не все.
Он очень старался до меня не дотронуться, и голос его прозвучал нейтрально:
– Анита, что с тобой? У тебя ужасный вид.
– Приятно знать, что мой вид соответствует самочувствию, – ответила я.
Он коснулся моей щеки – почти коснулся пальцами; призрак прикосновения, от которого у меня прошел мороз по коже. Он осторожно ощупал ссадину – это было больно, и я отдернула голову. У него на пальцах осталось пятно крови, блеснувшее в свете салона. Тень мысли мелькнула в карих глазах. Он чуть не облизал пальцы, как Рафаэль тогда. Он их вытер о свое пальто, но я видела колебание. И он знал, что я видела.
– Анита…
Распахнулась задняя дверь, и я развернулась, выхватив последний оставшийся у меня нож. Мир поплыл в черноте и тошноте – движение оказалось слишком резким. В полуоткрытой двери стоял Стивен – вервольф и смотрел на меня. Он вроде как застыл, вытаращив синие глаза, а смотрел он на серебряный нож у меня в руке. Кажется, до него не дошел факт, что я ослепла и слишком не в форме, чтобы им воспользоваться. Смотрел он так, будто я готова была ударить вслепую, как летучая мышь, вскочив с колен, не думая, кто там может быть в дверях – свой или чужой.
– Ты не сказал, что будешь не один.
– Да, надо было предупредить, – признался Ричард.
Я расслабила мышцы, снова опускаясь на колени.
– Именно что надо было.
Нож блеснул в свете салона; он казался бритвенно-острым и правильно лежащим в руке. Так они и было.
– Я только хотел осмотреть Луи, – сказал Стивен чуть дрожащим голосом. На нем был черный кожаный пиджак с серебристыми заклепками, застегнутый под самое горло. Длинные вьющиеся светлые волосы рассыпались по плечам. Был он похож на женоподобного байкера.
– Давай, – сказала я.
Стивен глянул на Ричарда, и я заметила, как Ричард кивнул.
– Давай, Стивен.
Что-то было в его голосе, что заставило меня повернуться и посмотреть. Выражение его лица было странным.
– Может, ты действительно так опасна, как притворяешься.
– Я не притворяюсь, Ричард.
Он кивнул:
– Может быть, и не притворяешься.
– Это составляет проблему?
– Нет, пока ты не стреляешь в меня или в членов моей стаи.
– Насчет стаи я тебе обещать не могу.
– Они под моей защитой, – сказал он.
– Тогда постарайся, чтобы они ко мне не лезли.
– И ты готова за это сражаться со мной?
– А ты со мной?
Он улыбнулся, но улыбка была невеселая.
– Я не могу с тобой драться, Анита. Я никогда не смог бы причинить тебе вред.
– Вот тут и разница между нами, Ричард.
Он потянулся поцеловать меня, но что-то в моем лице его остановило.
– Я тебе верю.
– Вот и хорошо. – Я сунула нож в ножны, глядя Ричарду в лицо. Мне не надо смотреть на нож, чтобы положить его в ножны. – Никогда не надо меня недооценивать, Ричард, меня и то, на что я готова, чтобы остаться в живых. И уберечь жизни других. Мне ни за что не хотелось бы схватки с тобой, никак не хотелось бы, но если ты не будешь держать свою стаю в руках, это сделаю я.
Он отодвинулся, и лицо его стало почти злым:
– Это угроза?
– Они отбились от рук, Ричард, и ты это знаешь. Я не могу обещать их не трогать, если ты не можешь гарантировать их поведение. А ты не можешь.
– Да, не могу. – Он это сказал без всякого удовольствия.
– Тогда не проси меня обещать их не трогать.
– Можешь ты хоть постараться не начинать сразу с убийства?
Я подумала.
– Не знаю. Быть может.
– Ты не можешь просто сказать: “Ладно, Ричард, я не буду убивать твоих товарищей”?
– Это была бы неправда.
– Боюсь, что так, – кивнул он.
Сзади раздался шорох кожаной одежды, и появился Стивен.
– Луи в отрубе, но он выкарабкается.
– Как ты его засунула в джип? – спросил Ричард.
Я посмотрела на него, но ничего не сказала. У него достало такта смутиться.
– Ты его несла! Я знаю. – Он осторожно коснулся пореза у меня на лбу. – Даже вот с этой штукой ты его несла.
– Оставалась либо это, либо его нашли бы копы. Что было бы, если бы они погрузили его в карету “скорой помощи”, а у него стали бы вот так заживать раны?
– Они бы поняли, кто он, – сказал Ричард.
Стивен сзади положил локти на спинку сиденья и ткнулся подбородком в руки. Кажется, он забыл, что я его чуть не заколола, а может, он привык к угрозам. Все может быть. Вблизи его глаза были синими, как васильки. С этими светлыми глазами он был как фарфоровая кукла, которую покупают в дорогих магазинах, а потом не разрешают детям с ней играть.
– Я могу отвезти Луи к себе, – сказал он.
– Нет, – ответила я.
Они оба удивленно обернулись ко мне. Я не знала, что сказать, но знала, что Ричарду нельзя ехать со мной в “Запретный плод”. Если есть у меня какая-то надежда сохранить нам жизнь, то Ричард точно не должен присутствовать, когда я огорошу Жан-Клода.
– Я хотел отвезти тебя домой или в ближайшую больницу, как ты распорядишься, – сказал Ричард.
Я бы тоже это предпочла, но не сегодня.
– Луи твой лучший друг. Я думала, ты захочешь сам о нем позаботиться.
Красивые карие глаза сузились в подозрительном прищуре.
– Ты хочешь меня спровадить. Зачем?
У меня болела голова. Хорошей лжи я не могла придумать. На плохую он не купится.
– Насколько ты доверяешь Стивену?
Вопрос застал его врасплох.
– Я ему доверяю.
Это была его первая реакция – “Да, я ему доверяю”, но он не обдумал ответ.
– Я не о том, Ричард. Ты веришь, что он не скажет Маркусу или Жан-Клоду?
– Я не скажу Маркусу ничего, что вы не хотите говорить, – заявил Стивен.
– А Жан-Клоду? – спросила я.
Стивен неловко поежился, но ответил:
– Если он задаст прямой вопрос, я должен буду дать прямой ответ.
– Насколько больше твоя подчиненность Мастеру Вампиров, чем вожаку твоей стаи?
– Я подчиняюсь Ричарду, а не Маркусу.
Я глянула на Ричарда:
– Маленький дворцовый переворот?
– Райна хотела заставить его играть в фильмах. Я вступился и не дал.
– Наверное, Маркус тебя и вправду ненавидит.
– Он меня боится, – сказал Ричард.
– Даже хуже, – отозвалась я.
Ричард ничего не сказал. Он знал ситуацию лучше меня, пусть даже и не хотел идти на крайние меры.
– Ладно. Я собиралась сказать Жан-Клоду, что ты сделал меня предложение.
– Ты сделал предложение? – В голосе Стивена прозвучало удивление. – И она сказала “да”?
Ричард кивнул.
По лицу Стивена разлилась радость.
– Ничего себе новости! – И тут же радость сменилась грустью. Как ветер по лугу: все видно на поверхности. – Жан-Клод от злости озвереет.
– Я бы не могла найти лучших слов.
– Так зачем ему говорить? – спросил Ричард. – Почему не подождать? Ты ведь уже не уверена, что выйдешь за меня замуж. Разве не так?
– Так, – ответила я. Очень не хотелось мне этого говорить, но это была правда. Я уже его любила, но дальше было бы слишком поздно. Если у меня есть сомнения, я должна разрешить их сейчас. Глядя в его лицо, ощущая запах его лосьона, я хотела бы отбросить осторожность к чертям. Упасть в его объятия. Но я не могла. Не могла – и все, пока не будет полной уверенности.
– Тогда вообще зачем ему говорить? Разве что ты хочешь меня умыкнуть и мне пока еще не сказала. А так у нас есть время.
Я вздохнула и рассказала ему, почему это надо сделать сегодня.
– Ты со мной ехать не можешь.
– Я не мог отпустить тебя одну.
– Ричард, если ты будешь там торчать, когда он узнает, он попытается тебя убить, а я попытаюсь убить его, чтобы защитить тебя. – Я покачала головой. – Если начнется заваруха, все может кончиться, как в “Гамлете”.
– А как в “Гамлете”? – спросил Стивен.
– Все друг друга убивают, – объяснила я.
– А!
– Ты убила бы Жан-Клода, чтобы защитить мен, даже после того, что ты вчера видела?
Я глядела на него, пытаясь понять, если ли кто-нибудь дома за этими карими глазами, до кого можно достучаться. Да, он все еще был Ричардом. С любовью к походам на природу, к вылазкам, где всегда перемазываешься до ушей, с улыбкой, которая согревала меня до кончиков пальцев. Я не знала, могу ли я за него выйти, но была твердо уверена, что не позволю никому его убить.
– Да.
– Ты не можешь выйти за меня, но готова ради меня убить. Не понимаю.
– Спроси меня, люблю ли я тебя, Ричард. Ответ все тот же – “да”.
– Как я могу допустить, чтобы ты встретилась с ним одна?
– Раньше я отлично справлялась и без тебя.
Он коснулся моего лба, и я дернулась.
– Ты не очень хорошо выглядишь.
– Жан-Клод меня не тронет.
– Наверняка ты этого знать не можешь, – сказал он.
В этом он был прав.
– Ричард, ты меня не защитишь. Если ты там будешь, мы погибнем оба.
– Не могу я тебя отпустить одну.
– Ричард, не изображай из себя мужчину-предводителя – этой роскоши мы себе сейчас позволить не можем. Если согласие на брак заставляет тебя вести себя по-идиотски, его можно переменить.
– Ты уже взяла назад свое “да”, – напомнил он.
– Но это еще не твердое “нет”, – сказала я.
– Просто попытка тебя защитить заставит тебя сказать “нет”?
– Мне не только не нужна твоя защита, Ричард. Я даже и не хочу ее.
Он положил голову на подголовник и закрыл глаза.
– Значит, если я буду изображать из себя белого рыцаря, ты меня бросишь?
– Если ты думаешь, что должен играть белого рыцаря, значит, ты меня совсем не знаешь.
Он открыл глаза и повернулся ко мне:
– А если я хочу быть твоим белым рыцарем?
– Это твои трудности.
– Наверное, – улыбнулся он.
– Если отгонишь джип ко мне, я возьму такси.
– Тебя может отвезти Стивен, – сказал Ричард. Послал Стивена добровольцем, даже не спросив. Довольно нагло с его стороны.
– Нет, я возьму такси.
– А мне все равно, – сказал Стивен. – Мне так и так сегодня ночью ехать в “Запретный плод”.
Я обернулась к Стивену:
– Чем ты зарабатываешь на жизнь, Стивен?
Он положил щеку на локоть и улыбнулся мне, одновременно сексуально и подкупающе.
– Я стриптизер.
А кто же еще? Я хотела напомнить, что он отказался сниматься в порнографическом фильме, но при этом все равно работал стриптизером. Но, знаете, снимать с себя одежду со вкусом подобранного белья включительно – это не то, что заниматься сексом на экране. Совсем не то.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Кафе лунатиков - Гамильтон Лорел

Разделы:
Лорел гамильтон12345678910111213141516171819202122232425262728293031323334353637383940414243

Ваши комментарии
к роману Кафе лунатиков - Гамильтон Лорел



Читайте,для любителей потустороннего очень интересно.Читаю всю серию,мне нравится.
Кафе лунатиков - Гамильтон ЛорелНаталья
19.11.2011, 12.11








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100