Читать онлайн Красавица и пират, автора - Галан Жюли, Раздел - Глава V в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Красавица и пират - Галан Жюли бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.46 (Голосов: 13)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Красавица и пират - Галан Жюли - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Красавица и пират - Галан Жюли - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Галан Жюли

Красавица и пират

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава V

Утром за Жанной заехала баронесса де Шатонуар, которая с порога заявила, что Жанна просто обязана осмотреть Рим под ее чутким руководством.
Жанна охотно согласилась. Со вчерашнего вечера и Вечный город виделся совершенно другим, веселым и жизнерадостным.
Дамы устроились в экипаже и неспешно направились к Капитолию, с которого, по мнению мадам де Шатонуар, следовало начать осмотр.
Сегодня баронесса не была расположена рассказывать, она больше спрашивала.
Слово за слово, Жанна рассказала ей все события вплоть до того момента, когда пиратская «Козочка» унесла их от берегов Африки. Рассказала почти не приукрашивая, без вранья.
Но вот о том, что было дальше, ей рассказывать совсем не хотелось…
Мадам Беатрису было не провести.
Она недаром хвалилась своей великолепной памятью: то, что Жанна любила Марина Фальера, и то, что Фальер был киприотом, баронесса прекрасно помнила.
– Ну и что же было дальше? – неумолимо спросила она.
– А потом один пират доставил нас на Кипр… – неохотно сказала Жанна. – Уж лучше бы не доставлял… – вырвалось у нее помимо воли.
– Марин принял тебя не так, как ты рассчитывала? – тут же спросила баронесса.
Жанна прекрасна знала, что для мадам Беатрисы нет ничего святого, что дама она весьма прожженная и в разговоре с ней нельзя распускать язык, а тем более открывать душу. Но сейчас ей так хотелось хоть с кем-то поделиться горем (ведь не с Жаккеттой же?!), что она расплакалась и сквозь слезы сказала:
– Он меня совсем не ждал! И чуть ли не испугался, когда я появилась там, около его ободранной башни! У него прямо на лице читалось: быстрее отвести меня в гостиницу, быстрее уложить в постель, как следует попользоваться, посадить обратно на лодку и с облегчением помахать вслед рукой. Даже когда меня шейху продавали, я себя так гадко не чувствовала! Словно я – девка из харчевни, с которой приятно провести ночь, но в обществе появиться нельзя! Ненавижу!!!
Мадам Беатриса редко была искренней. Но сейчас она обняла Жанну за плечи и грустно сказала:
– Бедная моя, глупая девочка! Никто ведь, кроме тебя, не виноват в этом…
– Но почему?! – всхлипнула Жанна.
– Разве твой Марин обещал тебе что-нибудь?
– Обещал… что разлука разобьет его сердце, что скоро вернется, что сделает меня королевой Кипра в своем сердце, – упрямо перечислила Жанна.
– Разве это обещания? – усмехнулась баронесса. – Он лишь галантно распрощался с тобой, как и подобает учтивому кавалеру. Девочка моя; это же такие прописные истины! В Ренне твой Марин был вырвавшимся на волю с родного острова молодым холостым человеком. И весь мир ему казался восхитительным, все было легко, да еще такая красивая дама рядом… Это был его праздник, дома же ждали будни. Он ведь не обещал сделать тебя королевой своей башни? А обещать Кипр, который ему не принадлежит, это не обещать ничего.
Его семье не нужен брак сына с дамой, чьи владения за семью морями и за которой не стоит влиятельное семейство. Родители наверняка подыскали рядом хороший кусок земли, который входит в приданое какой-нибудь местной простушки. А в таких прелестных замкнутых уголках, как Кипр, даже кусты имеют уши и язык. Ведь ты же сама все это знаешь, и не хуже меня…
– Знаю… – всхлипнула Жанна.
– Вот он и принял тебя соответственно. И хочется и колется, – подытожила баронесса. – Почему же ты решила, что он должен встретить тебя иначе? Никто из вас никому ничего не должен.
– Но я же любила его, я же верила ему!.. – тихо сказала Жанна и про себя добавила: «Я ведь бежала от смертельной опасности к человеку, который был для меня всем! Ну к кому же еще мне было бежать? За чью спину прятаться?»
– Тебе было плохо, и ты кинулась под его крыло? – угадала баронесса. – Девочка моя, ты выбрала не те крылья. Ты ведь перепутала свою любовь с любовью к тебе. Вот покойный герцог де Барруа принял бы тебя, какой бы ты к нему не явилась… И те мальчики, что из-за любви к тебе получали увечья на турнирах, стараясь хоть чем-то заслужить твой благосклонный взгляд, сделали бы тебя королевой своих крохотных владений, защитили от всего мира, даже если бы самые могущественные владыки ополчились против них. Даже барон де Риберак, которого ты ткнула в лужу, как кутенка, укрыл бы тебя, грози тебе беда, потому что он истинный рыцарь, что не мешает ему быть грубияном, гулякой и транжиром!
Баронесса опять пришла в веселое расположение духа и закончила:
– А ты, моя девочка, ослепленная собственной любовью, поверила венецианцу! Ведь Фальеры – это венецианская фамилия. Да они сами себе не доверяют! Слышала, как они избирали дожа?
– Нет, – вытерла последние слезы Жанна.
– Ну так слушай. Двести с лишком лет назад они сделали это так: Большой Совет выделил из своего состава тридцать человек; Эти тридцать человек среди себя выбрали девять. Девятеро избрали сорок электоров среди членов Совета и вне его. Сорок выделили двенадцать, двенадцать избрали сорок пять. Сорок пять выделили одиннадцать, а одиннадцать выбрали сорок одного человека, которые и избрали дожа. Каково? И после этого ты мчишься на Кипр к отпрыску венецианской фамилии. Просто прелестно! – с удовольствием сказала баронесса.
– И как вы помните подобную чушь? – поразилась Жанна. – Я и повторить-то не смогу.
– А я помню, – улыбнулась баронесса, – С детства. Твоя матушка, когда мы вместе воспитывались в монастыре, тоже удивлялась моей памяти. Слезы высохли, давай смотреть город!
Маршрут, который выбрала баронесса для осмотра Рима, был причудлив и довольно извилист. Это был Вечный город с точки зрения мадам Беатрисы. Показное благочестие перемешалось здесь с ненасытным интересом ко всему выдающемуся, скандальному и внешне эффектному:
Для начала экипаж баронессы прибыл на Капитолийский холм, самый невысокий из семи. Мадам Беатриса величественным жестом показала на одно из зданий: – Смотри, это Дворец сенаторов. Здесь заседают люди, которые считают, что правят городом наравне с папой. В Италии все-таки странные нравы. Какие-то республики, сенаты, советы. Давай-ка выйдем из экипажа и обойдем этот дворец, с той стороны есть неплохое место, откуда открывается интересный вид.
Дамы обошли здание Дворца сенаторов.
– Смотри, эта низина, сплошь в развалинах и заболоченных лужах, называется Форум. А холмы, что окружают ее: Капитолий – на нем мы стоим, Палатин, Эсквилин и Квиринал. Как видишь, ничего особенного, но все римляне, словно сговорившись, первым делом тащат вас сюда. «Это центр Рима, отсюда начинается Рим!» – твердят они. Если бы так начинались наши города, то подумать страшно, чем бы они заканчивались! Морально уничтожив Форум буквально тремя фразами, баронесса сочла свою миссию выполненной и повела Жанну обратно к экипажу. Но на полпути передумала и направилась к лестнице, ведущей в церковь.
– Чуть не забыла, надо обязательно посетить храм Санта Мария ин Арачели. Там находится часовенка с прахом святой Елены. Честно признаться, я ей завидую. Легко попасть в святые, если ты мать императора. Стоит лишь съездить в Палестину, причем со всеми удобствами, полагающимися по сану, отыскать там реликвии, благо деньги есть, – и готово! Посмотрела бы я, как бы святая Елена совершила все это, имей она мой годовой доход! А церковь эта больше напоминает публичное место. Римский сенат здесь устраивает ассамблеи, дискуссии да разные заседания, словно других мест в округе нет, обязательно надо в храме ораторствовать! Давай только на минутку заглянем, боюсь, там опять о чем-нибудь спорят!
Едкие комментарии мадам Беатрисы не мешали Жанне наслаждаться видом Форума, красивой ажурной часовенкой над урной с прахом святой Елены в храме, замечательными фресками, изображающими разные фрагменты жизни святого Бернардина.
– Госпожа Беатриса, – спросила Жанна, когда они вышли из церкви, – говорят, где-то здесь были заточены в тюрьму апостолы Петр и Павел? Мы увидим это место?
– Вот уж не думала, что тебя привлечет дыра в земле! – пожала плечами баронесса. – Но если хочешь, давай посмотрим. Только надо спуститься. Это Мамертинская тюрьма на Форуме. Но ломать ноги на здешних лестницах я не согласна. Садись в экипаж.
Экипаж баронессы спустился с Капитолийского холма. Баронесса подвела Жанну к темному провалу, который оказался входом в тюрьму. Оттуда тянуло сыростью.
– И ты хочешь спуститься? – поинтересовалась баронесса.
– Я – нет!
– Мне тоже что-то не хочется, – призналась Жанна. – Но стоять у входа и не спуститься в Мамертинскую тюрьму?
– А что, ты обязана там побывать? – возмутилась баронесса. – Ты всегда можешь сказать, как поразил тебя вход в тюрьму, где томились святые апостолы. И это будет чистой правдой. А про то, как она выглядит изнутри, тебе с удовольствием расскажет любой достаточно молодой монах, проходящий поблизости, стоит лишь попросить его с улыбкой. Поехали лучше дальше.
– Хорошо, вы меня убедили, – согласилась Жанна.
Экипаж опять покатил по римским улицам.
– Видишь ту церквушку? – показала баронесса. – Это церковь Санта Франческа Романа. Ты представить себе не можешь, что творится здесь девятого марта. Вся площадь забита лошадьми, коровами, буйволами. Все это добро мычит, лягается, поднимает тучи пыли и оставляет кучи навоза. Просто кошмар!
– Святая Франческа покровительствует животным? – угадала Жанна.
– Конечно. Вот их и гонят сюда в день ее рождения для благословения. Что тут делается – не описать!
Неожиданно экипаж выехал на площадь и перед. глазами Жанны возникла громадная трехпроемная арка. А рядом возносились ввысь огромные, подавляющие своей величиной, странные руины. Три арочных пояса и глухой четвертый наверху. Мрамор и травертин, кирпичи и туф. Буйные заросли, облепившие старые стены.
– Что это? – вырвалось у завороженной Жанны.
– А-а, это… Триумфальная арка Константина, – пояснила баронесса. – Здесь этих арок повсюду – не счесть. Как только кто-нибудь из полководцев или императоров одерживал какую-нибудь победу, римляне тут же, просто наперегонки, мчались строить триумфальную арку…
– Ну а руины? – перебила Жанна баронессу.
– Это Колизей. Говорят, раньше здесь был театр. Представления, развлечения. Сейчас отсюда весь Рим берет камни на постройку домов. Очень удобно. А в развалинах бродяги устроили себе массу укрытий, так что появляться здесь без сопровождения небезопасно. Да и незачем – ведь ты, как я думаю, не собираешься заниматься постройкой дома в Риме? Хватит смотреть на никчемные руины, поехали, я покажу тебе очень и очень интересное место.
Очень и очень интересным местом оказалась обычная улочка с небольшой часовенкой, посвященной Богоматери. Но именно в этом месте баронесса оживилась, как не оживлялась ни при виде Колизея, ни при виде Форума.
– Говорят, что именно на этом месте папесса Иоанна разродилась во время крестного хода.
– Я ничего об этом не слышала, – осторожно сказала Жанна.
– О папессе Иоанне? – с надеждой спросила баронесса. – Да это же известная на весь мир история! Вот слушай.
Эта дама, точнее девица, была соблазнена неким монахом и вместе с ним бежала из родного дома. Монах был о себе очень высокого мнения и собирался стать папой. Поэтому он решил набираться ума в заведениях, где готовят богословов. Девица любопытства ради составляла ему компанию, переодетая в мужское платье. Дела у парочки шли неплохо, и девица ничем не уступала своим соученикам, но тут, на беду ее, кавалер умер. Она не стала возвращаться домой, а продолжала учебу и стала известным богословом. Все считали ее мужчиной, кроме того, с кем делила она ложе.
И когда умер папа Лев Четвертый, решили, что самым достойным его преемником будет она. Девица стала папой Иоанном, и никто даже не подозревал, что она женщина. Но ее угораздило забеременеть; и разродилась она именно во время процессии.
Баронесса всем своим видом показывала, что, будь она на месте папессы, уж таких глупых промахов ни за что не допустила.
– Был страшный скандал и дело дошло до того, что кандидата в первосвященники стали проверять чтобы наглядно убедиться в его мужских статях. Слава Богу, современным папам этого не требуется. К моменту избрания у них обычно такое количество незаконнорожденных детей, что их мужской силе завидуют светские кавалеры.
– Все это напоминает обычную байку, – заметила Жанна. – Да ты что! – возмутилась баронесса, – Это чистая правда. Даже процессии идут по соседней улочке! А если бы не история с папессой, что мешало бы им двигаться по этой?
Сраженная железной логикой мадам Беатрисы, Жанна не стала спорить дальше. Их экипаж тронулся.
– А сейчас мы отправимся на холм Эсквилин, – пояснила баронесса, довольная тем, что убедила Жанну. – Должна же ты взглянуть на древнейшую церковь Рима. Самое интересное в храме Сан Вито – камень, на котором древним христианским мученикам секли головы. Просто мурашки по коже бегут, как представишь все это! Право, какие страшные были тогда времена!
Жанна кисло подумала, что в сегодняшнем Риме христианам точно так же секут головы на плахах на многочисленных площадях, и это почему-то никого не ужасает.
Экипаж прибыл на место, дамы вышли. Баронесса дрожащей рукой указала на невзрачный камень.
Жанна сделала скорбное лицо, осматривая святыню. Никаких эмоций камень у нее не вызывал. Только почему-то вертелась мысль, что рубить головы на деревянной плахе значительно удобнее – меньше тупится лезвие. Какой дурак приспособил камень для подобных целей?
Спохватившись, что подобные мысли больше подходят для рыжего, не верящего ни в черта, ни в бога пирата, чем для нее, слава богу, примерной католички, Жанна быстро одернула себя и отошла от камня.
Прямо к церкви примыкала древняя арка.
– Это арка Гальена, – пояснила баронесса. – Ворота в город во времена язычников. Представляешь, каким небольшим, был Рим, если этот холм считался окраиной? А теперь нам предстоит увидеть самое главное украшение этого холма – базилику Санта Мария Маджоре. Больше ее по размерам церквей, посвященных Богоматери, в Риме нет!
Похоже, это было главным достоинством храма в глазах благочестивой мадам де Шатонуар.
Базилика венчала Эсквилин. Горели под солнцем многоцветные торжественные мозаики на ее фасаде. Окруженный ангелами Христос посылал людям свое благословение.
Жанне страстно захотелось побыть здесь одной, чтобы душа согрелась от соприкосновения с божественной красотой, посвященной Деве. Она решила, что непременно придет сюда еще раз, без баронессы.
– Базилику построили на деньги одного богатого римского сеньора больше тысячи лет назад, – напомнила, что она рядом, мадам Беатриса. – Он, бедолага, хотел употребить все свое состояние на богоугодные дела, только никак не мог решить, на какие именно. Маялся, маялся и взмолился Богоматери, прося помочь ему, послать знак. Дева явилась к нему во сне в ночь с четвертого на пятый день августа, и повелела выстроить храм на том месте, где завтра выпадет снег. Сеньор, понятно, решил, что сошел с ума. Но Пресвятая не забыла явиться во сне и папе, сообщив, что снег утром выпадет на холме Эсквилин.
Утром пала прихватил сеньора и опрометью кинулся сюда. А Эсквилин был весь в снегу. Папа тростью нарисовал на белой от снега земле контуры храма и велел приступать к работе. Видишь, в нижнем ряду мозаик изображены эти события. Вон из той ложи папа благословляет толпу во время праздников. А в день чуда через отверстие в потолке на головы верующих летят белые лепестки цветов. Говорят, это незабываемо! Я обязательно приду сюда в пятый день августа. Пойдем внутрь.
Внутри храм был тоже богато украшен мозаиками. Мозаичные полы переходили в мозаичные стены. Центральный неф был украшен галереей из античных цельно мраморных колонн, а над колоннами снова шли мозаичные панели.
Жанна смотрела по сторонам… Короновал Богоматерь Сын Божий, пели ангельские хоры, жили своей жизнью ветхозаветные герои, рождался и рос маленький Иисус…
Баронесса подвела Жанну к пятому порфировому кругу на полу:
– Вот здесь покоится прах того благочестивого сеньора и его супруги.
– Достойное место, – заметила Жанна и незаметно поморщилась: баронесса, даже не подозревая, своими фразами беспощадно выбивала ее из торжественно-задумчивого настроения.
Ни остатки яслей Христа, ни икона Санта Мария Салус Пополи Романи, написанная самим Евангелистом Лукой, не вызвали теперь приподнятого состояния души.
– А почему икона так называется? – спросила Жанна, чтобы что-нибудь сказать.
– Дарующая здоровье народу римскому? – подхватила баронесса. – Да потому что в пятьсот девяностом году в Риме свирепствовала чума. И папа Григорий Двоеслов, причисленный потом к лику святых, держа в руках эту икону, стал обходить город крестным ходом. И вступив на мост, ведущий к замку, он увидел ангела, который вкладывал меч в ножны. Поэтому-то замок и назвали замком Святого ангела, а икона получила имя Салус Пополи Романи. Теперь к ней за помощью обращаются во время всяких напастей, черных смертей и моровых язв. Пойдем, дорогая, на площадь, у нас мало времени.
Спускаясь по ступеням церковной лестницы к экипажу, баронесса сказала:
– На этих ступенях служители церкви жгут книги, объявленные еретическими. А лет так сто пятьдесят назад здесь же римский плебс короновал Кола да Риенцо. Ну, того проходимца, сына булочника или трактирщика, считавшего себя бастардом императорской крови. Надо отдать ему должное – заваруха вышла отменная. А давай-ка сейчас отправимся к замку Святого ангела! Должна же ты посмотреть на это место, раз уж видела икону?
Жанна коротко и молча кивнула.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Красавица и пират - Галан Жюли



ПОЛНЫЙ БРЕД
Красавица и пират - Галан ЖюлиНАТАЛИ
18.02.2013, 13.43








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100