Читать онлайн Завороженная, автора - Фэйзер Джейн, Раздел - Глава 21 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Завороженная - Фэйзер Джейн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.81 (Голосов: 31)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Завороженная - Фэйзер Джейн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Завороженная - Фэйзер Джейн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Фэйзер Джейн

Завороженная

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 21

– Я получил твое сообщение. Так что, черт возьми, такого важного случилось, что ты должен оттаскивать меня от женщины? – проворчал Сергей, зайдя в прокуренную комнатушку, в которой сизый дым стоял столбом. – Кстати, от хорошей женщины. У нее задница, как у кобылы: широкая, крепкая, и она отменно умеет ею пользоваться. – Сергей обнажил в ухмылке гнилые зубы и начертил в воздухе похабный рисунок.
– Сообщение от Аракчеева. Там говорится, что в Ништаде задержали подозрительную личность. – Мужчина по имени Игорь глотнул водки прямо из бутылки и передал ее своему соотечественнику.
Сергей выпил и вытер рот ладонью, прежде чем вернуть товарищу бутылку.
– И что удалось из него вытянуть?
– Не так уж много. Тот парень – гвардеец его императорского величества, так что расколоть его не просто, но при нем найдено золото – английское золото. Мы должны взять Спирина. Спирин слеплен из иного теста. Этот неженка быстро расколется. Он скажет нам, откуда взялось то золото.
Игорь глотнул еще водки.
– Спирин или Федоровский – Аракчеев сказал, что можно брать любого. Но лучше брать того, от кого будет меньше шума.
Сергей засмеялся.
– Спирин глупее того, второго. У него, поди ж ты, идеи! И я точно знаю, где его можно взять тепленьким. На Халф-Мун-стрит он свил себе любовное гнездышко. У леди есть муж, так что на всю ночь он у нее не задерживается. Я схвачу его, когда он будет выходить. И куда прикажешь его доставить? Сюда нельзя. Начнет орать, сам знаешь, а тут полно народу.
– Есть одно местечко у реки. Среди складов на Ботолф-лейн. Найти его нетрудно, тот склад в конце улицы, и, сколько ни кричи, кроме водяных крыс, тебя никто не услышит. – Игорь плюнул на битумный уголь в жаровне. – А крысам, сам понимаешь, все равно.
– Хочешь, чтобы я его туда отвез?
– Да, но привезешь ты его туда уже после полуночи.
– Тогда, пожалуй, вернусь-ка я к своей шлюхе на часок. Она еще не все деньги отработала. – Сергей пошел к двери, но остановился, взявшись за щеколду. – Ты сам все сделаешь или хочешь, чтобы это сделал я?
– Там на двоих хватит работы. Лично я не против пролить немного голубой крови. – Игорь презрительно захохотал. – Я небрезгливый.
Сергей пожал плечами:
– Мне так без разницы, что она голубая, что нет. Работа как работа. Но сперва я хочу закончить с той девчонкой и поесть жареного кролика, которого сейчас готовит хозяйка таверны.
– Ну, тогда до встречи. – Игорь взял бутылку, подумав о том, что для сегодняшней работенки водка в желудке, пожалуй, лучше, чем жареный кролик.


Граф Николай Спирин вышел на улицу, прикрыв за собой незаметную зеленую дверь в стене дома на Халф-Мун-стрит. Поправив на голове шляпу, он направился в сторону Пиккадилли. Походка у него была пружинистая, трость весело мелькала в воздухе. Он шел по узкой улочке, наслаждаясь легким февральским морозцем, с удовольствием вспоминая пережитое, как вдруг ни с того ни с сего оказался в удушающих объятиях конской попоны.
Его наполовину несли, наполовину тащили несколько футов, пока он пытался кричать и ругаться, отбиваясь от молчаливого невидимого похитителя. Его втащили в экипаж и бросили на пол. Дверь кареты захлопнулась. Экипаж тронулся. Несчастный попытался высвободиться, но тут его пнули в живот сапогом, и он задохнулся от боли. Согнувшись пополам, он замер.


Александр стоял под дверью спальни жены и прислушивался. Никаких звуков. Ничего. И тем не менее Борис сказал, что она весь вечер не выходила из спальни. Он тихо постучал. Нет ответа. Впервые он постеснялся войти без разрешения. Сегодня днем в первый раз за все время их брака она велела ему оставить ее в покое, и он не хотел навязываться.
– Ливия, – тихо позвал он, – можно войти?
Ответа по-прежнему не последовало. Вздохнув, он отошел от двери и направился к себе. Он вновь постучал уже из своей спальни, не надеясь на то, что она ему ответит. Она либо спала, либо не желала его видеть.
Только после полуночи он подошел к окну и уставился на пустынную улицу, барабаня пальцами по стеклу. Он провел отвратительный вечер, пытаясь отвлечься с помощью алкоголя и карт, но желанное забытье не наступало. Почему отец ни разу не упомянул во всех этих письмах, полных страсти, об их с Софией ребенке, о плоде их любви? Если бы София спросила его о сыне, ее любовник точно ответил бы. Отказ означал бы, что он хотел наказать ее, но в этих письмах не было ничего, что указывало бы на обиду, только любовь – самая нежная, самая пылкая страсть.
Александр с самого начала надеялся на то, что этот дом позволит ему заглянуть в душу женщины, которая подарила ему жизнь. Но получил больше вопросов, чем ответов. Моркомб упорно сопротивлялся всяким попыткам сближения со стороны Александра, а задавать вопросы о Софии Лейси напрямик он не мог, дабы не возбудить подозрений у всех домочадцев, в особенности у Ливии.
Александр отвернулся от окна и посмотрел на дверь, ведущую в спальню Ливии. Он, пожалуй, мог бы и дальше жить со всеми этими загадками, смирившись с тем, что никогда не получит ответов на мучающие его вопросы. Он всю жизнь с ними прожил, так что мог бы жить и дальше. Но пострадала, и очень сильно пострадала совершенно невинная женщина, женщина, которая не сделала ему ничего плохого, и он не знал, как искупить свою вину.
Теперь он знал, что может случиться с ним, если он потеряет Ливию. Оказалось, у них с отцом куда больше общего, чем он мог предположить. Отец его был способен на страсть, и его сын, Александр, чувствовал в себе ту же страсть, о которой кричали письма отца Софии Лейси. Но со временем такая потеря, такая бездумная растрата любви неизбежно надломит его. Так же, как скорее всего надломила отца, превратив его из страстного, с горячим сердцем человека в жесткое, бесчувственное существо, неспособное любить даже собственного ребенка.
Александр не мог допустить, чтобы нечто подобное произошло с ним.
Он прошел к двери, ведущей в соседнюю спальню, и осторожно повернул ручку. К счастью, дверь не была заперта. В спальне было темно, свечи оплыли, огонь в камине погас, балдахин на кровати и шторы на окнах одернуты. Видимо, она легла спать, даже не воспользовавшись услугами горничной.
Александр на цыпочках подошел к кровати и посмотрел на жену. Он вздрогнул, увидев, что она не спит. Глаза ее были открыты, она смотрела прямо на него.
– Я думал, ты спишь, – сказал он. – Я не хотел тебя беспокоить.
– Тебе не кажется, что слишком поздно демонстрировать деликатность? – В тусклом свете, падавшем из окна, он смог разглядеть, что глаза ее покраснели и опухли, а лицо покрыто красными пятнами.
– Ах, Ливия, прошу тебя, не надо, – взмолился он и протянул руку к ее руке, лежавшей поверх одеяла. – Прошу тебя, моя любовь, давай попробуем все исправить.
Ливия судорожно вздохнула и закрыла глаза.
– Я так устала, Алекс. У меня совершенно нет сил.
Он продолжал держать ее за руку, глядя на нее с выражением, близким к отчаянию. Он понимал, что если уйдет сейчас, то совершит непоправимую ошибку.
– Тогда спи, а я пока разведу огонь и попробую придать комнате более уютный вид, – сказал он. – Ты не ужинала?
Она покачала головой, глаза ее по-прежнему были закрыты.
– Я не голодна. Хочу спать. Оставь меня.
– Я уже однажды сделал это сегодня и не собираюсь повторять ошибку. – Он положил ее кисть поверх одеяла, отошел от кровати, задернул шторы на окне, и в комнате стало темно. В корзине у камина он нашел щепки для растопки, немного угля и развел огонь.
Из своей спальни Алекс принес свечи и расставил их в подсвечники на каминной полке, так чтобы постель оставалась в тени. Эти будничные простые дела успокаивали. Приятно видеть результаты своего труда. По дыханию Ливии он понимал, что она еще не уснула.
Он вернулся к себе в спальню, взял графин с коньяком, который всегда оставлял ему Борис, и наполнил два бокала.
Один поднес Ливии:
– Сладкая моя, выпей немного.
Ливия открыла глаза.
– Ты не собираешься уходить?
– Пока нет, – сказал он и взял в руки бокал. – Выпей немного.
Она приподнялась на подушках и взяла бокал.
– Позволь мне принести тебе что-нибудь поесть, – сказал он. – Может, горячего молока?
– Нет, спасибо. – Она сделала глоток коньяку. – Итак, как ты предлагаешь все это исправить, Алекс? Ты обманул меня, предал, притворился, что любишь, и…
– Нет, – перебил ее Александр. – То, что я к тебе чувствовал и чувствую, не имеет отношения к притворству. Я поступил низко, не спорю, и пал в твоих глазах, но скажу тебе прямо: ты потеряешь свое превосходство, если станешь обвинять меня в том, чего я не совершал.
– Но ты действительно предал меня, – уже более спокойно произнесла Ливия. – Ты мне лгал.
– Да, это так. – Он сделал глоток коньяку. – И я прошу у тебя прощения. Но как я мог тебе довериться? Я иностранный шпион. Шпион страны, которая воюет с твоей страной, черт возьми.
– Я давно догадалась, что ты шпион, – с циничной усмешкой ответила Ливия. – И что, по-твоему, я теперь должна чувствовать?
– Наверное, ты чувствуешь себя отвратительно.
– Красивые слова. Патетика. Я бы выразилась иначе. Я чувствую себя орудием в чужих руках, вот как я бы это назвала. – Она протянула ему пустой бокал: – Еще, пожалуйста.
Он подал графин:
– Полегче. Это крепкий напиток, особенно на пустой желудок.
– Едва ли от коньяка я буду чувствовать себя хуже, чем сейчас, – сказала она и осеклась.
Опять она жалеет себя. Жалость к себе разрушает. Другое дело гнев, он гораздо продуктивнее.
– Этот дом был символом моей независимости, – заявила она. – Я любила… Нет, я люблю этот дом. В моем сердце этот дом по-прежнему мой, и когда в довершение ко всему я узнаю, что не имею на него прав, – это самая мерзкая шутка, какую я могу себе представить. Ты способен это понять?
– Да.
– А что этот дом значит для тебя? Ведь у тебя есть и другие верно?
– Да.
– Тогда зачем тебе понадобился мой дом? Впрочем, можешь не отвечать. Я знаю, он не мой, знаю, что мужчина должен отстаивать свои права, иначе он не мужчина. – Каждое слово Ливии было пропитано сарказмом.
– Я не отнимал у тебя этот дом, – веско заметил Александр. – Если бы ты не нашла те письма, никогда не узнала бы правды. Я не считал нужным тебе об этом рассказывать. Чтобы не причинять боли.
Ливия была вынуждена признать правдивость его слов. Если бы не письма, она оставалась бы в счастливом неведении, замужем за своим князем, не понимая, что ее предали.
Она попробовала изменить тактику.
– Вот что интересно, – сказала она. – Скажи, когда твоя работа здесь будет закончена, ты намеревался продолжить жизнь в союзе со мной? Полагаю, у твоего царя нашлась бы для тебя другая работа? И я тоже должна была стать частью этой иной миссии?
На эту территорию он не мог заходить. Никто не знал, чем закончится это рискованное предприятие.
– Я считаю этот вопрос оскорбительным, – заявил он. – Ты моя жена, и моя жизнь без тебя была бы неполной. Пока идет война, мы должны оставаться в Лондоне. А потом… Кто знает? Я отправлюсь туда, куда позовет меня долг, а ты, моя жена, будешь рядом со мной.
– Верная и послушная жена, – пробормотала Ливия. – Именно такая, какой должна быть жена русского.
– Не выводи меня из себя.
Ливия пожала плечами.
– Попробуй мне возразить.
Он смотрел на нее в растерянности.
– Настолько ли далеки ожидания русского мужа от того, чего ждет от своей жены англичанин? По законам твоей страны, жена почти то же самое, что любое движимое имущество, хозяином которого является муж. Не многим более того.
– Шах и мат. – Ливия допила коньяк. – Согласно букве закона, я – твоя собственность и вынуждена с этим смириться. Но как тебе хорошо известно, закон – не высший суд. У меня есть отец, друзья со связями. Если я решу тебя оставить, я так и поступлю, и ты ничего не сможешь с этим поделать.
Александр непроизвольно отшатнулся от кровати.
– Как мы дошли до жизни такой? Ведь мы любили друг друга.
– К несчастью, я тебя люблю.
Александр кивнул.
– Тогда давай прекратим эти глупые разговоры о законах и собственности. Рана, которую я нанес тебе, глубока, и нам предстоит ее залечить. Но мы должны залечить ее вместе, моя сладкая. Я виноват, но, клянусь, готов сделать все, что в моих силах, чтобы искупить свою вину.
– И ты расскажешь мне все о своей шпионской деятельности? О том, кто ты, что ты и что намерен делать? – Она пристально смотрела на мужа. – Ты целиком и полностью введешь меня в курс своих дел, и так будет всегда?
Он не мог ей этого обещать, пока не сделано главное дело его жизни.
– Этого я обещать не могу, – с глубоким сожалением сказал он. – И ты должна поклясться мне, что никому не расскажешь о том, что знаешь о моих делах.
Ливия вновь закрыла глаза.
– Клянусь. А теперь нам больше нечего сказать друг другу.
Алекс постоял возле кровати, отвернулся и задернул полог.
Он отнес свечи в свою спальню и прикрыл за собой дверь.
Ливия забылась тяжелым сном. Ее мучили кошмары. Утром она проснулась с предчувствием беды. Посмотрела в зеркало и ужаснулась. Выглядела она ужасно. Ливия с трудом поднялась с постели.
В кувшине оставалось немного холодной воды, она налила ее в таз и сполоснула лицо. Смочив полотенце, приложила его к глазам. Стало немного легче. Она попыталась привести в порядок волосы, несколько раз пройдясь по ним щеткой.
В этот момент до нее донеслись голоса из соседней комнаты. Александр и Борис вели разговоры на непонятном ей языке. Интересно, что ей делать, как вести себя, что говорить? Казалось, она выплакала все свои слова. Она бы не смогла внятно выразить ни одной мысли. Она вся была – клубок эмоций.
Ливия позвонила Этель, а сама подошла к окну, чтобы впустить в спальню немного света. Дождь, который лил накануне весь день, прекратился. Из-за туч выглянуло солнце. Скоро весна, маленький палисадник покроется ковром из желтых нарциссов.
– Доброе утро, мадам. – В комнату вошла Этель и поставила на туалетный столик поднос с утренним шоколадом. – Вы уже встали. – Горничная озабоченно посмотрела на хозяйку. – Я ждала, что вы пошлете за мной вчера вечером. Вы не заболели?
– Спасибо, я вполне здорова, – сказала Ливия. – Я вчера очень рано уснула, а проснулась, ты не поверишь, всего пару минут назад. Должно быть, я сильно устала.
– Да, миледи, вы вчера даже не ужинали.
– Не хотелось есть, – сказала Ливия. – Я, наверное, съезжу на Маунт-стрит сегодня утром, Этель. Будь добра, приготовь мою одежду.
– Да, мэм. Вы будете завтракать в гостиной?
Ливия ответила не сразу. Голоса в смежной спальне смолкли. Наверное, Александр спустился вниз.
– Нет, принеси завтрак сюда.
Ливия понимала, что трусит, и ругала себя за это. Но встречаться с Александром не хотелось. Не было ни сил, ни желания вступать с ним в разговор, который неизменно должен был привести к следующему этапу выяснения отношений. Она должна обдумать сложившуюся ситуацию и принять решение. Но для этого нужны время и силы.


Александр окинул взглядом накрытый к завтраку стол. Есть не хотелось. Он понятия не имел, что делать дальше. Он не мог рассказать жене обо всех своих делах и планах, по крайней мере сейчас, в этот ключевой момент операции. Выполнить поставленные Ливией условия не представлялось возможным.
Александр глотнул кофе и взглянул на поднос с почтой, который Борис поставил на стол рядом с его тарелкой. Приглашения и счета. Приглашения его не интересовали, а со счетами можно разобраться потом.
Александр резко вскинул голову, услышав со стороны двери деликатное покашливание.
– Простите, сэр, – сказал Борис, – к вам посетитель, месье Татаринов.
Александр нахмурился. Должно быть, что-то срочное.
– Пусть войдет.
Татаринов вошел.
– Проков, хорошо, что вы дома.
– В это время я всегда дома, – ответил Александр. – Прошу присесть. Кофе?
– Нет, лучше водки.
Александр сделал знак мажордому, который тут же испарился.
– Вы не присядете, Татаринов? – Александр жестом указал на стул напротив.
– Нет. Не имею ни малейшего желания. – Видно было, что Татаринов на взводе.
– У вас, друг мой, озабоченный вид, – заметил Александр, накладывая сметаны на тарелку с копченой макрелью.
– На то есть причины, – ответил Татаринов. Он потянул носом: – Пахнет вкусно.
– Так садитесь же. – Александр махнул вилкой в сторону стула и передвинул тарелку с копченой рыбой так, чтобы Татаринов мог до нее дотянуться.
Татаринов положил себе на тарелку копченой рыбы и щедро сдобрил ее сметаной, взял с блюда рубленые яйца, а потом достал из корзины краюху черного хлеба.
Борис поставил рядом с тарелкой Татаринова бутылку водки и стопку.
– Это все, князь Проков?
– Пока все, спасибо, Борис.
– Так что случилось, Татаринов? – спросил Александр, когда они остались вдвоем.
– Спирин исчез, – ответил Татаринов.
– Не понимаю. Как такое могло случиться? – Александр глотнул кофе.
– Понятия не имею. – Татаринов пожал плечами. – Вчера он не ночевал дома.
– У него есть любовница, – напомнил гостю Александр, промокнув рот салфеткой.
– Да, но женщина замужем. Он никогда не проводит в ее постели всю ночь. Сегодня утром я пришел к нему домой, и мне сказали, что его нет с вечера. Я отправился в это его любовное гнездышко на Халф-Мун-стрит, и слуга сообщил мне, что граф ушел вскоре после полуночи, а его дама чуть позже.
– Он мог пойти куда угодно после того, как покинул тот дом, – сказал Александр. – У него в этом городе полно друзей. И несколько любовниц. Меня бы не удивило, если бы он от одной женщины пошел к другой. Спирин неравнодушен к слабому полу.
Татаринов поморщился.
– Да уж, эти его слабости, будь они неладны. Изнеженный барчук, этот Спирин. Я всегда считал, что у него для нашего дела кишка тонка. Он всегда был с нами лишь наполовину, а другой половиной у женщины между ног.
– Вы несправедливы к нему, мой друг, – возразил Александр. – Спирин – идеалист.
– Нам идеалисты ни к чему, – заявил Татаринов. – Нам нужны бойцы.
– Нам нужны и те, и другие, – твердо заявил Александр. – Николай предан делу, у него полезные связи, в общем, он незаменим. И вообще, зачем вам вдруг понадобилось его искать?
– Спирин отвечает за связь с нашим доверенным лицом в армии. Он уже должен был получить донесение из Ништада, которое все мы с нетерпением ждем.
Александр кивнул. У всех членов группы была своя роль в операции, каждый выполнял свои задачи, и обширные связи Спирина в Европе делали его идеальным связным.
– Где еще вы его искали?
– Пока нигде. Я подумал, что сначала должен выяснить, знаете ли вы что-нибудь. Ведь к вам стекается вся информация.
– Ну что же, я ничего не знаю. Предлагаю пошире раскинуть наши сети. Я нанесу визит иностранцам, тем французам и англичанам, с которыми Спирин водил дружбу, а вы возьмете на себя его русских приятелей. Если сеть окажется пустой, тогда и начнем волноваться.
– Хорошо. – Татаринов поднялся. – Спасибо за завтрак, князь. Не идет ни в какое сравнение с той дрянью, какой людей кормят в этом захолустном городишке.
– Последний вопрос, Татаринов.
– Да? – Татаринов замер.
– Если Спирин так и не объявится, что именно, по-вашему, могло с ним произойти?
Татаринов покачал головой.
– Только одно, насколько я понимаю, – его взяли люди Аракчеева.
– Я думал, у вас там все под контролем, – резко заметил он Татаринову.
– Это так, но я не могу постоянно следить за ними за всеми, отслеживать каждый их шаг, каждое действие. Вы можете быть уверены в том, что Аракчеев знает все о каждом члене нашей маленькой группы, за исключением… – Татаринов сделал многозначительную паузу, глядя на Александра. – За исключением вас, князь Проков. Вы друг царя, вы докладываете ему о том, как обстоят дела здесь, в Лондоне.
– Это верно, – согласился Александр, почуяв недоброе. – Что вы хотите этим сказать, Татаринов?
– Пока ничего, дай Бог, чтобы мне нечего было сказать и в будущем, – ответил Татаринов, направляясь к двери. – Поговорим сегодня ближе к вечеру?
Александр кивнул:
– В пять часов, в «Черном петухе», на Лин-стрит.
– Я буду вас ждать там ровно в пять.
После ухода Татаринова Александр еще немного постоял у стола. Пока не было никаких оснований подозревать причастность людей Аракчеева к исчезновению Спирина, но от самой мысли о подобной возможности мороз подирал по коже.
Тучи сгущались, что никак не способствовало решению еще одной его проблемы. Идти ли ему к Ливии? Стоит ли предпринимать еще одну попытку разрешить конфликт? Или лучше подождать, пока она успокоится? Он не может выполнить ее ультиматум. Так что ему снова придется лгать. Их брак построен на лжи. Александр сам себе опротивел. Ложью он сыт по горло.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Завороженная - Фэйзер Джейн



интересный и чувственный роман много страсти любви и боли непонимания но жизнь все ставит на свои места любовь и сильные чувства помогают преодолеть все мудрость женщины и правильные решения дают возможность остаться двум влюбленным и таким разным людям русскому князю и англичанке преодолев все разногласия и вместе жить дальше не повторяя ошибок тех людей которые дали жизнь русскому князю
Завороженная - Фэйзер Джейннаталия
5.04.2012, 16.12





Что здесь интересного? Полный бред! Любовь любовью, но ведь герой самый настоящий предатель России. Но больше всего меня взбесило вот что: дословно на последней странице ГГерой говорит-"Я был не более одинок, чем большинство детей в моей стране. В России родители редко бывают близки со своими детьми." Это что за ересь? Я с удовольствием читаю некоторые любовные исторические романы, но терпеть не могу, когда люди не знающие ни Россию, ни духа русских людей берутся писать что-либо о России и о людях ее населяющих! Только за это оцениваю роман в 1 балл, и то потому, что не могу поставить НОЛЬ.
Завороженная - Фэйзер ДжейнНатали О.
26.06.2015, 21.32





Шпионская нить так закручена что вообще ничего не понятно. Бред.rnи да, Я согласна с Натальей, уж чего чего, а в России всегда жили домом со старыми и малыми. В России до сих пор еще семья в почете, в отличае от Запада.rnЭто вторая часть трилогии. 1.пороки джентельмена. 3.порочные привычки мужа )или как то так)
Завороженная - Фэйзер Джейнвера
17.10.2015, 0.23








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100