Читать онлайн Венера, автора - Фэйзер Джейн, Раздел - Глава 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Венера - Фэйзер Джейн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.79 (Голосов: 34)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Венера - Фэйзер Джейн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Венера - Фэйзер Джейн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Фэйзер Джейн

Венера

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 14

-Вы понимаете, чего мы хотим от вас, Полли? — спросил один из джентльменов, собравшихся на Друри-лейн вечером того же дня.
Полли кивнула, глядя на сэра Питера Эплби, одетого в малиновый атласный камзол и парик с буклями. Его вполне можно было счесть за денди, если бы не присущий ему проницательный, острый ум.
За последнее время Полли успела поближе познакомиться с друзьями Ника, однако только сегодня почувствовала, какое крепкое и нерушимое единство помыслов связывает их.
— Я все поняла, сэр Питер.
— Тогда, может быть, вы повторите это сейчас, чтобы у нас не оставалось более никаких сомнений? — предложил Чарлз Конвэй.
— Я должна обращать особое внимание на разговоры между герцогом и графом Эрлингтоном и запоминать любое упоминание о Кларендоне, — с готовностью ответила Полли.
— Тебе ясно, почему это так важно для нас, Полли? — спросил Де Винтер.
— Да, — промолвила девушка. — Лорд Кларендон делает ставку на союзнические отношения с Францией, граф же Эрлингтон предпочитает полагаться на помощь со стороны Испании. Эрлингтон и герцог Букингемский
пытаются совместными усилиями подорвать влияние канцлера на короля и обвинить его в государственной измене. Между тем Англии сейчас крайне нежелательна ссора с Францией, ведь идет война. Особенно важно узнать, что именно намерен предпринять герцог Букингемский со своими сторонниками в отношении Кларендона. — Она улыбнулась. — Верно я изложила?
— Да, — заверил ее Ричард. — Совершенно верно. И еще одно должна ты помнить: нам бы очень хотелось выяснить, что они думают о предполагаемом провозглашении герцога Монмаута престолонаследником. Если герцог Букингемский поддержит короля в данном вопросе, гражданской войны не миновать, поскольку парламент выступит против правителя. Однако хорошо известно, сколь далеко может зайти герцог Букингемский в своем стремлении воплотить в жизнь эту идею.
— Вы думаете, они будут говорить об этом? — высказала сомнение Полли, постукивая по ладони сложенным веером. — Не слишком ли это серьезные вопросы для частной вечеринки?
— Но эта вечеринка только для избранных, потому они и станут обсуждать данные вопросы, — как всегда энергично, заявил майор Конвэй. — Мы можем поручить только вам, Полли, разузнать, что и как, однако вы не должны рисковать… то есть давать герцогу повод заподозрить вас в том, что в ваши намерения отнюдь не входит удовлетворять все его притязания. Конечно, если такая необходимость все же возникнет…
— Конвэй, подобный тон недопустим, — спокойно прервал его лорд Кинкейд. — Полли сама изъявила желание помочь нам и будет делать это так, как сочтет нужным. И уж, само собой, она не обязана совершать что-либо такое, что было бы ей не по душе. Надеюсь, это ясно всем.
В комнате стало тихо.
— Я прекрасно поняла, что требуется, джентльмены, — нарушила неловкое молчание Полли. — И сделаю все, что смогу. — Девушка озорно улыбнулась, чем сразу же разрядила напряженную обстановку. И только она одна знала, каких усилий стоила ей ее показная веселость. Полли встала и поправила складки платья.
— Кажется, уже пора?
— Да, — ответил Николас. — Но прежде я хочу поговорить с тобой наедине… Надеюсь, вы извините нас, господа.
Это было требование, высказанное в форме вежливой просьбы. Гости встали. Ричард задержался на минуту в дверях.
— Ты сможешь запросто сыграть эту роль, Полли. Ведь ты актриса редкого дарования, — сказал он. Когда все наконец ушли, Полли улыбнулась:
— Как это не похоже на Ричарда — баловать меня комплиментами!
— Он сказал правду, — проговорил Ник и взял ее за плечи. — Слушай меня внимательно. Твое актерское дарование не вызывает сомнений. В твоих способностях слушать и запоминать я тоже вполне уверен. И все же неизвестно еще, сможешь ли ты провести такую хитрую бестию, как герцог Букингемский. Ты должна помнить, что он и его друзья люди неглупые и, кроме того, пользуются при дворе значительным влиянием. — Голос Ника звучал ровно, однако Полли знала, что стоит за этим видимым спокойствием.
— Да, я буду помнить об этом.
— И не забудь вот еще что. Если ты почувствуешь вдруг, что кто-то из этой публики смотрит на тебя с подозрением, немедленно уезжай. Поняла меня, Полли?
— А если я решу, что лучше остаться, несмотря ни на что?
— Думаю, не стоит зря рисковать.
Полли покачала головой.
— И все же, Николас, это мне решать, как действовать в конкретной обстановке. Вы предложили мне принять участие в вашем деле, и я добровольно, без нажима с чьей бы то ни было стороны, дала согласие. И определять, как именно следует мне играть свою роль, буду лишь я одна.
— Тогда я отказываюсь от нашего плана!
— Поздно, Ник, — спокойно ответила Полли и, обратив к нему взор, пообещала: — Я буду осторожна, любовь моя!
Николас посмотрел на нее долгим, внимательным взглядом и, наконец, сдался. Полли была теперь главным участником игры, и казалось только справедливым, что она хочет установить свои собственные правила.
— Я буду ждать тебя, — сказал на прощание Кинкейд. — Ты поедешь с Джоном Кучером, и он же привезет тебя обратно.


Особняк герцога Букингемского на Стренд-стрит сиял многочисленными огнями. Лакей открыл дверцу кареты, и Полли вышла у ярко освещенного парадного подъезда. Поправив складки тяжелых парчовых юбок и длинный шлейф из белого шелка, она вошла в просторный холл, где с куполообразного потолка свисала огромная люстра, а стены и дверные проемы украшала золоченая лепнина. Здесь же находилась и ведущая наверх широкая парадная лестница с резными перилами.
«Какая роскошь!» — подумала Полли. Своим великолепием этот особняк превосходил даже королевский дворец.
Откуда-то сверху доносились мелодичные звуки лютни, смех и веселые голоса. Полли последовала за ливрейным лакеем на второй этаж и, пройдя через большие дубовые двери, оказалась в изысканно меблированном салоне, в одном конце которого играли музыканты. Четверо джентльменов переговаривались негромко, стоя у низкого ломберного стола, а дамы, густо накрашенные и напудренные, обмахиваясь веерами, прогуливались по залу.
Полли сразу же заметила среди них леди Кастлмейн. Узнала она и остальных дам, которых видела в королевском дворце Уайтхолла.
— Госпожа Полли Уайт! — громко объявил дворецкий, и четверо мужчин разом обернулись.
Герцог Букингемский был в светло-зеленом атласном камзоле, богато украшенном кружевами, и напудренном парике с буклями до плеч. На тонких губах его играла самодовольная улыбка.
— Госпожа Уайт, я уж начал было впадать в отчаяние, — сказал он, делая изящный поклон.
— Неужели я опоздала, милорд? — спросила Полли, сопроводив свои слова ответным реверансом. — Мне очень жаль, однако в записке не было указано время.
— Ах, это моя ошибка! — пробормотал герцог, целуя ей руку. — Торопясь послать приглашение, я, вероятно, забыл проставить час! — Он прищурился. — Я так огорчен, мадам: мой скромный подарок был отвергнут вами! Вероятно, он не пришелся вам по вкусу.
— О, ваша светлость, вовсе нет! Это чудная, изысканная вещица, но, увы, слишком дорогая, чтобы я могла принять ее.
Герцог улыбнулся:
— Но это всего лишь пустяк, мадам. Безделушка, так сказать. Я думал, она обрадует вас.
— Я не привыкла принимать в подарок «безделушки», как вы изволили выразиться, от людей, с которыми едва знакома, — промолвила Полли и любезно улыбнулась.
Герцог Букингемский обиженно поджал губы.
— Тогда я спрячу брошь до тех времен, когда мы узнаем друг друга получше, госпожа Уайт.
— Отличное решение, сэр, — произнесла одобрительно Полли, чувствуя, как у нее от напряжения слегка закружилась голова. И затем посмотрела вокруг себя, как бы напоминая герцогу, что в зале присутствуют и другие гости, которых он как хозяин обязан развлекать.
— Я рад, что вы почтили своим присутствием мою скромную вечеринку. Надеюсь, вы познакомитесь поближе с моими гостями. — Он прищурился, наблюдая за ней, и осторожно добавил: — Хотя и не со всеми.
Полли только теперь поняла, что занимало внимание джентльменов, стоявших у ломберного стола: на нем лежала обнаженная девушка.
— Разве ей не холодно? — спросила опрометчиво юная актриса.
— Несколько гиней прекрасно согреют ее потом, моя дорогая.
«Презренные шлюшки из Ковент-Гардена», — вспомнила с грустью Полли. Если бы лорд Кинкейд не встретился ей на пути, она, вероятно, могла бы сейчас быть на месте этой несчастной. Возлюбленная Ника, содрогаясь в душе, постаралась отогнать от себя непрошеные мысли.
— Я вижу, здесь милорд Эрлингтон, — заметила Полли, как если бы обнаженная девушка уже перестала ее занимать. — И он беседует с леди Кастлмейн. Мне бы хотелось поговорить с ним, сэр. Он был так добр, что прислал мне записку с поздравлениями после спектакля. Я должна поблагодарить его за это.
Герцог поклонился и проводил ее в другой конец салона.
В продолжение целого вечера Джордж Виллерс почти не отходил от Полли, и ей стало казаться, что вроде бы подтверждалось и обращенными к ней любопытными взорами гостей, будто прием устроен исключительно в ее честь.
— Джордж, не желаете сыграть в карты? — предложил Джон Мейтленд, он же граф Лодердейл, один из членов «Кабального» совета.
— Да, Джордж, — вступил в разговор Эрлингтон, — вам всегда чертовски везет в игре. В прошлый раз вы выставили меня на тысячу гиней!
Герцог Букингемский засмеялся и, открыв табакерку, взял щепотку табака.
— Что ж, если вы снова хотите испытать судьбу, пойдемте за карточный стол, — сказал он и повернулся к Полли: — Мне хотелось бы, чтобы вы были рядом, дорогая: такая красота не может не принести удачу!
Они прошли в другую комнату. Герцог приказал поставить еще одно кресло около овального стола из красного дерева.
— Что вы думаете о намерении короля жениться на Люси Уолтер, Джордж? — спросил Эрлингтон.
Полли насторожилась. Она знала, что Люси была матерью шестнадцатилетнего герцога Монмаута, незаконнорожденного отпрыска его королевского величества. Герцог пожал плечами и дал знак мальчику, стоявшему по другую сторону от кресла с внушительным кожаным кошельком в руке. Тот вынул сто гиней и положил их на карточный стол.
— Ваша очередь, Генри.
Эрлингтон открыл карты. Герцог с коротким смешком показал свои.
— Двадцать против девятнадцати… Нет, я не думаю, чтобы король решился на подобный шаг. Ведь ему придется представить соответствующие документы, свидетелей… Доказательства, в конце концов… Если бы они были у него, он давно бы уже сделал это.
— Раздобыть бумаги и все прочее не столь уж и хитрая задача, — заявил Лодердейл, потягивая красное вино и хмуро глядя в свои карты.
Полли сидела не двигаясь. Ей приходилось прилагать неимоверные усилия, чтобы внезапное напряжение ее не было замечено сидевшими за карточным столом.
— Видите ли, никогда нельзя быть уверенным, что подкупленных вами свидетелей не перекупит кто-нибудь еще, — лениво заметил герцог Букингемский и махнул изящной рукой, унизанной перстнями. Что же касается документов, то они всегда могут быть подвергнуты самой тщательной проверке.
— Значит, вы не поддерживаете его величество? — не унимался Эрлингтон.
Джордж Виллерс пожал плечами:
— Я не стал бы возражать, если бы на троне оказался герцог Йоркский. Монмаут еще слишком молод, к тому же азартен, а порой и просто глуп.
— Тщеславен и амбициозен, хотите вы сказать, — усмехнулся Лодердейл. — Да, признаюсь, такая кандидатура не очень-то нам подходит!
Герцог улыбнулся:
— Не понимаю, что вы имеете в виду, Джон? Почему меня должно волновать, кто придет на смену его величеству?
Он засмеялся, и разговор принял иное направление.
Полли вынула кружевной платок и украдкой вытерла вспотевшие ладони. Миссия ее была выполнена. Она услышала разговор, важный для Ника и его друзей. Теперь можно было и уходить, но так, чтобы не вызвать ни у кого недоумения и тем более подозрения.
— Милорд, — выбрала она подходящий момент, — прошу вас простить меня, но я немного устала. Надеюсь, я принесла вам желанную удачу.
Она улыбнулась.
Герцог с удивлением посмотрел на нее:
— Вы хотите покинуть нас? Но почему, дорогая, еще так рано!
— Вы забыли, сэр, что я работаю, и поэтому мне приходится вставать довольно рано.
Полли поклонилась сидящим за столом.
— Желаю спокойной ночи, господа, — сказала она и направилась к выходу.
Герцог последовал за ней.
— Не будьте столь жестоки, не убегайте так скоро, мадам! — пытался удержать ее Джордж Виллерс.
— Убегать? Но от чего, герцог? Я и не думала. Я была счастлива провести вечер в вашем обществе, однако сейчас должна все же ехать домой, чтобы не навлечь на себя гнев господина Киллигрэ на завтрашней репетиции… Ведь вы не захотите, чтобы публика была разочарована?
— Право, не знаю, что и сказать! Вы так огорчили меня, дорогая! — произнес мягко Джордж Виллерс.
— Мне очень жаль, однако я и не подозревала, что должна совершать насилие над собой.
Они встретились взглядами, и Полли заметила удивление на обычно бесстрастном лице герцога. Джордж Виллерс предполагал, что ей известны правила игры, однако теперь засомневался в этом.
Он поклонился.
— Я в отчаянии, что вы покидаете нас, мадам! И, тем не менее, вынужден вам уступить, поскольку не имею права задерживать вас. Не скрою, я очень хотел бы иметь такие права.
— Их надо заслужить, сэр, — заметила Полли.
Герцог снова поклонился.
— Я постараюсь, — заверил он ее и обратился к лакею: — Прикажи закладывать экипаж!
— Не беспокойтесь, сэр, мой кучер ждет меня.
— Тогда позвольте мне проводить вас.
Виллерс помог Полли сесть в изящную карету лорда Кинкейда и, попрощавшись с юной актрисой, стоял еще какое-то время у парадного подъезда, глядя вслед отъезжающему экипажу.
Эта леди знает себе цену, подумал он. Но это не тревожило вельможу: его светлость герцог Букингемский с уважением относился к таким женщинам и был к тому же уверен, что все равно добьется ее расположения. В общем, все весьма романтично, и никаких причин для волнений…
Улыбнувшись, он отправился к своим гостям.
— От того, что ты будешь стоять вот так, глядя в окно, она не вернется быстрее, Ник, — молвил Де Винтер.
— Да-да, — проговорил рассеянно Николас и, подойдя к буфету, налил себе бокал красного вина.
— Ничего плохого с ней не случится, — убеждал друга Ричард. — Это всего лишь вечеринка. Герцог не сможет принудить ее к чему-то в такой обстановке. Если она увидит, что что-то идет не так, то в любой момент сможет покинуть его дом.
— Боюсь, она выдаст себя, Ричард, — признался Николас и в волнении прошелся по комнате. — Слышишь, кажется, едет карета!
Ричард подошел к окну и, открыв его, стал всматриваться в ночную тьму.
— У тебя отличный слух, друг мой! — произнес он. — Действительно, из-за угла выкатил экипаж!
Выйдя из кареты, Полли сказала кучеру:
— Спасибо, Джон. Надеюсь, ожидание было не слишком утомительно для тебя. — Она взглянула вверх на освещенное окно. — О, вы еще не спите, милорд? — В голосе ее звучала легкая ирония. — Я была уверена, что вы по крайней мере, час как в постели… Ах, лорд Де Винтер тоже здесь!
— Поднимайся! — скомандовал Николас, удивляясь, как она может шутить в такой неподходящий момент.
Войдя в гостиную, Полли буквально упала на руки Ника. Ее трясло словно в лихорадке. Николас прижал ее к себе, чувствуя, как она хрупка под своим замысловатым нарядом.
— Что случилось, дорогая? Он обидел тебя? — спросил встревожено Николас.
— Нет… нет… Ничего страшного, — ответила Полли, собравшись с силами. — Все хорошо, я думаю. Просто я не знала, как это будет трудно, Ник. В тысячу раз труднее, чем на сцене!
— И это все? Тебя вывело из равновесия только то, что пришлось играть трудную роль?
— Если бы это было всего-навсего исполнение роли, я бы не чувствовала себя сейчас такой разбитой, — проговорила девушка дрожащим голосом и приняла от Де Винтера бокал вина. — Спасибо, Ричард! Ты не учитываешь, Ник, что я должна была еще и придумывать слова этой роли.
Кинкейд и Де Винтер переглянулись. Они даже не предполагали, что Полли придется столь тяжко.
— Однако ты справилась со всем? — осведомился Ричард.
Полли кивнула и отпила большой глоток вина.
— Надеюсь, мне удалось кое-что… Я слышала разговор о герцоге Монмауте… — И Полли, нервно прохаживаясь по комнате, рассказала им все, что смогла узнать, и снова наполнила бокал. Николас нахмурился, увидев, с какой торопливостью выпила она вино, но ничего не сказал.
— И на чем вы с ним расстались? — продолжал расспрашивать девушку Ричард.
— Он решил посчитать, сколько я стою, — грубовато ответила Полли и снова потянулась к графину с вином.
— Нет, детка, с тебя уже хватит, — остановил ее Николас.
— Какое вы имеете право указывать мне, что делать, а что — нет? — возмутилась Полли. — Я ни капли не выпила за весь вечер, так как боялась потерять бдительность и допустить в результате какую-нибудь оплошность. Неужели же и теперь мне нельзя немного расслабиться?
— Почему нельзя? — произнес Николас. — Просто ты пьешь слишком быстро…
Ричард встал и надел плащ.
— Ну, мне пора, — сказал он. — Прими мои поздравления, Полли. Я ничуть не сомневался в тебе. — Наклонившись, он поцеловал ее в лоб. — И слушайся Ника: у него богатый опыт по части спиртного.
— Да, — согласился Николас. — В юности я был изрядным гулякой.
Проводив Де Винтера, он вернулся в гостиную.
— Простите мне мою резкость, — молвила Полли. — Я не хотела вас обидеть.
— Не извиняйся, — сказал Николас. — Пойдем-ка лучше в спальню. И позволь мне успокоить тебя более приятным способом, чем принятие спиртного.


-Что, черт возьми, происходит?! — воскликнул Николас, стоя посреди гостиной вечером следующего дня.
— Это от его светлости герцога Букингемского, — ответила Полли.
Вернувшись из театра, она увидела, что гостиная напоминает оранжерею. В каждом углу стояли букеты экзотических цветов, а Сью и миссис Бенсон были расстроены тем, что для них не хватало ваз.
— Где он все это раздобыл? — Полли беспомощно развела руками. — Здесь хватит цветов на целое Вестминстерское аббатство!
— Оранжереи герцога Букингемского славятся на всю Англию, — объяснил Николас. — Здесь есть записка?
— Да. — Полли взяла конверт и протянула Нику. — Он хочет, чтобы я, когда поеду на прием во дворец, украсила орхидеями платье в знак того, что его подарок принят.
— И ты сделаешь это?
Она покачала головой:
— Нет. Вместо этого я возьму цветок фризии и вколю его в кружево на рукаве. Это и будет моим ответом.
— Ну и проказница же ты, Полли, — засмеялся Николас. — Мне начинает казаться, что эта игра со всемогущим герцогом доставляет тебе удовольствие!
— В какой-то степени да, — призналась она. — Сегодня вечером я буду изображать на приеме кокетливую ветреницу.
— В таком случае мне лучше оставаться дома. Пусть герцог решит, что меня мало волнует, чем ты там занимаешься. Впрочем, если хочешь, я тоже отправлюсь с тобой во дворец.
Полли, молча наполняя вазу с тюльпанами свежей водой, думала о том, что Николас втянул ее в опасное дело, а теперь оставляет одну. А вдруг он замыслил использовать ее в качестве шпиона в первый же день их встречи? Если это действительно так, то в его предательстве по отношению к ней нет ничего удивительного. Просто деловые отношения одержали верх над любовными.
— Нет-нет, конечно, вы можете остаться дома, — заторопилась она с ответом. — Я подумала было, что и вы будете там, но теперь поняла, вам не стоит этого делать.
Она словно со стороны слышала свой голос, холодный и ровный, негромко звучавший в маленькой гостиной, где экзотические ароматы оранжерейных цветов смешивались в один тяжелый, удушливый запах. Странно, вместо весенней свежести в комнате царил дух некоего разрушения.
Николас нахмурился. Он ощутил в голосе Полли внутреннее напряжение, которое она пыталась всячески скрыть.
— Что случилось, дорогая? — спросил он, подходя к Полли. — Тебе страшно?
— Вовсе нет, — ответила девушка. — Да и чего мне страшиться? Я ведь еду во дворец, где мне отведена роль ветреной кокетки. — Она улыбнулась. — Надеюсь застать вас здесь, когда я вернусь. Или, может, у вашей светлости иные планы?
— Я пригласил к себе друзей поужинать и поиграть в карты, но после этого я приеду сюда, на Друри-лейн.
— Не надо, — пожала плечами Полли. — Когда друзья разойдутся, будет уже поздно…
— Полли, я чувствую, что тебе стало вдруг не по себе. Когда я приехал, ты была в добром расположении духа, а сейчас словно что-то гложет тебя.
— Глупости, у меня все в порядке, — возразила Полли и позвонила в колокольчик. — Миссис Бенсон подаст сию минуту обед. Она специально для вас приготовила жаркое из говядины.
Во время трапезы Полли весело болтала, словно ничего не произошло, и Николас забыл о своей тревоге, решив, что во внезапной перемене ее настроения нет ничего необычного.


Герцог Букингемский ждал с нетерпением, когда же, наконец прибудет госпожа Уайт. Однако появление ее в Большой Галерее Уайтхолла вызвало у него лишь досаду и разочарование. Орхидей, которые он так самонадеянно предполагал увидеть в качестве украшения на ее платье, к его огорчению, не было. Пройдя сквозь толпу придворных, он медленно подошел к ней и поклонился.
— Госпожа Уайт, мы бесконечно счастливы, что вы удостоили нас своим присутствием! — В голосе Виллерса звучала ирония, а поклон его был слишком глубоким, чтобы считаться почтительным.
Полли вспомнила, что Николас говорил о комплиментах и прочих знаках внимания, которые могут восприниматься как оскорбление. Она улыбнулась и сделала реверанс точно с такой же подчеркнутой вежливостью.
— Милорд, вы слишком добры ко мне! — сказала она, взмахнув веером и с сильным треском сложив его.
Сощурившись, герцог внимательно наблюдал за ней. Люди обычно боялись ссориться с ним и, уж конечно, не делали ответных жестов, когда он выражал недовольство.
Но тут Полли улыбнулась такой очаровательной и открытой улыбкой, что сердце сановной особы вновь дрогнуло.
— Ваша светлость, я хотела бы поблагодарить вас за столь щедрый подарок! — Она приподняла руку, где к кружеву была прикреплена веточка фризии.
— Это честь для меня, мадам! — произнес герцог, поднося руку Полли к губам и вдыхая тонкий аромат цветка. — Однако я надеялся…
— Но, сэр, — перебила его Полли, — не могли же вы ожидать, что я украшу орхидеями это платье! Они просто не идут к нему!
Герцогу ничего не оставалось, как признать, что орхидеи действительно не подходили к алому атласу.
Конечно, она могла бы надеть другой наряд, подумал внезапно герцог, начиная подозревать, что леди затеяла с ним некую чертовски хитрую игру.
— Вы одна? Лорд Кинкейд не сопровождает вас сегодня? — поинтересовался Джордж Виллерс, не сводя с нее взора.
— Как видите, ваша светлость, — беззаботно ответила Полли. — У него сегодня какие-то важные дела.
— Не представляю себе, чтобы можно было иметь иные обязанности, кроме счастья угождать вам во всем, мадам!
Полли улыбнулась.
— Не хотите ли послушать музыку? — спросил герцог. — Королевские музыканты — настоящие виртуозы!
Он предложил ей руку, и они прошли в музыкальный салон, где находились уже друзья его светлости, сам король и леди Кастлмейн.
Его величество поприветствовал Полли с особой сердечностью, зато любовница его, окинув госпожу Уайт холодным взглядом, едва кивнула ей и тотчас обратилась к герцогу.
«Чем могла я обидеть ее?» — недоумевала Полли, делая вид, что увлеченно слушает музыку.
В этот самый момент в салон вошел лорд Кларендон и, приблизившись к повелителю, отвесил поклон.
— Что случилось? — проговорил раздраженно король. — Я надеялся, что хотя бы сегодня вечером мы сможем, наконец отдохнуть от государственных дел. Но, судя по выражению вашего лица, опять что-то стряслось!
Присутствующие засмеялись.
— По-видимому, так оно и есть, сэр, — лениво заметил герцог Букингемский, обращаясь к королю. — В самый раз просить музыкантов исполнить похоронный марш: это будет вполне соответствовать физиономии канцлера.
Злая шутка вызвала новый взрыв смеха.
Кларендон снова поклонился.
— Прошу вас, ваше величество, уделить мне минуту внимания. Я должен сообщить вам нечто важное.
— Я не хочу портить себе настроение, выслушивая ваши наверняка пессимистические заявления, канцлер. — Король постукивал пальцами по подлокотнику кресла. — Ведь мы собрались здесь, чтобы наслаждаться музыкой и приятной беседой.
Кларендону не оставалось ничего иного, как только смиренно признать свое позорное поражение.
Когда он ушел, герцог Букингемский произнес с презрительной ухмылкой на тонких губах:
— Не понимаю, почему ваше величество терпит подле себя подобного олуха? Единственно возможное объяснение этому — присущее вам бесконечное великодушие.
Король вздохнул:
— Я знаю все, Джордж. Но как я отстраню Кларендона от должности? Ведь парламент на его стороне.
— И все же он состоит на службе у вас, сэр, а не у парламента, — мягко напомнил герцог.
— Хватит об этом, — пожал плечами король и кивнул в сторону музыкантов. — Прикажите играть мазурку. Я хочу, чтобы все танцевали.
Весь вечер Полли провела в компании короля и его приближенных. Герцог Букингемский танцевал с ней, потчевал, развлекал. Она же чувствовала, что идет по лезвию ножа, боясь все время оступиться и сделать неверный шаг.
В конце вечера, когда она отказалась от предложения герцога проводить ее домой, Виллерс иронично заметил:
— Вы, как мне кажется, пытаетесь заставить меня танцевать под какую-то слишком замысловатую мелодию, дорогая моя. А я постараюсь выучить эти предлагаемые вами сложные па.
— Вы говорите загадками, сэр, — заметила Полли, садясь в карету. — Благодарю вас за столь приятно проведенный вечер!
Когда экипаж отъехал, девушка в изнеможении откинулась на мягкую спинку сиденья. «Может быть, лучше уступить ухаживаниям герцога и покорно принять ту роль, что отводит он мне?» — подумала она и тут же содрогнулась от отвращения.
Полли закрыла глаза. Хорошо бы оказаться сейчас в постели, вместо того чтобы ехать сквозь этот тихий качающийся мрак, подниматься затем по лестнице и раздеваться…
— Госпожа Уайт! — послышался вдруг голос кучера, выведший ее из сонного забытья. Полли вздрогнула и, путаясь в тяжелых парчовых юбках и длинном шлейфе, кое-как выбралась из кареты.
С трудом преодолев лестницу, она устало толкнула дверь в гостиную и, к своему немалому удивлению, застала там Ника, мирно дремавшего в кресле у камина. Значит, ей не удастся побыть одной, чтобы успокоить уставшее тело и измученную душу и набраться сил, необходимых для следующего дня.
Николас проснулся, встал и, потянувшись, пошел ей навстречу.
— Наконец-то, дорогая моя! Что-то ты сегодня поздно…
— Я думала, вы не приедете, останетесь у себя дома, — сказала Полли и, отстранив его, направилась в спальню.
— Признаюсь, я надеялся на более радушный прием, — пробормотал Николас, идя вслед за ней.
— Простите, но я безумно устала, — произнесла она, вынимая заколки из прически. — Если я тотчас не лягу в постель, то засну прямо так, стоя.
— Позволь, я помогу тебе раздеться. Николас подошел к ней сзади, обнял и поцеловал. Полли оттолкнула его руки резким нетерпеливым жестом, поразившим их обоих.
— Я не хотела, простите, Ник!
— Что, черт возьми, происходит? — уже сердито спросил он и, повернув Полли, взял ее за подбородок и посмотрел в глаза.
— Умоляю, дайте мне лечь в постель! — крикнула она, не в силах более сдерживать себя. — Я устала, я измучена! Я весь вечер играла эту проклятую роль… Наверное, вы правы, лучше уж уступить домогательствам герцога!
Зачем она сказала это? Почему слова порой сами срываются с языка?
— Нет, не говори так! — воскликнул Николас.
— Почему же? Совсем недавно вы были, кажется, вполне готовы к этому.
— Верно, — признался он, взъерошив волосы. — Но я не учел всего. Я не знал тогда, что это будет выше моих сил.
— Не учел всего? А как насчет того, что «мы оба сможем быть полезны друг другу»?
О Боже, вот и произнесла она эту ужасную фразу! Полли испуганно посмотрела на Ника, ища взглядом его глаза и ожидая, что он скажет что-то в свое оправдание. Однако Николас молчал. Зеленые глаза его виновато смотрели на Полли, а гневные слова, которые она хотела услышать, так и не прозвучали.
Поняв причину его молчания, Полли отвернулась, ощущая в душе пустоту, безучастная ко всему.


— Значит, все это было задумано вами с самого начала! — Девушка пожала плечами. — Впрочем, не важно. — Затем, снимая с кружевного рукава цветок фризии, она добавила: — Хотя, признаюсь, я предпочла бы услышать честное признание.
Николас тщетно искал нужные слова. Конечно, он был не слишком-то честен с Полли и в самом деле намеревался использовать ее в своих целях. Но теперь он должен исправить свою ошибку и заставить ее вновь поверить в него.
— Посмотри на меня, Полли, — попросил он тихо.
Она неохотно подняла глаза.
— Ник, я слишком устала, чтобы продолжать сейчас этот разговор. Тем более что это не имеет особого значения.
По лицу ее пробежала тень. Видно было, что она говорит неправду.
— Я не согласен с тобой. И мы должны не откладывая выяснить все до конца, — решительно сказал Николас. — Это правда, что в самом начале я думал о…
— О том, чтобы заставить маленькую шлюшку делать то, что ей и положено, так?
— Полли, в последний раз ты говоришь такие слова безнаказанно! — предупредил ее спокойным тоном Николас. — Вспомни, ты первая решила проложить путь к успеху через мою постель! Ты, желая стать актрисой, еще сказала мне тогда, что если потом я не захочу оставаться твоим покровителем, то ты легко найдешь другого.
Полли смущенно опустила глаза, Николас уже увереннее продолжал:
— Меня поразило тогда, что твой замысел мало чем отличается от моего собственного. И, чего теперь таить, твое участие в нашей акции против герцога Букингемского было задумано мной довольно давно.
— Но почему вы не признались мне в этом раньше? — спросила чуть слышно Полли.
— Я боялся, что ты обидишься, узнав правду. Я мучился, не зная, как мне быть. — В его голосе слышалось отчаяние. — Я пообещал своим друзьям использовать тебя в наших целях до того, как влюбился в тебя. Таким образом, я взял на себя обязательства, от которых не мог отказаться. Конечно, теперь до меня дошло, что мне следовало откровенно рассказать тебе обо всем и попросить тебя помочь нам: это было бы единственно правильным выходом из создавшейся ситуации. Ты должна все же признать, что я, несмотря ни на что, не принуждал тебя ни к чему, не так ли?
Полли молча покачала головой, стараясь привести в порядок путаницу мыслей.
— Я никогда не попросил бы тебя принять участие в нашем деле, если бы не взятое мной обязательство перед друзьями. И вот еще о чем подумай: разве было бы лучше, если б я решил использовать тебя после того, как мы стали близки? И, зная твое отвращение к герцогу, я потребовал бы все-таки от тебя, чтобы ты затеяла с ним опасную игру?
Полли удивленно подняла глаза. Почему она сама не подумала об этом раньше?
— Ответь мне! — настаивал Ник.
— Да, пожалуй, так было бы куда отвратительней, — согласилась она.
— Ты веришь, что я люблю тебя?
Она кивнула.
— И что мы сможем преодолеть все трудности?
— Да.
— И что не будет больше разговоров о разных там «шлюшках» и тому подобном?
— Да.
Николас улыбнулся:
— Ну и слава Богу, детка!
Полли, улыбнувшись в ответ, почувствовала вдруг огромное облегчение, словно с плеч ее свалился тяжкий груз. Девушка была теперь уверена, что даже если ей и не удастся справиться со своей задачей беззаботно и легко, как хотелось бы, то, во всяком случае, она сумеет теперь подойти к данному ей заданию по-деловому, разумно. Ей предстояло лишь сыграть роль. И более ничего. Как же все просто!
Она отдалась объятиям, защищавшим ее от жестокостей мира, и предалась любви, обещавшей впереди одно лишь безмерное счастье.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Венера - Фэйзер Джейн



prosto supper, odna iz moih lübimih knig... sowetuü prozitatj.
Венера - Фэйзер Джейнrimma
9.08.2012, 20.26





Для меня, дорогие читательницы, показатель "суперовости" романа- это "муражки по коже" :) Как я их (мурашек этих) при чтении данного романа не искала-не нашла! И вообще, хотела пропустить данный роман, но "добила". ГГероиня капризная, хотя не знаю откуда у нее они могли появиться с таким-то детством и юношеством!Сюжет, конечно, необычный (он хотел ее использовать как шпиона в политических целях), но как-то все затянуто, без страстей.
Венера - Фэйзер ДжейнЮлия
12.09.2012, 15.48





Мило,но без особого интереса. Соответствует оценке читателей. 6,35.
Венера - Фэйзер ДжейнВ,З.,64г.
28.12.2012, 12.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100