Читать онлайн Тень твоего поцелуя, автора - Фэйзер Джейн, Раздел - Глава 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Тень твоего поцелуя - Фэйзер Джейн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.9 (Голосов: 51)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Тень твоего поцелуя - Фэйзер Джейн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Тень твоего поцелуя - Фэйзер Джейн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Фэйзер Джейн

Тень твоего поцелуя

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 18

– Миленькие цветочки, сэр, – заметил Джем, с ехидцей посматривая на хозяина и одновременно складывая рубашки и чистое белье в кожаный походный мешок.
– Да, – согласился Робин, связывая стебли тщательно выбранного букета желтой шелковой лентой из шкатулки младшей сестры Анны.
– Смею сказать, дама будет довольна, – продолжал Джем с той же лукавой ухмылкой.
– Черт бы подрал тебя, дерзкий щенок! – выругался Робин без особого запала, с удовлетворением разглядывая букет. Прелестные поздние розы с головками, тяжелыми от ночной росы, белый поповник и ярко-желтые и оранжевые ноготки. Самые лучшие цветы осеннего сада в Холборне, полные солнца и света. Такой выбор наверняка понравится Луизе. Разумеется, букет будет подарен донье Бернардине, официальной хозяйке вчерашнего ужина, но Луиза поймет, кому он предназначался, и столь ловкий ход ее позабавит.
Было еще очень рано. Свежесть осеннего утра приятно бодрила. И хотя Робин спал не более двух часов, ему еще многое нужно было сделать. После визита вежливости к Луизе и ее дуэнье, целью которого было известить девушку, что его не будет несколько дней, Робин отправится в Уайтхолл, поговорить с Пиппой, а потом вернется к де Ноайю, чтобы получить письма и инструкции,
– Встречаемся у ворот Олдгейта в полдень, – наставлял он Джема. – Я хочу сегодня добраться до Тейма, так что поскачем во весь опор.
Он провел деревянным гребнем по каштановым локонам, недовольно наблюдая, как они снова скручиваются в спутанную гриву.
– Будет сделано, сэр. Уложить еще один костюм на смену?
Робин всесторонне обдумал его вопрос.
– Пожалуй, стоит, – решил он наконец.
– Значит, сэр, мы долго пробудем в отлучке?
– Не больше недели, но мне нужна смена одежды для визитов. Не могу же я показываться на людях в несвежем камзоле!
– Разумеется, сэр, – торжественно кивнул Джем. – Конечно, нет.
Робин бросил на него подозрительный взгляд.
– Тебя что-то забавляет, парень?
– Нет, сэр… – покачал головой Джем. – Ни в малейшей степени, сэр.
Робин, сдержав усмешку, потянулся к камзолу.
– Смотри не опоздай. Ровно в полдень, понял? – бросил он, пытаясь казаться суровым. Потом подхватил короткий плащ, накинул на плечи и, взяв букет, покинул дом.
Он успел добраться до особняка Аштона к восьми часам и сразу проехал на конный двор, чтобы оставить там лошадь. Луиза в сопровождении деловитого здоровяка конюха садилась в этот момент на изящную кобылку кремовой масти.
При виде Робина с ее губ сорвался тихий возглас удивления и удовольствия. Правда, она тут же спохватилась и, прикусив язычок, отступила от Малколма, собиравшегося подсадить ее на кобылу.
– Ах, лорд Робин, какой неожиданный сюрприз! – с достоинством произнесла она. – Я как раз собиралась покататься верхом.
– В таком случае не позволяйте мне задерживать вас, донья Луиза, – объявил он, спешиваясь. – Я всего лишь пришел поблагодарить донью Бернардину за гостеприимство.
– И, как я вижу, подарить ей цветы. Что за прелестный букет! Может, я отнесу ей от вашего имени?
Робин с торжественным поклоном вручил ей букет. Луиза улыбнулась и понюхала розы.
– Что за божественный аромат!
Робин не сказал, что благоухание напомнило ему о вчерашних духах Луизы. Просто поклонился еще раз.
– Малколм, я поеду на прогулку позже, – объявила девушка, – а пока отведу лорда Робина к донье Бернардине.
– Как прикажете, миледи, – кивнул Малколм, беря кобылку под уздцы. Осмотр гостя был механическим, быстрым, тщательным и скрытым, предназначавшимся для того, чтобы узнать Робина из Бокера везде, .всегда, в любое время и в любом обличье: одно из множества неоценимых качеств Малколма, делавших его столь полезным своему хозяину.
– Пойдемте, лорд Робин. Не знаю, встала ли уже донья Бернардина. Обычно она не выходит из спальни так рано, но я поставлю цветы в воду, и вы можете передать ей свое любезное приветствие.
– Так мы и сделаем, – согласился Робин. – А ваш опекун дома?
– Не знаю… вряд ли, – жизнерадостно рассмеялась она. – Как правило, он уезжает к королю с первыми лучами солнца, когда его величество составляет планы на день.
Робин надеялся услышать именно этот ответ. Он еще не был готов пуститься с Аштоном в дальнейшую беседу по поводу скарабеев.
Остается надеяться, что Аштон навестит Пиппу пораньше. Вряд ли ей понравится все утро сидеть у себя в ожидании разрешения тюремщика покинуть спальню. Впрочем, она, возможно, смирится с этим так же быстро, как смирилась с королевским приказом.
Робин горько усмехнулся.
Что, если Лайонел Аштон в ее глазах – рыцарь без страха и упрека? Во всяком случае, судя по вчерашнему, Пиппа так и считала.
Они вошли в дом, и Робин снова обратил взор на Луизу. Она умело вела светскую беседу, требующую мало внимания и не нуждающуюся в ответных замечаниях.
– Сеньор Диас, – обратилась она к управителю, – передайте камеристке доньи Бернардины, что лорд Робин приехал с визитом. Да, и принесите… принесите… – Она повернулась к Робину: – Что в вашей стране едят и пьют в это время дня?
– Эль, мясо, сыр, хлеб. А что едят на завтрак в Испании?
– Только хлеб с вареньем. И запивают разбавленным водой вином.
– Думаю, вам следует предложить мне то, что едите сами. Луиза с сомнением покачала головой, и Робин рассмеялся.
– Видите ли, я уже позавтракал, – объяснил он. – И совсем не голоден. А кроме того, у меня совершенно нет времени.
– В таком случае я немедленно уведомлю донью Бернардину.
Управитель говорил по-английски достаточно бегло, хотя и с сильным акцентом.
Торжественно поклонившись, он пошел к выходу.
– Да, и пришлите с кем-нибудь вазу для цветов, – окликнула его Луиза, провожая Робина в небольшую гостиную в глубине дома. – Мы одни, – многозначительно прошептала она, целуя его в щеку, – но, боюсь, ненадолго, так что поскорее воспользуемся случаем!
– Возможно, в Испании это считается очень дерзким, дорогая девочка, – улыбнулся он, – но для англичан такой способ приветствовать друзей чересчур холоден.
– Неужели? – удивилась она, наклонив голову. – Тогда покажите свой способ, пожалуйста.
Он взял ее подбородок и быстро, легонько чмокнул в губы.
– А вот это вполне приемлемо. Щеки Луизы порозовели.
– Но не в Испании, – выдохнула она.
Робин усмехнулся и отступил, как раз вовремя, чтобы увидеть, как в комнату входит слуга с оловянной вазой.
– Донья Бернардина спустится через полчаса.
Лакей поставил вазу и вышел.
– Уж очень она спешит, – удивилась Луиза. – Обычно на одевание у нее уходит не меньше часа. Либо она желает оказать вам необычайную честь, либо отчаянно тревожится за мою репутацию.
Она принялась расставлять цветы в вазе.
– Увы, я не могу ждать, так что ей нет смысла бояться за вашу репутацию, – ответил Робин. – По правде говоря, я пришел сказать, что должен уехать на неделю, может, дней на десять, так что не ждите меня в обычное время.
Луиза продолжала возиться с цветами.
– Куда вы едете? – с видимым любопытством осведомилась она.
– В Суррей. Навестить приятелей.
– Понятно.
Луиза слизнула каплю крови с пораненного шипом пальца.
– По какой дороге вы отправляетесь туда?
– Из Олдгейта. Это одни из главных городских ворот.
– Там, должно быть, всегда много народу, – заметила она, ставя вазу на стол, где утреннее солнце зажгло огнем желто-оранжевые ноготки.
– Да, очень, – кивнул он. – Кроме того, там находятся несколько кабачков, которые обслуживают проезжающих. А теперь мне нужно ехать. Я должен встретиться с пажом в полдень.
– У этих ворот?
Луиза наконец забыла о цветах и обернулась к нему.
– Да, – снова согласился он, уже думая о том, что ждет впереди. – По возвращении я привезу к вам сестру.
– В качестве своей дуэньи? – с притворно скромной улыбкой спросила Луиза. – Или как предлог?
– И то и другое либо то или другое, – парировал Робин.
– Она сказала, что будет счастлива сыграть роль дуэньи…
– Неужели? – бросил он, сухо усмехаясь. С Пиппы вполне станется сделать подобное предложение. Она уже не раз намекала, причем довольно прозрачно, насчет его интереса к Луизе.
И еще твердила, что Луиза слишком молода для него.
Молода? Для чего именно?
Он даже растерялся от пришедшего ему в голову вопроса. Неужели он способен на такое? Не ухаживает же он в самом деле за этой испанкой? Просто наслаждается веселой, с небольшой примесью флирта дружбой. Позволяет девушке узнать вкус свободы и в то же время приобрести некоторый жизненный опыт. Все совершенно безобидно. Она вернется в Испанию, и он тут же выбросит ее из головы.
– Я должен немедленно уехать, – резко сказал он. – У меня много дел сегодня. Прошу, передайте донье Бернардине мое почтение и попросите извинить мою поспешность. После возвращения я снова навещу ее.
Луиза, рассеянно улыбаясь, присела в прощальном реверансе. Робин, ничего особенного не заметив, с поклоном удалился и поспешил на конный двор за лошадью.
Луиза отправилась к себе и, усевшись на сундук в изножье кровати, обдумывала пришедшую ей в голову фантастическую идею. Нет, это чистое безумие, просто невозможно, немыслимо…
Но почему же невозможно? Ничего невозможного не бывает. Если у нее хватит смелости, она сможет осуществить свой план.
Но что будет потом? Ее репутация погибнет! Это убьет ее мать, не говоря уже о донье Бернардине. Или…
Или она найдет себе мужа. Мужа по собственному выбору! Или…
Или проверит, нельзя ли претворить в жизнь сумасбродную идею, а если нет, просто повернется и отправится домой, и Никто ничего не узнает.
Да, именно так она и поступит.
Луиза спрыгнула с сундука. Она возьмет с собой совсем немного вещей, на всякий случай…
Нет, не стоит. Она пускается в забавное приключение, которое никому не повредит. И ничего не возьмет с собой. Таким образом, у нее не возникнет соблазна превратить маленькое приключение в большое, с ужасающими последствиями не только для нее, но и для окружающих. Это всего лишь испытание ее изобретательности.
Конечно, дон Аштон обо всем узнает, потому что Малколму придется ему рассказать. Тогда он, вероятно, отошлет ее в Испанию на следующем же корабле.
А вдруг нет? Он не так безрассуден. Просто находится в неведении. Пока Бернардина ничего не знает, дону Аштону нет нужды предпринимать что-то.
«Молода? Для чего именно?» Вопрос продолжал терзать Робина, непрерывно отдаваясь в его ушах по дороге в Уайтхолл. Он никогда не задумывался о возрасте Луизы. И вообще серьезно не думал о девушке. Для него это было всего лишь приятным времяпрепровождением, доставлявшим им обоим немало радости.
Но он тридцатилетний мужчина, а она восемнадцатилетняя девушка. Не особенно большая разница. Гораздо меньшая, чем во многих браках. В некоторых случаях женщины выходили за мужчин, годившихся им в дедушки. Кроме того, о желаниях невесты обычно никто не спрашивал. Правда, Луиза отказалась от подобного брака.
Но почему он думает о женитьбе? Правда, иногда ему приходило в голову нечто подобное, и он гадал, какая именно женщина ему подойдет, но на ум приходили только Пен, Пиппа и Джиневра, его мачеха. Все они обладали определенными качествами, которые казались ему необходимыми в жене. Равные партнеры в браке, одинаково еретичны, они были умны, остроумны, забавны и ни в чем не уступали мужчинам.
Подгоняя лошадь, Робин мрачно размышлял о том, что так и не встретил женщину, похожую на своих родственниц, что, возможно, и было причиной отсутствия у него интереса к женитьбе. Он никогда не учитывал это. А вот теперь…
Луиза.
Нет, ничего из этого не выйдет. Он в жизни не получит разрешения ее родных, даже если попросит. Вероятно, заменяет ей отца именно Лайонел Аштон, так что спрашивать следует его. А это означает, что Робин окажется в настоящем змеином гнезде.
Кто такой Лайонел Аштон? Если он на стороне Елизаветы и истинно ей сочувствует, может, и не станет противиться такому предложению. Но если он шпион самого испанского дьявола, непременно позаботится о том, чтобы Робина повесили или оставили лежать в сточной канаве с перерезанным горлом, прежде чем согласится выслушать подобное предложение. И если Аштон действительно тот, кем кажется, Робин не желает иметь ничего общего с тем, кто находится под его влиянием. Даже если это Луиза, к которой так влечет самого Робина.
– Все в порядке, милорд?
Робин внезапно осознал, что стоит посреди конного двора, похлопывая хлыстом по сапогу и глядя в никуда. Конюх, принявший коня, с любопытством поглядывал на него.
– Да… да… – раздраженно бросил Робин. – Лошадь мне понадобится через полчаса.
Он нырнул под арку, ведущую к одному из внутренних дворов дворца, и, выбросив из головы все мысли о Луизе, сосредоточился на том, что скажет Пиппе.
Нужно быть с ней откровенным. Рассказать о намеках Лайонела. Она непременно скажет ему все, что знает или подозревает. О чем догадывается. Если он станет избегать всех упоминаний о ее странной и, по его мнению, опасной близости с Аштоном, они смогут спокойно и по-деловому обсудить создавшееся положение.
Если сестру что-то связывает с Аштоном, ей будет трудно услышать, что он, вероятно, испанский шпион, а не просто придворный из свиты Филиппа, но Пиппа достаточно хорошо знала тот мир, в котором жила, чтобы не справиться с обрушившейся на нее новостью. Она сама говорила, что всякий должен приспосабливаться, что честность слишком дорого обходится. Иллюзий у нее не осталось. Она сумеет вынести удар. Смириться с сознанием того, что Лайонел ее использует.
Робин от всей души надеялся, что сестра не более чем флиртовала с этим человеком. Хоть бы оказалось, что все это время глаза у нее были открыты, что она понимала и принимала тот факт, что Аштон – враг, даже если ее тянуло к нему. Неужели она не сумела уберечься от близости с ним?
Он поспешил наверх, прислушиваясь к шороху шпалер, развеваемых сквозняками, игнорируя толпы людей, заполнивших коридоры. Остановившись у двери Пиппы, он громко постучал и дернул за ручку. Дверь оказалась закрытой на внутренний засов.
– Пиппа, это я.
Никто не ответил. Он снова подергал за ручку.
– Пиппа, ты еще спишь? Мне нужно немедленно поговорить с тобой. Через пару часов я отправляюсь в дорогу.
Большего на людях он сказать не мог. Кричать тоже не было смысла. Поэтому он снова постучал.
Дверь распахнулась. Робин переступил порог, бормоча на ходу:
– Прости, если разбудил, но мне необходимо… – Только сейчас он поднял глаза и осекся, в ужасе глядя на сестру. – Господи! Что случилось? Что с тобой, Пиппа?
Перед ним стоял призрак. На мертвенно-бледной коже набухли синие вены. В глазах сверкало безумие. Казалось, она сверхчеловеческим напряжением удерживает свое тело в вертикальном положении и, если немного расслабится, тут же рассыплется на мелкие осколки.
– Это ребенок? – всполошился Робин, не дождавшись ответа. – Тебе плохо? Ради Бога, Пиппа, отвечай!
Он схватил ее за плечи и стал трясти, пытаясь добиться хоть какой-то реакции. Потом обнял и прижал к себе, не в силах придумать ничего другого.
Пиппа молча позволяла себя держать, чувствуя, как его тепло, знакомый запах и нежность проникают сквозь страшную, непроглядную, ледяную тьму, окружившую ее после возвращения во дворец. Она знала, что должна делать, знала с первой минуты этого омерзительного откровения, но ее словно паралич сковал с тех пор, как она заперлась в спальне, лишенная возможности думать, а тем более замышлять планы.
– Ты больна? – повторил Робин, все еще не отпуская ее. – Что-то с ребенком?
Пиппа разомкнула кольцо его уютных объятий.
– Я не больна, Робин. Но должна немедленно уехать отсюда. И тебе придется мне помочь.
Ее голос звучал странно равнодушно, бесцветно. Робину он показался таким же бледным, как ее лицо. Его буквально трясло от беспокойства, граничившего со страхом. Да, он боялся услышать то, что она скажет ему. Но выслушать придется.
– Говори, – велел он.
Она поведала ему все, по-прежнему стоя в центре комнаты, прижимая локти к бокам, выговаривая слова глухо и невыразительно. Только в глубине глаз горело зеленое пламя. Очевидно, именно так, сдерживая все эмоции, она могла описать словами ту мерзость, которую с ней сотворили. Ее унизили, низвели до положения животного, и она чувствовала себя грязной. Признаваться во всем брату было невыразимой мукой, но она скрывала в глубине души чудовищное осознание собственной неполноценности. То самое чувство, от которого хотелось кричать, рвать на себе волосы, полосовать кожу ногтями. Но она ничем не выказала своих эмоций.
Робин в безмолвном ужасе слушал сестру. За тридцать лет жизни он повидал немало зла, жестокостей и гнусностей. Но холодная порочность, бессердечная развращенность этого насилия были вне его понимания. И все же он знал, что сестра говорит правду. Да, постичь это невозможно, но сказанное вполне соответствует репутации Филиппа, его злобе, порокам, фанатичному католицизму и жажде власти.
Стоит ли после этого расспрашивать об Аштоне? Этот человек – достойный слуга своего хозяина. И он за все заплатит. Об этом позаботится Робин.
Но Стюарт… Стюарт, продавший жену, чтобы спасти собственную шкуру!
– Стюарт, – выговорил наконец Робин, голосом, в котором звучали обида и недоумение. – Как…
– Они угрожали его любовнику, – объяснила Пиппа равнодушно. Предательство Стюарта больше ничего для нее не значило. Во всяком случае, по сравнению с вероломством Лайонела. – Не думаю, что он так уж боялся за собственную жизнь.
Она больше не напоминала мраморную статую и, немного оживившись, села на край кровати. Тонкие пальцы рассеянно поглаживали живот.
– Мне нужно немедленно убраться отсюда, Робин. Я не позволю их подлым замыслам осуществиться. И уберегу своего ребенка. Поэтому я должна бежать сегодня, сейчас. Не могу и часа оставаться под одной крышей с этими людьми. Кроме тебя, мне помочь некому.
Она не просила. Просто констатировала факт. Но Робин и не думал возражать. Вопрос состоял только в том, каким образом она собирается бежать и куда отправится.
– Я должен ехать в Вудсток по поручению посла, – пояснил он, всего на миг задаваясь вопросом, стоит ли сказать ей, что это спешное поручение связано с Лайонелом Аштоном. Но не смог заставить себя произнести его имя в ее присутствии. И все же почему Аштон сказал ей правду? Какой цели это должно послужить? Ведь, что ни говори, а им нужна покорная, ничего не подозревающая Пиппа.
– Почему он сказал тебе? – неожиданно для себя выпалил он. – Чего надеялся этим добиться?
К этому вопросу Пиппа не была готова. Она потребовала от Лайонела правды и получила ее во всей жестокости. Где-то в глубине сознания она понимала, что он признался ей во всем не просто затем, чтобы причинить невыносимые страдания. Но сейчас у нее не хватало духу думать о причине поступка Лайонела… то есть поступков…
– Не знаю, – покачала головой Пиппа. – Мы только что любили друг друга, и… – Робин тихо ахнул, но она лишь презрительно отмахнулась. – Избавь меня от ханжеских наставлений, Робин. Мой муж предпочитает мужчин женщинам. У меня свои пристрастия.
«И я живу с их последствиями». Эта фраза осталась непроизнесенной.
Робин кивнул, сохраняя угрюмое молчание.
– Вряд ли он признался бы, не заподозри я, что со мной случилось что-то неладное и он принимал в этом участие. – Она непроизвольно обхватила себя за плечи и поежилась. – Интересно, Робин, каким образом узнаешь подобные вещи? Неужели некая бессознательная память, подобная кошмару, гнездится где-то в разуме?
– Не знаю, – выдохнул он, ощущая, как тоскливо ноет сердце за сестру.
Встав на колени перед кроватью, он притянул Пиппу к себе и стал гладить по спине. Она не противилась, скорее для того, чтобы облегчить страдания Робина, чем ради собственного успокоения. Наконец она распрямилась и встала.
– Теперь все это не важно. Нужно подумать о будущем. Я отправляюсь с тобой в Вудсток.
– Пиппа, ты не можешь ехать к Елизавете, – возразил Робин. – Там небезопасно. Если ты открыто присоединишься к ней, тебя обвинят в государственной измене. А скрываться там нельзя: Бединфилд сразу тебя обнаружит.
– Тогда я не поеду к Елизавете, – с ледяным спокойствием согласилась она. – Но выберусь вместе с тобой из этого места. Оставаться здесь невозможно. Если ты не поможешь мне, я уеду одна.
Робин схватил ее за руки и едва не начал трясти снова в отчаянной попытке пробиться через стену холодного безразличия. Он почти не узнавал ее. Живая, веселая, беззаботная Пиппа, всегда озаренная солнечным сиянием, теперь превратилась в безликую тень.
– Не глупи, сестренка. Никуда ты не поедешь одна. Мы отправимся в Вудсток, а оттуда я повезу тебя в Дербишир.
Пиппа, к собственному удивлению, обнаружила, что уже успела составить план.
– Нет. В Англии мне грозит опасность. Тебе придется помочь переправить меня во Францию, к Пен и Оуэну.
– Да, пожалуй, так будет лучше, – согласился Робин, вновь обретя способность мыслить. – Но что потом?
Неужели ей вечно придется убегать вместе с ребенком?
– Пока я не могу думать о будущем. Дай Бог с настоящим разобраться. Сейчас главное – найти надежное убежище для себя и для ребенка.
Теперь тон у нее был ровным, уверенным, словно она констатировала очевидное, и Робин только и мог, что признать необходимость сосредоточиться на немедленных, сиюминутных вопросах. Сам он не будет ни о чем допытываться. Бесполезно искать ответы на то, что его тревожит.
– Необходимо скрыть наш побег, хотя бы дня на два, – высказался он. – Придется притвориться больной и сидеть в спальне безвыходно. Твоя камеристка… как ее… Марта… ей можно доверять?
– Сомневаюсь, – бросила Пиппа, презрительно дернув уголком губ. – Она уже как-то выдала меня Стюарту.
– В таком случае от нее следует избавиться, – деловито заметил он. – Отошли ее. Сделай вид, что она тебе не угодила, и…
– Нет. Не могу я решиться на такую несправедливость, – перебила Пиппа. – Просто велю ей ехать в Холборн. Скажу, что моя мать приказала ей помочь тамошней экономке, а я до ее возвращения несколько дней обойдусь дворцовыми служанками.
– Неплохо придумано.
Робин взволнованно забегал по комнате.
– Я немедленно иду к де Ноайю и вернусь за тобой через час. Позаботься о камеристке и собери что можешь.
Робин направился было к двери, но на полпути замер. Какое облегчение – строить планы, пытаясь справиться с ситуацией, вместо того чтобы рыдать над своими несчастьями! Но он не мог представить, как это Пиппе удается сохранять спокойную сосредоточенность, когда в мозгу все время бьется напоминание о той мерзости, которую с ней сотворили. Ему хотелось поговорить с ней, попытаться узнать больше, но он не мог найти слов.
Ему придется довольствоваться сознанием того, что эта с виду беспечная, кокетливая, искушенная в дворцовых интригах особа сделана из того же теста, что ее мать и сестра. Она сумеет исполнить свой долг и сделать то, что считает нужным.
Робин потянулся к сестре, чтобы снова ее обнять, но та просто поцеловала его в щеку.
– Все в порядке, Робин. Я выдержу. Только помоги мне выбраться из этого проклятого места.
– Помогу. Я вернусь через час.
– Времени вполне хватит, чтобы собраться.
Дверь за ним захлопнулась, и Пиппа задвинула засов. Потом заперла еще одну дверь, смежную со спальней Стюарта, и, усевшись за стол, налила в чернильный порошок воды и взяла перо.
Но прежде чем прикоснуться к пергаменту, немного подумала. О том, как Стюарт предал ее, использовал… Но ничего не почувствовала. Стюарт считал ее недостойной своей любви и верности, и она знала, что он не заслуживает ни единой ее слезинки. Зачем тратить время на эмоции и переживания.
Она принялась писать. Сообщила, что знает о причиненном ей зле и о том, как он помогал ее врагам. Уведомила, что оставляет его. В ее глазах и глазах церкви их брак незаконен. Она не выдаст его, а за это он должен держать ее исчезновение в секрете по крайней мере два дня, не пытаться ее найти и не предъявлять права как на свою жену.
Потом подписалась, посыпала пергамент песком, сложила и запечатала. Написала его имя и повертела в руке послание. Вот и конец ее супружеской жизни. Конец всем ожиданиям, тому будущему, о котором она мечтала.
Пиппа отперла дверь в спальню Стюарта и вошла. Пусто. Как она и ожидала. Похоже, муж не спит в своей постели уже с неделю.
Она положила письмо на каминную полку, над едва теплившимся огнем. Стюарт найдет его, когда вернется от своего любовника, чтобы сменить одежду.
Пиппа снова вернулась к себе и позвонила Марте.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Тень твоего поцелуя - Фэйзер Джейн



это продолжение поцелуй вдовы... посмотрим...
Тень твоего поцелуя - Фэйзер Джейнтатьяна
22.01.2013, 21.49





сюжет книги захватывающий, но немного скучноват.
Тень твоего поцелуя - Фэйзер Джейнлена
22.12.2013, 3.31





Неплохой роман, достаточно интересный и в меру волнующий, полностью в духе автора: запретная любовь, роковая страсть, тёмные тайны, коварные интриги, смертельная опасность, жестокое преступление; в общем, подходящий набор для своеобразного сюжета, который отличается некоторой изощрённостью и чуть-чуть порочностью. ГГ-ои понравились, без излишних истерик и соплей, Луиза просто молодец! так восхитительно обвела вокруг пальца Робина и сумела его заполучить, а Лайонел под конец оказался просто рыцарем в сияющих доспехах, без страха и упрёка! Неожиданное благородство и достоинство, поразительная преданность в финале, блеск! (P.S. Особенно понравились главы про побег из Англии, потрясающий авантюризм).
Тень твоего поцелуя - Фэйзер ДжейнА.А.С.
21.04.2014, 18.19





Ужасно,когда в своих комментариях кому-то нравится рассказывать все о героях романа. Ведь надо только поделиться своими впечатлениями. По-поему это просто!Возвращаюсь к роману-впечатляет! Это третья книга после ;Поцелуй вдовы; и ;Ключ к счастью; Советую почитать!!!!!!!!
Тень твоего поцелуя - Фэйзер ДжейнМарта
8.06.2014, 12.56





Читаем с первой книги! Ну ОЧЕНЬ интересная серия! надо найти подоьбную....
Тень твоего поцелуя - Фэйзер ДжейнОльга
9.06.2014, 11.52





Прочла всю трилогию. Читается с неослабеваемым интересом. Но наиболее захватывающий - третий Попутно захотелось еще больше узнать о Королеве Марии Тюдор. Здесь тоже поджидали сюрпризы. Одни статьи рисуют ее такой, какой она предстает в романе. А вот другие - что Кровавая Мэри вовсе не была кровавой. Кстати, попутно и об известном коктейле много чего узнала. В общем, люблю любовные романы, которые побуждают обратиться к серьезным историческим книгам. И еще, главные герои этой трилогии весьма привлекательны. Читайте! Но по-порядку.
Тень твоего поцелуя - Фэйзер Джейнсофия
13.06.2014, 16.46





Двоякое чувство. Вроде сюжет интересный, но так тяжело читается (((rn8 из 10
Тень твоего поцелуя - Фэйзер ДжейнНадежда
14.06.2014, 16.20





согласна, читается НЕВЕРОЯТНО тяжело,с половины просто пролистывала чтобы понять чем закончилось. Бред с начала до конца, по содержанию, по описанию эпохи, нравов, этикета, бытовых ситуаций. и пр. Как будто не этот автор писал. Худшее из всего прочитанного когда-либо. 1\10
Тень твоего поцелуя - Фэйзер ДжейнИринаМ
13.07.2015, 11.58








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100