Читать онлайн Пороки джентльмена, автора - Фэйзер Джейн, Раздел - Глава 24 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Пороки джентльмена - Фэйзер Джейн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.67 (Голосов: 6)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Пороки джентльмена - Фэйзер Джейн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Пороки джентльмена - Фэйзер Джейн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Фэйзер Джейн

Пороки джентльмена

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 24

Наемный экипаж – гораздо более приличный, чем тот, на котором Корнелия приехала сюда, – ждал перед трактиром. Корнелия забралась в коляску и нетерпеливо протянула руки к Лестеру.
– Дайте его мне.
– Прошу, мэм. – Лестер наклонился и положил ребенка ей на колени, затем, выкрикнув кучеру адрес, тоже сел в экипаж. Он устроился напротив Корнелии в углу и, откинувшись назад, сложил руки с безмятежностью, показавшейся Корнелии чем-то экстраординарным, учитывая тот факт, что он только что убил человека.
Впрочем, в мире Гарри Бонема и Лестера подобный эпизод скорее всего не рассматривался как нечто особенное. Губы Корнелии сжались.
Стиви зашевелился, его веки затрепетали, но он не проснулся. Корнелия крепче прижала его к себе в надежде, что знакомый ему запах и тепло пробьются сквозь наркотическое оцепенение и прогонят страх, который, наверное, стал последним, что он почувствовал перед тем, как потерять сознание.
– Как долго вы служите у лорда Бонема? – спросила она, устремляя взгляд на Лестера.
– Лет двенадцать, – спокойно ответил тот. – С тех пор как его светлость поступил на службу.
– И что же это за служба? – Корнелия не смогла удержаться от сарказма.
– Конечно же, государственная, мэм, – ответил Лестер, будто это было и так ясно.
– Ах, ну да! Конечно, государственная! – с прежним сарказмом проговорила Корнелия. Ей можно было бы и самой догадаться! Ведь Гарри сообщил ей об этом, хоть и не напрямую, когда напомнил, что Англия ведет войну. Она просто не задумалась тогда над его словами.
Стало быть, и они с подругами и детьми, сами того не зная, тоже были мобилизованы на эту службу.
Корнелия была в бешенстве. Только бы сохранить в себе этот бушующий пламень гнева. Тогда это поможет ей справиться с сумбуром страстей в ее душе.
Она достала из кармана наперсток.
– Так что же это такое, Лестер? Почему жизнь моего сына зависела от этого? – Она с презрением швырнула наперсток на сиденье рядом с Лестером.
Он взял его.
– Лучше спросите его сиятельство, мэм.
– Я спрашиваю вас, – без выражения сказала она. – Что означают выгравированные на нем знаки?
В первый раз Лестер выглядел сконфуженным. Он повертел наперсток в руке.
– Откровенно говоря, мэм, именно эти знаки ничего не значат. – Он протянул ей наперсток.
Корнелия в изумлении уставилась на него.
– Что? Я не понимаю. – С отсутствующим видом она взяла наперсток и сжала его в руке.
Лестер потянул себя за подбородок.
– Его сиятельство все объяснит вам, миледи.
– Не понимаю, отчего вы не можете сделать этого, раз его нет? – настойчиво повторила Корнелия. – Дело в том, что я более не намерена спрашивать виконта Бонема вообще о чем бы то ни было, а потому хочу получить объяснения от вас.
Лестер нахмурился.
– Не могу взять в толк, что вы хотите этим сказать, миледи. Его сиятельство, я уверен, при встрече ответит на все ваши вопросы.
– Буду с вами откровенной, Лестер. С виконтом Бонемом мы более не увидимся. Так что будьте так добры, разъясните, почему эти символы ничего не значат? – Она снова спрятала наперсток в карман.
Лестер инстинктивно съежился под градом стрел, которые метали в него ее синие ледяные глаза. В конце концов, эту кашу заварил не он, а виконт, вот пусть сам ее и расхлебывает, его же это не касается.
– Я не имею права говорить вам этого, мэм, – заявил он, очень надеясь, что она оставит его в покое.
Однако Корнелия, хмуро сдвинув брови, продолжала сверлить Лестера взглядом, который тот чувствовал даже в приглушенном свете кареты. Но тут Стиви вскрикнул, и она тотчас забыла и о Лестере, и о наперстке, и о виконте.
– Все хорошо, мой милый, – проворковала она. – Теперь все хорошо. Мама здесь. – Она приподняла ребенка и, прижав к груди, поцеловала его во влажный лоб. Веки мальчика, задрожав, открылись, он посмотрел на мать затуманенным, непонимающим взглядом. – Спи, – нежно сказала Корнелия, целуя его в щеку. – Теперь все хорошо.
Стиви успокоился, его тяжелые веки сомкнулись, и он прижался к ее груди, снова погружаясь в глубокий сон.
Весь оставшийся путь до самого дома они больше не проронили ни слова. На Кавендиш-сквер Лестер спрыгнул на землю и поднял руки, чтобы взять у Корнелии ребенка, но она резко осадила его:
– Не надо. Я сама.
Он помог ей спуститься, поддержав под локоть, и взбежал вверх по лестнице, чтобы постучать в дверь. Но не успел он добраться до последней ступеньки, как дверь отворилась сама, Ливия с Аурелией выбежали навстречу.
– Ты его привезла… О, слава Богу! С ним все в порядке?
– Думаю, да, – ответила Корнелия, которая, бережно сжимая ребенка, поднялась по лестнице. – Его опоили наркотиками, но скоро он придет в себя. Он уже начал шевелиться.
– Кто, дьявол побери, сделал это? – дрожащим от негодования голосом вопросила Аурелия, глядя на неподвижное маленькое тельце в руках золовки. – У кого только рука поднялась?
– Когда я тебе скажу, ты не поверишь, – мрачно ответила Корнелия, входя в дом. – Его нужно отнести наверх. Линтон мне поможет.
Корнелия, хоть и торопилась как можно скорее подняться в детскую, через силу улыбнулась. Она поспешила наверх, Аурелия с Ливией побежали за ней.
Когда они вошли в детскую, Линтон с радостным криком бросилась к Корнелии.
– Он цел! Господи, слава тебе! – Она всплеснула руками. Все еще заплаканная, Дейзи за ее спиной закрыла лицо передником и снова залилась слезами. Фрэнни, сидевшая у камина, с важным видом мусоля во рту имбирную коврижку, тотчас присоединилась к ней, разразившись протяжными воплями. Сюзанна бросилась к матери и обхватила ее за колени.
Как только порядок был восстановлен, Корнелия устроилась в кресле-качалке у огня со Стиви, которого никак не решалась выпустить из рук. Посасывая большой палец, Сюзанна притулилась у ног матери, положив ей голову на колени. Ее глаза после утомительно длинного утра слипались.
Линтон снова взяла в руки и себя, и свое хозяйство. Благоразумно предоставив мать с детьми самим себе, она все же зорко следила за ними.
Когда по движениям Стиви наконец стало ясно, что мальчик все-таки приходит в себя, Корнелия почувствовала несказанное облегчение и только теперь поняла, как боялась, что он не выйдет из наркотического оцепенения.
Мальчик открыл глаза и застонал. Его вырвало.
– Уже лучше, – отрывисто сказала Линтон, приближаясь к ним. – Пусть освободится от этого яда, миледи… Дейзи, девочка, принеси-ка сюда таз горячей воды и чистую одежду. Да поживее!
Стиви мучительно рвало. Корнелии показалось, что это длилось целую вечность. Все это время она не выпускала его из объятий, гладила по спине и бормотала ласковые слова утешения. Наконец он снова прижался к ее испачканному платью и поднял на нее глаза.
– Мам, у меня голова болит.
– Знаю, золотце. Знаю. Это скоро пройдет, обещаю.
– Ему нужна хорошая теплая ванна и немного горячего молока, – авторитетно заявила Линтон. – А потом хорошенько выспаться – и будет как новенький. – Она потянулась к нему. – Давайте-ка его мне, миледи. А вам самой надобно пойти вымыться. Я за ним присмотрю.
Корнелия вышла из детской через час, удовлетворенная тем, что сын заснул крепким, здоровым сном. Ей нужно было и самой принять ванну, но, увидев Ливию с Аурелией, поджидавших возле ее комнаты, она не удивилась.
– Так что это было? – без предисловий приступила к ней Ливия.
– Во всем этом каким-то образом замешан Найджел. Хотя вряд ли он принимал участие в похищении Стиви. – Корнелия устало упала в кресло у камина. – Мне не все известно, но расскажу, что знаю.
Подруги слушали ее рассказ в потрясенном молчании. Когда она закончила, Аурелия с удивлением сказала:
– Стало быть, всему причиной этот дом. Гарри хотел его купить из-за этого наперстка…
– Вот только Лестер сказал, что этот наперсток ничего не значит. – Корнелия наклонилась к своему запятнанному платью, которое раньше бросила на пол, и, порывшись в кармане, выудила оттуда наперсток. – Вообще он сказал, что именно эти знаки не имеют смысла. – Она подняла наперсток, демонстрируя его. – Как это понимать?
– Наверное, так, что имеется и другой? – предположила Ливия.
– Поэтому Гарри и не побеспокоился взять его с собой, когда отправился спасать Стиви? – Корнелия бессильно откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. Волей судеб их всех занесло в какой-то чуждый им мир, так непохожий на тот, в котором они жили раньше. И все, что ни происходило в этом странном мире, имело некий тайный смысл.
– А каким образом сюда оказался впутан Найджел? – немного погодя спросила Аурелия. – Просто невероятно.
– Наверное, это было похоже на страшный сон, – вяло ответила Корнелия. – Каким-то образом он попал в общество людей, для которых человеческая жизнь ничего не значит. – Она вспомнила труп на полу трактира, и ее передернуло. Как и для виконта Бонема с его подручными.
– А что Гарри? – Аурелия наклонилась вперед с подоконника, на котором сидела. – Как ты думаешь, теперь он тебе все расскажет?
Корнелия коротко рассмеялась.
– У него не будет такой возможности, Элли. Я не желаю больше его видеть. И как только Стиви поправится, уеду с детьми домой.
– Да, да, конечно, – поспешно проговорила Аурелия. – Уедем в конце недели.
– Нет-нет, тебе уезжать не нужно, – сказала Корнелия. – В этом нет никакой необходимости. Вы с Лив останьтесь. Развлекитесь. Я возьму с собой Линтон, если ты сможешь без нее обойтись. За Фрэнни может присматривать Дейзи. Она отлично справится.
Подруги обменялись взглядами, значения которых Корнелия понять не могла. Не успели они что-либо ответить, как послышался стук в дверь.
– Миледи, тут этот виконт, – доложил Морком из коридора. – Желает сию же минуту видеть вас.
Корнелия напряглась.
– Скажите, что меня нет дома, Морком.
– Ох, да не поверит он мне.
Корнелия встала и подошла к открытой двери.
– Поверит или нет, это не важно, Морком. Я не желаю его видеть. Можете сказать ему что угодно.
– Слушаюсь. – Морком снова зашаркал к лестнице. Ливия с Аурелией разом, словно по команде, встали.
– Мы, пожалуй, пойдем, Нелл, а ты прими ванну и отдохни, – сказала Ливия. – Ужинать будем в гостиной, как в те времена, когда мы еще не были такими важными дамами, которые ужинают только в зале! – Она попыталась рассмеяться, но ее смех прозвучал фальшиво.
– С удовольствием, – ответила Корнелия, тепло улыбаясь. – После ванны я, наверное, вздремну. Ужин в шесть?
– В шесть, – подтвердила Аурелия, наклоняясь к золовке, чтобы поцеловать ее. – Бедняжечка моя, досталось тебе нынче. Ты уверена, что тебе больше ничего не нужно?
Корнелия отрицательно покачала головой, пытаясь скрыть готовые пролиться из глаз слезы.
– Нет, благодарю вас обеих. Не знаю, что бы я без вас делала.
– А по-моему, ты прекрасно обошлась без нас, – весело сказала Аурелия. – Обезоруживая головореза с ножом. – Она дотронулась до царапины на шее Корнелии.
– Ерунда. Совсем не болит. – Корнелия мягко отклонилась от нее. – Не более чем царапина.
Ничего более не сказав, подруги ушли, а Корнелия, оставшись одна, повернула ключ в замке и дала волю слезам. В этих слезах было все: и облегчение, и отчаяние, и радость, и горе одновременно. Она вернула ребенка, но потеряла надежду на счастье, которая уже поселилась в глубине ее души.
Гарри, молча сжав губы, выслушал путаный отказ Моркома. Он знал от Лестера, что происходило в экипаже по дороге домой, и знал, что у него один-единственный шанс исправить дело, да и тот в лучшем случае висел на волоске. Однако сдаваться он не собирался. Не в его характере было принимать поражение. Он отдавал себе отчет в происшедшем и догадывался, что чувствует Корнелия. Но она очень умная и рационально мыслящая женщина. Она обязательно увидит обе стороны медали. Она обязательно войдет в его положение. Как только пройдут обида и гнев, она сможет взглянуть на вещи трезво.
Гарри не позволил Моркому захлопнуть дверь. С досадой покачав головой, он просунул плечо в остававшуюся щель и вошел внутрь. Второе бесцеремонное вторжение в дом за один день, мрачно подумал он, заходя в холл.
– Прошу прощения, – небрежно бросил он онемевшему дворецкому. – Где леди Дагенем?
– Вам нельзя ее видеть, – сказала ему Аурелия с лестницы, по которой спускалась в холл.
– Ей нездоровится, – подтвердила следовавшая за ней Ливия.
Обе женщины, вставшие у подножия лестницы, смотрели на него с нескрываемой враждебностью.
– Я надеялась, вам хватит деликатности оставить ее в покое после того, что ей довелось пережить, – сказала Аурелия ледяным тоном.
Гарри вздохнул:
– Думаю, никто из вас не понимает до конца…
– Да что тут понимать? – гневно перебила его Ливия. – Мы понимаем, что если б не вы, ничего подобного не случилось бы.
– Где она? – задал он вопрос, устремляясь к лестнице. Логика подсказывала, что, раз подруги спустились со второго этажа, Корнелия наверху.
– Вам нельзя наверх. – Ливия преградила ему дорогу.
– Ну что вы, очень даже можно, – ответил Гарри, твердо отодвигая ее в сторону. – Это касается только нас с Нелл, – сказал он и начал подниматься по лестнице, перешагивая через две ступеньки. Ливия с Аурелией остались внизу, глядя ему вслед.
Он прямиком направился в спальню Корнелии. Если ее там не будет, он пойдет в детскую. Дверь оказалась заперта.
– Корнелия, открой мне, пожалуйста. – Он заставлял себя говорить ровным голосом, и требование прозвучало как просьба.
– Уходи, Гарри. Нам с тобой не о чем разговаривать, – устало ответила Корнелия.
– Ошибаешься, – заявил он, чувствуя, что ее подруги теперь стоят у него за спиной. – Если потребуется, я вышибу дверь. Открой сейчас же.
Корнелия в нерешительности стояла посреди спальни. Она не сомневалась, что если Гарри настроен решительно, он действительно сломает дверь. Или найдет какой-нибудь иной способ проникнуть к ней. Да и, по правде говоря, она сама понимала, что уклоняться от разговора не было смысла. Нужно расставить все точки над i, раз и навсегда. Она подошла к двери и, повернув ключ, отошла к камину.
Гарри вошел. Ливия с Аурелией сделали шаг за ним.
– Покорнейше благодарю, но Нелл от меня защищать не нужно, можете мне поверить, – сказал им Гарри, захлопывая дверь прямо перед их носом и снова поворачивая ключ в замке.
Он встал лицом к Корнелии, которая, сжимая ворот рубашки возле шеи, замерла перед камином. Во всем ее облике сквозила невыразимая усталость, и Гарри страшно захотелось обнять ее, поцелуями снять сковывающее ее напряжение. Ее глаза зияли пустотой, и его душу наполнила печаль.
– Любовь моя, – тихо сказал он, стремительно приближаясь к ней. – Я никогда себе этого не прощу. – Он сделал попытку привлечь ее к себе, но она отступила назад и, защищаясь, выставила вперед руки.
– Чего ты никогда себе не простишь, Гарри? – спросила она холодно и отстраненно. – Что притворялся, будто любишь меня, будто ты мне друг? Того, что использовал меня?.. Нет-нет, дай договорить! – с жаром остановила она его, видя, что он хочет ее прервать. – Это по твоей вине мне пришлось пережить все это. Так выслушай меня, ради Бога.
Гарри, едва кивнув, подчинился. Он отошел в сторону и встал у окна, безжизненно уронив руки по бокам, устремив на нее твердый взгляд, полный отчаяния и боли.
Жгучий гнев, возмущение его предательством, горечь обиды и унижение от его обмана придали Корнелии красноречия. Она бросала ему в лицо самые резкие и обидные слова, не сдерживаясь и не пытаясь смягчить обвинения. Гарри слушал ее молча.
Когда красноречие Корнелии наконец иссякло, он сказал:
– Только с одним обвинением я не могу согласиться, Нелл. С тем, что я никогда тебя не любил. Это неправда. Я люблю тебя, и давно. Сейчас я уже не могу представить себе своей жизни без этой любви.
Спокойная уверенность его слов не позволила Корнелии произнести вслух свой презрительный ответ, уже вертевшийся у нее на языке.
– Как ты можешь говорить это? – сказала она. – Если бы ты любил меня, то никогда не поставил бы в подобное положение ни меня, ни мою семью, ни моих подруг.
Гарри вздохнул, пытаясь найти нужные слова:
– Лестер все время находился здесь, чтобы охранять вас. И я тоже старался бывать у вас как можно чаще. Мы искали Найджела. Я не верил, что кому-то из вас грозит реальная опасность. После того как я забрал наперсток…
– Ты знал, что Найджел вовлечен в это? – Корнелия в изумлении уставилась на него. – И ничего не сказал ни одной из нас? И что значит «забрал наперсток»? – Она растерянно откинула упавшие на лицо спутанные волосы.
– Я не видел смысла говорить вам о Найджеле, – вздохнул Гарри. – Я был уверен, что мы держим ситуацию под контролем. Поставить под удар операцию я не мог…
– Ну конечно! Разумеется! Твоя операция… твое задание… или что там еще у вас. – Ее до сих пор потухший взгляд оживили синие языки пламени. – И в чем же заключалось это задание, Гарри? Хочу знать, стоило ли оно мучений, которые испытал мой сын.
– Тогда выслушай меня. – Четко и внятно, словно докладывал начальству о выполнении задания, он рассказал ей все, начиная с того самого момента, когда наперсток исчез из его дома.
Корнелия изначально была готова отмахнуться от его слов как от ничтожных оправданий того, чему оправданий быть не может. Но сквозь сумбур ее чувств и ее злость пробивался голос разума. Ведь речь шла о жизни многих людей. А то, что они с подругами, сами того не ведая, оказались в самом центре шпионских страстей, явилось ужасным стечением обстоятельств. Все это правда.
– Ты не должен был вовлекать меня… мое сердце, мою душу во все это, – проговорила она, когда он умолк. Корнелия словно со стороны слышала свой глухой – от обиды, разочарования и унижения – голос. – Мы с тобой занимались любовью. Разве, чтобы достать твою проклятую шифровку, это было необходимо?
– Дело в том, что я хотел тебя, – просто сказал Гарри. – А потом понял, что люблю тебя, и все остальное перестало иметь значение. – Он сделал шаг ей навстречу. – Нелл, любовь моя, прошу… ты должна мне поверить. Все, что между нами происходило, было по-настоящему, ни о каком умысле использовать тебя не может быть и речи.
Он хотел завладеть ее руками, но Корнелия резко их отдернула.
– Я не ожидал, что мое чувство будет столь серьезно. Я не хочу… нет, не то, я не могу… жить без тебя. Ты нужна мне как воздух.
– Что ты такое говоришь? – Глаза Корнелии оставались холодными, голос невыразительным, словно она отказывалась признать шевельнувшееся в ней еще какое-то, помимо гнева и обиды, чувство.
– Стань моей женой, Нелл, – прямо сказал Гарри, хотя было видно, как в его глазах сомнение боролось с уверенностью, а отчаяние – с надеждой.
Корнелия неподвижно смотрела на него.
– Ты же знаешь, что это невозможно. Даже если б я хотела… после всего этого… – Она сделала широкий жест рукой, точно предлагала вспомнить все, что произошло с ними. – Даже если б я смогла понять тебя, забыть, что ты подверг опасности моих детей, подруг и меня саму из-за какого-то задания, значившего для тебя, очевидно, больше, чем наше благополучие, я не могла бы связать себя узами брака с мужчиной, которого обвиняли в убийстве собственной жены. С мужчиной, на репутации которого лежит пятно… тогда бы я потеряла своих детей. Ты должен это знать.
Гарри, словно после удара в солнечное сплетение, резко втянул в себя воздух.
– Кто тебе сказал?
– Твоя двоюродная бабушка. Но какое это имеет значение? – Корнелия пожала плечами, сердито качая головой. – Рано или поздно я все равно узнала бы. А в том, что эта история известна моему свекру, можно не сомневаться. Он не преминул бы воспользоваться случаем, чтобы отнять у меня Стиви. Конечно же, я не могу выйти за тебя замуж. Единственное, что мне поможет как-то оправиться после всего этого, – это уехать домой, в деревню, и надеяться, что до графа не дойдет никаких слухов.
– Ты веришь в то, что я убил свою жену? – тихо спросил Гарри.
Корнелия снова пожала плечами:
– Какая разница, во что я верю?
– Для меня большая. – Его лицо с легким загаром было бледно, зеленые глаза пронзительно смотрели на Корнелию, лишая присутствия духа.
– Если бы Лестер сегодня не убил того человека, то его убил бы ты, – проговорила она.
– Это так, – по-прежнему тихо подтвердил Гарри. – Я убил бы его, чтобы спасти тебя. Но ведь это совсем другое дело, вовсе не то же самое, что убить жену за измену. Ты не находишь?
Корнелия закусила губу.
– Я не верю, что ты убил жену, – ответила она. – И никогда не верила, однако это ничего не меняет. Я не могла бы выйти за тебя замуж, даже если хотела бы.
– А ты не хочешь, – без выражения произнес Гарри. – Что ж, более нам не о чем говорить. – Одну долгую минуту он еще смотрел на Корнелию, затем подошел к двери и взялся за ключ. – Прощай, Нелл.
Дверь за ним с решительным щелчком закрылась.
Корнелия схватила первое, что попалось под руку – оловянный подсвечник, и со всей силы швырнула его в закрытую дверь. Раздался оглушительный грохот, но легче Корнелии не стало.
– Что такое… – Испуганная Аурелия просунула голову в щель приоткрытой двери. – Нелл, что случилось?
– Сама не знаю, – ответила Корнелия, всхлипывая от гнева и боли одновременно. – Никогда в жизни я еще не была так несчастна, Элли, и не вижу никакого выхода.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Пороки джентльмена - Фэйзер Джейн


Комментарии к роману "Пороки джентльмена - Фэйзер Джейн" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100