Читать онлайн Порочные привычки мужа, автора - Фэйзер Джейн, Раздел - Глава 21 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Порочные привычки мужа - Фэйзер Джейн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.22 (Голосов: 9)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Порочные привычки мужа - Фэйзер Джейн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Порочные привычки мужа - Фэйзер Джейн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Фэйзер Джейн

Порочные привычки мужа

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 21

Для верховой прогулки с доном Антонио Аурелия выбрала одну из самых броских своих амазонок. Плотно облегающий жакет с обшитыми зеленой тесьмой пуговицами и юбка из темно-коричневого бархата в рубчик подчеркивали грудь и тонкую талию. Волосы она собрала в низкий узел на шее, спрятала в изящную сетку и надела шляпу с высокой тульей, украшенную зеленым страусовым пером.
Натянув лайковые зеленые перчатки, Аурелия критическим взором окинула себя в большом зеркале и спустилась вниз по лестнице, чтобы подождать кавалера. Верховая прогулка в Гайд-парке в самое светское время не могла нести неприятных сюрпризов, но она все равно обрадовалась, увидев Джемми, одетого в ливрею грума. Похоже, сегодня у нее будет не один сопровождающий. Гревилл не полагался на случай.
— Лошади готовы, миледи, — сказал Джемми.
— Хорошо. Я подожду дона Антонио в гостиной. — Аурелия прошла в гостиную и встала у окна, спрятавшись за шторой, чтобы наблюдать за улицей. Гревилл уже ушел на Маунт-стрит, взяв с собой Лиру, и она чувствовала себя до странного одинокой, несмотря на кучу людей в доме.
Дон Антонио появился ровно в пять, и, к своему огромному облегчению, Аурелия увидела, что он один. Сегодня его можно не бояться. Пока она сохраняет хладнокровие, помнит, что он враг, и не забывает, что ни на минуту нельзя ослаблять бдительность, она будет в безопасности. Кто-то будет тайно идти за ними следом, вероятно, вооруженный и готовый на все. Это казалось немного мелодраматичным, но Аурелия начинала думать, что ее жизнь в настоящее время прекрасно впишется в страницы готической мелодрамы.
Когда испанец спешился, привязал коня к перилам крыльца и начал подниматься по ступеням к парадной двери, Аурелия спустилась в холл. Джемми открыл дверь, едва тот стукнул молотком. Аурелия, улыбаясь, шагнула вперед. — Здравствуйте, сэр! Прекрасный день для прогулки верхом.
— В самом деле, мадам. — Он поцеловал кончики ее пальцев. — Как обворожительно вы выглядите!
— Благодарю, сэр. — Аурелия опять жеманно улыбнулась и позволила ему вывести себя на улицу, где уже стояли ее собственная лошадь и пони Джемми.
— Ваш грум нас сопровождает? — Похоже, дон Антонио был недоволен этим. Джемми опустился на одно колено и подставил Аурелии ладонь, чтобы она могла сесть верхом.
— Ну, разумеется, сэр! Разве у вас в Испании не принято, чтобы при выходах в свет даму сопровождал кто-то из ее собственных слуг? — Она говорила вкрадчивым голосом, невинно улыбаясь, но при этом взглядом быстро окинула улицу в поисках своего телохранителя. Разумеется, никого она не увидела, но он наверняка уже на месте. Люди Гревилла работают тайно, а сам он всегда выполняет свои обещания.
— Конечно, принято, хотя наши светские правила значительно строже, чем ваши, — сказал дон Антонио. — Во всяком случае, леди Фолконер, у меня сложилось именно такое впечатление.
— Возможно. Но мой муж в некотором роде человек старомодный. Если я отправлюсь на верховую прогулку вдвоем с мужчиной, но без грума, он отнесется к этому неодобрительно.
— Понятно. — Дон Антонио подвел своего коня поближе к Аурелии. — Вероятно, вы немного нервная наездница. В таком случае я вполне понимаю вашего мужа и его стремление обеспечить вас надежным эскортом.
— Вы можете думать как вам угодно, сэр. — Аурелия глуповато хихикнула. — Но вообще-то мой муж просто чересчур заботлив. Хотя, признаюсь, я не самая уверенная наездница, и думаю, что лошади это чувствуют.
— В таком случае я буду очень внимательно следить за вашей лошадью, мадам. Можете ничего не бояться. — Он снова одарил ее своей холодной улыбкой.
Дон Антонио никак не мог понять, что она собой представляет. Не только жена Фолконера, но и его партнер? Как столь грозный человек, как Фолконер, мог попасться на удочку женщины, в которой, по мнению испанца, нет ничего выдающегося, — вот вопрос, на который у него не было ответа. Конечно, когда дело касается любви и похоти, мужчины совершают очень странные поступки. Он знавал нескольких выдающихся мужчин, беспомощно попавших в ловушку женщин, в которых не было ничего особенного, кроме приятного, нетребовательного характера и определенных талантов в спальне.
Вдруг это точно такой же случай? Нет ничего невозможного. Ничего невозможного — да, но в высшей степени маловероятно. В любом случае это не имеет особого значения. Пусть она будет просто любовницей, или партнером, или любовницей и партнером одновременно, но она окажется отличным оружием в его сражении с Аспидом.
Они въехали в парк через Стенхоп-гейт, и дон Антонио превратился в само очарование.
Гревилл привел Лиру на Маунт-стрит за несколько минут до пяти — времени, когда заканчивались уроки. Когда его ввели в дом, вниз спустилась Корнелия, чтобы поздороваться с ним.
— Гревилл! Какая неожиданность.
— У Аурелии есть кое-какие дела, — объяснил он. — Но она пообещала Фрэнни, что та сможет похвалиться Лирой перед Стиви и Сюзанной. Так что я вызвался ее заменить.
Корнелия рассмеялась.
— Всегда выполняет обещания, данные Фрэнни, умница. В противном случае последствия могут быть плачевными.
— Это я уже заметил, — сухо отозвался Гревилл. Корнелия пристально всмотрелась в него.
— Прошу прощения, но, кажется, мне послышалась нотка неодобрения?
Гревилл вовремя отступил от опасного края и вскинул руки, шутливо сдаваясь:
— У меня нет опыта обращения с детьми, поэтому я не смею иметь собственное мнение, мэм.
Корнелия глянула так, словно хотела что-то добавить, но тут же решила и сама отступить и просто окликнула стоявшего неподалеку лакея:
— Гэвин, будь добр, отведи собаку в классную комнату. Дети ее ждут.
Лакей с сомнением посмотрел на огромного волкодава. Лира в ответ глянула на него со спокойным добродушием.
— А как я должен это сделать, миледи?
Гревилл что-то негромко произнесли Лира, тотчас же встала и потрусила к лестнице. Лакей пошел за ней следом, и оба они скрылись где-то наверху.
— Не хотите пройти в гостиную, Гревилл? — предложила Корнелия, не в силах скрыть холодок в голосе.
— Благодарю, но скажите, супруг ваш дома? Мне бы хотелось с ним кое-что обсудить.
— Он в библиотеке. Я вас провожу.
Корнелия направилась в глубину дома, коротко стукнула в дверь и просунула в комнату голову.
— Гарри, Гревилл хочет с тобой поговорить. Он пришел, чтобы забрать Фрэнни.
Гарри встал из-за стола и тепло поздоровался с Гревиллом.
— Заходите. Позвольте предложить вам бокал кларета. Довольно необычно, что вы выполняете обязанности няньки.
— Действительно. Но так получилось, что Аурелия немного не рассчитала со своими планами, а у меня никаких дел нет, так что… — Не закончив фразу, он просто пожал плечами и, благодарно кивнув, взял предложенный бокал кларета.
Дверь за Корнелией бесшумно закрылась. Гарри вопросительно посмотрел на гостя:
— Насколько я понимаю, это не просто светский визит.
— Нет. — Гревилл сел в кресло, на которое указал хозяин. — Вы предлагали свою помощь, и сейчас у меня возник к вам один вопрос. Прошу вас ответить, не выясняя подробностей, поскольку пока я не могу таковые сообщить.
— Спрашивайте. — Гарри глотнул кларета и застыл с напряженным любопытством.
— Если мне потребуется, чтобы вы моментально забрали к себе Фрэнни… возможно, у меня даже не будет времени привезти ее к вам… можете гарантировать, что вы это сделаете?
— Да, — спокойно ответил Гарри. — Это все?
— Да. — Гревилл сделал большой глоток вина. — Благодарю вас.
— Не за что. — Гарри, задумчиво вращая вино в бокале. — Правильно ли я понимаю, что собака натренирована защищать не только Аурелию, но и Фрэнни?
— Да. Но она не может находиться в двух местах одновременно.
Гарри кивнул.
— Простите, Фолконер, но я должен сказать вам одну вещь. Если вы допустите, чтобы что-то случилось с Аурелией или с Фрэнни, отвечать будете передо мной.
Гревилл усмехнулся:
— Не бойтесь, Бонем, все, что вы можете сделать со мной, я уже сделал с собой сам. — Он поднялся. — Это наша работа. Вы знаете, правила, вы знаете, в чем риск, не хуже меня. И поверьте, Аурелия их тоже знает. И это все, что я могу вам сказать, друг мой.
Гревилл поставил бокал на стол и направился к двери.
— Нужно отвести Фрэнни домой, пока не стемнело.
— Минутку, Фолконер, — резко сказал Гарри. — Я хочу прояснить один момент.
Гревилл остановился, положив руку на дверную ручку. — Да?
— Вы намекаете, что Аурелия работает с вами?
— С момента нашей встречи Аурелия — мой партнер, и она прекрасно знает, что делает. Будьте здоровы, Бонем. — Гревилл открыл дверь и вышел из библиотеки.
Гарри надул щеки и шумно выдохнул. Он подозревал это, но не желал признавать. В первую очередь потому, уныло думал он, что это подчеркивает его собственный промах. Если бы он вовремя доверился Корнелии, рассказав в необходимых пределах правду о своей работе, то не втянул бы в свои дела ни ее, ни ее сына — пусть невольно, но ведь все едва не закончилось катастрофой. И он знал, что Алекс Проков может сказать то же самое про Ливию. Проков был обязан жизнью храбрости и решительности своей жены. Если Аурелия обладает теми же чертами характера, что и ее подруги — а это, видимо, так, — то кто они с Проковым такие, чтобы негодовать, узнав, что она добровольно сотрудничает со своим мужем?
Но каким образом сюда вписывается супружество? Гарри понимал, что это будет первым вопросом Корнелии. Был ли этот брак просто частью совместной работы? Или за ним стоит что-то большее?
Ради Аурелии Гарри искренне надеялся, что верно второе предположение.
К тому времени как дон Антонио с Аурелией закончили прогулку в парке и подъехали к дому на Саут-Одлй-стрит, испанец был готов свернуть своей спутнице шею. Она оказалась записной кокеткой, причем в худшем смысле этого слова. Аурелия откровенно дразнила его, отвергая каждую льстивую попытку заигрывания, но при этом вела себя крайне противоречиво, зазывно улыбаясь и одновременно бормоча что-то о женской скромности. Она то завлекала его, то отталкивала, а нескончаемый поток бессмысленной болтовни, перемежающийся раздражающим хихиканьем, чуть не свел его с ума. Испанец не выяснил у нее ничего существенного, но при этом не мог отделаться от раздражавшей его уверенности, что Аурелия откровенно развлекалась за его счет.
— Какая восхитительная прогулка, дон Антонио, — сказала она, когда они осадили лошадей возле дома. — А вы такой замечательный собеседник! — На этот раз она благоразумно воздержалась от жеманства и хихиканья, ограничившись манящим взглядом карих глаз из-под длинных ресниц.
— Позвольте вернуть вам комплимент, мадам, — стиснув зубы, галантно солгал он. — И смею ли я надеяться, что вы согласитесь на еще одну такую прогулку?
— Если осмелитесь пригласить меня, сэр, — парировала Аурелия с лукавой улыбкой, в которой не было и капли жеманства.
О, она хороша, подумал дон Антонио. Очень, очень хороша! Она точно знает, когда следует заменить ужимки, притворной застенчивости на улыбку искушенной женщины. Если перед ней стояла цель сбить своего спутника с толку, то она настоящий мастер своего дела. И не будь у него собственной цели, он мог бы получить искреннее удовольствие, переиграв Аурелию на ее поле. Но совсем скоро он возьмет свое, и эта победа будет особенно сладкой.
— Может быть, мы предпримем что-нибудь чуть более дерзкое, чем прогулка по Гайд-парку? — предложил дон Антонио, лукаво улыбнувшись. — Мне кажется, миледи, что вы отнюдь не нервная наездница. — И шутливо погрозил ей пальцем.
От его улыбки Аурелию пробрала дрожь. Он пытается быть соблазнительным, однако она находит его отталкивающим. Аурелия похлопала ресницами.
— И что вы предлагаете, дон Антонио?
— Ричмонд. Где еще весенняя верховая прогулка может быть прекраснее? Деревья в полном цвету, на каштанах пылают свечки, в каждой лощине буйствуют колокольчики и пролеска.
С огромным трудом Аурелия выдавила из себя смешок.
— Как вы поэтичны, сэр! Похоже, вы хорошо знакомы с нашей английской весной.
— Я читаю английских поэтов, — приняв искренний вид, произнес испанец и перегнулся в седле, чтобы прикоснуться к ее обтянутой перчаткой руке. — И восхищаюсь английской культурой также сильно, как вы, насколько я понимаю, восхищаетесь нашей.
Под мягким подшучиванием Аурелия почувствовала острие стального клинка.
— Да, это правда, дон Антонио, ваша культура чудесна. — Она вытащила свою руку из его пальцев. — Но она так не похожа на английскую! В ней чувствуется некая тьма, оттенок печали, вы не находите?
Он снова улыбнулся.
— Если бы вы позволили мне, миледи, я бы показал вам те стороны нашей культуры, где только свет и наслаждение.
— Может, и позволю, сэр, — легким тоном бросила Аурелия. — И мысль о поездке в Ричмонд кажется мне восхитительной. — Она поманила к себе Джемми. Тот давно спешился и теперь дожидался ее знака у крыльца. Юноша подскочил к Аурелии, но дон Антонио уже успел спешиться и остановился возле стремени, чтобы помочь ей спуститься на землю.
Она оперлась на его руку, но едва коснулась ногами мостовой, как шагнула в сторону.
— Благодарю, дон Антонио, за исключительно приятную прогулку.
Он взял ее руку и склонился над ней.
— Вы поедете кататься со мной завтра, леди Фолконер?
— Боюсь, что нет, — ответила она, снова пытаясь беззаботно рассмеяться. — Что скажут в свете, если увидят меня с вами в парке два дня подряд? У нас, знаете ли, тоже есть свои правила. Может они и не так строги, как ваши, но нарушают их лишь на свой страх и риск.
Он поклонился.
— Я понимаю. Но вы подумаете о поездке в Ричмонд?
— С удовольствием, дон Антонио. — Аурелия протянула ему руку.
Он поднес ее к губам.
— В таком случае я нанесу вам визит завтра, чтобы договориться о дате, мадам.
— С нетерпением буду ждать, дон Антонио. — Аурелия убрала руку, улыбнулась и быстро взлетела вверх по ступеням, держа наготове ключ. Она вытащила его еще до того, как испанец спешился, и оказалась в доме, плотно закрыв за собой дверь, раньше, чем он тронул коня.
Аурелия минутку постояла, прислонившись к двери, впитывая знакомую домашнюю атмосферу: запахи пчелиного воска и лаванды, мирное свечение масляных ламп, понимание, что люди — ее люди — спокойно ходят сейчас по комнатам и коридорам.
Фрэнни уже наверху, в детской. Аурелия направилась к лестнице и взбежала вверх по ступенькам, толком не слыша голоса Гревилла, окликавшего ее из холла.
Гревилл поднялся вслед за Аурелией в детскую. Фрэнни, искупавшаяся, в ночной рубашке, пила молоко и ела хлеб с медом, рассказывая Дейзи подробности великолепного представления Лиры в классной комнате на Маунт-стрит.
— Сюзанна просто глазам своим не поверила, Дейзи, когда он велел Лире лечь, и она послушалась, а потом он велел ей, и она дала лапу… нет, правда, это было так здорово! — Фрэнни подставила щеку, чтобы Аурелия ее поцеловала. — Правда, здорово, мама, жаль, что ты… — Она не договорила, допивая молоко.
— Я уверена, что так оно и было, милая, — ответила Аурелия, глядя на дочь жадными глазами. Ей хотелось обнять ее, крепко прижать к себе, но Фрэнни удивится и испугается такого странного несвоевременного порыва.
— Лира не домашний любимец, Фрэнни, — произнес Гревилл из-за спины Аурелии. Она повернулась, удивившись, что не почувствовала его появления. — Сегодня был единственный раз, когда я попросил ее выполнить для тебя некоторые фокусы. Она рабочая собака, как мы тебе уже объясняли.
— Хорошо, — миролюбиво отозвалась Фрэнни и сунула в рот еще одну ложку. — Мама, ты расскажешь мне сказку?
— Для этого я и пришла. — Аурелия была готова встретить рутинные будничные дела с распростертыми объятиями. — Как только поужинаешь. — Она посмотрела на Гревилла, все еще стоявшего в дверях. — Ты виделся с Нелл, когда ходил на Маунт-стрит?
— Совсем недолго. Я перекинулся парой слов с Бонемом.
Аурелия внимательнее посмотрела на него:
— Правда? Парой, каких слов? Он улыбнулся.
— Просто слов, Аурелия. Когда освободишься, приходи в библиотеку. Спокойной ночи, Фрэнни.
Он склонился над ребенком, поцеловал ее в лоб и вышел из детской. Аурелия провела с дочерью почти целый час, на удивление неохотно завершила ритуал укладывания ее в кровать, а покинув наконец детскую, сначала зашла в свою спальню.


Она сняла амазонку, заменив ее, на домашнее платье из индийского муслина, подходящего для спокойного вечера дома, и пошла вниз, в библиотеку.
Гревилл стоял у письменного стола, перебирая бумаги, и резко повернулся, услышав, как открывается дверь.
— О, вот и ты. А я уже начал волноваться, не случилось ли с тобой чего-нибудь, — Хмурым напряженным взглядом он внимательно всматривался в ее лицо. — Выглядишь уставшей.
Аурелия улыбнулась и пожала плечами.
— Я действительно немного устала. Общество дона Антонио не расслабляет.
— Полагаю, нет. — Гревилл завел руки за спину и оперся о стол, продолжая пристально вглядываться в лицо Аурелии. В конце концов, ей показалось, что он читает ее мысли. — Ну, — произнес он через минуту, — ты не собираешься мне рассказать?
— Да нечего рассказывать. — Она села в уголок дивана и откинулась на подушки. — Покатались в парке, кажется, три раза объехали дорожку. Телохранителя я так и не увидела.
— И не должна была. Этот человек знает свое дело. Рассказывай дальше.
— Флиртовали. — Она опять пожала плечами. — Он не сказал ничего интересного. Собственно, едва упомянул Испанию и своих соотечественников, а если я сама затрагивала эту тему, легко ускользал, перекидывая вопрос мне.
Гревилл кивнул.
— Этого следовало ожидать. Васкес — мастер. Аурелия поморщилась.
— Просто трудно поверить. Снаружи он гладкий, как шелк, и скользкий, как натертая маслом кожа, но то и дело из него выскальзывает стальное острие угрозы. Не думаю, что я вообразила себе это.
— Нет, я уверен, что не вообразила. — Гревилл оттолкнулся от стола и подошел к окну, выходившему в узкий переулок позади домов, расположенных на Саут-Одли-стрит. В переулке было пусто, но ему вдруг пришло в голову, что через это окно можно легко и незаметно проникнуть в дом. Его необходимо как-то обезопасить. Давно следовало подумать об этом. Мысль о том, что он ослабляет бдительность, раздражала Гревилла.
— Он хочет, чтобы я поехала с ним в Ричмонд-парк, — сказала Аурелия.
Гревилл повернулся, аккуратно опустив штору.
— Совершенно точно — нет, — заявил он тоном, не допускающим дальнейшего обсуждения.
Аурелия удивилась:
— Но почему? Мне казалось, я должна его разрабатывать. Если я буду отказываться от приглашений, то не многого добьюсь.
— Есть приглашения, которых ты не примешь ни в коем случае. Ричмонд слишком далеко, парк слишком уединенный, и я не могу гарантировать, что мой человек сможет следить за тобой незаметно. Будешь видеться с Васкесом только в городе и только в общественных местах.
— У меня есть своя роль, и я хотела бы играть ее так, как считаю нужным, — так же резко ответила она, раздраженно сверкнув глазами.
— Кажется, ты забываешь, что работаешь в паре со мной. — Его голос внезапно смягчился. — Я заказываю музыку, и ты ее исполняешь.
— Я думала, мы партнеры, — упрямо ответила Аурелия.
— Так и есть, но это партнерство, в котором один имеет больше прав и обязанностей, чем другой.
Нахмурившись, Аурелия молча посмотрела на него, а затем спросила:
— Чего именно ты боишься, Гревилл? Ты мне чего-то недоговариваешь про дона Антонио?
— Ты знаешь, все, что тебе нужно знать. — Если рассказать ей про испанца все, она может невольно насторожить дона Антонио. Единственный шанс побить дона Антонио в его собственной игре — это укрепить в нем уверенность, что Аспид не догадывается о его истинной сущности и думает, что он ведет совсем другую партию.
Но в такой же степени Гревилл был уверен, что нельзя подвергать Аурелию опасности, разрешая ей действовать самостоятельно.
— Я не могу допустить, чтобы ты вела себя чересчур самонадеянно, — произнес он, осторожно подбирая слова. — Мы уже решили, что дон Антонио — человек очень опасный, и я не думаю, что ты готова работать с ним в одиночку. Даже с телохранителем. Совершить промах очень легко. То, что ты добилась успеха в очень простых заданиях, не значит, что ты можешь начать бегать раньше, чем научишься ходить.
— Тебе не кажется, что это оскорбительно? — воскликнула Аурелия, вскакивая на ноги.
Гревилл вздохнул и попытался нащупать тропинку через зыбучие пески:
— Я не хотел обидеть тебя, Аурелия, но в нашем деле есть непреложное правило, которому обязаны следовать мы оба: это то, что командую здесь я. Я не вправе подвергать тебя риску. Делай так, как я говорю, и будешь в полной безопасности. Пока мне нужно от тебя только одно — общайся с ним, и я попытаюсь выяснить, что он задумал. Все очень просто.
Гревилл подошел к Аурелии и взял ее руки в свои.
— Наверняка ты понимаешь, что я имею в виду.
— Да, понимаю, — согласилась она, не выдернув рук. — Но все равно очень оскорбительно, когда ты называешь меня чересчур самонадеянной. Может быть, для тебя те задания, которые я выполнила успешно, являются незначительными пустяками, но для меня они имеют большое значение.
— Разумеется, — пробормотал Гревилл. — Я не хотел умалить твой вклад. Я просто пытаюсь, как можно убедительнее объяснить тебе мою точку зрения.
— Что ж, тебе это, несомненно, удалось, — отрезала Аурелия, не желая ни целовать его, ни мириться прямо сейчас.
— Моя первая забота — это твоя безопасность, Аурелия… всегда.
Было бы глупо обвинять его в этом, думала она, а его губы уже повторяли путь большого пальца.
Аурелия позволила себе расслабиться. Ее напряженное тело обмякло в его объятиях, и она уже не понимала, почему так упорно возражала против решения, которое на самом деле несло ей только облегчение. Аурелия не испытывала ни малейшего желания оставаться наедине с доном Антонио под тенистыми деревьями Ричмонда.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Порочные привычки мужа - Фэйзер Джейн


Комментарии к роману "Порочные привычки мужа - Фэйзер Джейн" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100