Читать онлайн Порочные привычки мужа, автора - Фэйзер Джейн, Раздел - Глава 19 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Порочные привычки мужа - Фэйзер Джейн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.22 (Голосов: 9)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Порочные привычки мужа - Фэйзер Джейн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Порочные привычки мужа - Фэйзер Джейн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Фэйзер Джейн

Порочные привычки мужа

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 19

Карета ждала ее у входа, там, где они из нее вышли. Джемми стоял около лошадей. Но тут Аурелия заметила, что на облучке сидит незнакомый кучер. Как правило, Джемми сам управлял каретой с помощью грума. Должно быть, Гревилл нанял нового человека, не сказав об этом ей. Не то чтобы он был обязан с ней советоваться, но… Джемми подбежал и открыл дверцу.
— Я и не знала, что у нас новый кучер, — сказала Аурелия, садясь в экипаж.
— Он появился только сегодня утром, мэм, — ответил Джемми неодобрительным тоном. — Сэр Гревилл сказал, что теперь вас должны возить двое, хотя я столько лет отлично справлялся сам.
Очевидно, это тоже часть той оградительной сети, которую Гревилл на нее накинул, подумала Аурелия, и устало улыбнулась юноше:
— Я уверена, что сэр Гревилл не подвергал сомнению твое мастерство, Джемми. Вероятно, он решил, что его жене необходимы два кучера. Мужья часто так думают. Это добавляет им значимости.
— Может, — с сомнением произнес Джемми. — Но этот новый парень не очень-то разговорчив, это уж точно. — Он закрыл дверцу, обошел карету и встал на заднюю подножку, схватившись за ремень. Кучер тронул лошадей, и карета быстро покатила по мостовой.
Аурелия с изумлением поняла, что невероятно устала, словно несколько часов подряд ходила по натянутой под куполом цирка проволоке. Она забилась в уголок кареты и закрыла глаза, гадая, зачем же Гревилл остался на суаре и для чего устроил тот спектакль.
Она уже почти спала, когда карета остановилась перед домом. Джемми опустил подножку и открыл дверцу кареты, заглянув в ее темное нутро.
— Мы дома, мэм.
— Боже мой, правда? Я, кажется, заснула. — Аурелия взяла себя в руки и выбралась из кареты на улицу. В ночном воздухе веял теплый ветерок — наконец-то пришла весна. От деревьев тянуло слабым ароматом ранних майских цветов.
Аурелия вошла в тихий, освещенный лампами дом и направилась в библиотеку, твердо решив дождаться Гревилла. Налив себе небольшой бокал коньяка, она стала обдумывать события сегодняшнего вечера, в частности знакомство с доном Антонио Васкесом.
Минуту, хорошенько подумав, она поняла, что тот ее пугает. Он походил на большую хищную кошку, впившуюся взглядом в невнимательную жертву. Ох, да годится ли она ему в соперницы?
Час спустя Гревилл тихо вошел в дом. Лампы еще горели, и он увидел, что дверь библиотеки открыта. Он тихонько подошел к ней и заглянул внутрь. Аурелия спала в уголке дивана, укрывшись шалью. Огонь в камине почти погас, свечи на каминной полке мигали, пламя в лампах тоже едва теплилось. Он подошел к дивану и ласково потряс ее за плечо.
— Аурелия, просыпайся, любовь моя. Уже поздно, тебе нужно лечь в постель.
Гревилл провел пальцем по ее щеке, и ресницы Аурелии затрепетали, потом глаза открылись, и она растерянно посмотрела на мужа:
— Гревилл?
— Да, это я, как всегда. — Он наклонился и поцеловал Аурелию в уголок рта. — Пойдем, я помогу тебе добраться до постели. — Он обнял ее за плечи и приподнял с дивана. — Отнести тебя на руках?
— Нет, — с негодованием ответила Аурелия. — Конечно же, нет! Я вполне способна ходить своими ногами… чего, должна сказать, ты сегодня вечером вроде бы делать не мог.
Он хмыкнул.
— Так ты заметила?
— Трудно было не заметить. — Аурелия поплотнее закуталась в шаль, не стала искать сброшенные туфли и босиком решительно зашагала к двери.
— Ай-а-ай, а я-то думал, что отлично изображал пьяного, выдающего себя за трезвого. Аурелия засмеялась:
— Наверное, ты одурачил всех, кроме меня.
— Надеюсь. — Он взял жену за руку и повел к лестнице.
— А зачем ты хотел, чтобы дон Антонио принял тебя за пьяного? — спросила Аурелия, оглянувшись.
Гревилл усмехнулся.
— Человека, не умеющего пить, быстро сбрасывают со счетов. Никогда нелишне ввести других в заблуждение, тем более тех, в ком ты сам заинтересован.
— Мне он не понравился, — сказала Аурелия, добравшись до верха лестницы и поворачивая к своей комнате.
— Есть за что. — Гревилл шел вслед за ней по коридору. — Думаю, он очень опасный человек.
— Жаль, что он видел Фрэнни. — В голосе Аурелии послышалось опасение, которое охватило ее раньше.
— Дорогая, с ней был я — и Лира. Не нужно бояться за Фрэнни, клянусь, ей ничего не угрожает.
— Новый кучер — это своего рода телохранитель?
— Да. Он будет возить тебя всюду, куда ты поедешь без меня. И кто-нибудь будет всегда сопровождать Фрэнни, за исключением случаев, когда с ней буду я.
Это была надежная страховка, и Аурелия успокоилась, снова поддавшись своему изнеможению.
— Почему я так устала?
— У тебя был нелегкий вечер, — отозвался Гревилл, быстро подвел ее к кровати и подтолкнул. — Тяжелее, чем тебе казалось. Обман — дело непростое.
— Ты поэтому меня отослал?
— Я решил, что с тебя вполне достаточно. Как я не раз говорил, ты в нашем деле пока новичок.
Гревилл склонился над распростертой на покрывале Аурелией и начал раздевать ее с ловкостью няни. Он помог ей надеть ночную рубашку, протянул щетку и зубной порошок, и пока Аурелия чистила зубы, вытащил из ее волос шпильки и расчесал спутанные локоны.
Аурелия забралась под одеяло, все еще удивляясь тому, как сильно она устала. Но когда Гревилл склонился над ней, чтобы поцеловать, она посмотрела в его темные глаза, светившиеся странным теплом, и подумала: «Он назвал меня „любовь моя“. Никогда раньше это слово не срывалось с губ полковника, сэра Гревилла Фолконера. Он хоть знает, что сказал это? Вспомнит ли свои слова?»
С этой мыслью она начала засыпать, а когда Гревилл скользнул к ней под одеяло и обнял ее, повернулась к нему, устроилась у него на плече и окончательно уснула, чувствуя, что находится в полной безопасности и под надежной защитой.
— Эта женщина никогда не выходит из дома без собаки, если она пешком или верхом, — сказал Мигель, украдкой наблюдая за хозяином. Дон Антонио вел себя непривычно беспокойно. Он выслушивал доклад своего помощника, расхаживая из угла в угол по комнате. — Я ее, конечно, не преследую, но слежу внимательно.
Дон Антонио резко повернулся и подошел к окну, которое выходило на улицу.
— Мы обнаружили в доме кого-нибудь, представляющего для нас интерес?
— Кроме ребенка, никого, сэр. Не было никаких странных уходов и появлений, которые бы указывали нам на…
— Не будь глупее, чем ты есть, Мигель, — едко оборвал его хозяин. — Ты что, в самом деле, думаешь, что человек, настолько опытный и умелый, как Аспид, будет в открытую пользоваться своим домом как центром шпионской сети? Предполагается, что ты сам достаточно опытен, чтобы замечать вещи, которые должны остаться незамеченными.
— Да… да, конечно, дон Антонио. — Мигель покраснел. — Но я могу поклясться, что ничего такого нет.
Дон Антонио молча оценивающе посмотрел на него долгим взглядом. Потом сел у камина в кресло с подголовником и уже спокойнее произнес:
— Ну, хорошо. Если ты клянешься, я готов поверить тебе на слово.
Мигель расцвел от такого редкого доверия.
— Что будем делать дальше, сеньор?
Хозяин нахмурился.
— До сих пор Аспид не подал виду, что расколол мое прикрытие. Пока он верит дезинформации, полученной от нашей сети в Мадриде, и считает, что мы планируем обычную миссию сбора информации, будем действовать в точности так, как намеревались. Совершенно очевидно, что они думают, будто наше открытое прибытие в Дувр является частью операции по сбору информации. И то, что он явился на суаре к донне Бернардине посмотреть на меня, шаг вполне логичный.
Дон Антонио начал выстукивать рубиновым кольцом по деревянному подлокотнику кресла какой-то рваный ритм, негромко говоря:
— Но наш друг несколько облегчил нам задачу своей женитьбой. Я всегда считал, что, несмотря на твое неоспоримое мастерство в своей профессии, Мигель, вполне вероятно, что Аспид сможет противостоять твоей технике. Он человек необычный. Или же каким-нибудь образом сделает так, чтобы не попасться к нам в руки живым. Но женщина и ребенок живут под его защитой. Странное бремя для такого превосходного профессионала, если подумать. И я надеюсь, что оно обеспечит нам брешь в его броне. Мы будем работать с женщиной, а не с Аспидом и посмотрим, выдержит ли он ее муки с такой же легкостью, с какой, несомненно, выдерживал бы свои. А когда мы получим от него то, что нам требуется, убьем их обоих.
Он закинул ногу на ногу и посмотрел на Мигеля, покручивая на черной бархатной ленте свой монокль.
— Может быть, ты уже догадался, почему на это задание отправили меня, друг мой?
Мигель не стал долго раздумывать и строить догадки.
— Потому что вы самый лучший, сэр, — просто ответил он.
Дон Антонио кивнул и благожелательно согласился:
— Да, друг мой, думаю, что так оно и есть. Но это не главная причина, дорогой мой Мигель. Я очень тщательно выбираю себе задания, и у меня была очень личная причина, чтобы взяться именно за это. — Его лицо исказилось мрачной гримасой. — Я не прощаю другим своих неудач.
— Конечно, дон Антонио.
— Особенно своих. — Он поджал губы. — В отличие от многих моих сослуживцев я ни разу не скрещивал шпаги с Аспидом. Но мне бы это удалось, не перехитри он меня однажды… и поверь мне, Мигель, никому не удастся перехитрить меня дважды. — Особая мягкость его голоса только подчеркивала свирепость данного заявления.
Мигель, соглашаясь, торопливо закивал.
— Вы самый лучший, дон Антонио, — с благоговением повторил он.
Начальник, похоже, его не услышал. Дон Антонио продолжал почти мечтательно:
— Аспид—это единственный человек, которого нельзя недооценивать. Он долгие годы наносил значительные разрушения нашим сетям… Вот почему мы больше не можем к нему приноравливаться, это недопустимо, — добавил он с едва заметной усмешкой. — Однако остается вопрос: будет ли в данном случае лучший представитель Испании достойным соперником этому англичанину? — Дон Антонио, рассеянно нахмурившись, смотрел, как раскачивается на бархатной ленте его монокль, словно тот его гипнотизировал. Потом перехватил ленту и опустил монокль в карман жилета. — Не трудись отвечать, Мигель. Вопрос риторический.
Он встал с кресла.
— В общем, я займусь женой, хотя так и не понимаю, зачем Аспид так усложнил себе задание, связавшись с женщиной. Вероятно, у него на это имелась какая-то хитрая причина. — Дон Антонио откинул голову назад и расхохотался. — Madre de Dios,
l:href="#fn2" type="note">[2]
нет предела тому, на что Аспид готов пойти, ради своей работы. Она для него источник жизненной силы.
Мигель подумал, что смех хозяина пугает даже сильнее, чем его свирепое презрение. Он переступил с ноги на ногу и с тоской посмотрел на дверь.
— Иди. — Дон Антонио махнул рукой. Мигель поклонился и вышел.
— О да, — пробормотал дон Антонио в наступившей тишине. — Шпион всегда останется шпионом… до тех пор, пока смерть не положит игре конец.
Аурелия возвращалась домой после прогулки с Лирой в Гайд-парке, когда со стороны Гросвенор-сквер на Саут-Одли-стрит повернул изящный экипаж. Она мгновенно узнала высокого светловолосого голубоглазого мужчину, который как раз остановил перед ее домом пару чистокровных гнедых лошадей.
— Алекс! — воскликнула Аурелия и ускорила шаг, сияя от радости. — Лив говорила, что ты на этой неделе приедешь в город!
— Вот я и приехал. — Он легко спрыгнул на мостовую, бросил вожжи груму и с опаской посмотрел на Лиру, стоявшую рядом с Аурелией. Ее большая голова доходила Аурелии до талии, темно-коричневые глаза внимательно, с любопытством смотрели на князя Александра Прокова.
— К тебе подойти-то можно? — спросил Алекс, осторожно вытянув руку в сторону собаки.
— Ну конечно! — Аурелия легонько потянула Лиру за левое ухо, и та заметно расслабилась, ткнувшись головой в ладонь Алекса.
Алекс решил, что дружеские отношения налажены, и обнял Аурелию, горячо расцеловав ее в обе щеки.
— Поздравляю, леди Фолконер. Я привез письма, и свадебные подарки, и еще кучу всякой чепухи от Ливии. Но сегодня взял с собой только одно письмо. Остальное пришлю после обеда. Там слишком много, в коляску не уместилось бы. Ну что, пойдем в дом?
Он первым поднялся по ступенькам к парадной двери так уверенно, словно это был его собственный дом.
— Как ты думаешь, Моркомб откроет нам двери? Выразить не могу, до чего мы все тебе благодарны. Я боялся, что Борис уволится до того, как мы вернемся на Кавендиш-сквер, а это, моя дорогая, меня никак не устраивает. — Он взялся за молоток и энергично заколотил им в дверь.
Аурелия, вместе с Лирой поднимаясь по ступеням вслед за ним, фыркнула. Отцовство ничуть не изменило Александра Прокова, он по-прежнему сметал все на своем пути.
— У меня есть ключ. — Она вытащила его из сумочки. — Но Моркомб не часто открывает двери. Он доверил это Джемми… и получается значительно быстрее, как ты и сам понимаешь. — Аурелия вставила ключ в замочную скважину и отперла дверь.
Как оказалось, Моркомб, шаркая, шел по холлу к двери.
— И стучатся, и грохочут, — ворчал он, но вдруг остановился, близоруко прищурился и объявил с некоторым удовольствием: — А, это вы, мальчик леди Софии!
— Он самый, Моркомб. Как дела? А Мейвис, Эйда — у них все в порядке? — Алекс ласково взял скрюченные руки старика в свои. Никто из них никогда не забудет, что именно Моркомб подтолкнул Алекса к тому, чтобы оставить историю отца в прошлом и начать строить будущее с Ливией.
— Они обрадуются, когда увидят вас, да, — сказал Моркомб. — Я принесу чего-нибудь вам с леди в гостиную, а уж девчонки прибегут, чтобы поздороваться. Как там леди Лив? А маленький? Девчонки ждут, не дождутся, когда смогут его увидеть.
— Уже скоро, — заверил его Алекс. — Ливия с малышом вернутся в Лондон через две недели.
— О, как раз вовремя к балу Корнелии, — обрадовалась Аурелия, направляясь в гостиную. — Это просто чудесно. Нелл будет в восторге.
— Ливия бы ни за что на свете его не пропустила. — Алекс огляделся. — Славный дом.
— Не такой шикарный, как на Кавендиш-сквер, — улыбнулась в ответ Аурелия. — Но мне он нравится. В нем хорошо себя чувствуешь, и Фрэнни здесь устроилась очень мило.
Алекс сел, не дожидаясь приглашения, как и полагалось старому другу, и произнес с несколько унылой улыбкой:
— Но ты понимаешь, что мне поручено сообщить Ливии полное описание твоего мужа?
Аурелия расхохоталась.
— Конечно. Хотя я уверена, что она уже выяснила все подробности у Нелл. Да я и сама ничего не скрывала. — Однако на деле она скрыла очень многое, и Ливия наверняка заметила это.
— Ну, мы с Корнелией по-разному смотрим на вещи, — ответил Алекс, пропустив последнее замечание Аурелии мимо ушей.
— Это верно. — Аурелия встала, чтобы забрать чайный поднос у Моркомба, споткнувшегося при входе в комнату. — Давайте его мне, Моркомб.
— Поставьте вон там, — ответил старик, — а я вам сам налью. Это неплохой херес, сэр.
— Но не такой хороший, как в погребе у князя Прокова, — возразила Аурелия, почувствовав в словах старого слуги легкое неодобрение. Алекс просто улыбнулся и взял бокал из трясущихся рук старика, пока тот не расплескал вино.
— Ну и где же сэр Гревилл? — спросил Алекс, сделав глоток хереса после того, как Моркомб вышел и закрыл за собой дверь.
— У него дела. — Гревилл ушел в министерство, но Аурелия не собиралась об этом рассказывать. Гревилл может сам посвятить Алекса во все свои дела, если захочет.
— Ясно. — Алекс откинулся на спинку кресла и внимательно посмотрел на Аурелию. — Насколько я понимаю, он один из нас.
— Лучше спроси его сам, — слегка улыбнувшись, ответила она.
Алекс кивнул, воздержавшись от дальнейших замечаний.
— Я привез миниатюру — это маленький Александр. — Он сунул руку в карман, вытащил крохотный портрет в инкрустированной жемчугами рамке, прищурился и, усмехнувшись, добавил: — Я, конечно, обожаю свою жену, но портреты не ее сильная сторона.
Аурелия взяла у него миниатюру и расхохоталась.
— Это нарисовала Лив?
— Она на этом настояла.
Аурелия вгляделась в большое грязное пятно в драгоценной рамке.
— Это действительно ребенок? — с сомнением спросила она. — Мне кажется, это одна из розовых собачек Лив.
— Поверь мне, Аурелия, это мой сын. Она кивнула и поднесла миниатюру к свету.
— Очаровательное дитя. Жду не дождусь, когда я увижу его во плоти.
— Думаю, он тебе больше понравится, когда ты его увидишь, — заявил любящий папа.
Услышав, что открывается парадная дверь, Аурелия вскочила на ноги.
— А вот и Гревилл! — Она поспешила к двери. — Гревилл, иди сюда, познакомься с князем Проковым.
Гревилл знал, что последние три дня Аурелия с нетерпением ждала мужа своей подруги. Откинув прочь все мысли, обуревавшие его после того, как он посетил министерство, он вошел в гостиную, протянув для пожатия руку. Лира подошла, ткнулась носом в бедро и снова вернулась к Аурелии, сев рядом с ней.
Аурелия смотрела, как мужчины обмениваются рукопожатиями и произносят стандартные фразы приветствия. Но она сразу учуяла под обычными любезностями что-то еще. Эти двое явно оценивали друг друга.
— Поздравляю вас с рождением сына, — сказал Гревилл, подходя к буфету. — Насколько я понимаю, все прошло хорошо?
— Очень хорошо, — просиял Алекс и вытащил из кармана миниатюру. — Боюсь, сходство здесь не очень велико. — Он протянул Гревиллу маленькую драгоценную рамку.
Гревилл усердно рассмотрел портрет и, несмотря на откровенное замешательство, произнес все положенные слова. Аурелия не выдержала и расхохоталась.
— Алекс не обидится, если ты скажешь, что это совсем не похоже на младенца, Гревилл. Это первая попытка Лив написать миниатюру. Она очень многое умеет, но, думаю, она и сама не считает себя художником.
— О-о… ну, в любом случае это очень красивый ребенок, — сказал Гревилл, с видимым облегчением возвращая миниатюру отцу, и сменил тему, — Вы, когда приехали в Лондон, Проков? — Он наполнил бокал гостя хересом, а потом налил и себе.
— Вчера. Саут-Одли-стрит — первое место, куда я пошел с визитом. — Алекс снова устроился в кресле. — Жена настаивала, чтобы я не терял времени даром и как можно скорее посетил Аурелию и поздравил ее с бракосочетанием. О, кстати… — Он сунул руку в карман и вытащил толстое письмо. — Аурелия, это тебе. Там все новости, и описано все гораздо подробнее, чем смогу рассказать я.
— Сомневаюсь, что ты вспомнишь хотя бы половину того, что Лив считает жизненно важным, — фыркнула Аурелия.
— Конечно, ты права, дорогая. У женщин совсем другие приоритеты, — согласился Алекс, благодушно улыбнувшись. — Так что, полковник Фолконер, насколько мне известно, вы недавно вернулись на наши острова?
Гревилл спокойно кивнул. Это вовсе не было тайной.
— Большую часть последних двух лет я провел в Испании и Португалии.
— Полагаю, теперь наслаждаетесь честно заработанным отдыхом? — Алекс улыбнулся над свои бокалом, вопросительно подняв брови.
— Вот именно, — согласился Гревилл, садясь напротив князя Прокова. — Я уверен, что ваше пребывание в деревне тоже дало возможность немного отдохнуть. — В интонации отчетливо прозвучал вопрос, и Аурелия подумала, что услышала еще и своего рода вызов.
— Верно. — Казалось, что Алекс колеблется, решая, стоит ли отвечать на брошенный ему вызов и немного развить тему, но тут распахнулась дверь, и в гостиную вошли Эйда и Мейвис с блюдами, полными аппетитных тарталеток и медовых пирожных.
— Мы тут подумали, что вы захотите немного перекусить под херес, — заявила Эйда, поставив блюда на низкий столик. — Ну, как вы поживаете, сэр? А леди Ливия и малютка?
— Просто замечательно, — ответил Алекс, вставая, чтобы пожать близнецам руки. — У меня есть портрет малыша, нарисованный его матерью. — Он снова вытащил миниатюру, и близнецы засуетились, поднося ее к свету.
— Ой, да малыш просто копия его мамочки! — воскликнула Мейвис. — Только посмотри на его носик… ну просто как у леди Лив!
— Одно лицо, — согласилась Эйда. — Но глаза у него от леди Софии.
— Ага, ага, прям как у его папочки. А когда леди Лив и маленький приедут в город, сэр?
— Через две недели, — ответил Алекс, засовывая миниатюру обратно в карман.
— О, понятно. Значит, мы успеем привести детскую в порядок, — сказала Мейвис.
И, словно сговорившись, обе старушки одновременно повернулись и вышли из гостиной.
— Интересно, как они смогли увидеть, что малыш похож на Ливию? — произнес Алекс, внимательно всматриваясь в миниатюру. — Лично я даже ради спасения собственной жизни не смогу понять, где у него нос.
— И при этом ни Моркомба, ни близнецов нельзя обвинить в том, что они приверженцы лжи во спасение, — засмеялась Аурелия. — Думаю, все дело в их любви к Ливии.
— Может быть. — Алекс взял тарталетку и с блаженным вздохом начал ее смаковать. — Я и забыл, как это вкусно.
Гревилл потянулся к графину с хересом, но его рука замерла в воздухе, потому что раздался стук дверного молотка.
— Аурелия, ты кого-то ждешь?
— Нет, но по утрам я дома и готова принимать посетителей. — Едва заметное ударение на последнем слове и взгляд, брошенный на Гревилла, сообщили ему все необходимое. Каким-то образом Аурелия сразу поняла, что там за гость. Дон Антонио Васкес наносит обещанный визит, и тело ее невольно напряглось, как тетива лука.
Она не ошиблась. Минуты через две Джемми открыл дверь и гордо провозгласил:
— Джентльмен к вам с визитом, миледи! — Он вошел и протянул визитную карточку.
Аурелия взяла визитку и пошла к двери, протянув руку гостю, стоявшему на пороге гостиной с очень нетерпеливым видом и некоторой долей изумления из-за такого удивительно неловкого приема.
— Дон Антонио, как чудесно! Я и не надеялась, что вы удостоите меня своим визитом так скоро.
Аурелия протянула ему руку, жеманно улыбнувшись — такую улыбку она уже практиковала на суаре у графини. Испанец, щелкнув каблуками, поклонился и поднес ее руку к губам.
— Это честь для меня, леди Фолконер. — Он улыбнулся, глядя ей в глаза своими черными глазами, которых улыбка опять не затронула.
Потом он повернулся, чтобы поздороваться с Гревиллом. Тот стоял у камина, положив одну руку на каминную полку, а в другой держа бокал с хересом. В ответ на приветствие гостя он кивнул и пробормотал:
— Добро пожаловать, дон Антонио.
— Позвольте мне познакомить вас с князем Проковым, — сказала Аурелия, поворачиваясь к Алексу. Тот встал с кресла и выжидательно замер. — Алекс, это дон Антонио Васкес, он недавно прибыл в нашу страну.
— Я знаю, что такое быть новичком в лондонском высшем обществе, — дружелюбно произнес Алекс, пожимая руку испанцу и любезно кланяясь. — Вы давно в Лондоне, дон Антонио?
— Всего несколько недель. Благодарю, сэр Гревилл. — Дон Антонио взял у хозяина бокал хереса.
— Не желаете ли присесть, сэр? — Аурелия опустилась на диван и похлопала по сиденью рядом с собой, приглашая гостя.
Он сел, и Лира, которая до сих пор не шевелилась, тут же подошла и уселась у ног Аурелии. Она высоко вскинула голову, насторожив уши и бдительно глядя на гостя. Дон Антонио протянул руку, чтобы погладить ее, но Лира тут же глухо зарычала. Он быстро отдернул руку.
— Не самая дружелюбная собака. Мне бы это и в голову не пришло, судя по тому, как весело она играла с вашей дочерью.
— Она выучена на сторожевую собаку, — ответила Аурелия. — Хотя, конечно, здесь, в Лондоне, нам не нужна такая защита. — Она насмешливо хмыкнула. — Но моему мужу нравится, когда собака рядом.
— Как интересно, — протянул дон Антонио тоном, по которому было ясно: ему это совсем неинтересно. Гревилл грубовато-добродушно рассмеялся:
— Я человек деревенский, мне без собаки неуютно. Думаю, и жене с падчерицей тоже с ней спокойнее. Алекс не подавал виду, до чего его заинтересовал этот разговор. Аурелия вела себя совершенно необычно для нее. За все то время, что они были знакомы, он ни разу не замечал за ней жеманства и не слышал такого неестественного смеха. А если инстинкты его не подводят, то и хозяин что-то задумал.
От Гарри Алекс знал, что муж Аурелии связан с военным министерством. И еще знал, что, по мнению Гарри, полковник выполняет какое-то задание для их общего шефа. Но, кроме предположений, Гарри ничего поведать не мог и, конечно же, придерживался правил и не углублялся в этот вопрос. Однако теперь Алекс задумался, а не является ли этот испанец частью того задания. Это было бы логично, особенно если учесть, что полковник, по его собственным словам, последние два года почти целиком провел в Испании и Португалии.
Но это не объясняло, почему Аурелия ведет себя так странно. Она не может ничего знать о делах Фолконера. Порядочный мужчина не втягивает жену в свои опасные задания. Сам Алекс старался оградить Ливию от своей собственной миссии — насколько это было в человеческих силах.
И что ему это дало? Да ведь именно его жена вызволила его из-под власти Аракчеева.
Он откинулся на спинку кресла, небрежно покручивая в пальцах бокал, и стал наблюдать особенно внимательно. Через пять минут потрясенный Алекс уже не сомневался, что Аурелия и ее муж действуют как одна команда, а испанец — намеченная ими жертва.
Выбрав подходящий момент, Алекс сказал:
— Извини, Аурелия, но мне пора. Я еще должен навестить Корнелию. У меня для неё письмо, и она не обрадуется, если я с ним слишком задержусь. — Он встал.
Аурелия вскочила с места, ужасно обрадовавшись возможности хотя бы ненадолго отойти от дона Антонио.
— Ну, конечно же! Передавай Нелл мой горячий привет и скажи, что мы увидимся с ней сегодня днем. Я сама приду за Фрэнни.
— Хорошо. — Алекс расцеловал ее в обе щеки, повернулся и поклонился испанцу, так и не вставшему с дивана. — Рад был познакомиться с вами, дон Антонио. Может быть, мы увидимся в клубе «Уайте»?
— Лорд Лессингем великодушно внес мое имя в список клуба «Уайте», — произнес дон Антонио с кислой улыбкой. — Полагаю, мы с вами встретимся там за карточным столом. С нетерпением жду этого, князь Проков.
Гревилл сказал:
— Позвольте проводить вас, Проков, — Он пошел первым, вывел гостя в коридор и плотно закрыл дверь гостиной.
— Благодарю. — Алекс оглянулся на закрытую дверь. — У меня сложилось впечатление, что Аурелия не в восторге от Васкеса.
В темно-серых глазах Гревилла зажглись веселые искорки.
— В самом деле? Я-то с ее слов понял, что она находит его общество необычайно приятным. — Его губы изогнулись в легкой усмешке. — Но, конечно же, вы знаете ее гораздо дольше, чем я.
— Но, возможно, не настолько хорошо, — парировал Алекс, глядя в глаза Гревиллу.
— Нет, возможно, не настолько. Мы с Аурелией очень хорошо понимаем друг друга.
— В этом я не сомневаюсь. — Алекс коротко кивнул и протянул руку. — Спасибо за гостеприимство. Надеюсь, скоро я смогу отплатить вам тем же на Кавендиш-сквер.
— Буду ждать. И надеюсь познакомиться с вашей женой. Произнося эти любезные слова и обмениваясь рукопожатием, оба подобающим образом улыбались.
Гревилл отпер парадную дверь и широко открыл ее. Алекс шагнул наружу, но вдруг остановился и обернулся.
— Аурелия очень дорога своим друзьям, Фолконер.
— Она очень дорога и своему мужу, Проков. — Гревилл мягко улыбнулся и получил в ответ точно такую же улыбку.
Он постоял в коридоре, задумчиво глядя на закрытую дверь гостиной, повернулся и пошел в библиотеку. Пусть Аурелия сама поработает с испанцем. В собственной гостиной, где рядом с ней сидит Лира, ей не причинят никакого вреда, а Гревилл не собирался уходить из дома до тех пор, пока дон Антонио Васкес не раскланяется.
Может быть, Аурелии удастся найти хоть маленький ключик к разгадке планов Васкеса. Может быть, что-нибудь сказанное Васкесом поможет Гревиллу понять, какую западню собирается тот строить. Если все остальное не сработает, то Аурелия сумеет сблизиться с испанцем, она сама сможет подготовить для него ловушку, которая даст Гревиллу шанс расправиться с Эль Демонио раз и навсегда.
Аурелия в гостиной снова наполнила бокал гостя и предложила ему медовое пирожное.
— Мне так понравилось суаре у графини Лессингем! — Она положила в рот кусочек пирожного и даже застонала от удовольствия. — И я так люблю сладкое!
— Все дамы любят, — отозвался дон Антонио, угощаясь аппетитной тарталеткой.
— О да, мы сладкоежки, это наш главный грех, — пропела Аурелия.
— Я уверен, что у вас есть и другие, — сказал испанец, поиграв бровью.
Аурелия промокнула губы льняной салфеткой.
— Ах, сэр, разве у вас, их нет? Он покачал головой:
— Увы, у меня их множество.
— Могу я спросить, что это за грехи? — игриво наклонилась к нему Аурелия.
Он положил руку ей на колено.
— Боюсь, их так много, что все не перечислить. — Он чуть сильнее надавил ей на колено и убрал руку. — Я очень люблю ездить верхом в парке, леди Фолконер. Могу я уговорить вас присоединиться ко мне как-нибудь днем?
— Какая прелесть! Я буду в восторге, дон Антонио. — Аурелия с трудом скрыла свое облегчение, когда он слегка отодвинулся от нее. Она толком никогда не умела флиртовать, в самые неподходящие моменты ей всегда хотелось расхохотаться, но дон Антонио почему-то пугал ее до глубины души, а сама эта игра была настолько серьезной, что Аурелии было и вовсе не до смеха. Он поднялся с дивана.
— Так, может быть, завтра днем? Я зайду за вами в пять часов.
— С нетерпением буду ждать, сэр. — Она тоже встала и направилась к двери. Лира спокойно шла рядом. — Позвольте вас проводить. Наш дворецкий уже очень стар, а его преемник слишком молод, как вы, вероятно, и сами заметили. Иногда проще все сделать самой.
— В нашей стране это сочли бы странным, но, как говорится, в чужой монастырь… — Он легко рассмеялся.
— Вот именно, — согласилась Аурелия, открывая дверь и протянув ему руку.
Он поцеловал ей руку и пробормотал:
— До завтра, миледи.
— До завтра. — Она даже сумела удержаться и захлопнула дверь только тогда, когда он спустился с крыльца. Потом передернулась, чувствуя себя так, словно под платье забрался слизняк и теперь ползет у нее по спине, оставляя мокрый след. На мгновение Аурелия решила, что все это ей не по силам, но тут же отбросила сомнения прочь. Гревилл ее защитит. Ей нечего бояться.
Лира ткнулась носом ей в ладонь. Аурелия легонько потянула собаку за уши. Ей нечего бояться.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Порочные привычки мужа - Фэйзер Джейн


Комментарии к роману "Порочные привычки мужа - Фэйзер Джейн" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100