Читать онлайн Поцелуй вдовы, автора - Фэйзер Джейн, Раздел - Глава 25 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Поцелуй вдовы - Фэйзер Джейн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.08 (Голосов: 37)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Поцелуй вдовы - Фэйзер Джейн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Поцелуй вдовы - Фэйзер Джейн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Фэйзер Джейн

Поцелуй вдовы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 25

Ежась от холода, Уилл Мелфри поглубже надвинул капюшон и стал похож на улитку, выглядывающую из раковины. Он на чем свет стоит ругал Джека Стедмена, заставившего его бодрствовать всю ночь, в то время как сам лейтенант нежился в теплой постели и радовался, что нашел хорошее наказание за преступление. А это вовсе не преступление. Ведь Уилл тогда нашел себе замену. Просто он забыл предупредить об этом Джека.
Уилл поглубже засунул руки в карманы плаща. При дыхании из его рта вырывался парок, хорошо видный в темноте. Естественно, он допустил промах. Хозяина Джека Стедмена, Хью де Боукера, сердить нельзя. Когда дело касается верности и чувства долга у людей, подвластных ему, он предъявляет к ним исключительно высокие требования – Джек, будучи его лейтенантом, придерживается тех же стандартов, и Уилл считает это неуместным энтузиазмом.
Тихий скрип калитки в воротах вернул его к действительности. Он отступил за угол стены, где его нельзя было увидеть. Калитка открылась, и со двора вышел крупный толстый мужчина и что-то сказал привратнику.
Уилл вгляделся в него. Когда мужчина повернул голову, он увидел бородку клинышком и мясистые щеки. На мужчине был ярко-желтый плащ. Уиллу было сказано искать человека с огромным брюхом, толстого, в цветастой одежде и с бородкой клинышком.
Мужчина направился к реке, и Уилл последовал за ним на безопасном расстоянии. У пристани мужчина забрался в ожидавшую его барку. Он сел, и на него упал свет факела. Уилл увидел, что незнакомец чем-то расстроен.
«Он выглядит таким же несчастным, как я сам несколько минут назад», – подумал Уилл и, сунув два пальца в рот, свистнул, подавая сигнал лодкам, ждавшим пассажиров в стороне от барки. Легко впрыгнув в одну из них, он приказал гребцам следовать за баркой. В нем вспыхнул азарт охотника, он уже горел желанием действовать. Его ночное бдение принесло результаты, а лорд Хью не только всегда наказывает провинившихся, но и вознаграждает отличившихся.
К утру Робину стало хуже. Хью стоял рядом с лекарем и с ужасом смотрел на сына, в котором едва теплилась жизнь. Дыхание мальчика стало учащенным и хриплым, кашель уже не отпускал, кожа была сухой и горячей.
День выдался пасмурным, поэтому в комнате зажгли много свечей. Робин почти не протестовал, когда лекарь поставил мерзких пиявок на его руки и пах.
– Очень сильная лихорадка, милорд, – проговорил лекарь, вытаскивая из бутыли пиявок и готовясь заменить ими тех, что уже напились крови.
Лекарь был невысоким полным мужчиной с длинной бородой. У него отвратительно воняло изо рта. Его одежда знала лучшие дни, а ботинки скрипели. Медицина являлась прибыльной профессией только в том случае, если врачу улыбалась удача постоянно лечить домочадцев какого-нибудь богатого дворянина.
– Вижу, что сильная, – процедил Хью, с отвращением глядя на пиявок, присосавшихся к телу его сына. – Что еще вы можете ему дать?
– Ну, у меня есть настойка. Надеюсь, она поможет, – неуверенно проговорил лекарь, роясь в сумке. – Но если это потница… или, прости Господи, чума…
– Господи, да он же не потеет! – вскричал Хью. – Уж лучше бы потел! И в округе нет чумы. К тому же за последнюю неделю он почти не выходил из дома.
– А остальные в доме здоровы? – Лекарь почесал в затылке и нахмурился.
– Да, насколько мне известно.
– Что вы ему даете? – раздался от двери голос Джиневры. Она выглядела не менее встревоженной, чем Хью. – А может, стоит попробовать иссоп и эхинацею, как вы думаете? – спросила она у лекаря, подходя к кровати.
Тот пожал плечами.
– Сомневаюсь, мадам. Когда такая сильная лихорадка, единственное, что можно сделать, это поставить пиявки и молиться. – Он заменил насосавшихся пиявок свежими.
– Тебе нельзя находиться здесь, – сказал Хью Джиневре. – Ты можешь заразиться и заразить девочек.
– Как и ты, – напомнила она ему. – Я бы хотела ухаживать за ним. И Тилли тоже. Она опытная сиделка. Научилась на бедняках.
Хью отрицательно замотал головой:
– Нет, я не хочу, чтобы кто-то, кроме меня, ухаживал за ним.
– Почему? – удивилась Джиневра. – Почему ты не даешь мне делать то, что я умею?
Хью опять замотал головой, но не ответил и, наклонившись над Робином, приподнял его веки. Белки пожелтели.
Джиневра секунду смотрела на него, а потом круто повернулась и вышла.
Девочки ждали ее у двери.
– Мама, что с Робином? – спросила Пен, хватая мать за руку.
– Это все еще вино действует? – осведомилась Пиппа.
– Нет, дорогая. У Робина лихорадка. Лекарь пускает ему кровь. – А можно на него посмотреть? – спросила Пен.
– Нет, потому что ты можешь заразиться.
– Мы можем нюхать ароматические шарики, – предложила Пиппа. – Ведь они предохраняют от лихорадки, правда?
– Не всегда. Идите делать уроки. Если к вечеру Робину станет лучше, вы навестите его.
Девочки побрели к учебникам, а Джиневра спустилась вниз. Она понимала страх Хью за сына, но не могла взять в толк, почему он запрещает ей ухаживать за ним.
Хью проводил лекаря до двери и прошел в зал. Джиневра, склонившаяся над пяльцами, подняла голову и взглянула на мужа. Хью стоял поставив ногу на каминную решетку и устремив взгляд вдаль.
– Я не очень верю в кровопускание, – тихо сказала Джиневра. – В большинстве случаев оно только ослабляет больного.
– Ты не врач, – отрезал Хью. – Правовед, опытный управляющий – да, в этом тебе не откажешь. Но не уверяй меня, что ты ко всему прочему еще и врач. Или я ошибаюсь?
Джиневра велела себе не обращать внимания на его раздраженный тон.
– Нет, – покачала она головой, – я тебя в этом не уверяю. Но, как у любой жены и матери, у меня есть некоторый опыт.
– Да, опыт, но вот успешный ли? – Хью пристально взглянул на нее. – Скольких мужей ты залечила до смерти, Джиневра?
Она на мгновение закрыла глаза.
– Хью, я понимаю твою тревогу за Робина, но это не дает тебе права бросать мне такие обвинения.
Хью пожал плечами:
– Я просто задал вопрос. И вполне обоснованный. Я полагаю, что ты приложила руку к лечению тех из своих мужей, которые оказались живы, пусть и на короткое время, после несчастного случая.
«Неужели между нами всегда будут стоять эти подозрения?»
Джиневра с безнадежным видом всплеснула руками и встала.
– Мне нужно кое-что обсудить с мастером Краудером.
Хью смотрел ей вслед. Она двигалась с присущей ей грацией, голова была гордо поднята, плечи расправлены. Он не хотел говорить то, что сказал, слова сами сорвались с языка. Страх и подозрения полностью лишили его здравого смысла. Тихо чертыхаясь, он пошел к лестнице.
Свернув в коридор, который вел к комнате Робина, он лицом к лицу столкнулся со слугой по имени Тайлер.
– Что тебе здесь понадобилось? – возмущенно спросил он. Кухонная прислуга редко появлялась в той части дома, где находились покои хозяев.
– Мастер Краудер, милорд. Он послал меня проверить лампы и, где надо, подлить масла, – ответил Тайлер, опустив глаза и всем своим видом демонстрируя почтение. В руке он держал флягу с ламповым маслом. – Я просто проверял лампы в спальнях, сэр.
Хью насторожился:
– Как я понял, домом ведает мастер Милтон.
– Мастер Краудер заведует припасами, сэр, – ответил Тайлер, не поднимая глаз. – Он хотел знать, сколько масла сожгли за прошлый вечер.
– О! – Хью не нашел ничего подозрительного в таком объяснении, однако ему не нравилось, что новые слуги поднимаются на верхние этажи дома, и он решил обсудить этот вопрос с Краудером.
Отпустив Тайлера, он вошел в комнату Робина.
Лампа, только что наполненная, была прикручена. Робин лежал неподвижно и едва дышал. Джиневра была права. Пиявки не принесли улучшения.
Хью сжал пальцы в кулак и ударил им по ладони. Его охватил ужас. Он ясно понимал, что сын умирает у него на глазах. Робин слабо закашлял, его веки дрогнули, и на секунду его безучастный взгляд остановился на отце.
Вдруг Хью осенила мысль, что мальчика надо унести из дома. Здесь даже воздух пропитан злом. Хью был не из тех, кто склонен к подобным фантазиям. У него не было времени на разговоры о колдовстве, проклятиях, сглазах. Его побуждало к действию нечто, чему не было рационального объяснения. Нечто, некто убивает его сына, и он должен унести его подальше от этого дома.
Хью завернул Робина в одеяло и поднял на руки. Мальчик был ужасающе легким. Хью поспешно вышел из комнаты и чуть ли не бегом спустился по лестнице.
Джиневра опять сидела на скамье в зале. Она вскочила, увидев, что Хью направился к входной двери.
– Хью, что ты делаешь? Куда ты несешь Робина? – протягивая к нему руку, спросила она.
– Уношу его отсюда, – коротко ответил Хью. – Это место вредно для его здоровья.
Побледнев, Джиневра взглянула ему в лицо. В его глазах была ярость и что-то еще… невероятно, в его глазах было обвинение. Рука Джиневры бессильно упала.
– Что ты имеешь в виду?
Он не мог рассказать ей о своих подозрениях – у него не было оснований, лишь твердая уверенность в том, что с его сыном сотворили зло. И мотив для такого поступка был только у Джиневры.
– Я еще ни в чем не уверен, – бросил он и вышел. Джиневра не двигалась. Неужели он винит ее в болезни Робина? Невозможно. Не исключено, что он сомневается в ее непричастности к смерти Стивена Мэллори, однако он никогда, даже в самом жутком кошмаре, не должен был думать, что она способна причинить зло Робину. Ведь она мать. Он не может верить в это.
И все же по его взгляду Джиневра поняла, что он верит.
Она внезапно почувствовала слабость и, проведя рукой по лбу, обнаружила, что он покрыт испариной. Как жить с человеком, который при первой же оказии обвиняет ее в чудовищных вещах? Как делить с ним постель, вынашивать его ребенка?
Она медленно провела рукой по животу, потом опустилась на скамью и откинула голову на резную спинку. Она всегда, еще до того как появлялись первые признаки, знала, что забеременела. В последнее время она редко задумывалась над этим и ждала, когда ее подозрения подтвердятся настолько, что можно будет объявить об этом во всеуслышание. Она рассчитывала, что на это понадобится неделя. А пока это будет оставаться сугубо ее тайной, дарящей много радости.
Возможно, Хью ничего такого не думает. Возможно, она просто неправильно его поняла. Он боится за Робина, он в отчаянии. Хью не дает отчета в своих словах. Конечно, все обстоит именно так. Когда Робин будет вне опасности, они обязательно поговорят.
Робин должен поправиться. Нельзя даже думать о том, что этого не произойдет. Но куда его унес Хью? Только сумасшедший мог вынести из дома больного ребенка. К сожалению, ей не удалось остановить его. Джиневра снова ощутила на себе его взгляд. Осуждающий. Обвиняющий.
Хью выложил на стол горстку серебряных монет.
– Марта, – обратился он к хозяйке крохотного домика на Ладгейт-Хилл, – это деньги на врача, лекарства – в общем, на все, что может понадобиться Робину. – Он бросил взгляд на сына, который лежал на соломенном тюфяке, и с мукой в голосе спросил: – Он выживет?
Старуха, все это время рассматривавшая мальчика, выпрямилась, держась за спину.
– Не могу сказать, милорд. Выглядит он плохо. Но если, как вы говорите, в доме витает зло, тогда с Божьей помощью вы вовремя унесли его оттуда. – Она перекрестилась. – Бедняжка. Он всегда был таким здоровеньким, таким шустрым. А его матушка была святой – да упокоит Господь ее душу. Два дня мучилась в родах и не издала ни звука. Она была доброй душой. – Старуха снова перекрестилась.
Хью готов был разрыдаться – он не переживал так, даже когда умерла Сара, – и хватался за соломинку. Марта была его единственной надеждой. О ее существовании знал только Робин. И еще мальчик знал о том, что отец платит ей крохотную пенсию – на большую у него просто не было денег – в память о том, что она когда-то была горничной Сары и помогла Робину появиться на свет. Так что мальчика тут никто не найдет.
Мальчик закашлял. Хью показалось, что прошла целая вечность, прежде чем приступ закончился. Он покрылся холодной испариной. Марта что-то помешала в кружке и снова склонилась над ребенком. Приподняв Робина, она поднесла кружку к его губам.
– Идите домой, милорд. От вас уже ничего не зависит. Возвращайтесь вечером – посмотрим, как пойдут дела.
– Я не могу оставить его.
– У меня лучше получается, когда я одна.
Поколебавшись, Хью приблизился к тюфяку и поцеловал сына в раскаленный лоб. Впервые в жизни он понял, что такое бессилие, и пребывал в отчаянии. Вдруг он подумал, что Джиневра, наверное, в последние месяцы, когда пыталась выбраться из сети, которую он набросил на нее, чувствовала то же самое.
Что значит для нее сознание, что сейчас он понимает, как это было ужасно?
– Ступайте домой, – тихо повторила Марта. – Возвращайтесь вечером. Тогда уже можно будет судить.
Хью помедлил, а потом, безнадежно махнув рукой, вышел из дома. Вскочив на лошадь, он поскакал вниз по холму.
Лошадь бежала как-то странно и неуверенно. Хью сильнее натянул повод и почувствовал, что седло соскальзывает. Он осадил жеребца и спешился. Ага, подпруга ослабла – вот что беспокоило лошадь. Затягивая подпругу, он провел рукой под ремнем, чтобы удостовериться, что он хорошо натянут. Внезапно его пальцы наткнулись на неглубокий надрез на внутренней стороне ремня. В конюшне плохо следят за упряжью.
Да ведь это же обязанность Робина! В его задачу входит заботиться о снаряжении отца. В Хью снова поднялась волна страха и отчаяния. Он вскочил в седло и поскакал к Холборну.
У него не было желания ехать домой, встречаться с Джиневрой, сидеть рядом с ней, делить с ней хлеб. Он сомневался, что сможет скрыть свои подозрения. Однако деваться некуда. Она должна быть под присмотром. Если она задумала разделаться с Робином, значит, и его жизнь в опасности.
Хью въехал во двор, и к нему из конюшни выбежал Тайлер.
– Как мальчик, милорд? – обеспокоенно спросил он. – У меня сын такого же возраста.
Перед отъездом лошадь седлал именно Тайлер. И он держал на руках Робина, пока Хью садился в седло. При этом Тайлер открыто выражал свое сочувствие.
– Он в надежных руках, спасибо, – ответил Хью, задумчиво разглядывая слугу. Тайлер, кажется, действительно мастер на все руки, как говорила Джиневра.
Он и на кухне, и в конюшне, и в доме – ухитряется поспевать везде и быстро стал незаменимым.
– Проверь подпругу, – приказал Хью. – Она ослабла, когда я ехал домой. На ремне есть небольшой надрез.
– Слушаюсь, милорд. Проверю, как только расседлаю его.
Хью пошел к дому.
Тайлер, прищурившись, минуту смотрел ему вслед. Он упустил мальчишку. Единственная надежда на то, что лорд Хью опоздал. И вероятнее всего, он действительно опоздал. Но надо проверить. А пока сосредоточить все усилия на отце.
Джек Стедмен встретил Хью у черного хода:
– На пару слов, милорд.
– В чем дело, Джек? – Хью снял перчатки.
– Уилл Мелфри исчез, сэр. Я оставил его у дома хранителя печати, а на рассвете послал за ним, но его там не было.
Хью нахмурился:
– Ты оставил его на ночь, несмотря на то, что я не видел смысла в наблюдении?
– Это вопрос дисциплины, милорд.
– Гм. – Хью не хотел вмешиваться в отношения Джека с его подчиненными. – Он мог уйти по собственной воле?
Джек отрицательно покачал головой:
– Вряд ли. Он отличный парень, только иногда взбрыкивает. Уилл бы никогда не покинул пост, голову даю на отсечение.
– С ним мог произойти несчастный случай?
– Возможно, но я не знаю, сэр. – Джек опять покачал головой. – Он отлично владеет и мечом, и кулаками. Надо хорошенько потрудиться, чтобы прикончить его. Мы обыскали все улицы вокруг особняка.
– И где же он, по-твоему? – Хью догадался, что у Джека есть собственное мнение на этот счет.
– Не могу говорить наверняка, сэр, но если он увидел нашего человека – что маловероятно, сэр, – то пошел за ним.
Хью шлепнул перчатками по ладони.
– Если так, то он вернется.
– Да, сэр. – Давай подождем.
– Да, сэр.
Хью прошел в зал. Объяснение Джека показалось ему неправдоподобным. Вряд ли гости хранителя печати будут ни свет, ни заря шататься по улицам.
– Где Робин, сэр? Он поправится? – Едва Хью вошел в зал, к нему бросилась Пиппа. – Куда вы его увезли?
Хью заставил себя улыбнуться – обычно для него не составляло труда улыбнуться ребенку.
– Он поправится, – твердо проговорил он.
– Где он, лорд Хью? – присоединилась к сестре Пен.
Хью поверх голов девочек посмотрел на Джиневру, стоявшую у стола и вопросительно смотревшую на него. И снова принужденно улыбнулся.
– Он у старого друга, – ответил он. – У человека, который отлично умеет ухаживать за больными. Давайте пообедаем. Уже поздно, а у меня еще есть дела.
Они сели за стол, остальные домочадцы тоже заняли свои места. За обедом царила гнетущая атмосфера – каждый остро ощущал отсутствие Робина. Хью тайком наблюдал за Джиневрой. Он убеждал себя, что абсурдно подозревать ее в попытке отравить его за обеденным столом. Он слишком поддался своим фантазиям. Она не сможет за общим столом всыпать яд в еду или питье – ведь тогда отравятся все. Однако он все равно нервничал и ел только то, что ела она.
А у Джиневры пропал аппетит. Ее муж снова превратился в резкого, подозрительного субъекта. В нем не осталось ни доброжелательности, ни теплоты, ни страсти, а ведь раньше эти чувства были на поверхности. Даже когда он гневался, в нем бурлила страсть. А сейчас он изменился. И это невыносимо. В это трудно поверить. Постепенно замешательство уступило в ней место гневу.
– Мы должны поговорить, – повелительно произнесла она. – После обеда.
– Как пожелаешь, – безучастно сказал Хью. – У меня будет несколько минут.
После этого Джиневра обращалась только к девочкам и магистру, который, изо всех сил пытаясь заполнить неловкие паузы, обсуждал успехи своих учениц. Хью молчал, но его молчание все объясняли тревогой за Робина.
Когда обед закончился, Джиневра встала из-за стола:
– Магистр Говард, вы бы оказали мне большую услугу, если бы пошли гулять с девочками. Погода отличная, а им нужно побольше узнать о городе.
– Им понадобится эскорт, – сказал Хью. – Старику и двум девочкам нельзя просто так болтаться по улицам! Это абсурдно! Джек! – обратился он к лейтенанту, собиравшемуся встать из-за стола.
– Да, сэр? – тут же подскочил тот.
– Выдели троих для сопровождения магистра Говарда и дочерей леди Джиневры. Они хотят пойти на прогулку.
Джек кивнул и ушел. Пиппа смотрела на Хью расширившимися глазами.
– Вы сердитесь, – заключила она. – Почему вы сердитесь, лорд Хью?
– Он не сердится, – возразила ей Пен. – Лорд Хью беспокоится за Робина.
– Да, Пен, – уже мягче проговорил Хью. – Я ни на кого не сержусь, Пиппа. – Он улыбнулся ей и потрепал ее за подбородок. – Пусть ваша прогулка будет приятной.
Пен колебалась. Чуткая по натуре, она вопросительно смотрела на Хью, как будто понимала, чего ему стоила эта улыбка, и ждала, что он снова станет самим собой. Затем она перевела взгляд на мать.
– Идите за плащами, – мягко сказала та. – Негоже заставлять магистра ждать.
Пиппа потянула сестру за рукав, и они пошли к лестнице.
– Вы желаете поговорить со мной, мадам? – обратился Хью к Джиневре. Его голос был спокойным, а в глазах ничего не отражалось.
– Поднимемся наверх, – предложила Джиневра. – Такие вопросы лучше обсуждать, когда никто не мешает. – Она пошла вслед за дочерьми, и в каждом ее движении сквозило неподдельное возмущение.
Они вошли в спальню, и Хью закрыл дверь. – Ну?
– Что значит ну? – спросила Джиневра, круто поворачиваясь к нему. Она встала спиной к окну, и падавший на волосы свет превращал их в нимб. – Хью, что происходит?
Хью тер подбородок, решая, как ответить. Обвинения вертелись у него на языке, но он не находил в себе сил произнести их.
– Я беспокоюсь за Робина, вот и все.
– О, я понимаю, – тихо сказала Джиневра. – Но почему ты набрасываешься на меня? Почему ты на меня так смотришь?
– Как? – Хью пытался сдерживать себя.
– Ты сам знаешь. Ты меня в чем-то подозреваешь? – Он промолчал, и Джиневра повторила свой вопрос: – Вы меня подозреваете, милорд? Надеюсь, у вас хватит смелости высказать свои подозрения мне в лицо. – Она невесело рассмеялась. – Ну, Хью, скажи.
– Что сказать? Мне нечего говорить. – Он повернулся к камину и носком сапога подтолкнул полено в огонь. – Мой сын при смерти. Что еще говорить?
– Что ты подозреваешь меня в причастности к его болезни, – заявила Джиневра. – Я убила своих мужей или хотя бы одного из них. В этом ты убежден. Так почему бы мне не совершить еще одно злодеяние? Если мне нужно вернуть свои земли, то надо отделаться от Робина, а потом от тебя. Или сначала от тебя. Это не имеет значения. – В ее голосе слышалось презрение. – Я не могу жить с человеком, который может поверить в такое.
– Я не верю в это, – возразил Хью. – Ты несешь вздор, Джиневра. Болезнь Робина выбила меня из седла. Естественно, я веду себя не так, как всегда. А теперь, если мы покончили с этой чушью, я хотел бы вернуться к своему сыну. – Он направился к двери.
– Если ты не веришь в это, то почему не разрешил мне ухаживать за ним? Почему унес из дома?
Хью остановился, взявшись за ручку двери:
– Не знаю. Я не способен рассуждать здраво. И надеялся на какое-то понимание с твоей стороны. – Он открыл дверь и вышел.
Джиневра села у окна на скамью. Он отрицает, что подозревает ее, но разве она ожидала чего-то другого? Он никогда не обвинит ее в таком чудовищном поступке, пока не найдет доказательств. Может, он хочет усыпить ее бдительность и застать врасплох?
Хью прошел на конный двор и велел подать лошадь. Тайлер бросился в денник и спустя несколько минут вывел его жеребца.
– Хотите, чтобы я сопровождал вас, милорд? Чтобы подержать вашу лошадь, прогулять ее, пока вы будете заниматься делами?
Хью колебался и размышлял, рассеянно проверяя упряжь. Кажется, все в порядке, все ремни целы. Он не любил оставлять свою лошадь без присмотра на улице, а сегодня ее придется оставить надолго, так как он не хочет спешить. Да, пусть кто-то последит за его жеребцом, пока он будет с Мартой и Робином. Но с другой стороны, нельзя открывать местопребывание Робина, даже слуге. Ладно, он оставит Тайлера и лошадь у таверны, в нескольких кварталах от домика.
– У тебя нет других дел? – Хью вскочил в седло.
– Нет, я свободен на пару часов, милорд. Буду, счастлив, помочь вам. – Тайлер подобострастно улыбнулся.
– Отлично. – Хью придерживал бьющего копытом жеребца. – Тогда оседлай себе лошадь.
Тайлер вывел из конюшни мышастого пони, неловко взобрался на него, и они выехали со двора.
Хью очень спешил, охваченный тревогой. Что он сейчас увидит? А вдруг Робину стало хуже? Он обнаружил, что не может думать о своем разговоре – если это можно так назвать – с Джиневрой. Он догадывался, что его слова не убедили ее, однако он сможет, открыто предъявить ей обвинения, только когда у него будут доказательства. А доказательствами он займется, когда Робин пойдет на поправку. Пока же он может думать лишь о сыне.
У таверны Хью спешился и дождался Тайлера.
– Не знаю, как долго я буду отсутствовать. Купи себе эля, если хочешь. Выгуливай жеребца каждый час. Жди меня здесь.
– Слушаюсь, милорд.
Тайлер взял жеребца под уздцы и привязал его и пони к коновязи, а потом побежал за Хью, который уже успел скрыться за углом. Прячась за выступами, выжидая за углами, Тайлер крался за ним, а потом, выяснив, что тот направляется к крохотному домику в одном из переулков, вернулся к таверне.
Хью вошел в дом, нагнув голову, чтобы не удариться о притолоку. Его глаза не сразу привыкли к полумраку.
– Как он? – В его голосе слышался страх.
– Пока без изменений, милорд, – ответила Марта, сидевшая на табуретке возле кровати. – Если хуже не станет, можно надеяться.
Хью с облегчением вздохнул. Он подошел к кровати и склонился над сыном. Мальчик все еще метался в жару, его глаза были закрыты, но в нем произошли почти неуловимые перемены, которые давали основания для надежды. Его дыхание стало менее прерывистым, и казалось, что боль перестала мучить его.
– А кашель?
– Чуть лучше. Чем бы он ни дышал раньше, в моем доме совсем другой воздух. Здесь этого нет.
– Что ты имеешь в виду? – Хью пристально взглянул на старуху.
Та пожала плечами.
– Похоже, мальчик дышал чем-то вредным, – сказала она. – Вы правильно сделали, что унесли его из дома.
– Яд?
Она снова пожата плечами:
– Это не мне решать, сэр.
– Да, – согласился Хью, – не тебе.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Поцелуй вдовы - Фэйзер Джейн



Отличный роман!Я читала его давно, но он ни с чем не сравним и незабываем))
Поцелуй вдовы - Фэйзер ДжейнАнастасия
22.01.2013, 13.23





интересный сюжет сильные герои может немного независимая гл героиня для своего времени но все может быть... вообщем 10
Поцелуй вдовы - Фэйзер Джейнтатьяна
22.01.2013, 19.55





Остановилась на 15 главе, дальше не могу читать, белебердятина на мой взгляд (если такое слово существует). Гг везет гг-ню в Лондон на суд, где ее могут казнить, подозревает в убийстве 4-го, а возможно всех мужей, претендует на ее земли, сам занимается с ней сексом и хочет чтобы она вела себя так к/б у них отношения, она якобы такая умная, перед королем глупости морозит ... Моя оценка 2/10
Поцелуй вдовы - Фэйзер ДжейнАсем
7.08.2013, 5.20





Очень хороший и позитивный роман.
Поцелуй вдовы - Фэйзер Джейннека я
18.12.2013, 20.14





Очень хороший и позитивный роман.
Поцелуй вдовы - Фэйзер Джейннека я
18.12.2013, 20.14





Очень хороший своеобразный роман, волнующий и чувственный. Интересный сюжет, есть интрига; небанальные ГГ-ои, такие сильные натуры и глубоко прописанные характеры. В общем, есть за что зацепиться, правда, малость, затянут и местами более похож на семейный роман, чем любовный:))образы детей крепко вплетены в сюжетную линию, а так очень даже достойное чтиво.
Поцелуй вдовы - Фэйзер ДжейнAlinushka
25.04.2014, 18.32





Это первый роман трилогии о Джиневре и ее дочерях. Роман интересный. Проникаешься большой симпатией к героине и ее возлюбленному. Спасибо предыдущим комментаторам. Благодаря им узнала,что есть продолжение. Сегодня прочла третий роман, о нем я оставила комментарий выше. Мне этот роман очень понравился. как и вся трилогия. Жалко в конце было расставаться с героями.
Поцелуй вдовы - Фэйзер ДжейнСофия
13.06.2014, 17.05





Роман понравился как и вся трилогия
Поцелуй вдовы - Фэйзер ДжейнЕлена
29.07.2014, 11.50





из нескольких прочитанных книг данного автора, эта, пожалуй, единственная понравилась.
Поцелуй вдовы - Фэйзер Джейнлёлища
18.01.2016, 10.07





Отличнейший роман!
Поцелуй вдовы - Фэйзер ДжейнКнигоманка.
27.09.2016, 12.39








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100