Читать онлайн Фиалка, автора - Фэйзер Джейн, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Фиалка - Фэйзер Джейн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.22 (Голосов: 116)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Фиалка - Фэйзер Джейн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Фиалка - Фэйзер Джейн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Фэйзер Джейн

Фиалка

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

Сент-Саймон направлялся к полевому госпиталю. Там лежало много людей из его бригады, и посещение полковника должно было поднять их дух, хотя вряд ли так же отразилось бы на его собственном. Те из его людей, кто не покоился в братских могилах, не лежал искалеченный в госпитале, теперь пустились в гнусный разбой и разгул в Бадахосе. Сделать их снова умными, добросердечными, честно сражающимися людьми, какими он их знал, было нелегко. И, скорее всего, единственное, что могло бы помочь, — это виселицы. Сент-Саймон знал, что главнокомандующий пойдет на этот страшный шаг, и будет так же прав, как и тогда, когда разрешил своим солдатам предаться разгулу в поверженном городе.
— Вы ведь полковник Сент-Саймон?
Этот вопрос отвлек его от мрачных размышлений, как только он сунул голову в первую же палатку. Хирург, размахивавший мясницким ножом, поднял голову от грубо сколоченного стола на козлах, где лежал без сознания связанный человек. Правая нога его была обнажена до колена, торчала наружу прорвавшая кожу неровная зазубренная кость.
— Да, — ответил Джулиан и замолчал. Ему показалось, что он не знает хирурга.
— Простите меня. Мне довелось повстречаться прошлой ночью с весьма необычной молодой женщиной, она сказала, что она ваш друг, что она ваш очень близкий друг. — Хирург вытер рукавом влажный лоб, — Она была весьма настойчива и требовала, чтобы я немедленно занялся ее ранеными… Она была очень настойчива… Сказала, что и лорд знает, кто она.
— Виолетта, — сказал Джулиан скорее про себя, чем вслух. — А что она здесь, собственно, делала?
— Вывозила с поля боя раненых на лошади, такой великолепной белой лошади… Никогда не видел такого коня. — Хирург снова наклонился к пациенту, который задвигался и застонал. — Извините, он приходит в себя, прежде чем это произойдет, я должен отнять ему ногу.
Полковник кивнул и вышел. Услышав хруст перепиливаемой ножом кости, он прикрыл глаза. Вот, значит, как Тэмсин провела ночь — вывозя раненых на своем впечатлительном Цезаре. То, что она предлагала свою помощь солдатам, как-то не вязалось с ее ненавистью к ним. Но, с другой стороны, разве могла она не принять хоть какого-то участия в ужасных событиях прошедшей ночи. Он уже было начал недоумевать, почему она не оказалась в числе людей Пиктона, карабкавшихся на стены замка.
Он много узнал за то время, что провел с нею в своей палатке. Сдерживая слезы, она тихо, но совершенно ясно и разумно говорила о той страшной ночи. Она рассказала ему об ужасной бойне в Пуэбло-де-Сан-Педро, и ему было нетрудно представить, как это все происходило. Ему тоже случалось видеть подобное.
Но теперь полковник Джулиан Сент-Саймон был в замешательстве. Образ Фиалки принимал иные очертания. Сейчас он замечал сложное сплетение противоречий там, где прежде видел только беспринципность и восхитительную чувственность. Разбойница, чьего обольщения он опасался и обманчивым чарам которой должен был противиться всеми силами, теперь превратилась в молодую женщину, оставшуюся в мире одинокой после чудовищного убийства любимых родителей.
Девушку, чей привычный образ жизни был разрушен, брошенную в пекло войны выживать, как она сама знает и умеет.
Этот новый портрет вызывал тревогу: в нем Джулиану упорно мерещились прежние черты. Чудилась игра на известной сентиментальности Веллингтона, на том, что непременно произведет определенное впечатление ее патетический рассказ. Но чувствовал он также и то, что она не старалась специально затронуть струны его души, когда рассказывала ему правду о той страшной ночи, гибели родителей и родной деревни. Джулиан не знал, как связать эти два образа воедино. Мысли его были прерваны, когда он увидел носилки, на которых лежал, прерывисто дыша, рядовой из его бригады. Лицо его частично скрывала окровавленная повязка.
— Хирург говорит, что утром тебя отправят в Лиссабон, Картер, — обратился к раненому Сент-Саймон. — Так, что выберешься отсюда навсегда.
— Я об этом не пожалею, сэр, — сказал ему человек с забинтованным лицом. — Но я потерял нос. Что скажет миссис?
— Она будет рада, что ты вернулся с руками и ногами, — ответил Джулиан, потрепав его по плечу. Он проследовал дальше, понимая, насколько неубедительно такое утешение, но это было все, что он мог сказать.
Тэмсин лежала в ванне в своей комнате в Эльвасе. Над водой, доходившей ей только до бедер, струился пар. Она пыталась решить, имел ли ее эмоциональный срыв какое-нибудь отношение к Джулиану Сент-Саймону. Он случился без всякого расчета с ее стороны и все же мог послужить благой цели.
Полковник был явно тронут ее рассказом. Он был нежен и внимателен, старался утешить, и, когда ее рассказ был окончен, а слезы наконец высохли, приказал слуге заварить чай. Они молча сидели на узкой походной кровати, Сент-Саймон обнял ее… Она была ему благодарна за это молчание больше, чем за все остальное. Его поведение было верхом тактичности: поток неуклюжих слов утешения только обесценил бы ее горе и боль.
Позже полковник сам отвез ее в Эльвас и проводил до квартиры.
А теперь Тэмсин наконец избавлялась от въевшихся в ее кожу копоти, пыли и грязи. И ей нужен был кувшин чистой воды, чтобы смыть мыло.
Как бы в ответ на ее невысказанную просьбу появилась запыхавшаяся от беготни по лестнице сеньора Браганца с медным кувшином свежей воды. Тэмсин поблагодарила ее и встала в ванне во весь рост. Поток горячей воды обрушился на ее волосы и тело, и Тэмсин вздрогнула от наслаждения.
Сеньора выстирала ее рубашку и нижнее белье, но они уже были изрядно поношены, а бриджи просто невозможно было привести в порядок. Срочно требовалась новая одежда, а лавки в Эльвасе ломились от вещей, но до возвращения Габриэля она не располагала деньгами. А когда вернется Габриэль, ей уже не понадобится покупать одежду — он привезет весь ее гардероб, а также сокровища, унаследованные от отца и надежно спрятанные от его убийц.
"Может быть, следовало намекнуть полковнику Сент-Саймону, что она нуждается в небольшом займе. Это могло послужить предлогом для новой встречи.
Она надела свое донельзя заношенное платье. Сеньора не сумела удалить с бриджей пятна крови, но по крайней мере ее кожа и волосы были чистыми.
Тэмсин посмотрелась в покрытое мутными разводами стекло, служившее зеркалом. Ну что ж, учитывая обстоятельства, не так уж и плохо. В каком-то смысле она чувствовала себя очистившейся не только физически, но и морально. И где-то внутри нее теплился радостный огонек — Джулиан Сент-Саймон пережил ужасы штурма и остался в живых, — и это ее грело.
Она с жадностью втянула доносящиеся с кухни ароматы стряпни и вприпрыжку побежала по лестнице.
Сеньора приготовила наваристый суп из капусты, картофеля и сдобренных специями колбасок и теперь, покачивая головой, наблюдала, как ее постоялица поглощала одну за другой две большие миски похлебки, заедая их толстыми ломтями хлеба с хрустящей коркой. После этого, чувствуя себя полной сил и готовой на подвиги, Тэмсин взяла Цезаря и отправилась в лагерь на поиски полковника.
Но в то время, когда Тэмсин искала Сент-Саймона в лагере, полковник находился в штаб-квартире Веллингтона, куда был срочно вызван из госпиталя.
Джулиану было ясно, что главнокомандующий находился в странном расположении духа. Его удовлетворение победой было окрашено печалью от потери многих тысяч лучших его людей. Угнетало герцога и то, что он принял жестокое решение отдать Бадахос на разграбление выжившим. Как и Сент-Саймон, он полагал, что, если бы в январе он подал пример жестокости при взятии города Родриго, гарнизон Бадахоса сдался бы в положенное время, и это избавило бы обе стороны от ненужных страданий. Но никто бы тогда не поддержал жестокую бойню и расправу над сдавшимся гарнизоном, хотя на будущее это послужило бы хорошим уроком.
— Джулиан, речь пойдет о Фиалке. — Веллингтон приступил прямо к делу, как только полковник вошел в комнату. — Вы подумали о ее предложении?
— Для этого едва ли можно было сыскать время, — заметил Джулиан. — Но ответ у меня прежний. Я не могу согласиться на такое.
Веллингтон помрачнел и, заложив руки за спину, начал мерить комнату шагами.
— Нам нужна ее информация, Джулиан. Я намерен выгнать французов из Испании этим летом и к осени вступить во Францию. Мне необходимо знать все об этих перевалах, и требуется большая свобода маневра там, где могут находиться партизаны. Виолетта может помочь.
— Я этого не отрицаю.
У Джулиана возникло такое чувство, что его прижали к стенке и у него уже не остается пути к отступлению.
— Но я думаю, что она продаст свои сведения и за что-либо иное, не обязательно платой должна быть моя персона.
— О! Послушайте, друг мой, не надо преувеличивать! — пожурил его герцог. — От вас требуется только шесть месяцев вашего времени, и более ничего.
Он лукаво прищурил глаза:
— Простите, что касаюсь этого, но, видимо, она считает" у нее есть основания надеяться на ваше согласие.
— У нее нет таких оснований, — заявил Джулиан решительно. — Я не давал ей никакого повода для подобной надежды.
— Понимаю. — Веллингтон почесал нос. — Но она ведь весьма необычная молодая женщина.
— Дикарка, разбойница и интриганка, — объявил полковник с вновь вспыхнувшей решительностью. — Я не хочу участвовать в ее играх. Готов пари держать, что, если предложить ей значительную сумму, она продаст вам все свои сведения с потрохами и глазом не моргнет.
— Может, и так, хотя я сомневаюсь в этом… Кларета
type="note" l:href="#note_12">[12]
?
Герцог направился к полковнику с графином вина.
— Благодарю вас, — Джулиан выжидал, понимая, что битва еще не выиграна. Он принял предложенный стакан и кивнул в знак благодарности.
— Я в этом сомневаюсь, — продолжил командующий, как если бы их разговор и не прерывался. — Я глубоко убежден, что она знает себе цену и ни пяди не уступит. Она хочет только одного… и. Боже милосердный, я не могу ее за это винить. Бедное маленькое создание — она осталась одна на свете. Ей наверняка не больше девятнадцати. Какое будущее ее ждет, когда у нее нет ни друзей, ни семьи?
Джулиан пил мелкими глотками вино и молчал, вспоминая отчаяние и одиночество девушки. Несмотря на это, он был убежден, что определение «бедное маленькое создание» никак не соответствует образу осиротевшей дочери Эль Барона и его английской подруги.
— Уверен, что она сумеет найти семью своей матери, — задумчиво продолжал герцог. — Но для нее было бы лучше предстать в менее экзотическом виде. Это скорей расположит к ней… и вызовет большую симпатию… Вы так не думаете?
— Возможно, — сухо согласился Джулиан, не уступая при этом ни на дюйм.
Веллингтон задумчиво смотрел на него.
— Ну что же, если уж вы так категорически против, значит, и говорить не о чем. Но есть кое-что еще, и я хочу это обсудить с вами.
Джулиан выдержал долгую паузу, вовсе не убежденный, что его главнокомандующий сдался.
— Мне нет нужды говорить вам, насколько скептически настроено правительство в отношении этой кампании, — продолжил наконец Веллингтон. — Они утверждают, что мы преувеличиваем значение побед, что они достаются нам слишком высокой ценой, считая и людские потери, и денежные затраты.
Джулиан кивнул. Все знали, что в английском правительстве существует оппозиция Веллингтону и как трудно для него было получить финансовую и материальную поддержку, необходимую для ведения Полуостровной кампании.
— Мне нужен кто-нибудь, способный отправиться в Англию и представить наше дело в Вестминстере, — сказал герцог. — Надежный человек, которого уважают в правительстве, способный дать отчет о кампании из первых уст. В донесениях невозможно представить дело должным образом, а наблюдатели из штатских — это черт знает что! Они не имеют ни малейшего представления о том, что происходит, даже когда это случается у них под самым носом.
— И вы решили, что для этого подхожу я, — подытожил Джулиан невыразительным тоном. — Он наполнил кларетом стакан командующего, а потом налил себе.
— Вы были бы прекрасным эмиссаром, — сказал Веллингтон. — Самый молодой полковник в моей армии, блестящая карьера, через год-другой — генеральский жезл. Вас бесчисленное количество раз упоминали в донесениях, поэтому имя Сент-Саймона хорошо известно в правительственных кругах. Они прислушаются к вашим словам.
Джулиан молчал, не спеша давать ответ, а на него все так же лукаво смотрел Веллингтон. Тема не нуждалась в развитии. Всем было известно, что полковник лорд Джулиан Сент-Саймон имел древнейший в стране титул и его состояние исключало даже подозрения в корысти, а поместья занимали несколько графств. Такое положение в обществе делало его более чем могущественным представителем Веллингтона в глазах лордов в Вестминстере.
Джулиан подошел к окну и, хмурясь, посмотрел на улицу.
— Вы хотите, чтоб я покинул армию как раз перед началом летней кампании, — заметил он наконец. — Оставить мою бригаду, когда ей предстоят месяцы маршей и сражений…
— Ручаюсь, что ваша миссия в Лондоне имеет первостепенное значение, Сент-Саймон. — Теперь Веллингтон говорил резким тоном главнокомандующего, и нотка доверительности исчезла из его голоса. — У меня полно полковников, которые могут принять командование вашей бригадой, но нет больше ни одного, кто мог бы взять на себя дипломатическое поручение. Если хотите, я на время вашего отсутствия присвою О'Коннору полевой ранг полковника. Думаю, рана его не столь тяжела, чтобы понадобилось отправлять его домой. Герцог помолчал, потом сказал с нажимом:
— Как только вернетесь, тотчас получите звание бригадира. Сердце Джулиана подпрыгнуло. От бригадира до генерала было рукой подать, а он рассчитывал получить генеральский жезл к тридцати годам. Правда, он полагал получить его за заслуги на поле боя… за успехи в сражениях… а не благодаря вовремя сказанной фразе или любезной улыбке в коридорах Вестминстера.
— Должен ли я понимать, что вы командируете меня в Лондон, сэр?
— Именно так, полковник.
Джулиан отвернулся от окна.
— А то, другое дело?
— О, послушайте, Джулиан. — Теперь Веллингтон улыбался. — Конечно, вы могли бы сопроводить ее в Англию, взять под свое покровительство и помочь вступить в контакт с семьей матери. Ведь вы как-никак все равно едете туда.
— О, обязанности сопровождающего не тяжелы, — сказал Джулиан сухо. — Но не этого хочет Виолетта. Если помните, ей нужен преподаватель хороших манер.
Веллингтон хмыкнул.
— Крайне самоуверенное маленькое существо, да? Джулиан вздохнул.
— Тут я не стал бы с вами спорить, сэр.
— Так вы возьмете это на себя?
— Предположим, я позабочусь о том, чтобы снять для нее подходящий дом и найти гувернантку, — предложил полковник. — Отвезу ее в Англию, а воспитание возложу на какую-нибудь уважаемую особу женского пола. И тогда я вернусь сюда через несколько месяцев. Веллингтон пожал плечами:
— Предоставим это решать Виолетте. Если она согласится, то и я буду удовлетворен Моя задача — получить от нее информацию.
— Я пошлю за ней Сандерсона. — Джулиан направился к двери, чтобы отдать распоряжение адъютанту. Когда он вернулся в комнату, командующий стоял у открытого окна, слушая беспорядочный шум, доносившийся из Бадахоса.
— Пусть веселятся до завтра, а если они и после этого не утихомирятся, мы поставим на площади виселицы, — констатировал герцог спокойно. — Повесим пару мародеров, и это приведет их в чувство.
— Они будут в плохой форме, сэр.
— Да, знаю. Деморализованы, унижены — нечто вроде похмелья. Осада — дело грязное, Джулиан.
— Да уж, нет ничего хуже, — согласился Сент-Саймон мрачно, потягивая вино.
Через пять минут вернулся Сандерсон и сообщил, что Виолетты нет на квартире, а ее лошади — в конюшне.
— Бросила нас? — Веллингтон вопросительно поднял брови, глядя на полковника. Джулиан покачал головой.
— Нет, она так легко не отступается. Кроме того, она обещала этому шотландцу, своему телохранителю, дождаться его в Эльвасе. — Он поставил стакан. — Пойду поищу ее.
Сент-Саймон вышел, гоня от себя тревожную мысль, что она могла вернуться в Бадахос. Это было бы крайне глупо и бессмысленно, но у Виолетты были свои понятия и критерии, недоступные для понимания обычного человека. Он не мог взять в толк, почему беспокоится о ней, и это его раздражало.
Она стремительно ворвалась в его жизнь и карьеру, перевернула все вверх дном, манипулировала его чувствами с такой же легкостью, как своими и его страстями, и все-таки ему было необходимо знать, что она в безопасности.
Он нашел ее сидящей в кругу офицеров возле своей палатки, Цезарь пасся рядом на скудной траве.
— О, а вот и вы, милорд полковник, — приветствовала она его лучезарной улыбкой.
— Мне понадобилась небольшая помощь, поэтому я отправилась искать вас. А Доббин очень любезно приготовил мне чаю.
Она указала на эмалированную кружку, которую держала в руке.
— Как приятно, — сказал Сент-Саймон сухо. — Джентльмены, неужели у нас нет сегодня других дел, кроме отдыха за чашкой чаю?
— Мы говорили о положении в Бадахосе, — быстро проговорила Тэмсин, пока ее собеседники поднимались на ноги. — Капитан Фробишер рассказывал про девушку, которой я помогла сегодня утром. А другим вашим товарищам удалось отстоять вход в монастырь. Они как раз проводили туда несколько групп женщин и вернулись из города передохнуть Джулиан уже пожалел о своем сарказме, видя их измученные лица.
— Прошу прощения, — с готовностью извинился он, улыбнувшись своей неотразимой улыбкой, которая с детства всегда обеспечивала ему прощение. — Я не в духе, но не хотел ворчать.
— О, да мы все не в духе, — сказал Френк, устало улыбаясь в ответ.
— Мы тут думали, как бы заставить наших доблестных воинов убраться с улиц.
— Сначала отдохните. Попробуем это сделать сегодня вечером. К тому времени они уже допьются до бесчувствия и спокойно подчинятся. — Он снова повернулся к Тэмсин.
— Веллингтон хочет поговорить с тобой, Виолетта. Если можешь, пойдем сейчас же.
Это не было похоже на просьбу, но Тэмсин только улыбнулась и сказала лукаво:
— Я всегда буду счастлива пойти с вами, милорд полковник. Я не устаю вам это повторять.
Губы Джулиана плотно сжались, а ярко-синие глаза взметнули столб искр, в то время как его товарищи старались сдержать усмешки.
— Позвольте помочь вам сесть на лошадь, мэм, — предложил Френк прежде, чем гнев Джулиана обрел голос.
Он подставил Тэмсин ладони, и она со словами благодарности вскочила в седло.
Взяв в руки поводья, всадница царственно подняла бровь, глядя на все еще кипящего гневом полковника, и промолвила:
— Я готова сопровождать вас, сэр.
Не говоря ни слова, Джулиан повернул коня и двинулся по узкому проходу между рядами палаток. Тэмсин весело махнула на прощание рукой своим собеседникам и последовала за ним.
Они гуськом проехали по понтонному мосту, въехали в Эльвас, а затем повернули к конюшне при штаб-квартире. Так же молча Джулиан поднялся впереди нее по лестнице и вошел в здание.
— Его лордство один, Сандерсон?
— Да, сэр. Несколько минут назад лорд Марч ушел от него.
— Хорошо.
Полковник постучал в дверь, открыл ее и жестом дал понять своей спутнице, что ей следует войти в святилище первой.
— Добрый день, сэр, — приветствовала Тэмсин главнокомандующего. — Могу я поздравить вас с такой великой победой?
Нельзя было не заметить горькой иронии, крывшейся под внешней учтивостью. Веллингтон бросил на нее пронзительный взгляд и нахмурился.
— Мои люди сражались, как тигры, — объявил он. — И умирали как герои.
— Не сомневаюсь, — ответила она тем же тоном. — Полковник Сент-Саймон говорил, что вы хотите побеседовать со мной.
Она устроилась на широком подоконнике и взглянула на герцога, по-птичьи склонив набок свою солнечную головку. Лицо ее выражало полное внимание. «Она похожа на задорную малиновку», — подумал Джулиан, и, несмотря на раздражение, это его позабавило.
— Мы хотим сделать вам предложение. Оно исходит от полковника, поэтому, может быть, он сам объяснит, в чем оно состоит.
Тэмсин перевела на полковника взгляд, выражавший крайнюю степень готовности к разговору.
— Я вся обратилась в слух, милорд полковник. Джулиан изложил свое предложение невыразительным голосом и лицо его оставалось при этом бесстрастным, а Тэмсин слушала, не отрывая от него широко раскрытых глаз. Когда он закончил, она все с той же любезностью заметила:
— О нет, это совсем не подойдет.
Этот спокойный отказ был встречен изумленным молчанием. Некоторое время оба мужчины молча смотрели на нее, и Сент-Саймон сказал:
— А почему, собственно, не подойдет?
— Ну вы же понимаете, что простая гувернантка не даст мне того, в чем я нуждаюсь, — сказала она рассудительно. — Семья моей матери явно аристократического происхождения, а значит, мне надо уметь вести себя в самых высших кругах общества. Как может этому научить гувернантка? Мне потребуется множество разных сведений о самых аристократических семьях, о том, что касается манер, капризов, различных ухищрений, умения одеваться и всего того, что может знать только человек, вхожий в этот круг. А как гувернантка представит меня, когда я буду готова? За меня должен поручиться человек безупречной репутации… и вскользь упомянуть о любезной протекции герцога Веллингтона… — Еще одна обольстительная улыбка в сторону главнокомандующего.
— А в ее речах есть смысл, Джулиан.
Джулиан встретил твердый взгляд своего командира и прочел в нем приказ. Он резко повернулся к окну. Тэмсин с отсутствующим видом изучала свои ногти.
— Черт бы тебя побрал, Виолетта! — прошипел он. — Будь ты проклята, хитрая, изворотливая ведьма!
Пожалуй, это был неподходящий момент, чтобы просить о небольшом займе. Тэмсин подняла глаза и робко улыбнулась, пробуя свои силы.
— Я не буду обузой, милорд полковник, обещаю вам. Я буду самой послушной ученицей, и вы сможете мною гордиться.
Лицо Сент-Саймона выразило столь полное недоверие, что Веллингтон дал себе волю и разразился похожим на ржание смехом.
— Она вас поймала, Джулиан. Вы теперь сшиты крепко, как рождественский гусь.
Джулиан подошел к Тэмсин. Он наклонился над ней, положив руки на окно по обе стороны от ее головы, и тихо сказал, так, что слышать его могла только она:
— А может быть, ты откусила слишком большой кусок, Виолетта? Такой, что не сможешь прожевать? Я ведь заставлю тебя прыгать через обручи до тех пор, пока ты не перестанешь отличать сегодня от завтра. Я тебя предупредил!
Тэмсин провела языком по губам и прищурилась:
— Думаю, я смогу проглотить все, что вы мне предложите, милорд полковник.
Их взгляды встретились. В них были вражда, вызов и еще — возбуждение, которое охватывает бойцов перед хорошей схваткой.
Потом Джулиан выпрямился и заговорил обычным, лишенным выражения голосом.
— Итак, мы согласны заплатить твою цену, Виолетта. Теперь наступило время расплачиваться тебе.
— Конечно, — согласилась она.
Веллингтон вызвал Сандерсона, чтобы тот вел записи, и они начали. Сент-Саймон, сидя на стуле у камина, внимательно вслушивался в неторопливый рассказ Виолетты, стараясь обнаружить в нем уклончивость, любой намек на то, что она, возможно, их морочит. У них не было способа проверить ее сведения, оставалось только верить ей на слово. Она была скользкой, как угорь, но, как заметил он, если уж она обещала играть честно, то вела честную игру.
Почему он питал к ней такое доверие, он и сам не знал.
Разговор был долгим и утомительным. Наконец Тэмсин начертила подробную карту с указанием перевалов через горы Гвадеррамы, потом потянулась, выгнув спину.
— Думаю, это все, что я обещала.
— Да, — сказал Веллингтон, удовлетворенно кивая. — Благодарю вас.
— Не скажу, что это доставило мне удовольствие, — искренне призналась Тэмсин.
— О! Не говори мне этого! — фыркнул Джулиан. — За свою информацию ты получаешь именно то, что хочешь.
— Верно. («А это означает, что теперь я отомщу Пенхэлланам».) Так мы отправимся, как только приедет Габриэль?
— Чем скорее, тем лучше! — резко сказал он. — И я хочу, чтобы все это было засвидетельствовано на бумаге. — Он сделал знак Сандерсону, все еще сидевшему за столом. — Договор на шесть месяцев, считая с сегодняшнего дня — седьмого апреля 1812 года. Будет считаться истекшим седьмого октября. Неважно, достигнешь ты своей цели или нет. Ясно?
— Отлично.
Сандерсон деловито записал сказанное, посыпал лист бумаги песком и передал его Тэмсин, на подпись.
— Как формально, — пробормотала она, расписываясь на документе. — Каждый сочтет, что вы мне не доверяете, милорд полковник.
— Каждый сочтет, что у меня есть все основания не доверять тебе, — возразил он, направляясь к двери.
— О! — Тэмсин побежала вслед за ним и догнала уже у лестницы. — Раз наш контракт действует с сегодняшнего дня, хотя наше путешествие еще не началось, я чувствую себя вправе попросить об одолжении. Не могли бы вы дать мне небольшую ссуду? Только пока не вернется Габриэль?
Он остановился у выхода на улицу и недоверчиво посмотрел на нее.
— В довершение всего ты еще хочешь одолжить у меня денег?
— Только чтобы купить кое-какую одежду. Та, что на мне, просто разваливается. Я возвращу вам деньги сразу после приезда Габриэля.
С минуту он смотрел не нее в мрачном молчании, потом кивнул.
— Хорошо. Раз, как ты сказала, наша договоренность начинает действовать с сегодняшнего дня, я согласен, тебе действительно срочно необходима другая одежда. Я знаю нужное место. Жена полковника Делакура рассказала мне о нем. — Он быстро пошел по улице, не оглядываясь и не убедившись, следует ли она за ним.
Тэмсин заколебалась. Выражение его лица несколько смутило ее: в глазах была насмешка, исключавшая дружелюбие. Потом, пожав плечами, она последовала за ним. Но, чтобы догнать его, ей пришлось перейти на бег.
— Вам незачем меня сопровождать, милорд полковник.
— Не называй меня так.
— Почему же? — спросила она с невинной улыбкой.
— Мне не нравится твой тон.
— Ах! Так как мне вас называть?
— «Полковник» прекрасно подойдет. Можно лорд Сент-Саймон, если ты предпочитаешь это. Тэмсин скорчила гримаску.
— Такое обращение кажется мне слишком формальным, если придется общаться целых шесть месяцев.
— У нас не будет никакого общения. — Он старался не повысить голоса.
— О!
Сент-Саймон свернул в узкую боковую улочку, и Тэмсин последовала за ним.
— Почему бы мне не звать вас Джулианом?
— Мои друзья зовут меня так, но не вижу причины, почему ты должна к ним присоединиться.
Он толкнул дверь в прохладное, тускло освещенное помещение, где располагалась лавка модистки. У дверей звякнул колокольчик.
— Входи.
Тэмсин остановилась на пороге.
— Думаю, я смогу купить здесь белье? Право же, вам нет никакой надобности сопровождать меня, милорд полковник.
Сент-Саймон не ответил, только положил руку ей на талию и слегка подтолкнул внутрь лавки.
Тотчас к ним вышла женщина в платье из темного бомбазина
type="note" l:href="#note_13">[13]
, в белом накрахмаленном муслиновом переднике.
На плечи ее была наброшена черная кружевная мантилья. Хозяйке лавки достаточно было бросить на посетителя один беглый взгляд, чтобы определить его ранг, и, когда она по-испански приветствовала полковника, в улыбке ее сквозило подобострастие.
— Добрый день, сэр. Чем могу служить?
Второго посетителя она в полумраке приняла за низкорослого юношу.
— Моей спутнице требуются одежда и белье, словом, поменять весь гардероб.
Сент-Саймон подтолкнул Тэмсин вперед, к падавшему из окна свету.
— Думаю, будет проще всего, если она снимет всю одежду, а потом мы начнем.
— Эй, минутку, — вмешалась Тэмсин. — Мне нужна новая пара панталон, рубашка из батиста или шелка и пара чулок. Сеньора, конечно, не торгует бриджами, я найду их где-нибудь в другом месте.
Сент-Саймон, не обращая внимания на ее слова, спокойно объяснил удивленной сеньоре:
— Ей нужны панталоны, рубашка, нижние юбки, шелковые чулки и платье… что-нибудь простое. Думаю, муслин или батист. Когда в последний раз ты надевала нижние юбки? — поинтересовался он, не обращая внимания на ее растущее раздражение.
— Никогда, — ответила она презрительно. — Сесиль тоже их не носила… разве что очень редко, — добавила она. — Думаю, это было частью их любовной игры. Нижние юбки крайне непрактичны для того образа жизни, что мы вели.
— Зато они практичны для той игры, которую ты затеяла, — заявил Джулиан. — Собственно говоря, они даже необходимы. Не забывай, что именно по твоему настоянию я взял на себя бразды правления в этой игре. Так что будь любезна принимать мои правила. А что касается сегодняшнего дня, то ты сейчас наденешь женскую одежду.
— Но… но предполагается, что мы поедем в Лиссабон верхом, а там уж сядем на корабль. Как я смогу ехать верхом в женской одежде?
— Так, как это делают другие женщины, — сказал Сент-Саймон. — Если ты, конечно, не захочешь путешествовать в карете на рессорах.
— О, не говорите глупостей!
Она нетерпеливо повернулась к двери.
— Я останусь в чем есть до тех пор, пока не вернется Габриэль. Он привезет весь мой гардероб.
Джулиан взял ее за руку и повернул к себе. Его спокойный, уверенный взгляд остановился на ее раскрасневшемся лице:
— Ты хочешь аннулировать контракт, Виолетта? Ее румянец стал еще ярче, а глаза загорелись:
— А вы готовы пойти на попятный, сэр? Он покачал головой, все еще не отпуская ее и не сводя с нее глаз.
— Я предупредил тебя, что мы будем играть по моим правилам. Если они тебе не по вкусу, можешь в любой момент выйти из игры.
Тэмсин, борясь с собой, в досаде прикусила губу. Он только и ждал, чтобы она дала ему повод расторгнуть их соглашение. Она говорила, что готова принять любые условия. Неужели она спасует при первом же неудобстве? Тем более с этими нижними юбками раньше или позже все равно придется смириться. Просто она еще не готова перестать быть Фиалкой. У нее останется достаточно времени для превращения, когда они доберутся до мирной зеленой английской земли, которую так часто описывала Сесиль.
— Ну? — спросил Джулиан, почувствовав, что сеньора смотрит на них, открыв рот от любопытства и пытаясь постигнуть суть их обмена колкостями.
Тэмсин приняла решение. Она высвободила руку, сказала с ледяным равнодушием:
— Не вижу никаких сложностей, — и начала расстегивать рубашку.
— Эй… эй! — Сеньора издала нечленораздельное восклицание и поспешила укрыть необычную покупательницу за узорчатым экраном.
Тэмсин раздевалась и бросала свою одежду поверх экрана. На полу образовалась куча из башмаков, чулок, панталон, рубашки и бриджей. А сеньора тем временем приносила разнообразное нижнее белье, с некоторой нерешительностью предлагая его на инспекцию полковнику.
— Ты что предпочитаешь — шелк или батист? — спрашивал Джулиан, роясь в кипах отделанных кружевами блузок.
— Шелк, — отвечала Тэмсин, высовывая золотистую головку из-за экрана. — Но только никаких оборочек и лент! Они за все цепляют.
— Примерь это. — Он бросил ей кремовую шелковую рубашку и переключил внимание на панталоны. — Панталоны тоже, я думаю, шелковые?
— Нет, батистовые, — коварно заявила Тэмсин, — и никаких оборок.
— Тут может возникнуть трудность, — размышлял он вслух, встряхивая изящную одежду под испуганным взглядом хозяйки лавки. — Вот эти, пожалуй, самые простые, какие только мне удалось найти. Но на них розовые ленты.
— Уф! — Тэмсин появилась из-за экрана в рубашке, доходившей ей до верхней части бедер.
— Дай-ка мне взглянуть!
— Бог мой! — застонала сеньора, когда полковник отступил в сторону, чтобы дать весьма скудно одетой девушке посмотреть выбранную им одежду.
И святой не смог бы против этого устоять. Она наклонилась над прилавком. Их тела соприкоснулись. Рука Джулиана скользнула по ее бедру. Он почувствовал, как она напряглась, но как ни в чем не бывало продолжала рассматривать тончайшие, как дымка, шелк и батист, наваленные горой. Его рука скользнула выше под рубашку, он провел ладонью по шелковистой коже. Тэмсин бросила на него искоса лукавый взгляд и улыбнулась.
Джулиан почувствовал, что дыхание его участилось. Куда девалась его решимость противостоять чарам разбойницы? Не удержавшись, он сильно ущипнул упругое тело и услышал, как Тэмсин судорожно вздохнула. Затем он с деловитым видом повернулся к хозяйке:
— Покажите мне какие-нибудь платья, сеньора. Сомневаюсь, что у вас найдется что-нибудь достаточно маленькое. Думаю, подойдет что-либо из детских вещей.
После такого явного и рассчитанного оскорбления Тэмсин утратила интерес к этой обольстительной игре. Она повернулась, готовая возмутиться, но полковник и хозяйка уже отошли в глубь лавки и занялись дальнейшими обсуждениями. Она схватила пару относительно скромных панталон, батистовую нижнюю юбку, шелковые чулки, пояс и вернулась за экран.
— Думаю, вот это подойдет, — Джулиан выбрал платье из муслина кремового цвета с пышными рукавами, перетянутое ниже груди лиловым кушаком. Оно было украшено каймой и обшито лиловым кантом по краю причудливо сделанного выреза.
Тэмсин вышла из-за экрана. Лицо ее выражало сдержанное отвращение. Сморщив нос, она рассматривала платье.
— Какое тонкое и непрочное! Я порву его сразу же, как только за что-нибудь задену.
— Надеюсь, ты не будешь в процессе ходьбы задевать окружающие предметы, — заметил полковник, надевая на нее платье через голову.
С сознанием выполненного долга он отступил в сторону, и сеньора поспешила на помощь, чтобы застегнуть все крючки, пуговицы и завязать кушак.
— Его надо укоротить дюйма на два, — сказала хозяйка, которая успокоилась теперь, когда ее покупательница оказалась одетой должным образом. — Я могу это сделать за полчаса.
Тэмсин прошла несколько шагов, путаясь в складках.
— Это же нелепо. Как можно двигаться, когда вся эта материя закручивается вокруг ног?
— Похоже, что большинство женщин без труда справляется с этим, — возразил Джулиан. — Кроме того, когда платье будет короче, станет удобнее.
Он глядел на нее, не в силах сдержать улыбки. Несмотря на то, что Тэмсин чувствовала себя явно не в своей тарелке, платье произвело в ее внешности разительную перемену. Легкая фигурка обрела воздушность и изящество — платье подчеркивало линии ее груди и изящные очертания бедер. Маленькая голова с шапочкой бледно-золотых шелковистых волос венчала длинную стройную шею, грациозно выступавшую из низкого выреза платья.
— Лютик, — сказал он со смехом. — Ты больше не фиалка, ты лютик на солнце.
Выражение лица Тэмсин безошибочно подсказало ему, какое отвращение вызывает у нее подобное определение. Она сделала еще один круг по комнате и остановилась перед длинным овальным зеркалом.
— Санта Мария, — пробормотала она. — Я выгляжу нелепо. Я стану посмешищем для всего города. Она посмотрела из зеркала на Джулиана:
— Я поняла, чего вы хотите… Отомстить мне. Он покачал головой:
— Вовсе нет. Ты думаешь, что люди будут смеяться над тобой только потому, что ты выглядишь как женщина, вместо того чтобы походить на какого-то недавно спустившегося с гор гермафродита?
— Ну я-то буду над собой смеяться, — печально заметила она.
— Привыкай, — посоветовал полковник. — Именно так ты будешь выглядеть, пока будет действовать наш контракт.
— А вы не упустите возможности поквитаться со мной, верно? — Она повернулась к Сент-Саймону.
— Нет, — согласился он. — Никогда.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Фиалка - Фэйзер Джейн



Очень понравился роман, чем то похож на Возлюбленный враг, но история другая. Пылкая разбойница просто завораживает.А Гг просто класс.Читала на одном дыхании, не пожалела потраченного времени.
Фиалка - Фэйзер ДжейнАлена
23.12.2013, 12.09





Прекрасный роман! Рекомендую! 20+
Фиалка - Фэйзер ДжейнМарта
3.06.2014, 18.44





Прочла с удовольствием. Герои весьма привлекательные.
Фиалка - Фэйзер ДжейнСофия
4.06.2014, 16.06








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100