Читать онлайн Бархат, автора - Фэйзер Джейн, Раздел - Глава 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Бархат - Фэйзер Джейн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.79 (Голосов: 28)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Бархат - Фэйзер Джейн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Бархат - Фэйзер Джейн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Фэйзер Джейн

Бархат

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 12

Джейк был на седьмом небе от счастья и не мог к нему сразу привыкнуть. Он болтал всю дорогу и был слишком возбужден, чтобы обращать внимание на окружающее. Мальчик спрашивал, в какие магазины они пойдут, что Габриэль хочет купить и смогут ли они купить мороженое в небольшом чайном магазинчике на набережной. Примми однажды привозила мороженое: тогда ребенку нужно было идти к зубному врачу и лакомство ему дали для храбрости. Впереди у Джейка был прекрасный, долгий, бесконечный день…
Габриэль внимательно слушала бесконечную болтовню мальчика, пока они ехали по длинным деревенским дорогам, обсаженным с обеих сторон колючим кустарником с множеством ярких ягод. «Будто на реке прорвало плотину», – думала Габриэль.
Джейк говорил без остановки. Казалось, он вообще не замолкнет. «Неужели его никогда не слушали?» – размышляла графиня, когда Джейк замысловато рассказывал ей о какой-то выдуманной им самим игре. Он очень точно все придумал и сейчас подробнейшим образом объяснял тонкости игры своей внимательной слушательнице. Было ясно: мальчик живет в выдуманном мире. А Натаниэль даже не имеет представления об этом.
Каким ребенком был Натаниэль? Наверное, таким же одиноким, как Джейк, но менее жизнерадостным. Сын суровой на вид шестой леди Прайд, конечно, отличался от сына мягкой и женственной Элен, седьмой леди Прайд.
Пока графиня де Бокер размышляла обо всем этом, одним ухом слушая болтовню ребенка, лорд Прайд проводил обыск ее вещей.
За долгие годы службы Натаниэлю не раз приходилось заниматься подобными делами, и тогда риск разоблачения был куда больше. На этот раз волноваться особо не приходилось: Прайд был у себя дома, он был спокоен, зная, что Габриэль ему не помешает и что никто даже не спросит его, что он делает в ее комнате, и не посмеет его прервать.
Поэтому лорд не спеша обдумал свои действия. С холодным спокойствием он, забыв про отношения с графиней, осматривал платья в шкафу, проверяя все швы. У Габриэль было немыслимое количество туфель – Натаниэль тщательно осмотрел все подошвы и каблуки, проверяя, нет ли в них полостей.
Он перебрал все кружевное белье в ящиках в поисках потайных карманов или швов. У Прайда было преимущество перед графиней: он знал, что в комнате нет тайников. Значит, если и было у нее что-то компрометирующее, то лишь в ее вещах, или, возможно, она умудрилась устроить собственные тайники в мебели или драпировках. Прайд осмотрел ее шкатулку с драгоценностями и слегка присвистнул, увидев бесценные бриллианты, из которых Габриэль носила едва ли половину.
Натаниэль внимательно изучил содержимое секретера и бегло просмотрел письмо от Талейрана, полученное ею утром. Она ничего не пропустила, когда читала его. Другой корреспонденции, даже журналов, не было.
Прайд закатал постель и прощупал матрас. Не было никаких подозрительных разрезов или комков внутри. Он тщательно прощупал шторы и полог кровати, заглянул под подушки, ковры, перевернул стулья.
Нигде ничего. Прайд спросил себя, действительно ли ожидал что-то найти. Ведь только теперь он понял, какое облегчение испытал.
Натаниэль потянулся в скупых лучах зимнего солнца, проникающих в окно, и потер пальцами серебристые виски. Потом его взгляд упал на книги, лежавшие возле окна. Почему-то он не заметил их раньше.
Лорд подошел к столу. Перед ним были копии «Дельфины» мадам де Сталь и «Философских писем» Вольтера. Натаниэль взял книгу Вольтера и встряхнул ее. Ничего не выпало из страниц. И в «Дельфине» он тоже не обнаружил никаких записок. Прайд лениво пролистал Вольтера еще раз. Он очень давно читал эти критические заметки о дореволюционных заведениях Франции. Подстрекательский тон книги стал причиной того, что автора отправили в ссылку, а потом долгое время считалось, что «Философские письма» Вольтера подстегнули начало революции.
Лорд листал страницы, пробегая текст глазами. Внезапно он похолодел, волосы у него на голове встали дыбом.
Лорд Прайд уставился на один длинный абзац, в котором некоторые буквы были слегка подчеркнуты простым карандашом. На полях было много едва приметных заметок.
С камнем на сердце он отнес книгу к себе в комнату и сделал копию с этого абзаца, включая и заметки на полях. Разбирать шифры было его любимым занятием на досуге. Затем Натаниэль положил книгу на место и оглядел комнату, проверяя, все ли было в порядке. Кровать была застелена аккуратнее, но никто этого не заметит. Он еще раз поправил покрывало и спустился в библиотеку – ждать возвращения Габриэль.
Прайд сразу понял, что перед ним – шифр: ведь он сам не раз пользовался подобным кодом. Он налил себе коньяку. Книги были идеальным средством связи – они не привлекали внимания, их было легко носить с собой. И лишь тот, кто бегло говорит на тайном языке шпионов, мог заметить и понять карандашные пометки.
Бегло говорит на языке шпионов… Боже святый! Из всех вероломных, двуличных шлюх, каких он знал… Она торговала своим роскошным телом и предавала.
Натаниэль бросил бокал в камин. Дорогой хрусталь разлетелся на куски, и коньяк, попавший на горевшие поленья, взвился вверх синим пламенем.
А он уже почти поверил ей! Он был на волосок от того, чтобы внедрить графиню де Бокер в лучшую тайную службу. Жизнь чуть ли не десятка французских агентов зависела бы от нее! На волосок от того, чтобы дать ей проникнуть в его собственную душу…
Какой идиот! Как он мог быть таким идиотом?! Этот ее смех, ее вызывающее поведение… дикая страсть, такая изощренная, чувственность… Она проникла ему под кожу, не обращая ни на что внимания, как какой-нибудь паразит… она разрушила ту защитную стену, которую он воздвиг между собой и окружающими после смерти Элен.
Она очаровала его самого и его сына для того, чтобы предать Прайда!
Холодный пот застилал глаза Натаниэля, его била дрожь. Джейк! Она использовала ребенка, сына Элен. Графиня с помощью своих злых чар хотела выведать все его секреты, хотела использовать все его слабые места. И он допустил это!
А ее друзья… Он же видел, как они вместе с Джорджи и Саймоном хохотали, распевая дурацкую песенку. Их связывало вместе проведенное детство. Даже это она сумела использовать. Ей удалось одурачить Саймона так же просто, как почти удалось одурачить его самого.
Лорд Прайд смотрел на огонь, и в языках пламени ему виделась другая Габриэль – она стонала от страсти в его объятиях, ее волосы разметались по подушке, а ногами она прижимала Натаниэля к себе, и их тела содрогались от наслаждения. Прайд с яростью отвел взгляд от огня, заставив себя забыть все, что ему только что пригрезилось. Он вышел из библиотеки и бросился вон из дома. Натаниэль бежал к реке, не замечая ветра, вздымавшего волны на водной поверхности. От этого ветра взъерошивались перья диких уток, прятавшихся в прибрежных камышах на том берегу. Стая диких гусей поднялась с воды при его приближении. Шум их крыльев и печальные крики птиц лишь обострили его горечь.
Прайд брел по берегу реки, и старался отогнать от себя воспоминания и обуздать эмоции. Он хотел, чтобы только холодный расчет управлял им. Ему удалось разоблачить двойного агента. Габриэль де Бокер была французской шпионкой, которая намеревалась предать страну лорда Прайда – точно так же, как он предавал ее страну. Просто, как дважды два. Оставался один вопрос: что ему с ней делать?
Натаниэль мог отвести ее к тем, кто знал, как получать от людей любые сведения. Из нее вытрясут все, что она знает, – все, до последнего слова. А затем графиню просто повесят. Шпионы не подчинялись гражданским законам, к ним относились, как к военным преступникам. Габриэль знала об этом. Она понимала, чем рискует, ввязываясь в это дело.
Или… или он мог использовать ее – так же, как она намеревалась использовать его.
Он получит не слишком большое утешение, посадив графиню в тюрьму, где палач будет испытывать на ней свои инструменты, а затем накинет ей на шею петлю. Это не поможет ему заживить свои раны и восстановить поруганную честь. Но что, если поменяться местами… и побить Талейрана и Фуше их собственным оружием. Это был отличный план! Вот что принесет ему удовлетворение! Он сплетет собственную паутину. Габриэль будет передавать ложные донесения своим парижским хозяевам, и ее информация парализует работу их шпионской сети.
Над рекой сгущались сумерки. Натаниэль остановился под старой ивой. Он нагнулся, чтобы подобрать плоский камешек, и бросил его в воду, камень несколько раз шлепнул по воде. Лицо Прайда было неподвижным, взгляд – колючим, когда он невидящим взором смотрел на другой берег. В любом случае он будет вести себя с Габриэль так, как будто ничего не случилось. Ему даже необходимо больше времени проводить вместе с ней – пусть она решит, что в ее обществе он чувствует себя свободным. А когда он сообщит графине, что передумал и готов принять ее на службу, она просто решит, что ей удалось его соблазнить.
Да так оно и было. О Господи, она же просто дурака из него сделала, сведя с ума своими черными глазами, божественным телом и неуемной страстью.
– Довольно! – Он сказал это вслух, с яростью и отчаянием пытаясь остановить волну отвращения к самому себе, поднимавшуюся в нем.
Очень медленно разум взял верх над эмоциями. Прайда трясло от порывов ледяного ветра, дующего с моря. Казалось, холод проникает ему под кожу, сковывает его члены, постепенно подбираясь к самому сердцу.
Пора было возвращаться и повернуться лицом к реальности. Натаниэль вошел в дом как раз в тот момент, когда экипаж остановился перед парадным входом. Прайд подождал, пока они войдут.
Глаза его сына светились от радости, рот был вымазан чем-то липким. Джейк говорил с Бартрамом, который отворил ему дверь, и пытался вовлечь в разговор об их поездке миссис Бейли, стоявшую рядом. Затем мальчик взглянул на отца и робко улыбнулся ему, как бы предлагая послушать.
– Я съел два розовых мороженых, а Габби купила несколько пар перчаток, а одна маленькая девочка продавала щенков в корзинке, а какие-то дяди устроили драку на пристани, и Габби сказала, что нам лучше уйти, потому что это грубые матросы…
Габриэль улыбалась мальчугану, стаскивая перчатки с рук. Она взглянула на Натаниэля, ей так хотелось, чтобы он разделил восторги ребенка.
Она использовала его сына! Рот Прайда наполнился горькой слюной, руки невольно сжались в кулаки. Он представил себе, как сдавливает ее длинную, стройную шею, как чувствует биение пульса, а его пальцы сжимаются все крепче и крепче…
И опять ему пришлось сдержать порыв ярости и успокоить себя.
– Ну, довольно, Джейк, – коротко отрезал он. – Тебе скоро ужинать. И, надеюсь, ты сможешь съесть что-нибудь после, того, как весь день объедался мороженым. Ступай в классную комнату.
Лицо Джейка будто погасло, слова замерли у него на устах, свет в глазах померк. Не говоря больше ни слова, он побежал к лестнице и стал подниматься наверх.
Габриэль слегка нахмурилась, а миссис Бейли, извинившись, вернулась на кухню.
– Резковато сказано, не правда ли? – произнесла Габриэль, направляясь в библиотеку. – Он не делал ничего плохого.
– Вас слишком долго не было, и я вовсе не в восторге от того, что он наблюдал за дракой пьяных матросов на пристани. Мне казалось, ты более разумна.
– Извини, – просто ответила графиня.
Казалось, что тот Натаниэль, с которым они вместе завтракали, исчез. Ей бы в жизни не пришло в голову бросить конфету в такого человека, что стоял сейчас перед ней. Впрочем, она стала привыкать к перепадам его настроения. Хотя это было непросто для маленького Джейка. Лишь на одно мгновение отец повернулся к нему, а затем вновь стал вести себя по-прежнему. Но доказывать что-то не имело смысла: графиня уже достаточно изучила Прайда, чтобы понимать, что ничего не добьется, если будет настаивать на своем.
– Пойду переоденусь к обеду.
Натаниэль взял себя в руки и примирительно улыбнулся.
– Извини, я не хотел быть грубым. Просто я уже начал беспокоиться: вас так долго не было. Хочешь бокал хереса?
Она старалась оживленно улыбаться. Прайд встретил их с таким видом, что у нее вмиг улетучилась вся радость от поездки с Джейком, К тому же и доме была какая-то странная атмосфера. Стало пусто и холодно, но, может, просто оттого, что уехала жизнерадостная Джорджи.
Да, без их недавних гостей в доме стало неуютно. Только их отъездом можно было объяснить напряженную обстановку. Габриэль пыталась расшевелить себя и Натаниэля, но тот никак не реагировал на ее попытки.
– Тебя что-то беспокоит? – спросила графиня, когда они встали из-за стола.
– У меня возникли кое-какие проблемы с одним из агентов в Тулузе, – ответил он. – Кажется, именно это меня расстраивает.
– О! – воскликнула Габриэль. – Может, тебе стоит обсудить эту проблему со мной?
– Нет, – Ответил лорд. – По крайней мере, не сейчас.
Габриэль удивленно подняла брови. Продвинулась ли она в своем деле? Она давала себе две недели на то, чтобы переубедить Натаниэля. Но, судя по всему, ей потребуется больше времени, прежде чем шеф тайных агентов признает себя побежденным и примет ее на службу.
– Ну что ж, оставлю тебя наедине с твоими размышлениями, – проговорила Габриэль. – Мне надо ответить на письмо крестного.
Графиня повернулась к лестнице, но, положив руку на перила, обернулась к лорду и спросила:
– Может, ты бы хотел что-то передать ему?
«Продажная тварь!»
– Не сейчас, – повторил он, улыбаясь. – Я отошлю твое письмо, когда ты его напишешь.
«И прочитаю, используя твой шифр, как только разберу его».
Габриэль с великой тщательностью составила письмо к своему крестному отцу. На вид это была пустая болтовня, но на самом деле она очень подробно описала всю свою деятельность, все, что она почерпнула из дневника Прайда. Графиня написала также о своей уверенности в том, что, если она проявит настойчивость, лорд Прайд примет ее на службу.
Графиня посыпала лист песком, затем сложила его и запечатала конверт, прежде чем отнести вниз и положить на столик для почты, откуда курьер Натаниэля заберет его.
Пятью минутами позже, когда Габриэль уже вернулась в свои покои, Прайд вышел из библиотеки, взял письмо и положил себе в карман. Позже он расшифрует послание в своей спальне.
Графиня постояла в своем будуаре, глядя в окно. Была ночь. Дождь барабанил по стеклу – тот самый надоедливый английский дождь. Габриэль задернула шторы и подбросила в камин дров. Сложив на груди руки, она смотрела на огонь. Впервые за все время с тех пор, как она замыслила отомстить за смерть Гийома, в ее душу закрался червь сомнения.
Что, если не Натаниэль виноват в смерти ее любовника? Захочет ли она тогда отомстить ему? Вполне возможно, что не он принимал решение об убийстве Гийома. Она состояла в секретных службах Франции уже пять лет. Но, будучи курьером, Габриэль никогда не встречалась с теми, кому доставляла сообщения, – она не знала ни лиц, ни имен этих людей.
Габриэль закрыла глаза, и перед ее внутренним взором встало лицо Гийома. Она слышала его голос – тихий и спокойный, слышала, как он говорит, что цель оправдывает средства. В их темном мире этические соображения никого не интересовали.
Шесть лет назад она по приглашению Талейрана вернулась во Францию. Графиня неохотно оставляла Англию и де Вейнов, но ее крестный сумел убедить ее: родной отец Габриэль, будь он жив, захотел бы, чтобы его дочь вернулась во французское общество, восстановленное после хаоса революции. Англия и Франция только что подписали Амьенский мирный договор, но мир был недолгим, и вскоре Габриэль ощутила, что эмоционально она связана с обеими враждующими сторонами. А потом она встретила Гийома и запрятала глубоко в душу не только свою привязанность к Англии, но и благодарность семейству де Вейнов.
Когда этой ночью Натаниэль пришел к ней в спальню, она встретила его с небывалой страстью. Габриэль не хотела думать ни о чем, кроме физической близости, которая приносила им обоим невероятную радость и наслаждение. Но, кроме страсти, их ничто не связывало.
На следующее утро Натаниэль проснулся первым. Спальня была наполнена неясным утренним светом. Прайд лежал и думал о том, что ему предстояло сделать. Затем он повернулся и посмотрел на рыжую головку, лежавшую рядом на подушке. Тонкие, с голубоватыми прожилками веки прикрывали черные, как ночь, глаза – то страстные, но насмешливые, то вызывающие, Черные ресницы лежали полумесяцами на порозовевших от сна высоких скулах. Вздернутый нос слегка посапывал. Внезапно ее губы крепко сжались, будто сны каким-то образом потревожили графиню.
«Так и должно быть», – с горечью подумал Прайд, размышляя о том, какой прекрасной шпионкой она была. Скрытое послание в ее письме было своего рода шедевром.
Натаниэль подумал, как бы ее разбудить. Девушке нравилось просыпаться медленно, так что…
Он приподнял колени таким образом, что простыня и одеяло оказались у него на ногах, а затем сбросил их на пол, подставляя обнаженное тело Габриэль морозному утреннему воздуху, дувшему из окна, и своему собственному взгляду.
Габриэль спала так крепко, что внезапная смена температуры лишь заставила ее съежиться. Она повернулась на бок и рукой стала шарить по постели в поисках одеяла.
Натаниэль слегка шлепнул ее по ягодицам.
– Вставай, Габриэль!
Девушка опять повернулась на спину и медленно открыла глаза. Затем она прикрыла грудь руками.
– Я замерзла. Где одеяло?
– Я сбросил его на пол.
– Негодяй!
Она уселась, потянулась за одеялом, все еще толком не понимая спросонья, что он ей сказал.
– Ох, вот так-то лучше, – с облегчением пробормотала графиня, натягивая на себя одеяло и закрывая глаза.
– Я сказал: «Вставай!». – Прайд разжал ее пальцы и снова откинул одеяло. – Тебе нужно заплатить долг чести.
Он наблюдал, как Габриэль удивленно моргала.
– Сегодня тот день, когда целых двадцать четыре часа у меня будет новая служанка, – объявил Прайд. – Похоже, я выиграл пари.
Габриэль закрыла глаза, чтобы скрыть обуревающие ее чувства. Она абсолютно забыла про их пари, занятая исключительно тем, что разгадывала его секреты и пыталась добиться его доверия. Впрочем, графиня не удивилась тому, что Натаниэль помнит. Такие вещи он должен помнить. И если сегодня воскресенье, как оно и было, то две недели миновали, а Натаниэль Прайд так и не нанял ее на службу.
Но, может быть, день занятий любовью изгонит демонов сомнения, которые обуревали ее в этот момент.
– Ну что ж, – медленно проговорила она, все еще не открывая глаз. – Насколько я помню, мы договорились, что наше пари одинаково замечательно и выиграть, и проиграть.
– Ты скажешь мне об этом в это же время завтра, – прошептал он. – А теперь я могу думать лишь о привилегиях победителя.
Габриэль открыла глаза.
– Итак, каковы ваши желания, мой господин?
– Первое. Я хочу быть уверенным, что в течение двадцати четырех часов каждая клеточка, каждый дюйм твоего тела будут в моем полном распоряжении. И твой язык – тоже, поэтому я бы попросил тебя его придержать. – Потянувшись, он погладил ее губы большим пальцем. – А поскольку я не хочу испытывать на себе твою силу убеждения, то повелеваю тебе молчать. С этого мгновения.
Глаза Габриэль говорили красноречивее всяких слов. В их бездонной тьме читались сомнение и протест. Она было непроизвольно открыла рот, чтобы сказать что-то, но Натаниэль зажал ей губы.
– А теперь, – произнес он, – тебе лучше исчезнуть за соседней дверью, пока я тут все приготовлю. Я позову тебя, когда надо.
Что-то в его тоне не понравилось Габриэль. Но они оба договорились играть в эту игру. Девушка выскользнула из постели и направилась к двери, ведущей в ее покои.
– Ах да… Габриэль… – Она остановилась, услышав его голос. – Не одевайся.
Так что у него на уме? Его указания говорили о том, что он собирается выполнить все условия их договора, но Габриэль чувствовала, что ее что-то раздражает.
Графиня завернулась в кашмирскую шаль и уселась на свое любимое место у окна, ожидая, когда он ее позовет. Но едва она успокоилась, и сомнения перестали терзать ее, как на ум Габриэль пришли мысли совсем иного свойства и по ее телу забегали мурашки возбуждения. Двадцать четыре часа – долгое время… А Натаниэль был изобретательным любовником с неистощимой фантазией.
Утро сменилось днем. Молчание, на которое он ее обрек, невероятным образом обострило все чувства. Прикосновения, ласки, запахи – все казалось необычным. У Габриэль было такое чувство, будто они находятся за пределами реальности. Вот они, не отрываясь, переменили позу, и Габриэль ощутила спиной прохладную простыню, хотя еще мгновение назад ее кожу обдавало жаром камина.
Во время этого молчаливого слияния она как никогда ощущала Прайда, чувствовала каждое его движение. Временами графиня отстранялась от него и как бы со стороны смотрела на них. И тогда ей становилось страшно, потому что она тут же вспоминала, что за отношения их связывают. Но через мгновение она опять все забывала, выполняя его тихие указания, которые уносили их в мир блаженства.
За эти долгие часы занятий любовью она поняла, что пассивное подчинение Натаниэлю имело то же действие, что и ее молчание: оно возбуждало их. А возможно, ей просто легче было подчиняться лорду молча. Она была с ним – и это было самым важным. Ее «я» существовало отдельно от ее тела и могло испытывать лишь определенные чувства. Габриэль отдалась во власть его умелых рук, подчинялась его приказаниям. Лишь один или два раза ей становилось тревожно: вдруг начинало казаться, что она отдает свое тело незнакомцу.
Наступили сумерки. Натаниэль вытянулся на кушетке возле окна. Габриэль стояла рядом на коленях, положив голову ему на живот.
Прайд взглянул на часы, висевшие над камином. Было шесть часов. Он запустил руку в рыжие кудряшки и нежно повернул голову девушки к себе. Ее глаза были влажными и спокойными, черты лица смягчились, на бледном лице не осталось и следа от обычной резкости.
– Довольно, – тихо сказал Натаниэль.
После долгих часов молчания его голос прозвучал, как гром среди ясного неба, разрушив волшебное очарование этого дня.
Габриэль мечтательно улыбнулась и вопросительно взглянула на Прайда.
– Ты можешь говорить, – разрешил лорд.
– Мне кажется, я разучилась это делать. Или уже наступило завтра?
Натаниэль покачал головой и ничего не сказал.
И вновь Габриэль заподозрила неладное. Его карие глаза опять стали непроницаемыми, а ей так нравилось, что все долгие часы любви их взгляд был теплым, нежным, полным томного удовольствия.
Но, может, ей просто казалось?
Они так чудесно провели время, получили столько новых ощущений… Натаниэль увел их обоих на неизведанную территорию.
Не изменив положения и не прекратив своего занятия, Габриэль сделала попытку вернуться к реальной жизни.
– Кажется, я голодна, – заявила она.
Едва она произнесла это, все изменилось: комната обрела свои обычные очертания, а девушка почувствовала, что колени ей колет шерстяной ковер, а щека стала влажной.
– Я тоже, – с готовностью согласился Натаниэль. Затем он отвел ее руку, которая ласкала его. – Убери свою голову, женщина.
Прайд сел, опустил ноги с кушетки и огляделся. Все в комнате было перевернуто вверх дном. Возле камина стояла ванна с остывшей водой, на столе остались куски холодного цыпленка и ваза с фруктами.
Наклонившись, Прайд взял графиню под мышки и поднял ее. Она качнулась и всем телом прильнула к нему, слегка толкнув его коленями.
– Достаточно, – произнес Натаниэль, отстраняя ее от себя. Он налил два бокала вина из наполовину опустошенной бутылки и дал один бокал ей. – Выпей.
Габриэль отпила вина и вопросительно посмотрела на Натаниэля:
– Что теперь, шеф тайных агентов? Я в вашем распоряжении еще двенадцать часов.
– Нет, – ответил лорд. – Я объявляю мораторий.
– Как? Почему? – Она изумленно посмотрела на него.
– Потому что все не совсем честно, – промолвил Прайд. Он накинул на себя халат. – Я выиграл пари обманным путем.
– Что-о? – воскликнула Габриэль.
При виде одетого Натаниэля девушка вдруг с неловкостью ощутила собственную наготу. Все внезапно изменилось, и она почувствовала себя слабой и беззащитной.
– Я решил принять тебя на службу, – спокойно произнес Натаниэль. – Так что, можно сказать, я обманул тебя.
Габриэль застыла на месте, пытаясь осознать, что происходит.
– Так, значит, ты играл нечестно, – промолвила она обиженно.
– Дорогая, тайные агенты, как правило, не признают честной игры, – тихо заметил он.
Прайд смотрел на нее в надежде увидеть вспышку в глазах или смущенный румянец на щеках. Ничего. Габриэль де Бокер отлично знала этот тайный мир и все его лики. И она носила бархатную мантию обмана с той же легкостью, как это делал сам Прайд.
– Да. Думаю, так и есть, – произнесла графиня безразличным тоном.
Затем Габриэль направилась к двери, но, держась рукой за дверной косяк, она на секунду задержалась, как будто все происходящее только что дошло до нее.
– Натаниэль, а что – последние часы тоже были своего рода проверкой?
– Мне хотелось узнать; могу ли я доверить тебе игру общей команде, – осторожно проговорил он. – Я хотел выяснить, можешь ли ты контролировать себя и слушаться указаний руководителя. – Прайд улыбнулся. – Похоже, ты способна на это… Во всяком случае, в постели. Хотелось бы верить, что и в других ситуациях ты будешь вести себя так же.
Графиня прошла в свою комнату. Она испытывала отвращение. Так, значит, когда она лежала перед ним – беззащитная и доверчивая, забыв про сумятицу в своей душе и полностью отдаваясь любви, – он наблюдал за ней и оценивал ее?! Прайд использовал близость для того, чтобы что-то выведать про нее!
Габриэль постаралась успокоиться. Ей повезло – вот что важно. Она заставила себя думать об удаче. С этой минуты графиня вхожа в мир шефа тайных агентов.
Прайд смотрел на закрытую дверь. Несмотря на холодный расчет, с которым он составлял сценарий этого дня, он был взволнован – как всегда, после любовных утех с этой женщиной. Габриэль превзошла все его ожидания. В постели она понимала его с полуслова, мгновенно выполняла все самые немыслимые желания.
Габриэль де Бокер не была похожа на других женщин. Она всегда была разной – то пылкой и страстной любовницей, то женщиной спокойной, не жаждущей изощренных ласк; она могла быть вызывающей, остроумной, рассудительной, могла поражать его необычными суждениями.
Прайд взглянул на смятую постель, на груду подушек, лежащих на полу, куда завела их любовная игра, на стул с прямой спинкой, где Габриэль…
Элен была совсем другой. Эта мысль прервала его сладострастные воспоминания. Она была в точности как ее сын Джейк, боявшийся ездить верхом. И Элен не признавала эротических игр. Она всегда спокойно улыбалась, была серьезной, но милой. Элен охотно отдавалась ему, но Натаниэль вспомнил: однажды он заподозрил, что Элен находит сплетенные в любовной игре нагие тела в лучшем случае смешными, а в худшем – отвратительными. Впрочем, тогда он отогнал от себя эту мысль: она показалась ему просто глупой. Хотя… Элен была слишком милой и послушной, и он ничего не стал говорить ей, опасаясь в душе, что она найдет его сомнения нелепыми. А какой человек захочет казаться смешным в глазах обожаемой жены?
Габриэль издевалась над ним, вела себя вызывающе, подтрунивала, смеялась, но ничего из того, что они делали вместе, какими бы дерзкими, недостойными или даже просто глупыми ни были их действия, не заставляло его чувствовать себя смешным. С Габриэль они делали такое, чего бы никогда не могли делать с Элен. И ни с какой другой женщиной он не смог бы себя так вести, не испытывая смущения.
Они были похожи – лорд Прайд и Габриэль. И они оба были участниками одной темной игры, вот только играли на разных сторонах. Они знали, что такое риск, и смело шли на него. И нет ничего удивительного, что они так подходили друг к другу – и бросая вызов, и идя на предательство.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Бархат - Фэйзер Джейн



Любительницы горячих приключений, читайте, вам понравится!
Бархат - Фэйзер ДжейнЕлена
14.04.2011, 19.41





Класс! Если вы любите книги про шпионов, самодостаточных, умных женщин, читайте!
Бархат - Фэйзер ДжейнЛюся
23.02.2012, 12.09





Кто ищет остросюжетные приключения и шпионские страсти - это ваш роман.А кто, как я, ищет высокие чувства - ищите другие книги.
Бархат - Фэйзер ДжейнВ.З.,64г.
28.12.2012, 12.57





Не согласна с предыдущим автором комментария. В этом романе есть и приключения и страстная любовь.
Бархат - Фэйзер ДжейнЕлена
19.07.2013, 3.20





Хороший роман, читается легко! Рекомендую!)
Бархат - Фэйзер ДжейнИрина
21.10.2013, 0.35





Роман не захватывает. Я все время ищу что-то, похожее на "Джудит", но этот роман какой-то искусственный.Главный герой никакой, героиня тоже.Не помогает даже фон из Талейрана, Наполеона
Бархат - Фэйзер ДжейнСофия
20.06.2014, 16.00





Еще один интересный роман Фэйзер. Захватывающе легко читается. 10 балов
Бархат - Фэйзер ДжейнВарвара
26.10.2014, 12.24





Роман чудесный,читается легко,свободно,интересно.Люблю такое чтиво.
Бархат - Фэйзер Джейнгалина
24.07.2015, 1.32








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100