Читать онлайн Возвращение лорда Рэмси, автора - Фэрчдайл Элизабет, Раздел - ГЛАВА 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Возвращение лорда Рэмси - Фэрчдайл Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.25 (Голосов: 4)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Возвращение лорда Рэмси - Фэрчдайл Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Возвращение лорда Рэмси - Фэрчдайл Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Фэрчдайл Элизабет

Возвращение лорда Рэмси

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 4

Пруденс Стэнхоуп вышла из влажного тепла бань Махомеда пружинящей походкой. Перед глазами у нее все еще стоял огород, нуждающийся в прополке. Усилием воли она прогнала этот образ. Оказавшись на свежем воздухе и освободившись от липкого жара бань, щупающих рук, каверзных вопросов и тревожащей душу попытки заглянуть в неизвестное, она увидела, что на улице неярко светит солнце, ласковое, как легкое прикосновение руки к ее плечам, которые все еще немного побаливали. Налетевший ветерок растрепал ее заново причесанные волосы, подхватил концы завязанного у горла шарфа, и они нежно коснулись шеи. Морские волны бились внизу о камни, и их шум показался ей голосом, зовущим ее беззаботно, как ребенок, побродить по берегу, намочив ноги в набегавших волнах. Может, спокойное удовлетворение, испытываемое ею в этот момент, и было тем недостижимым состоянием расслабленности, о котором говорил массажист? Может, она поймала его, как ловят иной раз рукой бабочку?
Пруденс в нерешительности постояла на ступенях, наслаждаясь нахлынувшим на нее ощущением. Она взглянула в направлении Нью-Стайн-стрит, где снимала комнаты, и словно увидела Брайтон в новом свете. Этот процветающий город, казалось, вырос за одну ночь из-под земли, как кучка грибов, светлый и красивый, с ровными рядами магазинов и домов кремового цвета с эркерами. Он производил впечатление такого же нереального и непостоянного, каким было возникшее у нее ощущение благополучия. Под хрупкой оболочкой внешней безмятежности скрывалась в глубине ее существа застарелая усталость. Она задалась вопросом, может ли со временем получиться так, что ощущение покоя заполнит ее целиком.
Она была рада, что последовала рекомендации врача и приехала сюда отдохнуть, хотя и сделала это на деньги человека, которому предпочла бы не быть ничем обязанной. Мысль об этом поколебала чувство умиротворения, обретенное ею этим утром в банях.
Странное ощущение появилось у нее в плечах и позвоночнике – будто отголосок умелых манипуляций массажиста и напоминание о других прикосновениях, испытанных ею в не столь далеком прошлом. Пруденс обернулась, почти ожидая увидеть за спиной Тимоти.
Конечно, его там не было, но она увидела двух джентльменов, которых Бог наградил волосами, сиявшими на солнце, как только что начищенная медь. Они стояли в дальнем конце улицы и смотрели… на нее? Пруденс огляделась, проверяя свою догадку, и поняла, что объектом их интереса была, видимо, процессия, появившаяся в дверях, из которых она сама только что вышла.
– Легче, легче, – говорил джентльмен, первым вышедший из дверей.
Его лицо выдавало в нем уроженца Индии, а костюм и белая рубашка с высоким стоячим воротничком вполне могли подойти английскому дельцу. Это был Дин Махомед собственной персоной, озабоченно отдающий приказания шестерым мужчинам, которые шли следом за ним, неся на плечах носилки с чем-то тяжелым, накрытым простыней.
Пруденс попыталась угадать, кто же из них был ее массажистом, не особенно заинтересовавшись тем, что за большой неправильной формы предмет они несут. В этот момент вялая рука свесилась из-под простыни, и Махомед обеспокоенно вскрикнул:
– Пожалуйста, соблюдайте осторожность, джентльмены, – и самолично убрал руку назад под простыню.
– О Боже! – в один голос воскликнули Пруденс и миссис Мур.
– Что же это такое? – пробормотала миссис Мур.
– Может, кто-то умер. – Пруденс не хотелось высказывать подобное предположение, но к какому еще выводу можно было прийти на основании того, что они увидели? Ее спокойствие развеялось, как дым на ветру.
Махомед, продолжавший направлять людей с ношей, чуть не наткнулся на них.
– Отойдите, миссис Мур, – рассудительно сказала Пруденс.
Услышав ее слова, Махомед обернулся и обратился к ней:
– Мисс Стэнхоуп, я не ошибаюсь? Надоело ждать? У нас выдалось весьма напряженное утро. Вы наверняка поймете, почему мы так долго не занимались вами.
Пруденс кивнула.
– Я понимаю. Вы были очень заняты. Один из ваших клиентов…
– К сожалению, да. Такое редко случается, но, с другой стороны, для моих бань – честь, что почтенная леди именно отсюда начала свое путешествие в следующую жизнь.
То обстоятельство, что умершая женщина, по убеждению Махомеда, отправилась в путешествие в следующую жизнь, почему-то утешило Пруденс.
– Эстер! – донесшийся с улицы голос не дал ей ответить. – Эстер! Останови карету! Это, должно быть, моя сестра.
Быстро извинившись, Дин Махомед переключил внимание на обладательницу пронзительного голоса, которая тоже наверняка будет огорчена сегодняшним обслуживанием в его банях.
Громко хлопнув дверцей кареты, остановившейся посреди улицы, дородная женщина с душераздирающим воплем бросилась в их сторону. Пруденс не могла не посмотреть на карету. Ее внимание привлекло лицо одного из джентльменов с медно-рыжими волосами, появившееся в окошке коляски, светлым квадратом выделявшемся на фоне темной внутренней части. Он все еще пристально смотрел, но не на продвижение процессии с телом, как она вначале предположила, а прямо на нее.
Тело леди Чайлд осторожно погрузили в карету, куда села и крайне опечаленная сестра покойной. И все это время молодой человек с рыжими волосами продолжал внимательно смотреть на Пруденс сквозь окошко экипажа. Карета тронулась, увозя свою несчастную пассажирку и ее ничего не замечающую вокруг сестру.
Молодой человек и его спутник, которых отъехавший экипаж ненадолго загородил от Пруденс, снова оказались на виду. Две почти ничем не отличавшиеся одна от другой рыжеволосых головы глянцево отливали на солнце. Один из них, пониже ростом, повернувшись, проводил глазами удалявшийся экипаж. Он и сам заслуживал внимательного взгляда. Он был красив и хорошо одет, но одна нога ниже колена у него отсутствовала. Он опирался на костыли, а обрубок ноги упирался в перекладину костыля. Однако Пруденс взглянула на него лишь мельком. Ее больше заинтересовал стоявший рядом молодой человек, у которого с ногами все было в полном порядке. Именно он, казалось, не мог оторвать от нее глаз.
Он смотрел не мигая из-под полей своей темной шляпы. Такой пристальный взгляд сам по себе вызывал беспокойство. Но еще больше выводило из себя то, что, хотя он и не улыбался, глаза его – в Пруденс готова была в этом поклясться – искрились весельем.
Губы его были плотно сжаты и не давали никаких оснований предположить, что он насмехается над Пруденс. Но в его бровях, одна из которых была приподнята чуть выше другой, было нечто такое, что наводило на мысль о затаенном веселье.
От взгляда этого незнакомца, непонятно почему потешавшегося над ней, внутри у Пруденс открылась рана, которая, как ей казалось, была залечена. Мужчины! Ей хотелось верить, что они надежны и на них можно положиться, но ей еще предстояло найти того, кому она смогла бы довериться больше, чем доверилась нынешним утром индусу-массажисту. Возможно, она поступила глупо, доверившись ему.
Мужчина на другой стороне улицы, смотревший на нее во все глаза – поведение настолько недопустимое, что даже любой школьник не позволил бы себе такого, – был загорелым до черноты, как простой труженик, но несмотря на это, Пруденс безошибочно угадала в нем джентльмена. На нем был хорошо скроенный модный пиджак, а вместо панталон – широкие, на манер казачьих, штаны. На талии был небрежно повязан необычный пояс – ярко-голубой с алым со сложным, несомненно, индийским или турецким узором.
Загорелая кожа молодого человека и необычные детали его костюма заставили Пруденс предположить, что он побывал в дальних уголках земного шара. Его пристальный взгляд подкреплял подобное предположение. Только иностранец или законченный грубиян осмелились бы смотреть на женщину так нагло.
Мужчина был высоким и держался очень прямо, что свидетельствовало если не о гордости, то о каком-то очень близком к ней чувстве. На солнце его волосы вспыхнули, как пламя разгорающегося костра. Их ярко-рыжий цвет подчеркивал затененную глубину глаз, продолжавших не мигая смотреть на нее.
Будь Пруденс в обычном состоянии, она просто повернулась бы к такому грубияну спиной. Но сегодня, когда каждая клеточка ее тела была полна жизни, чувств и обостренного восприятия всего окружающего, она не могла сразу пренебречь подобным вниманием. Было что-то несомненно притягательное в том, что она стала объектом столь откровенного интереса. Возможно ли, подумала она, что этот человек догадался о той чувственной зарядке, которую она только что получила. Может, у нее на лице ясно написано, что сегодня она бродила по саду, созданному ее воображением, наслаждаясь одновременно прикосновениями к ее телу совершенно незнакомого мужчины?
Но если он и знал об этом, стоило ли беспокоиться? Жизнь так коротка. Несчастная дама, отправившаяся в свою последнюю поездку в экипаже сестры, куда ее внесли шестеро отдувающихся мужчин, наверняка согласилась бы с выводом о краткосрочности жизни.
Пруденс вздернула подбородок и на мгновение, показавшееся ей слишком затянувшимся, сама пристально воззрилась на незнакомца. Любой другой на его месте тотчас же отвернулся бы, встретив ее ледяной взгляд.
Однако этот загорелый любопытный человек не сделал ничего подобного. Он прищурил глаза и, слегка приподняв бровь, окинул ее с головы до ног наглым оценивающим взглядом.
– Наглец! – негодующе заметила Пруденс, обращаясь к миссис Мур, которая стояла рядом с опушенной головой, хватая ртом воздух, как неожиданно выброшенная на берег рыба.
– О Господи, о Господи, я должна извиниться! Я и понятия не имела!
Пруденс, слишком раздраженная беспардонным поведением незнакомца, следившего за каждым ее движением с намеком на усмешку в глазах, не придала особого значения этим словам.
– Извиниться? – рассеянно переспросила она. – За что?
Покачав головой, она повернулась спиной к грубияну и направилась вверх по холму к их пансиону. Мысли ее вернулись к странному разговору, состоявшемуся у нее с массажистом.
Миссис Мур пыхтя следовала за ней, объясняя на ходу тоном, в котором сквозило некоторое недовольство, вызванное тем, что ей приходилось напрягаться, чтобы не отставать от энергично шагавшей Пруденс.
– Пруденс, милочка, наверное, вы рассердитесь на меня, и, хотя я не знаю, как рассказать вам об этом так, чтобы избежать вашего справедливого гнева, все равно сказать вам об этом – мой долг.
Пруденс замедлила шаги и, остановившись, посмотрела сначала на свою лепечущую Бог весть что компаньонку, потом на пролив. Вода блестела и искрилась под лучами солнца, как тысячи танцующих зеркальных осколков. Пруденс показалась самой себе похожей на треснувшее зеркало, но в то же время ее захлестывало, как оттаявший ото льда весенний поток, какое-то светлое чувство. Подобное ощущение было результатом искусства массажиста. Она чувствовала себя освобожденной, как цыпленок, вылезший из скорлупы, разбитой чьими-то сильными руками, хотя и была уверена, что все это плод ее воображения.
– Сказать что? – спросила она. Миссис Мур махнула рукой в том направлении, откуда они пришли.
– Тот мужчина…
– Какой мужчина?
– Тот, который так пристально смотрел на вас.
Она сразу завладела вниманием Пруденс.
– А что с ним такое?
Миссис Мур с трудом сглотнула, уставившись на свои туфли.
– Это он делал вам массаж.
Пруденс рассмеялась, не веря тому, что слышит.
– Что?
– Мне так жаль, дорогая. – Миссис Мур посмотрела на нее с понурым видом.
– Значит, это не дурацкая выдумка?
От сознания, что ее предали, у Пруденс сразу заболела шея. И шея, и плечи, и все те места, которых касались пальцы массажиста, словно загорелись от смущения. Защитным жестом Пруденс скрестила руки на груди. Неужели англичанин мог позволить себе столь предосудительное поведение по отношению к совершенно незнакомой женщине?
– Хотела бы я, чтобы это было выдумкой, мисс Стэнхоуп, от всей души хотела бы. Вы должны мне верить. Сейчас он одет по-другому, но это точно он. Его лицо не спутаешь ни с чьим другим.
Миссис Мур достала носовой платок. На глаза ей навернулись слезы, и ей срочно понадобилось высморкаться.
Пруденс нахмурилась, испытываемое ею чувство расслабленности мгновенно исчезло. Хмурая гримаса сменилась гневным выражением, когда, обернувшись, она посмотрела в ту сторону, откуда они пришли. Ее опять одурачили. Она доверилась этому человеку. Она доверила ему свое тело и свои мысли. Ей было больно оттого, что ее опять обманули, причем на этот раз какой-то чужой человек. Вот уже второй раз ее предавали богатые молодые люди с положением. Они не задумываясь и словно даже не понимая, что делают, унижали ее, прибегая к волшебной силе своих прикосновений, совершали надругательство над ее чувствами, произнося свои сладкозвучные, но фальшивые обещания. Пруденс увидела, что рыжеволосые молодые люди направились к Павильону.
Ярость, как дракон, расправила крылья и распрямила хвост. Пруденс захотелось налететь на них, помешать их беспечной прогулке, уводившей их все дальше от нее.
– Как можно было так ошибиться? – недоверчиво спросила она. Вопрос был обращен в равной степени и к миссис Мур, и к себе самой.
* * *
Братья Рэмси свернули на Восточную улицу, где наткнулись на принца-регента, вышедшего из Павильона на прогулку. Он выступал во всем своем величии, а сзади, как хвост кометы, тянулись его приближенные.
– Кисмет? – тихо спросил Ру.
– Безусловно, кисмет, – кивнул Чарльз.
Принц поприветствовал обоих Рэмси, остановившись в сводчатом проходе, ведущем из Павильона на улицу. Они были старыми знакомыми. Он поинтересовался, не затем ли они пришли сюда, чтобы почтить его визитом.
Чарльз ответил утвердительно и хотел было перейти к более важному для него вопросу, а именно рассказать принцу о привезенных им из дальних стран сокровищах, которые, как он надеялся, настолько понравятся принцу и его окружению, что за них заплатят по-королевски. Но, прежде чем он успел это сделать, их прервал скрипучий женский голос:
– Сэр! Вот вы, сэр. Подождите минутку. Моя хозяйка хочет поговорить с вами.
Принц с суровым видом повернул свою царственную голову, желая посмотреть на того, кто помешал его беседе.
– Кто эта особа, джентльмены, бегущая за вами не разбирая дороги? Что вы такое натворили, что она преследует вас среди бела дня?
Кое-кто из свиты принца захихикал.
– Это женщина твоего кисмета? – весело прошептал Руперт брату на ухо.
Приближавшаяся к ним женщина была не кто иная, как миссис Мур, вконец запыхавшаяся и растрепанная. Лицо у нее пошло красными пятнами, а волосы были в большем, чем обычно, беспорядке. За ней шла женщина помоложе, казавшаяся по сравнению с миссис Мур ослепительной красавицей. Она порозовела от усилий догнать их, темные глаза под копной темных вьющихся волос, зачесанных кверху, сверкали. По выражению этих глаз нетрудно было догадаться, что она в ярости. Осанка у нее была такой прямой, что казалась почти царственной.
– Это и есть мисс Стэнхоуп, плут? – потрясенно спросил Ру.
– Не могу сказать.
– Не можешь или не хочешь?
– Не могу, потому что не видел ее лица.
– А что же ты видел, скажи на милость? – Ру подавил смешок.
Чарльз мудро рассудил, что на этот вопрос лучше не отвечать. Прелестная женщина, которая, по его глубокому убеждению, и была мисс Пруденс Стэнхоуп, приблизившись, пригвоздила его к месту взглядом. У нее были большие, глубоко посаженные глаза цвета индиго. Только сейчас Чарльз смог как следует рассмотреть их. Это были прекрасные глаза, но выражение, с каким они смотрели на него, никак нельзя было назвать прекрасным. Читавшееся в ее взгляде презрение поразило его, как удар молнии. Но в нем было не только презрение. Девушка была рассержена, мало сказать, рассержена – она была вне себя от ярости. Сила ее чувств была такова, что, казалось, их можно пощупать рукой. Недоверие, гнев, печаль, обида, сознание того, что ее предали, – все эти чувства собрались в глубине ее глаз, как грозовые тучи. Чарльзу и в голову не приходило, что его глупая проделка вызовет такие эмоции. У него возникло впечатление, что он смотрит на человека, жарящегося на медленном огне, который он, Чарльз, по легкомыслию развел.
Мисс Стэнхоуп явно была намерена при всех устроить ему разнос. Чарльз опасался, что этот поступок повредит ее репутации гораздо больше, чем его. Легкомысленный Рэмси и так уже заслужил славу человека, который ведет себя абсолютно непредсказуемо. Возможный инцидент лишь упрочил бы его не слишком хорошую репутацию. Но если по городу поползли бы слухи о беспрецедентной истории их знакомства, они наверняка подпортили бы репутацию этой молодой женщины, о которой она, видимо, заботилась. Чарльзу совсем не хотелось, чтобы его легкомыслие стало причиной загубленной репутации мисс Стэнхоуп, да и для его собственных деловых интересов было невыгодно становиться предметом новых сплетен.
Решив, как подобает рыцарю, сделать все что в его силах, чтобы обезопасить будущее каждого из них и предупредить возможный взрыв, на который молодая женщина в ее теперешнем настроении была, судя по всему, способна, он избрал единственно возможный в данной ситуации способ действий. Подойдя к мисс Стэнхоуп, он, невзирая на ее сопротивление, взял ее за руку и подвел к принцу со словами:
– Ваше высочество, имею честь представить вам очаровательную молодую леди, с которой я имел счастье недавно познакомиться. Мисс Пруденс Стэнхоуп.
– Очаровательна, весьма очаровательна. Возможно, принц в эти дни пребывал не в лучшей своей форме и суставы у него хрустели, когда он сгибался над ручками дам, но все равно он производил потрясающее впечатление. Он всегда был безупречно одет, а высокие воротнички и галстуки, которым он отдавал предпочтение, желая скрыть выступающий зоб, придавали ему определенную элегантную парадность, представлявшую странное сочетание с его отнюдь не царственной улыбкой. Мисс Стэнхоуп оказалась настолько любезной, что удержалась от явного проявления своей с трудом сдерживаемой ярости, но это не слишком удивило Чарльза. Что еще могла она сделать, став объектом внимания будущего короля Англии, кроме как присесть в реверансе и сказать несколько любезностей?
Как и рассчитывал Чарльз, она была вынуждена отказаться от своего намерения устроить ему публичную выволочку. Если не считать пары брошенных в его сторону взглядов, острых как кинжал, она вела себя с завидной выдержкой, в то время как миссис Мур поджала губы и смотрела на всех сузившимися глазами. В отличие от нее мисс Стэнхоуп продемонстрировала столь приятные манеры и свойства характера, что принц, никогда не остававшийся равнодушным к женским прелестям, с удовольствием распространил на нее приглашение на обед, которое вначале собирался адресовать только братьям Рэмси.
– Через два дня вы должны со мной отобедать, – настойчиво проговорил он. – У меня соберется небольшой круг друзей.
Рэмси приняли приглашение принца с подобающей благодарностью, но с мисс Стэнхоуп дело обстояло иначе. Она была рассержена, и приглашение отобедать в обществе тех самых людей, которые были причиной ее гнева, не могло ее не задеть.
– Как любезно с вашей стороны, ваше высочество, пригласить на обед того, с кем вы только что познакомились на улице, – проговорила она с вымученной вежливостью. – К сожалению, я должна отклонить ваше приглашение.
– О, но вы не можете отказаться, дорогая. – Принц одарил ее солнечной улыбкой и взял за руку с трогательно смиренным видом. – Тогда у меня за столом будет неравное число мужчин и женщин, а это всегда шокирует.
Смогли бы вы дважды отклонить приглашение принца, если он вцепился в вашу руку и не собирался ее отпускать, пока вы не уступите?
Пруденс Стэнхоуп не смогла. Она в изящных выражениях дала понять, что согласна, и высвободила руку. Она даже не стала возражать, когда принц сказал, что ей нечего беспокоиться о том, как добраться до Павильона, поскольку лорд Рэмси наверняка с радостью ее подвезет.
– Лорд Рэмси? – От Чарльза не укрылось замешательство молодой женщины, когда она повторила его имя. Ему пришло в голову, что она, должно быть, и понятия не имеет, как его зовут. Он снял шляпу и склонился перед ней в поклоне.
– К вашим услугам, мисс Стэнхоуп. Грозовые тучи мгновенно вновь омрачили сине-фиолетовую глубину глаз. Она открыла рот, собираясь возразить.
– Нам с вами многое надо обсудить, – напомнил ей Чарльз.
После недолгого раздумья, во время которого ее глаза словно прожгли его насквозь, она кивнула. Чарльз не сомневался, что при следующей их встрече она изжарит его на костре своего гнева.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Возвращение лорда Рэмси - Фэрчдайл Элизабет



очень нудный роман
Возвращение лорда Рэмси - Фэрчдайл ЭлизабетЭля
15.03.2014, 16.47





Как забавно началось и как нудно продолжалось. Все надеялась, что разъяснит горизонт - зря.
Возвращение лорда Рэмси - Фэрчдайл ЭлизабетKotyana
27.11.2015, 7.18








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100