Читать онлайн Возвращение лорда Рэмси, автора - Фэрчдайл Элизабет, Раздел - ГЛАВА 19 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Возвращение лорда Рэмси - Фэрчдайл Элизабет бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.25 (Голосов: 4)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Возвращение лорда Рэмси - Фэрчдайл Элизабет - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Возвращение лорда Рэмси - Фэрчдайл Элизабет - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Фэрчдайл Элизабет

Возвращение лорда Рэмси

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 19

До самой вершины холма они не промолвили больше ни слова. Вновь и вновь Пруденс обращалась мысленно к тому, что произошло между ней и Рэмси. Он отказался ее поцеловать! Но она хотела, чтобы он ее поцеловал! Она сама подставила ему губы для поцелуя. Почему же он ее отверг?
Ты заслуживаешь большего, чем поцелуи, сказал он, много большего. Что он хотел этим сказать? Чего она заслуживает? Чего она стоит или чего достойна?
Наверху их ждал ланч. В тени коляски на брезенте, поверх которого были расстелены одеяла, лежали холодное мясо и сыры, свежий хлеб и фрукты. Распряженные лошади паслись неподалеку. Однако как еда не заполнила пустоты, которую Пру ощущала внутри себя, так и непрекращающаяся болтовня Руперта и Грейс не заполнила повисшего между ней и Рэмси молчания.
– Вы должны познакомиться с моим братом Майлзом, мисс Стэнхоуп, – продолжала настаивать Грейс. – Он скоро приезжает сюда на скачки. Думаю, он сможет порекомендовать вас в качестве компаньонки кому-нибудь из своих многочисленных знакомых.
– Да, если кто и способен помочь вам в этом деле, так это Майлз, – согласился с женой Руперт. – Он замечательный человек, и у него широкие связи. Аврора также будет рада с вами познакомиться. Она обожает скачки. Уверен, день на ипподроме она предпочитает всему на свете.
– Кроме Майлза, разумеется, – заметила шутливо Грейс.
Руперт рассмеялся.
– Да, конечно, кроме Майлза. Пруденс слушала разговор Грейс и Руперта вполуха, не вникая в детали. Однако с каждым мгновением она все более сознавала, сколько любви было заключено в каждой колкости, которой они обменивались.
Их добродушное поддразнивание говорило о существовании особых отношений между молодоженами. Именно такое счастье и понимание мечтала найти в своих отношениях с мужчиной и Пруденс. Мог бы, подумала она, Чарльз Рэмси полюбить ее так, как Руперт любил Грейс… как Майлз Флетчер, по словам Грейс, любил свою Аврору? Пока Чарльз не сказал ей о любви ни слова. Он лишь признался в собственной глупости. И попросил у нее позволения называть ее по имени. Но он отказался ее поцеловать. Пруденс устремила взгляд на человека, в чьих глазах, казалось, можно было всегда прочесть ответы, но не вопросы. Не найдет ли она там ответа на свою жажду счастья, покоя, любви и нежности? Это было вполне возможно.
– Вы собираетесь поехать? – Слова Грейс повисли в воздухе.
Вопрос, сообразила Пруденс, был обращен к ней. Тряхнув головой в попытке избавиться таким образом от не дающих ей покоя мыслей, она спросила:
– Поехать? Куда?
– На скачки. Вы собираетесь туда поехать?
– Я об этом еще не думала, – призналась Пруденс.
– Спросите своего кузена, можете ли вы отправиться туда вместе с нами.
– Да, пожалуйста, – поддержал просьбу Грейс Чарльз.
Он хотел, чтобы она была рядом с ним! Не свидетельствовало ли это о том, что она ему нравится?
Пруденс кивнула.
– Спасибо за приглашение.
Разговор вскоре сошел на нет. Кончилось и вино. Грейс выразила желание провести какое-то время за своим мольбертом. Ру устроился удобно на одеяле рядом с женой и достал блокнот.
– Займусь-ка я, пожалуй, своей писаниной. Место здесь для этого вполне подходящее.
Встревоженная перспективой еще одного серьезного разговора с Чарльзом, Пруденс решила прогуляться по плато. Дул легкий бриз, синее небо казалось бескрайним, и Ла-Манш внизу весь искрился под лучами послеполуденного солнца. Мысли беспорядочно кружились у нее в голове, налетая друг на друга и крича, как пролетавшие над ней время от времени чайки. Любит ли ее Чарльз Рэмси? Любит ли она его сама? Предназначены ли он друг другу судьбой? Верит ли она в судьбу? И чего она хочет? Пруденс пыталась найти ответы на свои вопросы и обрести покой, но прогулка не дала ей ни того, ни другого.
Так и не найдя никаких ответов, в полном смятении она возвратилась к тому месту, где был устроен пикник. Может, подумала она, у нее хоть немного прояснится в голове, если она поговорит с Грейс? Но Грейс все еще была занята своей картиной. Сидевший на одеяле Руперт что-то быстро писал в своем блокноте. При виде этой парочки Пруденс почувствовала легкий укол в сердце. В том, как они устроились, было нечто такое, что ясно говорило об их общих интересах, взаимопонимании и соединявшей их любви, и она не посмела нарушить эту идиллию.
Не хотелось ей мешать и Чарльзу Рэмси, который сидел возле коляски в знакомой ей уже позе лицом к океану и был совершенно неподвижен. Глаза его были закрыты, ноги поджаты под себя, а руки со слегка согнутыми пальцами лежали на коленях ладонями кверху, словно чаши, вбирающие в себя небо. Чарльз был прекрасен. В своей белой одежде он походил на свечу, и его рыжие волосы – единственное в нем, что не застыло в неподвижности, – колыхались на ветру, как свечное пламя.
Пруденс повернулась, собираясь возобновить свою одинокую прогулку.
– Пожалуйста, останьтесь, – не оборачиваясь, тихо произнес Чарльз. Казалось, он обращается к раскинувшемуся внизу океану.
Пруденс помедлила.
– Могу я воспользоваться одним из тех двадцати четырех часов, что вы мне должны? – Его тихий голос невольно заставил ее подойти ближе.
– Воспользоваться? Как?
– Не могли бы вы посидеть и помедитировать со мной, Пруденс?
Она заколебалась.
– Почему вы занимаетесь медитацией? – Ей необходимо было услышать его ответ, прежде чем решить, соглашаться или нет на высказанную им просьбу.
Чарльз оторвал взор от Ла-Манша и повернулся к ней лицом. Ее вопрос, похоже, его совсем не удивил, и он ответил сразу:
– Медитируя, я нахожу ответы. Находя ответы, я обретаю покой.
– Мне тоже хотелось бы найти ответы, – сказала Пруденс и, наклонившись, принялась расшнуровывать ботинки. У нее было такое чувство, будто, решив присоединиться к этому мужчине, она обнажила нечто большее, чем свои ноги в чулках.
– Вы ведь уже медитировали. Помните тот день, когда вы нашли свой сад?
Слова Рэмси удивили Пруденс.
– Медитация? Да это была просто игра моего воображения.
Брови Чарльза насмешливо поползли вверх.
– Неужели?
Сбитая на мгновение с толку, Пруденс нахмурилась. Опять он ее разыгрывает! Конечно же, это было игрой ее воображения и ничем более.
– Как вы можете сидеть так неподвижно? – обратилась она к Чарльзу.
– Положение тела при медитации – и это является ключевым моментом – должно быть настолько удобным, чтобы можно было вообще о нем забыть.
– Забыть?
– Да. Когда умолкает голос тела, легко услышать более тихий голос души.
– Не понимаю.
– Вы поймете. – Он сказал это с такой убежденностью, что она поверила: у нее все получится.
– Как мне сесть? Так же, как сидите вы? – Она опустилась на одеяло напротив него, изучая положение его рук и ног.
– Располагайтесь, как вам удобнее. Вы можете даже лечь.
– Лечь?! – Она не могла лечь! Ей никогда не удастся позабыть о своем теле, если она растянется на одеяле рядом с этим мужчиной. – Я предпочитаю сидеть, – сказала она твердо и попыталась принять ту же позу, в какой сидел Чарльз.
– Это не так-то легко, – пожаловалась она в следующую минуту, запутавшись ногами в юбке. На мгновение у нее мелькнула мысль, Что она выглядит сейчас настоящим посмешищем.
– Вам совсем необязательно сидеть в такой же позе, – проговорил Чарльз спокойно. Глаза его блестели в насмешливом ожидании.
Она никак не могла догадаться, чего он ждет, и от этого немного нервничала.
Наконец после долгих усилий, предпринимая которые она испытывала ужасную неловкость, Пруденс уселась в той же позе, в какой сидел Чарльз Рэмси одобрительно кивнул и закрыл глаза.
– А теперь спросите большие пальцы ног, как они себя чувствуют?
Большие пальцы ног? Уж не розыгрыш ли это? Неужели он говорил серьезно? Глаза Чарльза оставались закрытыми. Он слегка покачивался, словно пытался найти более удобную позу.
Пруденс закрыла глаза. Итак, как же чувствуют себя большие пальцы ее ног? Она никогда не задумывалась над тем, как себя чувствует та или иная часть ее тела, вспоминая об этом лишь тогда, когда что-то было не в порядке, например при головной боли или кашле. И потом, ей казалось в высшей степени странным думать о больших пальцах ног сейчас, когда внимания требовало все ее тело, и все потому, что она сидела напротив Чарльза Рэмси. Внутри у нее все дрожало. Сердце колотилось, как сумасшедшее. Уши улавливали малейший шорох. И – что было самым необычным – в самой интимной части ее тела разгорался огонь. Хотя вполне возможно, что причиной здесь была ее поза – поджатые под себя ноги, поднятая выше колен юбка, – совсем не подобающая даме. Дамы обычно не сидят на полу, как дети, играющие с кубиками в детской.
– Если большие пальцы ног у вас расслабились, – проговорил Рэмси, – спросите свои лодыжки и колени, как обстоят дела у них. Как только вы обнаружите, что какая-то часть тела у вас не расслабилась и испытывает неудобство, постарайтесь сесть так, чтобы этого не ощущать.
С большими пальцами ног у нее все обстояло прекрасно, но колени и лодыжки были несколько напряжены, и Пруденс постаралась сесть поудобнее.
Голос Рэмси звучал спокойно, неторопливо, советуя ей расслабить последовательно икры ног, колени, бедра, ягодицы. Ягодицы! Открыв глаза, Пруденс уставилась в изумлении на Рэмси. Однако его неподвижность и невозмутимый, ровный тон без всякого намека на игривость почти мгновенно ее успокоили. Она вновь закрыла глаза и сосредоточилась на том, чтобы найти более удобную позу.
– Ваши спина и шея, – продолжал Рэмси, – должны стать гибкими и подвижными как ива. Когда наступит окончательное расслабление, ваша голова, возможно, начнет слегка раскачиваться из стороны в сторону. Вам может также показаться, что ваше тело стало теплым и тяжелым, а потом почти невесомым, как будто ноги у вас в воде или совсем исчезли.
Он был прав. Она совершенно не чувствовала своих ног.
– Обычно, – проговорил очень тихо, почти неслышно Чарльз, – в этот момент в вашем мозгу могут возникнуть мысли и мысленные образы, такие же беспорядочные и стремительные, как гонимые ветром облака. Не гоните эти мысли, позвольте им течь, как им заблагорассудится. Вы можете найти ответы на все свои вопросы. Образы, вспыхивающие у вас в мозгу, могут показаться вам фантастичными и не имеющими никакого смысла. Не старайтесь их прогнать. Пусть эти облака плывут. Ни о чем не думайте, ни о чем не мечтайте, ни о чем не тревожьтесь. Вы пришли сюда обрести покой.
Он умолк и застыл в неподвижности, такой полной, что, если бы не хлопанье его раздуваемой ветром рубашки, можно было бы подумать, будто его здесь нет. Пруденс замерла, наслаждаясь теплом дня и с удовольствием вдыхая свежий морской воздух. Воздух врывался в ее легкие, воздух вырывался из ее легких, вторя вздохам раскинувшегося внизу под ними океана. Волна накатывалась, волна откатывалась. Солнце припекало Пруденс макушку, и легкий бриз целовал ее в щеку.
Непрошеные мысли возникали у нее в мозгу – панические мысли, тревожные мысли. Вспыхивали и гасли образы. Плющ в ее саду умирал. Розовый куст пышно расцвел под жаркими лучами солнца. Чьи-то руки прикасались к ее шее и плечам, они мяли и гладили, нажимая там, где была боль. Мысли набегали, как волны. Она сама была, как белое хрупкое «ангельское крылышко» на гребне волны. Волна откатывалась, волна накатывалась, покрывая камни, способствуя зарождению жизни в подводных царствах – лагунах. Задолго до ее появления на свет эти волны омывали берега, и долго еще после того, как ее не станет, они будут все так же мерно накатываться и откатываться. В шуме волн слышался голос вечности. И все ее страхи и огорчения казались ничего не значащими рядом с этим вечным неумолчным шепотом.
«Посидите минутку спокойно, – обычно говорила она Джейн с Джулией, когда у них возникали какие-то проблемы с уроками. – Посидите спокойно и позвольте Вселенной ответить вам, если она того пожелает».
Часто в такой момент покоя ответ приходил сам собой, не всегда, правда, верный, но ошибки были необходимы для роста, для того чтобы научиться в будущем избегать ошибок. Ошибок таких, как Тимоти. Ей следовало бы помнить собственные уроки. Посиди спокойно и позволь Вселенной ответить тебе, если она того пожелает.
Солнечное тепло убаюкало ее. Ветер и волны внизу звучали тихой ласковой колыбельной. С криком над ней пронеслась птица. Пруденс ничего не слышала. На мгновение – а может, и на несколько мгновений – она провалилась в пустоту, в ничто, в место, где не было ни звуков, ни мыслей, ни образов. Она сидела абсолютно неподвижно.
Жужжание мухи возле самого ее уха возвратило Пруденс к действительности. Она вздрогнула и открыла глаза, на мгновение полностью дезориентированная. Ей казалось, что она плывет или, может, парит в воздухе. Она ощущала себя пылинкой в солнечном свете, зернышком, подхваченным ветром, одной из несметных брызг, разбивавшихся о скалы внизу. В душе у нее царил покой, и ее переполняло чувство безмерного счастья. Каждой клеточкой своего существа она радовалась синеве неба, крику чаек, сладкому запаху бриза. Сколько же времени она так просидела?
Пруденс распрямила ноги и, посмотрев на Чарльза Рэмси, застыла, не в силах оторвать от него взгляд. Он сидел с закрытыми глазами, неподвижный, как статуя, и только грудь его мерно поднималась и опускалась в такт дыханию да сияющие волосы развевались на ветру, словно пламя.
Пруденс уставилась на него так, будто видела его впервые. И в какой-то мере это было правдой. Никогда прежде у нее не было возможности столь тщательно его рассмотреть. Он всегда смотрел на нее, когда его глаза были открыты. Эти глаза моментально ее завораживали, и, кроме них, она уже больше ничего не замечала вокруг. Для нее видеть его сейчас с закрытыми глазами было все равно что видеть его впервые. Его покрытая глубоким мерцающим загаром кожа и слегка опаленные солнцем волосы, брови и ресницы выглядели совершенно изумительно. Но прекраснее всего был у него рот, особенно нижняя губа, полная, даже, как сказали бы некоторые, чувственная. Разглядывая его рот, она не могла не подумать о том, что он мог поцеловать ее куда угодно, но почему-то предпочел поцеловать в лоб.
Веки Чарльза дрогнули и поднялись. Затуманенный взгляд его зеленых глаз сказал ей, что он сейчас так же далеко от нее, как и океан внизу. В следующее мгновение взгляд его сделался осмысленным. Он моргнул и, посмотрев на нее, улыбнулся. Его улыбка окатила ее, как волна, смешав все чувства. Любовь – горячая, всеохватывающая любовь – смотрела на нее из глаз Чарльза Рэмси.
Пруденс было это так же ясно, как если бы он открыл рот и произнес вслух: «Я люблю тебя». Его любовь – в которой не было ни вожделения, ни жадности или жажды утешения – накатила на нее, как приливная волна, и накрыла с головой, моментально заполнив все пустоты в ее сердце.
Эта любовь ничем не напоминала то чувство, которое соединяло ее с Тимоти. Вера и правда смотрели ей сейчас в лицо. Тимоти же нуждался в ней, нуждался отчаянно. Ей нравилось, что в ней нуждаются, и, как следствие, она находила Тима неотразимым. Он захватил ее, как водоворот, своими руками, своими словами, своими губами, своей потребностью в ней. Чарльз Рэмси тоже ее захватил, но совсем по-другому. Подобно солнцу, яркому, горячему, вездесущему, он привлек ее к себе так же ласково и нежно, как солнце притягивает к себе цветок. Она чувствовала, что тянется к нему, растет и расцветает в его присутствии. Совершенно завороженная, она потянулась к изливающемуся на нее свету.
Они соприкоснулись так же естественно, как набегала на берег волна, так же ласково, как грело им спины солнце, так же нежно, как развевал их волосы бриз. В их первом поцелуе не было ничего отчаянного, ничего требовательного. Скорее он походил на робкое и нежное исследование. Губы Рэмси, как откатывающаяся волна, омыли уголок ее рта, изгиб щеки, линию подбородка. В следующее мгновение эта волна накрыла ее губы, придавая им новую форму. У Пруденс возникло ощущение, будто ее, как песок, подняли, помешали и вновь опустили на дно, уложив, однако, совсем по-другому.
Она полностью отдалась охватившему ее чувству. Прошло несколько мгновений. Внезапно Рэмси оторвал губы от ее рта.
– Я могу предложить тебе только поцелуи, дорогая Пруденс, – услышала она его шепот. – Этого недостаточно.
Не успела она что-либо ответить, как он резко поднялся и, повернувшись к ней спиной, устремил взгляд на сверкающий внизу под лучами солнца Ла-Манш.
– Да, этого совсем недостаточно.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Возвращение лорда Рэмси - Фэрчдайл Элизабет



очень нудный роман
Возвращение лорда Рэмси - Фэрчдайл ЭлизабетЭля
15.03.2014, 16.47





Как забавно началось и как нудно продолжалось. Все надеялась, что разъяснит горизонт - зря.
Возвращение лорда Рэмси - Фэрчдайл ЭлизабетKotyana
27.11.2015, 7.18








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100