Читать онлайн Случайная невеста, автора - Фэйзер Джейн, Раздел - Глава 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Случайная невеста - Фэйзер Джейн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.36 (Голосов: 143)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Случайная невеста - Фэйзер Джейн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Случайная невеста - Фэйзер Джейн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Фэйзер Джейн

Случайная невеста

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 10

Кейто затаил дыхание и замер, не делая никаких попыток прикоснуться к ней. Ему захотелось посмотреть, как она себя поведет.
Действительно, Фиби была несколько озадачена тем, что ею не руководят, ее не направляют.
Однако после недолгого колебания руки ее, казалось, сами приняли решение: коснулись его
пояса, бедер, задержались на твердом возвышении между ними, под черным бархатом одежды.
Она подняла к нему лицо, глаза ее хищно сверкнули, а руки скользнули вдоль его тела, в то время как в ее лоне что-то запульсировало, устремилось непонятно куда.
Наклонив голову, она принялась медленно расстегивать пуговицы на его бриджах — одну за другой, затем, просунув руки, коснулась его мускулистых ног, ягодиц. Все так же медленно она спустила его бриджи и нижнее белье, а затем опустилась на колени.
Перед глазами теперь было то, что поднимало ее на вершину блаженства в цепи прочих наслаждений. Она, эта божественная плоть, вырастала из темных зарослей внизу живота. Еще мгновение — и она ощутила на ладони ее теплоту и тяжесть.
Фиби инстинктивно обхватила эту плоть, в которой проступало живое биение пульса, наклонившись еще ниже, провела по ней языком, почувствовала незнакомый запах, солоноватый привкус и тут же, не раздумывая, повинуясь одному лишь чувству, захватила ртом, продолжая рукой ласкать его чресла.
Кейто был потрясен. Такое обычно проделывают лишь женщины легкого поведения, для кого половые отношения — забава или способ добывания денег, но это юное существо, недавняя девственница — откуда в ней такая искушенность, такая свобода, которую принято считать разнузданностью?! И в то же самое время несомненная и трогательная чистота и непорочность, наивное и искреннее желание доставить ему удовольствие.
В поднятых на него глазах он уловил все эти эмоции, а также вопрос: что дальше? И призыв к продолжению.
Он был уже на грани взрыва, а потому, взяв обеими руками ее голову, высвободил свою плоть.
— Хочу, чтобы ты разделила окончание со мной, — проговорил он, и она не узнала его голоса.
С этими словами он подхватил ее на руки и опустил на постель. Фиби уже изнемогала от желания, и он задрал ей юбки, положил ее ноги себе на плечи, а затем вошел в нее, да так глубоко, что она застонала от наслаждения.
Еще выше подняв ей платье и обнажив груди, он принялся играть ее сосками, она же продолжала стонать и корчиться в приступе страсти. Он изо всех сил старался отдалить конец, а когда был уже не в состоянии этого сделать, обеими руками крепко прижал ее к себе за ягодицы. Фиби на мгновение открыла глаза — в них сквозило изумление и радость. Разве так бывает? — говорил взгляд. Затем она конвульсивно выгнулась, по всему ее телу пробежала сладкая дрожь, и она затихла.
Кейто также не смог сдержать стон наслаждения, но вот тело его ослабло, однако он не отрывал губ от ее шеи.
В их не вернувшееся еще в этот мир сознание ворвались посторонние звуки. Стук в дверь!
Кейто приподнялся.
— Кто там?
— Это я, милорд, — раздался за толстой дубовой дверью знакомый голос Джайлса Кремптона. — Вы велели подать обед ровно в полдень, милорд. А потом мы должны ехать, вы сказали…
Кейто выругался себе под нос, употребив выражение, которое могло бы привести в замешательство даже его конюха, и соскочил с постели.
— Приду через пять минут! — крикнул он. — Слышишь, Джайлс?
— Так точно, милорд. Скажу Биссету, чтобы мясо поставили обратно в печь.
Кейто кинул взгляд на часы, стоявшие на каминной полке. Было уже четверть первого.
— Будь он неладен со своей исполнительностью, этот Джайлс!
И, отведя душу таким образом, он стал одеваться.
— Вряд ли я в состоянии сейчас вылезти из постели, — проговорила Фиби, потягиваясь. — Совсем нет сил.
Он взглянул на нее — лежащую в том же положении, в каком он оставил ее минуту назад. По-прежнему обнажены ноги, бедра, живот, в самом низу которого сверкают брызги сока любви. Она вся была самозабвенным наивным символом любви. Да, именно так! И не может, не должно быть никаких сомнений в искренности ее чувств, выплеснувшихся так неожиданно и остро вчерашней ночью и сейчас, в полдень.
— Откуда это у тебя? — не удержался он от вопроса.
— Откуда — что? — переспросила она, поглаживая свое усталое тело.
— Я говорю о том, что многие назвали бы распутством. Особенно если речь идет о женщине твоего происхождения.
Что-то в его голосе заставило ее сесть в постели, одернуть юбки.
— Разве это плохо? — спросила она. — Или стыдно?
Он ответил не сразу:
— Нет… разумеется, нет. — Он покачал головой и усмехнулся, но как-то неуверенно.
Больше ничего не добавив, Кейто направился в туалетную комнату к шкафу с одеждой, чтобы взять там кожаную куртку на шерстяной подкладке и штаны для езды верхом.
Фиби тоже начала приводить себя в порядок. «Что, собственно, его беспокоит? — думала она с недоумением. — Ведь главное в любви, чтобы обеим сторонам было хорошо. И не просто хорошо, а очень, очень хорошо. Что уж тут зависит от происхождения, от того, кто родители и какое воспитание человек получил?»
— Поторапливайся, Фиби! — крикнул Кейто из туалетной комнаты. — Не хочу, чтобы Джайлс смотрел на меня осуждающе: я ведь сам приучил его к пунктуальности.
Фиби опустила полотенце в лохань с водой, выжала его, стала протирать тело. Ух, как холодно!
Кейто уже вышел в коридор, а она продолжала одеваться. Нужно все застегнуть так, чтобы ему не пришлось перестегивать крючки платья или расправлять кружева на рукавах.
Фиби вошла в столовую, когда все уже сидели за столом, и поймала красноречивый взгляд Джайлса: судя по всему, тот догадывался о причине их опоздания и одобрял ее. С невнятным извинением она уселась на свое место и сразу же принялась за еду, чтобы скрыть краску, залившую лицо.
— Ты не переменила еще своего намерения с-сыграть роль королевы Елизаветы? — спросила у нее Оливия, чтобы не обращать внимания на отвратительного Брайана, сидящего напротив.
Фиби облегченно перевела дух: слава Богу, это совершенно невинная тема для беседы.
— Не перестаю думать об этом, — ответила она Оливии и обратилась к Кейто: — Как полагаете, сэр, ваши воины согласятся участвовать в представлении? У меня там в одной сцене королева обращается к солдатам и говорит о том, что и в слабом теле женщины может биться сердце настоящего мужчины… Джайлс фыркнул:
— Только через мой труп, миледи! Солдаты у нас воины, а не комедианты.
Фиби слишком хорошо знала Джайлса, чтобы обижаться, но все же посчитала своим долгом пояснить:
— Думаю, если мы разыграем спектакль в день летнего праздника, это только порадует людей. Не так уж много у них сейчас поводов для радости.
— Вы написали пьесу, леди Гренвилл? — не скрывая удивления, спросил Брайан. — Как интересно! А не найдется ли у вас какой-нибудь роли для меня? Пусть даже самой маленькой.
— Разве ты ос-станешься до праздника? — с нескрываемым ужасом спросила Оливия, стараясь не глядеть на него.
Фиби решила сгладить неловкость и сразу же ответила:
— Конечно, мистер Морс, если не шутите и если будете в это время еще с нами, я найду вам подходящую роль.
— О, благодарю вас, леди Гренвилл. Выходит, вы начинающий драматург? До войны это весьма почиталось при дворе. Но не припомню, чтобы написанием пьес занимались дамы.
С иронической улыбкой он поднес к губам бокал с вином.
— Фиби пишет х-хорошие стихи, — заступилась за подругу Оливия. — Г-готова спорить, она даст фору многим придворным сочинителям!
— О, не сомневаюсь. Может быть, покажете мне какие-нибудь из ваших поэм или пьес, миледи? Смею думать, я кое-что смыслю в этом.
— Я пишу для себя, сэр, — ответила ему Фиби на удивление надменно. — У меня не было и нет никакого желания блистать при дворе, где так много времени проводили вы. Тем более что не испытываю к нему ни малейшего уважения. Там все такие спесивые и высокомерные!
Ее слова не столько разозлили, сколько заинтересовали Брайана. Ого, эта нескладная девица, оказывается, не только занимается литературой, но, как видно, имеет собственные взгляды и убеждения. Занятно!
Он внимательно посмотрел на нее поверх края своего бокала. Не слишком аккуратная прическа, мятый воротник, да и платье выглядит так, словно в нем спали. Как она умудрилась довести его до такого состояния?
— Не будем говорить о высокомерии, — примирительно сказал он. — При дворе ведь бывают и такие люди, если вы о них что-то знаете, как Джеймс Шерли.
— О да, — подхватила Фиби. — Я очень люблю его пьесы! Особенно трагедию «Кардинал».
— Ну, и вы не можете не знать о Джоне Мильтоне, которого я видел там еще не так давно.
— Вы… вы встречались с Мильтоном? — Вилка с мясом застыла в руке Фиби.
— Вот уж кто невероятно спесив, — вступил в разговор Кейто.
— Он прекрасный поэт! — воскликнула Фиби. — И это его извиняет. Я бы так хотела познакомиться с ним!
— Ты говорила, что тебе н-нужен композитор для твоего п-представления, — заметила Оливия.
Ей не нравилось, что Фиби уделяет столько внимания Брайану. Разве с ним можно о чем-то всерьез разговаривать? Брайан нашелся и тут.
— Когда я последний раз виделся с Мильтоном, рядом с ним находился… вы должны знать его… некто Генри Лоуз.
Несравненный музыкант Лоуз!
— Вы и его знаете?
Брайан снисходительно улыбнулся:
— Да, и очень неплохо.
— Меня все больше занимает мысль о праздничном представлении, Фиби, — сказал вдруг Кейто, и, к своему изумлению, в его словах она не уловила ни тени иронии. — И думаю, я смогу уговорить Генри посмотреть твое сочинение и даже написать к нему музыку.
— Правда, сэр?
— Мы много встречались с ним при дворе до войны. А в эти дни я куда чаше вижу Джона Мильтона. Он верный приверженец парламента.
— О сэр, если бы вы…
Фиби от волнения сделала большой глоток из бокала.
Кейто кивнул ей, кинул салфетку на стол и отодвинул свое кресло. Джайлс тотчас сделал то же самое. Он не чаял, когда окончатся эти пустопорожние разговоры о каких-то поэтах и музыкантах. Кому они вообще нужны?
— Пора ехать, Брайан, — сказал Кейто.
— Я готов, сэр, — ответил тот.
Дела его продвигались довольно быстро, однако он не питал иллюзий, что Кейто сразу поверил в якобы произошедшие с ним перемены. Сегодня его подвергнут жестокому допросу, будут проверять каждое его слово, но он не боялся этого и был уверен, что выйдет победителем.


В два часа пополудни Фиби и Оливия вновь вышли из дома и направились в сторону деревни. Тяжелые тучи опять висели низко. Казалось, из них вот-вот посыплется снег. Фиби загодя вооружилась большой палкой, чтобы ненароком вновь не упасть в сугроб.
Она вызвалась идти впереди, Оливия шла за ней след в след.
— Мег дома, — сказала Фиби, указывая на струйку дыма, поднимавшуюся из грубы.
— Она и не выходила сегодня, — подтвердила Оливия. — Снег совсем не тронут, ни одного следа. Только кошачьи. Видишь? Хотя ее п-помело, наверное, следов не оставляет.
Шутка была не слишком удачной: Фиби дернула плечом и ничего не ответила, заторопившись к входу в дом. Минуты через две после того, как она постучала палкой в дверь, загремели засовы, и на пороге показалась Мег в накинутом на плечи одеяле, в теплом платке на голове.
— Что с тобой? Больна? — спросила Фиби.
Та с трудом улыбнулась:
— Зуб! Может, кто из вас сумеет выдрать? — Она коснулась рукой вздувшейся щеки. — Чего только я не пробовала!
Гвоздичное масло, настойку из лещины. Ничего не помогает.
— Когда я была маленькой, — сказала Оливия, — отец сам вырвал мне зуб. Я хорошо помню. Обвязал крепкой ниткой, другой конец прикрепил к ручке двери — и хлопнул дверью! Ох и больно было!
— Наверняка не так, как у меня сейчас! — простонала Мег.
Она уселась на скамеечку возле огня, одноглазый кот тотчас прыгнул ей на колени. — Ну как, Фиби? Поможешь мне?
Та согласилась не раздумывая: у нее уже был некоторый опыт подобных операций, и она знала, что главное — делать все очень быстро. А самое трудное во всем этом — крепко обвязать зуб.
Но все удалось, и вскоре окровавленный зуб лежал в миске, а Мег пыталась унять кровь.
— Как интересно, — задумчиво заметила Оливия, которая любила во всем дотошно разобраться. — Такой маленький…
— И такую причиняет боль, — сказала Мег. — Как же тогда должны болеть другие раны — в руку, в живот… Бедные солдаты, которые сейчас воюют!
— Мы зашли к тебе, чтобы рассказать кое-что неприятное, — заговорила Фиби после недолгого молчания. — В деревне вовсю идут разговоры о колдовстве. И сегодня о том же говорил в церкви викарий.
Мег наклонила голову.
— Ничего удивительного. Не впервые. Сейчас вот снова, и я знаю почему.
— Почему? — в один голос спросили гостьи.
— Помнишь, последний раз, когда ты заходила ко мне, — обратилась Мег к Фиби, — меня позвали к больному ребенку?
— Да. Приходил, кажется, его дедушка.
— Так вот, ребенок умер. Вскоре после того, как я дала ему лекарство, которое приготовила.
— Умер? — воскликнула Оливия. — Но отчего же?
Мег крепче запахнула одеяло.
— Сама не понимаю. Ему стало лучше, когда я уходила от них, а через час, как сказала его мать, начались конвульсии. Когда я прибежала, он уже был мертв.
— Бывает, что ничем не можешь помочь, — тихо сказала Фиби.
— Это понимаешь ты и понимаю я, — с горечью произнесла Мег, — а мать ребенка прокляла меня. А его дед плюнул мне в лицо. А люди, которые там собрались, смотрели на меня со злобой и осыпали оскорблениями.
Фиби вздрогнула всем телом, сжала руки на груди.
— Ты ни в чем не виновата, — беспомощно пробормотала она.
— Они говорили, что я навлекла Божью кару на ребенка, потому что ведьма. Якшаюсь с нечистой силой.
— Почти то же самое говорил сегодня викарий, — произнесла Оливия.
— Я и не сомневалась. — Мег продолжала смотреть на огонь. — Я уже давно поняла: суеверие, предрассудки… Как это страшно! Ладно, хватит. Поставь чайник на огонь, Оливия, ты стоишь ближе. Хочу прогреть опухоль на десне.
— Но отчего? Отчего? — продолжала восклицать Фиби. — Ведь только на прошлой неделе ты вылечила дочку Бейли от лихорадки. А еще раньше — детей Харви. Они все страдали от рахита и еле ползали, а теперь бегают вместе с остальными. Почему об этом все забывают?
— То было раньше, а это — сейчас. У людей короткая память, Фиби.
— На обратном пути мы с Оливией зайдем в гостиницу. Послушаем, о чем говорят люди, и я попытаюсь переубедить их.
Мег покачала головой:
— Не поможет. И будь сама осторожна. Смола прилипчива.
— К нам не прилипнет! — с жаром возразила Фиби за себя и Оливию.
— Смола предрассудков не считается ни с происхождением, ни с богатством, — с тихой горечью сказала Мег. — Помните историю с леди Констанс? Которую раздели догола, и следователь при всех пытал ее иголками, чтобы узнать, ведьма она или нет.
Оливия вздрогнула. Она слышала об этом несколько лет назад.
— Но ее оговорила любовница мужа, — сказала Фиби, припоминая. — И потом ее, кажется, оправдали и освободили.
— Да, но после того, как раздели и пытали, — повторила Мег. — Ладно, понадеемся, что до этого не дойдет.
Она долила закипевшую воду в чайник с пахучими травами.
— Все-таки постараюсь узнать побольше, — сказала Фиби, наклоняясь и целуя Мег. — До свидания. Тебе ничего сейчас не нужно?
— Нет, дорогая. — Мег потрепала ее по щеке. — Сейчас я смогу наконец уснуть после того, как всю ночь промучилась от зубной боли.
— Если станет хуже, постарайся сообщить нам, Мег. А может… — Фиби на секунду задумалась и тотчас предложила: — Может, тебе лучше прямо сейчас пойти с нами к нам в дом? Никто не посмеет тронуть тебя под крышей у лорда Гренвилла. Когда все успокоится, ты вернешься.
Мег решительно покачала головой:
— Нет, спасибо, нет! Я не собираюсь бросать свой дом из-за нескольких невежественных людей.
Другого ответа Фиби и не ждала и потому настаивать не стала.
— Не представляю, как отнесся бы отец, если б мы привели с собой Мег, чтобы та жила в нашем доме, — сказала Оливия уже на обратном пути.
— А ты как думаешь? — спросила Фиби.
— Пожалуй, не так, как ты, — произнесла Оливия после некоторого раздумья.
Фиби нахмурилась. Она и сама знала, что Кейто на многое смотрит по-другому, в том числе на дела, происходящие в деревне.
— Не сомневаюсь, — продолжала Оливия, — что отец — справедливый мировой судья и вообще х-хорошо относится к жителям. Но он не хочет… не л-любит входить с ними в тесные отношения.
— Ну, что ж, — решительно сказала Фиби, — значит, это буду делать я.
— Но этим т-ты его не изменишь.
— Возможно.
Они подошли к развилке, откуда в поместье вела прямая дорога.
— Иди домой, Оливия, — предложила Фиби. — Я все-таки зайду в деревенскую гостиницу поспрашивать насчет Мег. Долго не задержусь.
— А почему без меня?
— Мне кажется, они будут чувствовать себя свободнее, если я буду одна. Иди, не волнуйся, никто меня не тронет. Они мне друзья.
— В-вот… вот в этом разница между тобой и отцом, — задумчиво проговорила Оливия. — Он бы никогда не назвал их своими д-друзьями…
Направляясь к гостинице, где была и харчевня, Фиби размышляла о словах Оливии. Да, подруга, несомненно, права: Кейто по-другому относится к жителям деревни, он, по сути, является их господином и попечителем. У Фиби к ним совсем иное отношение, и она не станет его менять. Пускай лучше Кейто изменит свое, тогда между ними наступит согласие. Только тогда.
Все так же задумчиво она переступила порог заведения под вывеской «Медведь».
— Добрый день, леди Фиби, — приветствовал ее хозяин из глубины сумрачного зала. — Чем могу служить?
Фиби решила сразу взять быка за рога.
— Я хотела бы знать, Бен, какие разговоры идут по поводу Мег?
Хозяин стер улыбку с лица, сплюнул в сторону и буркнул:
— Не стоит об этом говорить вслух, миледи. Потому что дурной глаз… он следит за нами. И нечистая сила тоже.
Фиби стиснула руки.
— Вы прекрасно знаете, Бен, все это чепуха. Разве не помните, как она вылечила вашу матушку от ревматизма? Тогда вы пели ей осанну на каждом углу.
Собеседник старался не смотреть Фиби в лицо, однако упрямо гнул свое:
— Э, мало ли что было. А теперь вот случилось по-другому. Был ребенок, и нет ребенка. Пришлось могилку копать. Это как по-вашему?
— Но разве Мег в этом виновата?
Бен пожал плечами:
— Вина не вина, кое-кто видел, как она в лунную ночь шастает по полям. И на другой день заболели две коровы.
— Неужели вы сами верите в эти россказни, Бен?
— Не обо мне речь. В таких вещах пусть разбираются те, кто понимает. Кто? Ну, ясно же, следователь по колдовским делам.
Фиби почувствовала, как мурашки побежали у нее по коже.
— За ним уже послали? — спросила она.
— Чего не знаю, того не знаю. Только слышал, он сейчас в Бамбери находится. Это недалеко.
Да, Фиби знала, Бамбери всего в каких-нибудь пятнадцати милях отсюда. Вот уже, значит, как близка угроза!
— Посмотрим, что скажет лорд Гренвилл обо всем об этом! — воскликнула она. — Какая глупость!
— Прошу прощения, леди Фиби, — возразил Бен, — но я так понимаю, что в делах церкви викарий не должен отвечать перед его светлостью.
Последнюю фразу хозяин гостиницы произнес вызывающим тоном, и это еще больше удивило и напугало Фиби. Такого раньше не было.
— Что ж, посмотрим, — довольно резко повторила она и, повернувшись, вышла из гостиницы.
«Пойду к бабушке Спруил, — решила она, — узнаю, что та думает по поводу несчастной Мег».
Еще до четырех пополудни она вышла из дома старой женщины, так и не услыхав ничего утешительного. Небо совсем потемнело, тучи опустились ниже, словно намереваясь раздавить землю, и Фиби старалась идти как можно быстрее. Весь мир казался ей сейчас весьма неприветливым, чтобы не сказать опасным местом.
К воротам поместья она подошла уже в полной темноте. На подъездной аллее царил еще более глубокий мрак — над землей свисали, образуя плотную арку, толстые дубовые ветви. Что-то зловещее было в этом глубоком и мрачном тоннеле, и только где-то далеко виднелись проблески света из окон дома.
Скрип снега под ногами помешал ей услышать приближение кавалькады из трех всадников, Кейто, Брайана и Джайлса, возвращавшихся из поездки в штаб Кромвеля.
— Святая матерь! — воскликнул Кейто, останавливая коня. — Кто это шагает к дому в такой темноте?
— Это я, — ответила Фиби. — Вы чуть не задавили меня своим конем, милорд.
— Какого дьявола ты делаешь в этой тьме?! — разозлился он. — И в самом деле, тебя почти не видно!
— Я не думала, что так быстро стемнеет, сэр, — попыталась оправдаться она. — Такие тучи!
— Темно как в преисподней, — поддержал ее Джайлс, принюхиваясь. — Пахнет новым снегопадом.
Кейто наклонился, протянул Фиби руку.
— Садись на коня! — скомандовал он.
Она послушно поставила ногу ему на сапог, и он подсадил ее на коня впереди себя.
Прислонившись к нему спиной, она чувствовала биение его сердца — а может, это билось ее собственное? — различала запах ременной кожи, конского пота, запах его тела и волос. Повернув и откинув немного голову, она улыбнулась ему в темноте и осмелилась коснуться его щеки. Интимная ласка, к которой Кейто не привык.
Он покосился на едущего чуть поодаль Брайана. Каким чужим был для него сейчас этот человек, которого он воспитал и знал мальчишкой, кто назывался его сыном, пускай и приемным… Каким чужим он был для него по сравнению с этой девочкой, которая по возрасту тоже могла бы ему в дочери годиться, а стала совсем другим — его Женщиной с большой буквы, от кого он с нетерпением ожидает новых сюрпризов. И не далее как нынешней ночью.
Гостеприимный свет, пробивающийся из окон, становился все ярче, уже раскрылась входная дверь, и на пороге появился верный и вездесущий Биссет. Кейто соскочил с коня, передал поводья Джайлсу, снял с седла Фиби.
— Тебе нельзя задерживаться в деревне дотемна, — проговорил он, входя с ней в холл. — Надо брать с собой сопровождающих.
— Я не думала, что так задержусь, — стала оправдываться она. — Но все повернулось таким образом… Мне очень нужно с вами обсудить кое-что.
Он слегка нахмурился, тряхнул головой.
— Тогда пойдем сразу.
Войдя вместе с ней в кабинет, Кейто прикрыл дверь и, еще не сев в кресло, спросил:
— Итак, что случилось?
— Я пошла повидать одну женщину… подругу… — Совсем не желая этого, она вдруг добавила: — Пришлось помочь ей вырвать зуб.
Кейто не успел даже пригубить вино. Он с подчеркнутым изумлением переспросил:
— Вырвать зуб? О чем ты говоришь, милая?
— Она мучилась ужасной зубной болью. Ну я и вырвала. Ведь это так понятно, милорд.
— Непонятно другое, — снова с нажимом произнес Кейто. — Почему леди Гренвилл бродит зимой в темноте по деревне и выполняет работу любого брадобрея! Кто эта таинственная подруга? Я могу узнать?
— Я испугалась, — не отвечая прямо на вопрос, продолжала Фиби, — что наш викарий заклеймил в своей проповеди Мег, и решила проверить свое предположение. Ну и отправилась к ней, чтобы выяснить, все ли у нее в порядке, и предупредить. А потом попыталась узнать, что говорят про нее в деревне, и зашла еще в два места. В «Медведе» Бен сказал, что ходят слухи, будто бы послали за следователем в Бамбери. — Она подняла встревоженный взгляд, посмотрела прямо в глаза Кейто. — Мы обязаны помочь ей, сэр!
— Хочешь сказать, что ее уже обвиняют в ведьмовстве? Назвали колдуньей?
— Но она никакая не колдунья, милорд! — отчаянно выкрикнула Фиби. — Однако слухи вовсю ползут по деревне, и некоторые открыто проклинают ее. Разве не то же самое сделал сегодня викарий? Я предложила ей убежище в этом доме, но она упрямая и гордая и отказалась.
— Ты предложила мой кров женщине, которую подозревают в колдовстве?! Фиби, я не знаю, что и сказать.
Итак, Оливия была права.
— Но отчего вам этого не сделать, сэр? Вы же мировой судья. Кому, как не вам, быть на страже закона?
— Именно по этой причине я не имею права оказывать личную поддержку тому, кого обвиняет общество. Как ты не понимаешь? Я должен быть беспристрастным и непредвзятым судьей.
— Но ее обвиняют несправедливо!
— Если обвинение предъявлено, подозреваемому надлежит предстать перед судьями. Его оправдают, если обвинение окажется ложным.
— Как вы можете так спокойно говорить об этом, сэр? Ведь вы прекрасно знаете, что справедливость торжествует не всегда. И сами сказали сегодня утром, что викарий намеренно возбуждает толпу.
Он действительно так говорил. Напоминание об этом не принесло ему удовольствия, но несколько смягчило тон, каким он собирался ответить ей.
— Твое великодушие, Фиби, — сказал он, — делает тебе честь, но оно, увы, не в силах ничего изменить. Уверяю тебя, вызов следователя отнюдь не противоречит закону, а, наоборот, свидетельствует о его соблюдении. Так что теперь остается только позволить делу принять нужный оборот.
— Но я не могу оставить несчастную женщину и своего друга без поддержки, сэр! Не могу!
Кейто раздраженно взглянул на нее:
— А тебе как моей жене вообще не пристало вмешиваться в ход следствия. Тем более на стороне женщины с довольно сомнительной репутацией.
— Сомнительной? — Фиби чуть не подпрыгнула на стуле. — Мег — лекарь, целительница. Да кто угодно, только не колдунья! Скольким людям она помогла! И не ее вина, если кто-то умер или у кого-то пала корова. Она не могла никого сглазить!
— Сглазить? Считают, будто у нее дурной глаз?
— Да, и еще обвиняют в том, что она якобы бродит голая по полям при луне. И произносит проклятия над младенцами.
Кейто опорожнил свой бокал.
— Я не хочу слушать эту чепуху, Фиби. У меня есть дела поважнее. И тебе советую держаться от всего этого подальше!
Фиби поднялась со своего места.
— Прошу меня простить, сэр, — еле выговорила она. — Мне нужно переодеться к обеду.
Оказавшись в коридоре, она остановилась. Лицо у нее было нахмурено, глаза сверкали, кулаки сжаты.
Нет, с этим человеком невозможно ни о чем говорить! Ни о чем серьезном… важном… Конечно — кто отрицает? — у него немало достоинств, но его упрямство… И самомнение. Огромное самомнение! С такими людьми бесполезно спорить, тщетно их в чем-либо убеждать. Значит, один только выход: действовать самой, на собственный страх и риск!
— Упорный… несговорчивый… — пробормотала она, видимо, вслух, потому что сзади послышался мужской голос:
— Да, конечно. О ком вы говорите, если не секрет? — В коридоре показался Брайан Морс. — Что-то не так, леди Гренвилл? — участливо спросил он.
— А, ничего. Зовите меня просто Фиби, пожалуйста. Почти все зовут меня так. К другому я пока не привыкла.
Ей было приятно сейчас любое участие.
— Хорошо, Фиби, — кивнул Брайан. — Простите мое вмешательство и мою догадку, но мне-то очень хорошо известно еще с детства, как трудно противостоять в чем-либо лорду Гренвиллу. Никакие возражения, насколько помню, на него не действовали, ничто не могло его поколебать. Фиби взглянула на собеседника.
— Но в общем он часто бывает прав, — сказала она.
— В общем да. Однако в частности…
Он не договорил, это сделала за него Фиби.
— В частности не всегда. Не всегда, — повторила она и заторопилась по коридору. — Я пойду
переодеться, извините меня.
Но Брайан тотчас поспешил за ней.
«Невзрачная молоденькая женщина, к тому же неряшливо одевающаяся, — рассуждал он сам с собой, — однако что-то в ней есть…» Определенно есть. Наверняка страдает от собственной заурядности, неяркости, и вот на этом-то он и сыграет, подберет ключик к ее душе. Сделает своим орудием. Во всяком случае, нужно попытаться.
— Вы никогда не пробовали опустить волосы так, чтобы они закрывали уши? — спросил он внезапно.
Фиби остановилась, с удивлением глядя на него.
— С чего это вам пришло в голову? Я всегда так ношу. Правда, они постоянно падают на глаза.
— Если позволите… — Брайан коснулся пучка волос у нее на голове, быстро и ловко разделил волосы пальцами, словно гребнем, на две равные части и оставил их распущенными. — О, так гораздо лучше, — сказал он, отступив на шаг и оглядывая ее с видом заправского парикмахера. — Посмотрите в зеркало у себя в комнате и сами убедитесь.
— Вы решительно все знаете насчет вкуса и моды? — спросила с некоторым уважением Фиби. — Я никогда не придавала значения таким вещам.
— Тем не менее это необходимо, — наставительно сказал он. — В мире все на них держится.
У Фиби сложилось несколько иное мнение на сей счет, но она не нашла нужным спорить. Тем более на ходу, в коридоре.
— Я имел честь быть частым советчиком вашей бедной сестры, — снова заговорил Брайан. — А что касается моего знания моды… Почти пять лет я находился при дворе и многое повидал. Не одна красавица прибегала к моим услугам.
Если бы Фиби была более искушенной, то уловила бы в последних его словах скрытый намек, но ей не пришло в голову двусмысленное толкование простейшей фразы.
— Вообще-то я действительно мало что смыслю в туалетах, — сокрушенно призналась она, уже подойдя к своей двери. — Не знаю, когда и что нужно надевать.
— Что же, — с улыбкой сказал Брайан, — если не возражаете, я мог бы вам в этом помочь. Как и вашей сестре.
— О да. Буду только благодарна за советы.
— Прекрасно. Начнем с того, что я набросаю два-три эскиза платьев для вашей портнихи. Материалом возьмем… скажем, шерсть и полотно. Согласны?
— Как вы любезны, Брайан. Спасибо.
С этими словами она торопливо открыла дверь к себе в комнату.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Случайная невеста - Фэйзер Джейн



Слишком много политики.
Случайная невеста - Фэйзер ДжейнКэт
9.06.2013, 8.52





Слушала книгу в аудиформате, читать-бы не стала.Слишком много военной политики и мало чувств. Г.г-ня неряшливая дура,которая всегда суёт нос куда не следует, а со стороны героя я вообще любви не увидела. Хотя роман хорошо написан.
Случайная невеста - Фэйзер ДжейнИванна
23.01.2014, 11.02





Роман замечательный. Советую почитать!!
Случайная невеста - Фэйзер ДжейнEdit
30.05.2014, 15.10





По началу интересно, потом политика...
Случайная невеста - Фэйзер ДжейнМарина
9.09.2014, 14.06





я где-то уже подобное читала,при чем тот роман был интересней.а фэйзер в своем репертуаре....единственный ее роман,который мне нравится-колдунья...а остальные так на один раз..
Случайная невеста - Фэйзер Джейннина
29.05.2015, 21.56





Роман супер!!!! Героиня дура выбесила блин..... Весь роман испортила!!!!!
Случайная невеста - Фэйзер ДжейнНастя
27.06.2015, 2.34





не понравилось. ощущение что ггня - даун.
Случайная невеста - Фэйзер Джейнлёлища
17.01.2016, 14.54








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100