Читать онлайн Падение и величие прекрасной Эмбер, автора - Фукс Катарина, Раздел - Глава сто двадцать девятая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Падение и величие прекрасной Эмбер - Фукс Катарина бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.76 (Голосов: 25)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Падение и величие прекрасной Эмбер - Фукс Катарина - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Падение и величие прекрасной Эмбер - Фукс Катарина - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Фукс Катарина

Падение и величие прекрасной Эмбер

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава сто двадцать девятая

И Анхелита начала свой рассказ.
Он снова вернул меня в то, уже далекое время, когда я осталась одна, в комнате дома зловещей старухи. Меня увели в тюрьму. Затем, больную, увезли в столицу.
Анхелита и ее мать оставались в доме старухи. Здесь же они прятали обоих детей Коринны.
События тогда начали развиваться стремительно.
К дому подъехали несколько карет. Это прибыли судебные чиновники, но не инквизиции, а светской власти. Они привезли маркизу де Монтойя, ее сына-преступника, а также Мигеля и Ану с двумя их детьми. Впрочем, нет, детей было четверо. Но как же это случилось?
У цыган, конечно, свои собственные способы передачи слухов, а также и правдивых сообщений. Когда карета проезжала мимо цыганского табора, расположившегося в окрестностях Кадиса, ее остановили несколько цыган. Они сказали, что им нужно кое-что сообщить Мигелю. Он узнал одного из них, пожилого, которого несколько раз видел в доме своего отца.
Все устали. Но судебные чиновники проехали все же дальше в город, ведь они везли преступника. Но Ане и Мигелю с детьми они позволили остановиться и передохнуть.
Пока Ану с детьми устраивали в шатре, Мигель спросил у своего знакомого:
– Что случилось?
– Да ничего, – отвечал тот. – Просто узнал тебя и захотел, чтобы ты с семьей передохнул здесь.
Мигель пожал плечами, но возразить ему было нечего, да и незачем.
Его дети и Ана выспались и вышли из шатра. Малыши тотчас принялись играть с цыганскими детьми. Ана обратила внимание на маленьких мальчика и девочку, которые отличались от остальных детей светлыми волосами и более светлой кожей.
– Чьи это дети? – спросила она одну из цыганок.
– Мальчишка привел их к нам. Они сироты.
Она почувствовала жалость к этим милым детям. Юная и порывистая, она тотчас решила взять их в свою семью.
«У нас им будет лучше, чем здесь», – подумала она.
И вот, взяв детей за ручки, она пошла искать Мигеля. Своих малышей она спокойно оставила у шатра.
Но внезапно она перепугалась, оставила детей и побежала. Она увидела Мигеля, который с криками бился на земле в кругу мрачных мужчин.
Ана бросилась к нему, убедилась, что он жив, обхватила его голову, покрыла поцелуями его лицо, никого не стыдясь. Ведь ее любовь была чиста.
– Мигелито, что случилось? Что с тобой? – повторяла она.
Пожилой цыган объяснил ей, что пришлось сообщить Мигелю скорбную весть: все его родные убиты в Мадриде.
– Но кто? Найдены ли убийцы? – воскликнула молодая женщина.
– Да, – хмуро ответил цыган, – это было сделано по приказу маркиза де Монтойя!
Ана уже знала, что ее брат виновен в мучениях Анхелиты, но вот она услышала, что он – убийца родных ее мужа!
– Нет! Нет! Этого быть не может! – невольно закричала она.
– Это правда, это правда, – отозвались цыгане.
Ана от ужаса лишилась чувств. Видя ее бесчувственной, Мигель окончательно пришел в себя. Теперь он утешал ее, умолял очнуться.
– Анита, любимая! Я никогда не разлюблю тебя! Слышишь, никогда!
Ана открыла глаза.
К ней подбежали ее дети, маленькие Ана и Мигель. Они привели с собой и моих Сесилью и Карлинхоса. Этим малышам пришлась по душе добрая и красивая Ана.
Все четверо детей кинулись к лежавшей на земле Ане. Она села и обняла всех четверых.
– Кто эти дети? – спросил Мигель.
– Это несчастные сироты, – Ана заплакала. – Я хотела, чтобы мы взяли их в нашу семью.
– Да, мы возьмем их, – ответил Мигель. – Теперь, когда я сам осиротел, я должен покровительствовать другим сиротам, – сказав это, он разрыдался.
Моя дочь забыла, что я дала ей имя «Сесилья», и говорила всем, кто спрашивал, как ее зовут, что ее имя – Селия. Так ей запомнилось.
Но она хорошо помнила, что я велела ей ничего не говорить обо мне, даже если будут спрашивать, и она молчала.
Карета с молодыми супругами и четырьмя детьми тронулась снова в путь. У дома они нагнали остальные две кареты.
Дальше все развивалось стремительно.
Детей отдали на попечение одной из служанок, а всех взрослых провели в самую большую комнату, которую старуха называла «залом».
В сущности, судебные чиновники собирались устроить то, что в судопроизводстве принято называть очной ставкой, то есть чтобы все взаимно дополняли свои показания.
Но все вышло совсем иначе.
Ана сразу узнала Анхелиту и ее мать. С радостным криком:
– Анхелита! Няня! – она бросилась к ним. Они приняли ее в объятия.
Ее мать, маркиза де Монтойя, грустно улыбнулась сквозь слезы. Дочь даже не заметила ее.
Хосе де Монтойя, сын маркизы, поддерживал мать под руку. Он не был закован в цепи.
В зале было достаточно народа. Стражники, чиновники.
Внезапно Мигель с кинжалом бросился на маркиза. Ведь тот был убийцей его родных, его отца, его сестер и брата.
Но ударить Мигель не успел. С воплем: «Нет! Мигель! Нет, не становись убийцей!» Ана молнией кинулась к нему и выбила у него из руки оружие. Она судорожно обнимала мужа, тот, внезапно ослабев, покорно позволил вести себя.
Но не прошло и минуты, как новые крики раздались в зале. Маркиз успел поднять кинжал. Держа оружие, он медленно двигался к окну, достаточно широкому для бегства.
– Нет, нет! Убийца не должен бежать! – крикнул Мигель, вырвался из рук Аны и снова бросился к преступнику.
Ана цеплялась за одежду мужа. Она пыталась заслонить его собой, ведь Хосе теперь был вооружен, а Мигель безоружен. Но вот маркизу удалось ударить Мигеля, тот упал. С воплем раненной тигрицы Ана выхватила кинжал за руки убийцы и замахнулась. Но тотчас же кинжал вновь оказался в руке Хосе. Видя опасность, грозящую Ане, в схватку вмешались Анхелита и ее мать. Тут наконец-то опомнились и стражники и тоже бросились на преступника, чтобы остановить его и обезоружить. Но маркиз успел нанести смертельные удары своей младшей сестре и матери Анхелиты. Обе были мертвы. Мигель лежал на полу, обливаясь кровью. Анхелита отчаянно рыдала. Старая маркиза была в глубоком обмороке.
Стражники и судебные чиновники еще усугубляли своей суетней общее отчаяние. Наконец с помощью старухи-преступницы, хозяйки дома, и двух ее служанок удалось навести какое-то подобие порядка.
Тела унесли. Мигелю оказали помощь. С трудом удалось привести в чувство старую маркизу.
Дальнейшее Анхелита теперь помнила как в тумане. Хосе, маркиз де Монтойя, был осужден за свои многочисленные преступления и казнен. По ходатайству старой маркизы титул перешел к детям Аны. Мигель остался без титула. Он медленно поправлялся после своей раны. Все они вместе с детьми уже находились в Мадриде, во дворце Монтойя. Кроме всего прочего, пришлось пережить и еще одно потрясение: вдова Хосе в отчаянии покончила с собой.
Вся эта суматошная череда ужасов, кровавых преступлений, все эти видения лиц, искаженных гневом, болью отчаянием, все это внезапно оборвалось для Анхелиты. Аны не было в живых. Мигель остался отцом и опекуном маленьких де Монтойя – своих детей – Аны и Мигеля. Анхелита медленно осознавала потерю матери.
Теперь у нее никого нет. Мать и Ана погибли. Полагаться на милосердие Мигеля? Да, он очень добр, но ведь он так еще молод, он встретит красивую девушку, женится. Дети? Но Мигель и старая маркиза обещали им всем покровительство и защиту.
А она, Анхелита?
Нет, ей не нужно покровительства. Она найдет в себе силы и пойдет по жизни в одиночестве. Она сама заработает себе на хлеб, ведь она прекрасная рукодельница.
Но куда идти? Анхелита задумалась. В конце концов она решила вернуться в горную деревню. Там она сможет жить. Ведь Мигель и дети остаются во дворце с матерью Аны.
Анхелита пустилась в путь. Она добиралась долго. Когда показались первые дома деревни, она горько заплакала. Она оплакивала себя и юную Ану и даже Хосе, и родных Мигеля. Она вспоминала себя совсем молодой, вспоминала, как она впервые увидела Мигеля, вспоминала, как пели и играли его родные… Наплакавшись, она поднялась с земли и решительно вошла в деревню.
Первая встречная женщина узнала ее. «Значит, я не так уж изменилась после всех этих мучений!» – невольно подумала девушка.
– Анхелита! Анхелита! Анхелита вернулась! – разнеслось по деревне.
Ей пришлось рассказать обо всем. Конечно, ее рассказ вызвал бурю гнева, негодования, жалости. Анхелита объявила о своем желании остаться в деревне. Разумеется, все были согласны. Сначала ее хотели поселить в доме, где прежде жили Мигель и Ана. Но Анхелита не захотела, это было бы для нее слишком мучительно. Она поселилась в маленьком домике какой-то старухи, недавно умершей.
Дни потекли за днями.
Анхелита занималась вышиванием, учила девочек, работала в огороде. Постепенно душевная боль стала глуше. Она жила просто и бездумно. Иногда ей приходило на мысль, знает ли Мигель, где она, как он, женился ли, как дети… Когда-то она любила его, боролась с собой… А теперь? Ей ничего не нужно, кроме этого спокойного бездумного существования. За день она сильно устает и спокойно, без сновидений, спит ночью. И ничего ей не нужно. Ничего…
Прошло около года. Как-то раз днем, дергая в огороде сорняки, Анхелита почувствовала, что за ней кто-то наблюдает, кто-то пристально смотрит на нее. Она быстро разогнулась. И так и замерла с пучком травы в опущенной руке. Молнией пронеслась мысль о том, что она в старой юбке, в мятой блузке, волосы растрепаны…
Возле скромной низкой ограды, сплетенной из прутьев, остановился красивый конь. Всадник был одет неброско, но добротность ткани изобличала богатство. Шляпа с перьями была надвинута на лоб…
Но она все равно узнала это лицо. То самое лицо, из-за которого прежде не спала ночами, плакала, страдала… Это был Мигель!..
Но теперь она не произносила ни слова. Она оцепенела. Она ничего не помнила, не понимала. Она знала лишь одно: сейчас она нелепа, даже, наверное, смешна. И пусть!..
Он молча спрыгнул с коня и привязал его к ограде. Анхелита по-прежнему не могла двинуться. Мигель приблизился к ограде и оперся обеими руками.
– Здравствуй, Анхелита, – степенно проговорил он каким-то незнакомым мужским голосом.
Она нашла в себе силы вглядеться в него.
Да, он очень возмужал, лицо вытянулось. Он совсем не похож на того прежнего юного Мигеля, которого она любила. Он другой. Но она не хочет этого другого! Зачем он приехал?.. Господи! Она сейчас расплачется…
Анхелита, ступая, как деревянная кукла на ниточках, подошла к Мигелю. Она резко бросила на землю пучок травы.
– Здравствуй, Мигель, – произнесла она оцепенелым каким-то голосом и снова замолчала.
Хрупкая ограда разделяла их.
В глазах его были серьезность и печаль.
– Как ты живешь, Анхелита? – наконец решился спросить он.
– Мне хорошо здесь, – отвечала она по-прежнему оцепенело.
Должно быть он ждал, что она спросит о нем, о детях, но она молчала, не спрашивала.
– Вот, я приехал, – произнес он.
– Да, я вижу.
– Ты позволишь мне переночевать?
– У тебя здесь есть дом.
– У меня нет сил войти в этот дом, Анхелита! Прозвучавшая в его голосе открытая боль заставила ее очнуться.
– Прости, прости меня, Мигель! – она протянула руки.
Но когда он протянул руки ей навстречу, она невольно отпрянула, таким порывистым было его движение.
– Прости, Мигель, – повторила она. – Конечно, ты можешь ночевать в моем доме.
– Я узнал, что отец Курро тяжело болен… Жаркая краска выступила на щеках Анхелиты.
Отец Курро! Священник, такой добрый и умный. Он венчал Ану и Мигеля. Еще недавно Анхелита исповедовалась у него и он утешал ее. Она каялась в том, что все люди стали ей безразличны, что она живет, как растение. И старый священник говорил, что это непременно пройдет.
– Но что я должна делать, отец Курро? – в тоске спрашивала она.
– Ничего, милая, ничего. Просто живи. Все придет само собой.
Как же она могла забыть, что отец Курро болен!
Но откуда об этом знает Мигель? Значит, он получает вести из деревни! Значит… Значит, ему давно известно, что она здесь!.. А она!.. Что она вообразила себе?! Что за бред! А что? Что она вообразила? Ничего, совсем ничего. Просто приехал Мигель, и это напомнило ей все прежнее, все то, что уже никогда не вернется, не повторится. Никогда!..
– Да, он болен, – она не узнавала своего голоса. Хорошо, что ты приехал.
– Я хотел бы пройти к нему. Это можно? Но прежде вот решил повидать тебя. Ты ведь мне здесь самый близкий человек, – произнес он с усилием.
Все! Все прояснилось. Теперь Анхелита все знает. Она спокойна, она не заплачет. Все хорошо. Она будет и дальше жить спокойно… Мигель уедет…
– Да, Мигель, думаю, ты можешь пойти к отцу Курро. С тех пор как он слег, за ним по очереди ухаживают все жители деревни. Если он будет спать, когда мы придем, нам скажут…
– А кто же теперь служит в церкви?
– Сильвио. Помнишь, он учился в Саламанке? Теперь он здесь, его недавно рукоположили.
– Да, да, помню. Я помню Сильвио. Но пойдем. Она вышла из калитки и приблизилась к нему.
– Пойдем.
Машинально она пригладила волосы. И тут же почему-то рассердилась на себя за этот жест.
Они спустились вниз по тропке. Мигель вел коня в поводу. Анхелита шла рядом с Мигелем. Встречные здоровались с ними. Мигеля тепло приветствовали и оглядывались на него.
Они вышли на площадь и подошли к дому отца Курро. Анхелита приблизилась к одному из окон.
– Пепа, Пепа, – вполголоса позвала она женщину, которая как раз присматривала за больным. – Отец Курро спит?
Анхелита сама не могла отдать себе отчет в том, почему ей хочется, чтобы отец Курро сейчас спал. Тогда… тогда она пойдет домой. Мигель… Она накормит его обедом. Но почему?.. Он может пойти к кому угодно. Везде его примут как желанного гостя. Но он же сам хотел остановиться в ее доме…
– Нет, не спит, – донесся голос. – А что?
– Да тут один человек хотел бы поговорить с ним. Это Мигель… Ты, наверное, помнишь…
– Мигель вернулся? – Пепе живо высунулась из окна. Эй, Мигелито! Что же ты столбом стоишь? Не узнаешь Пепу? Да входите же оба в дом.
Мигель слабо улыбнулся.
– Я не пойду, – ответила Анхелита. – Я ведь огород пропалывала, так и бросила. Видишь, какая грязная. Вечером приходи ко мне. Мигель у меня остановился.
– Вот как! – протянула Пепа.
Анхелите это не понравилось. Но Мигель уже входил в дом. Анхелита повернулась и пошла прочь.
У священника Мигель пробыл долго. Вернулся только к ужину. К этому времени (благодарение Богу!) во дворе маленького дома, где жила Анхелита, собралась куча соседей. Принесли пироги, яблоки, колбасы, вино, домашний хлеб. Принялись угощать Мигеля.
Анхелита все боялась, что кто-нибудь что-то не то скажет. Но все всё знали и никто ничего лишнего, ненужного не сказал.
Уже совсем стемнело, когда все разошлись по домам. Мигель ушел в комнату. Анхелита прибрала во дворе и тоже пошла в дом.
Теперь она думала только о том, что ей будет не по себе ночью. Ведь в соседней комнате будет спать Мигель. Или лучше ей лечь во дворе? Да, да, во дворе. Так она и сделает.
Когда Анхелита вошла, Мигель сидел у стола.
– Постелить тебе? – спросила она. – Я устала, сейчас и сама лягу.
Он вздрогнул.
Затем быстро проговорил:
– Да, конечно, постели. Потом я не хочу будить тебя.
Она сама не понимала, почему ей больно смотреть на него, больно слышать его слова, его голос. Анхелита быстро постелила ему постель.
– Погоди, – заметил он, – выходит я буду спать на кровати, а ты на полу или на большом сундуке? Так не годится.
– Нет, нет, не беспокойся. Я себе во дворе постелю, на деревянном топчане. Я летом привыкла там спать. – Она взяла в охапку свои одеяла и подушку.
Голос Мигеля остановил ее у двери.
– Тебе помочь?
– Нет, нет, ложись. Я сама.
Она быстро вышла. Кажется, она говорила с ним досадливо. Зачем? Он – гость, он приехал ненадолго. Она неласкова с ним. Это дурно. Надо быть доброй…
Расстилая одеяла на топчане, взбивая подушку, она сама ощущала лихорадочную быстроту своих движений.
Анхелита легла, не сняв юбки и блузки. Она солгала Мигелю. Она не любила спать во дворе.
Но почему она сейчас не разделась? Прохладно? Нет, тепло. Она всегда спит в сорочке. Она просто забыла взять сорочку. Но теперь она не пойдет за ней. Ведь в комнате спит Мигель.
Анхелита была уверена, что не заснет в эту ночь.
Господи, как тяжко у нее на душе! Но почему, почему? Пусть Мигель поскорее уедет! Завтра она скажет ему. Нет, она не должна так распускать себя. Она ничего ему не скажет. С завтрашнего утра она будет с ним добра, ровна, приветлива. Она будет внимательна к его желаниям. Она покажет ему, что он для нее желанный гость.
Анхелита широко раскрыла глаза.
Высоко в небе, казалось, прямо над ее лицом сиял огромный диск луны. Полнолуние!..
Свет медленно разливался вокруг. Видно, полночь давно миновала.
Значит, она заснула? Да, да, она спала. Но почему вдруг пробудилась? Почему ей так тревожно?
Она быстро села на постели, обхватила руками колени, приподнятые под одеялом.
Как все странно.
Ей вдруг вспомнилось детство. Ведь это в детстве так бывает: время то тянется, тянется, а то вдруг полетит стрелой, и вдруг остановится, вот как сейчас. И это ведь в детстве бывает, что все вдруг такое странное, и чего-то странного ждешь от жизни, и сама не знаешь, что же с тобой случится, но знаешь, что случится что-то странное, занимательное…
Внезапный страх охватил Анхелиту. Она почувствовала этот страх еще прежде, чем заметила мужскую фигуру.
Горло перехватило. Сердце забилось оглушительно. Но тотчас она узнала – Мигель! И кто бы еще это мог быть? Почему он во дворе?
Господи, как она глупа! Анхелита почувствовала, что краснеет.
Ну да, ясно, что ему понадобилось во дворе ночью! Ну да он жил в деревне не один год, знает, где находится то, что ему сейчас нужно…
Она быстро легла, чтобы он не видел ее, не заметил, что и она не спит. Она натянула одеяло до подбородка, хотела закрыть глаза, закрыла, но они как-то сами собой открылись. Она немного повернула голову и следила за Мигелем.
Нет, не эта определенная, простая телесная нужда повела его ночью во двор.
Он бесцельно прохаживался. Даже на расстоянии Анхелита чувствовала, что его что-то тревожит. Вдруг она почувствовала к нему такую мягкость, нежность. Боже, днем она была просто груба с ним!
А сейчас?
Почему она не может окликнуть его? Что в этом дурного? Наверное, он и сам хочет поговорить с ней. А с кем же еще он может поговорить, поделиться наболевшим?
Господи! Какая же она, Анхелита, жестокая! Разве она со дня смерти Аны хоть раз говорила с ним по душам? Как много она думала о себе, о своем душевном покое, и как мало – об этом несчастном человеке! А ведь они жили рядом, она была ему как сестра. И вот… Нет, она все исправит, она больше не будет жестокой и угрюмой. Еще не поздно!..
Она быстро откинула одеяло, одернула юбку, хотела было пригладить волосы, но махнула рукой. Все равно волосы, заплетенные на ночь в длинную косу, растрепались, пока она спала, а причесываться нет времени. Да и гребень остался в комнате.
Анхелита встала с топчана. Мигель был к ней спиной и не видел ее.
– Мигель! – окликнула она.
Он сразу обернулся и сделал несколько шагов ей навстречу. В движениях его ощущалась какая-то робость, скованность. Она подошла к нему совсем близко. Она тоже чувствовала какое-то странное волнение, но твердо решила быть доброжелательной и ласковой с ним.
– Ты не можешь уснуть на новом месте? – начала она разговор.
– Нет, я спал.
– А сейчас не можешь?
– Да, почему-то не могу…
– Ну давай поговорим. Хочешь? Мы так давно не говорили с тобой…
– Да, да, с удовольствием, – он заметно обрадовался.
– Подожди тогда…
Анхелита быстро подошла к своему топчану, свернула постель и помахала Мигелю, приглашая его.
Когда он подошел, она уже сидела. Он все еще несколько скованно присел чуть поодаль.
Снова оба молчали.
– Мы давно не говорили, – сказала наконец Анхелита.
– Давно, – эхом откликнулся Мигель. Анхелита было подумала, может быть ему вовсе не хочется говорить с ней. Может быть ему хотелось просто побыть одному?
– Может быть тебе сейчас хочется побыть одному? – заботливо спросила она.
– Да нет, не сказал бы. Честно говоря, мне хочется с тобой поговорить, – на этот раз он отвечал ей спокойно.
– Ну, я рада…
– Ты совсем забыла нас, детей, меня…
– Что ты! Просто… как-то так получилось…
– Но для меня в твоем уходе было что-то странное.
– Ты знал, что я здесь?
– Знал, конечно.
– Но вот уже год… – она осеклась.
– Но… Я знал, что ты здесь хорошо устроена, не нуждаешься в помощи… Ты захотела уйти… Я решил не беспокоить тебя.
Она молчала, напряженно вслушиваясь в эти простые, немного даже несвязные слова.
– Но если быть откровенным, – Мигель резко отвернул лицо, – если быть откровенным, то я был обижен на тебя. Да, я не мог понять, почему ты ушла, почему решила порвать со мной, с детьми, я не мог понять…
– А теперь? – настороженно спросила Анхелита. – Теперь ты понял?
– Не могу сказать, что хорошо понял. Но… сделал некоторые предположения. Ты устала? Тебе было тяжело после всего?
– Нет, не это главное, – уклончиво заметила она.
– Что же тогда?
– Я… я решила, что буду лишней в доме де Монтойя. – Анхелита заговорила быстро, словно кинулась с головой в воду. – Прежде я жила в вашем доме с матерью. Потом мы жили здесь…
– Ты хотела бы… Может быть, и вправду лучше перевезти сюда детей… Но пойми, я не могу, не имею права бросить мать Аны. Она очень привязана к внукам…
– Да нет… – Анхелита снова чувствовала растерянность. – То есть… Мы еще поговорим об этом…
Когда она это произнесла и увидела радость Мигеля, ей стало совсем неловко. Она опустила голову и теребила складку широкой юбки. Почему-то она снова подумала о том, что, наверное, выглядит сейчас ужасно – растрепанно и неряшливо.
– А помнишь, как мы в первый раз увиделись? – вдруг спросил Мигель. – Помнишь, ты Ану привела? – когда он произносил имя Аны, голос его чуть дрогнул и сделался печальным.
– Да, – ответила Анхелита, но почувствовала, что он хочет, ждет, чтобы она сказала что-нибудь еще, и она продолжила осторожно. – Нет, мы не тогда увиделись в первый раз. В первый раз я увидела тебя, когда мы ужинали в кухне, помнишь?..
Она не хотела напоминать ему все в подробностях, ведь тогда он был с отцом, со всеми своими родными, которые после так страшно были убиты.
– Да, я помню… вспомнил… – он не договорил; должно быть чувствовал то же, что и Анхелита. – Нам трудно вспоминать прошлое, – он грустно улыбнулся.
– Да, грустно, – тоже с грустью согласилась она.
– Но ты всегда была так добра к нам.
– Добра? – Анхелита снова заговорила с лихорадочной быстротой. – Я не была добра. Я всегда была эгоистична, думала лишь о себе… И тогда… когда все произошло и Аны не стало. Я подумала, что ты женишься снова, ты молод…
– Ты думала, что я женюсь и ты не поладишь с моей новой женой?
– Да, так я думала. Только о себе, не о детях, не о тебе. Видишь, только о себе. И еще… Когда была Ана, я была ей старшей подругой, сестрой. А прислуживать твоей новой жене я не хотела. Хотя я должна была подумать о детях Аны… Видишь, какая я?!
– Ты чего-то не договариваешь, – сказал Мигель, немного помолчав, – Или я что-то понял не так.
Она замерла с отчаянно бьющимся сердцем. Он подождал, пока она заговорит, но она молчала. Он уже хотел заговорить сам, когда она произнесла с некоторым даже вызовом:
– Я даже не спрашиваю о детях, о твоем здоровье, видишь?
– Подожди, Анхелита. Когда я ехал сюда, я еще сам не знал, как мы будем говорить. Вот я посоветовался с отцом Курро, но все никак не решаюсь выполнить его совет.
– Что же он тебе посоветовал?
– Он посоветовал мне прямо высказать тебе все.
– Ты хочешь попросить меня вернуться в дом Монтойя?
– Да. Но это не все.
– Что же еще?
– Мне казалось, что прежде я… я немного нравился тебе…
– Да, – теперь Анхелита говорила без смущения, прямо глядя ему в лицо.
– А теперь?
– Не знаю.
– Ты… ты не могла бы выйти замуж за меня?
Внезапно ей показалось, что это предложение для нее вовсе не неожиданность, что она еще с самого начала поняла – он для этого и приехал.
Но разве она когда-нибудь хотела этого? Ведь еще тогда, уже давно, во дворце Монтойя, она мыслила свою любовь к нему только как неразделенную любовь. Она не могла себе представить, как они вдвоем гуляют по саду, говорят друг другу нежные слова, целуются. Она была старше, была Ана… Любовь Анхелиты должна была быть неразделенной. Хотелось ли ей разделенной, настоящей любви? Теперь она и сама не знала.
– Ты знаешь, что стоит между нами, – наконец выговорила она.
– Старая маркиза? Она, в сущности, добрая женщина. Сейчас она сломлена несчастьями, почти не выходит из своей комнаты… К тому же речь идет о моем браке, у нее нет никаких претензий распоряжаться моей судьбой…
– Ах, Мигель! – она коротко нервно рассмеялась. – Я не о ней говорю.
– Тогда о чем? Я говорю о живой жизни. А то, что ушло из жизни, то ушло, и сколько бы мы ни плакали, не вернется. Я все помню. Но я жив, я молод. Если бы Ана была жива, она бы одобрила мой выбор. Я мысленно говорил с ней, и мне уже казалось, я слышу ее голос. Она бы не захотела моего одиночества, моей тоски. Она любила меня. Знаешь, иногда здесь, в деревне, я думал, что люблю и тебя и ее, что мы могли бы жить вместе. Жаль, что нельзя иметь двух жен.
– И сейчас жаль? – Анхелита улыбнулась.
– Сейчас? Нет… Тогда я только думал… Я бы, конечно, не стал, никогда не предложил бы тебе… Но мне всегда нравилось смотреть на тебя, как ты ходишь, говоришь, какие у тебя движения и жесты…
– Ах, Мигель!.. Я ведь ушла из дворца Монтойя потому, что мне было бы слишком тяжело видеть тебя женатым на другой девушке, не на Ане. И даже если бы ты ни на ком не женился, мне было бы мучительно жить в твоем доме чем-то вроде экономки… Видишь, я только о себе думала… Не о детях, не о тебе.
– Я понимаю. Но теперь ты вернешься?
– Лучше было бы жить здесь…
– Мы будем часто приезжать сюда. Когда мать Аны немного поправиться, мы будем часто приезжать.
– Хорошо.
– Завтра я объявлю всем о нашем браке.
– О! Нет, нет, не надо!
– Но почему?
– Не знаю. Мне стыдно.
Он хотел обнять ее, она выставила вперед ладони.
– Почему, Анхелита? Я неприятен тебе?..
– Что ты! Я… я просто боюсь… всегда боялась мужчин! Понимаешь?
– И меня боишься?
– Как мужчину? Да, боюсь.
– Ну ты совсем как ребенок. Это ведь совсем не страшно. Вот увидишь, как это хорошо. Не бойся.
– Не сейчас, не сегодня. Можно?
– Как ты хочешь. Но увидишь, все будет хорошо!
– Мигель! Давай уедем прямо сейчас!
– Ночью?
– Скоро утро. Но все равно прямо сейчас, чтобы никто не видел нас.
– А отец Курро?
– Ах! Вот видишь, какая я эгоистичная! Давай простимся с ним и уедем. Нет, он спит. Мы оставим ему письмо.
– Хорошо, пусть так и будет. Иди в дом, соберись.
– А мне и нечего собираться. Только переоденусь.
Анхелита побежала в дом, быстро надела свое праздничное платье, причесалась и заколола волосы. Затем снова вышла во двор.
– Знаешь, – сказала она Мигелю, – еще чуть-чуть подожди. Я отнесу постель в комнату, чтобы дождь не промочил ее.
– Я сам…
Он взял постель в охапку и ушел в дом. Анхелита охватила виски ладонями и стояла посреди двора, улыбаясь.
Мигель быстро вернулся.
– Идем, – он подал ей руку.
Она почувствовала, как его пальцы охватили ласково ее ладонь, и едва не заплакала. Мигель отвязал коня.
Снова они шли по деревне. Рядом. Мигель вел коня в поводу. Небо начинало медленно голубеть, светлеть.
Они дошли до площади и подошли к дому отца Курро.
Каково же было их изумление, когда они увидели старого священника, сидящего у окна. Они обрадовались и подошли совсем близко.
– Отец Курро! – Анхелита почувствовала, что вот этому человеку она готова рассказывать о себе все-все, о своих страхах и колебаниях, и он обязательно поможет.
Но он уже, казалось, все знал.
– Я знал, что вы придете, – тихо произнес он. – Я решил ждать вас. Я благословляю вас. Вы можете сейчас ехать. Но если вы желаете, Сильвио обвенчает вас прямо сейчас. Мне кажется, так будет лучше для Анхелиты.
Анхелита поняла, что и вправду после венчания ей станет легче, страхи улягутся.
– Я бы сам обвенчал вас, но из-за болезни не могу долго быть на ногах. Ступайте в церковь. Я пришлю к вам Сильвио.
Они пошли к церкви. Мигель привязал коня неподалеку. Вскоре пришел молодой Сильвио. Началось венчание.
После обряда они простились с отцом Курро.
Мигель сел на коня, Анхелита взобралась сзади и обхватила его за пояс.
Началось их свадебное путешествие. Они спустились с гор и ехали по красивым долинам, вдоль широкой реки, по улицам городов. Теперь они говорили друг другу нежные слова, целовались и обнимались, прогуливались рука об руку.
Анхелита все еще боялась первой брачной ночи. Но это Мигель отложил до их приезда в Мадрид.
В Мадриде, во дворце Монтойя, она радостно встретилась с детьми. Мигель окружил ее роскошью. Теперь он распоряжался деньгами и имуществом Монтойя. Он настоял, чтобы свадьба была пышной и многолюдной.
Своей ласковостью и мягкостью он уничтожил ее страх перед мужской телесностью. Она также перестала робеть из-за того, что была старше его, ведь в постели она чувствовала себя совсем юной неопытной девочкой, а он был зрелым мужчиной. Жизнь их складывалась прекрасно, много времени они проводили и в горной деревне. Отец Курро прожил еще несколько лет и скончался, оплаканный всеми. Молодой Сильвио стал его достойным преемником. Старая маркиза, мать Аны, была еще жива, но почти не выходила из своих покоев, где проводила время в молитвах.
Когда Санчо Пико отыскал их, он хотел увезти и моих детей, на этом настаивала и Нэн. Но Селия и Карлинхос очень привязались к своим новым родителям. Кроме того, можно было надеяться, что я жива и когда-нибудь разыщу их.
Я спросила Анхелиту, что рассказывали обо мне Нэн и Санчо. Она ответила, что они, кажется, даже не назвали моего настоящего имени.
– Вы так и не знаете, как меня зовут?
– Нет. Не помню, чтобы знала.
– Мое английское имя – Эмбер – «янтарь».
– Очень красиво.
Анхелита еще рассказала, что хотя ни Мигель, ни она не имеют титула, все как-то привыкли называть их де Монтойя, хотя на самом деле титул носят только дети Мигеля и Аны.
Я, в свою очередь, рассказала коротко о моих новых друзьях, Николаосе и Чоки. Анхелита их не знала, но порадовалась за меня.
Мы беседовали любезно и дружелюбно, хотя, конечно, той открытой доверительности, которая была у меня с Николаосом и Чоки, с Анхелитой не возникло. Я украдкой разглядывала ее. В ней теперь были та пышность и зрелость, которые свойственны женщине, когда муж любит ее, нежен и страстен с ней как самый страстный любовник. Вот чего я не испытала в жизни. И быть может никогда не испытаю.
Но это чувство зависти было почему-то даже приятным, и в то же время я искренне радовалась счастью моей былой товарки.
Конечно, я хотела увидеть своих детей, но невольно желала и оттянуть минуту встречи. Да, прав был Николаос. Сейчас я больше думала не о Карлосе и Селии, которые жили здесь, в довольстве и безопасности, но о своем старшем сыне Брюсе. Душа моя верила в то, что он жив. Но где он? Как складывается его судьба?




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Падение и величие прекрасной Эмбер - Фукс Катарина

Разделы:
Глава сто 8Глава сто 9Глава сто 10Глава сто 11Глава сто 12Глава сто 13Глава сто 14Глава сто 15Глава сто 16Глава сто 17Глава сто 18Глава сто 19Глава сто 20Глава сто 2 1Глава сто 2 2Глава сто 2 3Глава сто 2 4Глава сто 2 5Глава сто 2 6Глава сто 2 7Глава сто 2 8Глава сто 2 9Глава сто 30Глава сто 3 1Глава сто 3 2Глава сто 3 3Глава сто 3 4Глава сто 3 5Глава сто 3 6

Часть пятая

Глава сто 3 7Глава сто 3 8Глава сто 3 9Глава сто 40Глава сто 4 1Глава сто 4 2Глава сто 4 3Глава сто 4 4Глава сто 4 5Глава сто 4 6Глава сто 4 7Глава сто 4 8Глава сто 4 9Глава сто пяти10Глава сто 5 1Глава сто 5 2Глава сто 5 3Глава сто 5 4Глава сто 5 5Глава сто 5 6Глава сто 5 7Глава сто 5 8Глава сто 5 9Глава сто шести10Глава сто 6 1Глава сто 6 2Глава сто 6 3Глава сто 6 4Глава сто 6 5Глава сто 6 6Глава сто 6 7Глава сто 6 8Глава сто 6 9Глава сто семи10Глава сто 7 1Глава сто 7 2Глава сто 7 3Глава сто 7 4Глава сто 7 5Глава сто 7 6Глава сто 7 7Глава сто 7 8

Часть шестая

Глава сто 7 9Глава сто восьми10Глава сто во7 1Глава сто во7 2Глава сто во7 3Глава сто во7 4Глава сто во7 5Глава сто во7 6Глава сто во7 7Глава сто во7 8Глава сто во7 9Глава сто 90Глава сто 9 1Глава сто 9 2Глава сто 9 3Глава сто 9 4Глава сто 9 5Глава сто 9 6Глава сто 9 7Глава сто 9 8Глава сто 9 9Глава двухсотаяГлава двести 1Глава двести 2Глава двести 3Глава двести 4ЭпилогМир моделей или шарады и ребусы прекрасной эмбер

Ваши комментарии
к роману Падение и величие прекрасной Эмбер - Фукс Катарина



две книги это бред сумашедшего ничего хуже не читала.
Падение и величие прекрасной Эмбер - Фукс Катаринаэльза
26.02.2013, 22.23








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа
Глава сто 8Глава сто 9Глава сто 10Глава сто 11Глава сто 12Глава сто 13Глава сто 14Глава сто 15Глава сто 16Глава сто 17Глава сто 18Глава сто 19Глава сто 20Глава сто 2 1Глава сто 2 2Глава сто 2 3Глава сто 2 4Глава сто 2 5Глава сто 2 6Глава сто 2 7Глава сто 2 8Глава сто 2 9Глава сто 30Глава сто 3 1Глава сто 3 2Глава сто 3 3Глава сто 3 4Глава сто 3 5Глава сто 3 6

Часть пятая

Глава сто 3 7Глава сто 3 8Глава сто 3 9Глава сто 40Глава сто 4 1Глава сто 4 2Глава сто 4 3Глава сто 4 4Глава сто 4 5Глава сто 4 6Глава сто 4 7Глава сто 4 8Глава сто 4 9Глава сто пяти10Глава сто 5 1Глава сто 5 2Глава сто 5 3Глава сто 5 4Глава сто 5 5Глава сто 5 6Глава сто 5 7Глава сто 5 8Глава сто 5 9Глава сто шести10Глава сто 6 1Глава сто 6 2Глава сто 6 3Глава сто 6 4Глава сто 6 5Глава сто 6 6Глава сто 6 7Глава сто 6 8Глава сто 6 9Глава сто семи10Глава сто 7 1Глава сто 7 2Глава сто 7 3Глава сто 7 4Глава сто 7 5Глава сто 7 6Глава сто 7 7Глава сто 7 8

Часть шестая

Глава сто 7 9Глава сто восьми10Глава сто во7 1Глава сто во7 2Глава сто во7 3Глава сто во7 4Глава сто во7 5Глава сто во7 6Глава сто во7 7Глава сто во7 8Глава сто во7 9Глава сто 90Глава сто 9 1Глава сто 9 2Глава сто 9 3Глава сто 9 4Глава сто 9 5Глава сто 9 6Глава сто 9 7Глава сто 9 8Глава сто 9 9Глава двухсотаяГлава двести 1Глава двести 2Глава двести 3Глава двести 4ЭпилогМир моделей или шарады и ребусы прекрасной эмбер

Rambler's Top100