Читать онлайн Влюбленный герцог, автора - Фоули Гэлен, Раздел - Глава 16 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Влюбленный герцог - Фоули Гэлен бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.24 (Голосов: 79)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Влюбленный герцог - Фоули Гэлен - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Влюбленный герцог - Фоули Гэлен - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Фоули Гэлен

Влюбленный герцог

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 16

В мрачном настроении возвращались они в Найт-Хаус. Роберт был задумчив и молчалив, а Бел старалась побороть панический страх, думая о том, что на рассвете Долф, этот грубый, отвратительный распутник, может всадить пулю в ее любимого. Сжав поводья, Белинда взволнованно поглядывала на Роберта, ехавшего рядом с ней. Луна освещала его широкие плечи и четко очерчивала орлиный профиль, а его отчужденный сумрачный взгляд был прикован к освещенной луной дороге. После часа езды они выехали наконец на Риджент-стрит и свернули на Пиккадилли.
По мере того как они приближались к Грин-парку, толпа становилась все гуще, и вдруг один за другим раздалось несколько сильных гулких ударов, похожих на взрывы. Лошади испугались. Роберт, справившись со своим жеребцом, схватил поводья ее коня. В черном небе над Грин-парком сверкал яркими огнями фейерверк, открывая празднества, которые устраивал принц-регент в честь победы.
Настало первое августа. Последний день их соглашения.
Бел почувствовала, как ее охватила дрожь при мысли о расставании. Она взглянула на Роберта и увидела, как красные отблески осветили его мужественное лицо. Бел старалась побороть чувства, охватившие ее при воспоминании о том, при каких обстоятельствах они в последний раз наблюдали фейерверк вместе — в ту восхитительную ночь в Воксхолле. Роберт что-то шептал своей лошади, стараясь не встречаться с ней взглядом.
Они въехали в ворота Найт-Хауса, и грумы приняли у них лошадей. Бел спешилась, сдвинула назад широкополую шляпу и, вытерев пот со лба, смотрела, как Роберт устало направился к дверям. Золотой свет, отбрасываемый фонарями по обеим сторонам двери, очертил красноватый ореол вокруг его волнистых черных волос.
Он исчез в доме, и сердце у нее заныло. Он был таким благородным рыцарем — а она, его прекрасная дама, оказалась обманщицей.
Впрочем, к ее страданию примешивалось и чувство вины — ведь она знала, что в некотором смысле она не лучше леди Колдфелл. Почему она дала ему повод думать, что оттолкнула его тогда только из-за денег? Но в отличие от леди Колдфелл у нее еще остается возможность обелить себя в его глазах. Если только она осмелится. Эта ночь — последняя возможность все ему объяснить.
Она опять содрогнулась от холодного страха, но, приняв решение, расправила плечи. Она согласна вытерпеть любое унижение, но этот человек — ее покровитель, и она обязана сказать ему правду.
Хоук был в библиотеке. Он поручил одному слуге отыскать его брата Алека, который будет его секундантом, а другому — съездить в поместье Колдфелла и предупредить, что дуэль состоится на рассвете.
Отпустив слуг, он сел за письменный стол и крепко прижал ладони к глазам. Он чувствовал себя униженным и одиноким.
Подумать только, как он ошибся! Боже милосердный, как одурачила его Люси! Он ввязался в это дело, считая себя справедливым мстителем, а на самом деле оказался в дураках.
— Роберт!
Услышав ее тихий оклик, он поднял глаза. Белинда стояла в дверях, в полумраке, и лицо у нее было напряженное и бледное. Ее красота подействовала на него как удар в грудь. Он взял в руку перо и сделал вид, что рассматривает его.
— Вам что-то нужно, мисс Гамильтон? Боюсь, что я занят. Мне нужно привести в порядок кое-какие дела, поскольку существует некая вероятность, что мне придется покинуть этот мир с непредвиденной поспешностью.
При этих словах она вздрогнула и опустила голову. Он посмотрел на нее.
— Молчите, да? Позвольте мне высказать предположение. Вы явились сказать: «Я же вам говорила». Так оно и есть. Вы знали с самого начала, что Долф не убивал Люси, но я не желал вас слушать. Вы были совершенно правы; отдаю должное вашему уму, а мне придется смириться с тем, что меня одурачила Люси… и вы.
— Бог мой, умеете же вы причинять людям боль. — Прошептав это, она подняла голову и встретила его взгляд. В ее глазах была мука. — Не нужно равнять меня с ней. Я хотя бы не скрываю, что я шлюха.
Он отбросил перо и оперся подбородком на руку.
— Я хочу кое-что рассказать вам, — храбро сказала она, входя к нему в комнату.
Она направилась к фортепьяно и, положив руки на блестящую крышку, уставилась в пустой камин.
— Я хотела сказать, что в течение последних двух месяцев я пыталась сделать вашу жизнь немного радостней. Сде-лать так, чтобы вам было хорошо и… вы получили удовольствие.
Он с трудом удержался от желания сообщить ей, как прекрасно ей это удалось.
Он с ней покончил, и все тут. В конце концов, он отказался отдать ее Долфу и из-за этого готов рискнуть своей жизнью. Разве этого недостаточно? Ему страшно захотелось подойти к ней, обнять, утешить и утешиться. Но этот порыв был неуместен.
Он сидел за письменным столом в стоическом молчании, ожидая ее рассказа и глядя, как на прекрасном лице отражается сложная игра чувств.
— Роберт, в ту ночь в столовой я оттолкнула вас не из каприза или алчности, — начала она. — На самом деле… Ах, Роберт!
— Что такое? — равнодушно осведомился он.
Она напряглась, ее маленькая, изящная ручка, лежавшая на крышке рояля, сжалась в кулак. Она закрыла глаза, но лицо ее по-прежнему было повернуто к нему.
— Я знаю, вы смотрите на куртизанок с презрением. Пожалуйста, постарайтесь понять. Вы — мой п-первый покровитель. Оттолкнула я вас потому, что…
Она замолчала. Ей было так страшно! Он ждал, боясь шелохнуться, но заставил себя проговорить вежливо и надменно:
— Да?
— Я не умею любить, — жалобно произнесла она. Он воззрился на нее.
— Простите мою неделикатность, Белинда, но где же логика? Любовь — ваша профессия. Вы не были девственницей, когда я овладел вами.
— Не была, — еле слышно ответила она. — Я должна кое-что сказать вам… я никому этого не говорила. О том, что случилось со мной. — Она вздернула подбородок и решительно посмотрела ему прямо в глаза. — Роберт, дело не в том, что в один прекрасный день мне надоело жить в нищете и я решила стать куртизанкой. Когда из-за Долфа меня уволили из пансиона, я держалась на плаву, днем подавая апельсины, а по ночам чиня рубашки — именно так, как вам рассказали дети. Я работала с утра до ночи, но я оставалась честной. Я увидела этих ребятишек — Томми и Эндрю — зимой, ноги у них были босые и кровоточили. — Она говорила все быстрее и быстрее, и предчувствие чего-то ужасного зародилось в его душе. — Поэтому я потратила деньги, отложенные на плату за отцовскую камеру, чтобы купить им ботинки, — продолжала она, с каждым мгновением утрачивая свое спокойствие. — Тогда я пошла к надзирателю объяснить ему, что у меня нет денег, и попросила его подождать с оплатой две недели, а он сказал, что подумает, а на улице шел дождь…
— Сядьте, Бел, — прошептал он, медленно обойдя письменный стол и не сводя с нее глаз.
Лицо ее смертельно побледнело.
— Нет! — вскрикнула она. — Выслушайте меня. — Она отодвинулась, когда он подошел ближе, и продолжила свой рассказ: — Надзиратель знал, что идет дождь, и велел своему кучеру отвезти меня домой. Я решила, что это просто любезность, но он, оказывается, хотел узнать, где я живу. Он спросил, есть ли у меня братья или муж, которые могли бы мне помочь, и я была так глупа, что сказала — у меня никого нет.
— Нет, ангел мой, прошу вас… — умолял он ее еле слышно; на глаза его навернулись слезы — он уже начал догадываться о том, что она хотела ему рассказать.
— Да. Он подкараулил меня ночью, Роберт, и напал на меня. Роберт, ведь я была девушкой. Боже мой, почему он так со мной поступил? — жалобно вскрикнула она, а он быстро шагнул к ней и схватил ее в объятия, нависнув над ней, как плакальщица над покойником.
Она припала к нему, захлебываясь в рыданиях.
— Почему? — всхлипывала она. — Я никому не причинила зла. Почему он со мной так поступил, Роберт?
А он только и смог прошептать, обнимая ее и убаюкивая:
— Милая моя, ну, ну, ну.
Ужас и ярость застилали ему глаза, и голова кружилась так, словно его ударили кувалдой. «Я убью его!»
— Вот почему я стала куртизанкой. Но Люси была обманщицей, и Долф назвал вас обманщиком, и я тоже обманщица, — плакала она. — Я не умею… вчера ночью мне показалось, что я сумею… но дребезжание серебра… Это очень глупо, но оно было так похоже на… эти ужасные ключи, которые он носит на себе.
И Хоук вспомнил огромное кольцо с ключами на поясе у этого сукина сына.
— И в этот момент я все вспомнила, — простонала она, прижимаясь к нему так, словно он был ее единственной опорой. — Я никогда не отказала бы вам из-за денег. Помогите мне, Роберт. Мне так больно!
— Я здесь. — Он задыхался.
Колени у нее подгибались, и он подхватил ее на руки. Она горько плакала. Он прижал ее к себе, и на его глаза тоже навернулись слезы — от ярости, боли и жгучих угрызений совести.
Ах, если бы он знал, он ни за что не заставил бы ее пойти в ту темную комнату с Долфом. Надзиратель из «Флита». Господи Иисусе! Рядом с этой исполосованной шрамами скотиной Долф казался мальчиком из церковного хора. Но он этого не знал, потому что не хотел знать! Он ошибся насчет Люси, ошибся насчет Долфа, но что касается Белинды… тут он сознательно обманывал себя. Он почувствовал, что она невинна, с первого же взгляда, но не поверил в это из-за личины, которую она носила.
— Мне так жаль, — снова и снова шептал он, покрывая поцелуями ее залитое слезами лицо. Извинений было, конечно, недостаточно, но что еще он мог бы сейчас сказать? Белинда дрожала в его объятиях.
— Я не могу потерять вас, Роберт. Откажитесь от дуэли. Из-за куртизанок не стреляются.
Он взял в ладони ее лицо и напряженно посмотрел ей в глаза. В его глазах стояли слезы.


— Вы мне дороги, и я докажу вам это.
— Рискнув своей жизнью? Я не хочу вас терять! — Она плакала и лихорадочно целовала его. — Останьтесь со мной. Любите меня, Роберт. Верните мне меня.
Он закрыл глаза и прижался к ней лбом, пытаясь побороть черный хаос, в который его ввергла ярость.
— Непременно, моя милая, — проговорил он на удивление спокойно. — Но не сегодня ночью. И не таким образом.
— Может быть, эта ночь — все, что у нас есть, если вы согласитесь на дуэль! — гневно воскликнула она, вырываясь из его объятий. — Не ходите, Роберт!
Глядя на ее страдающее лицо, залитое слезами, он погладил Бел по щеке и выдержал ее взгляд, исполненный любви и нежности.
— Успокойтесь. Я еще не заслужил вас, но когда я разделаюсь с теми, кто причинил вам зло, я, вероятно, стану достоин такого дара. — Он снова погладил ее по щеке. — Ах, милая моя девочка, каким же нужно быть негодяем, чтобы причинить вам зло!
Глаза ее снова наполнились слезами, и он снова привлек ее к себе и долго гладил по волосам, желая успокоить. Наконец она перестала всхлипывать.
— Лучше бы вы рассказали мне об этом до того, как я к вам прикоснулся.
— Как я могла? Единственное, чего мне хотелось со дня нашей первой встречи, — чтобы вы меня уважали.
Никакой упрек не мог бы подействовать на него сильнее, чем это удивительное признание. Он опустил голову и закрыл глаза, посылая себя в самые глубины преисподней а свою надменность, будь она трижды проклята! Сколько раз бросал он ей в лицо свое неодобрение! Почему он решил, что имеет право судить ее? Прошептав очередное ненужное извинение, он уткнулся подбородком в ее волосы и привлек к себе так осторожно, точно она была отлита из тончайшего фарфора. Так они посидели некоторое время, пока он не почувствовал, что дрожь ее утихла, а дыхание стало медленным и спокойным.
— Хотите, я принесу вам вина? — спросил он.
Она кивнула.
Поцеловав ее в лоб, он встал с дивана, подошел к шкафчику с напитками и налил ей в бокал вина. Потом задумчиво посмотрел на нее через плечо, думая, что она попытается остановить его, если узнает, что он собрался сделать этой ночью.
Долф был не единственным, кого следовало наказать еще до рассвета. Ярость бурлила в жилах Хоука, черная, жаркая, бешеная, сводящая его с ума.
Он опустил в ее стакан каплю опия, который держал в шкафчике на случай бессонницы. Это ее успокоит и поможет уснуть.
Поколебавшись, он достал из шкафчика серебряную фляжку, подарок Белинды, и наполнил ее французским коньяком, который прислал ему Джек. Этой ночью ему предстояло провернуть кое-какие темные делишки, и нужно будет подпитать свою ярость.
Хоук завернул крышечку на изящной фляжке и сунул ее в жилетный карман. Пригодится.
Он принес ей вино, и она пробормотала что-то в знак благодарности. После этого он впустил в библиотеку Гипериона, свою любимую собаку, чтобы она охраняла Белинду и составила ей компанию. Черный ньюфаундленд свернулся на ковре у дивана, где сидела Бел, ослабевшая от слез. Хоук наклонился и запечатлел нежный поцелуй на ее холодном влажном лбу.
Она схватила его руку.
— Не покидайте меня, Роберт!
— Я здесь.
Он присел на край дивана. Она пила вино, а он гладил ее по волосам и держал за руку.
— Вы держались сегодня так храбро, — прошептал он. — Если бы я знал, я никогда в жизни не заставил бы вас пройти через подобное унижение.


— Я знаю. — На губах ее задрожала улыбка.
— Использовать вас как приманку для Долфа… Мне не следовало втягивать вас в это дело. Почему вы согласились, Бел?
— Нужно было выполнять обещание, — вздохнула она. — Мне хотелось показать вам, какая я смелая.
— Вы все время это показываете, Белинда. Вы умеете владеть собой, моя девочка.
Она задумчиво улыбнулась и поудобнее устроилась на диване.
Он бросил взгляд в сторону фортепьяно.
— Сыграть вам колыбельную?
— Нет, просто побудьте рядом, — попросила она умоляющим голосом и потянулась к его руке.
— Я здесь, я здесь. Бедный мой ангел, вы несете на своих плечах такое бремя! — Он осторожно гладил мягкие легкие волосы у нее на виске, но мысль об исполосованном шрамами мерзавце, который так обошелся с этой невинной, получившей аристократическое воспитание девушкой, вызывала в нем бешенство. И понадобилась вся его сила воли, чтобы просидеть здесь еще с четверть часа, успокаивая ее.
Он вспомнил, как монеты скользнули в ладонь тюремного сторожа и как надзиратель распекал одного из своих подчиненных. Конечно, в стенах «Флита» найдется кому рассказать то, что он захочет рассказать, — за деньги, разумеется.
Хоук тревожно взглянул на каминные часы. Пора идти.
— Вы должны отдохнуть, дорогая. Постарайтесь уснуть, — шепнул он. — Я скоро вернусь.
— Почему вы уходите? Останьтесь, — пробормотала она. Глаза ее слипались — опий начал действовать.
— Спите, мой ангел. — Он наклонился и запечатлел на ее щеке поцелуй, легкий, как шепот. — Помните, я ваш покровитель и больше никому не позволю причинить вам вред.
— Угу. — И она заснула.
Хоук вышел из библиотеки и направился в свою спальню. Там он переоделся во все черное и взял два дуэльных пистолета. Подумав, снял кольцо, украшенное фамильным гербом. Лучше, чтобы никто его не узнал.
Он быстро спустился по лестнице, вышел на усыпанный гравием двор позади Найт-Хауса и подошел к каретному сараю. Там он оглядел все экипажи и выбрал старую черную карету, которую несколько лет назад отдал в распоряжение слуг. Сегодня ему был нужен именно такой экипаж — крепкий, но без особых примет. Он велел Уильяму запрячь четверку лошадей, а потом уселся на место кучера и взял в руки поводья.
Уильям встревоженно посмотрел на мрачное лицо хозяина и спросил, не нужна ли его помощь. Но Хоук не хотел, чтобы были свидетели того дела, которое он задумал. Он надвинул шляпу на глаза и выехал на улицу. Толпа, наблюдавшая за фейерверком, уже начала расходиться.
Должно быть, он несколько переборщил, потому что какие-то подвыпившие молодые повесы, покидавшие праздник, приняли его за извозчика и хотели нанять, но он не остановился, и они осыпали. Хоука ругательствами и угрозами. Сначала он решил заехать в тюрьму. Около ворот «Флита» он спрыгнул на землю и, подозвав какого-то беспризорника, попросил его постеречь лошадей, пообещав скоро вернуться.
Привратнику Хоук сказал, что ему нужно видеть Альфреда Гамильтона, и его пропустили внутрь. Проходя по коридору, он оглядел вестибюль.
Кабинет надзирателя был закрыт.
— Надзиратель сегодня не на дежурстве? — беспечно спросил он сторожа.
— Работал днем.
— А-а… — кивнул Хоук, смерив взглядом провожатого. — Верно, вы этому рады. Он ведь крутехонек.
— Да уж, чего и говорить. Прямо надсмотрщик за рабами, черт его побери! — проворчал молодой сторож.
Когда они добрались до камеры Гамильтона, сторож повернулся к Хоуку, ожидая платы за то, что сейчас повернет ключ.
Хоук положил ему в руку десять золотых соверенов, что было, по всей вероятности, больше, чем этот человек зарабатывал за месяц.
— Не знаете, где мне найти его? — поинтересовался он.
— Надзирателя?
— Мне нужно поговорить с ним.
Сторож уставился на монеты и нервно сглотнул.
— Таверна «Петушиная арена», вот где.
— А где это? — вежливо спросил Хоук.
— Паддинг-лейн, в двух шагах от Биллингсгейта.
— Это точно?
Сторож бросил на него взгляд через плечо.
— Точно. Нам только что выдали жалованье, а он ходит туда играть на петушиных боях. Да там еще продают спиртное по ночам для разносчиков рыбы. А надзиратель не прочь выпить — что днем, что ночью.
Хоук удовлетворенно кивнул.
— Будет лучше, если запись о моем посещении исчезнет из вашего журнала, согласны?
— Сделаем.
— Смекалистый малый, — улыбнулся Хоук, дал ему еще несколько золотых и вошел в камеру к Альфреду, чтобы поведать ему горькую правду.
Он сделал это без всякой жалости; горестный вопль старика отдавался у него в ушах, когда он выходил из «Флита». Да, когда-то у него были намерения освободить Альфреда Гамильтона из долговой тюрьмы, но они исчезли бесследно, стоило ему узнать, во что обошлась дочери безответственность отца. Пусть гниет в тюрьме, решил Хоук.
Он сунул мальчишке монетку, сел в экипаж и направился через Сити к низовьям Темзы. От реки накатывались клубы тумана. Когда воздух наполнился запахом рыбы, исходившим от прибрежного рынка Биллингсгейт, Хоук понял, что цель его близка.
Вдали маячил окутанный туманом, огромный зловещий Тауэр.
Хоук свернул в Паддинг-лейн и сразу же нашел таверну «Петушиная арена». Он завел экипаж в тень между домами и нырнул в переполненное помещение. Держась у стены, Хоук высматривал среди орущей пьяной публики надзирателя. Наконец он нашел его и вернулся к своему экипажу. Вскарабкавшись на кучерское сиденье, он сложил руки на груди и стал терпеливо ждать. Время от времени Хоук глотал коньяк из серебряной фляги. С ночного неба начал моросить дождь.
Спустя час Хоук сошел на землю, решив поразмяться. Что-то блеснуло в куче щебня у стены. Это оказалась металлическая труба. С хищной улыбкой он ухватил трубу и вернулся к экипажу. Прошел еще час. До дуэли с Долфом оставалось всего два часа — летом светает рано.
Полил сильный дождь. Хоук с раздражением взглянул на небо, и тут вдруг дверь таверны отворилась и наконец-то появился, спотыкаясь, флитский надзиратель.
Хоук напрягся. Сердце его бешено стучало.
Надзирателя сопровождали двое мужчин, но на углу они простились, и пьянчуги, выписывая зигзаги, направились к реке, а тюремщик, шатаясь, поплелся по улице. Хоук затаился, как хищный зверь перед прыжком.
Надзиратель подошел ближе, и Хоук вышел из тени. Тюремщик всмотрелся в него, щурясь, и увидел экипаж.
— Извозчик! Вези в Чипсайд! — рявкнул он.
Это приказание несколько удивило Хоука, но он тут же улыбнулся, слегка растянув губы.
— Сию минуту.
Спустя мгновение надзиратель уже лежал на полу экипажа с кляпом во рту, а Хоук упирался ему в спину коленом. Тюремщик был чудовищно силен, они боролись, как дикие звери, но Хоука распирала такая ярость, что он даже не чувствовал ударов, наносимых ему. В конце концов он связал тюремщику руки за спиной и уселся на место кучера.
Он гнал лошадей по узким грязным улицам, и сердце его радостно билось в груди. Бешено промчавшись мимо Тауэра, он свернул к докам Шедвелла и остановил экипаж между двумя заброшенными складами.
Дождь лил не переставая, вокруг не было ни души.
Хоук соскочил на землю и, открыв дверцу кареты, вытащил огромного тюремщика и отволок его, связанного, в темный проулок. Потом наклонился над ним, держа в руке свинцовую трубу. В этом бою справедливость ничего для него не значила. Где была справедливость, когда этот негодяй напал на беззащитную девушку?
Тюремщик с ужасом взглянул на металлическую дубинку и перевел взгляд на Хоука.
— Узнаете меня?
Надзиратель покачал головой.
Хоук присел перед ним на корточки.
— Я хочу сказать вам всего два слова: Белинда Гамильтон.
Замычав от страха сквозь кляп, надзиратель попытался встать. Хоук ткнул его в грудь, и негодяй растянулся на мокрой мостовой. И тогда Хоук поднял трубу и со всей силы нанес удар.
И еще раз.
Хруст сломанной кости громко прозвучал в ночной тишине.
Белинда.
Шел дождь, текла кровь.
Ничто в жизни Хоука не подготовило его к той свирепости, которая захлестнула его теперь, когда он осуществлял казнь того, кто изнасиловал его подругу. Взбешенный, с мокрыми от дождя волосами, падающими на лицо, со звериным рычанием, он превратился в кого-то, кого он не знал и о существовании кого даже не подозревал. Это было ужасно и восхитительно. В перерывах между ударами Хоук разговаривал с надзирателем, кружа вокруг, точно хищный зверь, играющий со своей жертвой. Тюремщик взревел и встал на колени. Хоук снова сбил его на мостовую, нанося удары в ребра и в лицо и осыпая ругательствами. Наконец он остановился, поняв, что если не прекратит избиение, то может убить этого негодяя.
Передернувшись, он отбросил свинцовую трубу. Содрогаясь от собственной жестокости, он неторопливо подошел к реке, а надзиратель со стонами корчился на мостовой.
Хоук посмотрел на черную лоснящуюся воду. У последнего пропускного пункта стоял корабль с каторжниками, которых должны были отправить на поселение в Австралию. Глаза Хоука довольно блеснули. Вот она — высшая справедливость, подумал он. Он даст взятку судовым сторожам, чтобы те приняли надзирателя на борт и бросили его в трюм, к осужденным. Наверняка многие из них вспомнят своего мучителя и отплатят ему за жестокость, которую он проявил к ним во «Флите».
У подножия лестницы, ведущей к реке, колыхалась на волнах рыбачья лодчонка. Хоук задумчиво взглянул на судно с каторжниками. Пожалуй, его имя здесь ему не поможет, но вот если он сошлется на своего брата-капитана, лорда Джека Найта… Что ж, стоит попробовать. В крайнем случае можно просто сбросить надзирателя в воду, и пусть Темза вынесет его тело в море.
Хоук вернулся к надзирателю, протащил его через док, спустил в лодку, отвязал веревку, которой та была привязана к столбу, и принялся грести, с трудом преодолевая течение.
Когда он вернулся на берег, дождь уже почти смыл с мостовой кровь.
— Джентльмены, у вас две минуты, — сообщил секундант Долфа, сверившись с карманными часами.
Бел смотрела, как Роберт совещается с Алеком.
Дуэль должна была состояться в отдаленной рощице Гайд-парка в сером предрассветном тумане.
Долф нервно вышагивал взад-вперед у своего экипажа. Врач и хирург, привезенные лордом Алеком, с безучастным видом стояли в стороне. Приехал также и граф Колдфелл сидя в роскошной карете, он с интересом наблюдал за происходящим, постукивая костлявыми пальцами по ручке трости.
Кивнув Роберту, Алек направился к секунданту Долфа согласовать условия дуэли и проверить пистолеты.
Охваченная смятением, Бел смотрела, как Роберт идет к ней. Это испытание отнимало у нее все силы, но она ни за что на свете не отказалась бы от возможности присутствовать на поединке.
Она не осмеливалась спросить, где он был, пока она спала, — знала, что он не скажет. Подойдя к ней, он вынул из жилетного кармана подаренную ею флягу и быстро сделал глоток. Ей он тоже предложил глотнуть — весело улыбнувшись, чтобы заставить и ее улыбнуться, — но она лишь покачала головой. Он сунул флягу в карман, взял ее за руку и отвел под большой дуб.
— Роберт, — произнесла она дрожащим голосом, едва сдерживая слезы.
Он поднес ее руки к губам и поцеловал их.
— Не нужно слов, василек мой. Только поцелуй на счастье.
Она обвила его шею руками, притянула к себе и постаралась вложить в свой поцелуй всю любовь, какую она к нему испытывала, но тут подошел Алек и позвал его к месту дуэли. Она чувствовала, как слезы горячим потоком текут по щекам, пока она старалась впитать его в себя, ощущая вкус коньяка на его языке, запоминая шелковистость его черных волос и колючую кожу щек, целые сутки не знавших бритвы. Он оторвался от нее, взял в ладони ее лицо и нежно прошептал:
— Вы — моя леди, и я дерусь за вашу честь.
И он ушел, вырвавшись чуть ли не грубо из ее объятий.
Бел зажала рот рукой, чтобы не закричать, и смотрела ему вслед, дрожа всем телом. Такое короткое слово «леди» — он не мог не знать, что для нее оно значит очень многое.
Роберт пошел туда, где ждал его Долф. Лорд Алек подошел к Бел, положил ее руку себе на локоть и отвел к карете.
Она и представить себе не могла, что этот белокурый ангел может держаться столь хладнокровно в такую минуту.
— С Робертом все будет хорошо, мисс Гамильтон, уверяю вас. Он слишком озабочен тем, чтобы Джек не унаследовал его титул.
Роберт и Долф с пистолетами в руках стояли спиной друг к другу на маленькой поляне, когда первый кровавый луч солнца пробился сквозь листву черных деревьев.
Бел начала читать молитву.
Лорд Колдфелл, опираясь на палку, ковылял к дуэлянтам, потому что был удостоен чести бросить свой белый платок, подавая тем самым сигнал к началу поединка. Стоя на краю поляны, он держал платок в костлявой руке и ждал.
Секундант Долфа подал знак, и противники начали расходиться, отсчитывая по двенадцать шагов.
Наконец Долф и Роберт, повернувшись друг к другу боком, одновременно подняли пистолеты. Вид у обоих был весьма кровожадный.
Граф бросил белый платок. Бел схватилась за сердце и побледнела. Казалось, прошла вечность, когда шелковый квадрат медленно опустился наконец на мокрую от росы траву.
И в ту же секунду раздались выстрелы. Бел в ужасе смотрела на дуэлянтов, закрыв рот рукой. И вдруг мимо нее промчались врачи.
Он ранен.
На поле чести творился хаос. Полные боли ругательства Долфа наполнили воздух одновременно с криками хирурга. Оба противника лежали на земле. Внезапно обретя способность двигаться, Бел побежала к Хоуку, задыхаясь от ужаса.
— Роберт! — закричала она.
— Белинда!
Он был в сознании, он искал ее глазами среди толпившихся вокруг людей.
Оттолкнув стоящих около него, Бел упала на колени рядом с ним. Хирург стянул с него фрак, чтобы выяснить, куда он ранен. Бел без конца спрашивала, все ли с ним в порядке, а он отвечал, что да, в порядке; она не слышала стонов Долфа и его просьб подойти к нему. Внезапно хирург воскликнул:
— Смотрите!
Он вытащил из жилетного кармана Роберта серебряную флягу. Она была сильно покорежена, но именно она остановила пулю. Бел и Роберт изумленно уставились на нее. Невероятно! Он ошеломленно посмотрел на Белинду:
— Мне показалось, что выстрел прозвучал как-то не так…
— Испорченная фляга и отлетевшая при выстреле жилетная пуговица, ваша светлость, — потрясенно сказал хирург. — Кто-то охранял вас.
— Дайте мне взглянуть!
Бел не успокоилась до тех пор, пока не обнажила грудь Роберта и не убедилась собственными глазами, что он ничуть не пострадал — разве только на ребре был синяк, оставленный флягой, преградившей дорогу пуле.
Облегченно вздохнув, Бел громко закричала от радости.
Он притянул ее к себе и поцеловал. Солнце уже заливало светом рощицу. Не обращая внимания на врачей и на всех остальных, забыв о приличиях, они самозабвенно и страстно целовались. Наконец Бел оторвалась от него, тихо рассмеявшись, потому что почувствовала, как его плоть шевельнулась под ее бедром.
— Ничего себе образец всех мыслимых достоинств, — прошептала она, проведя пальцами по его волосам. — Дуэта, куртизанки, контрабандный коньяк. Что сказали бы дамы-патронессы?
— К дьяволу патронесс, милая моя! Поехали домой. Они помогли друг другу встать. Роберт обнял ее за плечи, и они медленно направились к его экипажу. С сияющим видом Бел обнимала Роберта за талию, не сводя с него глаз. К ним подошел лорд Алек:
— С вашим везением вам нужно играть в карты.
— Как там Брекинридж?
Алек бросил взгляд на другой конец поляны.
— Вообще-то он умирает. Бел остановилась.
— Умирает?
Тут она осознала, что Долф зовет ее, причем так жалобно, что не отозваться на его зов она не смогла. Она нерешительно оглянулась.
Долф лежал на земле в луже собственной крови, опираясь на поддерживающего его друга. Он был смертельно бледен.
— Роберт, прошу вас, на одну минуту, — попросила она.
— Бел, не нужно…
— Я должна это сделать, — твердо сказала она, высвободив руку, и пошла к Долфу.
При виде Белинды глаза его наполнились слезами.
— Бел.
Хирург расстегнул на нем жилет и рубашку, чтобы рассмотреть рану на груди. Шрам от когтей медведя заливала кровь. Бел стало нехорошо.
— Я не могу умереть, пока вы меня не простите, — с трудом произнес он. — Я жалею, что засадил вашего отца в тюрьму. Я сделал это потому… вы знаете почему. Вот. — Он поднял что-то в окровавленной руке. Бел опустилась на колени рядом с ним и взяла из его руки ожерелье с зубом медведя, который однажды чуть не убил его. — Я действительно люблю вас, на свой манер.
— Я знаю, Долф. — Она положила руку ему на лоб. — Постарайтесь расслабиться.
Он схватил ее за руку.
— Я не боюсь, — прошептал он, содрогаясь от попыток напустить на себя презрительный вид. — Дядя! Где мой дядя?
— Вы что-то хотите мне сказать?
Лорд Колдфелл вышел вперед со своей тростью. Судя по всему, графа совершенно не трогало, что его наследник вот-вот испустит дух. Бел обменялась настороженным взглядом с Робертом, который тоже подошел к группе, собравшейся вокруг умирающего.
Долф крепче сжал руку Белинды, словно ища у нее защиты.
— Пожар в «Семи дубах». Дядя, это я поджег. Это был я. — Да, Долф, я знаю, — проговорил граф с видом холодным и удовлетворенным.
Внезапно Долф начал задыхаться. Его секундант закричал и в страхе оглянулся на врача, хирург подбежал к Долфу, но все уже было кончено. Искра пни померкла в его глазах, и он выпустил руку Бел. Долф Брекинридж скончался.
Она никогда не видела смерть так близко. Роберт подошел к ней и помог подняться.
— Хоуксклиф!
Обернувшись, они увидели, что лорд Колдфелл поспешает за ними. Бел почувствовала, как напрягся Роберт.
— Славно проделано, Роберт, — сказал старик с добродушной улыбкой, подходя к ним. Его бледные голубые глаза блестели. — Вы поступили по справедливости, Роберт.
— Отец гордился бы вами. Я этого не забуду. Я многое могу для вас сделать.
Хоук устало покачал головой:
— В этом нет необходимости.
Бел крепче обняла Роберта, напуганная тем, что смерть наследника доставила графу удовольствие.
— Извините нас, милорд, но его светлости нужно отдохнуть. Пойдемте, дорогой, — сказала она.
Роберт простился с графом и повел Бел к экипажу. Оглянувшись, она увидела, что лорд Колдфелл все еще стоит там, где они его оставили, устремив на нее оценивающий и презрительный взгляд.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Влюбленный герцог - Фоули Гэлен



Роман хороший.Есть и переживания, и интриги, и рыцарь на белом коне.Мне понравилось проводить время за этим романом.Временами даже слеза наворачивалась.Читайте - не пожалеете!
Влюбленный герцог - Фоули Гэленлюбовь
15.12.2011, 16.40





Мне понравился роман,но чего-то для меня не хватает.9/10
Влюбленный герцог - Фоули ГэленТая
2.04.2012, 21.22





Xotela ubit yeqo koqda on obyavil yey o svoyem reshenii jenitsa.Konechno ne ploxo, no kak budto avtor ne mojet peredat osnavniye momenti etoy istorii, nu tradicionniye momenti kak to koqda on uznayet chto ona bila iznasilovana, chto on v principe perviy mujchina v yeye jizni, chto ona bila prepodavatelem i t.d voobshem soqlasna s pred. komentariyem: cheqo to ne xvatayet
Влюбленный герцог - Фоули ГэленAfa
18.06.2012, 1.24





Книга мне очень понравилась,очень рекомендую.rnКнига нежная и без пошлостей.
Влюбленный герцог - Фоули ГэленВиктория
14.12.2012, 6.26





Книга мне понравилась. Красивая история с красивым концом! Читайте!
Влюбленный герцог - Фоули ГэленВиктория
18.07.2013, 8.25





Роман интересный, но конец скомканный.
Влюбленный герцог - Фоули ГэленКэт
11.01.2014, 14.28





Роман очень интересный, легко читается, сантиментов и слез тоже, конечно, хватает, но они впечатления не портят. Да, мне тоже сначала конец показался скомканным, но когда читаешь всю серию о Найтах в целом, то это впечатление пропадает, кажется, что так и должно быть.
Влюбленный герцог - Фоули ГэленИрина
17.12.2014, 13.42





Да очень прелестный роман! Приятно такие читать, хотя вся эта серия классная как и многие другие, только вот жаль,ято не все ещё переведены.
Влюбленный герцог - Фоули ГэленАнна.Г
23.03.2015, 17.24





Роман замечательный.стоит его прочесть.
Влюбленный герцог - Фоули Гэленжуравлева
27.10.2015, 14.24





Хороший роман - 9 баллов. Но концовка неправдоподобная.
Влюбленный герцог - Фоули ГэленНюша
31.10.2015, 23.38





Правда здорово. Очень сентиментальный роман. У меня глаза, на мокром месте. За душу берет...........давно такого не читала.
Влюбленный герцог - Фоули Гэленлм
22.11.2015, 13.31





Читать было интересно. Гл.героиня симпатяшка.Не понравилось приторное описание жизни куртизанок.Вообще интересно,почему авторши в ЛР изображают в сцене поклонения одной конкретной даме мужчин,как изголодавшихся пустынных самцов? Особенно это имеет место в исторических романах.
Влюбленный герцог - Фоули ГэленЧертополох
30.11.2015, 1.15








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100