Читать онлайн Дьявольский соблазн, автора - Фоули Гэлен, Раздел - Глава 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Дьявольский соблазн - Фоули Гэлен бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.66 (Голосов: 85)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Дьявольский соблазн - Фоули Гэлен - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Дьявольский соблазн - Фоули Гэлен - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Фоули Гэлен

Дьявольский соблазн

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 18

Радостные и взволнованные, они мчались по залитой лунным светом дороге. Сидя на месте кучера, Лиззи правила экипажем, и ее волосы развевались на ветру. Сидя рядом, Дейв обнимал любимую за талию и нашептывал ей на ухо нежные слова, от которых по телу Лиззи пробегала дрожь.
Ночь была безоблачной, большая луна висела низко над вершинами деревьев. Копыта породистых вороных лошадей отбивали гулкую дробь по пыльной дороге, а воздух оглашался пением цикад. По бокам кареты тускло горели фонари.
Крепко сжимая в руках вожжи, Лиззи чувствовала себя достаточно уверенно, потому что рядом был Дейв, готовый всегда прийти на помощь. По дороге они сделали остановку, чтобы дать отдохнуть лошадям, после чего на козлы сел Бен, а Дейв и Лиззи заняли места в экипаже. Когда карета снова тронулась в путь, Дейв начал свой рассказ о клубе «Лошадь и коляска». Его план мести походил на сложную шахматную партию, и у Лиззи захватило дух от волнения, когда она слушала его.
— Несчастье произошло в ноябре 1805 года на постоялом дворе «Золотой бык», расположенном на Оксфордской дороге недалеко от города Аксбриджа, — глухим голосом произнес виконт. — Чтобы составить полный список всех, кто был в ту роковую ночь на месте событий, коронеру потребовалось несколько недель. Там погибли не только пассажиры почтовых карет, остановившиеся в гостинице на ночлег, но и обслуживающий персонал, а также местные жители, сидевшие в это время в пивном зале. В огне пожара некоторые тела обгорели так, что их не удалось опознать. Журнал регистрации сгорел, и имена постояльцев пришлось восстанавливать по хозяйственным книгам, которые вели в конюшнях при постоялом дворе. К счастью, конюшни не пострадали. В идентификации жертв помогли также билеты различных пассажирских компаний, владеющих дилижансами. В конце концов было установлено, что всего погибли сорок семь человек. — Лицо Дейва помрачнело. — Тело моей младшей сестренки так и не нашли.
Лиззи очень хотелось утешить Дейва, и она осторожно погладила его по руке.
— Вы можете не рассказывать мне все это, если воспоминания причиняют вам боль, — печально произнесла она.
— Дело в том, что члены клуба «Лошадь и коляска» имеют прямое отношение к происшедшему несчастью — именно из-за этого я вступил в их ряды. — Некоторое время Девлин хранил суровое молчание. — Я хочу выяснить, кто из них находился в ту роковую ночь на месте событий и устроил пожар. Несколько месяцев я вел расследование причин гибели моей семьи, и когда оно зашло в тупик, наконец решил, что только членство в клубе поможет мне узнать всю подноготную этих подонков.
— Но почему вы думаете, что преступники находятся именно среди них?
Лицо Девлина напряглось.
— Два года я собираю доказательства и улики и уже приблизился к разгадке тайны гибели своих близких. Осталось совсем немного.
— Расскажите мне обо всем по порядку, — попросила Лиззи.
Девлин вздохнул:
— Хорошо, если вы настаиваете. Сначала я собрал все необходимые документы — отчеты инспектора пожарной охраны, рапорты коронера, газетные статьи, некрологи о погибших в огне людях — и затем попытался разыскать всех выживших той ночью. Выполнить эту задачу было не так-то просто — живых свидетелей оставалось совсем немного. Представьте, что я почувствовал, когда узнал, что почти все они умерли при загадочных обстоятельствах через год или два после пожара, как будто злой рок преследовал их. Я не верил в совпадения и только укрепился в своих подозрениях. Самым странным показалось мне самоубийство повара. Согласно отчету инспектора пожарной команды, пожар в «Золотом быке» начался на кухне, где за все отвечает именно повар, и в результате его самоубийство было воспринято как признание вины за случившуюся трагедию.
— Да, действительно, это могло выглядеть именно так, — согласилась Лиззи.
— Однако это противоречило показаниям Тома Дулиттла, одного из свидетелей, племянника повара: в ту пору он был совсем мальчишкой и прислуживал дяде на кухне. Дулиттл утверждал, что его дядя был веселым, неунывающим человеком и ни при каких обстоятельствах не ушел бы из жизни добровольно.
— Так вы считаете, что повара убили?
— Да, но сделали это так, чтобы все было похоже на самоубийство.
— Зачем? С какой целью?
— Живым повар был слишком опасен, ведь он один знал, что пожар начался вовсе не на кухне.
— Нет? А где же?
— Здание постоялого двора подожгли с улицы, но этот факт не отражен в официальном отчете инспектора пожарной охраны, хотя такая версия существовала. Инспектор отказался от нее, когда начал получать анонимные угрозы.
— Не может быть! — ахнула Лиззи.
— Сначала он ничего не хотел говорить мне. Сейчас этот человек уже на пенсии, и он жаловался мне на провалы в памяти, но затем все же сдался и честно все рассказал.
— Как я вижу, милорд, у вас талант развязывать людям язык, — осторожно заметила Лиззи.
В ответ Девлин лишь усмехнулся.
— Итак, согласно официальному отчету, составленному инспектором пожарной охраны, возгорание произошло непреднамеренно и его источник находился на кухне. К счастью, бывший инспектор сохранил копию протокола первоначального осмотра места происшествия, где были зафиксированы совсем другие факты, и я получил возможность ознакомиться с ней. Этот документ недвусмысленно свидетельствует о поджоге: здание загорелось сразу с четырех сторон, как будто его снаружи облили какой-то горючей жидкостью.
— Значит, у людей, оказавшихся в этом здании, не было шансов спастись?
Виконт мрачно кивнул:
— Более того, на пепелище были найдены закрытые задвижки с дверей и оконных ставней.
Лиззи невольно вздрогнула.
— О Боже, значит, кто-то запер несчастных на постоялом дворе и сжег их… — прошептала она. — Но зачем? Зачем понадобилось убивать множество ни в чем не повинных постояльцев?
— Чтобы скрыть следы другого преступления, — так я думаю. Когда инспектор пожарной охраны стал получать анонимные угрозы, от него требовали, чтобы он указал в рапорте, будто источник возгорания находился на кухне. Опасаясь за свою жизнь, инспектор сделал так, как ему велели. Вскоре после оглашения официальной версии было инсценировано самоубийство повара, и дело закрыли.
— Выходит, тот, кто угрожал инспектору пожарной охраны, убил и повара?
Девлин кивнул.
— Теперь вернемся к Тому Дулиттлу, помогавшему дяде на кухне, — продолжил он. — Хотя тому было в ту пору всего девять лет, он многое запомнил и сообщил мне очень важные детали, за что я щедро заплатил ему. Так вот, когда судомойка послала Тома во двор за водой, там он услышал выстрел.
— Выстрел? — удивилась Лиззи.
— Вот именно. Сначала на втором этаже Том услышал крик: «Заткнись, ирландская шлюха!» — а потом раздался выстрел. Узнав об этом, я понял, что мне надо добраться до рапорта коронера: только там я мог найти сведения об убийстве, — но упоминания о пуле нигде не было. Конечно, маленький кусочек свинца нелегко найти на огромном пепелище, однако дело может быть совсем в другом…
— Вы заподозрили, что коронер тоже получал угрозы?
— Браво! — воскликнул Девлин, восхищаясь сообразительностью своей собеседницы. — К сожалению, ни коронер, ни инспектор пожарной охраны за все эти годы так и не решились рассказать правду — как видно, убийца не на шутку запугал их. Кстати, бывшего коронера мне так и не удалось заставить заговорить, но после моего ухода его, по-видимому, начали терзать муки совести, и через неделю после моего посещения я получил от него через посыльного документы. Позднее я узнал, что в тот же день он собрал свои вещи и уехал из города в неизвестном направлении, но это уже было не важно: в присланных документах я нашел ответ на интересовавший меня вопрос. Выяснилось, что один из обгоревших трупов имел пулевое ранение в грудь.
— И кто же это был? — с замиранием сердца спросила Лиззи.
— Мой отец.
— О Боже…
Девлин долго молчал, не в силах справиться с нахлынувшими на него переживаниями, а потом заговорил снова:
— В ту ночь в гостинице некто застрелил моего отца, а потом спалил здание, чтобы скрыть следы совершенного преступления.
— А что вы думаете по поводу услышанных мальчиком грубых слов в адрес ирландки? Вы вроде бы говорили, что у вашей матери тоже ирландские корни… Может быть, нападению подвергся не только отец, но и ваша мать?
— Все это мне пришло в голову сразу же, как только я услышал рассказ Тома. Моя мать была настоящей леди, но она могла ввязаться в скандал, если на ее глазах творилась несправедливость.
— И кто же мог совершить подобное злодеяние? Кто мог сжечь заживо десятки человек, чтобы скрыть убийство одного?
— Мой отец был незаурядным человеком — виконта Стратмора любили все, кто его знал, любили и уважали за его благородство и порядочность. Убийца, возможно, опознал его уже после того, как злодеяние было совершено. Скорее всего преступник — кто-нибудь из постояльцев гостиницы, служащих или посетителей пивной.
— А почему вы не берете в расчет разбойников, промышляющих на больших дорогах? Нападения на дилижансы в наши дни не такая уж редкость.
— Я думал об этом и даже, проехав по всем близлежащим постоялым дворам в округе, навел там справки. Все, с кем я говорил, в один голос утверждали, что в их местности уже давно все спокойно и дороги безопасны. Мне оставалось только одно — взять список тех, кто в трагическую ночь находился в «Золотом быке», и собирать сведения о каждом в отдельности в надежде получить хоть какие-нибудь зацепки, способные сдвинуть расследование с мертвой точки. Убеждаясь в невиновности кого-либо из оставшихся в живых, я вычеркивал фамилию за фамилией. Это был очень долгий и мучительный процесс.
— Вы, наверное, потратили уйму времени и сил, проверяя каждого!
— Да, я работал над списком более года и потратил много денег на взятки. О некоей мисс Мэри Харрис мне так и не удалось собрать никакой информации — она приехала на одном из дилижансов, но ее никто не видел и не знал, куда она исчезла. Вы можете сказать: «Сколько женщин в этом мире носят имя Мэри Харрис!» Оказывается, их очень много! Лиззи кивнула:
— Нисколько не сомневаюсь, меня уволили из школы тоже благодаря миссис Харрис. Именно о ней говорила директриса, когда пугала вас разъяренной родительницей.
— Ну вот видите! Этих Мэри Харрис тьма-тьмущая. Я долго разыскивал их, но каждый раз убеждался, что иду по ложному следу. В конце концов я решил, что это было вымышленное имя, под которым скрывалась другая женщина. Под тридцать вторым номером в моем длинном списке значился мистер Джеймс Кокс, кузнец близлежащей деревни и по совместительству завсегдатай пивной «Золотой бык»; в ту ночь он, как всегда, сидел за своим столиком и разделил ужасную участь остальных жертв пожара. Собирая сведения о кузнеце, я познакомился с его приятелем, землекопом по фамилии Джексон, и задал ему несколько вопросов. Оказывается, Джексон тоже был в пивной, но ушел до начала пожара, поскольку обещал жене завязать с выпивкой — это обещание спасло ему жизнь.
— Надо же, хоть одному повезло. — Лиззи вздохнула.
— Так вот, Джексон рассказал мне, что в тот вечер завсегдатаи пивной оживленно обсуждали одну интересную новость: парень по фамилии Уайли в одной из пассажирок, остановившихся на ночь в гостинице, узнал известную лондонскую актрису Джинни Хайгейт. Он утверждал, что видел ее на сцене и не мог ошибиться, хотя она скрывала лицо под густой вуалью. Вы следите за ходом моей мысли?
Лиззи кивнула.
— Имени Джинни Хайгейт не было в списках. Сопоставив факты, я понял, что Мэри Харрис и была той известной актрисой, которую узнал завсегдатай пивной: она не хотела, чтобы ее узнали многочисленные поклонники, и путешествовала инкогнито. Я тут же подумал о том, что родные мисс Хайгейт, наверное, ничего не знают о ее судьбе, ведь она находилась в гостинице под вымышленным именем. Для родственников Джинни просто пропала без вести, бесследно исчезла…
— Семья часто отрекается от женщины, которая связала свою судьбу со сценой, — задумчиво сказала Лиззи.
— Вы правы. Но в Лондоне непременно был кто-то, кто дружил с Джинни Хайгейт и заботился о ней. Я прошу вас заранее простить меня за те скандальные подробности из жизни актрисы, о которых я вынужден буду рассказать вам.
Лиззи кивнула:
— Продолжайте, я внимательно слушаю вас.
— Поговорив с директором театра, в котором служила Джинни Хайгейт, я узнал, что она начинала свою карьеру в борделе, и последующая беседа с мадам, содержавшей это заведение, на многое пролила свет.
— Что же нового вы узнали?
— Две очень интересные вещи. Во-первых, Джинни Хайгейт тоже была ирландкой.
— В таком случае грубые слова, которые услышал мальчик, могли быть произнесены в ее адрес…
— Вот именно!
— Кстати, миссис Харрис, из-за которой меня уволили из школы, тоже ирландка, — заметила Лиззи.
Дейв пожал плечами:
— Ну и что? Это очень распространенная фамилия.
— А что еще вы узнали от содержательницы борделя?
— Я выяснил, что Джинни Хайгейт, она же Мэри Харрис, была любовницей некоторых членов клуба «Лошадь и коляска». Особенно крепкие узы связывали ее с Рэнделлом, Карстэрзом и Стейнзом — троицей, которая опекала Джинни и пользовалась ее особой благосклонностью. Постепенно все разрозненные детали стали складываться в единую картину, а после того, как я хорошо изучил негодяев из этого клуба, у меня возникла окончательная версия этого преступления. Я могу поделиться с вами своими соображениями, если хотите.
— Конечно, хочу!
— Тогда слушайте. Каждый день из порта Холихед к берегам Ирландии отправляется почтово-пассажирское судно. Из Лондона в порт ведет Оксфордская дорога, на которой располагался постоялый двор «Золотой бык». Я пришел к выводу, что мисс Хайгейт направлялась в Холихед. Она бежала из Лондона, бросив своего любовника — кто именно был им в тот период, я точно не знаю. Содержательница борделя сообщила, что мисс Хайгейт скопила немного денег и собиралась вернуться домой в Ирландию, но, возможно, ее любовник — член клуба — был против этого? Узнав о ее планах, он пришел в ярость, и Джинни пришлось, бросив все, бежать из Лондона, а негодяй последовал вслед за ней. Наверняка он взял с собой приятелей. Дальше события могли развиваться следующим образом: в гостинице мой отец, который был истинным джентльменом до мозга костей, бросился на помощь актрисе, пытаясь урезонить мерзавцев…
— И тогда они застрелили его, — побледнев, прошептала Лиззи.
Виконт кивнул.
— Обнаружив, что они убили известного человека, негодяи запаниковали…
— И подожгли постоялый двор.
— Именно так. Они надеялись скрыть следы преступления и избавиться от свидетелей.
Некоторое время оба молчали.
— И что вы намерены делать дальше? — наконец спросила Лиззи.
— Буду продолжать собирать улики и доказательства, ведь суд не примет во внимание мои догадки и предположения. Чтобы привлечь убийцу к ответу, я должен установить его вину. Впрочем, даже тогда суд вряд ли сурово обойдется с представителем аристократии, поэтому я хочу сам наказать его. Хочу публично опозорить злодея, сделать так, чтобы он стал объектом издевок и презрения, хочу лишить его всего, что он имеет, — собственности, титула. Я заставлю его страдать; и, поверьте, он жестоко поплатится за свое злодеяние!
Увидев, каким адским огнем запылали глаза виконта, Лиззи содрогнулась.
— О Боже, Девлин, если ваша версия верна, то это значит, что вы подвергаете себя смертельной опасности, общаясь с членами клуба «Лошадь и коляска». Они, разумеется, знают, что вы сын убитого ими человека, и могут заподозрить вас в желании отомстить. Этим негодяям ничего не стоит расправиться с вами.
— Я уверен, что они уже забеспокоились. Эти люди следят за каждым моим движением, но я изо всех сил стараюсь усыпить их бдительность. Вот почему я веду себя как прожигатель жизни, развлекаюсь и швыряю деньги на ветер. Думаю, мои усилия не пропали даром — большинство моих новых приятелей поверили в то, что это действительно мое истинное лицо.
— Меня вам тоже удалось ввести в заблуждение, — с упреком заметила Лиззи, а потом попыталась задать вопрос, который уже давно вертелся у нее на языке: — Алек рассказывал мне о третьем испытании, наиболее отвратительном и жестоком, которому подвергаются те, кто хочет вступить в клуб…
— Верьте мне, Лиззи, — перебил ее Девлин, — я даже не дотронулся до этой малышки.
Девушка облегченно вздохнула:
— В глубине души я не сомневалась в этом — вы не могли причинить зло невинному созданию. Но как вам удалось перехитрить их? Алек утверждал, что по правилам клуба остальные должны были наблюдать за тем, как вы… — Она осеклась и покраснела.
Девлин усмехнулся и покачал головой:
— Это всего лишь легенда. Помните, в ту ночь, когда я похитил вас, вы спрашивали о ране, которую увидели на мне? Вас интересовало, при каких обстоятельствах я ее получил.
— Но вы тогда так и не ответили на мой вопрос.
— Я сам себя ранил, чтобы обеспечить доказательство того, что лишил невинности девицу. Члены клуба поверили мне, и я приказал Бену отвезти девушку домой. Она вернулась в свою деревню целой и невредимой.
— О, любимый… — нежно прошептала Лиззи и, обняв Девлина, склонила голову ему на плечо. — Вам, наверное, очень тяжело общаться с этими людьми, зная о том, что они убили ваших родителей? Как вы все это терпите?
— Знаете, они порой даже забавляют меня. Я ведь бывал еще и не в таких передрягах, и мне случалось месяцами жить среди дикарей. Некоторые из моих новых приятелей даже по-своему симпатичны. Вот, например, Квентин Рэнделл. В нем осталось еще что-то хорошее. Порой мне бывает жалко его, сам не знаю почему. Или возьмем, к примеру, случай с дуэлью. Стейнз бросил мне вызов, но Карстэрз отговорил его драться, и Стейнз принес мне свои извинения.
— Этот Стейнз, без сомнения, теперь еще больше возненавидит вас, — заметила Лиззи. — Умоляю, Девлин, будьте осторожны. Если с вами что-нибудь случится, я не переживу этого.
— Значит, вы действительно меня любите? — Он крепче прижал ее к своей груди.
— Да, — прошептала Лиззи.
— О, с каким наслаждением я слушаю ваши признания!
— В таком случае я готова повторять их снова и снова. Я люблю вас!
Их губы слились в страстном поцелуе.
Почувствовав, что карета замедлила ход, Девлин выглянул в окно и, увидев высокие кованые железные ворота, воскликнул:
— Ну вот мы и приехали! Признаюсь, я не был здесь очень давно.
— Вы уверены в том, что готовы снова увидеть эти места? — спросила Лиззи, погладив его по щеке. — Ведь они наверняка вызывают у вас печальные мысли.
— С вами мне ничего не страшно. Идемте. — Девлин поцеловал Лиззи руку и помог ей выйти из экипажа. Тем временем Бен распахнул перед ними ворота, и они, взявшись за руки, направились по подъездной дорожке к дому.
Усадьба выглядела довольно запущенной. Дорожка заросла пробивавшимися сквозь щебень сорняками, а ворота и ограду обвивали виноградные лозы и вьюнки. Ночной ветерок шелестел листьями на деревьях старого парка и играл с волосами Лиззи.
Лиззи заметила спрятавшийся слева за деревьями небольшой флигель.
— Что это? — с любопытством спросила она.
— Коттедж Малберри.
В темноте Лиззи смогла разглядеть только соломенную крышу и резные наличники окон. Строение походило на пряничный домик из сказки.
— Как мило, Девлин! Вероятно, это флигель для гостей…
Виконт ничего не ответил. Вглядевшись в его лицо, освещенное призрачным лунным светом, Лиззи заметила, как по нему пробежала тень тяжелых воспоминаний.
— Потом, — загадочно прошептал он, увлекая гостью за собой.
Держа Девлина за руку, Лиззи ощущала исходившее от него тепло, и ее сердце наполнилось странным незнакомым чувством. Ей вдруг показалось, что они вступили в волшебное заколдованное царство, скованное сном.
Когда они миновали флигель, Лиззи увидела впереди за деревьями большой усадебный дом, залитый лунным светом, и у нее перехватило дыхание: возведенное из белого камня, здание действительно выглядело величественно и производило сильное впечатление. Его центральную часть перекрывал купол, опирающийся на портик с колоннами ионического ордера, а в стороны отходили симметричные крылья. В окнах дома не было видно света, и от этого он казался нежилым.
— Да здесь просто здорово! — восхищенно прошептала Лиззи.
Девлин отвесил ей галантный поклон.
— И все это для вас, любовь моя, — с улыбкой произнес он.
Они поднялись на крыльцо, и Девлин постучал в дверь дверным молоточком, выполненным в виде маски льва.
— У меня есть ключи, но я не хочу, чтобы нас застрелили слуги, приняв за подкравшихся к дому воров. Я действительно давно здесь не был, но одно время в этом доме жила тетя Августа, а когда она переехала в Бат, усадьба опустела. С тех пор здесь обитают всего лишь несколько слуг — они поддерживают чистоту и следят за порядком. А теперь, думаю, хватит стучать, пора действовать. — С этими словами Девлин достал из кармана жилета ключи и отпер входную дверь. Петли громко заскрипели, когда виконт распахнул ее. — Эй! — крикнул он. — Есть здесь кто-нибудь? Мистер Джеффрис, вы дома?
— Никак это вы, милорд? — раздался изнутри слабый старческий голос.
Войдя в дом вслед за Девлином, Лиззи увидела дряхлого дворецкого в халате и ночном колпаке с кисточкой — он вышел им навстречу, держа в руке оловянный подсвечник с горящей свечой.
— О, милорд, вы явились так неожиданно, — начал причитать старик. — Я сейчас же разбужу слуг…
— Не стоит, — остановил его Девлин. — Пусть отдыхают. До утра нам ничего не понадобится.
Заспанный дворецкий с удивлением посмотрел на Лиззи.
— Эта юная леди, мистер Джеффрис, скоро станет вашей госпожой, — пояснил Девлин. — Ее зовут Элизабет, и мы собираемся пожениться.
Лицо слуги просияло.
— О, как я счастлив это слышать! — Он с трудом поклонился Лиззи. — Как видно, Господь услышал наши молитвы… — Слезы выступили на глазах старика. — Добро пожаловать в усадьбу, леди Стратмор, мы очень рады вашему приезду. Будьте уверены, слуги явятся по первому вашему зову. Нас всего лишь трое в усадьбе, но мы сделаем все, что вы прикажете.
Лиззи была глубоко тронута его словами.
— Спасибо, мистер Джеффрис. — Она приветливо улыбнулась.
Старик смотрел на Лиззи во все глаза так, словно она была восьмым чудом света.
— О Боже! — воскликнул он. — В Оукли-Парк вскоре вновь вернется жизнь. Возможно даже, скоро здесь появятся дети, а я так давно не слышал детских голосов…
Лиззи смутилась:
— Мистер Джеффрис, вы очень добры, но, как я понимаю, мы нарушили ваш покой.
— Ах да, конечно, я сейчас уйду. — Джеффрис понимающе усмехнулся. — Милорд и миледи не желают, чтобы им мешали.
— Совершенно верно, — серьезно подтвердил Девлин.
Дворецкий зажег свечу на столике в вестибюле и поклонился:
— Доброй ночи. — Он повернулся и, шаркая домашними туфлями, направился в свою комнату.
— Надеюсь, вы все слышали и поняли, какие надежды на вас возлагают? — Девлин обнял Лиззи за талию, а она, прищурившись, лукаво взглянула на будущего мужа.
— Да вы наглец, как я посмотрю!
— Неужели? — прошептал он и запечатлел на ее губах страстный поцелуй, а затем подхватил Лиззи на руки, и она засмеялась. — Пожалуйста, возьмите свечу…
Лиззи протянула руку и взяла со стола подсвечник.
— А теперь, моя дорогая, я покажу вам дом. Смотрите внимательно и, если увидите место, где бы вы хотели лишиться девственности, скажите мне об этом.
— Но я не хочу осматривать дом, — прошептала Лиззи, покусывая мочку его уха. — Я хочу вас.
— О, вы очень нетерпеливы!
— Да, нетерпелива и не могу ничего поделать с собой.
Дрожь пробежала по телу виконта, когда Лиззи провела кончиком языка по его губам. Ее рот манил его, и он жадно поцеловал любимую. Обвив его шею руками, Лиззи позабыла обо всем на свете.
— Нам надо немедленно принять горизонтальное положение, — тяжело дыша, объявил Дейв.
— Да… — прошептала Лиззи, завороженная его пылким взглядом. Ее сердце готово было выскочить из груди, кровь гулко стучала в висках. Не сводя глаз с раскрасневшегося лица возлюбленной, виконт зашагал по вестибюлю в сторону коридора. Держа Лиззи на руках, он прошел мимо парадной лестницы, украшенной колоннами коринфского ордера, и вступил в анфиладу роскошно обставленных комнат. Лиззи восхищалась силой Дейва и едва обращала внимание на мебель, которую скрывали полотняные чехлы. Виконт нес ее с такой легкостью, словно она была пушинкой, а Лиззи, находясь в его руках и освещая ему путь, испытывала приятное чувство комфорта и защищенности.
Наконец Дейв толкнул очередную белую двустворчатую дверь, и, когда она распахнулась, у Лиззи перехватило дыхание.
Обстановка комнаты поражала своим великолепием: хотя Лиззи не все могла рассмотреть в тусклом свете мерцающего пламени свечи, ей в глаза сразу же бросились расписной потолок и позолоченная лепнина на нем в виде виноградных лоз и плюща. Вверху вдоль стен, закрытых гобеленами из бледно-зеленого шелка, тянулся позолоченный фриз; на гобеленах были изображены сюжеты античных мифов. Лиззи увидела Венеру и Адониса, Психею и Купидона, Персефону и Гадеса.
Справа находился отделанный мрамором камин. В комнате имелась купальня, расположенная в специальной нише за портьерой из розового бархата; сейчас портьера была отодвинута и перевязана золотой тесьмой с кистями. Четыре многорожковые жирандоли с хрустальными подвесками могли бы залить всю комнату ярким светом, однако ночью Лиззи сочла достаточным пламя одинокой свечи.
— Это парадная спальня, — пояснил Дейв, закрывая двери толчком ноги. — Не все комнаты в этом доме имеют такой же роскошный вид. Спальню устроили специально для особ королевской крови на тот случай, если они заедут в усадьбу, но сегодня ночью вы — моя королева. Оставьте свечу на столе и поцелуйте меня. — Виконт поставил Лиззи на ноги, и она охотно выполнила его просьбу, а он стал снимать с нее одежду, не прерывая поцелуя. Лиззи некоторое время помогала ему, а потом стала расстегивать пуговицы на его жилете.
Сняв с Лиззи платье, Дейв распустил ее волосы и спустил с плеч сорочку. Когда шелковая сорочка соскользнула на пол к ее ногам, у Лиззи перехватило дыхание и она, прервав поцелуй, занялась застежкой на брюках Дейва. Справившись с ней, она сунула руку в ширинку и обхватила пальцами его затвердевшее копье любви.
Дейв запрокинул голову и закрыл глаза. Тень от густых длинных ресниц виконта падала на его высокие скулы. Встав на цыпочки, Лиззи поцеловала его в шею, а потом сделала вид, что хочет укусить, и Дейв засмеялся. Им было так хорошо вместе!
Прижавшись щекой к груди Девлина, Лиззи замерла, наслаждаясь теплом, исходившим от его тела, а потом снова погладила напряженный член.
— Все, хватит, — застонал Дейв, останавливая ее.
— Снимите рубашку, — потребовала Лиззи. Рубашка из тонкого полотна тут же упала на пол, и Лиззи, застонав от наслаждения, стала гладить мускулистую грудь и плечи возлюбленного. У виконта была идеальная фигура. Лиззи не могла налюбоваться его прекрасным телом.
Расстегнутая ширинка черных брюк манила ее, и все же, чтобы не торопить события, Лиззи перевела взгляд на лицо Дейва. Его глаза цвета морской волны горели огнем желания.
— Мне все еще не верится в то, что я скоро стану вашей женой, — прошептала она.
Дейв погладил ее по щеке.
— Я люблю вас, — прошептал он.
Лиззи как завороженная смотрела на него, и у виконта перехватило дыхание от ее исполненного нежности взгляда; его возлюбленная была удивительно хороша: она стояла перед ним нагая, словно античная богиня, и рассыпавшиеся по плечам и спине длинные каштановые волосы оттеняли молочную белизну ее кожи. Все в ней было великолепно — упругая девичья грудь, стройный стан, соблазнительные округлые бедра, которые кого угодно могли свести с ума.
Девлин провел большим пальцем по губам Лиззи, и они вдруг разомкнулись. С лукавым видом, взяв в рот его палец, она стала посасывать его.
Кто бы мог подумать, что Лиззи, которая когда-то готова была смириться с судьбой старой девы, в душе оказалась настоящей куртизанкой!
Вынув палец изо рта Лиззи, он увлажнил им ее соски. Она следила за его действиями, облизывая губы, как после вкусного десерта. Девлин снова поднес руку к ее рту, и Лиззи на этот раз выбрала средний палец. Затем Девлин с наслаждением погрузил его в ее расщелину, поросшую шелковистыми завитками. Лиззи затаила дыхание. Поласкав ее, Девлин с лукавым выражением лица сунул палец себе в рот, пробуя ее соки на вкус.
Затем он подхватил ее на руки и отнес на роскошную кровать, стоявшую посредине спальни. Положив Лиззи на постель, он три раза ласками и поцелуями довел ее до экстаза и только потом осторожно вошел в нее так, что Лиззи не почувствовала боли. Девлин был на седьмом небе от счастья. Все его тело трепетало от едва сдерживаемой радости. Он так долго мечтал об этой женщине и о ночи любви с ней!
Каждое прикосновение, каждый вздох, каждая ласка доставляли им обоим ни с чем не сравнимое наслаждение. Лиззи таяла в его объятиях. Она обвила его бедра ногами и устремлялась ему навстречу, а он входил в нее все глубже и глубже.
Взглянув на исполненное восторга лицо подруги с подрагивавшими ресницами, Девлин поцеловал ее нежные веки в голубых прожилках.
— Я хочу, чтобы мы всегда были вместе, — прошептал он, поглаживая ее по голове. — Мы не должны разлучаться.
— Я никогда не покину вас… — пообещала Лиззи.
— Я люблю вас!
— О, Девлин…
Они обменивались нежными словами и признаниями до тех пор, пока дыхание Лиззи не участилось и она снова не погрузилась в полузабытье. Ее бедра ритмично приподнимались в такт движениям Девлина, ногти вонзились в его плечи. Стон вырвался из ее груди.
Девлин удовлетворенно улыбнулся, видя, что еще немного — и она достигнет апогея страсти. Дрожащая и разгоряченная, Лиззи тяжело дышала.
— Скажите, что вы навеки моя, — потребовал он.
— Я навеки ваша, — хриплым голосом подтвердила Лиззи.
Девлин стал поигрывать пальцами с ее затвердевшим набухшим соском.
— О, Девлин, вы сводите меня с ума. Я не вынесу эту сладкую муку, — простонала Лиззи.
— В таком случае пора, — сказал он, и его толчки стали более мощными, их темп нарастал.
Несколько движений — и Лиззи пронзительно закричала, выгибая спину и запрокидывая голову. И в тот же момент Девлин изверг в ее горячее лоно струю семени.
Некоторое время они лежали, не размыкая объятий. Лиззи медленно приходила в себя, восстанавливая дыхание; ее спутанные волосы рассыпались по подушке, щеки горели румянцем. На теле Девлина поблескивали капельки испарины.
Лиззи приподняла голову, нежно поцеловала любимого и снова откинулась на подушки.
— Я люблю вас, Девлин, — улыбаясь, проговорила она.
— Я тоже люблю вас, моя дорогая, — прошептал виконт.
Эти слова привели Лиззи в восторг.
— Повторите еще раз, — попросила она.
Девлин стал нашептывать ей на ухо признания в любви, и его теплое дыхание, касаясь ее кожи, возбуждало Лиззи. Застонав, она обвила руками шею Девлина и легла на него сверху, а он потянулся за одеялом, чтобы накрыть любимую. Заметив на простыне капельки крови, виконт подумал о том, что отныне их связали прочные узы. Он взял на себя ответственность за судьбу Лиззи и теперь должен до конца своих дней заботиться о ней и беречь ее.
— Мне всегда будет так хорошо? — сквозь дремоту спросила Лиззи.
Девлин поцеловал ее в лоб.
— Спросите меня об этом утром, и я вам обязательно отвечу.
Но когда Лиззи проснулась на следующее утро, Девлина рядом не оказалось.
Оторвав голову от подушки, Лиззи огляделась вокруг и убедилась, что она одна в комнате. Сначала это вызвало у нее разочарование, но потом она решила, что ей необходимо заняться собой и виконт правильно поступил, оставив ее: проснувшись вместе, они вряд ли устояли бы перед искушением и снова занялись бы любовью. Теперь же, поскольку Лиззи испытывала неприятные ощущения, ей необходимо было принять ванну.
Вздохнув, Лиззи выскользнула из-под одеяла и, завернувшись в простыню, подошла к нише, в которой была расположена купальня. За портьерой из розового бархата она увидела мраморные стены и мозаичный пол, что напомнило ей древнеримские термы. Такой роскоши, как в этой усадьбе, не было даже в самых богатых домах Лондона; недаром на ее строительство ушло целое состояние.
Обнаружив, что Девлин приготовил для нее горячую ванну, Лиззи улыбнулась. Она не сомневалась, что это дело его рук: виконт не стал бы посылать слуг в спальню, в которой на постели, разметавшись, спала обнаженная женщина. Окунув руку в воду, Лиззи убедилась, что вода все еще теплая, и, скинув простыню, вошла в ванну.
Через полчаса, помывшись, одевшись и причесавшись, она вышла из спальни и отправилась на поиски виконта. Было время завтрака, и у Лиззи засосало под ложечкой. Проходя через великолепную анфиладу комнат, Лиззи не уставала поражаться царившей вокруг красоте и роскоши. До этого она почти не обращала внимания на то, что ее окружало, перенеся все внимание на Девлина, но теперь у нее появилась возможность внимательно разглядеть потолки, стены, мебель и лестницы. Она с изумлением оглядывалась вокруг, представляя себя хозяйкой сказочного царства. Неужели вскоре эта усадьба станет ее домом, семейным очагом и она больше не будет приживалкой, а сделается полноправной матерью семейства, душой этого дома?
Поднявшись на второй этаж, Лиззи оказалась в главной галерее здания. Ее переполняли чувства гордости и счастья.
В доме было очень тихо. Оглядевшись по сторонам, Лиззи удовлетворенно вздохнула. Наконец-то она обрела свой истинный путь в жизни. Она видела свое призвание в том, чтобы любить Девлина, продолжить его род, создать семью, используя весь опыт, накопленный в доме Найтов.
— Не желаете ли кофе, мэм? — раздался за ее спиной старческий голос.
Лиззи быстро обернулась: позади нее стоял мистер Джеффрис с серебряным подносом в руках.
— Благодарю вас, вы очень любезны. Вот только я не знаю, где здесь находится столовая.
Слуга улыбнулся:
— Следуйте за мной, миледи. Если угодно, я покажу вам все комнаты в этом доме и отвечу на все ваши вопросы. Уверен, что вы захотите осмотреть оранжерею, картинную галерею, зал для балов, библиотеку…
— Библиотеку? — Лиззи радостно захлопала в ладоши.
— Да, мэм. Но сначала вам необходимо позавтракать.
Пожилой слуга проводил будущую хозяйку дома в просторную светлую столовую, где ее уже ждали двое слуг — пожилая экономка и немолодой уже повар. Дворецкий представил им Лиззи, и некоторое время все трое с восторгом и обожанием смотрели на Лиззи так, словно она была императрицей.
— Вы должны хорошенько подкрепиться, моя дорогая, — наконец произнес повар.
Было очевидно, что слуги сразу же взяли новую госпожу под свою опеку.
Лиззи очень не хотелось есть в одиночестве, но все же она вынуждена была сесть за стол, а слуги, стоя за ее спиной, с умильными лицами наблюдали за тем, как она завтракала. Ей очень хотелось пригласить их присоединиться к ней, но она понимала, что в ней хотят видеть настоящую виконтессу и никто не одобрил бы такое предложение, а это значило, что ей предстояло изменить многие привычки, чтобы не разочаровать окружающих.
Сидя за большим столом красного дерева, Лиззи с интересом разглядывала висевший напротив нее портрет, на котором была изображена красавица с иссиня-черными волосами.
— Кто это? — спросила она.
— Ваша предшественница, Кэтрин, девятая леди Стратмор, — почтительно ответил дворецкий.
Кейти Роуз, мать Девлина, погибшая в огне пожара…
— Она действительно была такой красавицей?
— Да, это так.
Лиззи отложила вилку; ей вдруг отчего-то стало не по себе.
— Кто-нибудь из вас видел сегодня утром лорда Стратмора? — спросила она.
Слуги переглянулись.
— Он пошел в коттедж Малберри, мадам, — сообщил мистер Джеффрис.
— Во флигель для гостей? — удивленно переспросила Лиззи.
— О, миледи, это вовсе не флигель для гостей, — заметила экономка. — Лорд Стратмор вырос в коттедже Малберри.
Лиззи удивленно приподняла бровь. Она вспомнила, что отец Девлина, Стивен, был младшим сыном в семье. Титул унаследовал его старший брат, Джейкоб, которому принадлежала усадьба. Джейкоб долго строил и перестраивал главный усадебный дом, а Стивен и его жена, должно быть, жили все это время в коттедже Малберри.
Теперь Лиззи удивлялась тому, что сразу не поняла этого. Вчера она заметила, что усадебный дом не вызвал у Девлина особых эмоций; он, по-видимому, всегда рассматривал его как домашний очаг дядюшки Джейкоба. А вот коттедж Малберри был для него настоящим отчим домом.
— Даже после того, как титул перешел к отцу лорда Стратмора, — продолжала экономка, — его семья предпочитала жить во флигеле: леди Кэтрин говорила, что детям там намного удобнее. О, это была чудесная семья! И вот — такая ужасная участь…
Теперь Лиззи понимала, отчего Девлин был так прост и неприхотлив в быту — он, как и она, вырос не в роскоши, а в простом домике под соломенной крышей.
— Бедный лорд Стратмор, — со вздохом сказал повар. — Когда его близкие погибли, он приказал опечатать домик: виконт не хотел, чтобы кто-нибудь переступал его порог и трогал находящиеся там вещи. Все должно было лежать на своих местах, как в день гибели его семьи.
Лиззи побледнела и, быстро встав из-за стола, торопливо направилась к выходу.
Она поняла, зачем Девлин отправился к коттеджу Малберри, и не хотела оставлять его один на один с прошлым.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Дьявольский соблазн - Фоули Гэлен



Как и все остальные романы Фоули Гэлен, легко читаются. Ставлю 10
Дьявольский соблазн - Фоули ГэленМарина
21.04.2011, 21.43





К сожалению, любовная линия теряется на фоне криминальной.
Дьявольский соблазн - Фоули ГэленКэт
15.01.2014, 13.46





Начало немного скучновато. Но конец просто захватывает. ЧИТАЙТЕ, не пожалеете!
Дьявольский соблазн - Фоули ГэленКатерина
29.04.2014, 11.49





По-моему, из этой серии это самый интересный роман, но на мой взгляд в столь откровенных описаниях постельных сцен не было нужды, сюжетная линия интересна и без них. В целом - захватывает.
Дьявольский соблазн - Фоули ГэленИриина
17.12.2014, 23.59





Неочень
Дьявольский соблазн - Фоули ГэленНина
24.12.2015, 21.34





Автор всего намешала, но интересно, рекомендую
Дьявольский соблазн - Фоули Гэленэля
30.03.2016, 23.48





Мне понравился роман супер)
Дьявольский соблазн - Фоули ГэленЛала
2.04.2016, 3.54





Читается легко . Роман на 8-9 баллов .
Дьявольский соблазн - Фоули ГэленMarina
3.04.2016, 19.29








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100