Читать онлайн Бесстыжая, автора - Форстер Сюзанна, Раздел - Глава 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Бесстыжая - Форстер Сюзанна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.1 (Голосов: 42)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Бесстыжая - Форстер Сюзанна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Бесстыжая - Форстер Сюзанна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Форстер Сюзанна

Бесстыжая

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 11

Хаф Мун Бэй
Он полз по Главной улице подобно кораблю инопланетян после высадки на Землю. Медленно катясь по блестящему от недавно прошедшего дождя тротуару и сверкая под солнцем, гладкий и белый лимузин двигался почти беззвучно, словно его нес воздушный поток, подобно огромному судну на воздушной подушке. Капот был украшен крылатым конем в серебряном круге, как будто летевшим перед автомобилем.
Остальные машины замедляли ход, когда это сверкающее видение проезжало мимо. Билл Уивер, клерк в продуктовой и нефтяной фирме, замешкался и отскочил на тротуар в самый последний момент, чуть было не выронив десятикилограммовую сумку с собачьей едой. Казалось, эта штука возникла из небытия, потому что ни он, ни удивленные прохожие, которые останавливались и провожали экипаж глазами, не видели, откуда выехало сияющее чудо.
Только двенадцатилетняя Джесси Флад заметила, как лимузин выезжает из тумана, окутавшего мост. Девочка шла за машиной следом, убежденная в том, что это экипаж пришельцев. В отличие от застывших прохожих, она, завороженная и восхищенная, продолжала идти рядом с автомобилем, который ехал очень медленно. Почти двенадцать лет она ждала чуда – зная, что оно произойдет! – и оно произошло.
Зеркальные стекла лимузина не позволяли увидеть его пассажиров, но Джесси, идущая по тротуару рядом с машиной, все равно вглядывалась в них своими голубыми глазами, видя только свое отражение.
– Кто это? – шептались прохожие. – Какая-нибудь кинозвезда?
– Да нет! – воскликнул чей-то голос. – Это Саймон Уорнек, газетный магнат. Кто еще может позволить себе такой автобус?
Джесси замерла от предвкушения. Семья Уорнеков была предметом постоянных сплетен в Хаф Мун Бэе. Не только из-за богатства, но и из-за того, что они жили в уединении и были окружены семейными тайнами и трагедиями. Приемный отец Джесси Хэнк Флад работал у Саймона Уорнека, но это было много лет назад, до того как Джесси с матерью и сестрой переехали в Хаф Мун Бэй.
Лимузин затормозил перед банком, а Джесси остановилась метрах в пятнадцати от него, тяжело дыша. Вышедший шофер распахнул заднюю дверцу, и оттуда вылез высокий широкоплечий мужчина с зачесанными назад волосами и военной выправкой. Испытывая смесь восхищения и дурных предчувствий, Джесси смотрела, как он поправил лацкан своего безупречного пиджака и вошел в банк.
Следом из машины вышло некое подобие мальчика с волосами цвета гор в сумерках. Он взглянул в сторону Джесси, и она поняла, что смотрит в самые темные и самые прекрасные глаза, какие когда-либо видела. Голову мальчик держал высоко и гордо, и глаза сверкали на его бледном вытянутом лице, подобно двум глубоким черным озерам. Это было похоже и на глаза сумасшедшего из фильма, который Джесси недавно видела, и на глаза нового молоденького священника из церкви около Пескадеро. Но больше всего мальчик был похож на дикого зверя, подобного тем, которые населяли ущелье за ее домом и которых Джесси так любила.
Под этим завораживающим взглядом Джесси едва могла дышать. Ей казалось, что она смотрит в душу существа, не подвластного Богу, – святого или дьявола. В немом изумлении она проследила взглядом за мальчиком, также прошедшим в двери банка, изнывая от вопросов, которые ей хотелось задать. Почему он выглядит таким вызывающим и грустным? Почему он такой худой? Пиджак на вырост и серые штаны сидели на нем, как на скелете. Его походка была неуклюжей, темные волосы нуждались в парикмахере.
– Кто это? – спросил кто-то из стоявших сзади. Джесси уже задавала себе этот вопрос и сама отвечала на него. Это сын Саймона Уорнека, Люк. Тот, про которого говорили, что он «не уродился».
Рядом с Джесси образовалась толпа зевак, и завязавшийся разговор не прекращался – обыватели начали с жаром обсуждать одну из своих любимых тем – грехи и проступки Уорнеков.
– Я слышала, что мальчик унаследовал какую-то смертельную семейную болезнь, – сказала какая-то женщина. – Ту же самую, которая свела в могилу его мать.
– Фрэнсис Уорнек умерла не от болезни, она покончила с собой, – холодно ответил другой голос. – Она выпила большую дозу снотворного после того, как частный детектив Саймона застукал ее с любовником.
– Откуда вы это знаете?
– Я как-то видел ее в кофейне, – вступил в разговор третий. – Она заказала мороженое с горячим соусом и пакетик жареного арахиса. Это была самая красивая женщина, которую я когда-либо встречал.
– А кто был ее любовник?..
Но Джесси уже перестала прислушиваться к сплетникам. Она не раз слышала слухи о загадочной смерти матери Люка, о том, что мальчик был недоразвитым и даже опасным и что его могли выгнать из дома Уорнеков и исключить из школы. Обо всем этом люди говорили постоянно, и если поначалу Джесси было интересно слушать их пересуды, то теперь ей это надоело.
После того как она увидела сына Саймона своими глазами, ничто не могло убедить ее в том, что Люк Уорнек был недоразвитым. Она сама посмотрела ему в глаза, полные невысказанных секретов. Он не был слабоумным – наоборот, он был мудрее своих лет. На мгновение она увидела в его глазах всю глубину его жизни и страданий, всю его темную борьбу за самостоятельность. И Джесси знала, что никогда этого не забудет.
Джесси никогда не умела противостоять тайне. Ее предупреждали о том, что к дому Уорнеков лучше не подходить, но она никогда не упускала такой возможности, даже если ей грозила порка отцовским ремнем. Она провела столько бессонных ночей, размышляя о загадках, окружавших семейство Уорнеков, что ей начинало казаться, будто она не обретет покоя, пока не приподнимет завесу тайны и не выяснит истину. Ничто не поглощало ее так, как это – даже тайна исчезновения ее собственной матери. Ей нужно было еще раз посмотреть на Люка Уорнека, чтобы убедиться в том, что она его не выдумала. Но больше всего ей хотелось узнать, что происходит внутри каменных стен поместья Уорнеков, имевшего форму клинка.
Зловещие предупреждения Хэнка Флада то и дело приходили Джесси на ум тем холодным февральским утром, когда она пробиралась через ущелье к железной сетке забора, отделявшей принадлежавший Фладам небольшой клочок земли от огромного имения их богатых соседей. Оглядевшись, Джесси скользнула в дыру в заборе. Она выбрала этот маршрут именно потому, что это был лучший способ попасть в усадьбу, не будучи обнаруженной. Насколько она знала, кроме нее, по ущелью не осмеливался ходить никто.
Утренний туман поднимался от оттаявшей земли. Джесси шла в глубь имения. Деловитые белки с пышными хвостами проворно взбирались вверх по стволам кленов, а пар, вырывавшийся изо рта Джесси, уносился к небесам. Вытащив руки из карманов своего джемпера-кенгуру, она начала взбираться на гору, чтобы оглядеться. Девочка добралась до середины склона, когда ее внимание привлекло белое пятно, заставившее ее отвернуться от Капли Дьявола – самого высокого обрыва в округе.
Джесси пригляделась к человеку, пытавшемуся перелезть по огромному стволу дерева, перегородившему ущелье, на другую его сторону. Лица его не было видно, но худощавость и темные волосы заставили Джесси ужаснуться. Это был Люк Уорнек. Но что он делает? Джесси поняла, что этот ненадежный мост может и не выдержать веса его тела. Переходить пропасть по такому мосту – это безумие! Дерево могло в любую минуту соскользнуть вниз, и тогда он неизбежно упадет.
– Стой! – закричала она. – Иди назад! В тот момент, когда она добралась до верхнего края обрыва. Люк был уже на середине импровизированного моста и находился в большой опасности. Он замедлил шаг и потерял равновесие. Замахав руками, он закачался, и дерево под его ногами тоже заколебалось.
– Что ты делаешь? – кричала Джесси. – Иди назад! Он снова пошел вперед, и на мгновение Джесси позволила себе поверить в то, что он сможет перейти. «Пожалуйста», – начала она, собираясь обратиться к Богу с молитвой. Но не успела она произнести это слово, как Люк остановился и на глазах у изумленной Джесси наклонился вперед, схватившись за живот так, как будто ему было больно.
– Нет! – закричала она, увидев, как он падает с бревна. Она опустила голову, закрыв глаза ладонями. К горлу немедленно подступила тошнота, и во рту стало горько от желудочной кислоты и страха. Она без труда могла представить себе, как он падает в пустоту прямо на дно ущелья, превращаясь в мешок сломанных костей.
Джесси подошла к краю и чуть было сама не упала в пропасть, перегнувшись вниз. Острые камни вонзались ей в ладони и рвали одежду.
Земля была тяжелой и скользкой, спуститься было трудно. На кустах не было листьев, и щипы были острее иголок.
Она нашла Люка почти сразу, и все оказалось именно так, как она себе представляла. Он лежал у пересохшего ручья, свернувшись в комочек. Одна нога была неестественно изогнута:
мальчик был похож на фигурку из кукольного мультфильма, на безжизненную марионетку.
Вся дрожа от желания помочь ему, Джесси наклонилась над его поврежденным телом. Казалось, он не дышит, на лбу его зияла глубокая рана. Джесси хотела обтереть ее края рукавом джемпера, но в этот момент глаза мальчика открылись, и от его безумного взгляда она чуть было не закричала.
– Не прикасайся ко мне, – выдохнул он. – Уходи.
Джесси в смущении отпрянула назад.
– Я только хочу помочь тебе, – сказала она. – Я пойду кого-нибудь позову.
– Нет! Не надо! – еле слышно, но настойчиво проговорил он.
– Но почему? – За деревьями Джесси отчетливо видела особняк.
Это был просторный дом с несколькими крыльями, огромным плавательным бассейном и обширным садом с клумбами роз. Он был похож на сказочный дворец, в котором мог жить король.
– Не ходи туда, – пробурчал Люк, хватая ее за руку. Его хватка была на удивление сильной.
– Хорошо, не буду, – заверила она его, приходя к выводу, что он тронулся от испуга.
Он был похож на попавшее в капкан животное. – Ты можешь встать?
Ее сердце зашлось от жалости, когда он попытался подняться на ноги, отказавшись от ее помощи. Гордость, с грустью подумала она. Даже после травмы он стремился не уронить свое достоинство. В конце концов ему удалось сесть и немного переместиться, так что он смог опереться спиной о каменный склон. Но на этом все его попытки закончились, и тут Джесси заметила нечто, заставившее ее содрогнуться от ужаса. Его хлопчатобумажный джемпер задрался на спине, открыв взгляду ужасные красные шрамы. Его пороли, и не один раз. Под свежими ранами были уже зажившие рубцы, белые, напоминавшие паутину.
– Я думаю, что сломал ногу, – сказал он с перекошенным от боли лицом, напомнившим Джесси то, что она видела в церкви, – витражи и изображения святых мучеников.
– Давай я тебе помогу, – взмолилась она.
– Нет! Ты не понимаешь. Это сделали они, – ответил он, указывая в сторону большого дома.
– Кто? Твой отец? Но он же не подталкивал тебя к пропасти.
Люк ничего не сказал, но Джесси и без него знала по своему опыту жизни с Хэнком, что взрослые способны на величайшую жестокость по отношению к детям.
– Но твоя нога, – возразила она, мечтая ему помочь. Несмотря на то что он был старше, ей казалось, что сейчас он, как никогда, нуждается в защитнике, и Джесси уже мысленно приняла на себя эту роль. Она по природе своей была неспособна оставить убогих и раненых на произвол судьбы и поэтому чувствовала себя обязанной остаться рядом с ним.
– Он отвезет тебя к врачу, – настаивала она – Тебе нужно выпрямить ногу и наложить гипс.
Люк покачал головой.
– Врачи – это хищники, которые наживаются на больных и слабых. Их услуги нужны только трусам.
Было ясно, что мальчик повторяет чужие слова. Потом он менее уверенно сказал:
– Он убьет меня, если обнаружит в таком состоянии. Прибьет, как хромую лошадь.
Люк говорил мертвым и далеким голосом, но в глазах его плясали искры гнева.
Ошеломленная Джесси присела на корточки. Она ему не верила. Было трудно заставить себя поверить в то, что человек из плоти и крови может так чудовищно себя вести. Принять эту мысль было слишком больно. Ей удавалось оставаться в добром здравии только при помощи веры в противоположное. Твои родители – настоящие родители – никогда не причинят тебе боли. Она всегда говорила себе, что, если бы ее мать не исчезла, если бы Линетт Флад жила с ними, чтобы защитить их от Хэнка, никто бы не посмел так обращаться с ними, даже с Шелби.
Услышав хруст ломаемых веток и шуршание листьев, Джесси немедленно повернулась. Казалось, кто-то идет к ним через кустарники.
Мальчик махнул рукой.
– Уходи! – прошептал он. – Наш управляющий стреляет в посторонних без предупреждения.
Джесси знала, что он преувеличивает. Иначе и быть не могло. Но ужас, который угнездился в ее сердце, никуда не пропадал. Ей казалось, что ее сейчас стошнит. Она собственными глазами видела рубцы на спине у Люка Уорнека. Это не было преувеличением. Если к ним действительно идет управляющий, что с ним будет? Она не могла смириться с мыслью, что еще кто-нибудь причинит ему боль.
– Я не могу оставить тебя, – прошептала она. – Не могу. Кто бы это ни был, я с ним поговорю. Он ничего тебе не сделает, потому что я здесь…
– Он убьет тебя!
Этот был такой яростный возглас, что Джесси отпрянула. Его лицо было искажено отчаянным гневом, а в глазах стояли слезы.
– Уходи! – свирепо приказал он. – Мне будет хуже, если ты не уйдешь.
Джесси медленно отошла, чувствуя новый приступ тошноты.
– Я вернусь, – пообещала она дрогнувшим голосом. – Я помогу тебе избавиться от них!
Ей не хотелось покидать его здесь. Джесси никогда в жизни не чувствовала себя смелее или сильнее, чем сейчас. Она была уверена, что в состоянии победить его врага – любого врага. Ей хотелось остаться и бороться, но она прекрасно видела, как ему больно. Чтобы он ни говорил и каким бы злым ни был, Джесси понимала, что он защищает не себя, а ее.
«Пожалуйста, – .подумала она, обращаясь к Богу, который, похоже, забыл о существовании таких детей, как она и Люк Уорнек. – Не позволяй им больше причинять ему боль. Пусть он будет в безопасности. Пусть он живет».
Стараясь запомнить прекрасные черные глаза Люка, Джесси повернулась и побежала к дому. Ей хотелось всегда помнить о нем, потому что у нее возникло ужасное чувство, что она видит его в последний раз.
В течение нескольких недель Джесси возвращалась на это место каждый день, но Люка она больше не видела. Сначала она думала, что ему удалось сбежать, но чем больше проходило времени, тем больше она боялась, что с ним действительно поступили ужасно. Тем не менее каждый день на обратном пути из школы она внимательно разглядывала ущелье и пыталась понять, что происходит в особняке Уорнеков, скрытом за деревьями. Иногда Джесси видела бородатого человека – явно управляющего, – который обходил хозяйские владения. Иногда она замечала Саймона Уорнека, в одиночестве гулявшего по саду. Но больше никого. Люк исчез.
Ей хотелось сказать об этом кому-нибудь или позвонить в полицию, но она знала, что ей никто не поверит. А если полицейские обнаружат, что она оказалась во владениях Уорнеков, ее возможно, упекут в тюрьму. Итак, ей оставалось только ждать, смотреть и надеяться. Но вдруг в один прекрасный день все изменилось.
Джесси решила, что сегодня она пойдет в овраг в последний раз. Однако на краю Капли Дьявола она вдруг увидела человека. Он сидел, свесив ноги в обрыв и глядя на расстилавшийся перед ним океан. На нем были мешковатые джинсы и слишком большой джемпер, но издали он казался обыкновенным мальчиком, который хочет побыть один, чтобы хоть немного познать жизнь. Но на самом деле это был не обыкновенный мальчик. Это был Люк.
Джесси тихо подошла к нему, не зная, как сказать, что она здесь.
– Можно мне сесть? – спросила она. Ее сердце глухо билось – так настойчиво, что она даже боялась, как бы он не услышал этот бешеный стук.
Люк не ответил, и Джесси пришлось обойти его, чтобы увидеть напряженное худое лицо, поглощенное какой-то мыслью. Как и раньше, Джесси почувствовала, что ее завораживает исходившая от него смертельная внутренняя энергия, но сегодня в нем явно что-то изменилось, появилась какая-то непреодолимая и пугающая сила. Под обычной одеждой нельзя было скрыть желания выжить, словно кристаллизованного в его мрачном взгляде. Его кормил ум, как дикого зверя. Что же с ним такое сделали?
Люк не ответил на ее вопрос, но и не пошевелился, чтобы прогнать ее, и Джесси решила, что молчание – знак согласия. Она уселась рядом с ним, тоже свесив ноги в обрыв.
– Я тебя давно не видела и думала, что ты уехал, – сказала она. «Я надеялась, что ты уехал, что ты не страдаешь».
Никакого ответа. После нескольких секунд молчания она осмелилась задать еще один вопрос.
– Как твоя нога? Она действительно оказалась сломана? – Он кивнул. – Тебе больно?
– Джед Доусон, управляющий, вправил ее – произнес Люк, как будто это был ответ на ее вопрос. Он говорил каким-то отстраненным голосом, как и в день их предыдущей встречи. Создавалось ощущение, что он говорил не о себе, а о каком-то другом мальчике, который жил за него жизнью Люка Уорнека, принимая все побои и поношения.
– Тебя не возили в больницу? – спросила Джесси.
– Папа не хотел, чтобы в это дело вмешивались врачи.
Неужели они обошлись без врача? И его ногу вправил управляющий? Что это за безумие? Это не Люк был опасен, вдруг поняла она. Опасность исходила от его отца! Хорошо, что хотя бы Люк жив, сказала себе Джесси.
Потом она начала тихо рассказывать о себе, не выбалтывая своих тайн и не выспрашивая о его секретах. Она поведала о том, что живет с сестрой и приемным отцом в старом дощатом доме над ущельем, что ее мать сбежала, когда они с Шелби были младше, что Хэнк в ту ночь напился и разнес весь дом и что это с тех пор повторялось много раз.
– Я его ненавижу, – наконец сказала она своим мелодичным голосом.
После этих слов Люк впервые повернулся к ней с таким затравленным выражением лица, какого она у него никогда еще не видела.
– Интересно, что хуже, – так же тихо сказал он, – ненавидеть своего отца или заставлять его ненавидеть себя.
Джесси коснулась его руки. Его глаза сверкнули, когда он отвернулся, но он даже и не попытался смахнуть со щеки сбежавшую по ней слезу. Кошмары, которыми была заполнена его память, словно ввели его в вечное оцепенение. Люк не отнял руки и продолжал смотреть на острые уступы ущелья, как будто вспоминая нечто более ужасное, чем падение с этого обрыва.
Он плакал, как раненый зверь – тихо, не вытирая медленно стекавших слез. Джесси не осмеливалась спросить, почему он плачет. Ей было больно за него, но она прекрасно понимала, что некоторые вещи слишком ужасны, чтобы о них говорить. Если бы она могла сделать так, чтобы его боль передалась ей, она бы с радостью на это пошла. Но Люк не мог даже говорить о том, что его так мучило, так что Джесси ничего не оставалось, как переживать за него, ждать и надеяться на то, что он почувствует зародившуюся в ее сердце нежность, подобную весеннему цветку.
Влечение к Люку Джесси почувствовала с того самого момента, когда впервые его увидела. Поначалу она, скорее всего, просто жалела его, как жалела бы любую жертву жестоких обстоятельств, но потом постепенно поняла, что природа установившейся между ними связи совсем другая. Они с Люком были похожи. Он был изгоем, как и она большую часть своей жизни, предметом жалости и презрения одновременно.
Люди считали Люка уродом, не таким, как все. Они не замечали тоски в его молчаливых глазах. Или просто не хотели видеть. Но Джесси чувствовала энергетический поток боли, который излучали их соединенные руки. Сегодня между ними что-то произошло, и с этого момента все будет иначе. Она это знала. Ее жизнь отныне была связана с жизнью Люка Уорнека всеми возможными способами – самыми глубокими и невообразимыми.
– Ты что, беременна, что ли? – поинтересовалась Шелби, входя в кухню днем после возвращения из школы. – Куда это ты собралась со всей этой жратвой, сестренка?
– Черт, – пробормотала Джесси про себя. Ей не удалось выйти из дома до того, как вернулась ее сестра. – Беременна? – огрызнулась она, пряча немытые овощи и фрукты, которые украла из огромного соломенного ларя, в самый большой карман своего рюкзака. – Это ты позволяешь всяким мальчишкам лапать свою грудь около фонтана после дурацкого танца в день Святого Валентина!
– Да у тебя и груди-то нет, – откликнулась Шелби, обходя стол. Ее ясные глаза подозрительно сузились. – Что происходит, дуреха? Куда это ты намыливаешься каждый день? Мне уже надоело постоянно готовить обед, и ты знаешь, какой я плохой повар. Это просто чудо, что мы все еще не умерли от трупного яда.
«Дуреха» в устах Шелби была просто выразительным словечком, но Джесси поняла, что дни ее сочтены. Бог не наградил Шелби щедростью. Больше сестра ее покрывать не будет. Тем не менее Джесси забросила рюкзак за плечо и направилась к двери.
– Еще один вечер, хорошо. Шел? В холодильнике есть немного филе. Смешай его со вчерашним тунцом. Хэнк, скорее всего, опять придет пьяный и ничего не заметит.
– С тунцом? Ф-фу!
Джесси вышла из кухни, сопровождаемая презрительными выкриками Шелби. Сердце Джесси билось в такт бегу, когда она наконец очутилась на месте, где они с Люком встречались каждый день уже в течение нескольких месяцев. Они прятались под сенью кленов, скрывавших их от окружающего мира. Только здесь они могли чувствовать, что их никто не достанет.
Но сегодня что-то было не так, и Джесси это сразу же поняла. Когда она пришла, Люка на месте не было. Ужас охватил ее душу, но Джесси усилием воли отбросила страшные предчувствия и начала опустошать рюкзак в предвкушении его появления. Она как раз закончила готовить их скромный пир на гладкой поверхности сломанного дерева, когда почувствовала, что ее затылка коснулось что-то мягкое.
Джесси чуть не закричала. Она повернулась, но ничего не увидела.
– Люк? – прошептала она. Ужас, с которым она вроде бы справилась, подступил снова. В последнее время она не могла избавиться от ощущения, что с ними должно было произойти что-то очень плохое, что их обнаружат и запретят им встречаться. Ее страхи отравляли печалью то счастье, которое она всякий раз испытывала, находясь в его обществе. Иногда она боялась видеть его вновь из-за этой сердечной боли.
Склонившись над поваленным стволом, она снова ощутила щекочущее прикосновение. Чей-то смех заставил ее посмотреть вверх. На одной из цветущих ветвей прямо над ней сидел Люк, держа в руках ветку. Он был похож на готовую прыгнуть рысь.
– Осторожно! – предупредил он. Перегнувшись через ветку, он спрыгнул с нее, как гимнаст, а потом приземлился на свою здоровую ногу. – Ммм, груши, – одобрительно сказал он, глядя на накрытый Джесси импровизированный стол. Посмотрев на нее своими огромными глазами, напоминавшими глаза дикого животного, он начал есть.
Джесси молча наблюдала за тем, как он поглощал сырые фрукты и овощи. Несколько месяцев назад его отец в качестве наказания запретил ему садиться за обеденный стол. Когда она в первый раз принесла сюда еду, он был не в состоянии съесть много. Но после ежедневных пиров, которые она устраивала, Люк стал выглядеть гораздо лучше. Он приходил в форму буквально на глазах, становясь сильнее, выше и красивее. Сходство с диким зверем немного уменьшилось, и это тоже было хорошо. Дикие звери слишком часто погибали молодыми, а Джесси хотела, чтобы Люк Уорнек жил долго.
– У меня есть идея, – сказала она, когда он закончил есть. – Давай встречаться за забором по ночам, когда все уже спят, хорошо? Мы отправимся в одиссею, как Гомер, тот парень из Греции, про которого ты мне рассказывал.
Выражение лица ее собеседника изменилось, и Джесси поняла, что он боится. Насколько она знала, он никогда не выходил за пределы усадьбы без сопровождения отца.
– Ну, ты придешь? – настаивала она. – Я хочу тебе кое-что показать. Это очень красиво Люк, это совершенно особое место.
В ее голосе появилась какая-то новая интонация, которую она раньше в себе не замечала. Люк тоже ее услышал, и его взгляд изменился когда он посмотрел на нее. В глубинах их душ что-то зашевелилось, возник какой-то взаимный интерес, которого раньше не было. Джесси поняла, что между ними растет и принимает окончательную форму какое-то новое чувство. Ей еще не исполнилось тринадцать, и она немного боялась этого.
Луна окрасила воды залива в молочно-белый цвет, превратив его в подобие подрагивающего от нетерпения ковра-самолета, готового унести путешественника в дальние волшебные страны.
– Разве это не красиво? Джесси бросила взгляд в сторону Люка и по выражению его лица поняла, что он заворожен. Серебристый лунный огонь отражался в его глазах. Она собиралась привести его сюда с того самого момента, как он поведал ей легенду о полумесяце. Люк говорил, что эта история – городской фольклор, но Джесси была уверена в том, что он сам придумал эту печальную и красивую историю об индейском мальчике, который боялся рассвета. Кроме того, ей казалось, что эта легенда имеет для него какое-то особое значение.
– Давай нырнем в луну, – неожиданно предложила Джесси, переведя дыхание. – Хочешь?
Она стянула свитер и поежилась.
– Купаться? Сейчас же холодно. – Люк явно сомневался, но Джесси уже приняла решение и вся трепетала от восторга.
– Давай, Люк, – умоляюще произнесла – Для этого-то мы сюда сегодня и пришли, разве ты не видишь? Лунный свет – наша защита, знак нашей удачи. Он накинет на нас волшебный покров и отведет все злое.
Она схватила мальчика за руку и побежала с ним к воде, на ходу разуваясь.
– Пойдем, – кричала она, расстегивая джинсы и выпрыгивая из них. – Луна проходит по небу, совсем как солнце. Она не будет ждать нас вечно.
Люк отступил в сторону, глядя на раздевающуюся Джесси с любопытством и опасением одновременно. Когда на ней не осталось ничего, Джесси посмотрела на себя и поняла, на что он так глазеет. Она была в том возрасте, когда тело уже утрачивает детскость, но еще не приобретает женственности, ее грудь только начинала расти.
Внезапно ей захотелось прикрыться. Вместо этого она ринулась в воду и с головой нырнула в лунный свет.
– Холодно! – крикнула она, выныривая на поверхность.
– Я же тебе говорил, – нервно рассмеялся Люк.
– Иди сюда, – выдохнула она, бешено работая руками, чтобы согреться и удержаться на поверхности. – Пожалуйста, Люк! Ты должен это сделать. Если ты не искупаешься, произойдет что-то плохое.
Тогда Люк начал раздеваться. Он снял свободно зашнурованные теннисные туфли и громким вздохом стянул джинсы. Когда он наконец избавился от обтягивающих трусов Джесси увидела ту часть его тела, которая давно втайне занимала ее воображение. Он был почти на год старше нее, и его тело уже окрепло и возмужало – это касалось и признака его половой принадлежности, расцветшего во всей красе, Если бы не было так холодно, Джесси непременно бы покраснела. Люк был по-настоящему красив.
С возрастающим восхищением она следила за тем, как он подошел к воде. Его походка была несколько неуклюжей из-за неверно вправленной ноги, но Джесси знала, что в воде этот недостаток компенсируется.
Люк нырнул в мрачную темноту, подобно заколдованному морскому жителю, и исчез, не оставив на поверхности воды никакого следа. Джесси уже начала спрашивать себя, не уплыл ли Люк в океан, как он вынырнул прямо перед ее носом. Засмеявшись и с шумом вдохнув воздух, он притянул ее к себе и вместе с ней поплыл к берегу, где они могли встать на ноги.
– Где ты научился так плавать? – спросила она, добравшись до места, где вода доходила ей до пояса. Они стояли лицом друг к другу, и вода струилась между их тел.
– В бассейне, в «Эхе».
– Ты очень красивый.
Люк зарделся от удовольствия.
– Спасибо… Ты тоже. – Воцарилось молчание, и Джесси застыла в каком-то смутном ожидании. Ее грудь порозовела и напряглась от холода. Соски словно окаменели и напоминали гальку под их босыми ногами – с тем лишь отличием, что камни были бесчувственны.
В течение многих месяцев они с Люком терпеливо свивали кокон дружбы и доверия. Два изгоя, которым доставляла радость мысль, что они не совсем одиноки в своей отчужденности и боли. Но теперь это доверие исчезло. Внезапно оказалось, что им нечего сказать друг другу. Ни единого слова.
Они стояли на пороге захватывающего открытия, на краю неисследованного пространства, к которому их не подготовил ни собственный опыт, ни книги – даже Гомер с его «Одиссеей». Теперь они были предоставлены самим себе, и им предстояло найти свой путь в этом новом и пугающем вихре чувств. Сердца обоих дико бились, разум был поглощен сладостными и жестокими одновременно ощущениями.
Джесси смущенно отвернулась от взгляда Люка.
– Надо одеться, – сказала она, внезапно начиная дрожать от холода. – Если луна уйдет, пока мы тут стоим, это будет плохой знак.
– Ты сама это выдумала? – спросил Люк.
– Да, – призналась Джесси. И снова их глаза встретились.
Каким-то образом оба поняли, – что, если они дадут добро тому, что только что между ними возникло, это может все изменить, и их отношения уже никогда не будут такими, как прежде.
– А давай еще раз сюда придем, – предложил Люк. – Завтра вечером.
В течение следующих двух недель они каждый день приходили в бухту, и для Джесси это было самое счастливое время жизни. Иногда они просто сидели на берегу, глядя на отражающуюся в воде луну, и делились друг с другом своими мечтами. Но купание при лунном свете стало для них своеобразным ритуалом удачи. Это всегда заканчивалось тем, что они стояли друг напротив друга по пояс вводе, а потом бежали на берег одеваться.
Однажды вечером этот момент затянулся, и когда вода, потревоженная их молодыми телами, наконец успокоилась, они оба поняли, что не могут оторвать друг от друга глаз.
– Нельзя, чтобы лунный свет ушел, – напомнила ему Джесси мягким, умоляющим голосом. – Иначе чары разрушатся.
Люк дотронулся до ее влажных волос с нерешительностью человека, чье любопытство пересиливает страх. Джесси замерла. Люк осторожно коснулся ее лица, и девочка внезапно расслабилась, запрокинула голову, чтобы он мог увидеть в ее глазах, как она ждала этого прикосновения. Сейчас Джесси сама чувствовала себя луной в заливе – серебристой и яркой, холодной и горячей.
Люк наклонился, чтобы поцеловать ее, мягко касаясь пальцами уголков губ. Когда их губы встретились. Люк опустил руку и коснулся ее груди – и в этот момент Джесси вдруг пожалела, что не может предложить ему нечто большее – мягкие, большие груди и изящные женственные очертания, как у Шелби. Они с Люком вместе мечтали о том, чтобы избавиться от жалкой жизни в их семьях, о славе и успехе в настоящем мире. Ей хотелось путешествий и приключений. Но Джесси никогда не говорила о самой заветной своей мечте – о том, чтобы он ее поцеловал. Это было самое большее чего она могла пожелать, и Джесси чувствовала, что после того как Люк Уорнек поцелует ее в лунном свете, который танцует на волнах залива, она может спокойно умереть…
– Так вот где ты все это время прятался! Грубые слова сопровождались хрустом гальки под чьими-то ногами.
– Проклятый мальчишка! – выругался тот же голос. Люк и Джесси замерли друг у друга в объятиях. Ослепленные внезапно вспыхнувшим на берегу светом, они присели под воду, пытаясь скрыться от рыщущего по заливу луча фонарика. Вода показалась им ледяной.
Джесси схватила Люка за руку и сжала ее. Она твердо верила в то, что он не знает, как себя защитить. Ему никогда не приходилось преодолевать трудности общения с братьями или сестрами или сопротивляться одноклассникам, которые всегда рады накинуться на слабого. Поэтому девочка считала своим священным долгом защищать его, несмотря на то что он был гораздо крупнее нее.
– Немедленно вылезай из воды. Люк! Я тебе покажу, как убегать по ночам с какими-то бродягами.
Сердце Джесси упало. Это явно был отец Люка. Он говорил до ужаса низким голосом, властным и полным глубокого презрения. Было бы лучше, если бы они попались на глаза полиции.
– По крайней мере, это девочка, а не пацан, – сказал второй мужчина.
– Выясни, кто эта потаскушка, и прогони ее отсюда, – распорядился первый. – А я позабочусь о моем сыне.
– Не покидай меня, – прошептала Джесси когда двое мужчин вошли в воду, поводя фонариками из стороны в сторону.
Вдруг она почувствовала, как кто-то схватил ее за руку.
– Держись! – крикнула она Люку, сжимая другой рукой его ладонь.
– Оставь ее! – завопил Люк. Он попытался подняться, но потом раздался ужасный звук, хруст костей, и рука Люка выскользнула из ее руки.
– Нет! – закричала Джесси, пытаясь кинуться за ним в темноту. Она отчаянно вырывалась, борясь со своим невидимым мучителем, как дикое животное. Вывернувшись, она почувствовала, как этот человек сжал в кулаке прядь ее волос, чуть не вырвав их с корнем, а другой рукой зажал ей рот.
Ее подняли, как куклу, а потом ее голова коснулась чего-то тяжелого, и лучи фонариков погасли. Мир стал белым и безмолвным, и Джесси провалилась в зияющую пустоту, подобно камню, уходящему на дно залитой лунным светом бухты.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Бесстыжая - Форстер Сюзанна



хорошо провела время
Бесстыжая - Форстер Сюзаннаарина
5.09.2011, 11.34





,,роман про сестер блезняшек,если я не ошибаюсь они после смерти отца едут в Техас к тетке,,...Роман ДЖ.Линдсей "Мой мужчина"
Бесстыжая - Форстер СюзаннаJana
27.09.2011, 16.34





большое спасибо это какраз то что я искала.
Бесстыжая - Форстер Сюзаннаzahar
27.09.2011, 16.40





Море романтики,увлекательный, не напрягает. Всем рекомендую почитать
Бесстыжая - Форстер СюзаннаOlga
7.04.2012, 18.18





Роман стоящий, почитать стоит.
Бесстыжая - Форстер СюзаннаЛика
8.04.2012, 15.30





все так запутанно ,высосано из пальца ,одним словом бред,такого я еще никогда не читала,зря потратила время!
Бесстыжая - Форстер Сюзаннаюлианна
25.06.2012, 17.08





не заезжено и живенько
Бесстыжая - Форстер СюзаннаТата
23.09.2013, 9.51





О, отличная история, о несовершенных людях, способных любить безупречно! Читайте, читайте!
Бесстыжая - Форстер СюзаннаТатьяна
16.12.2013, 0.32





А мне понравилось. Прочитала с удовольствием. Очень трудно выбрать роман для чтения при всем многообразии. Может и не шедевр, но времени потраченного не жалко. Читайте!
Бесстыжая - Форстер СюзаннаЛеля
9.01.2014, 14.03





Не роман, а драма мыльная. Не осилила. Странно,что героиня не подозревала,что ее покойный муж больной садист.
Бесстыжая - Форстер СюзаннаКлава
4.05.2014, 19.07





Кошмар, как можно о 9/летней девочке сказать "...эта юная потаскушка..."rnТакие вещи отвращают от литературного уровня автора.
Бесстыжая - Форстер Сюзаннаlilia
9.11.2014, 17.34








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100