Читать онлайн Роковая Женщина, автора - Фоли Ро, Раздел - Глава четырнадцатая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Роковая Женщина - Фоли Ро бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.5 (Голосов: 2)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Роковая Женщина - Фоли Ро - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Роковая Женщина - Фоли Ро - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Фоли Ро

Роковая Женщина

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава четырнадцатая

Вход в кафе освещала неоновая вывеска. Поттер увидел Дженет с порога. Она сидела на высоком круглом табурете за стойкой бара. Перед ней остывала нетронутая чашка кофе. Дженет была очень бледна и дрожала как в лихорадке. Быстро окинув ее взглядом, Поттер подвинул стул и поместился около мисс Грант. Народу было мало, только в самом углу резвилась подвыпившая компания молодых людей. Они шумно и весело спорили о чем-то с хозяином закусочной. Никто, слава богу, не обращал внимания на бледную девушку у стойки бара.
– С тобой все в порядке? – спросил Поттер.
Дженет не отвечала. Ее большие глаза смотрели мимо него, озноб заметно усилился.
– Скажи, дорогая, ты не собираешься сейчас же грохнуться в обморок? – испугался Поттер.
Она покачала головой и вдруг словно заметила, что он здесь. Дженет схватила его запястье, крепко сжала, прошептав:
– Его задушили. Почти у меня на глазах. Я слышала, как он беспомощно колотил пятками об пол. Хромой из последних сил боролся за жизнь.
Дженет цедила слова, едва разжимая губы, так, чтобы не стучать зубами. Гирам потрогал чашку. Кофе оказался совсем холодным. Он уже было поднял руку, чтобы позвать хозяина, но передумал. Нет, лучше не привлекать к себе внимания. Дженет в таком болезненном состоянии, что официант сразу же ее запомнит.
– Расскажи-ка мне все, только подробно, – сказал Гирам Поттер.
Дженет потребовалось немало усилий, чтобы сосредоточиться. Она говорила сбивчиво, порой невнятно, но Поттер ни разу не перебил девушку. Дженет добросовестно вспоминала все, что произошло за день, с самого утра. Звонок хромого, ее попытки дозвониться Питу Расслину и затем Поттеру; затея с переодеванием, чтобы незаметно для всевидящих репортеров выбраться из дома; посещение банка, где она сняла деньги со счета, забрала облигации, ожерелье и со всем этим богатством приехала на склад. «Наверняка, за ней следили», – насторожился опытный детектив.
– Таинственный убийца слышал, как я звала хромого. Он сдержал слово, прибыл на склад и поплатился за это жизнью. Расправившись со своей новой жертвой, преступник открыл окно и выбрался наружу. А хромой мертв, и теперь больше некому дать показания в пользу Касса. Но, Поттер! Я была так напугана, что не сообразила. А если новое преступление незнакомца поможет Кассу. Ведь брат, находящийся в полиции, не мог убить хромого шантажиста.
Дженет заметила скептическое выражение лица Поттера и осеклась; она обвила горло рукой, точно задыхалась.
– Господи, Поттер! Какая я дура! Ведь теперь подозрение падет на меня: подумают, преступление совершила я, чтобы прикрыть Касса и запутать следствие, а заодно и разделаться с хромым шантажистом, отравлявшим мне жизнь. О боже!
– Спокойно. Не теряй здравого смысла и не фантазируй. – Гирам с нежностью заглянул в ее огромные черные глаза: – Ты должна помогать мне, дорогая, и сохранять ясность мысли.
Постепенно отчаяние отпустило Дженет, и она снова обрела способность воспринимать слова Поттера.
– Скажи, ты все еще надеешься вызволить Касса? – с надеждой спросила она.
– Конечно, мы оба просто обязаны сделать все возможное и невозможное, но для этого нужна твердая воля. Я свяжусь с тобой обязательно, как только смогу. Будь, пожалуйста, дома и жди моего звонка. И прошу тебя, верь мне.
– Я верю, верю. – Дженет хотела подняться на ноги, но пошатнулась и чуть не упала. Поттер успел вовремя схватить ее под локоть. Дженет пристально смотрела в его мужественное открытое лицо. У нее был вид ребенка, потерявшегося в толпе.
– А что мы будем делать теперь, Гирам?
– Прежде всего я позвоню в полицию. Тебе ведь это не пришло в голову.
– Полиция не очень-то помогла моей семье, не забывай.
Когда они вышли на воздух из душного кафе, ей стало немного легче. Поттер поймал такси и приказал ей беречь сумку с деньгами. Садясь в машину, Дженет послушно кивала головой, но говорить что-либо была не в силах.
Поттер вернулся в закусочную, чтобы позвонить оттуда О'Тулу.
– Я как раз собирался уходить, – ответил лейтенант. – Есть новости. Плохие. Еще одно убийство. Звонил наш человек, которого я оставил присматривать за мисс Грант. Это он обнаружил тело Евы. Я еду на склад. Если хочешь, мы захватим тебя по дороге.
Поттер объяснил, где он находится, и договорился, что будет ждать коллег на перекрестке.
В автомобиле он слово в слово повторил рассказ Дженет.
– А ты видел покойного хромого? – спросил О'Тул.
– Я не был на месте преступления. Дженет позвонила, и мы встретились в закусочной. Оттуда я и разговаривал с тобой.
– Это толковый Милстайн выследил Дженет. Его внимание привлекла женщина в обносках, но в дорогих модных туфельках, и он решил последовать за ней. Если бы я не оставил ему фотографию Дженет, он никогда бы не узнал ее, когда она переоделась в дамской комнате на вокзале. Оттуда Дженет поехала в банк, сняла все свои деньги со счета и взяла что-то из фамильного сейфа. Затем она села в такси и помчалась на склад. Детектив не спускал с нее глаз. В помещении она была всего минут десять, потом вылетела оттуда пулей и сломя голову бросилась к закусочной. Милстайн видел, как она переговорила по телефону и осталась кого-то ждать. Тогда он решил пройти на склад и посмотреть, что же там произошло. Он увидел бездыханный труп. Тебе известно – «искатель приключений» тоже задушен шнурком?
Поттер кивнул.
– А она совсем не глупа, эта девчонка Грант. Сначала она заманивает хромого, затем шантажист погибает. Что теперь? Дженет отыщет новую жертву, во имя алиби любимого брата?
Поттер промолчал. Пока ему было нечего возразить О'Тулу, хотя сарказм лейтенанта покоробил мудрого и доброго Гирама.
Когда машина О'Тула подъехала к складу, эксперты и медики уже прибыли на место преступления, и Поттер отмежевался от группы специалистов. Он внимательно огляделся вокруг. Склад занимал большую часть квартала, к нему примыкали подсобные помещения. На противоположнои стороне улицы находились жилые дома. В одном был кондитерский магазин, в другом – лавка, где продавались всякие хозяйственные мелочи. На втором этаже особняка, как раз напротив склада, он увидел женщину в инвалидной коляске, которая с любопытством наблюдала за происходящим; промелькнула мысль, что калеку не просто привлек вой полицейских сирен. Возможно, женщина сидит здесь давно и видела убийцу. Ее показания могли бы быть полезными. Пока трудились фотографы и дактилоскописты, Поттер размышлял о случившемся. Если одиссея с хромым была правдой, и он каким-то чудом оказался свидетелем убийства Фредерика, то колченогий, должно быть, шантажировал убийцу в течение долгих четырех лет. Почему же теперь вымогатель так резко изменил тактику? Откуда хромой узнал, что у Дженет снова появились деньги? Об этом нигде не сообщалось официально. Существовал только один способ получить столь ценные сведения. О'Тул позвал приятеля со второго этажа, и Поттер осторожно поднялся наверх по шатким ступеням.
Группа специалистов стояла вокруг неподвижного тела. Судебный медик встал с колен и отряхнул брюки.
– Убитый был инвалидом. Скорее всего – костный туберкулез. Скончался не больше часа назад.
О'Тул взглянул на Поттера.
– Ты раньше когда-нибудь видел его? – спросил он.
– Нет, – ответил Поттер.
– Пока придержимся версии, что труп не опознан. Надо снять отпечатки пальцев.
– Я советую тебе пригласить Хаскела, проверить жертву.
– На флуоресцеин? Значит, ты все-таки веришь этой отчаянной девчонке.
– Да, верю. И вот что еще, О'Тул. Я бы на твоем месте пригласил сюда миссис Симмонс. Думаю, она поможет опознать убитого получше любого эксперта.
О'Тул поднял на Поттера удивленный взгляд.
– Ты думаешь, покойный – отчим Евы?
– Этот корыстный человек как-то пронюхал, что у мисс Грант снова появились деньги, и я вижу только два пути узнать правду – через мать Евы или Торнтона Гранта.
– Но как возникла твоя привлекательная гипотеза?
– Ты хочешь спросить, почему Ева рассказала хромому о деньгах мисс Грант? Пока не знаю. Это только предположение. Вот и все.
Они вернулись в полицейский участок и отправили на склад Хаскела. Через полчаса криминалист позвонил и что-то коротко доложил лейтенанту.
– Старик! А ты прав! Флуоресцеин обнаружен на плаще и на руках хромого. – О'Тул восхищался профессиональной хваткой Поттера.
– Значит, все сходится, и то, что утверждала Дженет Грант – правда, – не без удовольствия – заметил Гирам. – Дженет говорила, что слышала шаги хромого, видела его со спины и даже дотронулась до плаща. Думаю, следствие должно исходить из того, что есть какая-то определенная связь между хромым негодяем и убийством Евы.
В дверях появился полицейский и доложил, что привел миссис Симмонс. Он отступил в сторону и пропустил костюмершу в кабинет. Она была одета в поношенный серый плащ, совсем не по погоде. Вязаный берет тоже, как видно, не спасал от январской стужи: поверх него был намотан старый шерстяной шарф. При виде жалкой фигуры миссис Симмонс Поттер вспомнил роскошные меха ее дочери и почувствовал острую неприязнь к покойной красавице. Видно, О'Тул подумал о том же. Если вчера он был с костюмершей официален и жесток, то сейчас старался быть предельно корректным.
О'Тул начал разговор с извинений и заверил миссис Симмонс, что они не задержат ее надолго. Он попросил вдову проехать с ними на склад. К его удивлению, пожилая дама без звука согласилась. Всю дорогу она не произнесла ни звука. Когда ее подвели к телу, она тупо уставилась на покойного и долгое время молчала. О'Тул стоял рядом, готовый в любой момент поддержать миссис Симмонс.
– Это – Берн, мой муж, – сказала она безучастно.
И вдруг с ней случилась истерика. Нет, она не заплакала. Напротив, женщину сотрясал дикий хохот. О'Тул взял ее под руку и подвел к стулу. Но вдова продолжала хохотать. Она смеялась и смеялась, пока у нее не перехватило дыхание и не потекли слезы. Тогда она вытерла глаза и прохрипела:
– Неужели он мертв?
– Мне очень жаль, что вы узнали о несчастье столь внезапно, но, как вы понимаете, нам не удалось подготовить вас заранее. Судьба распорядилась по-своему.
– Жаль? Но мне ничуть не жаль. Я бесконечно рада. Мне больше нечего бояться. Я даже не могу поверить в такое счастье!
Поттер пригласил эту несчастную пожилую женщину пообедать с ними, а заодно и побеседовать. Она ела жадно. Так, как будто долгое время голодала, и без конца говорила, говорила. Слова сыпались, как из худого решета.
– Мы всегда его боялись, я и Ева. У Верна был отвратительный характер. Он часто бил нас. Он продал Еву Мейтленду, когда ей было всего шестнадцать. Хотя она особенно и не возражала, девочка всегда отличалась сметливостью. Фредерик был настоящим мужчиной, а Ева – воплощением Женщины. Художник был от нее просто без ума. Время от времени влюбленный Фредерик снабжал Верна деньгами. Но конечно, Еве предстояло задуматься о своем будущем. Она понимала, что Мейтленд никогда не женится на ней. Ей нужна была хорошая партия. Повторяю, она была умницей, моя дочка. Фредерик тоже понимал, что рано или поздно Ева выйдет замуж, но думал, что ее супружество не должно ничего изменить. Да в общем-то после свадьбы ничего и не изменилось. Когда Ева вышла замуж, она дала мне немного денег, чтобы я уехала отсюда. Я компрометировала знатное семейство Грантов. В Аризоне я нашла работу: устроилась уборщицей в одной фирме. Ева надеялась, что Берн тоже уберется: у него туберкулез и климат Нью-Йорка ему был вреден. Но он остался. Поймите меня! Я так боялась открыться вам. После всех этих бесконечных толков о хромом... Я просто не смела ничего сказать о шантаже Евы – все это мерзкие проделки Верна...
– Продолжайте, миссис Симмонс. Так, значит, после свадьбы Евы ваш муж никуда не уехал.
– Да, он остался здесь, рядом с деньгами. На зеленые бумажки у него был отменный нюх, получше, чем у охотничьей собаки.
– И где же он добывал деньги? Миссис Симмонс пожала плечами:
– Иногда у Фредерика, иногда – у Евы. Но у Евы было немного наличных. Свекор не любил ее. Он не одобрял этот брак и заставил сына самому зарабатывать на жизнь. Старый Грант договорился с Евой, чтобы она свидетельствовала в суде в пользу Касса и подарил ей три тысячи долларов. Но это случилось после того, как Фредерик написал портрет возлюбленной, а его жена увидела картину и начался громкий скандал.
– А вы сами когда-нибудь видели картину, миссис Симмонс? – поинтересовался О'Тул.
Костюмерша пожала худыми плечами:
– Я думаю, теперь это не имеет никакого значения. Сколько несчастий произошло с тех пор! Слишком много. Да, Берн всегда был рядом с моей Евой, моей Элли. Он знал, что она и Фредерик после свадьбы продолжали встречаться. Алчный урод ждал удобного случая. Он следил за мастерской художника. С того самого дня, как семья Мейтлендов поселилась по соседству с Грантами. Однажды он забрался в его мастерскую и сфотографировал злополучный портрет, который нашла потом миссис Мейтленд.
Миссис Симмонс повествовала, не отрывая взгляда от тарелки с едой. Но вдруг она с негодованием отставила прибор. Лицо ее сделалось серым:
– Не понимаю, как Ева оказалась такой распутной. Ведь я воспитывала ее в строгости. Маленькой она была такой скромной, хорошей девочкой. Я хотела, чтобы она выросла настоящей леди. Но у нее был тяжелый характер... О чем я говорила? Ах да, фотографии. Берн рассказал о ее существовании Мейтленду и шантажировал его, заставив выкупить негатив. Но художник не знал, что Верн успел сделать несколько отпечатков.
– Сколько? – спросил Поттер.
– Четыре. Один для себя, один для Евы, один для Фредерика и один... Я даже не знаю, наверное, просто так, про запас. Эти фотографии стоят целое состояние. Верн сказал, что собирается роскошно жить на них до конца дней.
Костюмерша снова ухватилась за вилку, но тут же оставила ее и продолжила свой монолог:
– Еще Берн разохотился пугать этими фотографиями Еву. Уже потом, после помолвки с Торнтоном, ей пришлось отдать ему драгоценности, подаренные Мейтлендом. Берн умело и жестоко шантажировал мою дочку. Угрожал, что расскажет Торнтону о ее похождениях, и, конечно, он знал, что Ева клюнет на эту удочку. Еще раньше Ева отдала ему деньги, которые вручил ей отец Касса во время суда. Не представляю, что он делал с таким богатством. Я видела его в последние месяцы очень редко, только когда ему было что-то надо. Он брал от жизни все: красивая одежда, девочки, роскошные машины. У Верна где-то есть квартира. Эпизодически он там появлялся.
Миссис Симмонс отказалась от десерта. Ей не терпелось освободиться от груза воспоминаний:
– Я вам признаюсь, Берн – это адово семя – доводил Еву до сумасшествия. Мы никогда не знали, когда он возникнет снова и сколько денег потребует. Когда Торнтон Грант сделал предложение моей дочери, Берн заявил, что переедет в его дом. Ева ответила ему, что Торнтон, долго не раздумывая, выкинет ее вон, узнав, что у нее такая непристойная родня. И вот тогда иссякнет золотой родник и Берн не получит больше ни копейки. Тем временем Ева узнала: Дженет вернула себе свою долю наследства, ей сказал об этом Торнтон. И тогда, чтобы избавиться от Верна, она заверила отчима, что найдет для него другой постоянный источник дохода. Только я не понимаю, почему Ева была так уверена, что мисс Дженет станет платить Верну. Именно поэтому дочь и хотела поговорить с мисс Грант в театре. Берн доводил Еву до исступления, звонил среди ночи и требовал денег. Ева перестала спать. Это он портил ее вещи и переворачивал все вверх дном в гримерной. Она была вынуждена как-то оградить себя от вымогательств маньяка.
– Значит, ваша дочь знала, кто преследует ее, – изумился О'Тул. В течение разговора он молча смотрел на костюмершу, выкладывающую бесценные подробности для следствия.
– Конечно, знала. Чтобы обезвредить шантажиста, она позвала Дженет в театр. Ева надеялась, что Дженет услышит, как прихрамывает Берн. Ева собиралась вызвать полицию. Моя девочка хотела устроить нечто вроде ловушки для отчима. Берн должен был появиться в тот вечер. Но он зашел перед спектаклем, на всякий случай припугнуть Еву. Помните безобразный синяк на ее руке? Это Берн. Она пообещала ему денег, и он исчез, сказав, что вернется через полчаса. Но так и не вернулся. Но теперь что толку говорить об этом? Ведь он был единственным, кто знал правду.
– Какую правду, миссис Симмонс?! – насторожился О'Тул.
– Он знал, кто убил Мейтленда.
О'Тул откинулся назад, с удивлением разглядывая мать Евы.
– Так, значит, вы не верите, что Касс Грант убил художника?
Миссис Симмонс отрицательно покачала головой.
– Откуда такая уверенность?
Тут костюмерша доказала недюжинную способность мыслить логически:
– Просто я знаю: когда у Евы кончились деньги, Берн продолжал получать приличные суммы. Откуда? У Касса и Дженет не осталось ничего после смерти отца. Но кто-то платил же ему? Хуже всего было то обстоятельство, что Верп – единственный человек, знавший правду. Он знал, кто на самом деле убил художника и почему убили мою дочь. – Вдова хромого жадными глазами осмотрела стол: – Пожалуй, я все-таки съем кусочек торта, – робко сказала миссис Симмонс.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Роковая Женщина - Фоли Ро


Комментарии к роману "Роковая Женщина - Фоли Ро" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100