Читать онлайн Опасные леди, автора - Фокс Натали, Раздел - ГЛАВА 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Опасные леди - Фокс Натали бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.11 (Голосов: 46)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Опасные леди - Фокс Натали - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Опасные леди - Фокс Натали - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Фокс Натали

Опасные леди

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 13

– Ну и втянула ты меня в дельце, нечего сказать, весьма изысканное. – Эбби в раздражении ходила туда-сюда по грязному полу. – Ох, какое унижение я пережила, когда этот чертов Оливер Уэббер перебросил меня через плечо и свалил сюда, как мешок с гнилой картошкой. Что это такое? Камера пыток?
– Это генераторная, – горестно сказала Джесс, все еще страдая от боли в суставах пальцев. Она сидела на старом потрепанном чемодане возле узкого окна, слишком узкого, чтобы думать о побеге. – То самое место, куда тебя бросают за то, что ты говоришь слишком решительно.
– Мне показалось, Джесс, что ты действовала куда решительнее, чем говорила. Где ты научилась драться кулаками?
– Нигде я этому не училась, уверяю тебя. Каждый бы набросился на них, окажись он на моем месте. Все имеет предел, и как же мне было удержаться? – Она мрачно усмехнулась. – Ох, ну разве ты не видишь, что они сумасшедшие? Хватают нас, перебрасывают через плечо и волокут в эту мерзкую дыру! Я уж рада, что этот идиот Уильям чуть не сдох от сердечного приступа, волоча мое увесистое тельце.
– Не вижу ничего смешного, Джесс, проворчала Эбби. – Сколько они собираются нас тут держать? Я уже сопрела в этих джинсах. И потом, смотри, солнце уже садится, а ночью здесь сойдутся все на свете бегающие, ползающие и летающие твари.
– Ты же слышала, , что сказал Уильям: они заперли нас, чтобы иметь возможность спокойно принять душ и переодеться. Потом, я думаю, нас призовут на заседание испанской инквизиции.
– Ох, Джесс, – простонала Эбби, найдя еще один старый пыльный чемодан и усаживаясь на него. – Что, к черту, происходит? Мне кажется, что это кошмар, что я вот-вот проснусь и окажусь дома, и все будет как прежде, все будет хорошо. Но этого не происходит, ведь не происходит, нет?
– Нет, не происходит, – тихо отозвалась Джесс. – И во всем, как обычно, виновата я. Скажи мне, Эбби, наверное, это было ужасно, когда он похитил тебя из дома? Я и подумать не могла, что с тобой могут случиться такие неприятности, ты веришь мне? – Она подошла к сестре и положила руку ей на плечо. – Я просто казню себя за то, что впутала тебя во всю эту историю. Он был груб с тобой?
Эбби встала и подошла к узкому оконцу. От гула генератора у нее разболелась голова, да и духота здесь была прямо-таки невыносимой. Но гораздо сильнее, гораздо ужаснее боль в раненом сердце, ведь Оливер так обманул ее. Его обман несоизмерим с ее маленькой ложью. Он мог сказать ей, кто он на самом деле, в те минуты, когда она признавалась ему, кто она. Впрочем, сейчас ей вспомнилось, что несколько раз он пытался что-то сказать, но так и не собрался. Видно, необходимость очистить душу была у него менее настоятельна, чем у нее. Она созналась потому, что любила его, ну а его чувства, его забота о ней были, вероятно, поверхностными, не задевающими глубин его сознания.
– Знаешь, Джесс, я была полной идиоткой, – грустно призналась Эбби. – Вот сейчас я думаю о случившемся и просто не понимаю, как это я могла быть такой слепой. Я сделала все, как ты просила, приготовила ужин и все, что нужно для хорошего приема Уильяма Уэббера. Но он не пришел. Пришел другой человек. – Эбби повернулась и, опершись о стену, закрыла глаза. – Сказал, что он шофер, и у меня не было причин ему не верить. Сказал, что мистер Уэббер не смог прийти, просил передать свои извинения. Принес цветы и коробку шоколадных конфет, ну и… Ну, понимаешь, я почувствовала себя немного неловко, ну и… и…
– И что?
Эбби сделала глубокий вдох, открыла глаза и посмотрела на сестру в начинающих сгущаться сумерках.
– Я предложила ему остаться поужинать… Ну и дальше одно повлекло за собой другое…
– Господи! Эбби! – Джесс резко вскочила на ноги. – Надеюсь, у тебя ничего с ним не было?
– Ох, Джесс, пожалуйста, не осуждай меня, – взмолилась Эбби, снова начиная ходить по грязному помещению. – Знаешь, он такой красивый, обаятельный, и мы так приятно провели вечер, а потом я сказала, что улетаю в Париж, и он предложил отвезти меня в аэропорт, я согласилась, но это было сущей катастрофой, потому что он заехал черт знает куда, а в результате я опоздала на самолет. Тогда он решил отвезти меня к паромной переправе, но опять заблудился, так что в конце концов мы оказались в Кенте, в роскошном особняке Уильяма Уэббера, где работал глухой испанец-садовник, куда потом приходила некая Мелани, сауна и великолепная романтическая кровать с пологом, ну и…
– Постой-ка! Не так быстро! – прервала ее Джесс, взяв за плечи и слегка встряхнув. – Что-то Я ничего из твоего рассказа не пойму. Какой глухой испанец? Какая Мелани в сауне и с кроватью? Вдумайся, что ты мелешь! Начни-ка с самого начала, да поспокойнее. Расскажи все по порядку.
– Нет, Джесс, ты лучше сама объясни мне, что происходит, – прошептала Эбби. – Оливер высказывал такие ужасные подозрения… Я почти ничего не поняла из того, что он говорил. Единственное, о чем я догадывалась, что это как-то связано с программным пакетом, который ты просила меня передать…
– И ты передала?
– Разумеется. А для чего же он тогда приходил?
Джесс со стоном соскользнула вниз, осев на край старого чемодана.
– Ну конечно! Как я могла тебя предупредить, когда и сама еще ничего не знала… Ох, ну и ублюдки! Теперь у них обе копии. Да, лихо они нас околпачили, ничего не скажешь, и игру, и нас обеих при брали к рукам! – Джесс охватила голову руками. Лжецы и предатели они оба. Но они у меня поплатятся, поверь мне, Эбигейл, они у меня за все поплатятся!
– Но в чем… Джесс, объясни мне наконец, в чем тут дело. Пожалуйста, прошу тебя, я ничего не понимаю.
Джесс подняла голову и посмотрела на сестру.
– Эбби, они украли мою игру. – Голос ее прерывался от волнения. – Ты отдала Оливеру Уэбберу одну копию…
– Но я не знала, что он Уэббер, – возразила Эбби. – Он сказал, что он шофер Уильяма Уэббера, и потом, ведь ты сама велела отдать пакет. Я, правда, отдала его не Уильяму Уэбберу, а его шоферу, но какая в сущности разница?
– Да нет, Эбби, я не виню тебя. Я знаю, мы так условились. Но вот чего я никак не предвидела, так это того, что он намеревался украсть идею. Уильям Уэббер обыскал мой номер в Нью-Йорке и украл мою копию, в самом прямом смысле слова украл. Он и не собирался покупать ее. Оба они воры и…
– Джесс! – прервала ее Эбби, которая не могла поверить в это. – Джесс, ты ведь уже убедилась в том, насколько богаты эти двое. Какой черт мог заставить их воровать твою идею? Это просто в голове не укладывается.
Последовало долгое молчание, такое долгое, что Эбби даже испугалась. Нет, что-то здесь не так… Оливер говорил о коварных замыслах и преступных действиях Джесс, называл ее мерзкой интриганкой…
– Ох, Джесс, – вырвалось у Эбби, скажи мне, что ты натворила?
Они обе насторожились, услышав звук отпираемого замка. Джесс быстро подскочила к сестре и, взяв ее за плечи, прошептала:
– Послушай, Эбби! Держись перед этими двумя спокойно и уверенно, но говорить предоставь мне. Ты все равно не поймешь, в чем они будут обвинять нас, так что положись на меня.
И когда оба брата ступили внутрь генераторной будки, чтобы схватить сестер своими мерзкими лапищами и потащить за собой, Эбби лихорадочно пыталась понять смысл последних слов Джесс. И задавала себе вопрос: как она, Эбби, сможет молчать и ни во что не вмешиваться, пока сестра ее будет в одиночку сражаться с этими злодеями? Разве не должны они выбираться из всей этой возмутительной неразберихи вместе?
– Ну как, обо всем успели сговориться? – ехидно спросил Уильям, схватив Джессику за руку и потащив в сторону виллы.
– А вы? – парировала она, выдернув у него руку. – Я знаю дорогу, так что нечего волочить меня силой, как тащили ваши тяжеловесы того несчастного репортеришку из самолета.
Оливер, выведя Эбби из генераторной будки, тоже крепко держал ее за руку и, следуя за теми двумя, прошептал:
– Как вы могли, Эбби?
– Отпустите! Здесь мне бежать некуда.
И не смейте изображать, что вашим чувствам нанесен непоправимый урон. Да, я сестра Джессики Лемберт, но ведь и вы, как выяснилось, брат Уильяма Уэббера, так что мы с вами квиты!
Они достигли веранды виллы, и Джесс, взяв Эбби под руку, обернулась к братьям и сухо сказала:
– Не думайте, что я буду на вас стряпать. А того, что я наготовила прежде, на всех не хватит. Вполне очевидно, что вы двое – избалованные отродья и не способны позаботиться о себе. Но с голоду вы не помрете, там что-нибудь для вас найдется. Ну а мы, если не поедим, то это нам только на пользу, вам же от этого не должно быть ни тепло ни холодно.
– Говорила бы за себя, – тихо пробормотала Эбби, поскольку изрядно проголодалась, и желудок ее протестовал против Джесс, когда та уводила ее в дальний конец веранды. Перед тем она бросила на Оливера печальный взгляд и не могла не подумать, что выглядит он все же несчастным и страдает, возможно, не меньше, чем она. Она даже позволила одной хилой мысли распуститься в полный цвет, и мысль эта была о том, что не Оливер инициатор их мучений. Нет, не Оливер! Но потом ее вновь затопила обида, в памяти всплыла его ложь – он заставил ее поверить в свое шоферское звание… Братцы Уэбберы один другого стоили, пар очка воров и обманщиков.
В конце веранды Джесс подошла к стеклянным дверям, открытым в патио, и они обе ступили внутрь. Эбби устало ссутулила плечи.
– Ну и что ты теперь думаешь делать? – весело спросила Джесс.
– В каком смысле? – спросила Эбби довольно мрачно.
– в смысле ночлега, конечно. Предпочтешь блаженство или как?
Эбби осмотрелась вокруг. Глаза ее поднялись к высокому потолку, пересеченному деревянными балками, с которых свисали вентиляторы, лениво вращающие широкими лопастями. Повсюду уютные и прохладные на вид кресла из индийского тростника под белыми миткалевыми чехлами. Деревянный пол устилали кустарной работы мохнатые коврики. На спинку дивана небрежно наброшено цветастое покрывало… Эбби чуть не расплакалась, потому что все здесь слишком причудливо И почти нереально.
– Тут, конечно, немного уютнее, чем в пыточной камере, но тюрьма она и есть тюрьма, – сказала Эбби, проглотив слезы, ибо не хотела вконец разнюниться перед сестрой.
Джесс подошла к ней и обняла за плечи. – Родная моя, мы побывали в аду и выберемся отсюда, мы обе, но для этого надо немного потрудиться. Короче говоря, у меня есть план…
Эбби застонала и отшатнулась от сестры.
– Такой же, как и последний? Видишь, куда нас завели твои вечные планы? Может, ты думаешь, что у нас тут большие возможности, в этом райском уголке? Ох нет, Джесс. Эти двое думают, что мы сообщницы, что мы совершили какое-то страшное преступление. Они вызвали сюда законников, и я даже готова подумать, что нет дыма без огня. Джесс, скажи мне, что ты натворила? Я, конечно, не разбираюсь в компьютерах, но ты, видно, сделала что-то такое, что довело этих двоих до бешенства. Ты ничего не говоришь мне… Не рассказываешь, как вышло, что в Нью-Йорке вы встретились с Уильямом Уэббером. Меня держали в Кенте якобы в ожидании его возвращения, а вы, значит, в это время были вместе. Оливер принимал меня за тебя, ну, я не стала его разубеждать и…
– Кар-р-рамба! Якор-р-рь тебе в тр-р-ри узла и кор-р-рму! Кар-р-рамба!
– Заткнись, Пинки! – крикнула Джесс замахала руками на присутствующего здесь розового, как леденец, большого попугая, разразившегося вдруг потоком матросской брани.
Эбби вдруг разрыдалась.
– Нет, я больше не могу! – кричала она сквозь рыдания. – Вы все здесь сумасшедшие вместе с вашими попугаями, и я тоже сумасшедшая, и все это сплошное проклятье, проклятье!
– Эй, выше нос, сестренка! – подбодрила ее Джесс. – Не теряй присутствия духа. Ты все это время держалась молодцом, так продержись еще немного.
– Но я люблю его, Джесс. Это хуже всего, хуже всяких потерь, хуже… Ты же не знаешь, я по уши влюбились в Оливера, и, думаю, он тоже, он ведь сказал мне, что мы поженимся, и…
– О Боже!.. – Джесс склонилась к самому уху сестры. – Ну, успокойся, дорогая, все будет хорошо, поверь мне.
Эта пара выродков, что они себе позволяют? Нет, они за все поплатятся. Если даже это будет ее последним действием на земле, она их достанет, они ее попомнят! Оливер соблазнил ее сестру, Уильям соблазнил ее, Джесс, и все с намерением завладеть игрой, ничего не платя, а действуя лишь любовью и заботливостью.
Эбби отстранила сестру, гнев теперь занял место страха.
– Оливер тоже, когда не хочет смотреть в лицо правде, подбадривает меня и внушает, что все будет хорошо. Можно подумать, что я ребенок, но это не так. – Она вытерла слезы тыльной стороной ладони. – Мне нужно принять душ, а потом я пойду и скажу этому идиотскому «шоферу» все, что я о нем думаю, – решительно заключила она.
– Правильно, девочка, – поддержала ее Джесс. – Пойдем, ты примешь душ, а я пока смешаю пару ромовых коктейлей, и мы позволим себе немного расслабиться. – Она тяжело вздохнула. – Ох, Эбби, если это утешит тебя, то знай, я в той же лодке.
Эбби подняла заплаканное лицо и прошептала:
– Что ты имеешь в виду?
Джесс пожала плечами и опустила ресницы.
– А ты как думаешь?
Эбби ни о чем не в состоянии была сейчас думать, но одна догадка в ее изможденном сознании все же промелькнула, чуть не заставив заплакать, теперь уже не из-за себя, а из-за Джесс.
– Ты… ты в него влюблена? В этого Уильяма Уэббера?
Эбби была потрясена, хотя нельзя сказать, что восприняла новость исключительно отрицательно. Ведь Джесс никогда не давала воли своим чувствам. Не было человека, который мог бы похвастаться, что завладел ее сердцем. А вот теперь нашелся такой, но, увы, он оказался вором, похитителем людей и, что самое неприятное, вряд ли отвечает на ее чувства взаимностью. Если бы это было не так, разве он засадил бы ее в генераторную будку? Да и Бог знает, что еще он вытворял над нею.
Джесс бодро вскинула голову.
– Была влюблена, Эбби, была! Но теперь с этим покончено. Он так задурил мне голову, так пошло и мерзко надул, что ни о какой любви теперь не может быть речи. Видишь ли, я ведь не знала, кто он. Он представился как Оливер, взял имя собственного братца, чтобы дурачить меня. А я, выходит, действительно дурочка, если поверила ему. Ты бы смогла полюбить такого негодяя, Эбби? Да нет, конечно, не смогла бы. Но он за все мне заплатит, это уж будь спокойна. – Джесс резко отвернулась. – Пойдем, я покажу тебе ванную.
Эбби последовала за сестрой, понимая, что та лжет самой себе. Она все еще любит этого человека. Эбби не сомневалась в этом, потому что и сама испытывала то же самое в отношении Оливера. Она тоже полюбила человека, который обманул ее, и,когда она узнала об этом, думала, что любви не осталось места, но очень скоро поняла, что смертельно ранена любовью, любовью перед которой отступает все. Джесс может сколько угодно отрицать свое чувство и грозить местью, но Эбби видела, как глубоко затронуто сердце сестры этой любовью. Она сама, Эбби, тоже хотела бы отомстить Оливеру, хотя в меньшей, конечно, степени, потому что они с Джесс совсем разные. Джесс существо более раскованное, она лучше разбирается в людях и проблемах городской жизни, ей нравятся острые ощущения, а Эбби совсем не такая, более замкнутая, спокойная, миролюбивая, но и ей в эти минуты хотелось отомстить.
Только разве это возможно – отомстить двум таким сильным и властным личностям? В их мире все решают деньги. А эти Уэбберы в бизнесе весьма удачливы и даровиты, если судить, с какой легкостью околпачили двух влюбившихся сестричек. А теперь вот держат их узницами на удаленном от всего райском островке, где между ними и цивилизованным миром нет ничего, кроме многих миль голубой воды. Еще и адвокаты сюда вот-вот прибудут, и тогда…
– Мне кажется, ты должна получше мне все объяснить, – заговорила Эбби, высвобождаясь из пыльной и пропотевшей одежды посреди мраморной ванной, находящейся рядом со спальней.
– Ты тоже расскажешь мне все поподробнее, – с энтузиазмом поддержала сестру Джесс. – А потом мы кое о чем условимся. Я имею в виду свой план…
Эбби осторожно взглянула на сестру и ступила под ласковые струи душа. Какие там еще планы? Что опять Джесс задумала? Кажется, что за всем этим скрывается нечто большее, чем просто компьютерная игра.
– Пойду приготовлю выпивку, а потом расскажем друг другу все с самого начала и хорошенько обсудим наше положение. Джесс подобрала с пола одежду сестры. Я принесу тебе во что переодеться. У меня тут куча тряпок из того, что Уильям накупил мне в Нью-Йорке. Ты потеряешь сознание, когда увидишь кое-что от Версаче.
Эбби, закрыв глаза, блаженствовала под долгожданной свежестью душа. Сестра всегда изумляла ее. Ну как в такой дикой ситуации можно думать об одежде? А с другой стороны, что толку, что Эбби без конца эту ситуацию обдумывает? Ведь она даже понять в ней ничего не может. Здесь много такого, что сестра, если захотела бы, могла ей объяснить. Ох, Джесс, милая, дорогая сестричка, родная плоть и кровь! Эбби знает о ней достаточно, насмотрелась на ее эксцентрические выходки, но уверена, что сестра органически не способна на низость, так что называть ее мерзкой интриганкой никто не смеет. Нет, родная кровь – не водица, ее любовь к сестре должна быть сильнее любви к Оливеру, так что она и мысли не должна допускать, что Джесс действительно виновата в чем-то преступном. Если жизнь поставила ее перед выбором, то она выбирает сестру и будет с ней до конца. Но так ли она уверена? Нет, надо расспросить Джесс поподробнее.
Позже девушки, забравшись с ногами в плетеные кресла и попивая коктейли, разговаривали, то и дело перебивая друг друга и издавая возгласы изумления или страха, выслушав очередную подробность из того, что случилось за это время с каждой из них, и даже, по извечному женскому обычаю, всплакнули о своей потерянной любви.
Уже совсем стемнело, и Джесс встала и зажгла несколько свечей, укрепленных на дне больших стеклянных чаш. Пинки сидел на спинке дивана и во все время разговора благоразумно помалкивал, но, когда Джесс случайно задела его чашку с арахисом, он вдруг будто включился и бодро прохрипел:
– Пр-р-ремного благодар-р-рен! Пр-рремного благодар-р-рен! Какая пр-р-релесть! Пр-р-релесть!
Эбби не могла поверить, что они находятся в таком экзотическом месте, никак не могла поверить тому, что услышала от Джесс, и даже тому, что сама рассказала сестре. Это какой-то безумный фильм Мэла Брукса
type="note" l:href="#FbAutId_26">[26]
с подтекстом, передающим интонации ужасающих выдумок Стивена Кинга. Но самое мистическое во всей истории – план Джесс, крайне смущавший Эбби.
– Скажи, я правильно поняла, – спросила она, как только попугай успокоился, Убберы с самого начала имели цель украсть твою игру?
– Вероятнее всего. На чем я остановилась? Ах да, я хотела объяснить тебе, почему они так поступают. Впрочем, ты никогда не сталкивалась со всеми этими подпольными проблемами, затрагивающими компьютерный бизнес, ведь так? Ну как бы тебе попроще объяснить?. Допустим, их компания испытывает серьезные финансовые трудности, а потому они нуждаются в притоке свежих идей со стороны, чтобы как-то поправить свое положение.
– Продолжай, Джесс. Итак, они, по-твоему, вынуждены крутиться? Но ты бы видела их поместье и особняк в Кенте! А этот остров? Я уж не говорю о лимузине и яхте…
Это ничего не значит. Это все можно арендовать, а если даже это действительно их собственность, они в один момент могут всего лишиться, увязнув в долгах и все такое прочее… Но как бы там ни было, – пожала плечами Джесс, – каковы бы ни были их подлинные причины, они сделали это – украли мою игру.
– Хорошо. А что это за бизнес такой хакерство? – спросила Эбби.
– Кто тебе говорил о хакерстве? – изумленно ответила вопросом на вопрос Джесс.
– Оливер говорил.
Эбби провела холодным стаканом по лбу, пытаясь точно вспомнить, когда и при каких обстоятельствах Оливер упомянул это слово. Она не особенно старалась тогда запоминать, поскольку это слово ничего ей не говорило.
– Да. Уильям тоже как-то произнес его, – задумчиво проговорила Джессика, затем встала и начала ходить по комнате. Начать с того, что он, кажется, думает, будто я нарочно все подстроила, нарочно пролила на него коктейль, затем манипулировала им в постели, ха! Подумать только! Нарочно! Якобы я специально сообщила прессе о том, что мы собираемся пожениться, чтобы исподволь захватить над ним власть. Представляешь? Вот тогда-то все и закрутилось, он взвился, и посыпались на мою голову подозрения и обвинения. Думаю, он просто использовал момент, чтобы свалить все с больной головы на здоровую. Но шума поднимать не стал, пригрозил мне адвокатами, тюрьмой и тихо уволок сюда, на этот чертов остров. Я толком и понять ничего не могла, но потом, когда мы были уже здесь, у него это и проскользнуло. Он сказал что-то о том, как обычно поступают с хакерами, первое более или менее определенное обвинение…
– Так что все-таки значит – быть хакером?
– Вряд ли ты поймешь, – огорченно сказала Джесс. – Ты ведь никогда не интересовалась компьютерами и всем, что с этим связано.
– Ну, спасибо! – буркнула Эбби. – Однако ты ведь втравила меня в эту свою компьютерную историю.
– Прости, я не хотела тебя обидеть… Джесс вздохнула и серьезно взглянула на сестру. – Постараюсь объяснить попроще.
Хакеры – это компьютерные ловкачи, фанатики своего рода, как правило из любителей, но опытные. Они незаконными путями проникают в чужие компьютерные сети, отдавая предпочтение засекреченным. Есть среди них просто хулиганы, которые подобным образом развлекаются, другие охотятся за определенной информацией в сугубо корыстных целях, а третьи заражают чужие системы вирусами, что может быть причиной непоправимой потери информации со всеми вытекающими отсюда последствиями, подчас весьма тяжелыми. Еще существует целая сеть компьютерного шпионажа, что-то вроде прослушивания телефонов.
– И Уэбберы думают, что ты этим занимаешься? – ошеломленно спросила Эбби. Но на каком основании? Я имею в виду, с чего бы тебе заниматься такими делами?
– Понятия не имею. Но и Уильям, и Оливер, оба они, кажется, думают, что я именно этим и занимаюсь, а ты моя сообщница.
– Но почему все закручено вокруг твоей игры?
– Откуда, черт их возьми, мне знать? Кажется, именно с игрой они это как-то и связывают… Но точно я ничего не знаю.
– И ты не спросила об этом?
Твердой уверенности в том, что могла и чего не могла делать Джесс в этом неведомом компьютерном мире, у Эбби не было. С такой яркой индивидуальностью ей ничего не стоило впутаться в какую-нибудь авантюру. Эбби вдруг так разволновалась, что даже сердце ее забилось быстрее. Занимайся Джесс и в самом деле этим клятым хакерством и испугайся так сильно, как теперь, разве призналась бы она в этом? Стала бы она это даже обсуждать с кем бы то ни было? Все эти дни, недели и месяцы, что они с покойным отцом провели за компьютером, не прошли даром. Джесс была опытна во всем, что касалось этих непонятных для Эбби развлечений. Раз она сумела изобрести такую ценную компьютерную игру… Ужасная мысль внезапно осенила Эбби, что Джесс с ее знаниями и опытом была, вероятно, способна и на что-нибудь похлеще…
Эбби потерла лоб и стала смотреть, как ее сестра нервно ходит по комнате. Она так и не ответила на ее вопрос. Почему она не спросила Уильяма Уэббера, на чем он основывает свои подозрения?
– Джесс, ты со мной до конца откровенна? Тебе нечего мне больше сказать?
Джесс замерла на месте. Даже Пинки перестал сновать вверх-вниз по спинке дивана. Наступило молчание, слышался только тихий шелест вентиляторов над головой.
– Так ты не веришь мне, да? – заговорила наконец Джесс, до которой дошел смысл и подоплека вопроса. – Моя единственная сестра… Здорово же тебе обтесал мозги этот «шоферюга». Ты отказываешься верить в мою невиновность! Как ты можешь, Эбби, как можешь ты быть такой жестокой и вероломной?!
Эбби так резко вскочила на ноги, что Пинки шарахнулся от нее в сторону и, с трудом выровнявшись, тяжело взлетел на одно из стропил.
– Нет, Джесс, не говори так! – крикнула Эбби, – Я просто пытаюсь получше разобраться во всем этом, вот и…
– Семейные разборки, не так ли? – Вдруг прозвучал от дверей патио насмешливый голос Уильяма Уэббера.
Девушки обернулись в его сторону. Они так увлеклись беседой, что даже не слышали, как открылась дверь.
– Нет, никакими семейными разборками мы не занимаемся! – взвилась Джесс, краснея от возмущения внезапным вторжением. – Пусть мы здесь узницы, но ведите же себя пристойно и не врывайтесь без стука.
– Я никогда не стучу в двери собственного жилища, Джесс. Я пришел сказать, что ужин подан, так что, если хотите, можете присоединиться к нам.
– У нас есть выбор? – язвительно спросила Джесс.
– Конечно. Вы можете есть или не есть. Ваше право.
– В таком случае, нет!
– Пойдем, Джесс, – взмолилась Эбби. – Это смешно, в конце концов. Я помру с голоду, если не поем. Потом, после ужина, мы гораздо лучше сможем разобраться во всем. А сейчас у меня даже голова не варит.
– Ваша сестра обладает качествами, которых у вас отродясь не было, Джессика. В конце концов, мы можем поужинать с ней, а вы как хотите. Вот вам моя рука, Эбигейл. – Уильям рассмеялся и предложил Эбби руку, согнутую в локте, глядя на нее как на союзницу, а не как на неприятеля. Позвольте проводить вас к столу.
– На своем велосипеде, мистер Уэббер, – отрезала Эбби, проходя мимо него – вы можете прокатить только одну из нас, но поодиночке мы обычно не катаемся, Джесс последовала за ней и усмехнулась зло и победно, когда проходила мимо Уильяма.
Оливер уже сидел за столом, накрытым на веранде, расположенной со стороны гостиной. Стол выглядел великолепно – сталь, серебряные приборы, все поблескивает и мерцает в свете свечей. Картина эта болезненно напомнила Эбби о том вечере, когда все только начиналось, когда в их чудесной кенсингтонской квартире она приготовилась к приему Уильяма Уэббера, а ужинала с его шофером на кухне. С тех пор прошло не так уж много времени, но они успели перелететь через океан на другой континент. Ах, если бы у Эбби действительно был выбор, она предпочла бы сейчас ужинать в Лондоне, у себя дома.
При их появлении Оливер встал.
– Эбигейл, нам надо поговорить, – прошептал он, отодвигая для нее стул. – Позже, после ужина, когда все лягут. Я буду ждать вас на берегу, возле пристани.
Он держал ее стул за спинку, их пальцы случайно соприкоснулись, и между ними, будто электрический заряд проскочил, но Эбби постаралась не показать виду. Она не могла простить ему того, как он с ней поступил и как продолжал поступать, заодно со своим братцем выдвигая безумные обвинения. Нет уж! Пусть, если ему охота, хоть до утра торчит на берегу, она туда не придет.
Уильям, подавая в это время стул Джессике, сказал: .
– Полагаю, начать надо со взаимных представлений.
– Кажется, мы и без того уже прекрасно выяснили, кто есть кто, – сурово отрезала Джесс:
– Да что с вами, Джессика? Каждое мое замечание встречает у вас резкий отпор, – растягивая слова, тихо проговорил Уильям. – При такой вашей реакции мы вряд ли сможем далеко продвинуться.
– Чтобы продвигаться, надо двигаться! Так что, мистер, ближе к делу! Когда прибудут ваши адвокаты?
Сказав это, Джесс сама выхватила из ведерка со льдом, стоящего между нею и Уильямом, бутылку вина.
Оливер встал и, кивнув брату, направился в гостиную.
– Я отложил на время их приезд, – сказал Уильям и, забрав бутылку у Джесс, открыл ее и наполнил бокалы.
Эбби сидела, сложив руки на коленях, не решаясь прикоснуться к вину и добавить к уже выпитому ею раньше. Она могла, конечно, что-нибудь сказать, но Джесс посоветовала ей держаться спокойно и помалкивать, предоставив все разговоры ей.
Скоро вернулся Оливер с большим серебряным блюдом, наполненным креветками, и поместил его в центр круглого стола. Глаза Эбби расширились от удивления. Неужели это приготовил сам Оливер? На кухне в Кенте он казался таким же неумехой, как и она сама. Еще один его обман.
Тем временем Уильям продолжал:
– Мы с братом обсудили это и решили, что с законниками можно пока не спешить. Но если вы не согласитесь с нашими условиями, они, конечно, тотчас будут вызваны сюда.
– Ха, уже шантаж! – фыркнула Джесс, жестом отвергая еду, которую Оливер раскладывал по тарелкам.
– Итак, характеризуя происходящее, вы, Джессика, использовали слово шантаж, я не ослышался? – глухо проговорил Уильям.
Джесс хмуро взглянула на него.
– Да, шантаж! – вдруг вступил в разговор Оливер. – Единственное слово, которым можно объяснить ваше с сестрой поведение.
– Шантаж! – повторила Эбби, подумав про себя, что она, должно быть, успела нахвататься от попугая дурных привычек, и решила наконец взять бокал и пригубить вино.
– Успокойся, Эбби, – приказала Джесс. – Я ведь просила предоставить все это мне. – Она откинулась на спинку стула, и взор ее переходил с одного брата на другого. – Что, по-вашему, является шантажом в данной ситуации? – спросила она.
– Нет, это вы нам объясните. Ведь это вы заварили всю кашу, послав мне факс с приглашением поужинать и обсудить ваш новый проект. Вы, и никто другой, выработали свой коварный план. Кстати, вовлечение в эти грязные маневры собственной сестры тоже не делает вам чести. Тут я вполне согласен с Оливером, сказавшим мне, что она даже в компьютерных делах не разбирается и, если стала вашей соучастницей, то лишь по неведению, не зная, во что вы ее вовлекли.
Легкий жар пробежал по щекам Эбби. Значит, Оливер все-таки пытался оправдать ее перед своим грозным братцем.
– Моя сестра знала, во что вовлечена… Эбби удивленно взглянула на нее. Неужели Джесс не понимает, что это звучит как осуждение и приговор? А Джесс тем временем продолжала:
– Моя сестра это моя сестра, вот и все, что я могу сказать двум таким наглым лжецам, как вы. Вы ведь не собирались покупать мою игру. Вы, Уильям, получив мой факс, согласились отужинать со мной лишь потому, что почуяли добычу, узнав, что я изобрела нечто новенькое и тем уже ценное. Но зачем же покупать, когда можно взять задарма? Вот вы и подослали своего братца, выдавшего себя за вашего шофера…
– И шоферская униформа, скажу я вам, не самый комфортный вид одежды. Я чувствовал себя в ней как идиот, цепляясь ее чертовыми прибамбасами за все, что попадалось на моем пути, – с неподдельной грустью проговорил Оливер.
– Заткнись, Оливер! – раздраженно прикрикнул па брата Уильям.
– Я уже говорила вам, что в Нью-Йорке задержалась случайно, просто опоздала на самолет, и была страшно огорчена, что не успеваю на этот, чтобы ему провалиться, ужин! Потому я и позвонила сестре с просьбой принять Уильяма Уэббера! Уильяма Уэббера, заметьте, а не его шофера, – гневно продолжала выговаривать Джесс, будто не замечая, что ее прервали. – Так что все дальнейшее явилось для меня полной неожиданностью. Человек, которого я совершенно не знала, схватил меня, уволок в свой номер, назвался чужим именем, потом, прикарманив мою сумочку, обчистил мой номер и выкрал мою дорогостоящую игру.
И что? По-вашему, выходит, я сама все это подстроила? Абсурд! Это было выгодно только вам. И это вы все подстроили, подставив под мой невинный банановый коктейль свою мужественную грудь. Вы хорошо знали, в каком коктейле вам купаться! Иначе говоря, вы с самого начала знали, кто я, и охотились на меня. В результате ваших усилий вы заполучили обе копии игры, и обе я считаю украденными, ибо, хотя Эбби и передала вторую копию собственноручно, но…
– Не забудьте упомянуть и о третьей копии, – вновь прервал ее Оливер, сосредоточенно разбирая на части королевских размеров креветку.
– О какой третьей копии? – взглянув на брата, спросил Уильям.
Прежде чем продолжить, Оливер ополоснул пальцы в чаше с водой, где плавали кусочки льда.
– Я говорю о той копии, которую Эбигейл собиралась везти в Париж.
– Это неправда! – протестующе взвилась Эбби. – Я собиралась в Париж для того, чтобы обсудить условия своей будущей работы!
Оливер пристально смотрел на нее через стол.
– Вы тогда говорили иное. Сказали, что в море, кроме Уильяма Уэббера, плавает много другой рыбы и что вы намерены на всякий случай предложить игру и кое-кому в Европе.
Эбби густо покраснела.
– Должна сознаться, что это была ложь. Я просто подумала, что если скажу так, то это… ну, это поможет Джесс выгоднее продать игру, вот и…
– На вилле я предложил вам поместить эту копию в сейф, но вы отказались, просили меня не беспокоиться…
– Да не было там никакой третьей копии! – продолжала твердить свое Эбби. – Как я могла дать вам для помещения в сейф что-то, чего не существует в природе? Не было у меня ничего!
– Ох, и все это вскрывается только теперь! – взорвался Оливер. – Еще один ваш миленький маленький обманчик. Так скажите уж заодно, что еще вы от меня утаили?
– Эй, голубки! – саркастически прервала их перепалку Джесс. – Давайте не будем устраивать тут мелодраматических сцен. А вам, мистер шофер, – обратилась она к Оливеру, – вроде бы не к лицу уличать мою сестру в мелких обманах, когда сами вы по уши погрязли во лжи.
– Ну все! Достаточно! – крикнул Уильям, так сильно стукнув кулаком по столу, что вся серебряно-хрустальная сервировка задрожала и зазвенела. – Хватит этого нелепого базара!
– Вот именно! – выпалила Джесс. Все это начинает походить на дешевый фарс. Я полагала, что вступаю в переговоры с одной из наиболее уважаемых компьютерных фирм, а на деле выходит, что наткнулась на реанимированного Лорэла
type="note" l:href="#FbAutId_27">[27]
с этим его чертовым Харди
type="note" l:href="#FbAutId_28">[28]
. Я предложила вам свой товар, ни минуты не сомневаясь в вашей порядочности, потому что фирма «Уэбберс Софтвер» считается одной из лучших в мире. И что я обнаружила там? Обман и воровство, вот что! И вы еще имеете наглость в чем-то обвинять нас! – Джесс встала и с силой швырнула на стол салфетку. Достаточно – значит, достаточно. Пойдем, Эбби, предоставим этим мистерам побазарить с глазу на глаз, без свидетелей. Я ничего не хочу больше слышать.
Эбби особого восторга не выразила, поскольку красивый жест остается красивым жестом, а шанс подкрепиться она безвозвратно теряла. Но все же покорно встала и собралась последовать за сестрой, как вдруг Уильям схватил ее за руку и вернул к стулу.
– Сидите! Вы обе! И перестаньте вести себя, как парочка капризных подростков, строго прикрикнул он на них. – Послушайте, Джессика! Может быть, прервем пока разговоры и поедим по-человечески? Сами, если не хотите, можете не есть, но не дайте же помереть с голову своей любимой сестричке. Делайте, как я сказал, садитесь!
Джесс так и сделала, плюхнулась на стул, но не преминула все же бросить разгневанный взгляд на своего одноразового любовника.
– Морской еды? – предложил Оливер.
Джесс медленно перевела на него свой взор, пылающий праведным негодованием, и бедный Оливер растерянно и смущенно вернул на стол блюдо, любезно протянутое в ее сторону.
– Правильно, Джессика, не ешьте! Зачем отвлекаться на такие пустяки? Давайте сразу перейдем к делу, – повелительно проговорил Уильям. – Итак, сколько вы хотите?
Джесс язвительно усмехнулась.
– О, вижу, вы решили поторговаться?
Дошло наконец, что шансов прокрутить свое дельце у вас нет, вот и соизволили сменить тактику. Да вы и приезд адвокатов тормознули потому, что стоите на одной ноге и не знаете, найдется ли, куда поставить другую. Закрутился, значит, наш голубчик, решил, что теперь самое время поторговаться. – Джессика привстала и через стол наклонилась к Уильяму, глаза ее горели решимостью. – Ну так я удивлю вас, мистер Уэббер! Я ничего не продаю. Передумала. Не желаю торговать своими идеями теперь, когда…
– Вы не можете торговать тем, что вам не принадлежит, – мрачно прервал ее Оливер.
Джесс резко повернулась к нему и выпалила:
– Хоть вы и украли у меня дискеты, но идея все еще принадлежит мне!
Оливер откинулся на спинку стула и смотрел теперь на Джесс с холодной угрозой, отчего кровь в жилах у Эбби заледенела.
– Вы, Джессика Лемберт, лгунья и мошенница, – твердо сказал он.
– Оливер!
Эбби задохнулась от негодования, услышав, что он в глаза так возмутительно обзывает сестру.
Уильям дотянулся до Эбби и снисходительно потрепал ее по плечу, как бы успокаивая.
– Слушайте, Эбби, слушайте, вам это будет полезно. Продолжай, Оливер.
Оливер наклонился к Джессике, оцепеневшей и утратившей. дар речи от такого грубого обвинения.
– Эта игра вам не принадлежит, так как же вы собирались ею торговать? Вы называете нас ворами, в то время как вы-то и есть настоящая воровка. Эту игру, Джессика, изобрел я. Эта игра является собственностью Уэбберов, потому что я изобрел ее. Повторяю вам, изобрел ее я. И могу доказать это, ибо игра уже запатентована, мы имеем на нее авторские права. А вы, проникнув каким-то образом в нашу компьютерную систему, украли у нас идею и нам же пытаетесь ее продать.
Джесс вдруг вскочила на ноги, от ярости чуть не потеряв равновесия.
– Вы сущие выродки! – гневно выкрикнула она. – Другого слова я и не подберу! Подлецы и грабители! Вот теперь я все поняла! Неудивительно, что вы похитили нас и насильно удерживаете здесь, на своем чертовом острове. Да еще и запугиваете! Конечно, копии у вас, вам и карты в руки! Пока нас держат здесь, там быстренько производится копирайтинг!
type="note" l:href="#FbAutId_29">[29]
Когда это вы провернули? Вчера? Позавчера?
– Шесть месяцев назад, – спокойно сказал Уильям.
Руки Эбби сжались в кулаки. Она хотела бы умереть на месте. Есть вещи, которые понятны даже тому, кто не разбирается в компьютерах. И если это правда, если, эта идиотская, черт, идиотская игра и действительно… Да нет! Этого не может быть! Джесс органически не способна на такие вещи!
– Игра еще не запущена в производство, – продолжал Уильям, – но тем не менее она является нашей собственностью. Нашей!
Голова Эбби пошла кругом от столь страшного для ее сестры утверждения, но все же она нашла в себе силы подать голос.
– Так почему… почему же… почему вы сейчас решили поторговаться? – дрожащим голосом спросила она.
Все взоры вдруг обратились на нее, будто она сказала нечто совершенно неожиданное.
– Да, – заговорила Джессика, переведя внимание всех на себя. – Вот именно! Почему вы решили поторговаться, если игра, как вы утверждаете, и так принадлежит вам?
Эбби с отчаянием непонимания перевела взгляд на сестру. Почему та не отрицает страшного обвинения?
– Да просто решил купить ваше молчание. – Спокойно сказал Уильям. – Потому, Джессика, что, как вы и сами должны понимать, дело здесь не в одной игре, все гораздо серьезнее.
Джесс почти свалилась на стул. Она схватила бутылку с вином, и никто не остановил ее. Напряженность ее резко спала, хотя это мог понять только близкий человек, знавший ее всю жизнь, так, как сестра, например. Эбби следила, как она дрожащей рукой наполняет свой бокал. Джесс что-то знает, вот в чем дело. Ее не так легко запугать. Фактически Эбби не могла припомнить ни одного случая, когда Джесс не справилась бы с какой-либо ситуацией. Вот и сейчас, очевидно, она все обдумала и… Да, она откалывала подчас коленца и наживала себе на том огромные неприятности, но ей всегда с честью удавалось выйти из любой передряги. Может, и действительно существует какая-то мистическая привилегия хронических неудачников, которые в итоге переигрывают всех? Уильям сказал, что дело не только в игре, что все гораздо серьезнее, и, судя по реакции Джесс, так оно и есть. Тут что-то сверхсекретное, чего Уильям не может защитить от Джессики, и та быстро сообразила, что к чему и теперь уж своего шанса не упустит.
Эбби смотрела на сестру как зачарованная, глаз не могла отвести. Джесс теперь совершенно успокоилась, задумчиво покрутила в тонких породистых пальцах ножку бокала, смотрела вино на свет, неторопливо подносила бокал к губам, хотя какая-то нервозность все же сквозь ее действия просвечивала.
В конце концов она заговорила:
– Я знаю, что мне теперь делать. – Голос ее был на удивление спокоен и миролюбив. Она подняла темные ресницы и посмотрела Уильяму прямо в глаза. – О'кей, сэр, продается мое молчание. Обойдется вам в миллион.
Эбби схватила свой бокал и чуть не поперхнулась, сделав слишком большой глоток.
– Миллион чего? Долларов или стерлингов? – спросил Оливер.
– Стерлингов, разумеется, идиот!
– Джесс! – простонала Эбби почти не слышно.
– Заметано, – тотчас, ни секунды не промедлив, ответил Уильям. – И ваше молчание гарантируется?
Джесс только утвердительно кивнула.
Эбби не смела взглянуть на Оливера, а потому смотрела на Уильяма. И видела, что тот пристально и продолжительно глядит на ее сестру, и, хотя сделка свершилась, удовлетворения в холодном взоре компьютерного магната не наблюдалось. Настроение его явно не улучшилось. Нет, но до чего же он все-таки красив! Немного более заматеревший, чем его брат, с более жестким рисунком губ, но все же очень, очень красив. Эбби прекрасно понимала, что Джесс только в такого человека и могла влюбиться.
Умопомрачительный красавец. Но во взгляде его на Джессику мелькало нечто такое, что немало обеспокоило Эбби. Да, дело, казалось бы, сделано, но он явно не испытывал от этого ни удовлетворения, ни просто успокоенности. Напротив, выражение его лица, особенно глаз, выдавало какую-то страшную внутреннюю напряженность. Он казался расстроенным, будто чего-то лишился, будто все происшедшее оставило у него неприятный привкус во рту. Короче говоря, он выглядел влюбленным человеком, который только что обнаружил, что его возлюбленная ему неверна.
Сейчас Эбби уже не сомневалась, этот Уильям Уэббер и в самом деле влюблен в ее сестру. Нельзя сказать, чтобы она сразу и легко в это поверила, однако по всему было видно, что она права. Джесс рассказывала ей об обстоятельствах их встречи в Нью-Йорке, и она еще тогда подумала, что Уильям нисколько не похож на злодея, каким его теперь изображала Джесс.
Теперь Джесс ненавидит его, это ясно. И жаждет за все ему отомстить. Но возможно, пресловутый миллион фунтов стерлингов и есть ее месть? Эбби искренне надеялась, что это так и что больше в сознании сестры не осталось ни одной задней мысли. Иначе говоря, что она не призывает на голову влюбленного в нее магната еще какого-то зловещего наказания…
Итак, замыслы ее сестры, похоже, сбываются. Как бы там ни было, Джесс до отказа набила свой карман. Не таким, правда, способом намеревалась она это сделать, и вряд ли ожидала, что им обеим столько придется из-за этого перестрадать, но все же… Впрочем, здесь не было победителей, все – жертвы. Джесс все еще любит Уильяма, а он любит ее. Эбби любила Оливера, несмотря на то что он так бессовестно ее обманул, и сердцем чувствовала, что он не такой уж злодей и что он тоже по-настоящему любит ее. Он был преисполнен лучших чувств, пытаясь защитить ее… Грустно, конечно, что из этого ничего не вышло, поскольку для своего брата он сделал бы не меньше, чем она – для сестры. Эту потребность в родственной поддержке она еще прекрасно могла понять… Она не понимала другого…
Эбби вздрогнула, будто очнувшись, и поспешила из-за стола, поскольку Джесс уже стояла в дверях, ожидая ее. Здесь нечего больше говорить, ибо все уже сказано. Эбби бросила последний взгляд на Оливера, но он даже не посмотрел на нее. И она с отчаянно тяжкой тоской поняла, что теперь, конечно, он не пойдет ждать ее к морю.
Итак, все!
Но это все закончилось сделкой в миллион фунтов стерлингов. Вот чего Эбби решительно не могла понять.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Опасные леди - Фокс Натали



Книга просто супер! Читала не отрываясь. 11 из 10 !!!
Опасные леди - Фокс НаталиВалентина
8.12.2013, 13.13





Боооже, ну и билиберда.
Опасные леди - Фокс НаталиAgaTa
10.12.2013, 12.16





Кто искал книгу про сестёр-близнецов ! Читайте на здоровье!
Опасные леди - Фокс НаталиМэри
23.03.2016, 14.21





Начали за здравие закончили за упокой. 7 баллов.
Опасные леди - Фокс НаталиНюша
24.03.2016, 12.37





Начали за здравие закончили за упокой. 7 баллов.
Опасные леди - Фокс НаталиНюша
24.03.2016, 12.37








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100