Читать онлайн Мадам в сенате, автора - Флетчер Энн, Раздел - Глава пятая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мадам в сенате - Флетчер Энн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.2 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мадам в сенате - Флетчер Энн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мадам в сенате - Флетчер Энн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Флетчер Энн

Мадам в сенате

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава пятая

Когда Ксавьера с Уордом поднялись со своих мест и стали пробираться к проходу, в зале зашушукались. Шум постепенно нарастал. Пара человек зааплодировали, и вскоре стены сотрясались от грохота аплодисментов. Отовсюду слышались возгласы:
– Ксавьера, задай им перцу!
– Мы с тобой!
– С Ксавьерой – хоть на край света!
Председательствующий, сенатор Ролингс, с побагровевшим от гнева лицом, изо всех сил колотил молотком по столу.
– Требую тишины! Или в этом зале будет тихо, или я велю очистить его от посторонних!
Наконец крики и аплодисменты улеглись, воцарилась атмосфера почтительного уважения. Присутствующие подбадривали Ксавьеру улыбками и кивками. В глазах матери светились сочувствие и уверенность в успехе. Ксавьера постоянно чувствовала на себе взгляд коротышки в темных очках – он непроизвольно покачивал головой в такт ее шагам. В проходе Уорд взял ее под руку и отвел на свидетельское место. Установил перед Ксавьерой микрофон, а сам сел рядом, открыл дипломат и начал выкладывать бумаги.
Появился служитель с Библией.
– Положите, пожалуйста, руку на Библию. Поклянитесь говорить правду и сообщить членам подкомитета все, что вам известно! Да поможет вам Бог!
Ксавьера выполнила все, что от нее требовалось.
– Клянусь!
Служитель унес Библию. Сенаторы, восседавшие за длинным столом в передней части зала, подались вперед и пожирали Ксавьеру глазами: все, кроме Стурджа, который, по обыкновению, клевал носом. Мисс Гудбоди послала свидетельнице доброжелательную улыбку. Питерсдорф что-то как бы взвешивал в уме. Потом он приблизил губы к микрофону.
– Будьте добры, назовите ваше имя.
– Ксавьера Холландер.
– Адрес?
– 69–69, Голдуотер-каньон, графство Ориндж, штат Калифорния.
– Род занятий? Ксавьера приподняла брови.
– Удовольствия.
По залу прокатилась волна смеха, и сенатор Ролингс снова схватился за молоток.
– Требую тишины! – Он угрюмо уставился на Ксавьеру. – Отвечайте по существу!
Уорд передвинул к себе микрофон.
– Я – Уорд Томпсон, адвокат мисс Холландер. Мисс Холландер является учредителем и издателем журнала, который выходит миллионным тиражом и распространяется по всей стране. Она также владеет недвижимостью в графствах Ориндж и Лос-Анджелес и контрольным пакетом акций компании по купле-продаже ценных бумаг.
Сенатор Ролингс криво усмехнулся.
– Что это за журнал?
– Он, повторяю, выходит миллионным тиражом и распространяется…
– Я обращаюсь к свидетельнице!
Уорд сел и подвинул микрофон Ксавьере, сделав при этом предостерегающий жест рукой. Та понимающе улыбнулась.
– Журнал выходит…
– Каково направление журнала?
– Развлекательное.
На физиономии сенатора Ролингса появилась злорадная ухмылка.
– Он публикует фотографии обнаженных женщин?
– Да.
Сенатор выразительно постучал пальцем по столу.
– Значит, журнал апеллирует к животным инстинктам человека?
– В такой же мере, как это делает, например, каталог «Товары – почтой».
– Каким же это образом каталог может воздействовать на низменную сторону человеческой натуры? – требовательно спросил сенатор Ролингс.
– Никаким – если иметь в виду большинство людей. Однако некоторые ухитряются извлекать сексуальные ощущения при виде женского белья, цепочек, кожаных изделий… Другие…
– Я говорю о нормальных людях! – рявкнул председательствующий.
– В таком случае я затрудняюсь ответить, так как не знаю, что считать нормой, – с достоинством ответила Ксавьера.
Сенатор Ролингс перевел дыхание и, не сводя с нее глаз, заговорил тихим голосом, в котором, однако, слышались раскаты грома:
– Как вы думаете, может ли нормальный гетеросексуальный мужчина получить сексуальную стимуляцию, раскрыв ваш журнал и посмотрев на цветную иллюстрацию?
– Не обязательно, – ответила Ксавьера. – Ему может попасться фотография обнаженного мужчины.
Зрители оживились, и сенатору Ролингсу вновь пришлось пустить в ход молоток.
– Тихо! Порядок в зале! – Он бросил молоток на стол и сделал знак Питерсдорфу. Тот мигом перелистал лежащие перед ним бумаги и наклонился к микрофону.
– Мисс Холландер, вы прежде жили в Нью-Йорке, не правда ли?
– Да.
– В меблированных комнатах на Пятьдесят восьмой улице Западного района?
– Совершенно верно.
– Второго апреля 1975 года в 10 часов 18 минут утра инспектора полиции нравов этого района видели входящим в вашу квартиру. Он вышел из нее в 12 часов 10 минут того же дня. Не могли бы вы объяснить, зачем к вам приходил вышеупомянутый полицейский чин и что произошло в указанный промежуток времени?
– Неужели я столько лет нахожусь у вас под колпаком? – поразилась Ксавьера.
Сенатор Ролингс инстинктивно схватился за молоток.
– Свидетельница, отвечайте по существу! Иначе… – На его лице появилось мстительное выражение. – А впрочем, свидетельница может уклониться от ответа, если он может быть использован против нее.
– А если это вас попросту не касается?
– Подкомитет сам будет решать, что его касается, а что нет! – рявкнул председательствующий.
Уорд начал торопливо рыться у себя в дипломате. Однажды этот эпизод уже всплывал на слушаниях, когда решался вопрос о выдаче лицензии акционерному обществу. Инспектору полиции нравов пришлось под присягой давать письменные показания. Очевидно, это ведомство раздиралось распрями, имели место всякого рода подсиживания и все шпионили за всеми, рассылая рапорты сразу в несколько инстанций.
Ксавьера мягко дотронулась до руки Уорда и сказала в микрофон:
– Я постараюсь дать исчерпывающий ответ, но боюсь, что это займет слишком много времени.
Сенатор Ролингс зловеще ухмыльнулся.
– Ничего. Не торопитесь и рассказывайте все, что вам удастся вспомнить. Мы для того и собрались, чтобы ознакомиться с фактами.
Ксавьера погрузилась в воспоминания.
Вскоре после появления в ее квартире инспектор уже сидел на корточках под раковиной на кухне и орудовал гаечным ключом.
– Ну… – начала Ксавьера. – Через несколько минут после своего прихода он, точно обезьянка, лазил по кухне. Но орешек оказался твердым, так что пришлось ему попотеть.
Зрители дружно ахнули, а сенатор Ролингс подался вперед. У мисс Гудбоди заблестели глаза. Питерсдорф прокашлялся и уточнил:
– На кухне? А еще кто-нибудь был в квартире? Инспектор явился в весьма неподходящее время и едва не увидел то, что совсем не предназначалось для его глаз.
Перед самым его приходом Джулия развлекала двух джентльменов на кухне: они намазывали интересные участки ее тела мороженым, а затем слизывали его. Услышав звонок, Ксавьера быстро выпроводила их в кладовку и велела сидеть тихо.
– В соседнем помещении лакомились мороженым.
– Мороженым? – упавшим голосом переспросил сенатор. – Ну, а чем занимался инспектор после того, как ушел из кухни?
На стене спальни разболталась розетка. Инспектор взял отвертку и укрепил ее.
– Потом он очутился у меня в спальне и загнал куда следует парочку шурупов.
Сенаторы переглянулись. Тем временем Уорд разыскал письменный отчет инспектора и теперь укоризненно смотрел на Ксавьеру, ожидая, когда она закончит свое повествование. Питерсдорф, напротив, с нетерпением ждал продолжения. Наконец он не выдержал:
– Вы хотите сказать, что имел место… э… контакт? Ксавьера пожала плечами.
– Можно назвать и так. Он привел отвертку в контакт с шурупами и укрепил на стене электрическую розетку.
Аудитория разразилась хохотом. Сенатор Ролингс для проформы стукнул молотком по столу и гаркнул, обращаясь к советнику:
– Задавайте вопросы по существу!
– Да, сэр. – Питерсдорф заглянул в шпаргалку и снова обратился к Ксавьере: – Должен ли я сделать вывод, что в указанный промежуток времени в вашей квартире не произошло ничего из ряда вон выходящего?
Ксавьера задумчиво подперла щеку рукой. Ну, это как посмотреть. Без сомнения, подкомитет счел бы из ряда вон выходящим то, что происходило в столовой. Ей стоило огромных усилий не допустить туда инспектора. Шила, проказница Шила, обожающая разные выдумки, ублажала клиента, который со спущенными штанами лежал на столе, а она подскакивала на нем, держась за люстру. В самый ответственный момент она угодила пальцем в патрон.
Прибывшие по вызову врачи долго удивлялись, увидев человека в глубокой коме, с блаженной улыбкой на устах.
– Действительно, – произнесла Ксавьера, – кое-кого ударило током.
Питерсдорф нетерпеливо кашлянул.
– У меня создалось впечатление, мисс Холландер, что вы уклонились от ответа. Нас интересует то, что произошло между вами и инспектором.
Ксавьера пожала плечами.
– Ну, он как следует обработал мои шишечки, а потом я дала ему прикурить.
Зал затаил дыхание. У Питерсдорфа загорелись глаза.
– Вы имеете в виду?..
– Медные ручки в виде шишечек на моей двери. А после того, как инспектор хорошенько отполировал их, он взял у меня изо рта сигару и сам докурил ее.
Сенатор Ролингс всем телом подался вперед.
– Мисс Холландер, какие-нибудь деньги перешли при этом из рук в руки?
– Да, я дала ему шестьсот долларов. Сенатор был явно огорошен.
– Вы – ему? – Постепенно его физиономия просветлела. – Ага – взятка? Вы пытались подкупить должностное лицо при исполнении!
Ксавьера открыла было рот, но Уорд перехватил микрофон.
– Сенатор Ролингс, инспектор был владельцем этого жилого здания, и мисс Холландер вручила ему квартирную плату. Я располагаю его письменным свидетельством на этот счет.
Сенатор что-то буркнул и сделал неопределенный жест рукой. Уорд подошел к нему и протянул документ. Питерсдорф и все члены подкомитета вытянули шеи. В усилителях, которые забыли отключить, послышались какие-то нечленораздельные звуки. Мисс Гудбоди попыталась поймать взгляд сенатора Ролингса, а когда это не удалось, направилась туда, где сидела Ксавьера.
– Привет! Я – Тоби Гудбоди.
– Привет! Мне, наверное, нет смысла представляться?
– Еще бы, – захихикала девушка. – Я – ваша фанатка.
Ксавьера одарила ее солнечной улыбкой.
– Где вы оторвали такое обалденное платье?
– Одна моя знакомая в Лос-Анджелесе содержит швейное ателье. Она внимательно следит за модой. Мисс Гудбоди восхищенно поцокала языком.
– Клевые рукавчики! На вас они – просто блеск! У вас такие красивые руки! Как вы думаете, а мне она согласится сварганить что-нибудь этакое?
– Конечно. Приезжайте в Лос-Анджелес. Она не шьет без примерки.
Мисс Гудбоди опечалилась.
– Не думаю, что это получится. Мне легче смотаться в Париж, Лондон, на Гавайи и в прочие такие места, но кто же ездит в командировку в Лос-Анджелес? Послушайте, у вас, наверное, все дела стоят?
– Нет, почему? Я отдала распоряжения на время своего отсутствия.
– И сколько, по-вашему, вы здесь проторчите?
– Возможно, дня два-три. Мисс Гудбоди закатила глаза.
– Гм… Только не ляпните чего-нибудь такого, что им будет не в кайф. Усекли?
– Не вполне. Кажется, я им с самого начала… не в кайф.
Галдеж за столом, где сидели сенаторы, начал стихать, и мисс Гудбоди заторопилась. На прощание она успела шепнуть:
– Это точно. Но все равно следите за собой. Знаете, что такое неуважение к власти? Если вас уличат в этом, то упекут в каталажку. Пусть себе треплются, не принимайте к сердцу. Ладушки?
На губах Ксавьеры появилась неуверенная улыбка. В это время вернулся Уорд.
– Все в порядке. Только не дай им спровоцировать себя. Не дразни гусей, Ксавьера. Из этого ничего хорошего не выйдет. Если тебе инкриминируют неуважение к верховной власти, ты попадешь отсюда прямиком за решетку.
Она прикрыла рот рукой и прошептала:
– Та девушка уже пыталась меня предупредить…
– О чем?
– Точно не знаю, но, кажется, она имела в виду то же, что и ты. Знаешь, Уорд, я не могу объяснить, в чем дело, но мне все меньше нравится эта история. И вон тот тип, в заднем ряду, действует мне на нервы. Это кто такой?
Уорд обернулся и пожал плечами.
– Понятия не имею. Мало ли кого можно встретить в подобных местах.
– И не говори. У нас в Калифорнии тоже хватает психов, но это просто небо и земля по сравнению со здешней клоакой. – Ксавьера оглянулась на сенаторский стол. – Как ты думаешь, что теперь будет?
– Откуда мне знать? Так или иначе, до конца этого заседания осталось не так уж много времени: близится время обеда, а эти господа ни за что не упустят возможности съесть в местном кафе роскошный обед за два доллара, тогда как в любом другом месте он обошелся бы им в пятнадцать.
Ксавьера угрюмо откинулась на спинку кресла.
– Да уж, никто бы не отказался от тех деликатесов, что они здесь имеют практически даром.
Питерсдорф прокашлялся и наклонился к микрофону.
– Мисс Холландер, имеете ли вы какое-либо отношение к рекламному агентству «Бертон, Бейли, Данбар и Оуэнс»?
– Да. Я их постоянный консультант.
Сенатор Ролингс недоуменно уставился на Питерсдорфа.
– Это как-нибудь связано с рассматриваемым здесь вопросом?
– Принимая во внимание свидетельство мистера Бодлера и тот факт, что вышеозначенное агентство тратит бешеные деньги на рекламу по коммерческому каналу, мне думается, здесь можно усмотреть определенную связь. Странно, что какая-то…
– Понятно, – перебил сенатор Ролингс и повернулся к Ксавьере. – Так вы утверждаете, что консультируете это агентство?
– Да, и довольно успешно. Они получили от меня немало полезных рекомендаций.
– Какого свойства?
– Я помогаю им учитывать психологию потребителя. Однажды я сделала для них несколько рекламных роликов.
– Что значит «сделала»? Вы в них снимались?
– Нет, я выступила в роли продюсера. Сенатор Ролингс насупил брови.
– Что-то мне не понятно, каким образом… Вы что же, посещаете заседания совета директоров? Буду вам чрезвычайно признателен, если вы все объясните толком и мне не придется вытягивать из вас сведения по чайной ложке в час.
– Мне доводилось бывать на заседаниях совета. Должна ли я вдаваться в подробности?
– Да – если они прольют свет на вашу роль в деятельности этого агентства, потому что я никак не могу взять в толк… Ладно, расскажите все по порядку. Что вы делали на этих заседаниях?
– Хорошо, сенатор. Первым делом я говорила…




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Мадам в сенате - Флетчер Энн


Комментарии к роману "Мадам в сенате - Флетчер Энн" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100