Читать онлайн Зов одинокой звезды, автора - Финч Кэрол, Раздел - Глава 23 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Зов одинокой звезды - Финч Кэрол бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.62 (Голосов: 24)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Зов одинокой звезды - Финч Кэрол - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Зов одинокой звезды - Финч Кэрол - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Финч Кэрол

Зов одинокой звезды

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 23

Когда Меррик услышал грохот колес, он ненадолго поднял голову от бумаг, глянул в окно и снова погрузился в чтение. Он знал, что Теренс Уинслоу не замедлит пожаловать в «Даймонд» и что на лице его будет именно такое выражение: взрывоопасная смесь ярости и горя. Если бы взгляды убивали, то Меррика уже давно не было бы в живых.
И действительно, Теренс едва владел собой. Услышав о трагедии в Пало-Дуро (даже по безлюдным равнинам печальные новости разносятся быстро), он бросился на ранчо, вне себя от отчаяния, пылая жаждой мести. В дороге им не раз овладевало чувство нереальности, он попросту не мог поверить, что Тэра, его девочка, умница и красавица, пополнила собой список жертв Меррика Рассела. Но если она все же мертва, значит, совершено убийство, ни о каком несчастном случае и речи быть не может. Редактор чувствовал себя пороховой бочкой, готовой взорваться в любую секунду.
На этот раз негодяю не отвертеться! Убийца, подлый, низкий убийца!
Бешено нахлестывая лошадь, Теренс то сыпал проклятиями, то громко стонал, как помешанный. А когда горе и ярость ненадолго отступали, подавала голос совесть. Он сам, своими руками толкнул дочь в логово дьявола! Как в его глупую голову могла закрасться даже тень надежды, что Меррик не решится причинить Тэре вред?
Должно быть, у него совсем отказало соображение, если он счел возможным бросить вызов судьбе. Тэра была его жизнью, в ней было все его будущее!
Теренс не мог постигнуть случившегося, не мог примириться с ним. Только не Тэра. не его дорогая девочка! Что скажут Либби и Райан, как он объяснит им, что привело к гибели единственного ребенка, любимицы всей семьи? Его обвинят в преступной небрежности и будут совершенно правы. Он вес равно что своими руками столкнул Тэру в каньон!
Соскакивая с подножки, газетчик нащупал в кармане револьвер и коротко улыбнулся безумной улыбкой человека, готового на все. Меррику нельзя было дать возможность представить смерть Тэры как несчастный случай, потому что закон охотно верил его объяснениям.
Берн Диксон, вышедший из кухни на стук колес, заметил блеск вороненой стали. Никогда еще толстяк повар не двигался с такой быстротой. Казалось, порыв ветра сорвал его с места и швырнул вперед. Он заступил Теренсу дорогу и остановился, расставив ноги и тяжело дыша после пробежки.
— Убирайся! — прохрипел редактор. — Я все равно пристрелю его, как собаку! На этот раз убийство не сойдет ему с рук! Моя доченька, доченька! Боже, что я наделал! Я хочу расправиться с этим отродьем дьявола! Кое-кому стоило бы сделать это годы назад!
Двери особняка распахнулись, и Меррик появился на пороге. При виде его Теренс поднял револьвер и прицелился. Хозяин ранчо приподнял бровь, глядя на Уинслоу с чем-то вроде уважения. Он ждал вспышки, по не рассчитывал ни на что подобное со стороны человека, которого считал способным только болтать. Живя в Техасе, газетчик никогда не носил револьвера, даже для самозашиты — и вот пожалуйста, явился вооруженным! Но более всего обеспокоило Меррика выражение лица его давнего недруга: оно было не столько решительным или отчаянным, сколько безумным, а с безумца все может статься. Меррик невольно сделал шаг назад.
— Это было несчастное стечение обстоятельств, одно из тех, которые так и преследовали вашу дочь, Уинслоу, — объяснил Меррик, настороженно следя за тем, как Берн старается отнять у Теренса револьвер. — В ночь гибели Тэры я спал и понятия не имел, что случилось, до того самого момента, когда .Стоун привез ее тело в лагерь. Заметьте, я с самого начала не одобрял ее пристрастие к одиноким ночным прогулкам!
— Я не верю ни единому слову! — бесновался Тереке, пытаясь высвободить запястье, сжатое, как тисками, крепкими пальцами повара. — Убийца! Убийца! Бездушное исчадие ада! Что такого сделала Тэра, что ее понадобилось убрать? Опознала тебя как убийцу дона Мигеля? Но мне все равно, по какой причине ты убил мою девочку, главное, чтобы убийство на этот раз не осталось безнаказанным!
— Возьмите себя в руки, мистер Уинслоу! — резко прикрикнул Берн.
Он едва мог справиться с обезумевшим Теренсом и равно боялся, что тот начнет палить из револьвера и выболтает все, что так долго удавалось хранить в тайне. Очевидно, что-то в тоне его голоса дошло наконец до потрясенного сознания газетчика, потому что тот внезапно обмяк и обратил к повару дикий, полубезумный взгляд.
— Он убил ее, убил мою маленькую дочку!
Это был уже не крик, а хриплый, полный отчаяния шепот. Несколько мгновений казалось, что горе вот-вот окончательно подкосит Теренса и он попросту осядет на землю в беспамятстве. Однако он нашел в себе силы стряхнуть дурноту, но продолжал взглядом искать у Берна поддержки.
— Дочку вам не вернуть, даже если вы продырявите мистера Рассела, — мрачно пробурчал Берн.
В глубине души он прекрасно знал, что у никогда не стрелявшего Теренса нет и шанса против Меррика, отличного стрелка. Хозяин ранчо так и стоял па пороге, и поза его говорила о боевой готовности, а рука покоилась рядом с кобурой. Возможно, он надеялся на отчаянный поступок со стороны газетчика, чтобы можно было со спокойной совестью застрелить того в целях самозащиты, тем более что на шум сбежалась половина ранчеро.
— Вот что, мистер Уинслоу, — продолжал повар, — сейчас не время мстить. Время оплакать свою потерю. Я отведу вас в гостиную, к гробу дочери, где сейчас мистер Прескотт. Не вздумайте валять дурака, а то, неровен час…
Газетчик кротко позволил взять себя под руку и увлечь на веранду и мимо быстро отступившего Меррика в дом. Когда дверь за ними закрылась, хозяин ранчо обвел взглядом ранчеро, которые сгрудились в кучку и перешептывались. Он поймал несколько любопытных взглядов и мысленно проклял длинный язык Уинслоу. Слово, как семя, однажды упав, чаще всего прорастает, и Меррик без труда мог угадать ход мыслей ковбоев: дыма без огня не бывает, а если вспомнить прошлое…
Возвращаться в дом хозяин ранчо воздержался, не желая новой конфронтации с гостем. Тереке, все так же в сопровождении Берна, появился через четверть часа и сразу подступил к Меррику вплотную, заставив его сделать несколько шагов назад.
— Клянусь, Рассел, ты еще обо мне вспомнишь! — прошипел он. — Скажи спасибо мистеру Диксону за то, что все еще дышишь. Возможно, если бы я прикончил тебя, тюрьма показалась бы мне раем! Но я не опозорю память дочери даже убийством такого мерзкого ублюдка, как ты! Я расправлюсь с тобой по-другому, законным путем.
— Не думаю, Уинслоу, что тебе это удастся, — спокойно возразил Меррик. — Я проспал в своей палатке всю ночь, причем далеко за полночь еще обсуждал с Джесси и Кэлом, как проходит сгон. Они подтвердят это под присягой.
— И это, и многое другое, не так ли? — презрительно хмыкнул Теренс. — Встретимся на похоронах!
Больше он ничего не прибавил, просто отвернулся и пошел к двуколке. Молча поднялся на подножку, молча поднял брошенные вожжи. Уже хлестнув усталую лошадь, он бросил через плечо один прощальный взгляд, полный горькой ненависти, столкнулся с холодными глазами Меррика и снова отвернулся. «Это не человек, — думал Теренс, — это дьявол — без совести, без чувств и даже без нервов! Но и таким приходит конец, даже если правосудие поначалу медлит». Временное безумие оставило газетчика, он чувствовал лишь горечь и сожаление. Слишком дорого обошлись ему словесные колючки в адрес хозяина «Даймонда», но теперь он поумнел и не станет тратить на это время. Он нанесет один решающий удар, который раз и навсегда повергнет во прах колоссу по имени Меррик Рассел.
С ног до головы в черном, Джулия нерешительно приблизилась к дверям гостиной. Лицо ее было бледным, глаза распухли и покраснели, даже походка, обычно порхающая, казалась тяжелой, как у больной. Сколько слез она выплакала с той минуты, когда Стоун явился в лагерь с телом Тэры на руках!
Не решаясь войти, девушка медлила у дверей. Стоун изменился, теперь это был совсем другой человек. Часами оставался он в одной и той же позе, со склоненной головой, словно молился о чуде. Джулия всей душой сочувствовала его горю, но тревожилась все сильнее по мере того, как шло время. Горе, настолько безысходное, порой приводит к безумию. Не сразу девушка набралась храбрости для разговора, но в конце концов промедление стало казаться ей преступлением не только против самого Стоуна, но и против Тэры, которая никогда не пожелала бы ему сойти с ума от горя.
Именно потому Джулия и стояла сейчас перед распахнутыми дверями гостиной, не без опаски вглядываясь в полумрак, в котором теплились лишь огоньки свечей, колеблемые сквозняком. Стоун по-прежнему сидел у гроба, не сводя с него взгляда, и это было душераздирающее зрелище. Одна из свечей догорела, мигнула и погасла. Сумрак стал гуще, и тотчас Стоун поднялся и поставил на ее место другую — он, похоже, относился к тьме как к живой, словно та могла сомкнуться вокруг Тэры, и он боролся против этого.
Наконец девушка поняла, что готова постыдно бежать, и приблизилась к гробу.
— Стоун, — тихо обратилась она к неподвижному олицетворению горя, — тебе нужно хоть немного отдохнуть. Ты не можешь оставаться здесь все время без пищи, без сна! Прошло уже два дня… Стоун, прощу тебя! Ты ведешь себя неразумно! Тэру не воскресить…
Какое-то время казалось, что ее слова вообще не достигают цели, не пробиваются сквозь панцирь отчаяния, но последняя фраза заставила Стоуна повернуть к ней осунувшееся лицо. Девушка была поражена новой красотой, которую обрело это скульптурное лицо вопреки усталости. Что-то незнакомое появилось в его чертах.
— Нет, Джулия, я не покину ее, — произнес Стоун тихо, но тон его был категоричен. — Как я могу? Я виноват в том, что был далеко в момент ее смерти. Кто знает, не я ли и причина ее? Я должен был сказать Тэре… сказать намного раньше, тогда ей не пришлось бы ночами блуждать в одиночку! Все это моя вина… как мне жить без нее!
— Послушай меня, Стоун, — начала увещевать его Джулия, изо всех сил сдерживая слезы. — Ты напрасно так истязаешь себя. Разве ты хочешь сойти в могилу следом за ней! Тэра не одобрила бы такого безысходного горя, пойми же это! Насколько я знаю, она бы предпочла, чтобы ты вспоминал то хорошее, что между вами было… чтобы ты вспоминал о ней радостно. А ты попросту убиваешь себя!
— А если и так, то что? — Он равнодушно пожал плечами с видом человека, жизнь для которого потеряла смысл. — Успокойся, Джулия, я не сойду в могилу следом за Тэрой. Я лишь останусь с ней до похорон.
— Похороны только завтра! — в отчаянии воскликнула девушка. — Я посижу с ней вместо тебя, буду зажигать свечи, когда они догорят… а ты поспи немного.
— Нет! — отрезал Стоун и отвернулся. — Пока Тэру не положили в землю, она еще со мной. Думаешь, я смогу лечь и заснуть? Уходи, Джулия. Я останусь с Тэрой.
Тон его был подавляюще безжизненным, и Джулии ничего не оставалось, как подняться с колен, на которые она опустилась в попытке заглянуть в склоненное лицо. Она потерпела поражение, увести Стоуна от гроба не удалось. С тяжелым вздохом девушка сделала несколько шагов к дверям, но остановилась и еще раз окинула взглядом ссутулившуюся у гроба фигуру.
Видеть сильного человека морально поверженным было невыносимо, но винить Стоуна за слабость она не могла. Очевидно, его подкосила невозможность когда-либо высказать свою любовь, подкосил тот факт, что Тэра умерла, так и не узнав о его чувствах. Это было удивительно трогательно и романтично, и подобная сцена в романе заставила бы Джулию пролить немало слез усиления. Увы, в жизни это было вовсе не трогательно, а тягостно, и хотелось прекратить это самоистязание, встряхнуть Стоуна и заставить его снова жить. Однако это было не в се власти.
— Может быть, перекусишь чего-нибудь? — робко спросила девушка, делая последнюю попытку достучаться до его здравого смысла. — Например, чаю с бисквитом?
— Нет, спасибо, мне ничего не нужно, — все так же безжизненно откликнулся Стоун. — Я не голоден… я просто хочу побыть с Тэрой наедине.
И вдруг резкая, пугающая перемена произошла с ним в одно мгновение. Пустые глаза вспыхнули зловещим светом, плечи распрямились и судорожно напряглись. Джулия проследила за его взглядом и увидела отца, приостановившегося у двери. Девушка невольно подалась назад, наблюдая безмолвный поединок взглядов и размышляя о том, что он может означать. Она заметила нечто странное в поведении Стоуна еще в то утро, когда тот привез в лагерь искалеченное тело Тэры. С Мерриком он был лаконичен до грубости, будто боялся высказать лишнее. Уже тогда у Джулии возникло подозрение, что он знает больше, чем все остальные, по горе вскоре заслонило для нее все. По мере того как шло время, Стоун держался по отношению к своему хозяину все более враждебно и не скрывал, что не выносит его общества. Вот и теперь он смотрел так, словно желал бы испепелить Меррика взглядом. Отец, по обыкновению, выглядел спокойным… Возможно, рассудок Стоуна и впрямь помутился. И все же Джулии стало как-то не по себе.
Меррик тоже отлично сознавал происшедшую с Прескоттом перемену. Когда Стоун так бурно отреагировал на смерть Тэры Уинслоу и впервые выказал враждебность к нему (чего прежде никогда не случалось), Меррик осторожно выпытал у дочери, что это значит. К его удивлению, выяснилось, что прихоть Джулии столкнула Стоуна с дочерью газетчика и он увлекся ею. Хозяин ранчо был весьма недоволен тем, что узнал об этом важном обстоятельстве так поздно. Нейтралитет Стоуна Прескотта был куда удобнее, чем его враждебность. Однако дело было сделано, и объездчик явно знал о ночной отлучке как самого Меррика, так и его подручных или, хотя бы догадывался. Это было так некстати!
— Как насчет того, чтобы поужинать с нами? — спросил Меррик так радушно, как только сумел.
— Нет!
Это было не просто отрицание, а как бы словесный плевок в лицо, настолько очевидный, что Джулия вспыхнула. Взгляд ее метнулся к отцу, вернулся к Стоуну и наконец убежал в сторону. Возможно, Стоун винил Меррика за то, что тот выказывал свое горе более сдержанно. Но ведь это еще не преступление, растерянно думала девушка. И потом, если Меррик и казался бесчувственным, то стоило вспомнить самого Стоуна до встречи с Тэрой! Тогда он и Меррик были друг другу под стать! И вот оказалось, что он способен на глубокие чувства, еще как способен. Однажды подобное может произойти и с отцом, с надеждой думала Джулия.
— Ну, на нет и суда нет, — примирительно заметил тем временем Меррик. — В таком случае мы оставим тебя наедине с твоим горем, Стоун.
Он сделал знак Джулии следовать за собой, и они бесшумно прикрыли дверь.
Как только шаги в холле затихли, Стоун поднялся и хорошенько потянулся. Некоторое время он стоял, массируя затекшие от долгой неподвижности плечи и шею, потом приблизился к дверям и прислушался, — приложив ухо к замочной скважине. Все было тихо. До самых сумерек двери гостиной стояли нараспашку, чтобы ранчеро, освободившиеся от дневных трудов, могли войти и отдать дань уважения покойной.
Заменив несколько догоревших свечей, Стоун вернулся к гробу. Здесь он повел себя не менее странно. Вместо того чтобы снова предаться горю, он начал негромко выстукивать по крышке какой-то легкомысленный ритм. Изнутри раздалось ответное постукивание.
— Надеюсь, тебе удобно? — спросил он вполголоса.
— Удобно, но венок пахнет слишком сильно, — последовал приглушенный ответ. — По-моему, я на всю жизнь Возненавидела аромат роз! Убери его хоть на пять минут, иначе я просто задохнусь!
— Никогда бы не подумал, что покойники так боятся умереть от удушья, — насмешливо заметил Стоун.
Лицо его, на котором горе, казалось, оставило неизгладимый след, совершенно изменилось. Теперь это был прежний Стоун, вполне способный улыбаться и даже смеяться.
— Я тоже сделала несколько интересных открытий насчет покойников, — раздалось из гроба. — Теперь я знаю, каково весь день лежать в узком деревянном ящике, не имея возможности повернуться. Правда, неудобство скрашивается хвалебными речами в твой адрес, но не настолько, чтобы не затекали руки и ноги.
— Идея была не моя, — поспешил напомнить Стоун и прикрыл рот рукой, подавляя смех, когда ему ответило сдавленное чихание.
Снова приблизившись к двери, он вслушался в тишину холла, повернул ключ и вернулся, успокоенный. В данный момент свидетели были ему ни к чему. Если бы кто-нибудь из слуг застал его беседующим с закрытым гробом, разошлись бы слухи о том, что рассудок его окончательно помутился.
— Идея была не моя, — повторил он шепотом. — Я предупреждал, что это будет нелегко. Моя бы воля, я разобрался бы с Мерриком по-своему.
— Ну конечно, ты бы его в порошок истер, не заботясь больше о том, чтобы поймать его с поличным, — иронически произнесла Тэра, ворочаясь в гробу, чтобы хоть немного размяться. — И к чему бы это привело? Мы так и не узнали бы, виновен Меррик в смерти брата или нет. Согласись, моя идея была более многообещающей. Надеюсь, она позволит вытащить всю правду на свет Божий.
Стоун пожал плечами и подавил вздох. Тэра была совершенно права. Если бы в ту роковую ночь он поддался своему порыву, Меррик не увидел бы свет нового дня. Только уговоры Тэры помешали ему расправиться с хозяином ранчо.
— Вот что, Стоун, сначала сними крышку, а потом уже будем разговаривать, потому что у меня быстро развивается страх перед замкнутым пространством.
Чтобы открыть гроб, пришлось для начала снять с него гигантских размеров венок, хорошо маскировавший отверстия для дыхания, просверленные на уровне лица.
— Между тобой и Джулией произошла сцена поистине душераздирающая, — насмешливо заметила Тэра, как только отдышалась. — «Я не покину ее! Как мне жить без нее!» На пару минут мне даже показалось, что эти слова идут от чистого сердца. Самое странное, что все верят, будто человек вроде тебя может так переживать!
Стоун вытащил ее из гроба и осторожно поставил на ноги, стараясь не причинять боли.
— Я старался, как мог, — буркнул он недовольно. — Ты сказала, что каждое мое слово должно дышать искренностью!
Тэра только улыбнулась, из-под ресниц разглядывая Стоуна. От падения в пропасть у нее не осталось цельного впечатления. Стремительное движение вниз, рывок, короткий полет и удар. Долгое беспамятство никак не отпечаталось в сознании, словно его и не было, — ни видений, ни бреда, ничего. Зато девушка хорошо помнила то, что предшествовало падению, а именно смертельную схватку с убийцей и зловещее, леденящее кровь сознание, что вот-вот все будет кончено. Она была всей душой благодарна судьбе и верховой лошади, которая каким-то чудом сумела не потерять равновесия во время скольжения вниз по рыхлой осыпи. Если бы не бедное животное, которому спуск стоил сломанной передней ноги, все могло завершиться падением на самое дно каньона, а значит, верной смертью. Но этого не случилось.
Очнувшись от долгого забытья, девушка обнаружила, что находится в объятиях Стоуна. Он выглядел потрясенным и явно верил в се смерть. Так или иначе, он был словно громом поражен, когда она открыла глаза. Последовало долгое и сбивчивое объяснение, даже возмущение с его стороны, когда выяснилось, что очень слабый, почти совершенно незаметный пульс на правой руке был с детства отличительной чертой Тэры. Ей и в голову не пришло предупредить об этом, потому что не возможно было предвидеть то, что случилось.
Тэра до сих пор вспоминала, как выглядел Стоун в момент, когда ее затуманенный взгляд упал на его лицо. Она могла бы поклясться, что он оплакивал ее смерть. До сих пор он обращался с ней необычно бережно, помня о синяках и ссадинах, большинство из которых не успело зажить, а тогда, на старой индейской тропе, Стоун не успокоился, пока не убедился, что серьезных ран нет. Вместо того чтобы успокоиться, он вдруг пришел в безумную ярость и всерьез намеревался предстать перед Мерриком вместе с ней в качестве жертвы неудавшегося преступления. Он собирался обойтись без обвинений и просто всадить негодяю пулю в сердце. Девушке пришлось потратить немало слов, чтобы отговорить его от подобного безрассудства. В конце концов она имела право выбрать способ мести, и Стоун неохотно признал это требование справедливым. Был разработан план низвержения некоронованного короля Пало-Дуро, и начаться оно должно было с появления Теренса Уинслоу и шерифа Кларендона…
Поцелуй в лоб оборвал нить воспоминаний, а когда губы коснулись губ, Тэра обвила руками шею Стоуна и прильнула к нему в долгом объятии. Возможно, думала она, именно это не позволило ей выпустить из рук лошадиную гриву во время страшных мгновений спуска в Пало-Дуро. Она держалась тогда даже не за жизнь, а за возможность еще хоть однажды ощутить объятия и поцелуи Стоуна. Не потому ли она выжила тогда, что еще столько дней и ночей рядом с ним ожидало ее впереди? «Стоит испытать потрясение столь ужасное, — лукаво думала девушка, — чтобы тебя наконец начали лелеять по-настоящему, чтобы потакали всем твоим желаниям».
— Пора идти, — прошептал Стоун, с трудом заставляя себя оторваться от горячих податливых губ. — Берн, наверное, уже заждался. Сегодня ты впервые получишь не куриный бульончик, а кое-что повкуснее.
— Что именно? — заинтересовалась Тэра, вылезая за ним следом из окна. — Неужели что-нибудь из того, чем питаются привидения?
— Привидения не питаются. Похоже, долго лежать в гробу вредно, притупляется острота ума.
Девушка замешкалась, сидя на подоконнике. Долгие часы пребывания в замкнутом пространстве нужно было чем-то заполнить, чтобы не мучиться от клаустрофобии, и она .посвятила их раздумьям о секрете, который раскрыла без ведома Стоуна. В ночь, когда Меррик пытался убить ее, она решила рассказать Стоуну все, но не представилось случая, и теперь она благодарила за это судьбу. Снова и снова девушка перебирала в памяти надпись на двойном портрете, разговор с Берном Диксоном и свои доводы «за» и «против» и все больше утверждалась в мысли, что Стоуну лучше ничего не знать о некоторых событиях прошлого. Выходило, что повар был мудрее в своем молчании, чем она со своей потребностью в истине.
— Так ты идешь или собираешься сидеть тут до утра? — прозвучал снизу нетерпеливый шепот Стоуна.
— Иду, конечно!
Тэра сделала поспешное движение, собираясь спрыгнуть с подоконника. Синяк на бедре сразу отозвался болью, и она не удержалась от гримаски.
— Все еще больно? — тотчас спросил Стоун. — Не двигайся, я помогу!
После злополучной ночи он едва ли давал ей шаг ступить без того, чтобы не подхватить на руки или не поддержать. Обычно строптивая и чересчур независимая, всегда готовая доказать, что скроена из крепкого материала, девушка вдруг поймала себя на том, что наслаждается этой опекой, что находит удовольствие в роли слабого существа. Зная, что это ненадолго, что свободолюбивая натура возьмет свое, она не мешала себе нежиться.
— У меня ноет и стонет каждая косточка, каждая жилочка! — пожаловалась она и закусила губу, скрывая улыбку, когда Стоун с бесконечными предосторожностями подхватил ее на руки.
Обнаружить, что Тэра жива, было для него самым чудесным в жизни потрясением. Сколько глупых и смешных слов наговорил он после этого, в том числе обвинил Тэру в том, что та умолчала о своей физической особенности, — ведь это едва не стоило ему рассудка. Ему хотелось тогда стиснуть ее в объятиях изо всех сил, забыться на ее груди и ощутить, как рассеивается ужас невыносимой потери. Но Тэра была слишком слаба и к тому же вся покрыта ссадинами, синяками и кровоподтеками, он боялся обнимать се и только поклялся себе, что однажды откровенно выкажет свою любовь.
Но испытания на этом не кончились. Тэра категорически отказалась возвратиться в лагерь в качестве жертвы неудачного преступления. Она вознамерилась последовать примеру двух знаменитых грабителей, которые были доставлены на почтовый поезд в гробах и в подобающий момент осуществили дерзкий налет. Девушка напомнила собственные слова Стоуна, что из человека вроде Меррика исповедь можно выбить разве что великим потрясением. Если она восстанет из гроба, чтобы обвинить его в убийстве…
Поначалу Стоун и слышать об этом не хотел и даже заподозрил, что падение повлияло на ее рассудок. Он пытался отговорить Тэру, но та стояла на своем. Наконец, после долгих споров, Стоун вынужден был признать, что план задуман на славу. Если что и могло потрясти Меррика Рассела, то только его мертвая жертва, внезапно восставшая из гроба.
По возвращении в особняк Стоун начал изыскивать способ как-то известить Теренса о случившемся, но не успел. Слух о гибели Тэры разнесся с быстротой степного пожара, и вскоре се отец, обезумевший от горя, сам явился в «Даймонд». Он горел жаждой мести, потрясал револьвером — одним словом, вел себя самым наилучшим образом для того, чтобы задуманный спектакль сработал, и потому Стоун был только рад, что не успел предупредить его. Пожалуй, самый неприятный момент был, когда Теренс прицелился в Меррика. по Берн сумел справиться с ситуацией и увел его в дом, где состоялось поспешное объяснение. Уинслоу едва не задушил дочь в объятиях, но Тэра стоически выдержала боль, понимая, что переход от отчаяния к восторгу невозможен без бурного выражения эмоций. Нечего и говорить, что Теренс охотно дал свое согласие на участие в розыгрыше. Зная, что он совершенно не способен на притворство, Стоун настоял на его немедленном отъезде в Кларендон до похорон, которые не должны состояться. По пути домой Уинслоу обещал наведаться к шерифу и убедить того в назначенное время явиться в «Даймонд». Ключевым моментом задуманного Тэрой плана было зловещее столкновение Меррика с жаждущим мести призраком его жертвы. Девушка надеялась с помощью жестокого шока вырвать из хозяина ранчо признание, и для этого требовался важный свидетель — служитель закона.
Все шло как будто успешно, но Стоуна не покидала тревога. Они собирались столкнуться в открытом бою с безумцем, совершенно лишенным обычных человеческих чувств и не считавшим убийство чем-то предосудительным. Можно ли вообще потрясти его настолько, чтобы он испугался? Меррик казался вытесанным из самой твердой горной породы, и для него как будто не существовало препятствий, во всяком случае, моральных. Но Стоун не верил в сделки с дьяволом. Рано или поздно удача должна была отвернуться от хозяина ранчо, и, возможно, этот момент был на подходе.
— Мне кажется, что-то продолжает тебя тревожить? — заметила Тэра.
Стоун огибал угол дома, неся ее на руках. Объятие его было очень осторожным, едва ощутимым, и девушка еще раз подумала: до чего же он нежен с ней после несчастного случая.
— Сегодня ночью ставка будет слишком высока, и потому мне хотелось бы, чтобы все уже было позади, чтобы занимался рассвет следующего дня, — признался Стоун, глядя в омытое лунным светом лицо, которое не уродовали даже ссадины, царапины и синяки. — Во-первых, власть Меррика стала бы прошлым, а во-вторых, — тут его хмурое лицо разгладилось, и губы тронула улыбка, — до самого утра я бы заполучил тебя в свое полное распоряжение.
— Вот как? — улыбнулась Тэра, поднимая бровь. — И что, скажи на милость, мы бы стали делать? Носиться по ущелью и завывать, чтобы выжить отсюда оставшихся ранчеро?
— Нет, милая, я не стану заранее объяснять, что задумал, но ты можешь догадываться сколько угодно. Надеюсь, ты не изведешься от своего знаменитого любопытства. Он .подмигнул, мягко усадил девушку на бархатный мох у подножия раскидистого кедра и направился на кухню за ужином.
Тэра откинулась на шершавый ствол, с наслаждением вдыхая свежий вечерний воздух, напоенный запахом хвои, а вовсе не приторно-сладким ароматом роз. Мысли ее блуждали, то и дело возвращаясь к предстоящей финальной конфронтации с Мерриком. Если все пойдет удачно, думала девушка, будут достигнуты сразу две цели: хозяин ранчо предстанет тем, кто он есть на самом деле, то есть убийцей и мошенником, а Стоун узнает ответ на вопрос, мучивший его долгие годы. Она была убеждена в успехе задуманного, и единственное, что заставляло ее хмурить брови, была дальнейшая судьба Джулии. Ее наивное романтическое сердечко получит ужасный удар. Еще совсем недавно Джулия пережила последствия обмана с ее стороны, но не было другого выхода, кроме как продолжать обманывать ее. Она должна была вести себя с отцом естественно, чтобы у того не возникло ни малейших подозрений, так что посвятить Джулию в свой план было невозможно. Более того, девушка должна была выслушать исповедь отца. Как Тэре ни хотелось избавить подругу от жестокого момента истины хотя бы отчасти, выходило, что ей придется через него пройти.
Когда подошел Стоун с котелком в одной руке и корзинкой в другой, Тэра охотно отвлеклась от неприятных мыслей.
— М-м-м… на этот раз Берн превзошел самого себя, — едва выговорила она с набитым ртом.
Запах был густой и аппетитный, еще одна приятная противоположность слишком насыщенному аромату цветов.
— Люблю похвалы! — пробурчал повар, подходя вперевалку и усаживаясь рядом. — Рад снова видеть Вас мисс Уинслоу… Тэра. Выглядишь неплохо для двухдневной покойницы, прости уж мой грубый техасский юмор. На вот, возьми бисквитик, подкрепись. Ума не приложу, как можно целый день лежать голодной в гробу, а ведь, ей-богу, сроду не видывал такого хорошенького трупа! Может, вымазать тебе лицо мукой. для верности, а то уж больно в тебе много жизни.
— Ничего, я закачу глаза и оскалю зубы, — пошутила Тэра, впиваясь в бисквит с аппетитом поистине волчьим.
— Ладно, только не переиграй, а то ведь он не из дураков, Меррик — то. А как у тебя дела, Стоун? Дьябло подоспеет в срок или нет? Другого шанса у нас не будет, милые вы мои, так что не упускайте ничего.
— Как я могу что-нибудь упустить, если ты хватал меня за руку десять раз на дню и замогильным голосом требовал сделать то, не забыть это!
Повар неодобрительно фыркнул и заковылял прочь, а Стоун уселся на его место рядом с Тэрой и расслабился по-настоящему, пожалуй, впервые за день. Бдение у гроба требовало постоянного напряжения, чтобы поза оставалась убедительной (ведь Меррик часто проходил по делам мимо распахнутых дверей).
Заметив, что на нее смотрят, Тэра бросила взгляд искоса. В глазах Стоуна была откровенная нежность, все еще удивительная своей новизной, и пришлось строго напомнить себе, что отвлекаться не время. Чтобы «восстать из мертвых», она должна выглядеть зловеще и мрачно, а вовсе не разнеженно. При всей ненависти и отвращении к хозяину ранчо Тэра отдавала должное его дьявольской проницательности. Его не только нужно было застать врасплох, сбить с толку, встряхнуть до самого нутра. Это само по себе было нелегко и опасно, но еще опаснее было затянуть этот момент и тем самым ослабить эффект шока. Фальшивая нота и нота слишком протяженная были равно ни к чему.
Риск, таким образом, был очень велик, и, помимо умения, требовался также элемент удачи.
Тэра и Стоун ели в молчании, каждый погрузился в свои тревожные размышления. Когда с ужином было покончено, девушка с облегченным вздохом откинулась навзничь.
— Я знаю, что ты по натуре безрассудна, — произнес Стоун, склоняясь над ней и легонько щелкая ее по кончику носа. — Не вздумай рисковать! Ты выжила там, где другой мог разбиться насмерть, так что не стоит испытывать свою судьбу. Никто не знает Меррика достаточно, чтобы предположить, что он предпримет, когда откроется правда. Если заметишь, что он приходит в себя, прыгай из окна, там будут Теренс и шериф, они придут тебе на помощь.
— Я буду действовать с величайшей осторожностью, — заверила Тэра.
Стоун бегло коснулся золотого медальона, который на этот раз покоился на ее груди. Девушка сжала золотую вещицу и улыбнулась с уверенностью, которой не чувствовала.
— Но ведь и ты будешь рядом, Стоун…
— Конечно, иначе я бы ни за что не позволил уговорить себя на все это, — проворчал он. — У меня давно есть подозрение, что Меррик безумен. Человек в здравом уме не может быть таким бесчувственным и беспощадным, а это значит, что на него не подействует даже твое воскрешение. Он всегда носит при себе «кольт»… — Он наклонился и легко коснулся губами губ Тэры, чтобы извлечь из этой мимолетной ласки храбрость и уверенность в себе для каждого из них. — Меня не порадует, если ты будешь причислена к разряду мучениц, лучше останься целой и невредимой. В ту ночь на индейской тропе я пережил такое, что надорвал свое сердце. Оно не выдержит чего-нибудь еще в этом роде. Если выбирать между твоей безопасностью и исповедью Меррика, то на исповедь мне совершенно наплевать.
Поцелуй стал более требовательным, пальцы Стоуна погрузились в озеро бледного золота, расплескавшееся вокруг запрокинутой головы Тэры. Постепенно они перекочевали на точеную шею, и вот он уже приподнял девушку и привлек к себе. У Тэры и в мыслях не было противиться. Тщательно подавленная потребность выплеснулась в ней сокрушительной волной, и она со стоном прижалась к тяжело дышащей груди, забыв и о том, что вскоре предстояло, и о едва заживших ранках на теле. Неистовое желание властно вторглось в ее плоть и душу.
Внезапно Стоун опомнился и рывком отстранился, проклиная себя за неуместную вспышку вожделения. Что это на него нашло? Тэра едва оправилась от бесчисленных ушибов, не далее как полчаса назад она жаловалась, что все тело ее болит и ноет! Но им обоим предстояло занятие более серьезное и важное в данный момент, чем объятия и поцелуи. А что же он? Забыв все на свете, он развалился под деревом, как одержимый похотью болван!
— Пора идти! — произнес он сурово, поднялся и бережно поднял Тэру. — Это все подождет.
Девушка лукаво улыбнулась, зная, что под развесистыми ветвями слишком сумрачно, чтобы Стоун это заметил. По всему было видно, что он желал заполучить ее в свое полное распоряжение совсем не для того, чтобы блуждать по каньону в обличье призраков. Он желал заняться с ней любовью, и это ставило перед ними обоими еще одну цель, более далекую, но куда более приятную.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Зов одинокой звезды - Финч Кэрол



Я так понимаю это комедия. Не смешно..
Зов одинокой звезды - Финч КэролАлиса
4.07.2012, 23.54





Офигительный роман!Романтично, есть юмор, сюжет захватывающий, ггерои великолепные, роман не затянут. Один из моих любимых!!!!!!!!!!!!!!!))))))))))
Зов одинокой звезды - Финч КэролДи
6.05.2014, 19.09





ОФЕГИТЕЛЬНЫЙ РОМАН!супер!вообщем как и все романы Финч Кэрол!10 балов
Зов одинокой звезды - Финч КэролПятерочка
14.07.2014, 2.44





Соглашусь с положительными комментариями. Мне тоже роман очень понравился. Советую
Зов одинокой звезды - Финч Кэролсвет лана
29.09.2014, 0.47





Не понравился роман.
Зов одинокой звезды - Финч КэролВикушка
4.10.2014, 23.07





Роман очень интересный, захватывающий. Прочитала с удовольствием. Очень понравились перепалки героев, а так же поддразнивание и поведение Стоуна. Не мужчина, а мечта всех женщин, но, к сожалению, в нашем мире таких ох, как мало.
Зов одинокой звезды - Финч КэролВиктория
15.03.2015, 15.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100