Читать онлайн Счастливый шанс, автора - Финч Кэрол, Раздел - Глава 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Счастливый шанс - Финч Кэрол бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.8 (Голосов: 310)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Счастливый шанс - Финч Кэрол - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Счастливый шанс - Финч Кэрол - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Финч Кэрол

Счастливый шанс

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 11

Хэл уехал с ранчо Флетчеров в отвратительном настроений, спустя две недели оно нисколько не улучшилось. Ковбой по-прежнему чувствовал себя необъезженным конем, пытающимся сбросить седло, только Хэла раздражали не физические путы, а невидимые оковы. Его кололи не шпоры, а мучительные воспоминания. Хэл вспоминал слова, которые пришлось наговорить Андреа, чтобы привести ее в чувство, и на душе у него становилось мерзко.
Перед каждым выходом на арену родео в Меските ему приходилось делать над собой усилие, чтобы выкинуть из головы Андреа и сосредоточиться на предстоящем состязании. Тем не менее, несмотря на то что мысли его были заняты другим, Хэлу удалось выиграть соревнования на неоседланных лошадях, на полудиких необъезженных лошадях под седлом и состязания на время. Он также сумел заарканить и подтащить бычка за рекордное время в восемь целых семь десятых секунды да и по сумме очков в многоборье получил в награду весьма внушительную сумму наличными.
Сложности возникли; только с дикими быками: Хэл успел растерять сноровку и подзабыть некоторые тонкости искусства усидеть восемь секунд на спине брыкающегося быка, держась одной рукой. После первого неудачного раунда в Мееките ему пришлось постоянно выслушивать от Джима лекции о том, как глупо ставить под удар свой рейтинг, связываясь с быками.
После одного случая, когда Хэл с размаху ударился о землю на арене родео, ребра его ныли, как больные зубы. Чокто Джим перевязал его, ворча себе под нос что-то насчет тупоголовых упрямцев, и обклеил Хэла таким количеством пластыря, что ковбой стал походить на мумию. Но решимости у Хэла не убавилось. В состязаниях на быках он занял четвертое место, и это позволило ему получить в кассе дополнительные восемьсот долларов.
В Финиксе, как выяснилось, Хэлу пришлось соревноваться е лучшими мастерами езды на быках, а сами быки оказались на редкость свирепыми. Постепенно к Хэлу стали возвращаться прежние навыки; сложного искусства усидеть на спине быка, и его показатели улучшились. Ковбой не только завоевал первое место в своих обычных видах соревнований, но набрал больше восьмидесяти очков, в состязаниях на быках, и у него появились неплохие шансы на победу.
Когда дела пошли хороню, у Хэла возникло искушение позвонит Андреа и узнать, как она справляется. Однако он вовремя подавил это желание. Он не разговаривал с ней шестнадцать дней, неужели не хватит выдержки продержаться и семнадцатый?
Хэл хотел дать Андреа время на раздумье; пусть поймет, что он совершенно ей не подходит. Резкость, с какой он отверг ее, в конце концов должна пойти ей на пользу. В три волшебных слова «я тебя люблю» он верил ничуть не больше, чем, к примеру, в Сайта-Клауса. Хэл считал, что поступил правильно, вот только плохо, что совесть совсем его замучила.
Ночами в дешевых мотелях он слишком часто лежал без сна, и перед глазами вставал образ, который он поклялся забыть, едва покинет ранчо Флетчеров. Но руки помнили ощущение шелковистой кожи под пальцами, тело помнило, как сплеталось в интимном объятии с тем нежным телом, и эти воспоминания жгли его плоть и разум, как раскаленное клеймо. Бывали ночи, когда он желал Андреа каждое мгновение, не мог даже вздохнуть без того, чтобы не вспомнить горячие волны наслаждения, захлестывавшие его, когда он слился с ней в единое целое, стал живой, дышащей частью ее существа.
Но несмотря на свои мучения, Хэл по-прежнему смотрел на вещи трезво и понимал, что чувство, которое Андреа приняла за любовь, на самом деле было лишь следствием растерянности и тоски, вызванных отчаянным положением. Андреа нуждалась в сочувствии, хотя и не хотела этого признавать. К тому же после смерти родителей в ее душе образовалась зияющая пустота, и девушка бессознательно искала, чем бы ее заполнить.
Страсть помогла ей выстоять, стала опорой в трудную минуту, ни больше ни меньше — это Хэл, кажется, заставил ее понять, перед тем как уехать. Он также намеренно подставил себя под удар ее гнева послужив своего рода отдушиной для выхода другого долго сдерживаемого чувства. И вот теперь Хэлу осталось только вспоминать выражение боли в фиалковых глазах и нести груз вины за собственные слова.
— Сосредоточься, — проворчал Чокто Джим, когда они с Хэлом зашагали в сторону загонов с быками. — Если уж тебе так невтерпеж оседлать быка, чтобы заработать лишние деньги, то постарайся думать о том, что делаешь.
— Да, мэм, — с усмешкой ответил Хэл. Временами дядя Джим обращался с ним как с несмышленым малолеткой.
Черные глаза Джима так пристально уставились на Хэла, что ковбой почувствовал себя пришпиленной бабочкой под взглядом коллекционера.
— Если тебе не хватает соображения признаться мне и себе самому, что в последние две недели ты стал непозволительно рассеянным, то по крайней мере послушай, что говорят о том быке, который тебе достался по жеребьевке. В финале тебе предстоит оседлать зверя по кличке Крокодил.
Хэл недовольно вздохнул и потянулся за смотанной в кольцо веревкой. Он неторопливо и основательно проверил крепления и петлю, смазал металлические детали и только потом повернулся к Джиму.
— Ну ладно, матушка-наседка, выкладывай, что там говорят о Крокодиле.
Чокто Джим бросил на Хэла хмурый взгляд.
— Заруби себе на носу, если ты не сосредоточишь все внимание на этом чудовище, Крок сожрет тебя живьем. Поскольку еще никому не удалось продержаться на этом звере весом в двенадцать сотен фунтов, то у тебя есть шанс сорвать неплохой куш, за которым ты так гоняешься… или, если проиграешь, — добавил Джим с многозначительным взглядом, — наказать себя за какое-то преступление, о котором мне остается только догадываться. В любом случае тебя ждут восемь секунд сущего ада от первого прыжка с настила до финального гонга.
Джим указал на рубашку Хэла, а точнее, на ту ее Часть, что скрывала залепленные пластырем ребра.
— Твоим многострадальным ребрам здорово достанется, можешь сразу к этому приготовиться. Крок — самый коварный бык на всем родео. Эта громадина — помесь брамина с герефордской породой, он большой мастер вертеться и брыкаться, а нрав у него — гнуснее не придумаешь.
Молча слушая Джима, Хэл размотал веревку, потом натянул на правую руку кожаную перчатку (этой рукой он должен был держаться за петлю, а вторую руку по правилам полагалось поднимать вверх). По тону опытного ковбоя чувствовалось, что он озабочен предстоящим состязанием.
Может быть, Джим прав, и он действительно втайне наказывает себя.
«Может быть? Гриффин, хоть себя-то не обманывай!»
Он овладел чистой невинной женщиной, а потом оттолкнул ее от себя только за то, что она вообразила, будто влюбилась в него. Все быки мира с их рывками, прыжками и зубодробительными толчками не способны заставить его забыть о содеянном.
— Следи за рогами Крока, хотя они и подпилены, — продолжал наставлять Чокто Джим. — Этот кровопийца может подцепить тебя на рога так быстро, что и моргнуть не успеешь. Как только окажешься на земле — не важно, в каком ты будешь состоянии, — постарайся сразу же убраться с его дороги. Крок прославился тем, что преследует ковбоев. Помнишь, был тут Джастин Симмс, новичок из Монтаны, подавал большие надежды? Так вот: он уже угодил по милости этого быка в больницу. После знакомстве Кроком у парня вывихнуто колено, а на бедре остался синяк размером с его родной штат.
Хэл мрачно кивнул и стал перелезать через ограждение загона. Он всецело сосредоточился на предстоящем испытании. Репутация Крокодила явно заслуживала солидной суммы денег, обещанной победителю, и пятьдесят очков, в которые оценивалось это состязание, тоже говорили о многом. Если верить Джиму, Крок более чем готов выполнить свою часть работы. Все, что требуется от Хэла, — это болтаться у него на спине и при этом получше выглядеть.
Хэл еще не успел перекинуть ногу через верхнюю перекладину ограждения, когда длинные пальцы Джима схватили его за руку.
— Тебе не обязательно это делать, — прошептал Джим. — По результатам многоборья в Меските да и здесь в Финиксе, ты уже заработал достаточно. На черта тебе связываться с этим дьяволом? — Видя, что Хэл не отвечает, Джим добавил: — Если ты все-таки решил этим заняться, надеюсь, ты хорошо понимаешь, что делаешь и зачем.
Хэл встретился взглядом с темными глазами, очень похожими на его собственные, всмотрелся в изборожденное морщинами бронзовое лицо дяди.
— Я уверен, что это именно то, что я хочу и должен сделать.
Джим помолчал некоторое время, вглядываясь в лице племянника.
— Неужели она так много для тебя значит?
Хэл поспешно отвел взгляд. Он терпеть не мог, когда Чокто Джим задавал вопросы, гораздо больше похожие на констатацию факта. Эта старая мудрая сова слишком проницательна.
— Ты не понимаешь ситуацию, — пробормотал Хэл; но Джима было не так-то легко провести.
— Если ты так упорно настроен сделать это для нее и из-за нее, — медленно проговорил он, — в таком случив советую тебе представлять ее лицо, когда Крок начнет тебя кружить. Может статься, он начнет бросать тебя по всей арене.
Хэл перелез через загородку и сосредоточил все внимание на огромном быке, стоявшем прямо под ним и беспокойно бившем копытами по железному настилу загона. С помощью Чокто Джима и ковбоя, отвечавшего за ворота загона, Хэл накинул на животное веревку. Потом, заняв нужное положение над Кроком, он просунул правую руку в перчатке в веревочную петлю. Взяв в левую руку свободный конец веревки, он плотно обмотал его вокруг правой руки и зажал между безымянным пальцем и мизинцем.
Эта веревка с латунным колокольчиком, болтающимся под брюхом быка, — единственное, что удерживает ковбоя на спине животного. Самое подходящее время вспоминать об этом, подумал Хэл. В качестве дополнительной меры предосторожности он выбрал слабину веревки и натянул ее так, что она чуть ли не врезалась в обтянутую перчаткой руку.
— Не затягивай слишком туго, — посоветовал Джим. — Нужно, чтобы ты мог быстро освободить руку и спрыгнуть, если возникнет необходимость. Не хватало еще повиснуть на веревке и болтаться на боку этого дьявола в обличье быка, как тряпичная кукла. Особенно с твоими ребрами.
— На тот случай, если я запутаюсь, существуют клоуны. Эти ловкие ребята для того и нужны, чтобы отвлечь быка и помочь мне освободиться, — напомнил Хэл.
— Согласен. Только не осложняй их задачу еще больше, она и так не проста, — проворчал Джим. — Самое страшное для клоунов — твердолобые ковбои и полубезумные быки.
Ухватившись свободной рукой за верхнюю перекладину загородки, Хэл опустился на спину Крокодила. Ощущение было такое, как будто он оседлал гранитную статую. Гладкая шкура Крека скользила под его джинсами, глухой рык, слышный из чрева быка, придавал зверю сходство с вулканом, готовым вот-вот извергнуть лаву. Можно было не сомневаться, извержение начнется сразу же, как только откроются ворота загона. Крок нетерпеливо фыркал, брызгал слюной и лягал копытами металлические прутья загородки, явно сгорая от нетерпения сбросить ковбоя с его опасного насеста.
Хэл набрал в легкие побольше воздуха и кивнул ковбою, стоявшему у ворот. Когда Чокто Джим рывком затянул веревку, свободно болтавшуюся под брюхом быка, Крок яростно ударился о стенку заграждения, пытаясь оторвать Хэлу левую ногу еще до того, как они вылетят на ярко освещенную арену.
— А ты, оказывается, злобный сукин сын, — прорычал Хэл, обращаясь к громаде жестких мускулов, на которой сидел.
— Другого такого злобного быка, как Крок, нечасто встретишь, — заметил ковбой на воротах. — У него нет ни одного слабого места. Обычно сначала он делает два резких прыжка, потом круто забирает вправо. Крок попытается припереть тебя к стенке, так что постарайся его обмануть и держись поближе к центру спины. После этого зверюга обычно начинает вертеться, как сумасшедший. Что он придумает потом — не знаю, будет зависеть от твоей реакции. Этот злодей отлично чувствует седока и действует каждый раз по-разному. Когда окажешься на земле, беги что есть сил. Знай, Крок будет преследовать тебя, чуть зазеваешься — и он тебя убьет. Джастин из Монтаны мог стать новой сенсацией, если бы Крок не перебежал ему дорожку.
— Спасибо, что утешил, — усмехнулся Хэл. В ответ ковбой тоже усмехнулся.
— Просто пытаюсь помочь тебе остаться в живых. Я рассчитываю посмотреть тебя в декабре в Сверкающем каньоне. Любой ковбой, который садится на быка, когда вовсе не обязан этого делать, даже чтобы выйти в Национальный финал, может рассчитывать на мой голос… Ну что, готов? Выпускаю!
Ворота распахнулись, и бык вылетел на арену. Хэл держался в центре горбатой спины быка, стараясь по мере возможности сидеть ровнее. С пеной у рта, выкатив глаза, бык взбрыкнул и высоко подпрыгнул, потом резко метнулся вправо, пытаясь заставить седока сползти на бок.
Хэл стиснул зубы и мертвой хваткой вцепился в петлю. Он старался синхронизировать собственные движения с замысловатыми прыжками животного, попробовал зацепиться шпорами за шкуру Крока. Бесполезно. Это было равносильно попытке пришпорить бетономешалку. У Крока не было не только слабого места — у него не было мягкого места. Бык резко развернулся влево; Хэл отчаянно старался сохранять центр тяжести выше веревочной петли. Крок подпрыгнул и так мощно приземлился на все четыре копыта, что у Хэла заскрипели зубы, а все кости задребезжали, словно горох в погремушке.
«Как хорошо, что в Меските я успел отшлифовать свое мастерство», — промелькнуло в голове Хэла. Свирепые быки на родео в Финиксе тоже сослужили ему неплохую службу и в какой-то степени подготовили к встрече с этим мистером, которого он вытянул по жребию в Аризоне.
Трибуны был набиты битком.
— Осталось шесть секунд! — раздался из громкоговорителя голос ведущего.
И тут Крок стал готовиться к своему знаменитому вращению, которое лишало наездника ориентации и тем снискала быку недобрую славу среди ковбоев. Тряхнув головой и разбрызгивая вокруг себя слюну и хлопья пены, Крок одним стремительным движением подпрыгнул вверх и одновременно метнулся в сторону. Весь мир Хэла превратился в одно сплошное туманное пятно. Он отчаянным усилием выпрямился, стараясь, чтобы его не втянуло в ураганный вихрь, созданный вращением быка.
Все вокруг смешалось для Хэла. Ничего не видя и не слыша, он знал только одно: он ни за что не выпустит веревку. Рука, сжимавшая петлю, почти онемела, он чувствовал только слабую тупую боль. С каждым рывком быка позвоночник ковбоя будто распадался на отдельные позвонки, которые через мгновение снова сжимались, ввиваясь друг в друга, когда копыта быка мощно и яростно ударялись о землю.
Хэл чувствовал, как с каждой миллисекундой усиливается головокружение. Крок вертелся со скоростью центрифуги стиральной машины В следующий миг взбешенное животное, резко подпрыгивая и высоко взбрыкивая задними ногами, попыталось вывернуться наизнанку, и Хэл вспомнил совет Джима. Нужно на чем-то сфокусироваться. Когда этот злодей попытается перевернуть тебя вверх ногами и швырнуть твоим бедным задом об землю, найди нужный образ, который поможет тебе удерживать мир в правильном положении.
И Хэл приказал себе сосредоточиться на единственной вещи, которую все предыдущие шестнадцать дней и ночей тщетно пытался забыть. В мире, где все кружилось, где боль в собственном теле и мощная враждебная сила грозили поколебать его решимость, Хэл выбрал для себя единственный спасительный якорь — он вызвал в памяти облако шелковистых темно-рыжих волос и завораживающие фиалковые глаза. Все его тело превратилось в сплошной сгусток боли, но Хэл уже не ощущал ничего. Он целиком сконцентрировался на запретном воспоминании, на моменте наивысшего наслаждения.
— Три секунды, леди и джентльмены, осталось три секунды! — возбужденно кричал ведущий. — Еще ни один ковбой в Финиксе не продержался на Кривее так долго. Давайте же покажем Хэлу Гриффину, что мы за него болеем!
Но Хэл не слышал приветственных криков зрителей. Для него не существовало ничего, кроме топота копыт и яростного фырканья…
«Держись, Грифф, жалкий ублюдок, ты должен держаться ради нее. За то, что ты с ней сделал…»
Хэл почувствовал резкую рвущую боль в руке, эта боль угрожала отвлечь его внимание. Крок бесновался под ним, пытаясь сбросить ковбоя вниз головой. Чтобы удержаться, Хэлу пришлось привлечь на помощь всю выдержку, все свои силы — и физические и духовные, все, что у него было.
— Одна секунда! — завопил ведущий.
Прозвучал гонг, и Хэл машинально дернул руку, пытаясь освободиться от веревки, обмотанной вокруг запястья.
— Он сделал это, леди и джентльмены!
В момент, когда Хэлу полагалось бы испытывать громадное облегчение и ничего больше, он отчаянно пытался высвободить правую руку, которая запуталась в веревке, оказавшись привязанной к петле. Хэл, разумеется, не собирался скакать на этом чудовище больше положенных восьми секунд, во не мог же он спрыгнуть на землю без собственной правой руки!
По трибунам пронесся всеобщий вздох, болельщики как по команде вскочили на ноги. Крок сделал еще один головокружительный поворот, и Хэл распластался по горбатой спине. В любой момент центробежная сила могла отбросить его, и он бы беспомощно завертелся в воздухе.
Хэл тихо выругался, продолжая воевать с собственной рукой. Клоуны подбежали к быку, чтобы отвлечь его внимание на себя, и Хэл лихорадочно заработал пальцами. «Сейчас или никогда», — мысленно сказал он. Еще одной серии поворотов на спине этого монстра он просто не выдержит, он окончательно потерял равновесие.
Стиснув зубы, Хэл рванул руку в сторону и почувствовал, как ее пронзила острая боль от плеча до запястья. Крок совершил очередной дикий прыжок, и Хэл взлетел в воздух. Сквозь туман в глазах он видел, как клоуны в пестрых костюмах побежали к нему, а потом дальше, мимо него, отвлекая внимание быка. Хэл с размаху плашмя шлепнулся на землю, так что из легких со свистом вышел воздух. Каждый мускул, каждая косточка в его теле загудели, как камертон настройщика.
Хэл мысленно скомандовал себе встать: «Поднимайся и быстро прочь с дороги этого маньяка!»
Еще один громкий вздох с трибун подсказал Хэлу, что над ним нависла опасность. Он перевернулся на земле и увидел в угрожающей близости от себя дьявольские черные глаза и морду в пене. Бык надвигался, и в Хэле проснулся наконец инстинкт самосохранения.
— Осторожно, Грифф! — крикнул один из клоунов, одновременно пытаясь отпугнуть быка, тыча его пикой в плечо.
Хэл успел подумать, что, наверное, и сам сатана не может быть страшнее Крокодила. Раздутые ноздри животного чуяли запах Хэла. Крок жаждал крови — его крови.
Бык наклонил голову, нацелив рога, но Хэл успел поднять левую руку, чтобы защитить себя. Когда он с трудом встал на ноги под испуганные крики зрителей, его руку пронзила острая боль.
Пошатываясь, он сделал несколько шагов на подгибающихся ногах, и клоуны тут же бросились на выручку. Хэла оттащили к изгороди. Он тяжело дышал. Все тело болело так, что он даже не мог точно определить, что именно болит. Он не знал, какая часть его тела в худшем состоянии, но левая рука определенно требовала немедленного внимания. Хэл тупо уставился на следы крови на предплечье. К нему с важным видом подошел молоденький репортер.
— Адский способ зарабатывать себе на жизнь, — невозмутимо заметил парень.
Небрежный тон и снисходительный взгляд, которым его смерил репортер, разозлили Хэла. Хотя рука уже болела так, что в глазах темнело, Хэл решил: будь он проклят, если позволит какому-то веснушчатому молокососу догадаться об этом. Пренебрежительно фыркнув, он заметил:
— Да я скорее еще раз оседлаю Крока, чем поменяюсь с тобой местами, парень.
Репортера оттеснила толпа ковбоев, спешивших поздравить Хэла, справиться о его состоянии.
Первым подошел Оле Андерсон по прозвищу Петух, великан из Южной Дакоты.
— Классная езда, — похвалил он, — а теперь давай посмотрим, что с рукой.
Хэл осторожно расстегнул манжет рубашки и закатал рукав.
— Господи Иисусе! — Андерсон даже присвистнул. — Да ты ее сломал!
Хэл уставился на рваную рану с торчащим осколком кости. Это был далеко не первый перелом в его жизни, но мальчишка-репортер впервые видел такое воочию. Лицо парня стало белым как мел.
— Это сувенир. — Хэл сумел усмехнуться. — Как мило со стороны Крока оставить мне подарочек на память.
Репортер шумно сглотнул слюну и, пошатнувшись, отошел в сторону.
Заметив, что через толпу к нему пробивается Чокто Джим, Хэл поспешно опустил рукав, но не сумел сделать это достаточно быстро. Джим уставился на поврежденную руку, потом с негодованием поднял глаза на Хэла.
— Ну что, удовлетворен? — пробурчал он, подталкивая племянника к раздевалке, чтобы забрать вещи. — Может, ты и заработал за эту скачку кругленькую сумму, но заодно заработал и место в ближайшей больнице.
— Никаких больниц! — заартачился Хэл. — Терпеть не могу, когда эти типы в белых халатах увиваются вокруг меня и указывают, что мне можно делать, а чего нельзя.
Чокто Джим остановился.
— Ты хочешь, как Берни Брайант, остаться на всю жизнь с искалеченной рукой?
— Нет.
Джим мог бы и не напоминать, Хэл и так слишком хорошо помнил, какой неестественно изогнутой была рука Берни.
— Тогда не спорь со мной. — Джим подтолкнул племянника вперед по пандусу к своему пикапу. — Твою руку нужно срочно показать врачу.
Хэлу пришлось смириться, и он позволил отвезти себя в одно из самых нелюбимых мест. Ему ужасно не хотелось это признавать, но рука причиняла страшную боль. Нечего и говорить, что на следующем родео он выступать не сможет. Состязания в Биллингсе, штат Монтана, придется пропустить и ограничиться только теми деньгами, которые принесут его лошади.
Хэл поклялся себе, что в Бисмарке вернется на арену и даже сломанная рука его не остановит. Хватит того, что все родео в Биллингсе ему придется просидеть на трибуне как болельщику. На левую руку наложат гипс, тут уж ничего не поделаешь, но за две недели он должен к нему привыкнуть.
Получив денежный выигрыш в Финиксе, Хэл тут же послал его Андреа — точно так же он поступил после родео в Меските. К концу месяца Тому Гилмору придется согласиться дать Флетчерам отсрочку по выкупу заложенной собственности.
— Хэл? — окликнул Чокто Джим, садясь за: руль.
— Надеюсь, дядя, за этим не последует очередная длинная лекция, на которые ты большой мастер?
— Нет.
Джим вырулил на дорогу, ведущую к больнице.
— Значит, еще одно философское изречение?
— Угадал. Помнишь веселенькие секунды, когда ты пытался освободиться от веревки, которую сам же слишком туго обмотал вокруг руки?
— Еще бы, черта с два такое забудешь, — пробурчал Хэл, прижимая раненую руку к гудящим от боли ребрам.
— Когда ты пытаешься освободиться от хорошенького рыжего ковбоя из Оклахомы, происходит то же самое. И тогда, и сейчас ты слишком прочно привязался.
Хэл хмуро взглянул на дядю исподлобья.
— Ты знаешь мои жизненные правила.
Сердитая гримаса племянника вызвала у Джима улыбку.
— Бывает, правила ломают — так же как и руки. Умный человек может избавить себя от уймы лишних проблем…
— Ты в этом ничего не понимаешь, так что не суйся не в свое дело, — пробурчал Хэл, глядя за окно на проносящиеся мимо огни.
Джим покосился на племянника. Оказывается, Хэл с Нэшем — два сапога пара.
— Это ты не хочешь понять, что в нашем мире существуют некоторые силы, против которых человек не может ничего поделать. Но в один прекрасный день ты это поймешь, — предсказал Джим.
— Черт возьми, лучше уж отправиться в больницу, чем сидеть тут и выслушивать всякую галиматью.
Джим с готовностью поддакнул племяннику, все еще усмехаясь:
— Что угодно, лишь бы ты был счастлив, сынок. Честно говоря, жду не дождусь того дня, когда до тебя наконец дойдет, что именно сделает тебя счастливым.
Хэл почел за лучшее промолчать. Спорить с Чокто Джимом бесполезно, все равно проиграешь. У старой мудрой совы на все готов ответ. Если разобраться, Джим — единственный человек на свете, которому в спорах с Хэлом удавалось оставить за собой последнее слово. Вот и сейчас произошло то же самое.
Андреа в изнеможении рухнула на диван. Ноги гудели, и она закинула их на подлокотник. Осталась позади еще одна долгая изнурительная неделя. Андреа совершенно вымоталась, пытаясь найти работу, которая помогла бы им выплатить долги. Хачукби и его окрестности мало, что могли предложить женщине с ее специальностью, штат ветеринарной клиники был уже полностью укомплектован. Андреа обнаружила, что для большинства должностей, которые все-таки иногда предлагались, она была слишком хорошо образована.
В конце концов, хотя ей этого страшно не хотелось, Андреа нанялась секретаршей к Таффу Сиверу в его агентство по страхованию и торговле недвижимостью. Офис на Мэйн-стрит был небольшой, всего в две комнаты, но даже эта работа была временной; вакансия открылась только потому, что Лиз Турман, постоянная секретарша, ушла в декретный отпуск. Лиз, школьная подруга Андреа, стала счастливой матерью очаровательной малышки, и Андреа закрывала брешь только до ее возвращения.
Она также устроилась по совместительству официанткой в салун «Слабая надежда», преодолев свое многолетнее отвращение к работе подобного сорта. То, что она тетерь могла равнодушно сновать среди толпы посетителей и не шарахаться от каждого мужчины, было бесспорной заслугой Хэла Гриффина.
Да, нужно отдать Хэлу должное, в этом он ей действительно помог, думала Андреа, потягивая холодную содовою. Пусть он глубоко ранил ее, зато она стала воспринимать мужчин гораздо спокойнее. На сальные взгляды, восхищенное присвистывание и похотливые смешки, которые сопровождали ее от одного столика к другому, Андреа попросту не обращала внимания. Она осваивала трудную науку выживания. Усвоила она и еще один урок: оказывается, человек, который уже ушел из ее жизни, сумел свести любовь к примитивной сексуальной интрижке. И сделал он это без единого слова: одним лишь именным банковским чеком.
Андреа хорошо помнила тот день, когда открыла письмо, от Хэла. Несмотря на ее упорные возражения, ковбой прислал-таки деньги для погашения части ссуды. Судя по внушительной сумме чека, он, по-видимому, занял на состязаниях в Меските одно из первых мест.
Девушка гордо отослала чек обратно — точнее, на ранчо Чулоса, на имя Нэша Гриффина. Когда пришел еще один конверт — со штемпелем Аризоны, — она поступила с ним так же.
Андреа не собиралась принимать деньги от этого проклятого ковбоя. Ни при каких обстоятельствах. Он отказался принять ее любовь — ему, видите ли, не нужны лишние путы, что ж, в таком случае ей не нужны его деньги. И он сам — тоже. Хэл предложил деньги не потому, что искренне обеспокоен ее судьбой, а потому, что возомнил себя филантропом, нашел себе объект для благотворительности. Андреа оказалась в тяжелом положении, Хэл посочувствовал, и как-то так получилось, что он впутался в ее дела глубже, чем намеревался. Вот и все, никакими чувствами с его стороны и не пахнет.
— Ковбой чертов, — пробормотала Андреа, ни к кому не обращаясь. Она была одна в доме. Девушка посмотрела на часы: хорошо, если в перерывах между двумя работами ей удастся выкроить время и заскочить на стадион в Хачукби. В этот день команда Джейсона играла со своими главными соперниками, борясь за звание чемпиона округа. Но скорее всего, пока Джейсон лавирует между противниками и увертывается от нападений, ей придется лавировать между столиками и увертываться от назойливых рук клиентов.
Андреа нехотя встала с дивана. Пора переодеваться. Но не успела она подняться по лестнице на второй этаж, как внизу зазвонил телефон.
— Андреа? — произнес знакомый женский голос. Этот голос с характерными чувственными интонациями она уже слышала несколько недель назад на своем автоответчике.
— Это Дженна Рендалл. Хэл мне так и не перезвонил. Он еще здесь? Андреа мысленно помянула ковбоя недобрым словом.
— Нет, он отправился на родео.
— Как вы думаете, когда он должен вернуться?
Судя по вопросу, Дженна слышала сплетню, что Андреа — последнее увлечение Хэла. Смех да и только. На самом деле она его последняя отвергнутая любовница.
Звонок разбудил в девушке любопытство. С какой стати Дженна разыскивает Хэла? Неужели, несмотря на то, что слухи упорно связывали ковбоя с Андреа Флетчер, Дженна надеется раздуть старое пламя? Девушка попыталась уклониться от ответа.
— Я не знаю точно, когда он вернется. Хотите, чтобы я ему что-нибудь передала? — И добавила мысленно: «Вот уж чего гакогда не будет!»
— Я… — Дженна явно колебалась. — Нет, ничего. Просто передайте, что я звонила.
Андреа повесила трубку, проклиная эту изящную блондинку. Она готова была поставить десять к одному, что роковая женщина хотела просто помучить Хэла по старой памяти. А может, Дженна хотела потешить собственное самолюбие, разрушив предполагаемый зарождающийся роман Хэла и Андреа. То-то было бы смеху, узнай она, что Хэл не пожелал иметь с Андреа ничего общего!
Девушка торопливо переоделась в джинсы и свободную, слегка мешковатую блузку: Она отнюдь не горела желанием приступить к работе в салуне: ей уже до смерти надоело постоянно слушать, как местные донжуаны пытаются подняться в собственных глазах и глазах приятелей, отбив подружку у Хэла Гриффина. Смешно получилось: Хэл рассчитывал, что сплетни об их романе помогут удерживать остальных мужчин на расстоянии, а вышло как раз наоборот. Для записных ловеласов, околачивающихся в «Слабой надежде», Андреа стала чем-то вроде живого вызова. Любой считал своим долгом попытаться обольстить пассию знаменитого ковбоя. Но надежды у них было даже меньше, чем обещало название кафе.
Ни у одного мужчины нет ни единого шанса, напомнила себе Андреа. Она отдала свою любовь суровому ковбою, звезде родео, и что же? Он швырнул эту любовь ей обратно. Чтобы она снова высунула голову из раковины? Нет уж, спасибо, она больше не сделает такой глупости. Ни ради кого.
Хотя Андреа не любила свою работу в салуне, та приносила неплохие чаевые, а отчаянная нужда в деньгах помогала девушке терпеть приставания мужчин.
Быстро взглянув на себя в зеркало, Андреа наскоро причесалась и резинкой собрала непослушные волосы в конский хвост. Потом в такой же спешке сбежала по лестнице. Пора ехать на работу. Осталось приклеить на лицо искусственную улыбку и удерживать ее в течение четырех часов. Если так пойдет и дальше, к концу месяца она сможет заплатить банку второй взнос.
Через два-три месяца можно будет вздохнуть посвободнее, а до тех пор Андреа — секретарша и официантка в одном лице и в немногое оставшееся :свободным время вдобавок пытается управлять ранчо. В таком ритме жизни было одно неоспоримое достоинство: не оставалось времени тосковать по проклятому ковбою.
За это Андреа могла благодарить судьбу.
В Биллингсе, штат Монтана, в мотеле «Хоу-Хам» Хэл без устали мерил шагами номер. Он чувствовал себя, как тигр, запертый в клетке. Хэл не мог выйти на арену, и вынужденное безделье чрезвычайно действовало ему на нервы — вернее, на то, что от них осталось. Гипс на левой руке тоже отнюдь не способствовал хорошему настроению. В отличие от Чокто Джима Хэл всегда предпочитал находиться в самой гуще событий на родео, и ему было очень тяжело оказаться на обочине. Постоянно испытывать свое мастерство, пытаться заарканить бычка еще быстрее, чем сделал это в прошлый раз, — вот к чему он привык. А сейчас что ему оставалось? Слоняться позади арены и загонов с животными да потягивать пиво в баре.
От бесцельного времяпрепровождения Хэл сделался таким беспокойным, что с трудом мог усидеть на месте. Они с Джимом взялись подвезти до Монтаны молодого ковбоя, пострадавшего на родео в Аризоне, и эта поездка стала для Хэла самым ярким событием недели. Джастин Симмс ехал с ними в кабине, и в его присутствии Чокто Джиму пришлось удержаться от своих философских нравоучений.
Джастина выписали из больницы в тот же вечер, когда туда поступил Хэл, и когда парень попросил прихватить его с собой на север, Хэл с готовностью согласился. К сожалению, утром за Джастином уже должен был заехать отец, и в Биллингсе парень решил в последний раз насладиться ночной жизнью, кипящей вокруг арены родео. В результате Хэл остался в номере мотеля на пару с дядей. Ковбой с гораздо большим удовольствием провел бы этот вечер в обществе веселого разбитного Джастина, чем с Чокто Джимом, который, растянувшись на кровати, улыбался своей любимой всепонимающей улыбочкой.
— Что, совсем измаялся? — заботливо поинтересовался Джим.
Хэл пробурчал что-то неразборчивое и рухнул в кресло, стоявшее рядом с обшарпанным столиком.
— Ты же всегда можешь ей позвонить — просто затем, чтобы поинтересоваться, как идут дела, а заодно узнать, получила ли она чеки.
— Я всецело доверяю почте, — бросил Хэл.
— В таком случае среди моих знакомых ты один такой, — заметал Джим.
Улыбка, безумно раздражавшая Хэла, стала еще шире. Минут через пять Джим невинно обронил:
— Интересно, как прошел футбольный матч между командами Хачукби и Канима-Спрингс? Кажется, ты говорил, что парнишка Флетчеров играет главным нападающим?
— Да, — отрывисто бросил Хэл.
— Интересно, чем сейчас занимаются Нэш и Криста?
— Вероятно, делают друг другу массаж, — язвительно протянул Хэл, — не стоит их прерывать.
Неожиданный стук в дверь показался Хэлу долгожданным избавлением. Открыв дверь, он обнаружил в коридоре Джастина, на руках которого висело по соблазнительной платиновой блондинке. Если не считать разных оттенков волос, красотки походили друг на дружку, как близнецы: обе были в коротких облегающих топах, привлекающих внимание к щедрым округлостям под ними, и тесных джинсах, не менее откровенно обрисовывающих пышные бедра. На лицах обеих женщин лежал такой толстый слой косметики, что Хэлу невольно пришло на ум сравнение с маской. Типичные «группи», решил он. У каждой, словно на лбу написано: «Всегда готова и жду с нетерпением».
— Мы собрались в салун «Серебряный жеребец» промочить горло, — протянул Джастин, — вот я и подумал, может, и ты присоединишься?
Хэл покосился на дядю: Чокто Джим поднял брови и понимающе усмехнулся. Так и есть, старый лис воображает, что Хэл слишком прикипел к Андреа, чтобы пуститься в загул, как бывало раньше. Что ж, Джиму придется отказаться от этой мысли. Хотя обе блондинки не были в его вкусе, любая из них вполне сгодится для постели. Третьесортная шлюшка — как раз то, что ему сейчас нужно.
— А почему бы и нет? — беззаботно произнес Хэл. Повернувшись, чтобы взять шляпу, Хэл наткнулся на многозначительный взгляд дяди.
— Не поможет, — доверительно прошептал Хэл взглянул на него с вызовом и залихватски натянув стетсон.
— Хочешь, поспорим?
Чокто Джим кивнул:
— Готов поспорить на сумму твоего будущего выигрыша в Бисмарке. Если я не прав — твой выигрыш удвоится.
— По рукам. Пока меня нет, можешь потренироваться выводить подпись на чеке.
И Хэл ушел, обняв здоровой рукой первую попавшуюся из двух блондинок.
— Не оглядывайся назад, Хэл, — бросил ему вслед Чокто Джим.
Хэл остановился в дверях.
— Это еще почему?
Джим негромко рассмеялся.
— Потому что мост, который ты пытаешься сжечь, все еще горит, и чтобы его залить, не хватит всего пива отсюда до Оклахомы.
Хэл стиснул зубы и вышел, хлопнув дверью. Девица с волосами цвета шампанского вызывающе потерлась пышной грудью о его руку, и Хэл почему-то почувствовал себя предателем. Сидя в машине по дороге к салуну, он повторяв себе, что нет никаких оснований испытывать угрызения совести. Это глупо, никого он не предает убеждал себя Хэл и продолжал убеждать всю дорогу, пока они ехали к салуну.
Он вольная птица, сам себе хозяин, его ничто не связывает, обещаний. Какая, в конце концов, разница, что глаза, которые на него смотрят, не фиалковые, а карие? Пусть у женщины не волнистые рыжие волосы, а прямые белесые пряди, что из того?
Таков его привычный стиль жизни — существование, не отягощенное всякими сложностями и самокопанием. Хэл привык путешествовать налегке, без лишнего багажа и эмоций. Завтра он будет уже на пути в Бисмарк, блондинка останется лишь смутным воспоминанием. Впереди, за горизонтом, его ждут новые рассветы, другие женщины, другие арены.
Хэл был полон решимости раз и навсегда выкинуть из головы и из своей жизни Андреа Флетчер.
Услужливая блондинка теснее прижалась к Хэлу. Что ж, огонь безличного, чисто физического желания — лучший способ очиститься, сказал себе ковбой, наливая вина из стоящей на столе бутылки. Хорошая выпивка и доступная женщина — все, что ему нужно. Это его вылечит.
С такой обнадеживающей мыслью Хэл налил себе еще стакан.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Счастливый шанс - Финч Кэрол



книга очень понравилась
Счастливый шанс - Финч Кэролнаталья
15.01.2011, 21.38





вот оно продолжение "Чудесный дар"
Счастливый шанс - Финч КэролЕлена
2.07.2011, 21.10





Роман ОФИГИТЕЛЬНЫЙ !
Счастливый шанс - Финч КэролМарина
11.11.2011, 20.04





начало ну прям не оторваться.....но где то с 16 главы читала через главу...все и так понятно и скучнова то стало 7 из 10
Счастливый шанс - Финч Кэролеще наталья
22.04.2012, 12.23





Posle kommentariev zahotelos prochest, no vpechatlenija roman ne proizvel. Nudnovatij i skuchnij! 6/10
Счастливый шанс - Финч КэролZzaeella
18.09.2012, 2.12





Очень интересно!! Это продолжение книги "Чудесный дар".Мне очень понравилось.
Счастливый шанс - Финч КэролМари
9.10.2012, 13.39





Прекрасный роман,мне он понравился даже больше,чем первый, про старшего броата.
Счастливый шанс - Финч КэролRimma
13.11.2012, 15.08





Прекрасный роман,мне он понравился даже больше,чем первый, про старшего броата.
Счастливый шанс - Финч КэролRimma
13.11.2012, 15.08





Прекрасный роман,мне он понравился даже больше,чем первый, про старшего броата.
Счастливый шанс - Финч КэролRimma
13.11.2012, 15.08





отличный ромиан.
Счастливый шанс - Финч КэролМарго
23.12.2012, 20.50





Совсем не понравилось, Героиня так раздражала что и читать не стала...
Счастливый шанс - Финч КэролЛюсьен
22.03.2013, 20.26





Первую и вторую часть" чудесный дар","счастливый шанс" прочитала за сутки на одном дыхании. Очень понравилось.здоровый юмор. Нет ни чего лишнего. Все по сути и по делу. Прямолинейность ГГ ошеломляет в обоих романах. Один роман дополняет второй. Получила положительные эмоции. Автору респект и уважуха.
Счастливый шанс - Финч КэролДаша
5.10.2014, 13.47





Прекрасно отдохнула за романом!Читать!
Счастливый шанс - Финч КэролНаталья 66
23.01.2016, 21.24





На мой взгляд роман растянут, динамика наблюдалась только во второй половине. Но в принципе ничего, прочитать можно
Счастливый шанс - Финч КэролЛенванна
14.03.2016, 17.45








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100