Читать онлайн Возьми меня с собой, автора - Филлипс Патриция, Раздел - Глава 25 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Возьми меня с собой - Филлипс Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.38 (Голосов: 13)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Возьми меня с собой - Филлипс Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Возьми меня с собой - Филлипс Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Филлипс Патриция

Возьми меня с собой

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 25

Мануэль вел остатки своего табора на запад. Они обогнули Дартмурскую пустошь, унылую болотистую местность в серой завесе дождя, за несколько дней пути не встретив ни души. Даже дикие пони, щипавшие траву, при их появлении стремительно убегали. Неделя за неделей их взгляду представлялось одно и то же, и Дженни потеряла счет дням пути. Осень не баловала их солнцем – каждый день шли дожди, а землю окутывали густые туманы, но здесь было теплее, чем в ее родном Суссексе. По обочинам дороги в изобилии росли шиповник, ежевика, самбук и смородина. На рассвете Дженни собирала грибы прямо на лужайках, а мужчины охотились на кроликов.
Наконец одним ясным, чуть морозным утром они увидели море. Над скалами с криком носились бакланы и чайки. Завернувшись в одеяло, Дженни в изумлении смотрела на белые барашки волн. Дул шквалистый ветер, и он был так силен, что узловатый терновник задирался вверх, упираясь в небо мозолистыми сучьями, походившими на негодующие персты. Ненасытные чайки с душераздирающими криками бросались в море, добывая рыбу.
– Ну как, чем не прекрасный вид? – Мануэль обнял Дженни за плечи. И сейчас, впервые за долгое время, его объятие не было ей отвратительно.
– Я думала, что уже никогда не увижу моря, так долго мы были в пути.
– А зимой у нас будет надежная крыша над головой. Наконец погреемся у настоящего домашнего очага. – Мануэль пребывал в отличном расположении духа – он был на пороге новой жизни.
Дженни улыбнулась. Без Мануэля, без его поразительного чутья и умения приспосабливаться к любой обстановке, она – да и все они – давно бы погибла. Мануэль был знаком с искусством врачевания – благодаря его знанию лекарственных растений раны на ее ладонях зажили, да и душевные раны тоже затянулись – она уже не была госпожой Данн, любовницей короля, и мысль о побеге давно оставила. Но эти места напомнили ей о человеке, чья родина была неподалеку. Дженни охватило неодолимое чувство тоски, на глаза навернулись слезы. Где он, Кит Эшфорд? В каких краях скитается?
Мануэль, не терявший надежды на то, что страсть ее разгорится вновь, осторожно смахнул слезу с ее щеки.
– Ты плачешь от счастья? – нежно спросил он. Дженни не ответила, боясь разрыдаться. Она с трудом могла примириться с тем, что Корнуолл открывал новую главу в ее жизни и она должна жить, получая то, что может ей предложить судьба.
Мануэль распрощался со своими спутниками на перекрестке дорог в нескольких милях от обители Фаулера. Солнце скрылось, и пейзаж из величественно-прекрасного превратился в уныло-серый. Пронзительные крики чаек звучали скорбным плачем по несчастным душам.
«Они скорбят и обо мне», – подумала Дженни.
Резкий ветер с моря пробирал до костей – не спасало даже толстое одеяло. Дженни, скорчившись от холода, спряталась под полог повозки, надеясь, что Мануэль не станет тянуть с прощанием. Но он с царственным видом принимал заверения своих соплеменников в любви и уважении. Дженни пришло на ум сравнение с Карлом Стюартом, и сердце заныло. Сейчас, спустя время, она могла по достоинству оценить его нежность и понимание. Пусть он часто ранил ее своей неверностью, но, без сомнения, любил. Она и предположить не могла, что вскоре на краю земли ею будет распоряжаться совсем иной король.
Рыбацкая деревня примостилась у подножия скал на берегу небольшого залива. Никаких роскошных особняков – всего лишь горстка беленых домиков. Узкая тропинка вела по каменным уступам наверх, к приземистому белому дому, расположенному на террасе, прямо над океаном.
– Вот это и будет наш дом, – растроганно произнес Мануэль, – именно таким я его и представлял.
Дженни была жестоко разочарована, она ожидала увидеть роскошный особняк. По сравнению с этим коттеджем ее дом в Херстемптоне мог показаться дворцом.
– Он говорил, что дом расположен над деревней, словно замок, – блестя глазами, говорил Мануэль. – У вас грязь на щеке, госпожа Фаулер, а нам скоро предстоит познакомиться с родственниками.
Дженни потерла щеку и пригладила волосы, заплетенные в скромную косу, короной уложенную вокруг головы. Рассеянно она вытаскивала траву из грубых туфель, которые чудесным образом появились у нее вчера. Мануэль раздобыл целый наряд, приличествующий скромной жене эсквайра, – пару шерстяных чулок, нижнюю юбку с кружевным подзором, серое скромное шерстяное платье. Еще Мануэль принес красный плащ из толстой шерсти – без него здесь было не обойтись из-за свирепого ветра. И хотя Дженни знала, что денег у Мануэля хватает, она не сомневалась, что все это краденые вещи. Но свои догадки она предпочитала держать при себе. Если Мануэль, по обыкновению, обобрал женщин, которых сам раздел, прежде чем затащить в постель, Дженни это никак не касалось – страсть ее к Мануэлю давно умерла, а вместе с ней и ревность.
Дженни осталась ждать Мануэля в повозке, а он первым делом направился в деревенскую таверну, чтобы заявить о себе и представиться новым соседям. Дженни обступили ребятишки, уставившись на нее, как на какое-нибудь заморское диво, но, когда она улыбнулась и дружелюбно протянула одному из них руку, все моментально разбежались, как лесные зверята, щебеча что-то на незнакомом языке. Дженни искренне удивилась, увидев мужчин, куривших табак – казалось, ему неоткуда взяться в этом забытом Богом месте, – и женщин, одетых в платья из вполне добротной, фабричной выделки, шерсти и обутых в крепкие кожаные туфли.
Мануэль вскоре вышел из таверны. Он лучезарно улыбался и вел себя так, как, по его представлениям, должен вести себя член высшего общества. По узкой, почти отвесно уходящей вверх тропинке они поднялись к дому, принадлежащему Сэмюелу Фаулеру.
– Я Сэмюел Фаулер, брат вашего покойного хозяина, – представился Мануэль открывшей дверь молоденькой горничной.
Дженни пряталась у Мануэля за спиной. Она сильно нервничала – ее будущее сейчас находилось в руках этого цыгана. От того, сумеет ли он выдать себя за хозяина дома, зависело все. У Мануэля был сильный ирландский акцент, и, говори он сейчас с кем-то, кто поездил по стране, в нем тут же распознали бы самозванца, но, к счастью, девушка, прислуживающая в доме, в жизни не покидала этих мест, и речь ирландца звучала для нее так же странно, как речь лондонца или жителя Эдинбурга.
– Мы можем войти? – спросил Мануэль, подталкивая впереди себя Дженни. – Ветер уж слишком свеж. Моя жена Дженни, – представил он ее.
Мануэль не знал, знакома ли прислуга с настоящей женой Сэмюела, и на всякий случай приготовил историю о своем вдовстве и повторной женитьбе.
Простой добротный дом оказался вполне уютным и теплым. Дубовая мебель внушала чувство спокойной уверенности, бронзовые ручки на дверях блестели, на дубовой обшивке стен – ни пылинки. Дженни подошла к камину, блаженно протянув руки к огню.
– Добро пожаловать в Фаулерс-Коув, – краснея от смущения, сказала горничная. – Мы получили сообщение о том, что хозяин умер во время чумы. Мы думали, и вы тоже.
– К счастью, меня миновала сия печальная участь. Не бойтесь, я готов предъявить документы, удостоверяющие мою личность. Не хотелось бы, чтобы недвижимость попала в чужие руки, верно? – Мануэль многозначительно подмигнул смущенной служанке и потрепал ее по щеке. Дженни наблюдала за «мужем» с неодобрением. Ей казалось, что почтенный эсквайр не должен вести себя так вольно, заигрывая со служанкой едва ли не с первых минут знакомства.
Не прошло и часа, как едва ли не каждый житель Фаулерс-Коув, преодолев крутой подъем, заглянул в дом, чтобы познакомиться с новым хозяином. Отдавая должное Мануэлю, Дженни не могла не признать, что он вел себя как заправский джентльмен. Впрочем, если вспомнить обстоятельства их знакомства, удивляться было нечему – в Мануэле погиб великий артист.
– Бедняга Ричард, такая утрата, – скорбным голосом повторял он. Золотые часы бедняги Ричарда здорово смотрелись на его же золотой цепочке, торчащей из жилетного кармана Мануэля. – Я больше не мог оставаться в городе. Эти печальные воспоминания невыносимы! Я срочно продал дело и отправился сюда.
Речь его была встречена одобрительно. Пока все шло так, как задумал Мануэль.
Но как бы ни наслаждался Мануэль новым статусом, тихая, словно стоячее болото, жизнь деревушки вскоре стала действовать ему на нервы. У покойного владельца дома имелся богатый запас французского вина в кладовой, в нем Мануэль и топил скуку.
Дженни полюбила этот дом на скале. Мебель, которую привез Мануэль из Лондона, отлично вписалась в обстановку, добавила ей элегантности и шика. Старинный клавесин, в числе прочего, вызывал у жителей деревни большой интерес. Дженни пришлось объяснить им, что инструмент принадлежал ее покойной сестре, чтобы оправдать свое неумение играть на нем. Но свою жизнь в качестве жены Сэмюела Фаулера Дженни никак не могла назвать счастливой. По мере того как опустошался винный погреб, Мануэль становился все мрачнее и все чаще впадал в ничем не объяснимую ярость.
Порывистый ветер бил в ставни, душераздирающе завывал в трубе.
– Принеси мне еще одну бутылку вина! – заплетающимся языком потребовал Мануэль и, когда Дженни не отреагировала, стукнул кулаком по столу, перевернув миску с айвовым компотом.
– Хватит с тебя.
– Не принесешь? Тогда я позову Бесси. Она-то всегда готова услужить.
Мануэль скабрезно усмехнулся. Дженни внутренне сжалась – не потому, что ревновала его, – Бесси была совсем молоденькой невинной девушкой, чистой и наивной, и ей было искренне ее жаль. По собственному опыту Дженни знала, как трудно служанке противостоять хозяину. Особенно такому, как Мануэль.
– Оставь ее в покое! У нее есть жених.
– Да я ее и не трогал. Пока. Но что делать, если ты стала бесчувственной, как бревно. Наверное, здешний климат так дурно на тебя влияет. Или этот богатый ублюдок всю страсть из тебя выкачал. – Мануэль, покачиваясь, подошел к кушетке – там у камина вязала Дженни. – Пошли в спальню, может, сегодня мне и тебя хватит.
Первым побуждением Дженни было ударить Мануэля по лицу, но, подумав о ладной румяной Бесси, которая за стенкой, напевая, мыла посуду, она сдержалась.
– Чего ты хочешь от меня?
– А ты не понимаешь? Я хочу того, что когда-то получал от тебя! – Мануэль грубо схватил ее за грудь, ущипнул за сосок так, что она вскрикнула от боли. Рывком расстегнул лиф платья.
– Прекрати! Что, если Бесси войдет?
– Ну а если и войдет, что за беда? Для нее же лучше и для мужчин, с которыми она будет спать. Ну давай, не вредничай. Ты знаешь, у меня было много женщин, но ни одна не удовлетворяла мое тело и мою душу так, как умеешь это делать ты.
Дженни замерла. Сегодня его поцелуи были не грубыми и требовательными, как обычно, он был ласков с ней, нежно касался губами ее шеи, нашептывая на ухо всякую любовную чепуху. Он достал ее грудь, словно спелый фрукт, любуясь ею, целуя ее с почтением, словно руку мадонны. Увы, он не смог разжечь в ней страсть. Дженни втайне молила о том, чтобы вино помешало ему дойти до конца, чтобы он уснул, так и не овладев ею. Последнее время пьянство серьезно начало сказываться на его мужской силе, но Дженни это было даже на руку.
– Ты больше не любишь меня? – спросил он наконец с болью в голосе. В его взгляде не было ни гнева, ни ярости, только упрек и боль.
– Другие мужчины, Мануэль, испортили то, что было между нами.
– Этого нельзя испортить! Нам было хорошо вместе. Боже, как нам было хорошо! – Он нежно прикоснулся к ее щеке. – Я больше тебя не возбуждаю? Мои чувства остались прежними.
– Зато мои изменились.
Мануэль отшатнулся, ее честность больно ранила его. Шатаясь, он отошел к камину. Его мечта превратилась в ничто! Победа оказалась пирровой. Ему не нужен был этот дом с его уютом и статус уважаемого человека без ее любви! Будь прокляты те ублюдки, что наряжали ее в шелка и бархат! Будь прокляты те, кто украл у него мечту! Он держал в плену ее тело, но душа Дженни, предательница, ускользнула от него. Теперь ему оставалось только искать утешение на дне бутылки. Дженни не стала его останавливать.
Вдруг им обоим послышалось, что кто-то стучит за дубовой обшивкой возле камина. Испуганные, они посмотрели друг на друга.
– Эсквайр, это вы? – послышался приглушенный голос где-то внутри стены. Стук становился настойчивее и громче. – Эсквайр, Джем Картер серьезно ранен. Впустите!
Мануэль сделал Дженни знак молчать, а сам подошел к стене. Хмель соскочил с него мгновенно.
– Кто ищет эсквайра Фаулера? – спросил он чуть хрипловатым от выпитого вина голосом.
– Скит и Уоррит, – ответил кто-то за стеной.
Мануэль, пытаясь отыскать секретный механизм, открывающий дверь, заметил резную кнопку в центре рисунка. Он нажал на нее, и панель повернулась.
Перед ним предстали два изумленных моряка.
– Где эсквайр Фаулер? – сердито спросил один из них. – И кто она такая? – указал он пальцем на Дженни.
– Моя жена. У вас неприятности?
– Вы еще спрашиваете? Не говорите мне, что ничего не знаете!
– Вы должны простить мое невежество, но я не Ричард Фаулер, я его брат – всю жизнь прожил в Лондоне, про его дела ничего не знаю. Бедняга Ричард умер, и его дом теперь принадлежит мне. – Мануэль отступил, пропуская гостей в дом, и приветливо сказал: – Вы устали и промокли. Как насчет бренди? По стаканчику?
Гости приняли предложение с воодушевлением…
– Тут у нас Джем Картер ногу повредил, – вернулся к прежней теме тот, что постарше.
В дом втащили молодого парня, он был без сознания.
Мануэль прощупал ногу и озабоченно сдвинул брови.
– Плохо дело. Сломано две кости. Как это случилось?
– Поскользнулся на палубе, – сказал бородатый, жадно поглядывая на графин с бренди.
– Не может быть, чтобы вы в такую погоду выходили рыбачить!
– Он подумал, что мы рыбаки! Нет, эсквайр, мы контрабандисты из Коверика. Люди подневольные. Приказали корабль разгружать – мы делаем, а чем погода хуже, тем для нас лучше. Капитан «Калины» – парень горячий, ему не перечь. Только его хорошенькая сестричка и может с ним справиться.
– Понятно, значит, мой братец был вашим боссом. – Зеленые глаза Мануэля загорелись.
– Зря мы к вам, наверно, пришли. – Моряки встревожено переглянулись.
– Я ничего не знал о делах брата, это верно, но я не вчера родился и с удовольствием продолжу его дело.
У Дженни сжалось сердце. Верно говорят, беда сама находит того, кого надо.
– Вы знаете, кому можно сбыть товар?
– Я знаю одного цыгана, здесь неподалеку. С ним можно вести дела.
– Ну что же, в итоге все получилось славненько, – заключил Уоррит. – А как насчет нее. – Он бросил взгляд на Дженни, и глаза его жадно вспыхнули – точь-в-точь как при взгляде на бренди. – Она не проболтается?
– За нее не беспокойтесь, – сказал Мануэль и одарил их своей обезоруживающей улыбкой. Он оживился: наконец-то у него будет настоящее мужское дело! – Дорогая женушка, – весело сказал Мануэль, – налей-ка нашим гостям еще бренди.
Миновало Рождество, не отмеченное ни снегом, ни веселым празднованием. Дженни с помощью Бесси испекла пирог с цукатами и коврижки, но Мануэль едва притронулся к угощению. Новое дело захватило его целиком.
Как-то серым январским днем, когда на море штормило и ветер налетал с такой силой, что из дома выходить не хотелось, раздался стук в дверь с черного хода. Дженни вышла посмотреть, кто пришел, и была немало удивлена, увидев красивую темноволосую незнакомку в красном шерстяном плаще.
– Госпожа Фаулер, я Тамара Картер, сестра того моряка, что отлеживается у вас, – сказала женщина, откинув со лба непокорную прядь. Незнакомка была удивлена не меньше хозяйки, увидев перед собой женщину, не уступающую ей в красоте. И это открытие было ей не слишком приятно. Тамара привыкла быть в центре внимания. Теперь у нее появилась соперница.
– Заходите, Тамара. Джем чувствует себя гораздо лучше. Дженни подала незнакомке руку, приглашая ее войти.
Неудивительно, что бравый капитан так прикипел к этой стройной красавице. Черные волосы, ярко-голубые глаза и алые губы обещали райское наслаждение любому мужчине. Но в голубых глазах Тамары Дженни заметила враждебность. – Я принесла ему угощение. Мать напекла. Я бы пришла раньше, но…
– Захотела повидаться с бравым капитаном «Калины», – с улыбкой закончила за нее Дженни. – Я права? – Она вдруг перестала улыбаться. – Когда-то я любила одного капитана, – задумчиво произнесла Дженни.
Тамара давно поднялась наверх, к своему раненому брату, а Дженни все сидела у окна, стараясь справиться с сердечной болью. Не надо было вспоминать Кита Эшфорда, не мучилась бы сейчас. В следующий раз захочется что-нибудь сказать о нем, надо губу прикусить. Боже, как она завидовала красавице Тамаре – возлюбленной бравого капитана!
Дженни никогда раньше не жила возле моря, не знала, какое оно изменчивое. С приходом весны его угрюмо-серый цвет сменился лазурным. Дженни восторженно улыбалась – море, ласковое, нежное, плескалось у подножия скал, словно ластилось к ним. Белые облака плыли по голубому небу. Когда светило солнце и дул легкий ветерок, Корнуолл был самым прекрасным местом на земле.
Мануэль был так увлечен новым делом, что Дженни по большей части была предоставлена самой себе и очень дорожила обретенной свободой. Кроме того, дополнительный доход позволил им нанять еще двух помощников в дом – Доррит, сестру Бесси, и ее брата Айзека. Так что Дженни уже ничего не имела против незаконных занятий Мануэля.
Прикрыв ладонью глаза от солнца, Дженни вглядывалась в морскую даль, стараясь увидеть черный силуэт корабля. Ночью контрабандисты подплывали к кораблю и перегружали содержимое трюмов в свои лодки. Должно быть, корабль принадлежал любовнику Тамары, поскольку вот уже неделю она не показывалась в доме, где выздоравливал ее брат.
Джем Картер уже передвигался по дому с помощью грубо сколоченного костыля. Он ждал прихода Дженни на кухне.
– Хозяин плох, госпожа, – сообщил Джем.
Дженни не надо было ничего объяснять, она знала, что имел в виду моряк – Мануэль уже успел надраться в стельку. Но сегодня ночью предстояла работа, и она не хотела, чтобы из-за его пьянства пострадали другие.
К ночи Мануэль был безнадежно пьян. Он слонялся по гостиной небритый, в расстегнутой рубашке. Некогда крепкое тело обрюзгло. Все его желания сейчас были сконцентрированы на бутылке. Дженни нервничала – вот-вот должен был раздаться условный стук. Ей совсем не нравилась перспектива общения с командой моряков с иностранного судна. Даже когда к Мануэлю приходили местные моряки, под их голодными взглядами она чувствовала себя не слишком комфортно. Но местные, быть может, из уважения к земляку, к тому же эсквайру, не посмеют ее тронуть, что же до иностранных моряков… туг ни в чем нельзя быть уверенной.
Всех слуг отпустили по домам. Так поступали всегда, когда ночью выдавалась «работенка». Эта мера предосторожности была необходима – если констебли дознаются и начнут опрашивать слуг, те ничего не смогут им ответить.
Ночь выдалась на редкость тихая. Месяц тонким серпом висел на черном небе, но когда на него наплывали облака, все окутывала густая тьма. Контрабандистов после долгого подъема всегда мучила жажда, и Дженни заранее выставила на стол бутылки с вином. Когда послышался стук за панелью, Дженни подскочила в тревоге. Еще две серии условного стука, и Дженни решила открыть.
Два бородатых моряка вошли в гостиную. Один взгляд на спящего хозяина – и им стало ясно, что сегодня он ни на что не годится.
– Эсквайр крепко спит, хозяйка, – многозначительно подмигнув Дженни, констатировал Уоррит.
Дженни кивнула, поджав губы.
– Он все подготовил. Вот ваши деньги. – Она достала мешочки с серебром из шкафчика в углу. Но мужчины не уходили, как будто чего-то ожидая. Снизу донеслись глухие удары, это в кладовую грузили ящики с вином и бренди. Уоррит и Скит отошли в сторону, пропуская в дом тех, что закончили погрузку и теперь пришли утолить жажду.
– Голландцы и лягушатники, – сообщил Уоррит хриплым шепотом. – С «Калины». Капитан отпустил на берег поразмяться.
Мужчины прищелкивали языками, проходя к столу с бутылками. Но когда Дженни подошла к двери, чтобы оставить их, могучий детина преградил ей дорогу.
– Окажите милость бедному одинокому моряку, – сказал он, потянувшись к ее нежной щеке.
Дженни стало по-настоящему страшно, когда мужчины стали медленно наступать, словно волки, замыкая ее в кольцо.
– Не смейте ко мне прикасаться! Имейте уважение к этому дому!
Мужчины переглянулись и подступили еще ближе.
– Ну не надо, хозяйка, – ухмыльнулся Уоррит, улыбаясь щербатым ртом. – Они этот дом уважают и принесли эсквайру подарок. Но им хочется получить подарок взамен.
У Дженни полегчало на душе. Подарок! Она огляделась, придумывая, что могла бы им подарить, чтобы они остались довольны.
– Дайте подумать…
– Подарок – это вы. Он хочет вас. У капитана на женщин взгляд наметанный. – С этими словами самый здоровый из моряков перехватил Дженни за талию, второй схватил за руки, третий за ноги. Уоррит и Скит стояли в стороне, хихикая от удовольствия.
– Как вы смеете?! Отпустите меня сейчас же! Мануэль, заклинаю, проснись!
Кто-то зажал ей рот соленой ладонью.
Мануэль заерзал на стуле, что-то пробормотал, но так и не проснулся.
Моряки стащили ее вниз, на берег. Завернув в одеяло, а поверх еще и в парусину, они положили связанную добычу на дно небольшого суденышка и отправились в море, туда, где стоял на якоре их корабль.
Огромный грузовой корабль показался впереди. Ютовая надстройка нависала над утлым суденышком, доставившим их сюда, словно голова чудовища. Связанную по рукам и ногам, Дженни подняли наверх. Сильные руки подхватили ее, и вскоре она оказалась в тускло освещенной каюте, где ее бесцеремонно бросили на койку. Снаружи в замке повернулся ключ. Матрос вернулся к работе. Дженни принялась колотить связанными ногами о стену каюты, но старания ее были напрасны, никто к ней не пришел.
– Капитану подарок понравится, – заметил английский матрос, его поддержали французы. Неохотно мужчины принялись за работу – сгружали на судно, принадлежавшее местным контрабандистам, ящики с вином и бренди, упаковки кружев, рулоны тканей.
К тому времени когда работа была закончена, Дженни, измученная и обессиленная, забылась сном.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Возьми меня с собой - Филлипс Патриция



Очень понравилось. И хотя героиня имеет на протяжении всего романа несколько любовных историй, роман это не портит.
Возьми меня с собой - Филлипс ПатрицияКэт
6.12.2012, 11.21





Книга просто супер я три раза ее прочитала сейчас очень хочеться посмотреть фильм весь интернет облазила а его нет пожалуйста снимите фильм по этому роману плиз " Возьми меня с собой"!!!
Возьми меня с собой - Филлипс Патрицияольга
7.01.2015, 12.49





прошу вас помогите мне найти роман. я только сюжет помню. там мама девушки решила ее жениха проверить и он испытание не прошел.молодого человека она увидела с проституткой в борделе.она молодая сорвала свадьбу и уехала то ли в Англию, то ли еще куда. и там встретила свою судьбу. как называется роман может кто помнит????
Возьми меня с собой - Филлипс ПатрицияАгата
7.01.2015, 15.33





Такой ерунды давно не читала ужас ,прям с только увидел и люблю
Возьми меня с собой - Филлипс ПатрицияКира
8.01.2015, 12.28





Роман надо было назвать "Как из честно давалки превратится в куртизанку". Порой читать противно было. Это как надо себя не уважать. Но читать можно 8/10
Возьми меня с собой - Филлипс ПатрицияМарина
18.01.2015, 17.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100