Читать онлайн Возьми меня с собой, автора - Филлипс Патриция, Раздел - Глава 16 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Возьми меня с собой - Филлипс Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.38 (Голосов: 13)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Возьми меня с собой - Филлипс Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Возьми меня с собой - Филлипс Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Филлипс Патриция

Возьми меня с собой

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 16

Уильям Джексон сдержал слово – Тима накормили досыта, велев сказать, что им с Дженни пришлось долго ждать, прежде чем королева согласилась их принять. Впрочем, и дядя Уильям, и тетя Пэт были так взволнованы, что заморочить им голову не составляло труда. Они готовы были поверить чему угодно.
Так что маленькое приключение Дженни осталось ее тайной. Чем дальше в прошлое отодвигалось это событие, тем туманнее становились воспоминания. Дженни порой казалось, что она придумала и солнце, пробивавшееся сквозь ивовые прутья, и крепкое вино, и жаркие поцелуи.
Вся Лебяжья улица гудела как улей. Только и разговоров было, что о визите Дженни во дворец. Соседи приходили поглазеть на нее и в который раз послушать подробный рассказ о том, что видела она в Уайтхолле.
Не прошло и недели с королевского приема, а чета Данн успела обзавестись и зеркалом в оливковой раме, и турецкими покрывалами, и даже гобеленом, не новым, но зато красивым, в любимых Пэт сине-зеленых тонах.
Уильям Данн только за голову хватался.
– Нам придется влезть в долги до Рождества! – горестно качая головой, говорил он жене. – Весь заказ королевы – воротник да пригоршня лент, И, смею тебе напомнить, нам за него еще не заплатили.
– Твоя бедная женушка столько лет ждала, когда можно будет жить по-человечески, и теперь, когда мы под королевским покровительством, ты попрекаешь меня новым зеркалом и гобеленом! – возмущалась Пэт.
Дженни мудро предпочитала исчезать, как только начинались подобные препирательства. Дженни знала, что тайком от мужа Пэт заказала набор резных ореховых стульев для гостиной, но ее не выдавала. «Для каждого дня достаточно своей работы», – повторяла она про себя народную мудрость и тихо делала свое дело.
Дженни вытряхивала льняную скатерть, привлекая на мостовую стайки воробьев, подбиравших крошки, когда мужчина у самого ее уха произнес:
– Девушка, это, случаем, не галантерейная лавка Уильяма Данна?
Дженни обернулась и увидела молодого человека в королевской ливрее, с сомнением изучавшего выцветшую вывеску над входом.
– Она самая.
– Я принес сообщение.
Дженни взяла из рук посыльного сложенный вчетверо пергамент, онемев от удивления, да так и осталась стоять, словно приросла к земле, когда посыльный, сняв шляпу и отвесив ей поклон, развернулся и пошел себе прочь. Красная шляпа уплыла за поворот, а Дженни все продолжала стоять на пороге, сжимая хрустящий пергамент в онемевших пальцах.
– Кто это был? – высунула нос Долли.
– Посыльный из дворца.
– Из дворца, говоришь? – Дядя Уильям чуть не упал на ступеньках, так торопился. – Не иначе как заказ или оплата за предыдущий заказ! – Бог не отвернулся от него, призрак долговой ямы отступил. Вот они – спасительные денежки.
Уильям, немного успокоившись, расправил бумагу на столе. Недоуменно моргая, лавочник зачитал приказ: Дженни следовало во второй раз явиться к королеве с товаром для показа.
– На этот раз спроси ее величество, когда нам заплатят, – напомнил Уильям, который никогда не отрывался от земли.
– Данн, что за глупости! Неужто наша Дженни заслужила такое унижение? Не пристало говорить о деньгах с членами королевской семьи. Не думала, что мой муж такой, такой….
– На обещания хлеба не купишь! Придется напомнить, если наши короли такие забывчивые. – Уильям более не питал никаких иллюзий относительно высокого покровительства. Столько шума, столько энтузиазма, а дело обернулось лишь еще одним неоплаченным счетом.
– Я обязательно напомню про оплату фрейлине королевы, – пообещала Дженни, желая успокоить дядю. Благодарная улыбка дяди Уильяма заставила ее опустить глаза. Она ничего не рассказала ему о потрепанной обивке дворцовой мебели и о продавленных сиденьях.
Подгоняемая ледяным ветром, Дженни спешила во дворец. На этот раз аудиенция была назначена на одиннадцать часов, так что вставать засветло нужды не было. Тим семенил рядом, облизываясь в предвкушении великолепного угощения – он рассчитывал, что его вновь пригласят на кухню. Дженни очень осторожно подумала о возможной встрече с Уильямом Джексоном – хотелось верить, что он организовал этот второй ее визит, чтобы они вновь могли увидеться, хотя при такой погоде пикник на свежем воздухе едва ли получился бы приятным.
Дженни не раз задавалась вопросом о том, что же все-таки она чувствовала к этому умному и обходительному придворному. Что это – всего лишь всплеск жаркой страсти, готовой вспыхнуть от огня чужого желания, или ее чувство к Уильяму гораздо глубже? Дженни знала, что лишь Киту обязана тем, что он раскрыл ее страстную натуру, научил не стесняться проявлений своего темперамента и отвечать с готовностью на потребность мужчины, но Кита она любила еще и сердцем, а вот как обстоит дело с Уильямом Джексоном? Их отношения были омрачены наличием у Уилли жены и тем паче любовницы. То, что жен порой не выбирают, Дженни могла понять, но как быть с тем, что у ее любовника уже есть дама сердца? Может, он желает сменить старую на новую? Дженни не считала для себя честью называться чьей-либо любовницей, за исключением разве одного человека, ради которого она готова была поступиться гордостью.
– Смотри, Тим, на этот раз не объедайся, чтобы тебя не тошнило, как в прошлый раз! – сурово напомнила Дженни, когда до дворца было уже рукой подать.
– Обещаю не есть столько марципанов, – виновато сказал Тим.
– Ты должен поблагодарить поваров – это они над тобой сжалились.
– Мне сказали, что в следующий раз я могу взять с собой корзинку с едой, – признался Тим. – Как ты думаешь, хозяин не будет против, если я занесу гостинцы домой? Сегодня ведь не мой выходной.
Сердце Дженни радостно забилось. Пока Тим пойдет навещать родню на Бараньей улице, у нее в запасе будет часок, чтобы полюбезничать с Уильямом.
– Если тебе снова предложат поесть, не отказывайся. И гостинцы домой отнести успеешь – если мне опять так долго придется ждать, ты успеешь и дома побывать, и в лавку прийти до моего возвращения.
– Здорово, Дженни. А как быть с хозяином?
– Я что-нибудь придумаю, – сказала Дженни не без чувства вины за предстоящий обман.
К тому времени как они дошли до дворца, небо прояснилось. В элегантном дворцовом саду уже появились гуляющие, хотя большинство придворных еще отдыхали.
На этот раз коридоры дворца уже не казались бесконечными. Маршрут был знаком и от этого стал короче. Когда все та же фрейлина королевы появилась на пороге, охранник, провожавший их с Тимом до места, просто взял паренька за ухо и поддал пинка.
На этот раз Дженни не пришлось напоминать о том, чтобы она сняла плащ, однако без подарка Уильяма на плечах она чувствовала себя весьма неуютно – во дворце было холодно и сыро.
– Жди, – бросила Дженни фрейлина, когда они дошли до заветной двери, и сама осталась ждать вместе с Дженни. Деликатно постучав и подождав немного, она распахнула дверь и прошла в помещение. Дженни вошла следом, не смея поднять глаз. Приблизившись к креслу, в котором сидела королева, фрейлина сделала реверанс и отошла в сторонку. Дженни, оказавшись посреди комнаты, поспешно опустилась на колени, но на этот раз это у нее получилось поизящнее, чем в предыдущий.
– Мне сказали, что тебя зовут Дженни, – благосклонно заговорила королева.
– Да, ваше величество.
– Ну что же, Дженни, мы остались тобой довольны.
– Спасибо, ваше величество.
– Ты можешь встать.
Дженни встала, осторожно поднимая глаза на королеву. На этот раз на Екатерине было бледно-голубое шелковое платье с жестким белым кружевом у ворота. Этот фасон, недавно вошедший в Англии в моду, красил ее куда больше, чем чопорные платья с высоченными плоеными воротниками, делающими ее похожей на состарившегося ребенка, наряженного во взрослое платье. Сквозь витражи в окна лился солнечный свет. Луч упал на носок крохотной ноги королевы в атласной туфельке. Рядом на паркетном полу лежал спаниель бело-коричневого окраса. Круглые глаза собаки смотрели на Дженни в упор, хвост нервно ходил, из стороны в сторону.
– Ты принесла шитье и ленты? Я об этом просила.
– Да, ваша честь. Все самого высшего качества. Королева Екатерина махнула фрейлине, чтобы та поднесла корзину.
– О да! Очень красиво! – воскликнула королева, перебирая шелка и атлас. – Карл, посмотри, какие роскошные цвета!
У Дженни перехватило дыхание. Она никак не ожидала, что королева будет не одна. Карл! Король! Здесь был сам король Англии Карл II. Сегодня она увидит его живьем – не куклу на ярмарке, самого короля вблизи, можно сказать, лицом к лицу. Король щелкнул замком на золотой шкатулке на каминной полке – Дженни осмелилась повернуть голову на звук и увидела мужчину в красном, стоящего к ней спиной, но тут перед глазами у нее все поплыло, она во второй раз упала на колени. Паркетный пол поскрипывал под его шагами, и скрип приближался.
– Действительно красиво, дорогая.
О, этот голос, чуть хрипловатый, насмешливый! Нет, этого просто не может быть! Боясь, что самое худшее подтвердится, и все же не настолько обезумев от страха, чтобы не поприветствовать короля, Дженни подняла голову.
Сердце ее пронзила боль, самая настоящая, физическая боль, и оно затрепетало, словно раненая птица. Одетый в красный, расшитый золотом бархатный камзол высокий мужчина был ей знаком.
– Добро пожаловать в Уайтхолл, Дженни, – сказал Уильям Джексон.
Бледная как привидение Дженни прошептала что-то приличествующее случаю онемевшими губами. Она была близка к обмороку. Темные глаза Карла смеялись.
– О, бедная девочка, посмотри, как ты ее напугал! – воскликнула, восторженно захлопав в ладоши, маленькая королева.
– Испугал? Быть того не может! Я самый добрый и любящий из монархов.
Добрый, любящий – да, именно таким он был с ней. Дженни хотела было что-то сказать, но язык показался слишком большим, он с трудом помещался во рту.
– Поднимайся, церемонии ни к чему, – ласково и чуть-чуть насмешливо сказал король, окидывая ее коленопреклоненную фигуру одобрительным взглядом из-под тяжеловатых полуопущенных век.
Дженни стояла подле королевской четы, ничего не слыша, ничего не воспринимая. До ее сознания долетали лишь отдельные слова. Наверное, Карл – Уилли Джексон – что-то советовал супруге, королеве Англии. Нет, еще страшнее, тот самый Уилли, с которым она провела такой безыскусный и славный день, был правителем Англии! А она дразнила его, ласкала, делила с ним самое интимное, что может быть между людьми.
– Я сделала выбор.
Подслеповато моргая – изжелта-бледное лицо королевы плыло перед глазами, – Дженни неловко попятилась к двери, едва вспомнив про реверанс. Карл не сводил с нее жаркого взгляда, и в последний миг она все же взглянула ему в глаза, и столько горького упрека было в ее взгляде, что Карл устыдился того, что приготовил Дженни такой сюрприз.
– Жди здесь, – приказала фрейлина, оставив Дженни в пустой холодной галерее. Фрейлина была в явной растерянности – охранника, которому ей следовало перепоручить Дженни, нигде не было видно. Неодобрительно щелкая языком и нервно постукивая носком туфли о каменный пол, фрейлина простояла на пороге галереи еще десять минут.
– Жди здесь, – повторила она, указав на середину зала, и, повернувшись, ушла туда, откуда пришла.
Кровь стучала у Дженни в висках, боль сжимала горло, слезы, гневные, злые, застили глаза. Как мог он ее обмануть?! А она, не зная, что он король, смеялась с ним и любила его так искренне, так честно…
– Дженни!
Голос его изменился, это был голос повелителя, и Дженни поняла – король требует повиновения. Она, словно заводная кукла, повернулась и подошла к нему, глядя на него и сквозь него. Она думала только об одном – этот человек ее предал.
– Не смотри ты на меня так, – раздраженно бросил он и, схватив за рукав, привлек к себе.
– Вы лгали мне!
– Нет, мои клятвы не были лживыми.
– Вы мне солгали!
Он обнял ее, и она с содроганием подумала, что ее обнимает король Англии.
– Дженни, перестань валять дурака! – зашипел он. – Ты только подумай, могло у нас получиться хоть что-то похожее, скажи я тебе сразу, кто я такой? Неужели ты не понимаешь?!
– Я хочу домой.
– Прекрати! Взгляни на меня!
Сквозь пелену слез Дженни взглянула на своего Уилли и не узнала его. Перед ней был властный, привыкший повелевать монарх.
Он схватил ее за плечи и сердито тряхнул. В конце коридора послышались голоса, где-то неподалеку хлопнула дверь.
– Я не насильник и, да поможет мне Бог, никогда не ударю женщину. Но сейчас я готов дать тебе почувствовать вкус моих кулаков. Что сталось с любовью, что ты питала ко мне?
– Она принадлежала Уильяму Джексону! – бросила Дженни ему в лицо, делая попытку вырваться.
Оба были вне себя от ярости, но у обоих хватало рассудка не повышать голос. Они шипели друг на друга как змеи.
– Много раз я назывался этим именем, странствуя и скитаясь. Какая разница, как зовут человека, Карл Стюарт или Уильям Джексон, – суть от этого не меняется. Ты любила не короля Англии, ты любила мужчину…
– Вы правы. Короля я никогда не любила, – мрачно согласилась Дженни.
– И я должен тебя потерять, потому что я – не он?
– Вы меня предали!
– Не тогда, когда я говорил, что люблю тебя!
– А ваша жена, как с ней быть?
Карл усмехнулся.
– Уилли был женат и имел любовницу, но тебе это нисколько не помешало.
Дженни виновато опустила глаза.
– Уилли Джексон любил…
– Прекрати! Его не существует. Это Карл Стюарт заставлял тебя стонать и…
– Не надо! – воскликнула Дженни. – Мне и так чертовски стыдно, что, не зная, что вы… что я… даже не подозревая…
Дженни мешали говорить слезы.
– Потому-то я и наслаждался каждым твоим прикосновением – оттого что ты не знала. Ты любила меня, не помышляя о бриллиантах и особняках. Ты любила мужчину.
– Но вы – король!
Карл прижал ее к себе так, что она едва не задохнулась.
– А разве король не мужчина?
– Когда я… Без всякого уважения… Без почтения к вашей… Какой стыд…
– Уважение! Пусть послы и советники оказывают мне почтение. От тебя мне нужно другое.
– Чего же вы хотите от меня?
– Ты глупее, чем я думал.
Дженни чуть было не дала ему пощечину, потом сообразила, что ей грозило за покушение на самого короля, и кровь отхлынула от ее лица.
– Ваше величество, распоряжайтесь мной. Я ваша подданная. – Она и сама не знала, чего в ее словах больше: насмешки или страха.
– Именно так. Я здесь распоряжаюсь.
– Каковы желания моего короля?
Глаза Карла горели как угли.
– Вы немедленно отправитесь в особняк сэра Майлза и будете ждать меня там.
– Нет! Только не это!
– Я не собираюсь делить тебя ни с кем, глупая гусыня! Но его имя и его дом сослужат мне службу. К тому же это будет бальзамом для души твоей предприимчивой тетушки.
– О нет, умоляю… – Все ее мечты рушились на глазах.
– Вы сделаете так, как вам велят.
– И когда я должна быть там?
– Я должен вдаваться в детали? – зло прищурившись, спросил король. – Идите же.
Карл оттолкнул ее от себя, а сам, не оглядываясь, пошел в противоположную сторону. Дженни, дрожа, вся в слезах, прислонилась к стене раскаленной щекой. Она вспоминала их прошлую встречу. Он почти раскрыл свое инкогнито – он дал ей столько намеков, а она не потрудилась вдуматься! Герб на салфетках, случайные обмолвки, взрыв хохота по поводу рекламы любовных похождений – о неукротимости Карла и его фантастической мужской силе ходили легенды.
– Сюда, пожалуйста. Нам надо торопиться.
Дженни вздрогнула – перед ней стоял маленького роста человечек в черном.
– Но я не пойму почему…
– Нас ждет экипаж.
– А если я откажусь?
– Вы слишком мудры, мадам, чтобы отказываться выполнять королевские приказы, – с тонкой улыбкой ответствовал человечек.
Дженни послушно пошла за ним, но за те несколько минут, что они петляли по коридорам, столько разных идей пришло ей в голову. Наверное, она могла отказать королю. В вопросах сердечных у него на нее было не больше прав, чем у любого другого мужчины, но… Уильям Джексон продолжал жить в ее сердце, и она по-прежнему любила его, любила, несмотря на то что он оказался не тем, за кого себя выдавал.
С реки дул ледяной ветер. Небо вновь затянули тучи. Зима наступала. В тот день на реке осеннее солнце подарило им последнее свое тепло.
– Сюда, пожалуйста. – Маленький человечек открыл перед ней дверцу кареты, и Дженни вошла в темный салон. Из окна она смотрела на королевский парк, на пятнистых оленей, мирно пасущихся среди королевских коров. Что ждало ее за очередным поворотом? Какие новые сюрпризы преподнесет ей судьба? Да, Карл мог быть и добрым, и всепрощающим, и нежным, но того, другого человека – мрачного и изверившегося, что мельком увидела она в тот ласковый день на реке, – тоже звали Карл Стюарт. И он был всемогущим королем. Способен ли король наказать женщину за отказ разделить его страсть? Как знать, быть может, король и великодушен, но только не в том, что касается страсти. Она влюбилась в простого парня, Уильяма Джексона. Рожденная из потребности в сострадании и душевной теплоте, закаленная в горниле страсти, эта любовь никуда не исчезла. Но теперь все так страшно, так невыносимо запуталось…
Густой туман клубился над Чипсайдом, пробирался в двери, вбирая в себя ядовитый дым битумного угля, которым только и топили многочисленные камины и печи. Дженни стояла у окна – желтым мутным пятном качался над входом противоположного дома фонарь. Вдруг послышался цокот копыт, скрип колес. Хлопнула дверца кареты – из нее вышел король.
Дженни уронила руку, и тяжелая бархатная портьера цвета красного вина упала, загородив обзор. Дженни, нервничая, разгладила складки на одолженном ей наряде из атласа янтарного цвета. Сегодня ночью решалась ее судьба. Кто сейчас войдет в этот дом – властный и жестокий монарх, не терпящий проявлений обиды или гнева у своей подданной, или высокий стройный брюнет со смеющимися глазами, тот самый, в кого она имела несчастье влюбиться?
Дженни проглотила вставший у горла комок, еще раз окинув взглядом стол с приготовленным угощением. Слуга недавно принес графин с ароматным и сладким вином и серебряный поднос с медовыми пирожными.
«Сладости для услады возлюбленного королевской крови», – с горечью подумала Дженни.
Вчера, когда ее доставили сюда, она была слишком глубоко потрясена, чтобы мыслить здраво. Но это было вчера. Сегодня – другое дело. Дженни понимала, что стояла перед выбором: либо она соглашается стать официальной любовницей короля и вместе с этим сомнительным титулом принимает как данность все сложности своего положения, либо она говорит Карлу, что страсть ее иссякла и между ними все кончено. Здравый смысл подсказывал ей, что второе разумнее.
Вчера вечером в галантерею Уильяма Данна было доставлено письмо, в котором дядя Уильям и тетя Пэт извещались о том, что их племянница намерена поселиться в доме сэра Майлза Рассела. Никаких особых объяснений не прилагалось, но Пэт и так способна была прийти к заключению. Если бы она знала, как глубоко заблуждалась! Но время открыть правду еще не пришло. Весь Лондон должен был признать Дженни официальной любовницей сэра Майлза, чтобы скрыть на какое-то время ее тайную связь с королем.
– Дженни!
Король вошел в комнату незамеченным. Он стоял в тени, и черты лица его были неразличимы.
– Ваше величество, – неловко присев в глубоком реверансе, проговорила Дженни. Вначале она боялась поднять глаза на короля, но затем любопытство взяло верх.
– А, все-таки осмелилась! А я было решил, что мне теперь век созерцать одни лишь твои чудные кудри.
Дженни ничего не ответила. Как она должна к нему обращаться? «Карл»? Или все же «ваше величество»? Сегодня он был одет в серый муаровый костюм с темно-красной бархатной отделкой и золотым галуном. На шее – кружевное жабо того же рисунка и качества, что и на манжетах – красных с черным подбоем. Белые чулки плотно облегали мускулистые ноги, на черных туфлях с квадратными носами золотые розетки. Впервые Дженни увидела на его пальцах драгоценные камни. Карл, хотя не был в короне и при скипетре, не давал ей забыть о том, что он король.
– Простите, ваше величество, – запинаясь, начала было Дженни.
– Простить? Я ничего не собираюсь тебе прощать! Вставай, дурочка, не собираешься же ты весь вечер простоять на коленях!
Дженни неловко поднялась на ноги, борясь с пробирающей до костей дрожью. Она пыталась понять, что у Карла на уме, но взгляд его темных глаз был совершенно непроницаем.
– Не хотите ли перекусить?
Карл кивнул.
Пока Дженни наливала вино в бокалы, Карл успел подойти к камину и протянуть к огню озябшие руки.
Дженни протянула ему бокал, и он поблагодарил. Вино на вкус показалось ей слишком приторным, до тошноты. Карл отправил крохотное пирожное в рот целиком.
– Господи, это что – весь вечер будет продолжаться? – гневно воскликнул Карл, опустив бокал на каминную полку так, что часть вина выплеснулась.
– До сих пор я делала все, что вы от меня требуете. – Брови Карла недоуменно взметнулись вверх, но Дженни продолжала, словно ничего и не заметила: – Я прибыла в этот проклятый дом, чтобы выставить себя перед всеми возлюбленной этого мерзкого типа, я подписала письмо, уведомляя моих родственников о своем унизительном статусе, и теперь, ваше величество, я принимаю вас как добропорядочная хозяйка, угощаю сладостями и вином – удивительная идиллия, прекрасный пример очаровательного обращения короля с его подданной…
– Заткнись! – воскликнул Карл, больно схватив Дженни за предплечье. Когда она открыла было рот, Карл зажал его ладонью. – Здесь я говорю, а ты послушай, госпожа Данн. Никогда я никого не тащил в кровать силой. Если тебе отвратительна эта ситуация, я говорю тебе – ты свободна. Я не собирался делать тебя пленницей этого дома и собственных страстей. Ты понимаешь, о чем я?
– Да, – сказала Дженни, стряхнув его руки. – Я не такая тупая, как вы думаете. Ваше величество, – торопливо добавила она, – что за будущее вы для меня приготовили? Это по крайней мере я имею право знать.
– Ты не моя рабыня.
– Но я ваша любовница?
– Только если ты этого захочешь.
– Но я этого не хочу.
– Чертова девка! Не все ли тебе равно, каким именем зовется человек? Ты с радостью отдалась мне, думая, что я какой-то лакей! Разве ты не клялась, что любишь меня?
– Да, я так говорила, – отвернувшись, чтобы не показывать ему слез, сказала Дженни.
– Так отчего же такая перемена? Сколько женщин сочли бы за счастье разделить ложе с королем…
– Но я этого никогда не хотела, и вы это хорошо знаете.
– Но объясни – отчего такое благоволение нищему Уилли Джексону и отчего его монарху, властителю его земли, достается лишь холодная ярость? Должна же в этом быть какая-то логика!
– Я полюбила Уильяма Джексона, – блестя глазами, близкая к отчаянию, слишком сильно задетая, чтобы думать о субординации, воскликнула Дженни, – за то, каким он передо мной предстал! Он утешил меня в тот момент, когда сердце мое было разбито. Он не дал мне повода усомниться в нем. И, хоть вы мне и не верите, не так-то легко было мне смириться с тем, что у него есть жена и любовница. Я успокаивала себя, говорила себе, что, быть может, он не выбирал женщину, которой дал свое имя, что он женился только для того, чтобы создать семью…
– Но разве я не разделил его судьбу? – гневно воскликнул Карл. – Ты думаешь, что я женился на Екатерине по любви? Ты думаешь, что я, Карл Стюарт, сделал бы такую, как она, королевой Англии, имей я хоть какой-то выбор?
Дженни выдержала его гневный взгляд.
– Не португальская инфанта причиняет мне главную боль, ваше величество, а известные вам леди Каслмейн, Френсис Стюарт и многие, многие другие, от актрис до фрейлин, кто был допущен к таинствам вашего тела. Я не хочу пополнять этот впечатляющий список шлюх!
Рот его скривила усмешка.
– Они – шлюхи? Тогда кто та девчонка, что извивалась в экстазе с жалким Уильямом Джексоном прямо под синим небом? Какого титула заслуживает она?
– Только не шлюхи! Мир, ваше величество, не меняется от того, что покупатель – король! Когда я отдавала себя ему, то есть вам, это было нужно мне. Вы не покупали мою любовь. Я просто взяла то, что вы мне давали. Вы знали о моей боли и воспользовались моей слабостью. Вы лгали мне, вы меня подставили! Вы позволили мне думать, что вы просто слуга при дворе, вы позволили мне вольность с вами… с вашим…
Он усмехнулся. Похоже, девушка была в затруднении – не могла подобрать приличного слова для определения известного органа.
– Могу сказать лишь, что твои руки творили волшебство с моим телом. Насколько мне известно, госпожа Данн, королю не возбраняется получать те же удовольствия, что и простому смертному. Скажи, если бы я сказал тебе, кто я такой, стала бы ты ласкать меня в самых сокровенных, самых интимных…
– Никогда!
– Лгунья!
– Что вы сказали?
– Я сказал, что ты лгунья и ханжа. Хватит с меня твоего лицемерия: хочешь ты меня или нет, я не собираюсь тратить время на бессмысленный спор!
Дженни смотрела на него, такого чужого, вдруг переставшего походить и на Уильяма Джексона, и на Карла Стюарта. Его взгляд, магнетическая сила его мужского обаяния вдруг свели к нулю всю двусмысленность предложенного ей положения.
– Ну, каков твой ответ? – Карл слегка тряхнул ее, чтобы вывести из забытья.
– Я не знаю, что выбрать, ваше величество.
Карл вздохнул, отошел к окну, тихо выругался.
– Дженни, когда я сказал, что люблю тебя, я имел это в виду. Когда я сказал, что хочу тебя, я и это имел в виду. Единственное, в чем я солгал, – это когда назвал свое имя. Но я уже объяснил, почему это сделал. Как простой человек у простой девушки, я спрашиваю тебя, Дженни-птичка, ляжешь ли ты со мной, ибо кровь моя кипит от желания обладать тобой?
И эти слова, сказанные от всего сердца низким, чуть хрипловатым голосом, сделали то, что не мог бы сделать королевский приказ. В комнате стало так тихо, что слышно было, как стучат сердца. Уголек с шипением треснул в камине, рассыпавшись веером искр. Она смотрела на него, завороженная, и вся его мрачная раздраженность исчезла неизвестно куда. Карл протянул ей руки, умоляя ее принять его как равного.
– Да, Уилли Джексон, я лягу с тобой, – сказала она. Дженни преодолела то расстояние, что было между ними, всего несколько шагов, а сколько гнева, недоверия, обиды! Он обнял ее горячо и жадно, и губы его легли на ее губы, и в этом поцелуе было столько тепла и столько страсти, что Дженни едва не заплакала от накативших чувств. Глаза его метали оранжевые искры – в них отражался жар камина.
– О, Уилли, я все еще тебя люблю!
– Да благословит тебя Господь, Дженни. Но только не зови меня Уилли, меня зовут Карл. Подари мне удовольствие услышать это имя из твоих уст.
– Карл, – повторила она, подумав о том, как странно вот так обращаться к нему. – Хотя в определенные моменты я могу забыть.
– В такие моменты я прощаю тебе все, моя любовь. Карл провел подушечкой указательного пальца по ее лицу, вдоль высокой скулы, вдоль шеи к груди. Груди ее отливали золотом в свете камина. Карл принялся расшнуровывать лиф, освобождая грудь, и руки его не слушались – так велико было желание.
Дженни задрожала, когда Карл, нагнувшись, коснулся ее груди губами. Руки ее взметнулись вверх, ей захотелось обнять его за шею, но она вспомнила, что перед ней король, и застыла в нерешительности.
– Только не скромничай, негодница. Ничто не изменилось между нами. Твой король приказывает тебе ласкать его и мучить, делать с ним все то, что выпало на долю бедняге Уильяму Джексону.
Не дожидаясь, пока она очнется, Карл закинул ее руки к себе на шею, и Дженни вдруг изумленно заморгала – она обнимала самого короля! Сильная бронзовая шея, вокруг которой были сплетены ее руки, принадлежала самому главному человеку в стране, а темная голова, склоненная к ее груди, знала тяжесть английской короны!
– Ты король, – выдохнула она изумленно, – король Англии, а я называла тебя самонадеянным болваном!
Карл засмеялся.
– Верно, и тем меня здорово развеселила.
– Я в восторге, – прошептала Дженни.
Он продолжал ласкать ее грудь, и кровь стучала у нее в висках, накатывая горячей волной. Слишком много всего и сразу случилось за эти два дня.
– У тебя мозги набекрень, – сказал Карл, прижав ее к себе так, чтобы она сумела оценить меру его возбуждения.
– Карл, Карл Стюарт, умеет ли он любить так же, как это делал бедный Уильям Джексон?
Карл в ответ одним быстрым движением поднял ее, прижав к себе так, что орудие его страсти грозило войти в нее, проткнув одежду. Дженни восторженно вскрикнула.
– Есть только один способ проверить, – хрипло проговорил он и закрыл ее рот поцелуем.
У Дженни голова шла кругом; его запах, сладость его поцелуя, сладость вина и тепло живого огня – все это действовало на нее восхитительно возбуждающе.
– Ну, ты так и собираешься держать меня весь вечер в подвешенном состоянии?
– Не думала, что все так обернется, – мечтательно проговорила Дженни, прижимаясь щекой к его плечу. – Но, по правде сказать, твой поцелуй, твоя ласка – они остались прежними. Ты тот, кого я люблю, несмотря на твое благородное происхождение, несмотря на то что ты так бессовестно воспользовался…
– Вот еще! Это мной воспользовались! Ты околдовала меня – оплела руками, заманила губами, ты, колдунья с Лебяжьей улицы! Как ты смеешь…
– Так я прощена?
– Хватит болтать, девчонка. Дай свою руку. – Карл прижал ее маленькую ладонь к очевидному свидетельству его мужества. – Ты еще дольше намерена меня мучить? Отдайся мне, Дженни-птичка, здесь и сейчас. Мягок ли ковер подле камина? Ты думаешь, он достаточно нежен, чтобы принять короля и его любовь?
– Если вспомнить, что король впервые вкусил сладости со своей любовью на твердом речном берегу, о да, он достаточно нежен. – Она коснулась его худой щеки кончиком языка. – Давай, Карл, люби меня – не дай мне разувериться в тебе. Сделай меня счастливой вновь.
Покрывая ее лицо поцелуями, он отнес ее на красный турецкий ковер у камина.
– Эй, девчонка, не смущайся, раздевай меня скорее!
Нагое тело ее согревал огонь, тот огонь, что горел в камине, и тот, что горел в ней. Вкус его поцелуев, тепло его рук – Дженни забыла о том, что с ней был король, Дженни целовала его худое длинное тело, ласкала губами ямочку под кадыком, его грудь, его живот.
Карл любовался ее чудным, женственным телом, отсвечивающим золотом. Дженни касалась руками его живота, лицо ее выражало нетерпение, которое возбуждало его еще сильнее.
– Ты готова, любовь моя?
– Да, – с улыбкой проведя рукой по орудию его страсти, сказала она, – готова к тому, чтобы вы исполнили угрозу, цезарь…
Карл едва сдержался, чтобы не засмеяться – остроумное напоминание, и момент выбран удачно.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Возьми меня с собой - Филлипс Патриция



Очень понравилось. И хотя героиня имеет на протяжении всего романа несколько любовных историй, роман это не портит.
Возьми меня с собой - Филлипс ПатрицияКэт
6.12.2012, 11.21





Книга просто супер я три раза ее прочитала сейчас очень хочеться посмотреть фильм весь интернет облазила а его нет пожалуйста снимите фильм по этому роману плиз " Возьми меня с собой"!!!
Возьми меня с собой - Филлипс Патрицияольга
7.01.2015, 12.49





прошу вас помогите мне найти роман. я только сюжет помню. там мама девушки решила ее жениха проверить и он испытание не прошел.молодого человека она увидела с проституткой в борделе.она молодая сорвала свадьбу и уехала то ли в Англию, то ли еще куда. и там встретила свою судьбу. как называется роман может кто помнит????
Возьми меня с собой - Филлипс ПатрицияАгата
7.01.2015, 15.33





Такой ерунды давно не читала ужас ,прям с только увидел и люблю
Возьми меня с собой - Филлипс ПатрицияКира
8.01.2015, 12.28





Роман надо было назвать "Как из честно давалки превратится в куртизанку". Порой читать противно было. Это как надо себя не уважать. Но читать можно 8/10
Возьми меня с собой - Филлипс ПатрицияМарина
18.01.2015, 17.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100