Читать онлайн Пламя любви, автора - Филлипс Патриция, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Пламя любви - Филлипс Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.75 (Голосов: 20)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Пламя любви - Филлипс Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Пламя любви - Филлипс Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Филлипс Патриция

Пламя любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

Позвякивая сбруей, караван паломников неспешно двигался по дороге. Развесистые ветви дубов и вязов образовывали естественный навес, защищая путников от полуденного солнца. В воздухе звенел птичий щебет. Придорожные канавы заросли крапивой и жимолостью, в густой траве пестрели желтые лютики и голубые незабудки.
Остановившись у ручья, вытекавшего из-под замшелых скал, путники спешились, чтобы напоить животных. Пологие берега покрывал плотный ковер из лилового окопника. Элинор опустилась на колени и напилась, затем ополоснула разгоряченное лицо.
Расположившись в тенистых зарослях ивняка и ольхи, паломники перекусили сыром, элем и пирогами с мясом.
— Бог мой! Вы только взгляните на эти облака!
Все глаза обратились к небу, которое быстро затягивалось тучами. С далеких холмов донесся слабый отголосок грома.
— Надо бы найти укрытие, — предложил кто-то.
— Летние грозы быстро проходят, — возразила аббатиса Сесили.
— Я так и знала, что следовало остановиться в той деревеньке, которую мы проезжали, — посетовала леди Бланш. Долгие часы в седле сделали ее раздражительной, а перспектива вымокнуть до нитки отнюдь не радовала.
— Небольшой дождик еще никому не повредил, Бланш, — одернула сестру аббатиса. — Садись-ка в седло. Пора в путь.
Со стонами и жалобами путники снова взгромоздились на лошадей.
— А где Крошка? — воскликнула леди Бланш, обнаружив, что притороченная к ее седлу корзина пуста. Пушистая собачонка, предмет ее любви и гордости, пропала.
— Я поищу ее, — предложила Элинор, соскользнув с лошади. Она не привыкла проводить столько времени в седле и теперь ощущала ломоту во всем теле.
— Элинор! Нельзя ходить в лес в одиночку! — встревожилась аббатиса. — Дайкон, проводи леди Элинор!
— Она ищет Крошку, — пояснила леди Бланш. Аббатиса закатила глаза, выразив свое отношение к шумному, надоедливому созданию.
— Если бы ты не взяла собаку с собой, сестра, нам не пришлось бы тратить время на ее поиски.
Бланш надулась. Сесили слишком властная. В детстве Бланш была под каблуком у сестры, да и теперь мало что изменилось.
Громко окликая собаку, Элинор углубилась в чащу. Под пышными кронами исполинских деревьев царил зеленый сумрак. Элинор ощутила суеверный трепет, вспомнив о леших и ведьмах, будто бы обитавших в дремучих лесах. Услышав шорох, она вздрогнула и затаила дыхание. Вздох облегчения вырвался из ее груди, когда из густого подлеска, приветливо виляя хвостом, выскочила Крошка с полевой мышью в зубах.
— Как ты меня напугала, скверная девчонка! Брось эту гадость! — скомандовала девушка.
Однако Крошка, несмотря на дружелюбный вид, не желала расставаться со своей добычей.
Подхватив собачонку на руки, Элинор бросилась назад.
Дайкон, юный паж леди Бланш, поджидал ее на дороге, лениво жуя травинку.
— Хороший из тебя страж, нечего сказать, — проворчала Элинор, проходя мимо.
— Не хотел нарушать твоего уединения, — заявил мальчик и добавил с лукавой усмешкой: — Всем известно, зачем прелестные дамы бегают в кустики.
— К твоему сведению, я искала Крошку. И не надейся, что тебе удалось меня провести, трусишка. Уж я-то знаю, что ты до ужаса боишься ведьм и прочую нечисть.
— Ничего подобного! — вскинулся Дайкон, залившись краской.
— Боишься, деточка, еще как боишься, — поддразнила его Элинор, прежде чем кинуться бегом к поджидавшим ее спутникам.
— Я нашла ее, миледи!
— Слава Богу! Фи, какая мерзость! — взвизгнула леди Бланш при виде дохлой полевки, которую ее любимица сжимала в зубах. Один из мужчин разжал челюсти собаки и вытащил мышь, после чего караван снова тронулся в путь.
К этому времени солнце скрылось за тучами, ветер посвежел, раскаты грома сотрясали верхушки деревьев. Выбравшись на открытое пространство, путешественники обнаружили, что идет дождь. Крупные капли приятно освежали покрытые пылью разгоряченные лица, пока гроза не разыгралась по-настоящему. Дождь полил как из ведра, порывы ветра срывали плащи и шляпы.
Наконец дождь прекратился, и засияло солнце. Над мокрой одеждой и шкурами лошадей поднялись клубы пара. Все приуныли, но леди Бланш жаловалась и бранилась громче всех.
— Вы только посмотрите! На мне нет сухой нитки! Клянусь Богом, Сесили, я никогда не думала, что паломничество станет причиной моей смерти.
— Перестань ныть. С таким характером, сестра, ты более чем кто-либо нуждаешься в отпущении грехов.
Недовольная отповедью аббатисы, леди Бланш погрузилась в гордое молчание.
Элинор успокаивающе коснулась мокрого рукава своей благодетельницы.
— Может, вам переодеться? — предложила она.
— Прямо на дороге, будто я простая крестьянка? — оскорбилась леди Бланш. — Нет уж. Если моя досточтимая сестра может путешествовать в мокрой одежде, я тоже смогу. Пусть моя безвременная кончина будет на ее совести. Сесили, дорогая, далеко ли до Эйнфорд-Прайори? — осведомилась она с нарочитой любезностью.
— Мы будем там еще засветло.
— Засветло? — с волнением переспросила леди Бланш. — Так это еще несколько часов! И все это время мы будем ехать в мокрой одежде?
Аббатиса сделала вид, будто не слышит.
Они ехали в полном молчании, пока кто-то в первых рядах не запел, желая скрасить путь. Покосившись на кислое лицо своей госпожи, Элинор не решилась подхватить незамысловатую мелодию. Через четыре дня они будут в Кентербери. Элинор не терпелось увидеть высокие шпили знаменитого собора. К тому же постоянные жалобы леди Бланш утомили ее.
В течение дня погода оставалась неустойчивой, солнце сменялось короткими ливнями. Наконец дорога перевалила через холмы, устремившись в поросшую лесом долину. Внизу виднелась деревушка, а за ней постоялый двор, где из труб на крыше курились дымки.
— Взгляните! Что за прелестная гостиница! — восторженно воскликнула леди Бланш. — Давайте перекусим там. — До Эйнфорд-Прайори не более пяти миль, — возразила аббатиса непререкаемым тоном. — Если мы хотим добраться туда до темноты, придется поспешить.
Спустившись по крутому склону, заросшему клевером и цветущими рододендронами, они очутились в крохотной деревеньке, насчитывающей несколько крытых соломой хижин. В воздухе пахло скотом, дымом и навозом, а главное — жареным мясом. Жадно принюхиваясь, путешественники оглядывались по сторонам в поисках источника восхитительного аромата.
— Это на постоялом дворе, клянусь жизнью, — предположил Сэм Долли, богатый купец, отправившийся в паломничество вместе с женой.
— Только вообразите, сочная говядина, приправленная горчицей! — Леди Бланш в экстазе стиснула пухлые ручки.
— Скорее уж горелая, — охладила ее восторги аббатиса. — Не забывайте, нас ждут в Эйнфорде.
Бланш вспыхнула. С какой стати она должна подчиняться Сесили? В конце концов, Элинор под ее опекой, как и паж и две горничные. Да и Сэм Долли, похоже, не отказался бы переночевать в этой уютной гостинице. Вон как облизывает свои толстые губы и принюхивается, словно голодная гончая.
— Мелисанда захромала. Монастырь слишком далеко для хромой лошади и больной женщины, — надменно бросила леди Бланш.
— Почему бы нам не остановиться здесь на ночь? — поинтересовался Сэм Долли. — От такого запаха у кого угодно потекут слюнки.
— Вполне приличное местечко, да и конюшня просторная, — поддержал его кто-то.
Аббатиса окинула компанию суровым взглядом, пресекая назревающий мятеж.
— Нас ждут в монастыре. Уверяю вас, никто не останется голодным. Эйнфорд славится своим гостеприимством.
— Я не в состоянии сделать больше ни шага, — заявила леди Бланш с вызывающим видом. — Элинор, Дайкон, Эвис и Мэб останутся со мной. Кто-нибудь желает к нам присоединиться? — осведомилась она, повернувшись к остальным.
Никто, однако, кроме Сэма Долли с женой и еще одной пары, не решился выступить против властной аббатисы.
— Я не могу запретить вам остаться, — сказала та. — Но вы совершаете ошибку. В монастыре нам гарантированы безопасность, чистая постель и горячая еда. Здесь же вы окажетесь во власти трактирщика.
Сэм Долли хмыкнул:
— Я бы не возражал. Бьюсь об заклад, это веселее, чем компания болтунов в рясах.
Реплика купца была встречена дружным смехом.
Аббатиса покраснела от гнева и, не сказав больше ни слова, повернула свою лошадь на восток. Остальные путники, наскоро попрощавшись и договорившись встретиться поутру, поспешили следом. Ни холодный ветер, ни соблазнительные ароматы не могли заставить их ослушаться аббатису.
— Не сочтите за грубость, леди Бланш, — добродушно заметил Сэм Долли, — но ваша сестра — настоящий тиран. Мне жаль бедных девушек, которые под ее началом.
Леди Бланш снисходительно улыбнулась:
— Что поделаешь, она всегда была такой. Пойдемте, так хочется поскорее отведать это восхитительное жаркое!
Купцы с женами, пришпорив лошадей, поскакали к гостинице. Леди Бланш со свитой замыкала кавалькаду.
Общий зал, освещенный жарко пылавшим очагом, оказался достаточно просторным, чтобы вместить вновь прибывших.
— Добро пожаловать, миледи, — приветствовал их хозяин, кланяясь и улыбаясь. Его наметанный глаз сразу распознал высокий ранг гостей. — Прошу вас, джентльмены, входите, располагайтесь.
Польщенная оказанным вниманием, леди Бланш улыбнулась. Элинор последовала за ней к пылающему очагу. Дайкона оставили присмотреть за лошадьми и позаботиться о захромавшей Мелисанде. Горничные исчезли, чтобы приготовить постель благородным дамам, прежде чем подняться на чердак с остальными слугами.
Леди Бланш и Элинор задержались у огня. Они сильно продрогли в своей мокрой одежде. Усадив леди Бланш на мягкую скамью, Элинор отправилась на поиски жены трактирщика в надежде раздобыть кружку поссета.
type="note" l:href="#FbAutId_1">[1]
Когда она вернулась в зал, ей пришлось пробиваться сквозь толпу. В гостиницу набились рыцари с оруженосцами и теперь шумно требовали эля. Пахло мокрой шерстью, конским потом и немытыми телами.
Леди Бланш сидела с закрытыми глазами, откинувшись на скамье. При виде ее раскрасневшегося лица Элинор не на шутку встревожилась.
— Леди Бланш, выпейте поссета. Он восстанавливает силы. О, прошу вас, скажите хоть слово, — взмолилась девушка и потрясла женщину за плечо.
Наконец леди Бланш открыла воспаленные глаза.
— Слава Богу, это ты, дорогая. Все эти простолюдины, шум… А, поссет! Дай-ка мне его.
Элинор поднесла кружку к ее губам. Несмотря на подозрительный запах, леди Бланш выпила все до капли, уверенная в чудодейственной силе напитка.
— Элинор, где там жаркое? Может, после еды я почувствую себя лучше?
Элинор снова ушла и вскоре вернулась с глиняным подносом, уставленным овощами, тушеной говядиной, ржаным хлебом и маслом. Все выглядело так аппетитно, что у Элинор текли слюнки, пока она ждала, когда ее госпожа утолит голод.
— Дайкон, сходи за элем. — Леди Бланш протянула мальчику пустую кружку.
Паж отсутствовал так долго, что Элинор уже подумывала о том, чтобы отправиться на его поиски, как вдруг у задней двери раздались крики, заглушаемые пронзительными воплями Дайкона.
— Господи, что он еще натворил? — поинтересовалась леди Бланш с набитым ртом. — Клянусь, у этого мяса вкус как у опилок.
Элинор поспешила к месту переполоха и увидела Дайкона, являвшего собой жалкое зрелище: глаз у пего был подбит, из губы текла кровь. Несмотря на отчаянное сопротивление, он едва касался земли, удерживаемый в воздухе плечистым брюнетом в темно-синей тунике. Другого парнишку, тоже избитого, держал за шиворот его хозяин, белокурый великан, и встряхивал так, что у бедняги стучали зубы.
— Дайкон, что случилось?
— Так это ваш озорник, леди? — поинтересовался светловолосый рыцарь, еще раз тряхнув слугу, прежде чем поставить его на ноги. — Эти два разбойника сцепились во дворе. Пришлось хорошенько стукнуть их лбами, чтобы разнять.
— Как не стыдно, Дайкон! Леди Бланш прикажет тебя выпороть. Посмотри, во что превратилась твоя одежда! — Элинор с отвращением смотрела на облепленные грязью ливрею и башмаки мальчика.
— Он назвал меня трусом! — возмущенно заявил Дайкон. Элинор бросила взгляд на второго мальчишку, на голову выше Дайкона, и сердито сказала:
— А ты зачем полез в драку? Ведь Дайкон младше тебя! Лучше бы позаботился о своем хозяине.
Белокурый рыцарь усмехнулся:
— Хорошо сказано, красавица. Что ты ответишь на это, Кобби?
Подросток пренебрежительно фыркнул, вытирая кулаком окровавленный рот.
— Ладно, парень, можешь идти. — Темноволосый рыцарь отпустил Дайкона, одернув на нем одежду.
— Благодарю вас, сэр, — сказала Элинор. — О нем позаботятся.
— Надеюсь, не слишком сурово.
Элинор взглянула на рыцаря в синей тунике. В полумраке лицо его казалось смуглым, волосы — угольно-черными. Под резко очерченными бровями стальным блеском сверкали глаза. Он пристально разглядывал девушку, изогнув в улыбке выразительный рот. Элинор смутилась, по телу пробежала дрожь.
— Я… не мне решать, — пробормотала она, обретя наконец дар речи.
— Думаю, ему это пригодится, леди. — Он протянул ей растерзанную шляпу Дайкона. У Элинор перехватило дыхание, когда их руки соприкоснулись.
— Спасибо, сэр.
Она повернулась и пошла прочь, подталкивая шедшего впереди Дайкона.
— Джордан! — окликнул кто-то темноволосого рыцаря. Посыпались шутки насчет девиц, млеющих от одного его взгляда, раздался дружный взрыв хохота. Элинор зарделась, догадываясь, что стала предметом их веселья.
— Леди Бланш придет в ярость, когда увидит, на кого ты похож! — набросилась она на Дайкона, скрывая за гневом смущение. — Как ты посмел ввязаться в драку, когда тебя послали по делу?
— Пожалуйста, Элинор, не говори ей, что я подрался, — взмолился Дайкон, обратив на нее влажный взгляд васильковых глаз. — Меня изобьют до полусмерти, — хныкал он, вцепившись в ее мокрый рукав. — Ты не представляешь себе, какая тяжелая рука у Рейфа. О, Элинор, пожалей меня!
Он не прекращал ныть, пока они пробирались сквозь шумную толпу.
— Бог мой, Дайкон, ты что, побывал в выгребной яме? — поразилась леди Бланш.
— Просто кошмар, миледи! Этого дурачка нельзя выпустить во двор, чтобы он не попал в переделку!
— Где мой эль, негодник?
— Сейчас, леди Бланш, — выдохнул Дайкон, не в силах поверить, что отделался легким испугом. — Я только напомню хозяину. — И, не дожидаясь ответа, скрылся в толпе.
— Садись и поешь, Элинор. Хозяин принес добавку, и, заметь, без дополнительной оплаты. Воистину щедрый человек.
Элинор бросила пристальный взгляд на раскрасневшееся лицо своей госпожи. Невнятная речь, неестественный румянец и блеск в глазах наводили на мысль, что либо напиток жены хозяина оказался слишком крепким, либо леди Бланш выпила лишнего.
— Ну что за неразумное дитя! У него такой вид, словно он налетел на дверь, — пробормотала леди Бланш, снова заговорив о своем паже. Как ни странно, она не выразила негодования по поводу испорченной ливреи и, казалось, пребывала в состоянии необъяснимого благодушия. — Да, я сделала правильный выбор, остановившись в этой гостинице. Здесь, конечно, тесновато, но хозяин заверил меня, что к ночи рыцари разъедутся и мы сможем спокойно вздохнуть.
— Не думала, что они уезжают. — Элинор оглянулась в надежде еще раз увидеть мужчину по имени Джордан. Высокий, широкоплечий, красивый, он будто явился из ее грез.
— …эта гостиница напомнила мне ту, где мы остановились с моим дорогим Тьери по пути домой вскоре после свадьбы. — Леди Бланш мечтательно вздохнула. — Ах, до чего же он был хорош, мой сэр Тьери, — стройный, широкоплечий. Правда, волосы у него даже в молодости были не очень густые, но в остальном… Ну а я, Элинор, — в те годы я была настоящей красавицей. Пожалуй, даже красивее тебя.
Они обменялись сочувственными улыбками, и Элинор снова стала искать глазами приметную темно-синюю тунику Джордана. Рыцари тем временем подтянулись к огню. Столпившись у очага, они подкреплялись хлебом с мясом, запивая его элем. Слуги суетились вокруг хозяев, расслабляя пряжки и унося промокшую одежду.
Наконец Элинор увидела Джордана. Прислонившись к стене, он стянул с ног башмаки и вылил из них воду. Сердце Элинор екнуло, когда он поднял глаза и улыбнулся, сверкнув ровными белыми зубами. Необычное имя и смуглая кожа навели се на мысль, что черноволосый рыцарь, возможно, иноземец, хотя родители могли назвать сына и в честь реки, протекавшей в Святой земле.
type="note" l:href="#FbAutId_2">[2]
— …когда я думаю, что твой бедный брат находится во власти этих безбожников, меня пробирает дрожь. Он такой галантный, такой… — Голос леди Бланш дрогнул, и она судорожно сглотнула.
— Отец говорит, что с Гаем все в порядке и он скоро будет на свободе, — промолвила Элинор, рассеянно прислушиваясь к словам своей госпожи. — Я и не подозревала, леди Бланш, что вы такого высокого мнения о моем брате. Ведь он пробыл в Райзвуде всего две недели.
Леди Бланш кашлянула и поспешно опустила глаза. Руки у нее дрожали, щеки раскраснелись. Судя по выражению ее лица, она сказала больше, чем собиралась. Неужели ее чувства к Гаю глубже, чем благоволение высокородной дамы к молодому человеку, только что удостоившемуся рыцарского звания? Брату Элинор едва минуло двадцать два года, между тем, как леди Бланш приближалась к своему сорокалетию.
— Помнится, Гай очень хорошо отзывался о вас и говорил, что ему повезло со службой, — отважилась сообщить Элинор, пристально наблюдая за смущенной дамой.
Та просияла.
— Неужели? Ах, как это мило с его стороны! — Леди Бланш сделала глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки. — Это ведь благодаря твоему милому брату ты получила назначение в Бордо. Одного моего влияния на принцессу Иоанну было бы недостаточно, — пояснила она более сдержанным тоном. — По-моему, принц Эдуард испытывает угрызения совести из-за того, что Гай попал в плен, — и не без оснований.
— Но вы сказали… что выхлопотали мне это назначение, чтобы… предотвратить мое замужество, — вымолвила Элинор в полной растерянности.
Леди Бланш отвела взгляд.
— Элинор, дорогая, — вкрадчиво начала она. — Лорд Генри богат, и, — она огляделась по сторонам и продолжила, понизив голос: — маленькая птичка напела мне, что он намерен заплатить выкуп за твоего брата. Разве это не свидетельствует о его исключительной щедрости?
Элинор подавила тягостное чувство, вызванное этим сообщением. Леди Бланш явно изменила свое отношение к ее браку с лордом Гастингсом. Похоже, ее больше заботит свобода Гая, чем участь Элинор.
— Я и не подозревала, что освобождение моего брата так важно для вас, — заметила она.
— Разумеется, важно… но вовсе не для меня, Элинор, а для тебя, дорогая. — Леди Бланш нервно хихикнула, румянец на ее щеках стал гуще. — Глупышка, разве стала бы я заботиться о благополучии молодого рыцаря, если бы не привязанность к его милой сестре?
Заметив Дайкона, предусмотрительно державшегося сзади, леди Бланш выхватила у него кружку с элем и с явным удовольствием осушила ее.
— Не хотите ли лечь?
— Чуть позже, дорогая. Так приятно посидеть в тепле, у огня. А ты пока узнай, нет ли у хозяйки лекарства от горла. У меня такое ощущение, словно его натерли песком.
Отправившись на поиски жены хозяина, Элинор заметила трактирщика, разговаривавшего с несколькими рыцарями, и, прислушавшись, с изумлением поняла, что он пытается отговорить их от ночевки в его собственной гостинице.
— Добрые люди, мне негде разместить столько народу. Вот если бы вы приехали пораньше. Этот дождь загнал под крышу всех, кто оказался в пути. Если пожелаете, можно, конечно, переночевать в конюшне. Но стоит ли терпеть неудобства, если неподалеку есть еще одна гостиница как раз для знатных господ? А у меня здесь, добрые сэры, всего лишь постоялый двор.
Рыцари недовольно загалдели и потребовали еще выпивки, чтобы за кружкой эля принять решение. Элинор нашла хозяйку в жарко натопленной полутемной кухне, где поджаривалась на вертеле туша быка. Оборванные поварята поливали шипящее мясо жиром, зачерпывая его длинными поварешками с лотка. Поворчав, что она слишком занята, чтобы потакать капризам благородных дам, хозяйка проворно смешала мед и пряности и добавила их в горячий эль.
Элинор поспешила к леди Бланш, чтобы та выпила напиток теплым, как велела хозяйка. Сердце ее остановилось, когда она увидела стоявшего в дверях Джордана. Отослав оруженосца с поручением, он с улыбкой повернулся к девушке.
У Элинор перехватило дыхание. Она замерла, не в силах отвести взгляд от темноволосого красавца. Его пронзительные, с черными ресницами, глаза завораживали, гладкая загорелая кожа чуть поблескивала в свете факела над дверью. Высокие скулы, нос с горбинкой и твердый подбородок придавали ему суровый, даже жестокий вид. Хотя Элинор была отнюдь не маленького роста, глаза ее находились на уровне его шеи, где под смуглой кожей трепетала жилка.
— Надеюсь, с мальчиком все в порядке? — поинтересовался рыцарь.
— С мальчиком? — растерянно переспросила Элинор. — О, конечно. Миледи нездоровится, и она не стала наказывать Дайкона.
— Везучий, чертенок. — Он посторонился, уступая ей дорогу.
Элинор уставилась на длинные пальцы, обхватившие дверную ручку. На одном из них поблескивало золотое кольцо с тускло-зеленым камнем. Такие руки не могли принадлежать простому воину. Она понимала, что выглядит глупо, но не могла сдвинуться с места, невольно представив себе, как они касаются ее щеки и волос. При одной лишь мысли об этом девушка затрепетала.
Сделав наконец над собой усилие, Элинор вошла в общий зал и двинулась вперед, с трудом преодолевая желание оглянуться.
Толчея усилилась. По залу бродили нищенствующие монахи, оборванные и босоногие, предлагая за умеренную плату чудодейственные мощи.
— Что пожелаете, леди? — обратился к ней один из представителей странствующей братии. — Флакон воды из священной реки Иордан, трижды благословенный его святейшеством папой? Или фрагмент креста, на котором Господь наш претерпел муки?
— Ничего.
— А может, кость святого мученика или зуб святой Агнессы…
— Ничего.
Монах отстал, отправившись на поиски более легковерных покупателей.
— Что у них там, индульгенции? — поинтересовалась леди Бланш минутой позже, прихлебывая подогретый эль.
— Мощи святых, но, уверена, индульгенциями они тоже торгуют.
Леди Бланш поерзала, устраиваясь удобнее на мягком сиденье.
— Я настолько слаба, что не в силах сдвинуться с места. Элинор, дорогая, приведи ко мне одного из братьев. Я хотела бы купить индульгенцию.
От монаха, откликнувшегося на призыв Элинор, несло луком и перегаром. В отличие от большинства собратьев он был обут в поношенные сандалии, привязанные веревками к грязным лодыжкам.
— Нужна индульгенция? — уточнил он и добавил с хитрой усмешкой: — Надеешься искупить грехи?
— Моя госпожа хочет купить индульгенцию.
— А-а, дама в зеленом бархатном платье. Сразу видно, что она из благородных. — Монах потер грязные ладони в предвкушении хорошего заработка и направился к леди Бланш.
— Желаете приобрести индульгенцию, миледи?
Леди Бланш распахнула глаза и выпрямилась, схватившись за голову пухлыми ручками, когда все поплыло у нее перед глазами.
— Да, индульгенцию за мои грехи, — произнесла она, понизив голос, видимо, не желая, чтобы ее слышала Элинор.
— Незначительные или смертные грехи, миледи? «Смертные», — сурово отозвалась ее совесть. Леди Бланш затрепетала, представив себе сильные плечи Гая и его гладкую кожу. Как же он молод и прекрасен!
— Незначительные, — поспешно произнесла она, мысленно моля Бога простить ей эту ложь.
Монах извлек небольшой свиток из рукава сутаны.
— Это одна из самых мощных индульгенций, которые мы можем предложить, но стоит она недешево, дорогая миледи.
— Я беру ее… Элинор, расплатись.
Элинор нехотя вытащила из кошелька несколько золотых монет. Монах покачал головой, требуя больше. Элинор добавила. Удовлетворившись наконец, он сунул монеты в карман и вручил леди Бланш индульгенцию. Затем, оглядевшись, поманил к себе другого монаха, с завернутым в черный бархат деревянным ящичком.
— Столь благочестивая леди нуждается в амулетах ничуть не меньше, чем в индульгенциях. Брат Мартин укажет вам верный путь к спасению. — Понизив голос, он добавил: — Это рука святой мученицы Агнессы.
Девушка и ее госпожа дружно ахнули. Леди Бланш, жаждавшая очистить душу от скверны, подалась всем телом вперед.
При виде столь явной заинтересованности брат Мартин оставил купца, которому демонстрировал священную реликвию, и поспешил к ним. Почтительно преклонив колено перед леди Бланш, он откинул черный бархат, прикрывавший украшенную золотым орнаментом раку.
Проходивший мимо рыцарь с любопытством заглянул через плечо монаха.
— Иисусе, да он стянул эти кости на кладбище! Не верьте этим мошенникам, леди.
Леди Бланш ахнула, шокированная подобным кощунством.
— Не обращайте внимания на этих безбожников, миледи, — успокоил ее брат Мартин. — Разве не видно, что это подлинная рука святой мученицы?
Элинор отпрянула от ужасающей реликвии, покоившейся на ложе из черного бархата. Высохшая, сморщенная кожа обтягивала пожелтевшие кости и скрюченную кисть.
— Для полной благодати, миледи, вы должны коснуться мощей, — заявил монах. — Мы будем молиться за вас.
Леди Бланш заколебалась было, но, преодолев отвращение, протянула унизанную перстнями руку и слегка пожала негнущиеся пальцы. Прилив энергии, который она ощутила в предплечье, окончательно убедил легковерную даму в чудодейственной силе реликвии.
К неудовольствию Элинор, брат Мартин и его собратья принялись шумно требовать оставшееся в кошельке золото за привилегию коснуться мощей. Девушка запротестовала, но леди Бланш прикрикнула на нее и распорядилась отдать монеты.
— Душевный покой дороже кошеля с золотом, дорогая, — с легким упреком заметила она, когда монахи удалились.
— И все же вы заплатили слишком много. Треть имеющихся у нас денег, — сказала Элинор, понизив голос.
— Успокойся, Элинор. Поблагодарим Господа за то, что у нас есть крыша над головой. Ах, я валюсь с ног от усталости. Пойдем-ка спать.
Элинор собрала вещи, включая собачонку и перевязанную ленточкой индульгенцию, которую ее благочестивая госпожа поклялась носить на теле, и последовала за леди Бланш вверх по шаткой лестнице.
Движение сзади заставило ее обернуться. Сердце Элинор екнуло, когда она увидела сэра Джордана, стоявшего у подножия лестницы. В свете факела его волосы блестели как вороново крыло, на шее сверкала золотая цепь. Он смотрел на нее с сосредоточенным, почти торжественным выражением. Но тут кто-то окликнул его, он резко повернулся и вышел.
Элинор стиснула перед собой руки. Джордан искал ее! Возможно, хотел поговорить, но не осмелился. Она задрожала от восторга, вообразив, будто он страдает от любви, как герой рыцарских баллад. Ах, до конца своих дней он сохранит в памяти ее образ, обожая и поклоняясь издалека…
— Элинор! Что с тобой? Поторопись! Очнувшись от грез, девушка виновато потупилась.
— Иду, леди Бланш, — отозвалась она и поспешила наверх.
Дождь мягко стучал по крыше, убаюкивая Элинор, свернувшуюся на соломенном тюфяке. Из-за непогоды гостиница была переполнена, и хитрый хозяин не преминул воспользоваться этим обстоятельством, разделив комнаты на шесть частей. Льняные полотнища, развешанные на веревках, создавали подобие уединения, но Элинор не чувствовала себя в безопасности.
Не испытывая особого доверия к попутчикам, она спрятала оставшееся золото под юбку и спала не раздеваясь, тем более что постель трудно было назвать чистой.
Комнатная собачка едва ли могла служить надежной защитой, однако Элинор радовалась присутствию Крошки. Леди Бланш спала беспокойно, и Крошка пристроилась под боком у девушки, променяв сбившуюся перину хозяйки на соломенный тюфяк Элинор.
С каждой милей, отделявшей ее от Мелтона, ненавистный брак казался Элинор все более призрачным. Мечтательно вздохнув, она попыталась представить себе, каково это — выйти замуж за прекрасного рыцаря в синей тунике. Вот сэр Джордан просит у отца ее руки и, получив согласие, является к ней, чтобы объясниться в любви…
Ее разбудил отчаянный лай Крошки. Подскочив на тюфяке, Элинор, насмерть перепуганная, уставилась в темноту.
— Кто здесь? — громко спросила она, стараясь не выдать своего страха.
Крошка бросилась в угол, откуда донесся хриплый голос мужчины.
— Как ты посмел войти? Пошел вон!
— Ладно, ладно! Только забери эту чертову собаку, пока я не свернул ей шею, — прорычал неведомый разбойник, отшвырнув ногой Крошку.
Пока Элинор ловила собачонку, шум разбудил остальных постояльцев, громко выражавших свое возмущение.
— Убирайся отсюда! — заявила Элинор нарушителю спокойствия.
— Ухожу, — проворчал мужчина. — Подумаешь, ошибся комнатой. — Он чуть не упал, приняв за стену холст, служивший перегородкой, и едва выбрался наружу.
После его ухода Элинор еще долго лежала без сна, трясясь от страха и прижимая к себе теплое тельце собачки.
— Крошка, миленькая, как хорошо, что ты такая свирепая, — благодарно прошептала она. Вряд ли мужчина забрел в их комнату по ошибке. Грабеж или насилие — куда более вероятные мотивы.
Крошка благодарно лизнула ее лицо. Еще некоторое время они бодрствовали, напряженно вглядываясь в темноту. Наконец Элинор задремала, а затем и Крошка погрузилась в сон.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Пламя любви - Филлипс Патриция



Очень интересный роман. Столько всего наверчено. Очень похож на стиль б. Смолл. Я даже удивилась что написала др.писательница. но почитать очень даже можно. 9 из 10
Пламя любви - Филлипс Патрициянека я
27.08.2013, 13.01





А,что.Очень даже ничего! Вначале не очень,а потом не оторвёшь!
Пламя любви - Филлипс ПатрицияНаталья 66
27.10.2014, 17.59





Такого бреда давно не встречала. Вымученный и вытянутый из пальца сюжет, нагромождение каких-то нелепых ситуаций вокруг главных героев. Градусы ревности зашкаливают до маразма у обоих, это при том, что девицу имеют то один, то другой...а герой посыпохивает в своё удовольствие с наложницей. Да ещё и дитя приживает с ней же... ТА - ДАМ - оказывается, что данный элексир сумасбродства и есть чистая любовь друг к другу наших Г/героев в неразбавленном виде. Когда-то довелось сказать, повторюсь и теперь - книга на любителя. Мне эта белиберда решительно не понравилось.
Пламя любви - Филлипс ПатрицияNatali
27.10.2014, 22.47








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100