Читать онлайн Негасимое пламя, автора - Филлипс Патриция, Раздел - Глава 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Негасимое пламя - Филлипс Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.94 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Негасимое пламя - Филлипс Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Негасимое пламя - Филлипс Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Филлипс Патриция

Негасимое пламя

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 3

В ноябре обычно темнеет рано.
К тому времени, когда Джессамин вышла из покоев, факелы уже горели. Задержавшись на лестнице, она помедлила и придирчиво оглядела себя в полированном металлическом диске, который обычно заменял ей зеркало.
Нынче вечером она немало потрудилась над своей внешностью, что, вообще говоря, было ей несвойственно. Конечно, после пожара просто необходимо было принять ванну и как следует вымыть пропахшие дымом волосы, но она предпочла не задумываться, что заставило ее в этот раз добавить в воду целых полфлакона драгоценной розовой эссенции. Джессамин и без того знала, что в глубине души надеется произвести самое лучшее впечатление на приехавших валлийцев. Поймав себя на этой греховной мысли, девушка почувствовала, как краска снова заливает ей щеки.
Отблеск горевшего за ее спиной факела освещал ее гладко причесанные, заплетенные в косу волосы, и в его свете они казались потоком расплавленной бронзы.
Она даже отважилась перевить пряди лентами и жемчужными нитями, а потом аккуратно закрепила их костяными гребнями, приподняв тяжелую массу волос, так что стали видны маленькие, изящные ушки. Темно-голубая атласная лента, обвивавшая ее головку, была такого же глубокого оттенка, что и нарядное платье. Джессамин выбрала свой лучший туалет. Ей сшили его из материи, которую привезли из самого Йорка. Роскошное верхнее платье из мелкотравчатого бархата было наброшено поверх шелкового нижнего, сшитого из темно-голубого шелка. Длинные рукава его были отделаны серебряными лентами. Великолепная ткань и прелестный фасон делали ее похожей на королеву, по крайней мере сама Джессамин была совершенно уверена в этом. Платье казалось ей настолько роскошным, что она всего дважды отваживалась надевать его. Да к тому же жизнь в замке Кэрли вообще не располагала к роскоши.
— Ну что, ты готова наконец?
Джессамин резко обернулась и заметила брата, который поджидал ее на лестнице. В честь приезда в замок гостей Уолтер тоже принарядился. На нем был его парадный костюм — нарядный бархатный камзол шафранового цвета, из-под которого выглядывали длинные рейтузы в красно-белую полоску. Богато украшенная золотой вышивкой перевязь низко спускалась на одно бедро. Стесняясь изуродованной ноги, Уолтер всегда выбирал фасон, который больше подходил пожилому человеку, чем такому юнцу, как он. Короткий дублет, сшитый по последней моде, и лосины, которые последнее время предпочитала носить молодежь, только привлекали внимание к его увечью.
— Мы идем в зал? — спросила его Джессамин, лихорадочно покусывая губы, чтобы они казались краснее.
— Господи, из-за чего такой переполох?! Ты только взгляни на себя — вымылась, надушилась, вырядилась в лучшее платье! Можно подумать, нас почтил своим присутствием сам король! Да еще напросился на ужин!
— Я тушила пожар, Уолтер, не забывай об этом. На меня и смотреть-то было страшно — вся в саже и золе! — довольно резко огрызнулась она, выведенная из себя саркастической усмешкой брата и звучавшей в его голосе едкой иронией. — И потом, разве это преступление — помыться и переодеться, когда в доме гости? По мне, так это обычное гостеприимство и ничего больше.
— Ох ты, Господи, можно подумать, я что-то имею против гостеприимства! Но по всей вероятности, это означает, что ты приказала приготовить что-то повкуснее и подать паше лучшее вино, разве не так?
— Вино будет только за хозяйским столом. Или тебе пришлось бы по душе, если бы они убедились, что мы питаемся ничуть не лучше наших крестьян? — понизив голос, прошипела она сквозь зубы, поскольку они уже были у входа в парадный зал.
— Плевать мне на то, что подумают эти валлийцы! Меня больше волнует, во сколько нам это обойдется, если ты намерена и дальше ублажать их, как сейчас!
— Ты что, забыл — именно они спасли Агнесс и Мэвен, они потушили пожар и вытащили их полумертвых! Тебе не кажется, что мы в долгу перед ними?!
— Ну и угостила бы их краюхой хлеба и кружкой эля прямо во дворе — по мне, так вполне достаточно! А теперь эта свора объест нас дочиста!
— Не переживай так, дорогой братец! Насколько я помню, очень скоро на выручку явится сэр Ральф, нагруженный припасами и подарками, — со сладкой улыбочкой напомнила Джессамин, прежде чем они перешагнули порог зала.
— Сука, — чуть слышно прошипел сквозь стиснутые зубы Уолтер. Хотя и достаточно громко для того, чтобы сестра его услышала.
При их приближении сидевшие за парадным столом гости подняли головы.
Лорд Рис и два его капитана шагнули вперед поприветствовать хозяина и хозяйку замка.
— Добро пожаловать в Кэрли, — сказал Уолтер, делая приветственный жест, и неловко заковылял по ступенькам, ведущим на возвышение, где стоял хозяйский стол. — Я Уолтер Дакре, лорд Кэрли, а это моя сестра, леди Джессамин.
Как злорадно подметила Джессамин, он сделал все возможное, чтобы она не заметила его изумления. Лорд Рис, увидев ее, судорожно втянул в себя воздух. Глаза его были прикованы к ее лицу, и Джессамин снова почувствовала, как предательский румянец заливает ее щеки.
Стараясь не выдать своих чувств, девушка быстро склонилась перед ним и повернулась к леди Элинед. Та, в свою очередь, присела в реверансе, но сделала вид, что не узнает Джессамин.
— Позвольте поблагодарить вас за оказанное нам гостеприимство, — высоким, резким голосом произнесла она. — В таких диких краях, как этот, очень трудно найти подходящий приют. Ведь здешние жители готовы довольствоваться самыми примитивными удобствами!
— Да, обычно так оно и есть, — охотно согласился Уолтер, по Джессамин успела заметить, как губы его изогнулись в презрительной усмешке, когда он окинул взглядом свою гостью. Хорошенькая, но недалекая. К тому же бестактная и бесчувственная. Он улыбнулся про себя, невольно сравнивая эту трещотку с сестрой, которую можно было считать кем угодно, но только не заурядной.
А если признаться откровенно, то эта леди вела себя сейчас точь-в-точь как он обычно требовал от Джессамин, будучи уверенным, что только так сестра сможет найти себе мужа. Чувствуя невольные угрызения совести, он, чтобы скрыть свое смущение, взял белую, казавшуюся необычайно хрупкой руку леди Элинед и поднес ее к губам.
— Благодарю за честь, которую вы оказали нам, согласившись остановиться в нашем замке, миледи.
Элинед послала ему очаровательную улыбку. На ее щеках цвета слоновой кости заиграл нежный румянец. Она в притворном смущении опустила длинные ресницы, но от ее зоркого взгляда не ускользнули ни юность Уолтера, ни его искривленная нога.
Джессамин повернулась и дала знак подавать на стол.
Устав от общества незнакомых людей, Уолтер, как только закончилась трапеза, торопливо извинился и вышел из-за стола. Джессамин же была па седьмом небе от счастья — она и припомнить не могла, когда еще она так весело проводила время в Кэрли. Ей и в голову не приходило уйти из зала, где царили музыка и веселье, чтобы променять этот шум и смех на промозглый холод и одиночество своей спальни.
К ее огорчению, Джессамин очень скоро убедилась, что лорд Рис решил воспользоваться уходом ее брата, чтобы приступить к расспросам. Когда она сделала движение, чтобы пересесть поближе к певцам, он, ни минуты не медля, последовал за ней. И вот в первый раз за этот долгий вечер она осталась с ним с глазу на глаз и была вынуждена поддерживать разговор.
— Скажите, почему вы утаили, что вы — хозяйка Кэрли?
— Мне показалось забавным, что вы приняли меня за обычную служанку.
— Ну, не только за служанку… Вспомните, ведь вначале я вообще счел вас мальчишкой! Леди Джессамин, прошу принять мои глубочайшие извинения за то, что я не отнесся к вам с должным уважением. Поймите меня правильно: если женщина переодевается в мужское платье и ездит верхом, как крестьянский парень, ни на что иное она и не может рассчитывать.
Джессамин ответила ему улыбкой, рассеянно вслушиваясь в его слова. Ей пришлось признать, что она добилась, чего хотела, — полностью завладела его вниманием. Увы, жаль только, что она обязана этим своему нелепому одеянию да еще разве что немыслимой для настоящей леди рискованной выходке. При этой мысли все те остроумные замечания, которые она за этот вечер не раз успела повторить про себя, мгновенно вылетели у нее из головы. Вместо этого она могла только рассеянно улыбаться ему да смущенно опускать глаза, когда в его темных загадочных глазах появлялся опасный огонек и этот горячий взгляд становился слишком уж интимным.
— Так вы прощаете мою бесцеремонность, леди Джессамин?
— Конечно. К тому же я ничуть не обиделась.
— Какой приятный сюрприз! А я-то расстраивался, воображая, что меня ожидает скучный ужин в компании безусого юнца и скучной старой девы, его сестры. А вместо этого встретил настоящее чудо красоты!
В первый раз за всю свою жизнь Джессамин багрово покраснела от неожиданности и смущения. До смерти сконфузившись, она испуганно прикрыла руками загоревшиеся щеки, стараясь скрыть краску, бросившуюся ей в лицо. Господи, до чего глупо!
— Благодарю вас за комплимент, милорд, — с трудом пробормотала она прерывистым голосом. — А если честно, я вовсе не собиралась вас дурачить. До нас доходили слухи, что в округе бродит немало вооруженных бродяг, вот я и решила, что будет безопаснее переодеться мальчиком, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания.
— И из вас получился просто очаровательный мальчуган! — с усмешкой подхватил он. — Хитро придумано, хотя тот, кто посоветовал вам ехать одной, оказал плохую услугу. Вам следовало бы взять охрану. Неужели никто из слуг не мог поехать с вами?
— Я собиралась всего лишь навестить старую Агнесс. Это совсем близко. Мне и в голову не пришло взять с собой охрану.
Его темные брови удивленно сдвинулись.
— Какое стремление к независимости! — В его голосе не было даже намека на насмешку, лишь недоумение.
Джессамин немного оттаяла и наконец осмелилась поднять на него глаза. Она и представить себе не могла, какая волна удовольствия прокатится по всему ее телу, когда их взгляды встретятся. Вновь смутившись до слез, она опустила ресницы и сцепила руки на коленях.
Сегодня вечером он выглядел куда элегантнее, чем когда примчался на ее зов несколькими часами раньше. Надетый на нем зеленый бархатный дублет был простого покроя, но сшит из роскошной ткани. Глубокий травянисто-зеленый тон одежды делал его густые вьющиеся волосы еще темнее. В свете факелов гладкая смуглая кожа отливала бронзой. Распахнутый ворот белоснежной рубашки подчеркивал линию сильной шеи. Джессамин вдруг почувствовала, что се неудержимо тянет дотронуться до него, скользнуть под рубашку, чтобы почувствовать тепло его тела. Ее вдруг опалило жаром, и Джессамин испуганно застыла. Господи, да что это с ней?! Никогда раньше подобные мысли не приходили ей в голову.
Она решительно выпрямилась, прижавшись к прямой спинке стула, и постаралась выкинуть из головы весь этот вздор. Увы, это было не так-то легко. Лорд Рис, устроившись поудобнее в огромном кресле, стоявшем напротив камина, и обложившись подушками, вытянул к огню длинные ноги, затянутые в высокие кожаные сапоги. Под тонкой тканью черных рейтуз угадывались сильные, мускулистые ноги. Сапоги для верховой езды доходили почти до середины бедра. Сделанные из прекрасной кожи, они удобно облегали ногу точно вторая кожа. Джессамин не могла отвести от него глаз. Вот он, облокотившись на спинку кресла, удобно закинул руки за голову, и девушка залюбовалась его тонкими, но сильными пальцами с оливково-смуглой кожей, Руки его не были так же белы и пухлы, как руки Уолтера. Нет, это были руки воина и путешественника, большие, смуглые от загара, загрубевшие. Каково это — почувствовать, как эти руки, горячие и сильные, ласково коснутся ее шеи, проведут по лицу… как эта широкая, мускулистая грудь тесно прижмется к ее телу…
Боже милостивый, она, должно быть, сошла с ума!
Ее грезы были прерваны приходом леди Элинед.
— Могу ли я рассчитывать на теплую постель и мягкую перину в такой глуши, или я прошу слишком многого и в такой крохотной крепости о подобных вещах никогда не слышали? — Она остановилась возле них и выпрямилась во весь рост.
Роскошное пунцовое платье и наброшенная поверх него отделанная пушистым мехом накидка в свете пылавших факелов отливали багрово-алыми отблесками. Приоткрыв изящный ротик, леди Элинед слабо зевнула и провела нежной рукой по лбу, словно колени ее подгибались от смертельной усталости.
Хотя в словах этой женщины и не было прямого оскорбления, Джессамин вспыхнула. Она подсознательно почувствовала, что та старается уязвить ее. И вновь, как несколько часов назад, когда она впервые увидела в трактире эту прекрасную незнакомку, в душе ее поднялась целая буря противоречивых чувств. Да, спору нет, леди Элинед и впрямь несравненная красавица, но под этой прекрасной оболочкой скрывалась черствая, расчетливая душа, равнодушная ко всему, кроме собственных желаний и капризов.
— В приготовленной для вас комнате вы найдете все необходимое. Раньше это была комната моей матери. Я уверена, что вы сочтете вашу постель достаточно мягкой, а комнату — удобной. К тому же огонь в камине там уже давно разведен.
Ее резкая отповедь заставила губы лорда Риса слегка изогнуться в иронической усмешке:
— Ну вот, Элинед, ты, кажется, получила ответ на свой вопрос.
— Да. Причем приправленный изрядной долей наглости.
— В нем не больше наглости, миледи, чем в вашем вопросе!
Леди Элинед беззвучно открыла и закрыла рот. Глаза ее округлились от изумления, нежная кожа покрылась красными пятнами.
— Как вы осмелились назвать меня наглой… меня! Я не привыкла, чтобы меня оскорбляли подобным образом. Рис! — Она высокомерно оглянулась через плечо, словно ожидая, что он тут же кинется на ее защиту.
— Леди Джессамин просто ответила на твой вопрос, оставь ее в покое!
— О Боже, чего же еще ожидать от такого, как ты! Ну конечно, смазливое личико, кокетливая улыбка — все вы, мужчины, одинаковы!
— Довольно! — Он вскочил на ноги и повернулся к ней. Лицо его потемнело, голос стал резким и хриплым: — Похоже, ты устала, поэтому я предлагаю тебе немедленно отправиться к себе в комнату.
— Да, да, устала! К тому же меня оскорбили и у меня болит горло. Если у меня в комнате недостаточно натоплено, я простужусь до смерти. И тогда мы не сможем провести в Честере Рождество. И моей сестре придется заниматься подготовкой моих похорон, вместо того чтобы праздновать…
Устав от ее визгливого монолога, он повелительно махнул рукой служанкам Элинед, приказывая им поспешить на помощь их госпоже.
Миссис Ллойд, главная камеристка, стремглав ринулась к Элинед и заботливо укутала теплой шалью хрупкие плечи своей госпожи.
— Уж эти мне поездки! Разве они для таких нежных созданий, как леди?! — сердито пробурчала старая служанка. По ее одежде, хоть и простого покроя, но довольно нарядной, было понятно, что она не простая крестьянка.
Не желая спорить с камеристкой, лорд Рис примирительно поднял руки и пожал широкими плечами:
— Мистрис Ллойд, похоже, вы забыли, что мы, собственно, и отправились в эту поездку по настоянию вашей хозяйки. Я не имею к этому никакого отношения. Честно говоря, если бы не надобность в охране в такое неспокойное время, так я бы еще сто раз подумал, стоит ли мне ехать вообще. Да кому, кроме Элинед, взбредет в голову, что путешествие в такую даль да еще в середине ноября может доставить удовольствие?! К тому же холод в такое время — можно сказать, неизбежное зло. Так что, миледи, вы должны быть только благодарны леди Джессамин за оказанное вам гостеприимство. Если бы не она, вам всем пришлось бы удовольствоваться для ночлега повозками!
— О Боже, Ллойд, да разве можно ожидать, что мужчина поймет наши проблемы! — жалобно простонала леди Элинед, обиженно поджав губки.
— Поверьте, леди, мне понятно гораздо больше, чем вам кажется! — отрезал он. — И мне совершенно ясно, что если вы не в состоянии продемонстрировать хорошие манеры и намерены и дальше оскорблять нашу гостеприимную хозяйку, то вам стоит немедленно отправиться в постель. Может быть, завтра ваше дурное настроение рассеется без следа.
Огромные темно-голубые глаза леди Элинед расширились от удивления. Она заморгала, и Джессамин злорадно подметила, как их прозрачную синеву заволокло пеленой слез. Но леди и не думала сдаваться. С трагическим видом прижав руку к сердцу, она истерически взвизгнула:
— О, Рис, как ты можешь?! Боже, что за жестокий народ эти мужчины! Неужели ты не понимаешь — женщины такие хрупкие создания, а ты обращаешься с нами, как со своими солдатами!
— Доброй ночи, Элинед! Желаю тебе как следует выспаться. Тем более что утром мы снова отправимся в путь.
— У моей госпожи не на шутку разболелось горло, — сердито прошипела сквозь зубы пожилая служанка, уводя из зала свою хозяйку.
— Если желаете, я могу приготовить вам лечебный настой. Боль как рукой снимет, — предложила Джессамин, проклиная себя за то, что не может не вмешаться в дело, которое ее совершенно не касается. — У меня большой опыт в этом.
— Благодарю вас, дорогая. Это так любезно с вашей стороны! — жалобно пропищала Элинед, шмыгая носом и смахивая слезы, которые повисли у нее на ресницах. — Я, кажется, совсем расхворалась. Так что ваша помощь будет очень кстати.
С этими словами она позволила служанке увести себя. Вслед за ней удалилась и вся ее свита. Джессамин торопливо распорядилась, чтобы слуги показали гостям отведенные для них комнаты в южной башне. И только после их ухода радостно вздохнула, чувствуя такое облегчение, как будто гора наконец-то свалилась с ее плеч.
— Позвольте мне извиниться перед вами за Элинед и се дурные манеры, — с угрюмым видом пробормотал лорд Рис.
Джессамин заметила, что и он тоже вздохнул с облегчением, как только яркие платья женщин скрылись за дверями.
— В этом нет необходимости. К тому же к вам это не имеет ни малейшего отношения, — ответила Джессамин, дружелюбно улыбаясь ему. — Конечно, для меня вовсе не секрет, что наш Кэрли — отнюдь не самый уютный и роскошный замок, где бы вы могли остановиться. Да и потом сразу видно, что леди просто устала и не очень здорова.
— У вас благородная душа.
— Мне тоже следует извиниться. Я ведь еще не поблагодарила вас за то, что вы помогли мне погасить пожар. Если бы не вы и ваши люди, Агнесс с дочерью наверняка уже не было бы в живых. Бедная, ни в чем не повинная старуха! Эти звери подожгли ее дом только потому, что кому-то вздумалось назвать ее ведьмой. А все их чудовищное суеверие!
— А она и вправду ведьма?
От подобной нелепости Джессамин даже вздрогнула:
— Господи, что вы говорите?! Конечно же, нет. Неужели вы тоже верите во всю эту чушь? Ведь даже церковь…
— Я не хуже вашего знаю, что об этом говорит церковь. Но еще я знаю, что на свете есть немало таких вещей, которые невозможно ни понять, ни объяснить с помощью одной лишь веры. И если в мире существует могущественное добро, то ему противостоит такое же могущественное зло. Разве вы не согласны? Или вам это просто не приходило в голову?
— Нет, почему же? Конечно, зло существует в нашем мире. Но если у кого-то вдруг заболела корова, то это не основание считать, будто злая ведьма непременно навела на нее порчу!
Рис довольно усмехнулся, заметив, с каким жаром Джессамин обсуждает этот вопрос.
— О Боже, о чем я только думаю! Веду серьезные беседы с прелестной девушкой, к тому же при свете камина, — промурлыкал вдруг он, и голос его мгновенно изменился. Теперь он стал глубоким и теплым. Было в нем что-то завораживающее. — По-моему, в эту холодную ноябрьскую ночь, оказавшись вдвоем, мы могли бы куда приятнее провести время вместе.
Джессамин резко выпрямилась, словно от щелчка.
— Подобное времяпрепровождение, милорд, не принято в нашем доме. Прошу великодушно извинить. Надеюсь, вы меня правильно поняли?
Ничуть не обидевшись на ее резкость, Рис откинул назад темноволосую голову и весело, дружелюбно расхохотался над ее непритворным негодованием.
— Ах, какая прелестная скромница! Кто бы мог подумать, леди, тем более с вашей красотой… — И он с приторным сожалением сокрушенно покачал головой.
Насмешка, отчетливо прозвучавшая в его голосе, мгновенно вывела девушку из себя.
Она решительно поднялась, намереваясь положить конец затянувшемуся разговору, И сразу же смешалась, почувствовав, как дрожат ее колени — конечно, от возмущения, сейчас же решила она.
Лорд Рис замер рядом с ней, повернувшись спиной к камину. На фоне пламени вырисовывался только его темный силуэт, лицо оставалось в тени. Не говоря ни слова, он просто стоял и смотрел на Джессамин, чуть заметно усмехаясь. Она неловко глотнула, чувствуя себя на редкость неуютно. Хотя она и раньше заметила, что он чуть ли не на целую голову выше ее, но сейчас она была в таком состоянии, что даже эта немалая разница в росте раздражала ее.
— Мы здесь ведем очень спокойную, размеренную жизнь. Вы приехали издалека, из другой страны, так скорее всего именно поэтому наши привычки кажутся вам странными…
— Умоляю вас, леди, избавьте меня от ваших нравоучений! — рявкнул он, и улыбка его исчезла, как по волшебству. — Да, конечно, я валлиец, это правда. Но я вам не какая-нибудь неотесанная деревенщина! Если хотите знать, я жил в Лондоне, а образование получил в Оксфорде! Поэтому ваш снисходительный тон совершенно неуместен в данном случае. А если вы тоже устали и хотите отправиться в постель, так я готов сию же минуту избавить вас от моего присутствия.
Раздражение, гнев и стыд — все это смешалось в душе Джессамин. Не зная, куда девать глаза, она сделала неловкий жест, стараясь успокоить его.
— Простите, я не то имела в виду…
— Я прекрасно знаю, что вы имели в виду! Так вот, уверяю вас, мои люди и не подумают бросаться на ваших женщин. Конечно, до тех пор, пока те сами не подадут им знак. Не сомневайтесь, мы будем целомудренны, словно новорожденные ягнята. Даю вам слово!
Сдавленным голосом Джессамин пробормотала нечто вроде благодарности. Она понимала, что после столь бурной сцены ей ничего не остается, как только отправиться в постель.
— Доброй ночи.
— Доброй ночи и вам, леди Джессамин! — Он чуть заметно улыбнулся. — Не обращайте внимания на отсутствие хороших манер у леди Элинед. Она привыкла жить, как мотылек, не заботясь ни о чем, кроме собственных желаний. Конечно, она красавица, ничего не скажешь. Но иногда ее красота бывает довольно обременительна, тем более что Элинед использует ее, как золотые монеты, подкупая тех, кто ей нужен, чтобы удовлетворить все свои прихоти. Но вы, как я догадываюсь, женщина совершенно иного сорта.
— Благодарю вас, милорд, за добрые слова.
Послав ему на прощание скупую улыбку, Джессамин повернулась, чтобы уйти.
Никогда еще большой зал Кэрли не казался ей таким бесконечно длинным. Выбоины и царапины в потрескавшемся от старости полу сегодня то и дело попадались ей под ноги, когда она шла к двери в своих домашних туфельках на тонкой подошве. Вот каблучки Джессамин в очередной раз подвернулись, попав в какую-то щель, она едва не упала и сердито подобрала повыше юбки. Девушка шла, чувствуя пристальный взгляд темных глаз, и умирала от желания повернуться, чтобы увидеть его лицо. Только у самых дверей она осмелилась оглянуться, но он был слишком далеко, чтобы она смогла разглядеть выражение его глаз. Он стоял там же, где она его оставила, возле самого камина. Темные густые волосы были слегка взлохмачены, твердые губы не улыбались. Какое-то странное чувство, похожее на одиночество, будто она вдруг лишилась чего-то важного, охватило Джессамин. Это удивило ее. В чем дело?
Ведь он смеялся над ней, вывел из себя, он без конца злил ее и восхищался ею. Она не могла ошибиться. Хотя и не привыкшая к мужскому вниманию, но что ни говори, а Джессамин была настоящей женщиной, женщиной до мозга костей. Ее интуиция не могла подвести ее — этот человек был явно очарован ею.
Лорд Рис был дьявольски привлекательным, загадочным, надоедливым и в то же время занимательным, он обладал способностью мгновенно выводить ее из себя — все это Джессамин бормотала себе под нос, пока шла к двери. Она уже почти бежала, кусая губы и заранее предчувствуя скорое поражение. Быстрее, быстрее, прочь от него, пока она еще в силах заставить себя уйти, не поддавшись сладостному искушению остаться возле него, чтобы чувствовать его восхищение, его прикосновения… его страсть!
Нечаянно вырвавшееся из глубины сердца признание ошеломило Джессамин.
Она споткнулась и схватилась рукой за холодный, шершавый камень стены. Как бы ей сейчас хотелось, чтобы на се пути никогда не встретился лорд Рис Трейверон или хотя бы чтобы она осталась совершенно равнодушной к его мужским чарам! Пока он не появился, в душе ее царили мир и покой. Все эти чувства, что сейчас предательски нахлынули на нее, таились где-то, незнакомые и ненужные ей. А теперь он здесь, рядом с ней, и один его взгляд, одна только улыбка будят в ней целую бурю таких чувств, на которые она даже не считала себя способной.
Она взбежала наверх и рывком распахнула дверь своей спальни. В камине пылал огонь, тишина, царившая в комнате, и тепло очага подействовали на нее умиротворяюще.
— Я разденусь сама, Мери!.. — коротко бросила Джессамин, голос ее дрожал и прерывался от сдерживаемого волнения. Служанка обрадованно присела, довольная, что сегодня вечером ее услуги не понадобятся. Джессамин требовалось время, чтобы овладеть собой и вновь стать той Джессамин, которой она была еще так недавно.
Прошло немного времени, и, оставшись в одной сорочке, девушка застыла у окна. Из-за занавески тянуло холодом, и она не могла сдержать дрожи. Это было единственное окно во всем замке, его переделали из бойницы специально для Джессамин. Сам сэр Хью распорядился об этом. Он лично привез драгоценную роговую раму и всю дорогу из Шрусбери не спускал с нее глаз. Из этого окна Джессамин могла видеть далекие холмы за рекой, где уже начинался Уэльс, любоваться, как ранней весной на деревьях появляется нежная молодая листва, словно окутывая прозрачной дымкой дальний лес, а потом, с приближением осени, листья желтеют и постепенно устилают землю роскошным пестрым ковром. Здесь она часто мечтала, счастливая тем, что отгородилась от всех забот, замкнувшись в своем собственном маленьком мире. А теперь этому пришел конец. Теперь она хочет жить в реальном, а не выдуманном ею мире, и жить рядом с ним.
По лицу ее медленно потекли слезы. Но это не были слезы жалости к себе. Джессамин вдруг вспомнила покойного отца. Даже себе самой Джессамин не решалась открыть свою тайну. Слезы ее были слезами разочарования и боли потому, что она не могла получить того, чего желала больше всего на свете! Она плакала, потому что жаждала любить и быть любимой, потому что томилась от желания испытать счастье в объятиях лорда Риса Трейверона!
Джессамин со вздохом вытащила любимую книгу и принялась рассматривать картинки при свете свечи. Она попыталась на минутку представить себя и лорда Риса вместе в таком же тайном уголке сада. Разве такое возможно? Нет, сказала она себе, решительно отбрасывая книгу. Вместо того чтобы успокоить ее, в этот вечер столь любимые ею прежде картинки только напомнили Джессамин о том, что изображенные на них дамы как две капли воды похожи на леди Элинед Глинн. Да, приходилось признать, что для благородного лорда лишь такая женщина, как она, может стать достойной парой. И разве доблестный рыцарь заинтересуется какой-то девчонкой в рваном мальчишеском платье, которая лезет тушить пожар или скачет верхом по-мужски?
Добившись того, что окончательно расстроилась и разрыдалась от жалости и уязвленного самолюбия, Джессамин наконец сдалась и решила, что нет смысла и дальше мучить себя. Может быть, завтра это пройдет и на душе у нее станет светлее.
Слез у нее уже не было. Джессамин сердито высморкалась. Она не плакала так с тех пор, как умер отец.
Свернувшись калачиком в постели, где было уютно и тепло благодаря заранее согретым простыням, девушка долго вслушивалась в завывание ветра за окном. Потом она вытянулась во весь рост и, вытащив из-под головы пуховую подушку, обняла ее, прижав к груди, словно возлюбленного. Наконец сон смежил ей веки, и Джессамин увидела себя в волшебном саду, а рядом с ней обаятельный лорд Рис осыпал ее галантными комплиментами и признаниями под сенью благоухающих роз.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Негасимое пламя - Филлипс Патриция



Отличный роман. Почему никто не читал?? Только много графических ошибок. А так очень интересный роман. И начало емть и любовь и интрига и хорошая развязка.
Негасимое пламя - Филлипс Патрициянека я
21.06.2013, 12.07





Читала не отрываясь....замечательный роман...
Негасимое пламя - Филлипс ПатрицияСветлана
26.07.2013, 16.28





Хороший роман, очень интересный и волнующий.
Негасимое пламя - Филлипс ПатрицияLina
12.03.2014, 19.45








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100