Читать онлайн Меч и пламя, автора - Филлипс Патриция, Раздел - Глава 15 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Меч и пламя - Филлипс Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.73 (Голосов: 15)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Меч и пламя - Филлипс Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Меч и пламя - Филлипс Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Филлипс Патриция

Меч и пламя

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 15

Адель переодевалась к праздничному пиру, негромко напевая веселую рождественскую мелодию. То, что случилось днем на заснеженной равнине, окончательно развеяло все ее сомнения. Она вела себя как неразумное дитя. Вряд ли стоило ожидать, что внимание Рейфа будет безраздельно принадлежать ей одной – для этого у него было слишком много других обязанностей. Адель невольно улыбнулась при мысли о собственной глупости.
За время их отсутствия замок наполнили нежданные гости – путешественники, искавшие себе укрытия на время бури. Все эти люди намеревались остаться в Фордеме до тех пор, пока дороги не очистятся от снега. Въехав во внутренний двор, Адель заметила незнакомых лошадей, однако из-за темноты не смогла различить гербы на чепраках. Она понятия не имела, кто присоединится к ним за праздничным ужином. Впрочем, горничная, которая принесла воду для умывания, уже сообщила ей о том, что среди вновь прибывших были менестрели и актеры, готовые развлекать их в обмен на еду и кров.
Марджери заставила Адель сидеть не двигаясь перед камином, пока она, расчесав ее волосы и заплетя их, украшала косу золотистыми лентами и нитками жемчуга. Этим вечером Адель собиралась надеть золотой обруч, подаренный ей Рейфом взамен того, который присвоил себе Лоркин Йейтс. На мгновение Адель задалась вопросом, откуда у Рейфа взялась столь роскошная принадлежность женского туалета, но тут же укорила себя за глупость. Сейчас для нее уже не имело значения, как и когда этот обруч попал к нему: он преподнес его в знак своей любви, а все остальное для нее не важно.
Немного поразмыслив, Адель остановила выбор на великолепной тунике цвета слоновой кости, решив набросить ее поверх платья из оранжевого бархата. Мягкая и теплая туника казалась почти невесомой, однако была достаточно плотной, чтобы защитить ее от сквозняков, проникавших в башню сквозь узкие бойницы и полые дымоходы каминов. На ноги Адель надела бархатные туфли под цвет платья – их меховая подкладка приятно согревала ее затянутые в чулки лодыжки.
Когда Марджери закончила, Адель вихрем закружилась по комнате, воображая, будто танцует с де Монфором. Возможно, сегодня и впрямь будут танцы, поскольку в замке находились менестрели; но, даже оставив в стороне развлечения, она знала, что запомнит это Рождество на всю жизнь. Стоило ей закрыть глаза и представить себе улыбку на лице Рейфа, прикосновение его рук, как сердце в ее груди начинало биться чаще. В этот вечер она и впрямь могла сказать – по контрасту с ее недавним подавленным настроением, – что она чувствует себя беззаботной, как ребенок.
Адель поспешила вниз в сопровождении Марджери, которая выглядела прямо-таки красавицей в платье из ярко-зеленой шерсти – рождественском подарке Рейфа. Ни один человек в замке не оказался обделенным щедротами своего господина – начиная от новой желтовато-коричневой туники Адрика и меча Симма с рукояткой, усыпанной драгоценными камнями, и кончая самыми последними служанками с кухни – им вручили по ленте для волос. Даже животные не были забыты: Вэл теперь щеголял в ошейнике из красной кожи с позолотой, а огромные гончие псы Рейфа лежали, развалясь, перед камином в одинаковых медных ошейниках. Адель с улыбкой подумала о том, каким заботливым человеком оказался ее возлюбленный. Даже кислое выражение лица Артура, получившего задание распределить подарки между слугами, не могло испортить впечатления от торжества.
Адель царственной походкой вошла в ярко освещенный зал и остановилась на пороге, не в силах сдержать восторга при виде красочной картины, открывшейся ее взору. Отовсюду свисали гирлянды вечнозеленых растений, дверной проем и камин увенчивали терпко пахнущие ветви пихты и остролиста; на каждом столе рядом со свечами стояли перевитые лентами ветви тиса. Венками из остролиста с алыми ягодами были украшены серые каменные стены, а еще один куст остролиста, весь в пестрых лентах и серебряных колокольчиках, зеленел на стропилах. Обычно суровая обстановка зала преобразилась как по волшебству.
Окинув восхищенным взглядом столы, Адель заметила множество весело пирующих незнакомцев, лица которых были озарены пламенем свечей. Каждый раз, когда массивная дверь открывалась, канделябры на стенах вспыхивали ярким светом, испуская клубы дыма и роняя вниз капли воска. Холодный ветер пригибал пламя свечей и шевелил рождественский куст, заставляя его вращаться над головами собравшихся. Снаружи по недавно выпавшему снегу ползли пурпурные и голубые тени, и этот холодный пейзаж еще больше подчеркивал тепло и веселье, царившие в замке.
Рейф, стоявший по другую сторону зала, видел, как Адель замерла на месте, любуясь праздничным убранством. Он знал, что Эстерволд был довольно бедным поместьем и его обитатели не могли позволить себе так богато украсить свой замок на Рождество, поэтому распорядился сделать зрелище еще более пышным, чем обычно. Теперь он сам с трудом узнавал свой огромный, похожий на пещеру зал.
Появившаяся в дверях Адель напомнила ему ангела, сошедшего на землю, и руки Рейфа до боли сжались в кулаки от желания обнять ее и защитить от враждебного мира. Он приложил все усилия, чтобы сделать это Рождество самым памятным в ее жизни… и вот теперь один-единственный клочок пергамента грозил свести все его старания на нет.
Рейф поднес руку к груди и нащупал сложенный листок, спрятанный под алой туникой. Ему еще предстояло решить, что с ним делать.
Сойдя с возвышения, Рейф направился ко входу в зал. Помня о присутствии гостей, среди которых, как ему было известно, находились шпионы короля, он ограничился тем, что слегка обнял Адель и по-дружески поцеловал ее в щеку; однако она была настолько очарована праздничной обстановкой, что даже не спросила его о причине столь сдержанного приветствия. Затем Рейф предложил Адель руку и повел ее к столу, который покрывала дорогая красная скатерть из камчатного полотна, украшенная гирляндами из лавра и остролиста.
– Как здесь красиво! – прошептала Адель ему на ухо. – Мне еще никогда не приходилось видеть такого богатого убранства. Рейф, дорогой, я знаю, ты хотел доставить мне удовольствие, и тебе это удалось. Я не забуду этого Рождества до конца своих дней.
Что правда, то правда, подумал он про себя, украдкой пожимая ей руку и через силу изображая радость, которой больше не чувствовал.
– Да, любимая, я хотел доставить тебе удовольствие, – отозвался он тихо, краешком глаза наблюдая за сидевшими поблизости гостями. «Будь осторожен», – напомнил он себе, радушно улыбаясь одному из них, косоглазому дворянину по имени д’Исиньи.
– Меня удивляет, что все это произрастает в твоих владениях, – заметила Адель, обнаружив среди гирлянд вечнозеленые растения, которых никогда не видела прежде.
– Фордем состоит отнюдь не только из вересковых пустошей, – пояснил Рейф, сделав знак слуге наполнить их кубки вином. – Когда-нибудь я сдержу свое давнее обещание и отправлюсь вместе с тобой на прогулку по окрестностям. Поверь, тебе предстоит увидеть еще много интересного…
Адель улыбнулась и притянула к себе его руку, до такой степени преисполненная счастьем, словно их утренней ссоры вообще не было. Она взглянула с надеждой на разношерстный люд, собравшийся за столами, быстро распознав среди них менестрелей по небольшим арфам, висевшим у них за спинами, и разноцветным туникам из красной, зеленой и желтой материи. В числе гостей был также священник, чья убогая, заляпанная грязью сутана выдавала в нем одного из путешественников, застигнутых метелью. Присмотревшись, Адель заметила за столами тяжеловооруженных воинов, монаха нищенствующего ордена и дородного купца, который только что осушил полную кружку эля.
Из гостей лишь двое дворян сидели рядом с ними за господским столом, и Адель была представлена им, как того требовали приличия. Хотя их дорожные одежды выглядели такими же мокрыми и грязными, как и у остальных, эти знатные господа считали ниже своего достоинства смешиваться с простолюдинами, которые, сидя внизу, обменивались солеными остротами. Присмотревшись к тунике дворянина, который был помоложе, Адель, к своему изумлению, обнаружила там вышитый королевский герб. В спешке она пыталась вспомнить его имя – может, это Обри Феррерс из графства Дерби? Когда она спросила Рейфа о том, какое положение занимает этот человек при дворе, тот только хмыкнул в ответ, и Адель предпочла воздержаться от дальнейших расспросов.
Неожиданно шум голосов смолк. Поднявшись с места, священник благословил всех собравшихся под гостеприимным кровом и пожелал им счастья в дни святого праздника. Как только благословение было произнесено, обстановка в зале заметно оживилась. Трое менестрелей выступили вперед и, поклонившись хозяину и хозяйке замка, запели рождественский гимн, простые слова которого должны были напомнить всем присутствующим о том, что это время года означало нечто гораздо большее, чем просто разукрашенные ветки остролиста и полные желудки.
Повар внес в зал первый поднос с сочным дымящимся мясом и торжественно обошел ряды пирующих. Артур, который выступал впереди процессии, остановился перед господским столом и поклонился, после чего трижды ударил о пол жезлом – в честь Троицы, а также для того, чтобы дать сигнал слугам с кухни подавать остальные блюда. Сразу же последовала бесконечная вереница чаш и подносов, которые с гордостью проносили по залу, прежде чем предложить хозяину замка и его гостям. Стол буквально ломился от яств. Наконец слуги принесли кабанью голову, на лоснящейся поверхности которой все еще пузырился и с треском лопался жир. Со стороны собравшихся раздались дружные аплодисменты, поскольку теперь их ужин стал настоящим рождественским пиром, и все тут же с жаром принялись за еду. Самой Адель никогда не нравился вид кабаньей головы, нафаршированной дикими яблоками со специями и обложенной на подносе зеленью, хотя она и знала, что это блюдо было неотъемлемой частью торжества.
Пока они ели, двое дворян за их столом вежливо расспрашивали о здоровье Адель и о том, какое место она занимает в замке, но ее ответы по большей части тонули в шуме, наполнившем собой просторное, похожее на пещеру помещение.
Жареные каплуны в бордовом винном соусе, огромная рыба с позолоченной чешуей, приправленные пряностями мясные и рыбные паштеты и начиненные олениной пироги с хрустящей корочкой – все это по очереди вносилось в зал, представляя собой такой богатый выбор, какого ей еще никогда не случалось видеть прежде. Адель делила поднос с Рейфом, который давал ей попробовать то одно, то другое блюдо, добавляя ложкой острые или сладкие соусы и наполняя вином ее кубок, однако с каждой минутой в душе у нее росло ощущение тревоги. Поначалу ей было трудно определить источник беспокойства, поскольку Рейф вполне дружелюбно беседовал с гостями, заботливо ухаживал за ней и подкладывал себе на тарелку еду с разных подносов, но со стороны почему-то казалось, что мыслями он далеко отсюда. Когда он аплодировал менестрелям или хвалил искусство повара, то делал это скорее по обязанности, чем от души.
В тот вечер Рейф выглядел особенно привлекательным в своей ярко-красной тунике и с золотой цепью на шее – с ног до головы хозяин замка, чья радушная улыбка приглашала всех разделить с ним торжество. Однако улыбались только его губы, взгляд же оставался мрачным и озабоченным. Адель знала его достаточно хорошо, чтобы распознать за видимой учтивостью настоящего Рейфа де Монфора. Неужели эти дворяне явились сюда, чтобы заручиться его обязательством встать на сторону короля? А может, они привезли с собой еще более тревожные вести?
Танцев не последовало, однако Адель и не возражала, поскольку ее праздничное настроение было омрачено скрытым напряжением, проступавшим за видимым благодушием Рейфа. Среди путешественников, нашедших приют в Фордеме, оказалось несколько бродячих акробатов, которые принялись кувыркаться посередине зала, развлекая собравшихся в благодарность за кров и еду. К несчастью, их искусство становилось все примитивнее с каждой выпитой кружкой эля и под конец превратилось в низкопробный фарс. Актеры снова и снова валились на пол под дружный хохот гостей, пока их не оттащили силой на кухню, чтобы они могли освежиться в бочонке с холодной водой.
Адель испытала огромное облегчение, когда оба дворянина, извинившись перед хозяевами, встали из-за стола. По их словам, им пришлось слишком много времени провести в пути, пока метель не вынудила их задержаться в Фордеме.
– Что случилось? – спросила Адель, взяв Рейфа за руку, едва их гости покинули зал.
– Любимая, я даже не знаю, с чего начать.
У Адель дыхание перехватило от страха.
– Это из-за тех двоих?
– Вовсе нет. Феррерс – всего лишь один из прихвостней короля. Он доставил мне послание от нашего государя по пути на север. Д’Исиньи – тот, который страдает косоглазием, – тоже находится здесь по королевскому поручению, но несколько иного рода. Как только мы с тобой сможем встать из-за стола, нам нужно будет подняться наверх и все обсудить; а пока улыбайся и делай вид, будто ты счастлива, – я не хочу, чтобы шпионы Иоанна что-нибудь заподозрили.
Адель так и делала до тех пор, пока у нее не разболелось лицо. Она даже заставила себя смеяться и аплодировать менестрелям. Наконец, выждав положенное время, хозяин извинился перед гостями и пожелал всем спокойной ночи.
Следуя вверх по лестнице за Рейфом, Адель снова невольно подумала о том, как красив он сегодня в своей красной, шитой золотом тунике. Его черные облегающие штаны и такого же цвета кожаные сапоги со шнуровкой, доходившие до колен, также имели золотую отделку. Когда она впервые взглянула на него, то была настолько заворожена его видом, что колени ее подгибались, а по телу пробежала дрожь. И вот теперь, вместо занятий тем, что должно было в ее глазах стать завершением этого чудесного вечера, им приходится искать выход из очередной переделки, в которую они попали не по своей вине!
В небольшой уютной комнате в камине потрескивал огонь, на столике стоял поднос с вином и пирожными. Войдя, Рейф закрыл дверь; несколько его самых доверенных людей встали на страже у лестницы. Прежде чем достать письмо, Рейф заглянул за занавески, дабы убедиться, что там не прячется шпион. Эти меры предосторожности только усилили беспокойство Адель. Рейф зажег от камина дополнительные свечи, чтобы ему легче было читать, после чего вынул из-за пазухи сложенный пергамент, который пролежал там весь вечер, напоминая ему своим хрустом о том, насколько зыбким было их счастье.
Адель взглянула сначала на письмо, лежавшее наверху. Оно оказалось коротким и было скреплено печатью, рядом с которой стояла отчетливая подпись.
– Первое из этих посланий – от короля – содержит требование выставить отряд вооруженных людей, готовых идти в бой, а также дать письменное подтверждение моей верности. Вот такой подарок к празднику я получил от д’Исиньи. Когда он покинет замок, то должен будет увезти с собой мой ответ. Таким образом, у меня есть в запасе время до тех пор, пока не растает снег.
– Но ты ведь знал заранее, что король окажет на тебя давление, чтобы привлечь на свою сторону, – напомнила Адель; она понимала, что одно это обстоятельство не могло стать причиной подавленного настроения хозяина замка.
– Верно, – Рейф вздохнул и, поднявшись с места, подошел к камину. – Очевидно, не меньше дюжины таких писем были разосланы по всей стране до самых границ Шотландии. Просто я не ожидал, что один из сторожевых псов Иоанна будет сидеть за моим столом и ждать, пока я поставлю под ответом свою подпись. Впрочем, это не важно. Ты права: я не особенно удивлен этим требованием. Второе письмо пришло из Эстерволда.
Глаза Адель на миг вспыхнули; она выпрямилась на мягких подушках дивана.
– Неужели от Бохана?
– Да. У него есть для меня еще кое-какие вести, а именно что твой старый друг – тот самый рыцарь, который помогал тебе управлять поместьем, – недавно упокоился с миром.
Адель чуть слышно ахнула, глаза ее наполнились слезами.
– Бедный сэр Джордж! – прошептала она. – Но ведь в письме говорится не только об этом, верно?
– Нет, к несчастью, это только начало, – угрюмо ответил Рейф. – Король принял решение отослать Бохана обратно в его замок… – Он перехватил руку Адель, когда та попыталась вскочить с места. – Нет, любимая, не радуйся прежде времени. По-видимому, твой бывший сосед, Козентайн, сумел до такой степени выслужиться перед королем, что тот отдал ему Эстерволд.
– Что? – Адель была потрясена. – Неужели Козентайн стал новым кастеляном?
– Нет. Эстерволд теперь принадлежит ему. Король передал этому человеку поместье во владение вместе со всеми прилегающими к нему земельными угодьями.
– Не может быть! Предатель! Ему не удалось выдать самозванца за моего брата, и тогда он… Я просто ушам своим не верю! И потом – разве король имеет право отдавать мои владения кому бы то ни было?
Рейф кивнул:
– При желании он может забрать поместье у кого угодно, в том числе и у меня. Формально вся земля в стране принадлежит королю, а его бароны владеют ею лишь на временных основаниях, до тех пор пока пользуются благосклонностью своего сюзерена. Он имеет право конфисковывать землю – и делал это не один раз. Кроме того, ты до сих пор считаешься его подопечной… что вынуждает меня перейти к третьему письму.
– Так есть еще и третье!
Адель подняла на него глаза, сердце ее тревожно забилось. Едва ли она могла услышать от кого-либо более печальные новости. Тем не менее внутренний голос подсказывал ей, что самое худшее ждет ее впереди, и она уже почти догадывалась, о чем говорилось в этом третьем письме.
Рейф между тем развернул исписанный аккуратным мелким почерком лист пергамента и начал читать:
– «Поскольку до нашего сведения дошло, что вы пренебрегли нашей волей касательно нашей подопечной, леди Адель Сен-Клер, отныне вы освобождены от обязанности надзирать за нею…»
Лишь потрескивание огня в камине нарушало тишину. Они молча смотрели друг на друга. Затем Рейф снова принялся читать, и каждое его слово прожигало ей сердце, подобно расплавленному свинцу. Королевское послание оказалось настолько долгим и нудным, что Адель перестала к нему прислушиваться, пока Рейф не дошел до последнего абзаца:
– «Лорд Феррерс возьмет на себя заботу о нашей подопечной до тех пор, пока она не прибудет в Йорк, в дом нашего дорогого друга, Торнтона ле Уайлда, за которого ей предстоит выйти замуж…»
У Адель перехватило дыхание, едва до нее дошел смысл прочитанного Рейфом. Король обручил ее с другим!
– Но… разве ты не просил у него разрешения… на наш брак? – запинаясь, выговорила она; по щекам ее струились слезы.
– Да, я обращался к нему с такой просьбой, и не раз, однако Иоанн с присущей ему беспечностью не только не удостоил меня ответом, но и устроил твою помолвку с еще одним своим любимчиком…
– Торнтон ле Уайлд, – повторила Адель. – Кто этот человек? Ты его знаешь?
– Да. Свинопас, выбившийся в люди… Боже правый, нам нужно что-то предпринять, и немедленно. – Потирая лоб рукой, де Монфор устремил взгляд на пламя в камине. – У меня даже нет способа воспрепятствовать отъезду Феррерса – разве что посадить мерзавца под замок. Зато я могу помешать ему взять тебя с собой.
– Как?
– Пока еще не знаю… Любимая, мне так жаль! Я не ожидал, что все так обернется.
Адель, подойдя к нему, приникла к его сильной груди, словно надеялась излить ему свое горе. Это Рождество сулило им столько радости! Судьба подарила Рейфу чудесное выздоровление; все недоразумения между ними благополучно разрешились, и Адель надеялась оживить огонь страсти, который когда-то пылал так ярко.
Рейф долго держал ее в объятиях, прижавшись лицом к шелковистым волосам. Богатое рождественское убранство вдруг утратило в его глазах всякую ценность. Обильный пир, пышно разукрашенный зал – все это предназначалось для того, чтобы сделать Адель счастливой, но он даже не предполагал, каким коротким будет это счастье. Неприязнь Рейфа к королю возросла настолько, что он едва мог примириться с мыслью о служении ему, несмотря на то что был связан вассальной клятвой. Похвала, которой удостоил его Иоанн за проявленное благоразумие, особенно уязвила Рейфа. Едва ли король полагал, что он по глупости способен попасться на подобную наживку. Вне всякого сомнения, хитрецу уже было известно о том, что де Монфор отказался подчиниться его приказу, – иначе зачем еще ему понадобилось засылать своих шпионов в Фордем? У Рейфа возникло сильное искушение перерезать горло Феррерсу за то, что тот доставил в замок послания, причинившие ему и Адель столько горя; он всерьез подумывал отделаться от Феррерса и затем сделать вид, будто не получал никаких писем. Без сомнения, окажись перед тем же самым выбором де Вески, он бы так и поступил; однако Рейф всегда предпочитал действовать в рамках закона.
Всхлипывания Адель постепенно затихли. Еще некоторое время плечи ее беззвучно тряслись, но затем она, совершенно обессиленная, припала к его груди, спрятав лицо в складках туники. Как бы ей хотелось оказаться отрезанной от окружающего мира, остаться с ним навсегда за надежными стенами спальни, подальше от короля с его фаворитами и нелепыми законами, которые легко принимались и еще легче нарушались! Ничто не мешало им поднять мост через ров, сделав Фордем неприступным для врагов, и даже выдержать в нем осаду, однако Адель знала, что рано или поздно король сумеет настоять на своем.
Наконец она подняла к нему залитое слезами лицо:
– Не мог бы ты просто сделать вид, что не получал этого послания?
– Такая мысль приходила мне в голову, однако для этого придется убить Феррерса или по крайней мере задержать его здесь. Король уже знает о том, что я сам хочу на тебе жениться; ему также известно о нарушении его приказа, и, если бы д’Авранш не оказался в опале, он бы заставил меня заплатить за мой поступок по самому большому счету. Пока же он просто играет со мной в кошки-мышки, ожидая, каким будет мой следующий шаг.
Адель с тоской слушала его объяснения. Если Рейф посмеет преступить королевский приказ, Иоанн может лишить его всех титулов и владений, а этого она ни за что не допустит, даже если ей придется в конце концов выйти замуж за ле Уайлда.
– Ты действительно уверен, что король уже все знает?
– Безусловно. Если бы я не просил у него твоей руки, мы еще могли бы тешить себя сомнениями, но теперь ему точно известно, где тебя искать. Слава Богу, мы с тобой спим в разных комнатах, так что по крайней мере в глазах его шпиона наши отношения выглядят вполне невинно.
– Да, но мне-то от этого не легче! – Адель резко отстранилась. До сих пор Рейфу неизменно удавалось найти выход из любого положения, даже самого сложного или опасного, однако теперь она с ужасом спрашивала себя, не будет ли этот единственный случай исключением. Она спросила чуть слышно: – Неужели мне придется ехать в Йорк и стать женой ле Уайлда?
– Никогда! – Рейф отшвырнул письмо в сторону. – Давай разберемся во всем по порядку. Феррерс получил приказ доставить тебя в Йорк. Сам он не читал этого письма, поскольку королевская печать на нем осталась нетронутой. Кроме того, маловероятно, чтобы Иоанн ему доверился. Не исключено, что Феррерс даже не знает о том, что я хочу на тебе жениться. Ты со мной согласна?
– Пожалуй. Вот только какая от этого польза?
– Я воздержусь от прямого ответа королю, задавая вместо этого дурацкие вопросы, – к примеру, сколько рыцарей ему требуется и куда мне надо их отправить, – все, что угодно, лишь бы оттянуть неизбежное. Д’Исиньи не блещет умом и наверняка решит, что мое письменное обязательство уже у него в руках. Он уедет отсюда сразу же, как только растает снег, поскольку ему нужно успеть посетить много других лордов. Тогда нам придется иметь дело только с Феррерсом и его людьми.
Тут Рейф, который до этого в беспокойстве расхаживал из стороны в сторону перед камином, остановился и ударил себя кулаком по ладони.
– У меня есть сильное желание перерезать негодяю глотку, но я не стану этого делать. Мы постараемся задержать его в замке и дадим д’Исиньи уехать первым. Возможно, тебе стоит прикинуться больной…
– Эти люди поднимут меня даже со смертного одра, лишь бы исполнить королевский приказ, – мрачным тоном отозвалась Адель, которой так и не пришло на ум ни одной сколько-нибудь дельной мысли.
– Нет, если он решит, что у тебя чума.
Адель так и ахнула:
– Чума! Но это перепугает всех вокруг!
– Верно. Далее: единственный способ расстроить помолвку, навязанную тебе королем, – это предыдущий брак одной из сторон.
– Я никогда не была замужем за д’Авраншем, – уныло напомнила ему Адель. – Даже в глаза его не видела.
– Да нет же, глупышка! Я говорю не о д’Авранше, а о себе!
– О тебе? – воскликнула Адель. – Но ведь мы с тобой не женаты!
– Пока еще нет, но это можно быстро исправить.
– Без разрешения короля?
Рейф пожал плечами:
– Я готов рискнуть. В любом случае хуже не будет. По правде говоря, я поступил как последний болван, не сделав этого раньше. До сих пор я всегда был верен короне и делал то, чего от меня требовали другие, но на этот раз намерен поступить так, как угодно мне. Ты со мной?
Адель рассмеялась, лицо ее просияло:
– Что за вопрос! Но как мы с тобой можем пожениться, когда кругом столько людей, – у нас нет возможности сохранить такое событие в секрете…
Рейф загадочно подмигнул и протянул ей руку:
– Это как сказать. Я тоже далеко не глупец. Предчувствие подсказывает мне, что наши знатные гости еще некоторое время будут спать как убитые.
Глаза Адель расширились, и она неуверенно улыбнулась. Неужели Рейф подсыпал в вино обоих дворян снотворное? Только так можно было объяснить их внезапную усталость.
– Но кто согласится обвенчать нас против воли короля?
Улыбка на лице Рейфа сделалась шире.
– Ах да, верно! – воскликнула Адель. – Тот самый священник, которого застигла в пути метель.
– Да, он самый. Для меня не имеет значения, откуда этот человек и куда направляется, если только он действительно посвящен в духовный сан. Вряд ли священник разбирается в политических интригах; кроме того, я сомневаюсь и в его неподкупности – нет более верного способа заручиться чьим-то молчанием, чем звонкая монета. Итак, сразу после отъезда д’Исиньи ты должна сделать вид, будто больна и не можешь отправиться в путь. Я тем временем пущу слух, что у тебя чума, и, если мои надежды оправдаются, Феррерс тотчас же помчится галопом на север, а к моменту, когда об этом станет известно Иоанну, ты уже будешь замужем.
– Все это звучит очень заманчиво, однако опасность слишком велика – крутой нрав короля известен повсюду. Он может отнять у тебя все твое имущество, пойти против тебя войной и даже лишить тебя жизни.
– Не беспокойся об этом, любимая, – ответил Рейф, поцеловав ее в лоб. – Да, король может все, но мне почему-то кажется, что он этого не сделает. Как только бароны представят ему хартию, все черти ада сразу вырвутся на волю, и тогда у него будет слишком много других дел, чтобы вспомнить о нашем существовании.
– А если король откажется признать наш брак?
– Я в хороших отношениях с архиепископом Лэнгтоном и упрошу его использовать все влияние Рима, чтобы отстоять наши права. Вряд ли Иоанн захочет снова навлечь на себя гнев церкви… Итак, любимая, не тревожься напрасно и жди меня здесь, а я тем временем схожу за священником.
– Что, прямо сейчас? – только и могла спросить Адель. Она тут же принялась поспешно оправлять прическу и разглаживать платье. – Может быть, мне стоит сначала подготовиться?
– Ты и так хороша, – заверил ее Рейф и протянул руку за подаренным им кольцом: – Лучше я пока заберу это у тебя.
Взяв кольцо, Рейф, к изумлению Адель, не покинул комнату, а опустился перед ней на колени и произнес:
– Я люблю вас всем сердцем, леди, и прошу стать моей женой.
Дрожащими губами Адель пробормотала в ответ «да» и нагнулась, чтобы его поцеловать. Одно прикосновение жарких губ заставило ее вздрогнуть. Когда Рейф поднял голову, глаза его были полны нежности; он словно хотел навсегда запечатлеть в памяти этот миг – ее облик, ее чуть слышный шепот, дивный аромат губ…
Они крепко обнялись, после чего Рейф поспешил к двери.
– Заодно я приведу Марджери и Симма – они будут нашими свидетелями.
Когда он удалился, Адель попыталась успокоить отчаянно бившееся сердце. Руки ее дрожали от волнения, ей с трудом верилось в то, что все это происходит наяву. День, начавшийся с боли и чувства утраты, принес ей неожиданную радость. Адель снова спрашивала себя, не сон ли это, но тут ей в глаза бросились письма, которые Рейф в спешке оставил раскиданными по дивану. Хотя ее одолевало искушение швырнуть пергаменты в огонь, она спрятала их в корзине с рукоделием.
Участники свадебной церемонии прибывали один за другим. Первой появилась Марджери в плаще поверх праздничного платья. Заливаясь слезами радости, она прижала Адель к груди и пожелала ей долгих лет счастья. Затем в комнату незаметно проскользнули Симм и Айво, с которых Рейф взял слово хранить тайну. Последним явился Адрик в сопровождении священника и Вэла – пес радостно вилял хвостом оттого, что ему тоже позволили принять участие в этом неожиданном приключении.
Небритый полусонный священник, оглядев комнату, заметил сначала хозяина и хозяйку замка, а затем и всех остальных. Он был немало удивлен просьбой совершить обряд венчания в такой неурочный час и сначала колебался, недоумевая, что могло стоять за этой скрытностью и поспешностью, однако мешочка с золотом, который вложила в его руку Адель, оказалось более чем достаточно, чтобы его переубедить. Разумеется, такое венчание шло вразрез с церковными канонами, поскольку никто не объявлял о предстоящем браке заранее, а жених с невестой не исповедовались перед началом церемонии, но Рождество уже наступило, и это оказалось самым главным: будь на дворе пост, молодым потребовалось бы особое разрешение – или еще один кошелек с золотом.
Тем не менее все, кроме священника, понимали: то, что они собирались сделать, было равнозначно государственной измене. Одно придавало им уверенности – их господин предусмотрел все до мелочей. Если бы кто-то из спящих внизу, в главном зале, вдруг заметил необычное движение на лестнице, то он просто выразил бы свое удивление странными повадками хозяев замка, прежде чем снова повернуться на своей циновке и погрузиться в сон. Даже тяжеловооруженные всадники, сопровождавшие лорда Феррерса и лорда д’Исиньи, крепко спали, оставаясь в блаженном неведении, как и их хозяева, благодаря обильной еде, элю да еще некоему снадобью, которое Рейфу удалось раздобыть у лечившей его знахарки.
Адель и Рейф стояли держась за руки. За их спинами Марджери тихо плакала. Ей еще никогда не приходилось видеть более красивой пары: она – прелестная и бледная под пышной короной ярко-рыжих волос, и он – темноволосый и сильный, стоявший рядом с нею с видом защитника. Нежные улыбки на лицах обоих говорили сами за себя.
Священник достал полинявшую столу, развернул и надел ее себе на шею, давая понять, что готов приступить к обряду, после чего, несколько раз откашлявшись, принялся повторять наизусть латинские слова молитвы. Церемония была сокращена до минимума, так как священнику не терпелось поскорее вернуться к своему теплому местечку у камина и он опасался, как бы в его отсутствие оно не досталось кому-нибудь другому.
Адель и Рейф опустились на колени перед священником, используя вместо обычных в таких случаях скамеечек подушки с дивана. Священник, соединив руки молодых, объявил их мужем и женой.
Рейф надел на палец Адель кольцо и поцеловал ее в губы.
– Благослови тебя Господь, жена моя. Ты настоящий ангел, сошедший с небес, – прошептал он, высказав вслух те самые мысли, которые впервые пришли ему в голову, когда он увидел Адель входящей в зал в ее великолепном новом платье.
Вне себя от счастья, Адель положила голову ему на плечо.
Помня о необходимости сохранять тайну, участники свадебной церемонии тихо принесли новобрачным свои поздравления, сопровождая их поцелуями и объятиями. Марджери снова залилась слезами, когда Адель прижала ее к груди и поблагодарила за долгие годы верной службы. Даже Вэл получил на прощание объятие от невесты, после чего немногочисленные гости скрылись в тени, оставив Рейфа и Адель одних.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Меч и пламя - Филлипс Патриция



очень неплохой роман, легко читается, богат событиями. В общем мне понравился. Читайте 9/10
Меч и пламя - Филлипс Патрициялюбовь
1.04.2015, 19.46








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100