Читать онлайн Обретенный рай, автора - Филдинг Пегги, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Обретенный рай - Филдинг Пегги бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.6 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Обретенный рай - Филдинг Пегги - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Обретенный рай - Филдинг Пегги - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Филдинг Пегги

Обретенный рай

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

Когда на пятый день путешествия они в очередной раз были вынуждены остановиться, дорога сузилась до едва заметной тропки. Лианы, ползучие растения, кусты всех видов и ежевичник соединились и преуспели в безумном порыве стереть все следы пребывания двуногих и четвероногих пришельцев. Несмотря на все усилия маленького пони, впряженного в каррамото, повозка на высоких колесах не могла продвинуться дальше ни на дюйм.
– Пора вам пересаживаться на лошадь, Сара. Мы переложим вещи здесь, и Рудольфе двинется назад завтра утром.
Бонг своим мачете расчистил место для лагеря. Мархем, Бонг и Рудольфе начали вытаскивать мешки и тюки из повозки, а Сара складывала камни для костра. Вдруг она как будто впервые увидела свои руки и бросила работу. Она поднесла ладони к глазам и с ужасом уставилась на них. Они были безобразны – потемневшие от загара, с короткими толстыми пальцами, обломанными ногтями, огрубевшие рабочие руки. Мама всегда говорила, что белые, ухоженные руки с длинными ногтями скажут о положении женщины в обществе больше, чем что-либо другое. Сара пожала плечами. Какое это теперь имеет для нее значение? Она собирается посвятить жизнь обучению юных филиппинцев чтению и письму, теперь руки для нее – только инструмент. И красота не самое главное для хорошего инструмента. Теперь ее руки действительно пригодны для работы.
«Странно, – подумала она, – я делаю порученную мне работу так, будто делала ее всю свою жизнь. Пакую и укладываю вещи, готовлю еду, чищу посуду, и все это кажется мне абсолютно естественным и совсем нетрудным».
Она узнала, что можно чистить посуду песком, а в клеенчатых пакетах еда прекрасно сохраняется в течение дня. Она полюбила рыбу. В Айове Сара никогда не проявляла интереса к рыбе и изменила своим вкусам из-за Бонга. Капрал ловил маленьких рыбок почти каждый вечер, когда они останавливались на ночевку. Рыбки были такие крошечные, что их не надо было ни чистить, ни потрошить. Ее научили нанизывать рыбку на тоненькие палочки и запекать в углях костра, доводя их до бурого цвета. Сначала она отказывалась есть рыбу, несмотря на уговоры Мархема. Потом аппетитно хрустящие двухдюймовые рыбки стали любимым блюдом Сары. Она ела их с головой, хвостом, глазами, костями и всем остальным.
Рис Сара, конечно, тоже ела, но иногда ей больше хотелось картошки.
– Нужно готовить рис, как только предоставляется такая возможность, – объяснил Мархем. – Это часть контакта с коренным населением. Они могут есть все, что угодно, но рис – обязательное блюдо. Он для них все равно, что для нас картофель или хлеб.
Теперь Сара с гордостью могла сказать, что умеет приготовить рис таким клейким, как любят Бонг и Рудольфо. Она подумала, что рис, наверное, и должен быть клейким, чтобы его удобно было есть руками. Приготовить рассыпчатый рис, рисинка от рисинки, как готовит ее мама, в дороге было бы невозможно, а маленькие шарики можно взять пальцами и положить в рот. Бонг научил ее, как их готовить, требуя, чтобы они были клейкими... в общем, она сейчас готовит именно так. «Мама, безусловно, может мной гордиться», – уверяла она себя.
Закипел кофе, и из носика синего эмалированного кофейника вырвалась струйка пара. Сара схватила его, используя подол юбки как рукавицу. Кофейник неожиданно изрыгнул черную жидкость, обжегшую ей руку. Она вскрикнула и отскочила со слезами на глазах.
– Вот что бывает с хвастунами, – прошептала Сара, дуя на большое красное пятно на правой руке.
– Вы в порядке, Сара? – Мархем с ружьем в руках, тяжело дыша, выскочил перед ней на тропу. – Что случилось? Змея?
Она молча помотала головой и вместо объяснений показала руку. Он улыбнулся и подтолкнул ее к ведру с водой.
– Окуните руку. Холодная вода – лучшее лекарство от ожога.
– Я только что принесла эту воду с родника. Она для питья и приготовления пищи.
– Делайте, что вам говорят. Я принесу еще воды.
Он схватил ее руку и погрузил в холодную воду.
– В любом случае ваши душистые маленькие ручки не испортят ее. – Он усмехнулся и зачерпнул из ведра полную кружку воды. – Ох-ох-ох. Она стала куда вкуснее и душистее! – Он присел рядом с ней на корточки с озабоченным лицом. – Чувствуете себя получше?
Вода действительно уменьшила боль, Сара вынула руку, но боль вернулась снова, и она поспешила вновь опустить ее в приятную прохладу.
– Дома мы всегда пользовались маслом, мама говорит, что это лучшее средство от ожога.
– Не хочу спорить с вашей мамой, но холодная вода лучше. – Мархем подвинулся к ней. – Да у нас и нет масла. В полевых условиях вода гораздо доступнее, и мы всегда используем ее при ожогах.
– В этом путешествии я каждый час узнаю что-нибудь новое или делаю то, чего никогда раньше не делала.
– Неужели, Сара? – По выражению его лица она не могла понять, шутит он или говорит серьезно.
– Если вы думаете, что раньше я никогда не обжигалась, то вы ошибаетесь. Каждая женщина, которой приходится готовить, обжигалась десятки раз.
– Особенно, когда она только учится это делать, ведь так?
– Я училась готовить в шесть лет.
– Но не на костре?
– Что это такое вы говорите?
Кровь бросилась ей в лицо. Вся ее похвальба перед самой собой обернулась конфузом.
– Из ваших слов я заключил, что вы только избалованная дочь преуспевающих фермеров, которая решила стать учительницей, чтобы не заниматься грязной работой! – Мархем усмехнулся, и его белые зубы блеснули на смуглом лице. – Я не прав?
Она должна быть откровенной, тем более что все сказанное им абсолютная правда. Сара стыдливо кивнула, но потом опять гордо вздернула голову. Она хотела, чтобы ее жизнь изменилась, и готова была учиться всему, что для этого потребуется, и столько времени, сколько надо.
– Не стоит стыдиться своего воспитания, но и не следует забывать многое из того, что вы делаете сейчас и будете делать в будущем, – все это вы делаете в первый раз. Не бойтесь обращаться за помощью. – И опять улыбка осветила его лицо. – Завтра мы будем переходить вброд реку. Мне понадобится ваша помощь и помощь Бонга, и я не стесняюсь сказать об этом.
Говоря все это, Мархем поглаживал ее здоровую руку своей большой, крепкой ладонью. В этом мягком поглаживании было столько нежности, что она совсем забыла про боль в обожженной руке. Сара закрыла глаза, желая только, чтобы он никогда не отпускал ее руку. Ей хотелось положить голову ему на грудь. Ей хотелось... Сара резко открыла глаза. Нет. Ей нужна независимость... Она выдернула руку из его ладони и встала на ноги. Что это с ней? Ведь она не ребенок, а замужняя женщина, вдова и не нуждается в утешении и сочувствии. Она сама справится со своими заботами и трудностями.
– Спасибо, капитан Нэш. Я чувствую себя нормально.
– О, мы опять вернулись к капитану Нэшу. Что случилось на этот раз, мадам?
– Ничего не случилось. Просто у вас много неотложных дел, а мне надо закончить с приготовлением ужина. Ожог был несильный. Я просто испугалась. – Она подошла к костру и опять с помощью своей юбки сняла с огня медный котелок с рисом на ужин и еще два с едой на следующий день. – Рис готов. Надо подождать лишь несколько минут, чтобы он как следует разбух.
Капитан молча взял жестяное ведро и пошел к роднику.
После ужина Мархем сказал ей только одну фразу:
– Желаю вам хорошо выспаться сегодня, это последняя ночь, которую вы проведете под крышей, пока мы не доберемся до места, мадам учительница.
Он отошел к Бонгу и Рудольфо, оживленно беседовавшим на своем языке. Капитан, видимо, сказал им что-то смешное, потому что филиппинцы покатились со смеху. Сара подумала, что им с Бонгом, наверное, гораздо легче в полотняных рубашках с открытой шеей, которые они носили вот уже несколько дней, как и ей куда удобнее без этого гнусного корсета. Ей хотелось вступить в диалог. Ей тоже хотелось участвовать в разговоре, хотелось понимать местный язык. Бонг поднялся и принес из повозки эмалированную фляжку. Они с Рудольфо быстро сделали по несколько глотков. Мархем тоже приложился к фляжке, но он пил не так торопливо, как филиппинцы. Иногда Саре казалось, что мужчины говорят о ней, но они ни разу не посмотрели в ее сторону и не произнесли ее имени.
Сара поклялась себе выучиться говорить на местном наречии, причем начнет она учиться прямо сейчас. Завтра утром, пожалуй, будет слишком поздно.
Один раз Бонг посмотрел на нее и поднял фляжку, как будто желая ей доброго здоровья, и что-то сказал. Но не успела она ответить, как Мархем покачал головой и произнес какие-то слова, заставившие их расхохотаться. Потом они уже не смотрели на нее, и никто не предложил ей выпить с ними.
Наконец все отправились спать, и Сара долго устраивалась внутри своего сетчатого кокона. Жужжание москитов напоминало ей, что за ночь она наверняка получит дюжину болезненных укусов. Ей хотелось есть. Словно в насмешку перед ее мысленным взором возникла полная тарелка картофельного пюре, обильно политого топленым маслом. Сильно болела обожженная рука, кружилась голова, и, казалось, она лежала не на земле, а на мостовой, вымощенной булыжниками. Сара надеялась, что Мархем поговорит с ней перед сном, но капитан повернулся к ней спиной. Наконец она уснула.
Утро принесло новую печаль. Сара с грустью смотрела вслед Рудольфо, отправившегося в обратный путь к морю по той же дороге, по которой они приехали. Ей казалось, что она теряет старого друга. Хотя Рудольфо и не говорил по-английски, она говорила с ним на смеси английских и испанских слов, которые успела узнать, а он отвечал на своем родном языке, изредка вставляя испанские и английские фразы. Недостаток слов они запросто компенсировали жестами, взглядами и улыбками.
А теперь он уезжал и выглядел таким одиноким!
– До свидания, Рудольфо! – крикнула Сара, помахала ему в последний раз и повернулась к Бонгу, который держал под узды оседланную для нее лошадь.
Она чувствовала себя немного неловко в накрахмаленных белых брюках и белой рубашке без воротника, тем более что Мархем Нэш не спускал с нее глаз. Накрахмаленное полотно при ходьбе терлось о нежную кожу между ног. Не то, чтобы неприятно, но странно. Шляпка болталась у нее за спиной на голубых бархатных лентах. Она бы никогда не поверила, что какая-нибудь другая одежда может быть удобнее, чем длинное хлопчатобумажное платье без корсета... но в брюках ей так легко было двигаться. Брючины были длинны ей, поэтому пришлось их подвернуть, что, конечно, испортило заглаженную стрелку. Однако, утешала себя Сара, неизвестно еще, на что они будут похожи в конце дня. Хотя это неважно. Может быть, вид у нее был странный, но чувствовала она себя удивительно удобно. Теперь не нужно все время следить, чтобы не задеть за что-нибудь юбкой и не порвать ее, да и ветер не будет задирать ей подол и трепать юбку. К тому же брюки и рубашка были гораздо чище, чем пропыленное за дорогу от Манилы платье. Одной этой причины достаточно, чтобы переодеться. Конечно, она не сможет использовать брюки как прихватку, но она что-нибудь придумает. Но больше всего ей понравилось в новой одежде то, что в ней было гораздо прохладнее. Мисс Амелии Блумер, видимо, тоже пришлось испытать тяготы дальнего путешествия, и Сара прониклась уверенностью, что американки научатся носить брюки и полюбят их.
Неважно, что думал о ее новом наряде Мархем Нэш. Важно, что она чувствовала себя уверенной и опрятной, так что ему остается либо примириться с ее одеянием, либо не смотреть на нее. Наверное, она предпочла бы второй вариант, потому что все время кожей чувствовала его взгляд. Она быстро взглянула на него из-под ресниц. О Боже! Он все еще смотрел на нее. И на лице у него не было удовольствия. И он, и Бонг, и Рудольфо съели за завтраком немного, но выпили целый галлон кофе
type="note" l:href="#n_1">[1]
. Кроме того, они все время прикладывались к фляжке, чего не делали ни разу за время пути. Сейчас его взгляд из-под нахмуренных бровей пугал Сару.
Она кивнула Бонгу, разрешая ему помочь ей сесть в кожаное седло. Неплохо. Лошадь стоит как скала. Может быть, ей действительно удастся стронуться с места. Бонг подал ей поводья.
«Левой рукой, – произнесла она про себя, – крепко держи поводья, левой рукой».
Она много читала о том, как это надо делать. Бонг показал ей, куда она должна ставить ноги. Лошадь была большой, теплой и очень спокойной. Сара твердо держалась в кожаном седле. Ей всегда казалось забавой кататься по двору на тяжеловозах под присмотром отца. Но, может быть, теперь эта забава сослужит ей неплохую службу.
– Мабути, – проговорил Бонг, мотнув головой в сторону лошади.
О каких ботах он говорит? Сара посмотрела вниз.
– Мои боты? – Она перевела взгляд на Мархема. – У меня нет бот... и ботинок. У меня есть только туфли, и те лакированные, в которых я венчалась.
Мархем прикрыл рот рукой, чтобы не засмеяться, но Сара увидела смех в его глазах. Ну лучше уж пусть смеется, чем смотрит так, будто собирается кого-нибудь убить. Наверное, он считает, что все это очень смешно.
– Мабути, так зовут вашу лошадь. На тагальском языке это значит «хорошая». Мабути – хорошая.
Лицо Сары смягчилось. Ничего. Теперь она сама начнет учить язык. Одно слово она уже знает. Нет, два. «Мабухай» и теперь – «мабути».
– Спасибо, Бонг. А вам, Мархем, спасибо за объяснение. – Она выпрямилась в седле и улыбнулась, – Я думаю, что смогу начать упражняться в языке уже по дороге. Сначала вы позанимаетесь со мной, потом Бонг. Таким образом, я скоро перестану забрасывать вас вопросами. – Она опять улыбнулась, – Вижу, вам сегодня не здоровится, поэтому не буду навязывать вам свое общество. – Она посмотрела в прищуренные карие глаза Мархема.
– Вы собираетесь учить язык?
– Конечно. Я же должна подготовиться к работе в селении. – Она улыбнулась Бонгу, смотрящему на нее раскрыв рот. – Я же выучила английский, значит, выучу и ваш язык.
Бонг кивнул, но ничего не сказал. Потом покачал головой, как будто все понял.
– Вам удобно в стременах?
– Да. – Стремена. Вот как называются эти штуки, куда вставляют ноги. – В стременах очень удобно, Бонг. Потом вы мне скажете, как звучит слово «стремя» на вашем языке.
Молодой капрал кивнул и пошел к обозу.
– Сара, какой местный диалект вы собираетесь учить во время нашей поездки? – Мархем позволил своему коню Джонсу ткнуться носом в шею Мабути.
Колени Мархема и Сары соприкоснулись.
– На котором говорят Бонг, Лус или... может быть, Рудольфо?
– Конечно, местный диалект, на котором они говорят. – Она чувствовала тепло ноги Мархема сквозь полотно брюк. – И не попросите ли вы Джонса немного отодвинуться? Он пугает Мабути.
Мархем наклонился и хлопнул Мабути по крупу. Лошадь не шелохнулась. И даже не повернула головы.
– Похоже, она меня вообще не замечает. Уж если кто-то и пуглив, так это ее всадница. – Он немного отъехал. – Ранпанган, тагалог, чабицано, ило-кано, вискайан. – Он замолчал, ожидая ответа.
– Это мой первый урок?
– Нет, мадам, это ваш первый выбор. Вам нужно выбрать один из диалектов.
– Выбрать один?
– Да. Выбрать один из диалектов. Вы назовете тот, на котором хотели бы говорить. Иначе нельзя начинать учебу. На Филиппинах говорят на восьмидесяти семи диалектах, и все они довольно сильно отличаются друг от друга. – Джонс снова подошел вплотную к Мабути.
Сару бросило в жар, когда синие шерстяные брюки капитана коснулись ее колена, обтянутого белым полотном.
– Так какое наречие мы начнем изучать? – Он сделал паузу, ожидая ответа, потом продолжил: – Бонг говорит на чабицано, так говорят в окрестностях Кавайта. Лус говорит на тагалоге. Это наиболее распространенный диалект в Маниле. Рудольфо, видимо, родился в Миндоре. Мы плохо понимаем его язык.
Сара слушала, раскрыв рот, потом спохватилась и поджала губы. Опять она осталась в дураках. Он мог бы сказать ей об этом и раньше!
– Есть только один язык, который сейчас понимают на Филиппинах практически все, – произнес Нэш, растягивая слова, – так сказать, единое средство коммуникации.
– Прекрасно. Это, наверное, универсальный диалект. Вот и будем его учить. Как он называется?
– Он называется английский. – Мархем пришпорил Джонса и поскакал в голову обоза, вскоре его смех едва доносился до Сары.
Мархем был слегка навеселе, и на душе у него было легко. Он улыбнулся, вспомнив, как изменилось лицо Сары после его слов. И хотя Сара ехала позади него, он ясно представлял себе, как эта застенчивая и храбрая девушка, похожая в новом наряде на маленького мальчика, принаряженного к воскресной службе, доверчиво следует за ним по едва заметной тропке. Да нет. Вовсе она не похожа на мальчика. Мужская одежда сделала ее еще более женственной. А эта идиотская шляпка, которая ей так нравится! Было что-то очаровательно-детское в том упорстве, с каким Сара носила эту шляпку, не замечая, что она уже основательно пропылилась и истерлась. Нэш опять улыбнулся, потом потряс головой, как бы стараясь вытряхнуть из нее все эти мысли.
Глубоко вздохнув, он пробормотал себе под нос:
– Лучше поинтересуйся, поняла ли она хоть что-нибудь из твоего разговора с Бонгом и Рудольфо прошлой ночью.
«Ты настоящая дрянь, Мархем. Не мог удержаться, чтобы не подразнить бедное невинное создание. А она показала себя достаточно взрослой и способной контролировать свои поступки. Настоящая учительница!»
Он усмехнулся и пообещал себе, что постарается загладить свое безобразное пьяное поведение, как только они перейдут реку. Там они сделают более длительную остановку, и у него будет время успокоить ее. Надо сказать Бонгу, чтобы поучил ее тагалогу.
Капитан сделал несколько попыток поговорить с молодой вдовой, но всякий раз она умело избегала этого. То недовольно морщила носик, давая понять, что от него плохо пахнет, то откровенно пугалась его неожиданного появления. Инстинктивно Сара вела себя с ним совершенно правильно, и чем больше она избегала Нэша, тем сильнее ему хотелось вовлечь ее в разговор, дотронуться до нее, погладить ее золотистые волосы, прижать к себе, поцеловать... Он почувствовал, что теряет голову.
«Ну хватит, парень. Ты шутишь с огнем!»
Он расстегнул верхние пуговицы на рубашке, снял широкополую шляпу, помахал ею перед разгоряченным лицом, надел снова и припал губами к фляжке. Может быть, вода зальет огонь, бушующий у него внутри. Мархем повесил фляжку на шею коню и приказал себе:
«Помоги девушке, Нэш, и уйди с ее дороги. – Он кивнул, как бы подтверждая правоту своих слов. – Да. Это самый лучший выход – исчезнуть из ее жизни».




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Обретенный рай - Филдинг Пегги



хороший роман.....
Обретенный рай - Филдинг Пеггивалентина
11.02.2012, 10.27





Милый роман на фоне экзотической филиппинской жизни. Что в филиппинских джунглях, что в Российских глубинках-одно и тоже. Приезжает работать мужик-пьет, таскается по бабам и дурака гоняет. Приезжает женщина- наводит порядок, организует работу, решает все проблемы...и процесс пошел.
Обретенный рай - Филдинг ПеггиВ.З.,66л.
14.09.2014, 16.34








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100