Читать онлайн Темный страж, автора - Фихан Кристин, Раздел - Глава 15 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Темный страж - Фихан Кристин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8 (Голосов: 35)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Темный страж - Фихан Кристин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Темный страж - Фихан Кристин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Фихан Кристин

Темный страж

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 15

— Люциан! Ты чувствуешь это? Остальные, его друзья, идут ему на помощь, — предупреждающе выкрикнула Джексон, ее глаза тревожно всматривались в небо в попытке обнаружить сбежавшего вампира. Если остальные спешили ему на помощь, Мастер вампиров определенно должен вернуться, чтобы принять бой.
— У немертвых нет друзей. Каждый из них преследует свою собственную цель. Мастер вампиров будет использовать остальных, чтобы ослабить меня. Но и мы можем использовать их.
— Как? Что нам делать?
— Они ищут тебя, любовь моя. Они желают найти женщину, чтобы стереть свои прегрешения и восстановить свои души. Это невозможно, но они не желают понять этого.
— Что я должна делать?
Тепло наполнило ее тело, сила вливалась в нее с приближением Люциана; она могла чувствовать его.
— Просто выгляди красивой и сексуальной. Выбери одного для флирта, но не позволяй ни одному из них дотрагиваться до себя, даже в легком касании. Постоянно держи обоих в поле своего зрения.
— И мой большой настоящий мужчина придет и спасет меня? — она была раздражена, это проскользнуло в ее саркастичном тоне.
Его смех, раздавшийся в ее сознании, был тихим и сексуальным, лаская ее кожу подобно нежным пальцам.
— Они вероятнее всего начнут сражаться друг с другом, тем самым избавив меня от хлопот. Я подожду более сильного.
— Ты думаешь, древний вернется?
— Трое против одного? Ему понравится такой расклад сил, и он незамедлительно вернется.
— Против двух. Нас двое, — она рассердилась на него даже больше, чем раньше.
— Вампиру никогда и в голову не придет, что женщина может принимать участие в сражении, ангел. Ни за что. Наши женщины полны сострадания, а не склонности к насилию.
Вместо того чтобы продолжать сердиться на него, Джексон обнаружила, что смеется.
— Тогда его ждет сюрприз, да? Но ты считаешь, что у меня есть склонность к насилию? Я всегда была милой по натуре, в то время как ты — высокомерным и невозможным.
— Ты не понимаешь разницы между высокомерием и уверенностью, но я покажу ее тебе.
— Жду не дождусь этого урока, — внутреннее чувство безопасности Джексон теперь срабатывало постоянно, от волн жестокости воздух начал становиться невероятно густым.
Всматриваясь в небо над своей головой, Джексон отошла от деревьев, чтобы иметь достаточно открытого пространства для маневра. Было так странно сталкиваться с настолько развращенным врагом, как вампир, без какого-либо оружия. На мгновение ее уверенность дрогнула, но она незамедлительно ощутила Люциана, движущегося в ней, сильного и надежного. Он был рядом; ощущение его присутствия было слишком сильно для человека, находящегося далеко. От этого девушка почувствовала себя лучше, к тому же у нее были воспоминания об его сражениях, которыми она могла воспользоваться. Пока она ждала, стоя на открытом месте под моросящим небом, она изучила так много его стычек с вампирами, как это только было возможно, обращая особое внимание на стратегию, которую Люциан использовал совместно со своим братом. Один из них чаще всего залегал в укрытии, в то время как другой заманивал к ним их врагов. Люциан, по существу, использовал точно такую же стратегию.
Леденящий кровь ветер пронесся прямо через центр шторма, опустившись на землю примерно в ярде
l:href="#n_30" type="note">[30]
от того места, где стояла Джексон. В поле зрения, замерцав, появился высокий, тощий человек. У него был удивительно элегантный и утонченный вид, его одежда была безупречна, — это было совсем не то, что она ожидала увидеть. Он был довольно бледен, и его зубы белоснежно блеснули, когда он ей улыбнулся. Он был красивым и притягательным, совершенно непохожим на остальных представителей своего вида, с которыми ей пришлось столкнуться. Пристально следя за каждым его движением, Джексон старалась обнаружить спрятанные признаки развращенности.
— Он только недавно обернулся, ангел, — тихо проинформировал ее Люциан. — Не слушай его голос человеческим ухом, — предупреждающе добавил он.
Вампир отвесил низкий поклон.
— Добрый вечер, мэ-эм. Это неподходящее место для женщины, чтобы быть одной, — его голос казался мягким и музыкальным.
— Ты слышишь его так, как он желает, чтобы ты слышала. Он может манипулировать одним своим голосом.
Именно голос Люциана позволил ей разоблачить немертвого и его иллюзию мягкой нежности. Он сам по себе был чистым, звуча так совершенно, словно не от мира сего. Теперь, по сравнению с ним, голос вампира коробил, как ногти по классной доске.
Джексон слегка кокетливо вздернула голову.
— Мне нравится умиротворенность гор. Даже во время бури, здесь, наверху, так красиво. А вы откуда? Из ближайшего городка?
Вампир немного передвинулся, возмущая силы, сверкая глазами и красными веками.
— Где тот, кто должен защищать вас?
Джексон пожала плечами.
— Он часто надолго уезжает. Кто-то довольно могущественный бросил ему вызов, а Люциан не любит, когда ему бросают вызов.
Поднялась элегантная бровь.
— Люциан? Вы говорите о том, кого давно считают мертвым. Этого не может быть. Люциан — вампир. Все карпатцы знают это.
— Я знаю лишь то, что он сам себя называет Люцианом и говорит, что я всегда буду с ним. Его обращение со мной не оправдало моих ожиданий.
— Скажите, как вас зовут.
— Джексон, — она отодвинулась от него, чуть в сторону и назад, чтобы сохранить между ними дистанцию, поскольку он начал плавно двигаться вперед. Она двигалась грациозно, чисто по-женски чувственно, что заставило внимание вампира сосредоточиться целиком на ней. Ее желудок завязался в тугой узел, сжимаясь и разжимаясь. Девушка прикладывала невероятные усилия, чтобы держать руки по бокам. Она чувствовала в своем сознании Люциана, сильного, могущественного и совершенно уверенного. Поэтому у нее не было иного выбора, кроме как поверить в себя. Они были одним целым, одним сознанием, одним сердцем и душой.
— А кто вы? — это прозвучало чрезмерно кокетливо. Джексон почувствовала, как Люциан поморщился, и перестала улыбаться.
Вампир еще раз склонился, его манеры были вежливы, как и всегда.
— Я — сэр Роберт Таунсенд.
Джексон распахнула глаза и уставилась на него с притворным благоговением.
— Вы рыцарь? Правда?
Наверху вздрогнули и закачались ветки. С верхушки дерева спустился второй мужчина. Он был таким же бледным, худым и высоким, каким повсеместно описывают Дракулу. Когда он улыбнулся, показались его заостренные желтые зубы. Его глаза были пустыми и холодными, но вместе с тем горели красным огнем. Его пристальный взгляд был сосредоточен на втором мужчине.
— Добрый вечер, Робби. Надеюсь, ты не угощаешь эту юную леди ложью, стараясь произвести на нее впечатление своими фальшивыми титулами?
Тихое шипение вырвалось из горла Таунсенда. Красные огоньки начали танцевать в глубинах его глаза.
— Покинь это место, Филиппе. Твое присутствие здесь нежелательно. Мы с леди разговариваем. Иди и найди себе свою собственную женщину.
Новоприбывший улыбнулся, с вызовом, с ничем не прикрытым предупреждением.
— Я терпел твое присутствие, Робби, лишь потому, что ты мог быть полезен. Но теперь у меня есть то, что я искал, и от тебя больше проблем, чем пользы. Я сказал тебе, убирайся.
Таунсенд снова зашипел, в глубине его горла зародилось рычание. Он сделал шаг в сторону Джексон. Она старалась быть острожной, чтобы не оказаться между ними. Трудновато будет защитить себя от них обоих; она бы предпочла встретиться лицом к лицу с одним зараз. Все ее внутренности дрожали от осознания того, с какими монстрами она столкнулась. Не людьми. Они были дьяволами, двое из которых выследили ее, а третий находился где-то невидимый. Близко. Она чувствовала, что он был близко.
— Женщина пришла сюда, чтобы быть со мной, Филиппе, не с тобой. Я слишком долго терпел твое возмутительное эго.
Джексон одарила сэра Роберта Таунсенда провокационной улыбкой, прикрыв глаза ресницами. Кончик языка высунулся и увлажнил нижнюю губу, привлекая внимание к ее желанной полноте.
Филиппе зарычал и бросился на более молодого вампира, пролетев по воздуху с невероятной скоростью, большей, чем Джексон ожидала. Она видела воспоминания в памяти Люциана, но действительность оказалась пугающей. Два вампира сцепились в один клубок из когтей и клыков. Зрелище было ужасным. Сражаясь друг с другом, они постоянно меняли форму, принимая облик одного животного за другим, злобное рычание вырывалось из их глоток.
Джексон стояла совершенно неподвижно, не в силах отвести взгляда от двух скрюченных тел, покрытых мехом и вздрагивающих от зубов до рогов. Эта сцена словно сошла из фильма ужасов. Кровь летела во всех направлениях. Инстинктивно она ушла из зоны досягаемости этой ядовитой жидкости. Джексон с силой прикусила нижнюю губу, сосредотачиваясь на боли, чтобы не позволить себе попасть под гипнотизирующее действие этой картины.
Единственное предупреждение, которое она получила, — это когда внезапные тиски обхватили ее за лодыжки, и она неожиданно начала проваливаться под землю. Бессознательно Джексон растворилась в каплях воды. После никто из них не знал, кто это сделал, Люциан или Джексон, только то, что испарение занимало все ее мысли, все их мысли. Джексон взмыла в небо, затерявшись в облаке густой дымке и тумане, который мгновенно создал Люциан, чтобы прикрыть ее. С этого выгодного положения она наблюдала за разворачивающимся сражением, наблюдала, как на секунду материализовался Люциан, лишь за тем, чтобы нырнуть под землю и с быстротой молнии направиться в сторону ранее сбежавшего Мастера вампиров.
Два меньших вампира рвали друг друга на части зубами и когтями. Ядовитая кровь летела во все стороны. Над головой вспышка молнии дугой пронзила небо, промелькнув от одной темной тучи к другой, потом ударила в землю заостренной стрелой. И сразу же Джексон учуяла запах паленой плоти и увидела искры, разлетевшиеся от двух вампиров. Один из них издал пронзительный крик боли, и когда дым рассеялся, Джексон смогла увидеть создание, едва ползущее по земле, огромная открытая дыра зияла в его груди, где должно было быть сердце. Обжигающий жар молнии опалил плоть монстра, и хотя ядовитой крови не было видно, она чувствовала, что вампир все еще представлял опасность.
Второй вампир, сэр Роберт Таунсенд, лежал неподвижно, дым все еще поднимался от его груди, где аналогичная дыра сожгла его сердце. Джексон наблюдала за Филиппе, ползущем по траве со стонами и шипением. Звук резал ее уши. Будучи туманом, она никоим образом не могла приглушить шум, пока до нее не дошло, что можно полностью выключить громкость. Часть ее все еще была слита с Люцианом, наблюдая за его успехами, когда он пронесся сквозь землю за немертвым. Она старалась не отвлекаться, сосредоточившись на том, что делать с Филиппе. Он же должен быть мертв, должен неподвижно лежать рядом с Таунсендом.
— Возможно, удар молнии не попал прямо в его сердце. Если хоть какая-то часть его останется в живых, он сможет воскреснуть. Не позволяй ему закопаться в землю.
Она узнала уверенность Люциана, и это дало ей чувство партнерства, которое ей было так нужно от него. Джексон сосредоточилась на вампире. Он действительно зачерпнул полные пригоршни богатой минеральными веществами земли и закрывал ею свою открытую рану. Используя воспоминания Люциана в качестве инструкции, она сконцентрировала свою энергию в небе над своей головой, почувствовала силу, движущуюся в ней. Даже делая это, часть ее слышала биение сердца вампира. Оно совсем не напоминало человеческое. Оно казалось холодным, мертвым, без реального ритма, смахивая скорее на вялое беспорядочное течение жидкости по помещению. Она собрала из воздуха электрические частицы, двигая их своим сознанием, образовывая из них огненный оранжево-красный шар. Когда он стал достаточно большим, чтобы подходить для ее целей, она сфокусировалась на Филиппе. По ее молчаливой команде он повернулся лицом к небу, слишком ослабленный из-за своей раны, чтобы сопротивляться принуждению. Шар сорвался сверху и ударил прямо ему в грудь, с легкостью проникая сквозь плоть и сжигая сердце одним ударом.
Джексон обнаружила, что сидит на земле в нескольких ярдах от двух тел. Она была бледной, утомленной, не в силах даже встать. От нее потребовались колоссальные усилия, чтобы использовать свой разум для совершения такого физического действа. Но из воспоминаний Люциана она знала, что еще не закончила здесь. Оба тела и все свидетельства сражения, все капли крови должны быть полностью уничтожены.
Внезапно девушка поняла, что ужасно голодна, что голод скользит в ней как живая дышащая сущность. Ее клеточки кричали о питании, о восполнении своей энергии после сна, после сражения, после использования такого количества энергии.
— Не смей! — раздался резкий приказ в ее голове.
Джексон понадобилось мгновение, чтобы понять, что ее слабость и голод сказываются на собственных способностях Люциана. Она незамедлительно стала думать о власти и силе, о любви и успехах, не оставляя в голове места ни для чего иного. Она обнаружила, что сделав так, к ней вернулись ее собственные силы. Она оказалась в силах еще раз собрать частицы электрической энергии вместе и направить их на тела, оставляя после них только мелкий пепел, который развеет ветер. Была найдена и уничтожена каждая капелька крови, поскольку все свидетельства существования вампиров или карпатцев запрещены. Когда дело было сделано, Джексон устроилась на открытом лугу, подняв голову к освежающему дождю, льющемуся с небес, и ветру, уносящему все мысли, кроме мыслей о поддержке Люциана во время его битвы с самым злым монстром из всех.
Люциан знал, преследуя вампира по только что выкопанному туннелю, что этот вампир невероятно опасен. Он был старым, древним, накопившим за свою жизнь немало опыта и знаний. Он на протяжении многих веков избегал правосудия и его будет нелегко убить. Не раздумывая, он давал инструкции Джексон точно так же, как давал их в свое время Габриэлю.
— Будь впереди него. Он снова направляется к поверхности. Он попытается появиться примерно в ярдах четырехсот или около того от скалы, возвышающейся слева от тебя. Ты должна заставить его двинуться назад ко мне.
— Без проблем, — Джексон представления не имела, что будет делать, чтобы предотвратить появление создания на поверхности, но раз Люциан сказал, что это надо сделать, то так тому и быть. Она пересекла поляну, определяя их местоположение по вибрациям под землей. Если бы она прислушалась, то смогла бы услышать стоны земли от прикосновения насквозь прогнившего существа, прокладывающего путь сквозь почву. Ощутив, как под ее ногами вздыбилась и опала земля, девушка поняла, что вампир стремится в ее сторону, чтобы выбраться на поверхность подальше от Люциана.
Джексон взмыла к небу, посылая на землю завесу огня, сжигающего все на своем пути. Она знала, что опередила пронзительный крик и ядовитый запах, которые последовали бы, потом внезапно наступила тишина, словно тварь зарылась обратно в землю. На всякий случай она направила пламя вниз, удерживая его так долго, как могла, прежде чем измождение заставило ее рухнуть на землю.
Что-то было не так. Люциан отстранился от их мысленной связи. Она осталась одна в грозовой тишине. Слишком уставшая, чтобы двигаться, Джексон даже не могла собрать необходимую энергию, чтобы соединиться с Люцианом. Без предупреждения из всей земли появились щупальца, длинные усаженные шипами руки, напоминающие конечности осьминога, но острые и заостренные как копья. Они прорвали поверхность повсюду, вытягиваясь, извиваясь, ища ее. Джексон подпрыгнула, накативший ужас придал ей сил двигаться, когда одно из щупалец обвилось вокруг ее лодыжки. Она с ужасом уставилась на него. И пока она молчаливо взирала на него, придаток вдруг зачах, сморщился и безболезненно отпал от нее.
Джексон развернулась и чуть не врезалась в высокого, худого мужчину. В один миг он был молодым, а в следующий — старым. Он выглядел то красивым, то становился отвратительным и злым. Он улыбнулся ей.
— Надеюсь, вы прекратили свои ничтожные попытки нанести мне вред. Это невозможно сделать. Я слишком могуществен. В конце концов, моя дорогая, вы заплатите за свои прегрешения передо мной, — его голос был низким. Кому-то он мог бы показаться красивым, но Джексон расценивала его как нападение.
Она слегка пошевелилась, стараясь держать руки по бокам. Она была вынуждена избегать ищущих копьеподобных щупалец, одновременно удерживая взгляд на своем враге. А он был ее врагом. Каким бы нежным ни казался его голос, каким бы красивым ни старалось выглядеть его лицо, Джексон знала, что он был монстром без чести, без души. Она вздернула подбородок, ее тело стало неподвижным, как и горы вокруг них. Внутри себя она обнаружила море спокойствия и безмятежности, и просто осталась там, пока раковина, которой было ее тело, стояла лицом к лицу с вампиром.
Он улыбнулся ей, его зубы блеснули словно иглы.
— Выдумаете, он придет за вами, но вынужден вас заверить, он до конца жизни заперт в ловушке под землей. Вы сделаете так, как я вам скажу, и я приму это во внимание, когда буду решать, что с вами делать, — его голос гипнотизировал, излучал власть.
Джексон продолжала не сводить с него глаз, напряжение покинуло ее тело. Она начала тихо смеяться.
— Не можете же вы всерьез верить, что ваш голос заставит меня поверить в эту чушь? Люциан не заперт под землей. Он везде, вокруг вас, — она взмахнула рукой, и древний охотник появился со всех сторон — с востока, запада, севера и юга. Он витал в облаках над их головами и стоял, прислонившись к скалам с ленивой праздностью. Люциан, высокий и красивый, его черные глаза мерцали.
Вампир обернулся вокруг и его длинный черный плащ завертелся как у фокусника. Джексон воспользовалась возможностью, чтобы еще немного увеличить между ними расстояние. Большая голова немертвого начала колыхаться как у рептилии, долгое тихое шипение вырвалось у него, выдавая его гнев. Покрасневшие глаза уставились на нее, подобно душащей маске зловредности.
— Вы думаете напугать меня своими детскими фокусами, — он махнул рукой, и картины исчезли, словно их никогда и не было. Одновременно с этим, из отверстий на щупальцах осьминогов появились скорпионы. Они покрыли всю поверхность, от чего создавалось впечатление, что земля сама движется к ней. Она могла слышать щелканье, когда противные насекомые наступали на нее.
Джексон попыталась было подняться в воздух, но что-то угнетающее заставило ее опустить вниз. Казалось, от приближающейся к ней тучи не было никакого спасения, их жала отравлены и наготове. В течение одного удара ее сердце болезненно сжалось в груди, а потом она расслабилась, мило улыбнувшись вампиру.
— Тогда я вынуждена сделать это? — она махнула рукой, и густая масса насекомых дрогнула, они начали нападать друг на друга, вонзать жала в себе подобных. — Забавно, но довольно глупо.
— Подойди ко мне, — он протянул к ней свою руку.
Джексон подняла бровь.
— И только-то? Вы думаете, победа достанется вам с такой легкостью? Не думаю, что хочу, чтобы все оказалось так просто. Вы никогда не сможете в полной мере оценить меня, — она старалась не обращать внимания на пятна на его подобных кинжалам ногтях. При взгляде на темно-коричневые пятна, у нее сводило живот. Скольких людей он убил? Как много охотников было уничтожено? Сколько невинной крови на его руках? — Меня не так легко одолеть, — она знала, что Люциан придет. Знала это.
Джексон хотелось дотянуться до него, слиться своим сознанием с его, но она была слишком уставшей. Она берегла энергию, поскольку была уверена, что та ей скоро понадобится. Что бы ни сделал вампир, чтобы заманить Люциана в ловушку и избавиться от него, это его долго не удержит.
На нее налетел ветер, кружащееся миниторнадо, которое подталкивало и дергало ее, стараясь сдвинуть ее в сторону немертвого. Красота его лица начала разрушаться, его черты становились серыми и дряблыми, кожа свободно свисала, словно его больше не волновало поддержание внешности. Кости черепа теперь более резко выделялись, глаза тонули в черных беспощадных ямах.
— Вы сделаете так, как я прикажу.
— Вы так думаете? — Джексон снова рассмеялась. — Вы хотя бы знаете, кто он?
Вампир пошевелился, взметнулся плащ, раздался скрежет зубов.
— Это не имеет значения. Он умрет так же, как умерли все те, кто приходил до него.
— Вы, действительно, не знаете? Как забавно. Он Люциан. Древний. Самый известный из всех охотников, — она промолвила это тихо, сладко, ее голос был почти также нежен и чист, как голос, который, как она слышала, использовал Люциан.
Вампир неподвижно замер, за исключением очевидного нервного тика под левым глазом.
— Люциан давно мертв, как я слышал. Но я не верю в это. Также говорят, что он стал одним из нас. В это я верю.
Джексон пожала плечами, элегантным, чисто женским жестом.
— Тем не менее, это Люциан, и он непревзойденный охотник на остальных, — она подняла руки, как только опять почувствовала связь со своим Спутником жизни, полное слияние, силу, вливающуюся в нее. Она уловила воспоминания об ужасном сражении, которые все еще были свежи в его памяти. Хотя именно он уничтожил ужасное щупальце, которое вначале схватило ее, именно он помогал ей в создании иллюзий, одновременно с этим он боролся за свою жизнь. И снова она взмахнула руками, охватывая всю окружающую их местность, говоря вампиру: — Разве вы не чувствуете его присутствия? Не чувствуете его? Он везде, одновременно. Со всех сторон. Нет способа уничтожить такого, как Люциан, — она взмахнула рукой, и снова во всех направлениях появилось изображение Люциана, выстроенное в ряд подобно бумажным куклам
l:href="#n_32" type="note">[32]
, он стоял высокий и прямой, лениво прислонялся к скалам, тянулся к облакам, его руки были опущены по бокам.
— Достаточно! — прошипел вампир, его голос скрипел и трещал от тлеющего гнева. — Я не поддамся на твои детские провокации. Повторение скучно. Я не удивлен.
— Я не пыталась удивить вас, — тихо промолвила Джексон. — Я пыталась предупредить вас. В этом все различие.
Изображения Люциана начали двигаться, сначала слегка покачиваясь на ветру вперед и назад, потом по кругу, их ноги подхватили своеобразный танцевальный ритм. Незамедлительно вампир сосредоточил все свое внимание на Джексон, его губы скривились в ухмылке.
— Как смеете вы пытаться обмануть меня! — голос трещал и ломался, словно мел по классной доске. Слюна летела во всех направлениях, когда он выплевывал в ее сторону слова.
Вампир уставился на нее, его глаза, прищурившись, пристально смотрели на ее горло, выражение его лица было полно мрачной решимости и ненависти, когда он преднамеренно перекрывал доступ воздуха в ее легкие. Или попытался сделать это. Джексон ощутила всего лишь легчайшее прикосновение его пальцев, когда он попытался задушить ее издали, но потом его хватка исчезла, и Джексон увидела, как глаза вампира в ужасе расширились, как его руки взметнулись, чтобы защитить свое собственное горло.
Все клоны Люциана, окружающие их, начали тихо смеяться.
— Ты ведь не настолько глуп, чтобы положить свою руку на Спутницу жизни другого. Закон стар и понятен, как само время. Теперь я тебя вспомнил. Маттиас. Ты участвовал в битве с турками, но дезертировал, едва солнце начало подниматься. Ты слишком рано начал искать укрытия в земле, и я понял, что когда-нибудь столкнусь с тобой в нашей собственной битве.
Вампир пытался убрать невидимую руку со своего горла. Его лицо начало краснеть. И он сразу же растворился, только для того, чтобы появиться перед Джексон; его руки попытались обвиться вокруг нее, ядовитые когти были нацелены на ее шею, подобно ножам. Но натолкнулись на что-то твердое и отскочили. Его руки схватили пустое пространство.
Люциан проговорил:
— Можешь попытаться, но сам прекрасно знаешь, что это бесполезно. Я никогда не позволю, чтобы к моей Спутнице жизни притрагивался кто-либо, подобный тебе.
В то время пока клон говорил, вампир почувствовал, как его ударили сзади, удар был неимоверной силы, рука сломала ребра, разорвала мускулы и сухожилия, направляясь к уязвимому сердцу. Вампир взвыл от боли и ярости, развернулся кругом и столкнулся лицом к лицу с охотником, прощаясь с надеждой использовать в качестве заложницы Джексон.
Женщину окружило некое силовое поле, а времени на поиск слабого места у него не было. Прямо сейчас его жизнь висела на волоске. Крутанувшись, он начал наносить по охотнику удары своими ядовитыми когтями, не интересуясь, куда бьет, лишь бы ввести в организм противника как можно больше яду. Но Люциана позади него не было. Перед его лицом стояли клоны, или иллюзия клонов. Десять из них стояло подобно статуям, их лица ничего не выражали, они не двигались, чтобы тем самым не выдать, был ли среди них по-настоящему живой.
Кровь сочилась из его зияющей раны, и вампир знал, что вздумай он подняться в воздух, охотник с легкостью выследит его. У него не было выбора, кроме как стоять и сражаться за свою свободу. Он отошел от женщины, а также от сочувствия и сострадания в ее огромных глазах. При взгляде на нее ему становилось плохо, ее вид причинял ему боль. Она верила, что для него все кончено. Он силен и могущественен и не позволит вере Спутницы жизни в способности охотника преуменьшить свои способности. Но, даже говоря так самому себе, он знал, что победа будет за Люцианом. Никто не мог уничтожить такого могущественного охотника или сбежать от него. Это невозможно.
Маттиас выругался вслух, звук его голоса был грубым и ужасным в чистой прохладе воздуха, принесенной штормом. Он слышал эти резкие неблагозвучные нотки, которые не мог больше сдерживать, не мог больше контролировать. Он ясно видел себя таким, каков он есть — кожу, слезающую с костей, заостренные окровавленные зубы, пустые темные глаза. Его голова замоталась из стороны в сторону в отчаянной попытке стряхнуть правду с его глаз.
— Прекрати! Это ты делаешь все это со мной, играешь в игры с моим сознанием. Именно так ты уничтожаешь своих врагов? Люциан великий. Люциан могущественный. Ты не встречаешься с нами лицом к лицу, как положено благородному человеку. Ты используешь трюки и иллюзии.
Один из клонов справа от вампира отвесил ему легкий поклон.
— Ты думаешь покарать меня, старик? У тебя нет чести, поэтому нет никакой чести в том, чтобы стоять перед лицом такого, как ты. Это полнейшая трата времени.
Вампирская ядовитая кровь падала на землю, растекалась, ища жертву. Она медленно целенаправленно двигалась в сторону Джексон, впитываясь в землю на своем пути, ища ее ступни. Вампир сделал большой круг, позволяя своей крови разбрызгиваться по более широкой дуге, чтобы капли смог подхватить ветер.
На этот раз другой клон поднял руку, взмахом руки небрежно останавливая ветер, чтобы те капли крови упали на землю. Бумажные куклы, изображающие Люциана, сохраняли на лицах ничего не выражающие маски. Ничто, казалось, не трогало их, не волновало их.
От ярости и раздражения вампир закричал, начав вертеться все быстрее и быстрее, в результате чего поднялся ветер, и дикое торнадо задуло с ураганной силой на ряд окружавших его клонов. Фигуры замерцали до полупрозрачности, но полностью не исчезли. Нападение пришло сверху, прямо с неба, в самый центр циклона, на вампира спикировала птица.
Джексон закрыла уши руками, когда пронзительный крик достиг новой высоты; он был таким ужасным, что ей захотелось расплакаться. Слезы стояли в ее глазах и висели на ресницах. Ей хотелось сбежать, раствориться в дымке и спрятаться в густом покрывале тумана. Она полностью верила в Люциана, знала, что он уничтожит этого древнего вампира, но непривычные звуки и картины сражений пугали.
Едва эти мысли вошли в ее голову, как она почувствовала ободрение и тепло, вливающиеся в нее. Было довольно странно чувствовать, как сильно они были связаны, как Люциан мог сражаться за свою собственную жизнь и одновременно с этим знать, как себя чувствует она, и находить возможность успокаивать ее. Именно в этот момент она поняла, что полюбила Люциана. Действительно полюбила. Она не была одержима, не сошла с ума и не была загипнотизирована. Если бы нужно было выбирать, она бы выбрала всегда быть рядом с ним, и дело не в их сильном притяжении, а в том, кто он есть. Люциан. Задумчивый, добрый, любящий. Она на самом деле любила его.
Вампир выскользнул из-под нижнего края торнадо, полетев прямо на Джексон, выпустив свои скрюченные, заостренные как бритва когти. Она безучастно уставилась на него, хотя ее сердце бешено колотилось. Он намеревался вырвать ее сердце, использовать ее, чтобы уничтожить Люциана, его единственный реальный шанс для мести. Его изможденное лицо было прорезано темно-красными линиями, вокруг его горла было кольцо из рубиновой крови. На месте глаз зияла пустота, безжизненные впадины, кровоточащие ямы, пострадавшие от действий разрушителя.
Когда вампир бросился на нее, ненависть и отвращение вырвались из его горла, злоба проступила в каждой черточке его лица, Люциан спокойно появился перед ней, в твердой форме, неподвижный, непробиваемый, спокойный, как окружающие их горы. Это произошло так быстро, что у вампира не было времени увернуться, не было времени вступить в бой. Он просто насадил себя на вытянутую руку Люциана.
Джексон отвернулась, чтобы не смотреть на финальную часть этой сцены, но она знала, что хлюпающий звук и пронзительный крик будут отдаваться эхом в ее голове еще в течение долгого времени, когда Люциан извлек сердце создания и отбросил его на некоторое расстояние от тела. В Люциане не ощущалось ни гнева, ни ненависти, ни сожаления, ни чувства вины. Не было ни презрения, ни отвращения, не было вообще никаких чувств, которые смогла бы обнаружить Джексон. Он просто ответственно выполнял свою работу, отбросив эмоции в сторону. Ей потребовалось некоторое время, чтобы понять, что он не мог позволить себе эмоции на протяжении нескольких веков, что в сражении его разум просто действовал, как делал это на протяжении двух тысяч лет.
Джексон была так утомлена, что едва могла, спотыкаясь, дойти до камня, где села, чтобы избежать реки отравляющей крови, впитывающейся в землю. Ей не хотелось смотреть на тело вампира, рухнувшее и извивающееся в постоянном поиске своего пульсирующего сердца. Она продолжала смотреть в сторону, когда Люциан собрал с неба энергию и направил ее прямо в сердце, в результате чего орган превратился в едва заметный пепел. Она почувствовала тепло от раскаленного добела шара пламени, промчавшегося по земле, очищая ее от ядовитой крови, определила точный момент, когда он уничтожил тело вампира.
Ветер разнес пепел и унес противный запах прочь от них. Люциан подошел к ней и сел рядом так, что их тела соприкоснулись.
— Все закончилось.
Джексон услышала его голос, тихий и нежный, как всегда, и когда она посмотрела на него, его черты были теми же самыми — красивыми, мужественными, грубоватыми — прекрасными. Тем не менее, Джексон чувствовала его утомление, голод, бившийся в нем, который он держал в узде своей твердой силой воли. Это было в его сознании. Она также обнаружила причину его задержки появления на поверхности. Вампир придумал ловушку, грубую, но эффективную. Когда Люциан следовал по тоннелю за вампиром, вслед за ним неслась стая крыс, нападая, кусая, замедляя его. Когда он разобрался с ними, землю над ним и вокруг него заполонила куча щупалец, запирая его в земле на достаточно долгое время, чтобы гадюка успела ввести в его организм яд.
Джексон задохнулась, ее сердце заколотилось от взрыва боли, которую она нашла в его воспоминаниях. Это был смертельный яд, чей сложный состав разработал вампир, и который с огромной скоростью двигался по нервной системе, вызывая мучительную боль, пожирая клетки, чтобы воспроизвести самого себя. Люциану потребовалось несколько минут, чтобы замедлить продвижение яда, проанализировать его и выработать необходимые антитела, чтобы вывести его из организма.
— Поверить не могу, что ты способен на такое, — сказала она, с благоговением, — как это вообще возможно? Вывести яд из своего собственного тела?
— Это не так уж и необычно для нашего народа. Иногда яд выводят через поры. Это больше напоминало отдельную битву в самый разгар боя, потому что яд являлся комбинацией нескольких невероятно смертельных компонентов. Довольно необычно для вампира. Я сожалею, что был вынужден разорвать связь. Иначе ты бы почувствовала боль, а я не мог позволить этому произойти, — его рука обвила ее изящные плечи. — Кроме того, я знал, что ты справишься с тем, что происходило на поверхности, пока я не смогу связаться с тобой.
— Ты следил за мной даже тогда, когда я не могла сказать, что произошло с тобой, — проговорила она с некоторым раздражением. — Это так ты мне помогаешь? Как ты узнал, что я делаю, если наша связь была разорвана? Я спрашиваю на тот случай, вдруг эта информация когда-нибудь мне пригодится… например, когда я устану от твоего высокомерия и решу устроить пожар. Или еще лучше, когда я захочу быть уверенной, что ты не околачиваешься рядом со мной, — она пробежала руками по его телу, чтобы убедиться, что с ним все в порядке.
Его рука обхватила ее за подбородок, чтобы он мог посмотреть в ее огромные глаза, глаза, содержащие намек на горящий в ней огонь.
— Ты кажешься взволнованной, сладкая, — его голос был тягучей подразнивающей лаской.
— Совершенно верно, — поклялась она, но была вынуждена отвести от него взгляд, иначе взорвалась бы смехом.
Или это, или поцеловала бы его.
— Ты «позволяешь» мне быть твоим напарником, но в тоже время оборачиваешь меня ватой, словно я фарфоровая куколка. Я должна постоянно знать, что происходит с тобой, на тот случай если понадоблюсь тебе.
— Я понимаю твой характер, ангел, возможно намного лучше, чем понимаешь ты сама, и я с радостью поделюсь с тобой всем, что может сделать тебя счастливой. Но ты должна понять, что я никогда не позволю, чтобы твоей жизни хоть что-то угрожало. Если я не смогу адекватно защитить тебя в какой-либо ситуации, тебя там не будет. Все очень просто. Тебя не должно там быть, — сказал он мягко, нежно, как любовник. От звука его голоса что-то внутри нее перевернулось, крылья бабочек затрепетали в животе.
Она вздохнула и покачала головой, понимая, что проиграла. Он не понимал значения слов «справедливость», «равенство». Он понимал, что она была женщиной. Его женщиной. Все его существо требовало, чтобы он защищал ее. Для него, «компромисс» означал, что она могла быть с ним, могла даже помогать ему, но делать это она будет при определенных условиях. Джексон снова покачала головой, прежде чем прислониться к его руке.
— Я устала, Люциан. Я никогда не чувствовала себя такой уставшей. Сколько часов до восхода солнца, когда я смогу поспать?
— Тебе нужно питание, любовь моя. Мы оба в нем нуждаемся. Делать то, чем мы сегодня занимались, отнимает огромное количество энергии. У тебя нет выносливости для таких сражений. Ты такая… — он заткнулся, когда она резко подняла голову и посмотрела на него.
— Если ты хочешь сказать «маленькая» или «небольшая» или еще как-нибудь в этом роде, я покажу тебе склонность к насилию, которая по твоему заявлению у меня есть.
Его длинные ресницы на мгновение опустились вниз, скрывая смех в его глазах. Он посчитал это более разумным, чем показать ей.
— Думаю, мы должны убраться отсюда и найти жертву.
Она закрыла лицо руками и застонала.
— Ты понял, какое использовал слово? Ты, наверное, делаешь это нарочно, чтобы свести меня с ума. Я не охочусь на жертву. Люди не жертвы.
Он улыбнулся ей, блеснув своими безупречно белыми зубами.
— Мне нравится возбуждать тебя, сладкая. У тебя на лице появляется такое выражение, что у меня внутри все сжимается, — он поднялся, плавным течением мышц и власти, протягивая ей руку. — Пошли, нам предстоит долгий путь этой ночью. И не чувствуй слишком большую жалость к таким, как они, — он взмахом руки охватил территорию, на которой были убиты трое вампиров. — Именно он был тем, кто руководил нападением на полицейский участок, и старался добраться до твоего напарника Барри. У этих созданий нет души. Они воплощение зла. Я чувствую твою печаль, любимая, и мне до слез жаль тебя. Мне не по себе, когда тебе так грустно.
Она всунула свою руку в его.
— Со мной все в порядке, Люциан. Действительно, в порядке. Просто в мире полно развращенности, полно больных людей.
Он поднес ее руку к своему теплому рту.
— Не здесь. Только не там, где мы находимся.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Темный страж - Фихан Кристин



Очень нравится вся серия!!! Прекрасная сказка!Но в тексте имеются опечатки
Темный страж - Фихан Кристинольга
12.07.2011, 19.50





Это книга просто прелесть!!!!!!!! Она из серии " Темная любовь".Вся это серия разбита на книги,но каждая книга это отдельные прсонажи,хотя некоторые встречаются на протяжении всей серии. Кто любит сказки,любовь и вампиров ,тому эта книга не тоько понравиться,но и вся серия будет интересна!!!!
Темный страж - Фихан КристинАнюта
6.08.2011, 18.37





Хорошая книга, да и вся серия интересна, как здесь уже говорили. Но по моему в этой книги героиня немного нудновата.
Темный страж - Фихан КристинК
4.05.2013, 6.43





Классный роман.
Темный страж - Фихан Кристинелена
25.03.2014, 15.48





согласна с Еленой. Класс......
Темный страж - Фихан КристинСвета
6.08.2015, 17.13





Бездарная инфантильная графомания. Учитывая, что перевод в книге буквальный, можно легко восстановить синтаксис и вокабуляр оригинала - такая же бездарщина и беднота слога.
Темный страж - Фихан КристинЮный фантазист
6.08.2015, 17.55








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100