Читать онлайн Невеста рыцаря, автора - Фетцер Эми, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Невеста рыцаря - Фетцер Эми бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.86 (Голосов: 28)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Невеста рыцаря - Фетцер Эми - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Невеста рыцаря - Фетцер Эми - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Фетцер Эми

Невеста рыцаря

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

Шинид затаила дыхание.
Коннал раздевал ее взглядом. Если бы он действительно мог видеть ее под одеждой, то заметил бы, что она горит от желания. Взгляд его был как капкан — она не могла пошевелиться, не замечала того, что все присутствующие смотрят на нее, а ее родители, Фиона и Рэймонд, переглядываются с легкой улыбкой. Она видела лишь Коннала.
Того самого ирландского рыцаря, что явился к ней, чтобы заявить на нее свои права.
Нет, с жестокой ясностью вдруг пронеслось у нее в голове, не на нее, а на ее земли и армии, которые давно уже хочет заполучить король. И ради своего короля Коннал готов был пожертвовать собой, а она должна была стать жертвенным алтарем.
«О Матерь Божья! Зачем ты создала его таким красивым? Неприступным. Надменным». Она смотрела на него теперь не как на юнца, только-только посвященного в рыцари, а как на мужчину, покрытого боевыми шрамами и закаленного в битвах. Умудренного жизнью. Она не могла представить себе, какого рода опыт выковал его, теперешнего. Что делает с человеком постоянная близость смерти? Хотела бы она это знать…
Она сделала последний шаг вниз, и Коннал шагнул ей навстречу. Но люди Коннала уже окружили ее. Улыбки, поклоны, шутки. Шинид весело улыбалась, но от нее не укрылось то, что среди людей Коннала было немало таких, кто не посчитал нужным даже поздороваться с ней. Итак, она уже стала причиной раскола в недавно дружных рядах армии Пендрагона. «Он припомнит мне это», — подумала она.
Шинид скользнула взглядом по толпе гостей. Странного вида мужчина, стоявший справа от нее, привлек ее внимание. Он раздвинул плечом тех, кто стоял возле нее, и рыцари Коннала послушно расступились, пропуская его вперед. Он был могуч, широк в плечах и высок. Лицо этого человека производило неизгладимое впечатление. Вытатуированные на смуглой коже черные полосы делали его лицо похожим на маску. Голову его венчал тюрбан, а одежда скорее служила для украшения, нежели для защиты от холода. Манжеты и ворот рубахи из желтого шелка были украшены затейливой вышивкой, широкие шаровары ниспадали свободными складками, нависая над лодыжками. За широкий шелковый пояс был заткнут целый арсенал. Из всех присутствующих лишь он один имел при себе оружие. Шинид встретилась с ним взглядом. Глаза у незнакомца были черны, как южная ночь, а взгляд тяжел и неприветлив. Он так пристально ее разглядывал, что она не очень удивилась бы, если бы он вдруг подошел и посмотрел на ее зубы.
— Она редкостная красавица, господин.
Шинид повернула голову и увидела, что Коннал подошел к человеку в тюрбане и остановился рядом, потягивая вино из кубка. Несмотря на отсутствие устрашающих татуировок и привычное платье, Коннал действовал на нее куда разрушительнее, чем тот, кто назвал Коннала господином.
Коннал усмехнулся, оглядел ее, и Шинид зарделась под его взглядом.
— Шинид, это Наджар.
Шинид медленно повторила непривычно звучащее имя, словно пробуя его на вкус.
— Наджар. Вы были в турецком плену, но ведь вы индиец, не так ли?
Наджар сдержанно кивнул.
Шинид вдруг протянула руку к его лицу и пробежала пальцами по черной полосе татуировки.
— Зачем вы это сделали?
— Разве мой вид не внушает вам страха?
Шинид наклонила голову, раздумывая над его словами.
— Вы похожи на сокола, а сокол, — Шинид скользнула пальцами вниз по его щеке, — красивая птица.
Наджара немало удивил ее ответ. На лице его отразилась внутренняя борьба.
— Так вы меня не боитесь?
— А разве я должна?
Наджар ненадолго задумался.
— Пожалуй, нет. Вы женщина господина. Я буду защищать вас, как защищаю его.
Шинид посмотрела на Коннала, и взгляды их встретились. Коннал ясно дал ей понять, что ни в ком и ни в чем не нуждается. Для него в жизни осталась лишь одна значимая вещь — присяга на верность Ричарду. Шинид перевела взгляд на Наджара.
— Говоришь, ты его защищаешь? Хорошо. Тогда я спокойна. Ты ведь должен будешь доставить его Ричарду в целости и сохранности, а иначе эти клятвы и договоры — пустые слова. Верно?
Наджар усмехнулся и стал похож на демона. Шинид ответила ему дружелюбной улыбкой и, окинув взглядом столы, ломящиеся от яств, посмотрела на Коннала. Тот рассматривал ее с нескрываемым любопытством, как будто увидел в ней нечто такое, о чем раньше не догадывался.
— Ты что-то хочешь сказать мне, Пендрагон?
Коннал отметил про себя, что она предпочитает не называть его по имени.
— Да. — Когда они смогут уединиться, он спросит ее о несостоявшейся помолвке и о причинах, по которым она сорвалась. — С тобой, — Коннал подался вперед, заслонив ее широкими плечами от гостей, — мне всегда есть о чем поговорить.
Наджар тактично отошел в сторону.
— Если ты опять собираешься говорить о клятвах на верность Ричарду и прочей ерунде, то избавь меня от этого хотя бы до завтрашнего утра. — При этом Шинид продолжала лучезарно улыбаться. Синие глаза ее были сама невинность.
Она всегда готова дать ему отповедь. За словом в карман никогда не полезет.
— Хочешь вытолкать меня отсюда взашей, да?
Шинид спокойно встретила его взгляд.
— Едва ли мне это удастся. Да и кому-нибудь другому тоже.
— А как же твоя магия? — насмешливо спросил он. Шинид покачала головой:
— Долго же ты пропадал, если забыл наши законы.
— Нет, помню. Но как-то раз тебя и законы не остановили.
— Ты намекаешь на детскую шалость, совершенную много лет назад?
— Да нет, я уже давно простил тебе попытку превратить меня… в козла.
Она заметила, что он слегка покраснел, и ей это не понравилось.
— Я была не права и знаю, что тебе было неприятно. В тот день моя мать лишила меня возможности колдовать.
Коннал недоуменно вскинул брови. Шинид прикоснулась к серебряной цепи, что носила на запястье.
— Только пять лет назад мне был возвращен мой дар.
Он продолжал смотреть на нее.
— А потом, когда ты продолжала меня преследовать?
Шинид почувствовала себя униженной. То унижение, какое казалось давно изжитым.
— Вспомни, — низким от волнения голосом проговорила она, — я хоть раз попробовала тебя заколдовать, когда ты кричал на меня при всех? Когда ты вытолкал меня из конюшни и назвал испорченной девчонкой, когда ты сказал, что я ничего для тебя не значу и не буду значить, — разве я навела на тебя порчу? Наслала беду?
Он почувствовал ее давнюю обиду с неожиданной остротой, как свою, может даже, еще сильнее.
— Я был всего лишь мальчишкой, Шинид.
— Ты был мужчиной шестнадцати лет. Без пяти минут Рыцарь.
Коннал кивнул, соглашаясь с ней.
— Я не могу взять обратно свои слова, но… прости неразумного подростка.
Шинид повела плечами, будто стряхнула давящий на них груз.
— Забудь об этом. Давным-давно я смирилась с тем, что я для тебя не более чем заноза в мягком месте. Впрочем, я должна признать, что не всегда делала правильные выводы и, как и все, не застрахована от ошибок в будущем.
Она произнесла последние слова очень грустным голосом, и Коннал невольно спросил себя, а какова в этом доля его вины? Шинид сделала шаг в сторону, но Коннал быстро перекрыл ей путь к отступлению.
— С прошлым покончено, Шинид, но я не уеду отсюда, пока не добьюсь своего.
— Ничего у тебя не получится. Предлагаю тебе уехать поскорее, чтобы заняться более важными делами.
— Мы уедем вместе.
«Он стал слишком уж заносчив, а мозги и вовсе растерял», — подумала она.
— Я не покину Ирландию. Мой дом здесь, Пендрагон. Я не оставлю мой народ, ведь он нуждается во мне. — Шинид обвела глазами зал. Здесь она каждого знала по имени, знала, кто из какой семьи. Она видела свое предназначение в том, чтобы каждая семья, жившая на ее земле, чувствовала себя защищенной. Глаза ее влажно блестели, когда она посмотрела на него. — И если бы мне захотелось выйти замуж, — чего мне сейчас совсем не хочется, — я бы стала прислушиваться лишь к голосу собственного сердца, а не к тому, чего хочет твой король.
— Любовный союз и брак — совсем не одно и то же.
Шинид почувствовала, как болезненно сжалось сердце. В душе его не осталось места для любви. И не хватает тепла даже на надежду. Какой ужасной ценой далась ему верность никчемному королю! Что же выхолостило его сердце настолько, что он и в браке не видит ничего, кроме желания угодить властелину? Служение королю выжало из него все человеческие чувства, и на Шинид навалилась тоска от той зияющей пустоты, что осталась у него вместо сердца. Но вдруг она разозлилась на себя. Почему она скорбит о том, чего лишила его жизнь? Он в ее скорби не нуждается. Как и в ее любви.
— Для меня это одно и то же и все вместе, рыцарь.
Ее упрямое нежелание идти ему навстречу едва вновь не привело к ссоре. Чего она хочет? Красивых слов о любви? Ему же надо было одно — подписать документ для своего короля. Коннал не любил давать обещаний, которых не мог выполнить. Пусть она оценит хотя бы его честность. Он молча смотрел на нее, и по мере того, как длилась пауза, в глазах ее все яснее проступало выражение, которое никак не вязалось ни с ее достоинством, ни с ее красотой. Стыд и отчаяние отвергнутой женщины — вот что он увидел в ее глазах. Конналу стало неловко. Но ведь речь шла не о нем, напомнил он себе. Расторгнутая помолвка! Может, это ему, таинственному несостоявшемуся жениху, Шинид отдала свое сердце?
— Ты любишь другого? — спросил он, повинуясь внезапному импульсу. Коннал напряженно ждал ответа. Он и сам не знал, как поступит, если она ответит утвердительно.
Вопрос удивил ее. Любит ли она другого? Неужели Пендрагон считает, что она так легко способна подарить кому-то свое сердце? Или он думает, что она может выбирать из сотен претендентов? Шинид была не такой, как все женщины. Сильнее. Выше во многих смыслах. А лучшие всегда одиноки. Они обречены на одиночество. Обречены на ненависть. Стоит довериться не тому мужчине, и разбитое сердце тебе обеспечено. Шинид болезненно поморщилась при этом воспоминании. Она намеренно не заталкивала его вглубь, держала на виду, как напоминание о том, что бывает, если забыть о возложенной на твои плечи ответственности. Магия, ее сила, заключена в чистой любви и безоглядном доверии. А без них она существовать не может. Магия была ее сущностью, основой ее жизни, и сама она, чтобы жить, должна любить и верить безоглядно. А без любви и доверия теряется смысл жизни.
— Нет, — с тихим вздохом ответила она наконец, — другого нет.
Сейчас нет, подумал Коннал, но раньше был. Он прочел в ее взгляде, в мелькнувшем отражении давней боли. Он явствовал ее боль, хотя и не знал, откуда она пришла. Он едва и не физически ощущал рубцы на ее душе, оставленные нанесенными кем-то ранами, так до конца и не зажившими. Коннал растерялся, не готовый к такого рода ощущениям, отвернулся, спрятал взгляд. Чувствуя так глубоко и остро, он становился уязвимым, что недопустимо для воина и рыцаря. Сердце не закуешь в латы. Стоит открыть его — и ты погиб.
— Хорошо, — мрачно бросил он, оглядывая зал поверх ее плеча. — Я не хотел бы из-за тебя кого-то убивать.
— Упаси Бог!
Тогда он встретился с ней взглядом, и этот взгляд пригвоздил ее к месту.
— Не сомневайся, Шинид. Надо будет — я это сделаю. В сердце ее нежданно поднялась волна нежности.
— Ты принадлежишь мне! — отчеканил он — и волна обрушилась вниз.
— Я не чья-то собственность! — Шинид гордо расправила плечи.
— Многие хотят обладать тобой или убить тебя за то, что ты собой представляешь.
— Я живу ради них. — Шинид обвела рукой зал. — Ради моего народа. Ради этой земли. Едва ли магия способна помочь мне лично, и все же она — часть меня, часть моей души. Она у меня в крови. — Она смотрела ему в глаза, спрашивая себя, способен ли он понять ее, и гадая, куда делся тот мальчик, что некогда понимал ее сердцем, которому ничего не надо было объяснять. — А мужчинам нужны мои дары, но не я как женщина. Я очень хорошо осведомлена о грозящих мне опасностях, Пендрагон.
— Называй меня по имени, Бога ради!
— Конналом звали мальчика, которого я когда-то любила. Пендрагон — мужчина, до которого мне нет дела и которого я знать не хочу.
Коннал поморщился, но взгляда не отвел.
— Ты узнаешь меня, Шинид. Хорошо узнаешь.
Он приблизился к ней вплотную, так что тела их соприкоснулись.
— Узнаешь так, как жена узнает мужа.
Именно его взгляд, почти хищный, и эта поза, поза хищника, вызвали в ней прилив жара, и мурашки побежали по спине.
— Мы не созданы друг для друга, рыцарь. В юности мы обижали друг друга и гневались друг на друга, но у нас по крайней мере была общая родина. Теперь же мы вообще стали чужими — ты стал англичанином, я осталась ирландкой. Моей Ирландии от такого союза проку мало. Я, во всяком случае, смысла в этом не вижу. Ни для Ирландии, ни для себя.
Шинид обошла его, стараясь не задеть даже кончиком платья, и направилась к столу посмотреть, как идут приготовления к пиру.
После ее ухода остался пряный аромат роз и гвоздики. Коннал смотрел ей вслед. Мысли и чувства его находились в непримиримом противоречии. Любопытство разыгралось в нем с такой силой, что он был готов прямо сейчас потащить ее в какое-нибудь укромное местечко и потребовать выложить начистоту все о том мужчине, за которого она чуть не вышла замуж. Но он знал, что Шинид ему ничего не скажет. Он услышит лишь новые оскорбления. И от этого гнев его грозил выйти из-под контроля.
— Ты самый удачливый мужчина на свете, господин.
Коннал ответил Наджару долгим тяжелым вздохом. Быть может, во всем королевстве только он один и согласился бы по доброй воле взять в жены колдунью.
— В ней есть и страсть, и сердечность.
— Нисколько в этом не сомневаюсь.
Коннал сделал последний глоток, думая о том, проявит ли она тот же жгучий темперамент в брачной постели.
— Не позволяй гневу влиять на твои суждения, господин.
Коннал поставил чашу на стол. Он давно убедился в том, что Наджар наделен редкой интуицией, к которой стоит прислушиваться.
— Я и не позволяю.
Наджар сложил руки на груди и поморщился. Коннал и сам понимал, что никого не способен здесь обмануть, даже самого себя. Потому что при одном взгляде на Шинид он переставал быть беспристрастным, ибо гнев — и не только гнев — туманил ему мозги.
Сэр Гейлерон был очарован. Очарован красотой здешнего замка, здешней земли и особенно женщиной, что правила на этой земле. Для Гейлерона принять тот факт, что вождем была женщина, было не слишком сложно. Его бабушка была шотландкой, и она правила кланом до самой смерти, правила железной рукой и даже с несколько своеобразным чувством юмора. И Гейлерон благодаря ей научился видеть смешное в любой ситуации, и теперь сложившаяся ситуация казалась ему забавной. Особенно его забавляло то, как Коннал пялился на леди Шинид, при этом старательно избегая смотреть ей в глаза. Но Коннала можно понять. Какой мужчина не смотрел вслед хозяйке дома? Она была изумительна. Эти веснушки на ее точеном носике сводили его с ума. Если бы она не была связана волей короля, он бы сам за ней приударил.
Впрочем, все равно у Гейлерона ничего бы не вышло: Коннал не позволил бы никому на нее заглядываться. И насколько мог судить Гейлерон, леди Шинид внимание Пендрагона особой радости не доставляло. С первого взгляда могло показаться, что он ее просто утомляет. Но подслушанный им однажды разговор приоткрыл завесу тайны. Этих двоих связывало больше, чем мог бы подумать непосвященный. Вернее, разделяло. Конналу здорово досталось, и Гейлерон был чертовски этому рад. Чем хуже — тем лучше.
Создавалось впечатление, будто Коннал ищет огрехи там, где их быть не могло. Даже во время пира по случаю их прибытия она вела себя безупречно. Да и обед был такой, что не придерешься. В разгар зимы — самого голодного времени — они лакомились бараниной, дичью, перепелиными яйцами, приправленными специями, засахаренными сливами со взбитыми сливками и еще тем, что привез из дальних странствий Коннал — сушеными экзотическими фруктами и сладостями. Блюда были полны, вино текло рекой, музыканты старались вовсю. Никто из людей Коннала и припомнить не мог, когда их в последний раз так хорошо принимали, хотя Коннал оставался безучастным ко всему и один сидел хмурый посреди веселья и смеха.
Но ведь Пендрагон тем и был славен, что никогда не сдавался. А причина его страданий была тут, рядом. Рядом с Гейлероном, неустанно забавлявшим ее разговорами, веселившим забавными историями. Гейлерон понимал, что перегибает палку, но видеть, как его друг выходит из себя из-за женщины, было слишком забавно, чтобы отказать себе в удовольствии. Особенно если знаешь, что даже месяцы непрерывных пыток не смогли сломить дух Коннала.
Гейлерон взглянул на друга и, пожав плечами, вернулся к беседе с леди Шинид.
— Коннал, — шепнул Брейнор, — плохо уже то, что Наджар нагнал страху на этих людей. Если ты не прекратишь смотреть на нее волком, граф может счесть себя оскорбленным.
Коннал постарался придать своему лицу безразличное выражение. Если бы он только мог слышать, о чем они говорят. Что за слова шепчет Гейлерон ей на ухо. Коннал видел, как она заправила прядь за ухо. Как менялось ее лицо: от вежливо-выжидательного к ленивой, ласковой улыбке. И все это предназначалось Гейлерону! Потом она кокетливо рассмеялась. Сама раскованность и любезность. Как будто и не было у них этого тяжелого разговора в комнате под лестницей. Как будто она не измывалась над ним, не называла его изменником и предателем. Как будто не просила его уехать как можно скорее. Она растоптала его гордость, и сейчас Конналу требовалось гигантское усилие воли, чтобы не дать гневу выплеснуться через край.
Брейнор деликатно кашлянул — еще раз напомнил Конналу о том, что тот нарушает приличия. Коннал искал, на чем бы отвлечься. Срочно. Он отошел к очагу и оттуда стал наблюдать за тем, как веселятся его люди. Вместе с людьми Шинид. Сотни свечей горели в замке, стены были увешаны гобеленами, потолок был задрапирован яркими тканями. У огромного камина на соломе двое мальчишек сражались в шахматы. Дети помладше окружили их, наблюдая за игрой. В нескольких дюймах от Коннала на каминной полке растянулся черный кот, лениво помахивая хвостом и щуря зеленые глазищи. Кот повернул голову и смерил Коннала предупредительным взглядом. Коннал покачал головой.
Круа, замок, в котором проходил пир, казался драгоценным камнем, обрамленным туманами. Западные стены его были обращены к морю, и, расположенный на холме, он был неприступной крепостью. Замок был окружен высокой стеной, и с парапета открывался вид на сотни миль вокруг. Стены в три яруса высотой были возведены прямо на скальном фундаменте в незапамятные времена. Каменщики Шинид, реконструируя старые стены, старались придать им тот же вид, какой они имели изначально. Коридоры и лестницы вели вверх и вниз из главного зала. Четыре башни по углам символизировали четыре стихии. Камин располагался на южной стороне зала и знаменовал собой стихию огня, северный угол соответствовал стихии земли, западный — воде, а восточный был обращен к пустошам, где гулял вольный ветер. Ветер был его стихией.
Этот замок был построен волшебниками на волшебной земле и заключал в себе волшебную силу.
— Пендрагон?
Коннал оглянулся и встретился с ней взглядом. Он ненавидел ее за эту дурацкую улыбку.
— Гейлерон сказал мне, что ты был ранен.
— И не один раз, — подтвердил Гейлерон, и Коннал бросил на него мрачный взгляд.
— Верно.
— Где и когда?
Коннал нахмурился. Ему казалось, что она спрашивает не из праздного любопытства.
— Я был на войне. — Он пожал плечами. — Ранения там неизбежны.
— Но куда тебя ранили? — Она скользнула по нему взглядом, и он почувствовал, как к телу прилила кровь.
— В ногу, — буркнул он и увидел, что она разочарована. — Ты бы предпочла, чтобы я был ранен в сердце?
— Только ты мог сказать подобную глупость. — Шинид поджала губы. — Мне просто было любопытно.
Коннал осмелился ей не поверить.
— Вскоре, детка, я покажу тебе все мои шрамы, — нежно произнес он.
Шинид вспыхнула от смущения.
— Я бы предпочла, чтобы ты этого не делал. Того, что я вижу, и так хватает.
Коннал усмехнулся.
— Миледи, — поспешил вступить в разговор Брейнор, — вы не боитесь, что на вас могут напасть? Гленн-Тейз далеко отсюда, а армии у вас как будто нет.
— Вы ошибаетесь, милорд. Мое войско, хотя и не настолько сильное, как у Пендрагона, все же достаточно многочисленно и хорошо вооружено, чтобы постоять за нас.
— И кто им командует? Вы?
Шинид покачала головой, снисходительно улыбаясь.
— Вот командующий моей армией. Позвольте представить: Монро. — Шинид кивнула на темноволосого мужчину справа от себя. — Он не новичок в ратном деле, Пендрагон, и, я думаю, вы найдете общий язык.
Монро вежливо поклонился, улыбаясь, и произнес:
— Сейчас я совмещаю две должности: командующего армией и личного телохранителя миледи. Что, согласитесь, непросто.
— Я знаю, что тебе нелегко, Монро, — сочувственно сказала Шинид, коснувшись руки своего телохранителя. — Но лучше тебя мне все равно не найти, так что придется тебе смириться со своей незавидной участью.
Коннал быстро перевел взгляд с охранника на госпожу. Ему показалось, что Шинид и Монро связывают отношения несколько более интимные, чем принято между знатной дамой и ее телохранителем. Шинид относилась к этому могучему ирландцу с непокорной черной гривой подозрительно тепло и очень дружелюбно.
— С вами, миледи, мне постоянно приходится учиться смирению.
— И терпимости, я бы добавила. Монро усмехнулся.
Коннал нахмурился.
— Война — суровая неизбежность, миледи, — заметил Брейнор.
Шинид пристально посмотрела в глаза темноволосому Рыцарю и с непоколебимой убежденностью произнесла:
— Не на моих землях. В моих силах предотвратить смертоубийство. Позвольте вас оставить, — проговорила Шинид, обращаясь к Пендрагону, и он в ответ молча кивнул, тогда как многие другие из его людей принялись умолять ее задержаться с ними подольше.
— Нет. Прошу вас, отдыхайте, пейте вино и веселитесь. Чувствуйте себя как дома. У меня еще остались дела. Много дел, знаете ли: укрыть снегом поля, чтобы траве спалось в тепле, погонять домовых, чтобы не шалили, да зажечь звезды, чтобы феи нашли дорогу домой.
Коннал не мог сдержать улыбки, глядя на сконфуженных товарищей, не понимавших, шутит она или говорит всерьез.
Шинид пошла прочь, но вдруг обернулась в сполохе синего бархата с радугой через плечо и взглянула на Коннала. Глаза ее смеялись, и эти искорки в синих озерах ее глаз, синева которых спорила глубиной цвета с ее роскошным нарядом, прожгли его насквозь, приковали к креслу. Не в силах оторвать глаз, он смотрел, как она поднялась по лестнице, как исчезла за поворотом. Коннал знал, что она спала в башне, на самом верху, ближе к звездам. Он знал и то, что будет всю ночь представлять ее рядом с собой в постели и так и не сможет уснуть.
Шинид с беспомощностью младенца наблюдала за тем, как острие меча вонзается ему под ребра. Все глубже и глубже. Кровь тонкой струйкой начала вытекать из его тела. Коннал вырвал меч из раны и отбросил его в сторону, а затем обессилено опустился на колени. Но силы оставили его, и он упал на землю. Где же его доспехи? Где его люди? Зажимая ладонью кровоточащий бок, он застонал от боли. Земля вокруг пропиталась кровью. Он протянул руку, призывая на помощь, и она услышала, как с уст его сорвалось ее имя. А потом он вздохнул и испустил дух.
Шинид рывком села в постели. Во сне она страшно кричала. «Коннал!» — эхом откликались стены.
Она закрыла лицо руками и судорожно втянула воздух. Нет, только не это! Все повторялось снова. Дрожь пробирала ее от затылка до пяток, сердце колотилось у самого горла. Во рту пересохло. Она всхлипнула и, вытерев ладонью слезы со щек, сердито тряхнула головой.
Пот выступил у нее на лбу. Холодный и липкий. Шинид опустилась на перину и натянула на себя меховое одеяло. Но сон не шел, и она, встав с постели, дрожащей рукой нащупала тунику. Поверх туники Шинид накинула бархатную накидку и, чтобы согреться, принялась быстро ходить по комнате.
Она не могла избавиться от этих сновидений. Над царством сна она была не властна. В тот день, когда мать сняла заклятие и волшебный дар вернулся к ней снова, ее опять начали посещать ночные кошмары. Не раз Шинид с благодарностью вспоминала благословенные годы, когда сон ее был сладок и спокоен. Вещие сны приходили к ней часто. Сны, предвещавшие добро, и сны, предвещавшие беду. Шинид всегда относилась к ним очень серьезно. Ибо все ее сны сбывались.
— Миледи?
Шинид подняла голову и окинула взглядом балдахин над кроватью.
— Спускайся, Каира. Не бойся, — сказала она своей подружке.
— Что это было? Вы кричали?
— Неужели я кого-то разбудила? Из тех, кто спит внизу?
— Нет, они спят крепко, миледи. И все же мне вы должны рассказать.
— Нет, не проси. Ты же знаешь, с тем, что нам открывается, надо обращаться очень осторожно. С судьбой шутки плохи.
Все, что могла сделать Шинид, — это предупредить Коннала об опасности. В ее снах беда всегда представала размытой и нечеткой. Но этот сон был исключением.
Во сне она видела Коннала, и во сне он умер. Отчего-то Шинид казалось, что умер он по ее вине или по ее оплошности. Хорошо еще, что в то время как он сражался в Паленине, Шинид не было дано видеть его во сне, не то все эти тринадцать лет превратились бы для нее в кошмар. Однако стоило ему прибыть в Ирландию, как она стала видеть его каждую ночь. Шинид чувствовала, что это не просто кошмары, а настоящий вещий сон — сон-предупреждение. Но если судьба дает ей знак — значит, в ее силах предотвратить беду. Но как?
Сказать ему? Он ей не поверит. Никто, кроме ее родителей, не знал о вещих снах. До того как мать наложила запрет на колдовство, Шинид видела вещие сны, но тогда она была совсем ребенком и не могла ухватить нить, понять, что именно хотят сказать ей высшие силы. Она не понимала, зато отец ее разобрался и лишь поэтому сумел спасти ей жизнь.
Но что она могла сделать для Коннала? Он выслушает ее предупреждение с саркастической усмешкой и забудет о нем, небрежно скинув с себя, как доспехи на ночь.
Его лицо из сна стояло у нее перед глазами — смертельно бледное, бескровное. Она видела алую кровь, сочившуюся из раны. Решение пришло внезапно. Она поплотнее закуталась в бархат и пошла к двери.
— Миледи, в замке сегодня много мужчин, — предупредила фея.
— Они меня не увидят! — бросила Шинид и вышла из комнаты, шепча заклинания, делавшие ее невидимой. Невидимкой она вышла на крытую галерею, окружавшую замок, едва касаясь босыми ступнями обледенелого камня. Ею все еще владело ощущение безнадежности и беспомощности. Она подошла к паркету, подставила лицо ледяному ветру и сделала глубокий, обжигающий вдох. Но образ из сна не желал ее покидать.
Снова и снова сон во всех подробностях прокручивался перед ее мысленным взором, настойчиво, требовательно. Слезы душили ее. Шинид потрясла головой, словно могла сбросить с себя это наваждение.
Нет, он не должен погибнуть. Он не умрет вот так…
— Шинид?
Она резко обернулась, придерживая накидку у горла. Коннал возник внезапно, как дракон из черного зева пещеры.
— Господи, что ты тут делаешь? Ты решила замерзнуть насмерть, лишь бы не выходить за меня замуж?
Шинид молча покачала головой. Комок в горле мешал говорить.
Взгляд его упал на ее босые ноги. В одно мгновение он оказался рядом, скинул с себя плащ и, закутав ее, подхватил на руки и понес к лестнице.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Невеста рыцаря - Фетцер Эми



Книга чудова,але дуже багато магii
Невеста рыцаря - Фетцер ЭмиВiта
2.04.2013, 20.16





Мне очень понравилась эта книга, очень интересно, ты переживаешь искренне за главных героев и сам находишься там, супер!
Невеста рыцаря - Фетцер ЭмиЕлена
7.05.2013, 12.24





Красиво. Сцена на озере где ее купают феи, а он смотрит опершись на меч - просто картина.
Невеста рыцаря - Фетцер ЭмиЛиства
7.05.2013, 14.37





Неплохой роман, интересный. Правда, на мой взгляд, многовато политики и магии, а герои чуть раздражали - женщина слишком непокорна, а мужчина упрям.
Невеста рыцаря - Фетцер ЭмиLady Alia
13.10.2013, 20.29





Не чего такой,читать моможно..Правда немного затянут.
Невеста рыцаря - Фетцер Эмиленка
2.12.2013, 12.34





Влюбилась в эту трилогию. Теперь моя мечта - побывать в Ирландии. ))
Невеста рыцаря - Фетцер ЭмиЕлена
5.10.2014, 14.31





Прекрасное окончание трилогии! Хотя для меня самой „Ирландская колдунья" самый интересный из всех. Эти истории, конечно, немного необычны, так как в них присутствует магия, но это не мешает переживаниям за потрясающих героев!!! Однозначно читайте!!!
Невеста рыцаря - Фетцер ЭмиМари
12.04.2016, 15.36








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100