Читать онлайн Таинственный, автора - Ланзони Фабио, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Таинственный - Ланзони Фабио бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.47 (Голосов: 36)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Таинственный - Ланзони Фабио - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Таинственный - Ланзони Фабио - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Ланзони Фабио

Таинственный

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

Хоуленд стоял на узкой полоске каменистого пляжа и наблюдал, как над озером встает солнце. Было холодно, и он спрятал руки в карманы джинсов. На по-зимнему серой воде появилась золотая дорожка, протянувшаяся от берега до самого горизонта и, как казалось Сойеру, продолжавшаяся еще дальше.
«Ты здесь? Где ты? – мысленно спрашивал он, глядя на светлеющее небо и подбрасывая носком ботинка гальку. – Слышишь ли ты меня? Если да, я хочу, чтобы ты знала, что я еще здесь. Клянусь, я не оставлю попыток…»
Он вынул руку из кармана, вытер слезы, набежавшие на глаза, потом повернулся спиной к озеру и, понурив голову, медленно побрел назад к оставленной на дороге машине.
Сойер легко мог представить себе, как выглядел берег озера и окрестности в туристический сезон, когда все коттеджи на берегу были заняты, а по извилистой дороге, обсаженной деревьями, бежали машины. Если закрыть глаза, он почти слышал скрип и хлопанье затянутых сеткой дверей, музыку, доносившуюся из многочисленных радиоприемников, веселые крики детей на пляже и плеск воды.
Но сейчас вокруг царила атмосфера запустения, несмотря на то что несколько домовладельцев, не испугавшихся холодных зим на берегу замерзшего озера, жили здесь круглый год.
Сойер поднялся от пляжа вверх по покрытому галькой склону и ступил на мокрую траву небольшого дворика. Он заставил себя продолжить путь в сторону заколоченного коттеджа, стоявшего между пляжем и дорогой, но посмотреть на коттедж у него не хватило сил.
Впрочем, Сойер знал тут все наизусть. Он провел немало долгих часов, сидя перед этим домом, всматриваясь в него, и запомнил все так хорошо, что отдельные подробности часто фигурировали в его кошмарных снах.
Он в точности помнил, в каких местах поблекшая зеленая краска облупилась, знал, что в перилах на покосившемся крыльце не хватало четвертого столбика, что на фонарном столбе возле входной двери все еще остались обрывки ярко-желтой ленты, которой полиция отметила место преступления.
Над головой Сойера ветер качал верхушки деревьев, и негромкий шелест, похожий на скорбные вздохи, смешивался с плеском воды и шорохом бурых опавших листьев, которые никто не удосужился собрать граблями.
В отдалении послышался стук дерева по дереву. Сойер посмотрел в ту сторону и увидел, как впереди, чуть дальше по дороге, приоткрытая дверь хижины распахнулась под напором ветра и ударилась о дощатую стену. Вышедший из хижины человек стоял спиной к Сойеру. Его лица не было видно, но Сойер знал, что это Карл Андерсен, который ждет, пока вернется его собака.
Карл пронзительно засвистел, затем Сойер услышал позвякивание ошейника и понял, что это крупная овчарка большими прыжками несется с пляжа. Он еще не видел собаку, но знал, что шерсть у нее серая и слипшаяся от воды. Остановившись перед крыльцом, собака встряхнется, вспрыгнет на крыльцо и скроется в доме.
Этот ритуал повторялся каждое утро.
Иногда Сойер спрашивал себя, видел ли его когда-нибудь Андерсен, обращал ли внимание на старенький «шевроле», оставленный неподалеку на дороге. Вероятно, нет, потому что Карл никогда не смотрел в его сторону и не задерживался на крыльце подолгу.
Сойер не хотел, чтобы его видели, но и не мог не приходить сюда снова и снова. Чаще всего он просыпался до рассвета, и какая-то неведомая сила гнала его на берег, к пустому коттеджу. Он проходил по пляжу и размышлял о трагедии, разыгравшейся здесь всего несколько месяцев назад. О страшном событии, которое изменило его жизнь.
Сойер вернулся к машине, в последний раз оглянулся, потом сел за руль и поехал в город.

***

– Кажется, сегодня ночью я видела твоего дядю, – сообщила Джори.
Гретхен налила кофе в чашку и подняла глаза на подругу.
– Тебе кажется, что ты его видела?
– В коридоре около моей комнаты какой-то старик менял перегоревшую лампочку.
Гретхен кивнула, подвинула стул и устроилась напротив Джори.
– Да, это был дядя Роланд. Я ему сказала, что лампочка перегорела.
– А что, он всегда… хм, работает по ночам? – поинтересовалась Джори и потянулась к стоявшей в центре стола тарелке за вторым ломтиком поджаренного хлеба.
– В основном да, – ответила Гретхен. – Именно поэтому ты не встречалась с ним раньше. Я забыла тебя предупредить, что у дяди Роланда довольно своеобразный режим дня. Дело в том, что он много лет проработал на фабрике в ночную смену, и хотя давно вышел на пенсию, все никак не может привыкнуть спать по ночам и бодрствовать весь день. Да и зачем – ему менять привычки? Лично мне все равно, когда он сменит лампочку в светильнике или починит кран – днем или ночью.
Джори пожала плечами, набрала из вазочки побольше клубничного джема, положила на тост и стала намазывать.
– Наверное, ты права. Но когда я спросила твоего дядю, что он делает, он почему-то не ответил. Может, ему не понравилось, что кто-то поселился в гостинице в это время года?
Гретхен покачала головой:
– Дело совсем не в этом. Неужели я не сказала, что дядя Роланд – глухонемой?
– Гретхен, это невероятно, но ты мне не говорила, – пробормотала Джори. – Послушай, я ведь решила, что он ненормальный или еще что-нибудь в этом роде. Представь, какой-то незнакомый тип спрятался в коридоре у моей комнаты глубокой ночью, а когда я к нему обратилась, промолчал… Зря ты мне сразу все не рассказала.
– Не волнуйся, Джори, старик совершенно безобидный, он не причинит тебе вреда, – заверила Гретхен, поднося ко рту чашку с кофе. – Конечно, мне следовало рассказать о нем раньше, но в последние дни моя голова была занята другим. Наверное…
– Ладно, все нормально. – Джори откусила большой кусок тоста и вгляделась в лицо подруги.
Под глазами Гретхен залегли темные круги, от чего ее и без того бледная кожа стала казаться еще бледнее, а светлые ресницы – еще светлее. Гретхен обычно заплетала волосы в косу, но сегодня утром распустила их по плечам и, кажется, даже толком не расчесала, будто у нее не было на это сил.
– У тебя все в порядке? – спросила Джори. – Я имею в виду, ты выглядишь какой-то озабоченной. Если хочешь поговорить – о Карле или еще о чем, я готова…
– Нет, – быстро перебила ее Гретхен Джори показалось, что даже слишком быстро. – С Карлом у меня все отлично. Если ты помнишь, сегодня я собиралась весь день заниматься спальней на третьем этаже, хотела покрасить плинтуса и бордюры. В прошлом месяце я оклеила ее обоями и вот теперь наконец удалось купить краску для дерева. Если тебе больше нечем заняться, можешь мне помочь.
– Я бы с удовольствием, – солгала Джори, – но на сегодня у меня как раз другие планы. Китти пригласила меня на ленч, чтобы познакомить с детьми, а до этого мне нужно еще забрать машину из гаража. Сойер сказал, что к полудню она будет на ходу.
– Сойер? – Гретхен поморщилась. – Похоже, вы с ним очень близко познакомились.
– Ничего подобного. Просто… – Джори замялась. – Как, по-твоему, я должна его называть? Мистер Хоуленд?
– Нет, конечно, но… будь осторожна. Ты о нем ничего не знаешь.
– И ты тоже, – вырвалось у Джори, прежде чем она успела как следует подумать.
– В том-то и беда. – Голос Гретхен прозвучал бесстрастно, но она поставила чашку на стол так резко, что кофе выплеснулся через край. – В Близзард-Бэй о нем никому ничего не известно. Факт остается фактом: было совершено преступление, и оно до сих пор не раскрыто. Ходят слухи, что он может иметь к этому отношение. Мне будет жаль, если с тобой что-нибудь случится.
Джори вздохнула и постаралась подавить раздражение.
– Послушай, Гретхен, – терпеливо, с расстановкой сказала она, – я собираюсь всего лишь забрать свою машину из мастерской Сойера Хоуленда. Как это может мне повредить?
– Ладно, считай, что я ничего не говорила.
– Я так и сделаю. – Джори вспомнила, что ей нужно еще кое о чем спросить. – Гретхен, ты не против, если я воспользуюсь телефоном? Мне нужно позвонить в Нью-Йорк.
– Пожалуйста, – сказала Гретхен, по лицу которой было видно, что ее что-то встревожило. Джори поспешила добавить:
– Я оплачу разговор кредитной карточкой.
– Дело не в этом. – Гретхен замялась. – Послушай, Джори… извини, что я спрашиваю… я тут подумала…
– Что? – подсказала Джори, когда подруга снова умолкла.
– Чем ты занимаешься?
Джори растерянно переспросила:
– Чем занимаюсь?
– Да, я имею в виду, у тебя есть в Нью-Йорке какая-то работа или…
«Ах вот оно что. Все тот же старый вопрос».
Джори вздохнула, от души желая, чтобы вопрос о ее работе – или отсутствии таковой – никогда не возникал. Она догадывалась, что Гретхен приходится бороться, чтобы сводить концы с концами и поддерживать старый дом в более или менее приличном состоянии. Конечно, она и раньше знала, что Джори из состоятельной семьи, однако…
Что сказала бы старая подруга, узнав, что Джори живет за счет крупного трастового фонда, оставленного ей дедом? Что отец купил и отделал для нее квартиру на Парк-авеню? Что мать каждый месяц посылает ей чеки «на дополнительные расходы» из средств своего богатого второго мужа?
– Честно говоря, – осторожно начала Джори, – я сейчас как раз уволилась с одной работы и еще не устроилась на другую…
– О, неужели?
Гретхен явно ждала продолжения, и Джори ничего не оставалось, как добавить:
– Я еще не решила, чем заниматься дальше.
– А что ты делала раньше?
– После колледжа?
«Путешествовала по свету. Жила в Европе с мамой и Реджинальдом, пока они мне до смерти не надоели. Провела год в Лос-Анджелесе, вращаясь среди знаменитостей».
– Занималась всем понемножку, – честно призналась Джори. – Когда я в конце концов осела в Нью-Йорке, то собиралась войти в семейный бизнес. Отец взял меня на работу, чтобы я занималась организацией закупок, но оказалось, что работа от звонка до звонка не для меня.
«Если не говорить о командировках в Париж и Милан и лучших местах на всех показах мод, то во всем остальном индустрия моды – жутко скучное занятие, во всяком случае как карьера».
– Поэтому я вернулась в университет и стала изучать писательское ремесло. – «Точнее, посещала вечерние курсы сценаристов – три двухчасовых занятия в помещении церковного подвала под руководством несостоявшегося Вуди Аллена». – Но вскоре поняла, что не слишком талантлива. – «Да уж, стало ясно, что сидение в одиночестве перед экраном компьютера не соответствует моим представлениям об образе жизни творческой личности». – Я по-прежнему хотела бы заниматься чем-нибудь приносящим удовлетворение и быть сама себе хозяйкой. В последнее время подумываю о том, чтобы открыть собственное дело. – «Папа сказал, что ему не нравится, как я маюсь от безделья, поэтому, если я наконец решу, чем мне хочется заняться, он купит для меня фирму». – Но я пока не уверена, какой конкретно это будет бизнес, – закончила Джори.
Гретхен слушала ее очень внимательно.
– Собственное дело? То есть свой магазин или что-то в этом роде?
– Только не магазин. Это будет чересчур, ведь наша семья и так занимается розничной торговлей. Я подумывала о чем-нибудь в области… – «На самом деле я не думала ни о какой конкретной области».
– Ты могла бы управлять гостиницей, как я, – предложила Гретхен.
– Могла бы. – «Если не считать того, что я никогда не отличалась домовитостью».
Продолжая смотреть на нее в упор, Гретхен призналась:
– Хотя, честно говоря, я не очень представляю тебя в этой роли.
Джори не понравилось выражение лица подруги.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Ничего плохого. Просто ты не очень хозяйственная.
– А… – С этим Джори вряд ли могла спорить. – Не волнуйся, рано или поздно я обязательно найду для себя подходящее занятие. Я же не собираюсь всю жизнь проболтаться без дела.
«Как моя мать и сестры, а до них – мои бабки».
Никто никогда не говорил Джори, что ей нужно думать о будущем. Никогда не имелось в виду, что у мисс Мэддок должна быть какая-то иная цель в жизни, кроме как найти подходящего мужа.
Даже Папа Мэй, несомненно, самый разумный человек во всем их семействе, ни разу не заикнулся о том, что внучке нужна профессия. Напротив, он не раз говорил, как ей повезло, что она не должна гнуть спину на службе, как некогда его рано овдовевшая мать.
Прабабушка Мэддок бралась и за стирку, и за шитье, она была согласна на любую работу ради того, чтобы поставить на ноги сына, который был еще совсем младенцем, когда умер ее муж. И Мэй поклялся, что когда вырастет, то обязательно разбогатеет, чтобы матери и другим женщинам в семье больше не пришлось надрываться ради денег.
И вот она, представительница третьего поколения семьи Мэддоков, достаточно богата, чтобы провести всю жизнь, занимаясь… да ничем. Абсолютно ничего не делая. Причем в одиночку.
Джори вдруг почувствовала себя страшно одинокой. Она поспешно встала и отвернулась от Гретхен, испугавшись, что выражение лица выдаст ее.
– Если ты не возражаешь, я пойду звонить, – сказала она.
– Да, конечно, если хочешь, можешь позвонить из парадной гостиной.
Джори кивнула и вышла из кухни. Путь в парадную гостиную лежал через столовую. Там Джори заметила на спинке стула голубой шерстяной кардиган ручной вязки и вспомнила, что Клоувер была в нем в воскресенье, когда подруги собирались все вместе.
«Нужно будет сказать Гретхен, что Клоувер забыла свой кардиган», – подумала Джори.
В гостиной она села у телефона и первым делом набрала собственный домашний номер, чтобы прослушать записи на автоответчике.
Звонков оказалось несколько – все от знакомых и все с приглашениями на какую-нибудь вечеринку.
«Все-таки я не так уж одинока, – подумала Джори, вешая трубку. – У меня масса всяких занятий, единственное, чего не хватает, так это работы».
И мужчины.
Эта мысль вызвала в памяти – в который раз! – картину: Сойер Хоуленд склонился, чтобы поцеловать ее.
«Странно получается, – думала Джори, – единственный мужчина, который показался мне более или менее интересным, – ну хорошо, скорее более, чем менее, – оказался самым неподходящим из всех, с кем мне доводилось иметь дело».
Она решительно выкинула из головы Сойера и его поцелуи и набрала номер отца в офисе. Трубку взяла секретарша.
– Привет, Хелен, это Джори.
– Джори? Как поживаете, дорогая?
– Я…
«Страдаю от неудовлетворенности. Сексуальной».
– Прекрасно, – проворковала Джори. – Папа на месте?
– Сейчас у него заседание совета директоров. Передать ему, чтобы перезвонил?
– Не нужно. Просто скажите, что у меня все в порядке и скоро я ему снова позвоню.
Джори повесила трубку. У нее почему-то неприятно засосало под ложечкой, но она постаралась не обращать на это внимания. Почему вдруг ни с того ни с сего вся ее жизнь стала казаться бессмысленной? Она отправилась в Близзард-Бэй отчасти потому, что не находила себе места, отчасти из-за ностальгии, а еще, быть может, – подобно какой-нибудь героине женского романа семидесятых годов, – пытаясь «найти себя».
Но все, что она обнаружила, это городок, который ни чуточки не изменился, старых друзей да чертову уйму снега.
А еще судьба послала ей искушение в виде рослого красавца механика, который, по ее мнению, мог на поверку оказаться кем угодно. Хоть самим дьяволом.
И каков же итог? Она надеялась обрести себя, но еще никогда в жизни не чувствовала себя такой потерянной и одинокой.

***

На этот раз, когда Джори показалась в дверях гаража, Сойер ее уже ждал. Больше того, он все утро поглядывал то на часы, то на входную дверь.
И все-таки появление Джори застало его врасплох. Сердце подпрыгнуло в груди, руки слегка задрожали, и все слова, которые он приготовил, – непринужденное приветствие, которое дало бы ей понять, что он забыл обо всем, что произошло между ними двадцать четыре часа назад на этом самом месте, – вмиг вылетели у него из головы.
– Я не слишком рано? – спросила Джори. На этот раз она сразу прошла внутрь, и дверь у нее за спиной захлопнулась.
– Нет, не рано. Машина готова, я поставил ее снаружи.
Сойер направился к столу с выдвижными ящиками, где хранились ключи и документы.
– Я видела. Надо понимать, вы без проблем достали нужную деталь? И мотор работает нормально?
– Все в порядке. Сегодня утром я обкатал ее. Сойер, разумеется, не стал говорить, что проехал дальше, чем было необходимо, только для того, чтобы подольше вдыхать аромат ее духов, все еще сохранившийся в салоне. Не признался он и в том, что чем дольше сидел в «рейнджровере», вдыхая ее аромат, тем острее становилась потребность увидеть Джори. И не только увидеть, а убедиться, что все в порядке, что с ней ничего не случилось.
Он молча уставился на Джори. На ней были вельветовые брюки, плотно облегавшие стройную фигуру, и объемная кожаная куртка, в которой она выглядела еще более миниатюрной и хрупкой, чем была на самом деле. Сойер заметил, что со вчерашнего дня выражение ее лица изменилось.
Может быть, она почувствовала, что ей угрожает опасность? Или что-нибудь случилось – нечто, что ее испугало? А иначе почему в ее глазах словно потух огонь?
Было видно, что Джори что-то гнетет. Даже ее движениям как будто недоставало прежней живости..
Сойер сделал вид, будто сосредоточенно рассчитывает плату за услуги, но его голова не желала работать в нужном направлении. Он поймал себя на том, что трижды просуммировал одну и ту же колонку цифр и все три раза получил разные результаты.
Но Джори, казалось, ничего не замечала. Покосившись на нее, Сойер заметил, что она уставилась в пространство, думая о чем-то своем. Повинуясь импульсу, он спросил:
– Джори, все в порядке?
Ее взгляд метнулся к его лицу. Сойер почти не сомневался, что услышит небрежное: «Все отлично» или даже колючее: «А вам какое дело?» Но вместо этого Джори тихо ответила:
– Не знаю.
– Что вы имеете в виду?
Джори поежилась:
– Просто… просто я не знаю.
Сойер встревожился.
– Что-нибудь случилось? – осторожно поинтересовался он.
– Нет. Наверное, дело только в том, что я чувствую какую-то подавленность. Уверена, это скоро пройдет.
Сойер кивнул и вдруг неожиданно для самого себя спросил:
– У вас есть какие-нибудь планы на сегодняшний день?
Джори помедлила.
– Вообще-то я собиралась навестить одну старую подругу, но перед самым моим выходом она позвонила и попросила перенести встречу на вечер. Поэтому я… у меня нет никаких планов. А что?
Сойер и сам не знал, зачем спросил. Вопрос просто вырвался у него сам собой так же, как следующая фраза:
– Я подумал, если вы не против, мы могли бы чем-нибудь заняться.
Казалось, Джори очень удивилась:
– Вместе?
Сойер снова кивнул. Теперь ему не оставалось ничего другого, кроме как не отступать.
– А вам разве не надо работать? – снова удивилась Джори.
Он помотал головой:
– Зимой работы мало. Я могу спокойно уйти на несколько часов.
– А что мы будем делать? – спросила она.
– Можно поехать в Саратога-Спрингс, посидеть в каком-нибудь ресторанчике.
Джори неуверенно улыбнулась:
– Звучит заманчиво. Саратога мне нравится.
Однако Сойер видел, что она все еще колеблется. Может, Джори откажется с ним ехать, и этим дело кончится.
Но Джори не отказалась. Она еще немного помолчала, по-видимому, взвешивая все «за» и «против», потом проговорила:
– Ладно, едем. Только я сама поведу машину. Сойер собирался возразить, но она посмотрела ему в глаза и добавила:
– Хочу посмотреть, как она работает, все-таки я здорово ее разбила.
С этим Сойер спорить не мог.
Его не очень удивило, что она взяла руководство на себя. Он был знаком с Джори Мэддок всего несколько дней, но уже успел понять, что она не любит, когда ей указывают, что делать, и не погладила бы по головке мужчину, который вздумал обращаться с ней как с хрупким созданием. А это означало, что защитить ее будет куда сложнее, чем он предполагал. Его задачу усложняло и то, что он намеревался проводить с Джори как можно меньше времени, если это будет зависеть от него.
«Да уж, хорошее начало, нечего сказать», – с иронией подумал Сойер. Получалось, что он проведет с ней как минимум полдня, причем их совместное времяпрепровождение подозрительно смахивало на свидание.
Что ж, по крайней мере он сможет за ней присматривать. Оставалось только надеяться, что ему удастся держать руки подальше от нее.

***

Джори свернула на Бродвей – главную улицу Саратога-Спрингс. Стоило ей увидеть знакомые, милые сердцу дома, как настроение улучшилось.
Они оставили позади городской центр, слева протянулось длинное строение «Колламер билдинг», справа – внушительный офис Адирондакской трастовой компании и роскошный отель «Рип Ван Дам». Сколько раз Джори теплыми летними днями прогуливалась мимо этих зданий с Папой Мэем, заглядывая по дороге в магазинчики! И всякий раз Папа Мэй баловал ее мороженым с фруктами.
Голос Сойера прервал ее воспоминания:
– Вы знаете, где находится парк отдыха?
Джори кивнула и махнула рукой.
– Это недалеко отсюда, нужно ехать все время прямо. А что?
– Я подумал, что мы можем перекусить у «Гидеона Патнама».
– У «Гидеона Патнама»? – переспросила Джори. Ей вспомнился внушительный викторианский отель в самом центре парка площадью в две тысячи акров. Когда Сойер пригласил ее на ленч в Саратогу, ей представлялось совсем не такое место.
Джори почувствовала на себе взгляд спутника.
– Что-то не так? – спросил он.
– Все в порядке, просто… я считала, что мы перекусим в «Хетти».
– «Хетти»?
– Ну да, в ресторанчике «Хижина Хетти». – Повернувшись к Сойеру и увидев, что его брови поползли вверх, Джори пояснила: – Раньше это было мое любимое заведение в городе.
Ей вспомнилось, как они с Папой Мэем удирали к «Хетти» и дед говаривал, забавно подражая южному акценту: «Эх, сейчас бы домашней стряпни». Они садились на разнокалиберные стулья за шаткий колченогий столик, покрытый пестрой клеенкой, и заказывали себе жареного цыпленка, картофельное пюре и ореховый пирог – лакомства, сплошь запретные для Папы Мэя. Бабушка Джори строго следила за диетой мужа – у нее были на то веские основания, как теперь понимала Джори. Вся эта запретная еда, которой они наслаждались, не могла пойти на пользу больному сердцу деда. Джори попыталась прогнать мучительную картину: ее любимый дед, схватившись за сердце и задыхаясь, падает на землю…
Сойер снова прервал ее раздумья, и на этот раз Джори была ему благодарна.
– Вы уверены, что не хотите в ресторан Гидеона Патнама?
– Абсолютно, – твердо ответила Джори.
Она подумала, не пытается ли Сойер произвести на нее впечатление, пригласив на ленч в лучший в городе ресторан. По его виду вряд ли можно было заподозрить завсегдатая дорогих ресторанов, да и одеты они оба были совсем неподходяще. Кстати, об одежде: перед тем как выехать из гаража, Сойер умылся и переоделся. Он удалился в заднюю комнату и вышел оттуда в брюках цвета хаки (правда, немного помятых) и просторном свитере цвета овсяной муки. В этом наряде Хоуленд словно сошел с рекламного плаката. Он был так хорош, что Джори то и дело украдкой поглядывала на него, пока они шли к машине.
Сейчас, глядя прямо перед собой на красный сигнал светофора, она просто повторила:
– Поедем в «Хетти», ладно?
– Ладно.
Джори мысленно почти приготовилась к спору, как в тот раз, когда она заявила, что сама поведет «рейнджровер». Если бы Сойер тогда стал возражать, она бы просто отказалась ехать. Фактически она именно на это и рассчитывала – после того как ужаснулась собственному согласию. Как только Джори осознала, что делает, ее первой мыслью было: «Господи, как мне выпутаться?»
Но сейчас она была рада, что не передумала. В конце концов, почему бы на один день не забыть об осторожности и не насладиться обществом Сойера – даже при том, что он ей никакая не родственная душа и не решение всех ее проблем?..

***

– Вы были правы, – заключил Сойер часа через полтора, когда они вышли из «Хижины Хетти» в тихий переулок. Обед, состоявший из цыпленка с черными бобами, кукурузного, хлеба и пирога со сладким картофелем, показался ему самым вкусным из всех яств, что ему когда-либо доводилось пробовать.
Джори застегнула «молнию» куртки. Пока они сидели в ресторанчике, поднялся ветер, солнце скрылось за мрачными серыми тучами, надвинувшимися с запада.
– Была права? Насчет чего?
– Насчет «Хижины Хетти». Отличное местечко.
– Я же вам говорила.
Сойер улыбнулся. Заметив усмешку, Джори насторожилась:
– В чем дело? Что вас рассмешило?
– Вас надо бы классифицировать под девизом «Я же вам говорила». Вам нравится быть правой, не так ли?
Джори улыбнулась:
– А кому не нравится? К тому же я обычно действительно бываю права.
На это самонадеянное заявление Сойер только вскинул брови. Джори улыбалась, но он чувствовал, что она не шутит.
– Ну, что будем делать дальше? – спросил он, застегивая вельветовую куртку, – и его стал пробирать холод.
– Не знаю… может, поедем назад?
– Уже? – Сойер посмотрел на часы. – Но сейчас только половина третьего. Во сколько вы встречаетесь с подругой?
– В семь.
– Конечно, если хотите, мы можем и вернуться. – При мысли, что их свидание подходит к концу, Сойера кольнуло разочарование, но он постарался его скрыть.
Джори удивила его, предложив:
– Можно было бы остаться и немного прогуляться по городу. – И поспешно добавила: – Если хотите, конечно. – Сойер заметил, что у нее на щеках выступил румянец.
– Раз уж мы здесь, отчего не погулять, – согласился он. – Хотя бы недолго.
– Скажите, после вашего приезда в Близзард-Бэй вы много времени посвятили знакомству с окрестностями?
Охранная система Сойера забила тревогу.
Все время, пока молодые люди сидели в ресторане, разговор вертелся вокруг нейтральных тем – они обсуждали еду, сумбурное убранство «Хижины Хетти», фотографии знаменитостей, развешанные по стенам в рамках.
Сойер ни разу не вспомнил о том, кем он должен казаться, зачем бросил свою настоящую жизнь и приехал в эти северные края.
Но сейчас реальность оглушила его, как товарный поезд, с грохотом пронесшийся на полной скорости. Он помедлил с ответом.
– Нет, я редко бываю здесь, – проговорил он наконец. – Становится холодновато…
– А где вы жили до того, как переехали в Близзард-Бэй?
– На Среднем Западе, – кратко ответил Сойер. – Вы, случайно, не слышали прогноз погоды на сегодня?
– Я? Не-а. Никогда не слушаю погоду.
– Почему же? – спросил Сойер отчасти потому, что ему было любопытно, отчасти – чтобы удержать разговор в безопасном русле.
– Потому что изменить погоду не в наших силах. А если не знать, что обещали дождь, можно каждое утро надеяться на солнышко, – ответила она.
Джори вряд ли могла представить, какую иронию он услышал в ее словах. Нет, ей это и в голову не могло прийти!
– Хотя, – продолжала Джори, – некоторые скажут, что я просто дурочка, раз не поинтересовалась прогнозом погоды, прежде чем отправиться в это путешествие в субботу прямо навстречу снежной буре.
– А вы отложили бы поездку, если бы знали, что начнется пурга?
Джори ответила не задумываясь:
– Нет. Я бы все равно поехала. Просто решила бы, что сумею справиться. И ведь справилась.
– С небольшой посторонней помощью, – не удержался Сойер.
– Да. Кстати, спасибо – кажется, я вас так и не поблагодарила. Если бы не появились вы, мне пришлось бы ехать с Хобом Никсоном.
– Мне казалось, вас это вполне устраивало. – Сойер вспомнил, в каком она была настроении.
Щеки Джори снова вспыхнули. Эта ее особенность казалась Сойеру очаровательной и одновременно никак не вязалась с ее дерзкой натурой.
– Сказать по правде, я не хотела с ним ехать. Это было еще до того, как я вспомнила, что когда-то он… хм, был ко мне неравнодушен. Давным-давно, еще в детстве.
– Насколько я понимаю, его чувство осталось без ответа.
– Естественно. Более того, я была так напугана, что – наверное, подсознательно – стерла всю эту историю из памяти.
– Но теперь-то вы ее вспомнили.
Джори замялась:
– Не совсем. Это странно, но то лето я вообще почти забыла – как будто возник провал в памяти. Может, потому, что у меня был трудный период…
– Как это?
– Дело было в последнее лето перед тем, как я уехала учиться в колледж. Когда я вернулась домой после школьного выпускного вечера, родители объявили, что разводятся. Семейная жизнь у нас была не ахти какая, и, по-моему, они считали, что их развод меня не особенно тронет.
– Но он вас расстроил? – тихо спросил Сойер.
– Да, очень. Я любила отца, можно сказать, он был моим единомышленником. Развод означал, что отец уедет из дома. Конечно, я тоже уезжала в Беннингтон, в колледж, но рассчитывала, что, когда буду гостить дома, отец будет на месте.
– А его не было? Джори пожала плечами:
– Он купил дом в другом районе города, я проводила с ним столько же времени, сколько с матерью и сестрами, а когда мать снова вышла замуж – надо сказать, на это ей не потребовалось много времени, – то даже больше. Но знаете, оказалось, что их развод значил для меня не так уж много, потому что, уехав из дома, я так никогда толком и не возвращалась. На каникулы ездила в гости к друзьям или путешествовала.
– И приезжали в Близзард-Бэй?
– Нет. – Зеленые глаза стали грустными. – После того лета я больше здесь не бывала, первый раз приехала в этом году. Папа… то есть мой дедушка, умер в то лето, в июле. Я вам уже говорила.
Сойер кивнул, вспомнив, что вчера в гараже Джори рассказала, как дед умер у нее на глазах на рыбалке от сердечного приступа. Он вспомнил, как заметил слезы и как потянулся к ней, чтобы утешить. И что дело кончилось поцелуями…
Что-то шевельнулось глубоко внутри у Сойера – в том месте, которого он предпочел бы не замечать.
– И что было потом? – быстро спросил он, испугавшись собственной реакции на всего лишь нечаянное напоминание об их вчерашней мимолетной близости.
К счастью, Джори продолжила:
– После смерти деда бабушка выставила дом на продажу. У меня такое чувство, будто она сделала это на следующий же день, хотя, конечно, реально все не могло произойти так быстро. Мы все поехали в Нью-Йорк на похороны. Я только знаю, что едва дом был внесен в список на продажу, его сразу же купили. Уже в августе, еще до окончания сезона гонок, сделка была оформлена, и бабушка передала ключи новому владельцу. С тех пор как мы уехали вслед за катафалком, я больше не переступала порог этого дома.
– Значит, вы не попрощались с домом.
– Нет, не попрощалась. И не только с домом, в каком-то смысле с дедом тоже, – вдруг добавила Джори таким тоном, словно эта мысль только что пришла ей в голову. – Наверное, мне казалось, что он все еще здесь… ну вроде как я уехала, а дед остался. Может, отчасти поэтому это место меня не отпускает.
– И поэтому вы сейчас вернулись?
– Не знаю, – тихо сказала Джори.
Сойер посмотрел на нее, потом огляделся. За разговором они миновали Фила-стрит и снова оказались на главной улице, на Бродвее. В данный момент они проходили мимо газетного стенда, и Сойер мельком прочел заголовок в местной газете. Он остановился и тронул Джори за руку.
– Смотрите-ка.
– «Округ готовится встретить второй снегопад на этой неделе», – прочла Джори. – Это хорошо.
– Хорошо?
– Я люблю снег. У нас в Нью-Йорке не бывает столько снега, тем более в это время. Здесь куда больше, просто никакого сравнения.
– В таком случае, Джори, вам понадобится теплая одежда. Куртка, перчатки, шапка…
– Ну, шапка у меня была. Вы, случайно, не нашли у себя в гараже мой берет? Он слетел у меня с головы, когда… – Джори замолчала, и Сойер понял, о чем она подумала. Он читал ее мысли по глазам, взгляд которых был прикован к его лицу. Точнее, к губам.
«Она вспомнила, как вчера я с таким нетерпением стал ее целовать, что сбил с головы берет и тот упал на пол», – понял он. Сойер нашел красный берет уже после того, как Джори ушла. Он долго держал его в руках, подносил к лицу, вдыхая запах ее волос… Потом он все-таки заставил себя спрятать берет в ящик, чтобы не отвлекаться от работы.
– Берет у меня, – выговорил он. Собственный голос показался Сойеру каким-то чужим. Он прочистил горло и добавил: – Я привезу его вам… или, если хотите, можете за ним зайти.
– Подумаешь, велика важность. – Джори сложила руки на груди и пошла дальше – медленнее, чем раньше. Сойер догнал ее.
– Берет вам понадобится. Обещали снова снегопад, вы не забыли? Вам не помешало бы и пальто. Разрешите, я куплю вам пальто и перчатки.
– Перчатки?
– Нет, лучше варежки, – предложил Сойер и был вознагражден улыбкой.
– Последний раз я надевала варежки, когда была маленькой девочкой.
– Джори, позвольте мне купить их для вас. Варежки и пальто.
Она постаралась изобразить возмущение, но Сойер чувствовал, что в глубине души она польщена его заботой.
– Вам не обязательно это делать, я прекрасно могу купить пальто и… хм, варежки сама. Я имею в виду, вы вовсе не обязаны меня опекать.
«Нет, обязан, – мрачно подумал он. – От этого зависит ваша жизнь».
Он вспомнил ее слова: «Если не знать, что обещали дождь, можно каждое утро надеяться на солнышко». И подумал: каково было бы жить вот так – не думая о надвигающейся буре, а надеясь только на ясные дни.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Таинственный - Ланзони Фабио



Чудесный роман детектив, получила удовольствие, читайте!
Таинственный - Ланзони ФабиоStefa
20.11.2013, 14.09





детективный сюжет,любовь,интрига.классно,мне понравился,ОЧЕНЬ,читается легко
Таинственный - Ланзони Фабиоyulka
22.11.2013, 14.10





я только в предпоследней главе догадалась кто убийца. хорошо написано. рекомендую. не оторваться.
Таинственный - Ланзони ФабиоЛюдмила
22.11.2013, 21.17





Супер
Таинственный - Ланзони Фабиолора
11.08.2014, 19.52





Неплохо.
Таинственный - Ланзони Фабиоren
26.11.2014, 17.28





Хороший детективный роман. Для любовного как-то многовато убийств, но в целом мне понравилось!
Таинственный - Ланзони ФабиоЕлена
24.01.2015, 13.24








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100