Читать онлайн Превратности любви, автора - Ланзони Фабио, Раздел - Глава 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Превратности любви - Ланзони Фабио бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.63 (Голосов: 52)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Превратности любви - Ланзони Фабио - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Превратности любви - Ланзони Фабио - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Ланзони Фабио

Превратности любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 1

– Кто тебя любит, малышка? Кто тебя любит? Твоя мама! Верно, твоя мама!
Лекси подняла шестимесячную дочь над головой, и девочка завизжала от восторга.
– Знаешь, Эм, ты уже слишком тяжелая. – Лекси опустила девочку и прижала ее темную головку к груди и поцеловала шелковистые вьющиеся волосы.
– Гу-у. – Малышка посмотрела на мать темно-голубыми глазами.
– Гу-у, – рассмеялась Лекси, поднялась с продавленного дивана, посадила девочку в ее любимое мягкое детское кресло и застегнула ремень. В последнее время Эмили Виктория стала очень подвижной. Должно быть, скоро она уже начнет ходить.
«Как и предсказывал ее отец», – грустно подумала Лекси, погладив девочку по голове, и бросила взгляд на картонные коробки, в которых лежали все вещи – ее и Эммета. Он перевез их из Куинса за несколько недель до появления на свет Эмили Виктории, полагая, что будет проводить здесь больше времени, когда родится малыш.
Лекси задумчиво пригладила волосы и закатала рукава клетчатой фланелевой рубашки Эммета. Он отдал ее Лекси задолго до… смерти.
Даже сейчас, спустя несколько месяцев, в сознании Лекси это слово не связывалось с Эмметом.
Просыпаясь по утрам, она не сразу вспоминала о том, что его нет, и на краткое мгновение жизнь казалась прекрасной. Но вслед за тем страшная реальность обрушивалась на Лекси, и она понимала, что Эммет мертв и их дочь никогда не увидит его.
«Тебе так и не представилось возможности попытаться стать отцом, – подумала она, вскрыв одну из коробок. – Тебя обокрали, но я не могу постоянно думать о тебе. Я должна идти дальше».
– Эй, – внезапно сказала Лекси, – а как насчет музыки?
Малышка радостно загулила.
Лекси подошла к стереосистеме, которую распаковала сразу же после переезда, подавленная молчанием пустого дома, и поставила старый компакт-диск Нила Янга. Так будет лучше.
Обведя взглядом солнечную гостиную, она заглянула в столовую. Даже забитая коробками и подержанной мебелью разных стилей, эта квартира казалась гораздо просторнее, чем ее тесное городское жилье. Как только здесь будет наведен порядок, дом станет уютным.
Забавно!
Во время беременности Лекси всегда представляла себя матерью-одиночкой, уверенная, что Эммет исчезнет при первых трудностях.
Того, что случилось в действительности, она и вообразить не могла.
И вот они с дочкой в новой квартире в пригороде, как и было задумано, но мысль о том, что все могло сложиться иначе, повергала Лекси к отчаяние. Лекси постоянно мучил вопрос, меньше ли она страдала бы, если бы Эммет бросил ее. Тогда у нее оставалась бы надежда, что он вернется, но из-за дочери Лекси не допустила бы этого. Если бы Эммет ушел, в чем она не сомневалась, ей пришлось бы сказать Эмили Виктории, что отец умер.
Да, как ни ужасно это признать, но смерть Эммета все упростила.
Лекси сунула руку в коробку с надписью «Стекло» и достала что-то тяжелое, завернутое в газету. Осторожно развернув спортивные страницы «Нью-Йорк Таймс» от конца марта, увидела статьи о бейсбольном матче.
«Жизнь продолжается, уже наступил сентябрь», – подумала Лекси, бросила газету в пустую коробку и посмотрела на большую тарелку, стараясь не вспоминать, когда в последний раз пользовалась ею.
– Видишь, Эм? В эту тарелку мама кладет спагетти. Скоро ты будешь их есть и размазывать по лицу томатный соус. Папа любил спагетти. Он подарил мне эту тарелку.
Сглотнув слезы, она снова обратилась к малышке, стараясь говорить как можно веселее:
– Пора разложить все эти вещи. Мы живем здесь со Дня труда, и мне надоело питаться полуфабрикатами, искать необходимые предметы и постоянно натыкаться на коробки… «И быть одной. Я устала от одиночества».
Да, конечно, у нее есть дочь. И родители живут в нескольких милях от дома, который она сняла в Кэдис Лендинг.
Но Эм совсем маленькая, а у матери и отца хватает своих проблем. В июле Скотт Синклер, занимавшийся продажей компьютеров, потерял работу. После Пасхи ремиссия у Кэтлин закончилась, и у нее снова наступило ухудшение.
В последнее время тучи все более сгущались над головой Лекси, но она продолжала жить, хотя и не обладала особой силой воли и мужеством и не умела преодолевать невзгоды, как героиня телесериала. Но Лекси знала, что должна выстоять, ибо у нее нет иного выбора. Поднимаясь по утрам, она делала все, что необходимо.
Внезапно пение Нила Янга заглушил шелест гравия под шинами автомобиля на подъездной дороге.
– К нам кто-то приехал, Эм, – сказала Лекси, а девочка, улыбнувшись, сунула кулачок в рот.
Лекси подошла к окну, выходившему на передний дворик. Там остановился роскошный черный автомобиль.
Наверное, это к Уортам, богатым хозяевам дома, имеющим апартаменты в Манхэттене и владеющим замельными угодьями. Они жили здесь летом. Но, конечно, их друзьям известно, что Уорты вернулись в город в начале сентября.
– Я сейчас вернусь, Эм, – сказала Лекси, рассеянно взглянув на свои выцветшие джинсы и направившись через гостиную в маленькую прихожую. Открыв дверь, она вышла на крыльцо и откинула со лба волосы.
Дверца машины открылась, и кто-то вышел из автомобиля.
Яркое сентябрьское солнце ослепило Лекси, и сначала она увидела только силуэт мужчины.
Потом приложила ладонь ко лбу… и ахнула.
– Эммет, – выдохнула она, ухватившись за перила крыльца.
– Здравствуй, Лекси.
– Йейл, – пробормотала она.
Стоя в нескольких шагах от крыльца, он внимательно посмотрел на нее.
Йейл Брадиган, близнец Эммета, был в дорогом коричневом костюме, светло-бежевой рубашке и ярком галстуке. Из-под брюк модного покроя виднелись носки начищенных до блеска туфель.
Лекси заставила себя перевести взгляд на лицо человека, которого ненавидела. Но вместе с тем это было лицо человека, которого она любила, с такими же правильными, как у Эммета чертами, полными губами, высокими скулами и спрятанными за солнечными очками широко расставленными светло-зелеными глазами.
Такими же, как у ее дочери.
У Йейла, как и у его брата, были густые волосы золотистого оттенка, всегда напоминавшие Лекси о лете – о песке и солнечном свете.
Но в отличие от длинноволосого Эммета его близнец носил короткую консервативную стрижку, соответствующую его костюму и деловым манерам.
Йейл держал руки в карманах, но Лекси знала, что на правой у него золотое кольцо. Такое же кольцо с гербом семьи Брадиганов всегда носил и Эммет. Близнецы получили кольца от деда в день окончания школы. Только этот старик и заботился о мальчиках, родители которых развелись, когда они только начинали ходить. В восьмилетнем возрасте они потеряли отца: катаясь на лыжах в Европе, Тревор Брадиган погиб под снежной лавиной. Считая невозможным оставлять детей на попечении Блайт Брадиган, безнадежной алкоголички, их взял под свое покровительство Джефф, отец Тревора.
Лекси помнила, какое горе пережили Эммет и Йейл, когда дед умер от сердечного приступа. Это произошло незадолго до их девятнадцатилетия. С тех пор братья всегда носили свои кольца.
Лекси наблюдала за Йейлом, словно чего-то ожидая, но за темными очками нельзя было разглядеть выражение его глаз.
– Я получил твое письмо, – сказал он наконец.
Даже голоса братьев казались неразличимыми.
– Видимо, оно пролежало несколько недель, прежде чем попало ко мне, – продолжал Йейл. – Я закрыл галерею в августе, пробыл в Европе до Дня труда и получил его только вернувшись сюда.
– Заходи, – предложила Лекси.
– Где… девочка здесь?
– Да, – сказала Лекси, едва удержавшись от вопроса: «Где же ей еще быть?» Неужели он полагает, что она в состоянии нанять няню или отправить дочь в дорогие дневные ясли?
Войдя с Йейлом в дом, она услышала звонкие крики, доносившиеся из гостиной. Малышка словно вторила Нилу Янгу, как всегда делал ее отец.
– Я могу увидеть девочку? – спросил Йейл.
– Конечно, она здесь. – Аекси повела его за собой. – Извини за беспорядок. Мы еще не разложили вещи.
Он молча последовал за ней.
– Привет, милая. – Лекси расстегнула ремень детского кресла и взяла дочь на руки. Она одарила мать радостной улыбкой. – Это твой дядя Йейл.
Йейл долго смотрел на ребенка сквозь темные очки. Малышка, прижавшись к Лекси, что-то залепетала.
– Она уже подросла, – заметил он.
Лекси кивнула, зная, что Йейл несколько раз навещал девочку в больнице. Медсестры говорили ей, что какой-то красивый мужчина подолгу смотрит на новорожденную через стекло. Однако к Лекси он не заходил.
«Да я и не обрадовалась бы ему, – подумала она. – Даже если бы последние десять лет он поддерживал связь с братом, я бы не захотела видеть Йейла, после того как он поступил со мной».
Но он все же позвонил Лекси через неделю, когда они с малышкой поселились у родителей. Поинтересовавшись ребенком, Йейл спросил:
– Как ты себя чувствуешь?
– Мне уже лучше, – солгала Лекси.
Разве она могла сказать ему, что ее сердце разбито, а тело истерзано? По словам доктора, выздоровление Лекси затянулось из-за пережитого горя. Смерть Эммета так потрясла ее, что в течение нескольких дней она только плакала, уставившись в потолок.
Лекси не могла даже кормить ребенка; к счастью, девочка с удовольствием сосала какую-то смесь из бутылочки, которую давали ей бабушка и медсестры.
– Как прошли похороны? – спросила тогда Лекси.
– Эммет остался бы доволен.
«Странный ответ», – подумала она, зная, впрочем, что Эммету понравились бы похороны, устроенные братом. Как рассказали ей родители, скромная церемония состоялась на берегу океана в Лонг-Айленде, в Кэдис-Лендинг. Друг Эммета Рене исполнил на гитаре «Навеки молодой», священник произнес несколько слов о независимости и свободолюбии покойного, а потом подавленный Йейл бросил прах брата в пенящиеся волны. Как Лекси узнала от родителей, с ним была эффектная блондинка.
– Спасибо, что все устроил. – Лекси едва сдерживала слезы.
– Если тебе что-нибудь понадобится, пожалуйста, сообщи мне. – С тем Йейл и попрощался.
Спустя некоторое время Лекси написала ему.
И вот он стоял сейчас в гостиной маленького дома, внезапно показавшегося ей старым и унылым.
– Спасибо, что приехал, – сказала Лекси.
– Я позвонил бы, но у тебя нет телефона.
– Его еще не успели подключить.
– Понятно, ведь ты занималась ребенком и переездом.
Она кивнула, сознавая, что это неправда. У нее хватило бы времени разобрать коробки и обустроиться на новом месте, где они с дочерью прожили уже не одну неделю. К тому же ребенок не требовал слишком большого внимания, хотя журналы для матерей, которые Лекси читала во время беременности, утверждали обратное. Да, лучше бы у нее оставалось меньше времени на размышления, воспоминания об Эммете, о том, что случилось и как могло бы все обернуться, если бы не произошло это несчастье…
Возвращаясь к прошлому, Лекси неизменно приходила к выводу, что, если бы Эммет был жив, он все равно ушел бы от нее.
– Можно мне подержать ее? – спросил Йейл, сняв очки и положив их в карман.
– Конечно. – Лекси удивилась, ибо не представляла себе Йейла с ребенком на руках.
«Будь Эммет жив, он не подпустил бы брата к дочери».
Братья не общались уже несколько лет, но никто не знал почему. Они порвали отношения после того, как Йейл и Лекси расстались, но даже сблизившись с ней, Эммет упорно отказывался говорить о брате.
Йейл неловко взял девочку.
Лекси хотела подать ему пеленку, но мысль о том, что дочь замочит тысячедолларовый костюм гостя, почему-то доставила ей удовольствие.
– Хочешь чаю? – спросила она. – Холодный или горячий?
– Холодный.
Направляясь в кухню, она услышала смущенный голос Йейла:
– Здравствуй, Эмили Виктория! Какое длинное имя для такой маленькой девочки.
Лекси обернулась:
– Ее зовут иначе.
– Но на карточке в больнице было написано…
– Знаю, – прервала его Лекси. – Я изменила имя.
– Когда?
– После…
«После того, как узнала, что ее отец мертв».
Страшное слово!
– Я просто передумала. – Лекси пожала плечами.
– Как же ее зовут? – Он погладил малышку по голове.
Лекси молчала, тронутая тем, что Йейл держит ее дочь, не замечая влажных пятен на своем костюме.
– Лекси? Как ее зовут?
– О! Эмма Роза.
– Эмма Роза, – повторил он. – Здравствуй, Эмма Роза.
Малышка улыбнулась, увидев смешную гримасу, которую состроил ей Йейл, и схватила его за нос крошечной ручкой.
Он засмеялся.
– Эй, ты хочешь сказать мне что-то? – спросил Йейл девочку. – Я и так знаю, что у меня слишком большой нос.
Лекси вдруг стало неприятно, что ее дочь улыбается человеку, которого она презирает.
На кухне Лекси дрожащими руками налила два стакана холодного чая, все еще не в силах ел поверить в то, что Йейл Брадиган в ее доме.
Компакт-диск не позволял ей услышать, что происходит в гостиной, однако если бы Эмме Розе что-то не понравилось, она бы завизжала. Лекси часто слышала ее пронзительные вопли и знала, что никакая музыка не заглушит их. Эммет гордился бы своей дочерью. Взяв стаканы, Лекси расплескала чай.
«Что со мной? – подумала она. – Почему я так волнуюсь?»
Она знала: причина в том, что в гостиной Йейл Брадиган, когда-то многообещающий мальчик из Кэдис-Лендинг и ее прежний любовник.
Они стали любовниками в то лето, когда Йейл закончил первый год обучения в художественной школе Род-Айленда, а она – среднюю школу. Лекси работала в ту пору спасателем в пляжном клубе. Она отчетливо помнила начало романа своенравной абитуриентки колледжа Александры Синклер с привлекательным, пользующимся успехом Йейлом Брадиганом.
В то июньское утро небо над Лонг-Айлендом затянули тяжелые серые тучи, усыпанный галькой пляж был безлюден. Озябшая Лекси в свитере и шортах, надетых поверх купального костюма, сидела на спасательной вышке. Дул такой сильный ветер, что ей пришлось заплести свои длинные волосы в косу.
По пляжу прогуливались двое юношей, и она тотчас узнала их, ибо близнецы Брадиган были известны всем в Кэдис-Лендинг.
В отличие от Лекси, посещавшей обычную школу, они учились в привилегированной академии Пендергаста в Пафкипси, куда их определил состоятельный дед. Если бы не старик, мальчики и их мать оказались бы на улице.
Однажды, после гибели отца близнецов, Лекси слышала, как Иви, подруга ее матери, удивлялась тому, что Йейл такой многообещающий и воспитанный юноша. Напротив, поведение ленивого, разболтанного Эммета казалось ей вполне естественным.
Уже тогда Эммет заслужил репутацию смутьяна.
В тот июньский день на берегу, наблюдая за приближающимися парнями, Лекси изумлялась тому, что близнецы так не похожи друг на друга.
Рыжевато-каштановые, всклокоченные волосы Эммета закрывали ворот его выцветшей джинсовой куртки. На нем были старые, потрепанные джинсы, грязные кроссовки и, несмотря на пасмурный день, черные очки «Уэйфарер». Он то и дело нагибался, поднимал пригоршню гальки и бросал камешки в волны. В его поведении ощущалось внутреннее беспокойство.
Йейл держался невозмутимо и не подходил близко к воде, чтобы не замочить свои кожаные туфли. На нем были шорты цвета хаки и синий вязаный рыбацкий свитер; белая бейсболка прикрывала его короткие светлые волосы. Он излучал достоинство и консервативность, присущие новоанглийской семье его деда, дальнего родственника Илайху Иейла.
В тот день Лекси ощутила симпатию к Эммету, поняв причину его вызывающего поведения. Она была единственным ребенком в семье, и любящие, чрезмерно заботливые родители замучили ее всякими условностями. Созревшая для бунта, Лекси чувствовала в Эммете Брадигане родственную душу.
Но ее заметил Йейл и начал флиртовать с задумчиво курившей на берегу девушкой.
Лекси, как и любая ее сверстница в Кэдис-Лендинг, была польщена вниманием такого парня, как Йейл. А уж когда он пригласил ее на свидание, Лекси по возвращении домой тут же позвонила своей лучшей подруге Кэрри, сообщив, что «закадрила» Йейла Брадигана.
В то лето она отдалась ему и занималась с ним любовью до тех пор, пока Йейл не разбил ее хрупкое восемнадцатилетнее сердце.
Лекси вздохнула и вернулась в настоящее – к пролитому чаю и к мысли о том, что первая любовь ждет ее сейчас в гостиной.
– Тсс, – прошептал Йейл, как только она вернулась из кухни.
Лекси увидела, что Эмма Роза спит, уткнувшись личиком в плечо Йейла.
– Она заснула. Куда ее положить? – спросил он.
– В ее кроватку… наверху. Я покажу тебе.
Поставив стаканы на кофейный столик, Лекси повела Йейла по лестнице в детскую, единственную комнату в доме, которую она привела в порядок, потратив на это несколько ночей.
Маленькая детская находилась под остроконечной крышей, но Лекси покрасила дощатые стены и потолок палевой краской, и теперь комната казалась более просторной.
Лекси даже присмотрела в городской галерее четыре пастельных картины для детской, но они были ей не по карману. Комбинированный столик и книжную полку она купила на распродаже, а тюлевые занавески – в магазине тканей. Белая кроватка «Дженни Линд», подаренная родителями, выглядела весьма эффектно: в ней лежали расшитые розами подушечки и простынки с бахромой.
Лекси отциклевала деревянный пол и покрыла его недорогими ковриками.
Под окном в большой плетеной корзине лежали немногочисленные игрушки Эммы Розы; на книжной полке стояли потрепанные экземпляры «Спокойной ночи» и «Кролика Питера», некогда принадлежавшие Лекси.
– Можешь положить ее в кроватку, – шепнула она Йейлу, внимательно оглядывавшему комнату.
«О чем он думает? – спросила себя Лекси. – Вероятно, его смущает, что его племянница живет в бывшей кладовке».
Она заметила, что он посмотрел на столик для пеленания и книжную полку.
Внезапно обстановка детской показалась ей жалкой и убогой.
– Положи ее в кроватку, – повторила Лекси, злясь на Йейла и на себя за то, что привела его сюда. Он не вписывается в этот интерьер, подумала Лекси, заметив, что плечи Йейла слишком широки для дверного проема, а покатый потолок так низок, что ему приходится нагибать голову.
Йейл осторожно положил спящую девочку в кровать и, обернувшись, тихо спросил:
– У нее есть одеяло?
– Конечно. У нее много одеял.
Между тем их было два: тонкое для лета и плед для зимы.
Йейл огляделся:
– Где?
– Сейчас слишком тепло, чтобы укрывать ее.
Она тотчас пожалела о своих словах. Теперь он заметит, что в детской слишком душно, а маленькие окна пропускают недостаточно воздуха.
Йейл пожал плечами и взглянул на Эмму Розу, словно желая что-то сказать, но промолчал.
Спускаясь в гостиную, Лекси подумала, что стены нужно покрасить, полы вымыть, а с потолка удалить паутину. Внезапно пожалев о том, что не успела навести порядок нигде, кроме детской.
Лекси тут же одернула себя. Какое ей дело до Йейла? Пусть понимает, что после смерти Эммета она и девочка попали в тяжелое положение.
– Вот твой чай, – сказала она. – Без сахара.
– Это хорошо.
Он сел на диван.
– Кажется, раньше ты пил чай с сахаром и лимоном. К сожалению, сейчас у меня ни того, ни другого.
«Зачем я сказала ему это?» – подумала она, но Йейл словно не слышал ее.
– Эмма Роза, – проговорил он. – Красивое имя. Необычное. Откуда оно взялось?
– Эмма – это в честь отца. – Лекси помолчала. – Мне показалось, что второе имя подходит к первому.
Она не могла ответить на этот вопрос. Только Эммет понял бы, что Лекси выбрала и второе имя в память о нем.
Йейл кивнул:
– А ты не выпьешь чаю?
– У меня много дел, и я должна закончить их, пока малышка спит. – Лекси опустилась на колени перед коробкой, которую начала распаковывать до прихода Йейла. Она действительно хотела вынуть посуду, но главное, сейчас ей было необходимо чем-то заняться, чтобы не сидеть рядом с Йейлом на диване. Иначе она увидит то, чего ей не следовало замечать: его полные губы, широкие плечи, светлые волосы. Нет, только не это. – Тебе нужна помощь?
Лекси удивленно посмотрела на него. Йейл настороженно наблюдал за ней.
– Нет, спасибо, – ответила она. – У меня все в порядке.
– Что касается твоего письма, – деловито начал он.
– Что же?
– Прежде чем согласиться на твое предложение, я бы хотел кое-что узнать.
– На самом деле все очень просто, Йейл. Я на мели, но должна найти способ обеспечить существование моей дочери. Родители не в состоянии помогать мне… – Она тряхнула головой, не желая перечислять все несчастья Синклеров. – Они и так уже много сделали, взяли меня и Эмму Розу к себе на пять месяцев, помогли нам переехать сюда из городской квартиры.
– Конечно, они очень тебе помогли.
Лекси кивнула.
– До рождения ребенка я работала внештатным корректором. – Лекси помолчала, выжидая, не упрекнет ли ее Йейл за то, что она не хочет делать серьезную карьеру. Эммет однажды сказал, что его брат презирает людей, живущих так, как они, – часто меняя работу и заботясь только о крыше над головой и хлебе насущном.
Сейчас, оставшись без медицинской страховки с кипой просроченных больничных счетов, Лекси поняла, что Йейл прав. Они с Эмметом вели себя безответственно – плывя по течению и пренебрегая такими скучными вещами, как страховка, накопления или выгодный кредит.
Эммет мечтал написать великий американский роман, но умер, не оставив ни строчки.
Попав в беду, Лекси забыла о гордости и обратилась к Йейлу, хотя поклялась никогда не вспоминать о нем, а уж тем более не просить его об одолжении.
Дрожащими руками она развернула бумагу и положила на пол синюю вазу для фруктов.
– Я хотела бы занять у тебя денег для оплаты медицинских счетов, а также для того, чтобы заняться собственным бизнесом. Я пыталась получить кредит, но все банки отказали мне.
– Поэтому ты и написала мне. А что это за бизнес?
Она опасалась, что Йейл засмеет ее.
– Корзины.
– Плетение корзин?
– Конечно, не плетение корзин, – возразила Лекси таким тоном, словно услышала нелепость. – Я собираюсь продавать подарочные корзины.
Он кивнул, ожидая подробностей.
– Одни из них, – продолжала Лекси, – будут наполнены чаем, фруктами, печеньем. Другие будут приурочены к конкретным праздникам – Рождеству, Дню святого Валентина и, конечно, Пасхе. Я могу подготовить корзины с игрушками для детей – подобрать разные вещи для каждого возраста. Например, для малышей – погремушки и пищалки, для десятилетних – инструменты, настольные игры. Для больного я положила бы в корзину книги, головоломки.
Внимательно выслушав ее, Йейл сказал:
– Интересная идея.
– Что именно?
– Все в целом. Но, – добавил он, – для создания бизнеса хорошей идеи мало. Многие продуцируют подобные идеи каждый день.
– Я готова разбиться в лепешку, чтобы у меня все получилось, Йейл, и не намерена валять дурака. Это очень серьезно.
– Где ты возьмешь необходимые материалы?
– Я уже навела справки. Большую часть я получу у одного поставщика, остальное изготовлю сама. Например, печенье и некоторые поделки. У меня есть художественный вкус.
– Знаю.
К ее удивлению, он сказал это без сарказма.
Когда-то давно, услышав от Лекси, что она хочет стать знаменитой художницей, Йейл засмеялся ей в лицо. Он уже тогда изучал искусство, а сейчас профессионально разбирался в нем и занимал пост управляющего в одной из наиболее процветающих галерей.
– Не сомневаюсь, что у тебя есть данные для этого, Лекси. Но согласись, у тебя нет репутации ответственного, зрелого человека.
– Если не хочешь помочь мне… – начала она, но Йейл остановил ее:
– Успокойся. Я хочу помочь тебе. Эмма Роза – моя племянница.
Лекси с удивлением заметила, что его голос дрогнул, когда он произнес имя ее дочери. Неужели холодный, бессердечный Йейл Брадиган полюбил кого-то, кроме себя? Неужели смерть Эммета сотворила чудо и сердце его брата потеплело?
– Говоря, что хочешь помочь мне, ты имеешь в виду финансовую сторону дела? – спросила Лекси.
– Конечно.
– Кроме денег, Йейл, мне ничего не нужно, – резко бросила она, надеясь, что это была правда. Лекси не желала его помощи в бизнесе, дружбы, а более всего участия в жизни Эммы Розы.
Она не хотела мечтать о его объятиях, как было когда-то, о прикосновениях его теплых губ…
– Лекси?
– Что?
– Я спросил, что тебе нужно?
Она вспыхнула.
– О какой сумме идет речь?
Лекси на секунду задумалась:
– Разве все так просто? Я называю тебе сумму, а ты выписываешь чек?
– Не совсем. Я готов дать тебе кое-что сегодня, если хочешь. Детали перевода основной суммы следует оговорить в контракте, и я составлю его.
– Не беспокойся, Йейл, – холодно проговорила Лекси. – Я верну все до последнего цента с процентами.
– Знаю. Однако пойми – мои финансовые дела весьма сложны, и мне не под силу мгновенно достать тысячи долларов.
Она кивнула, мучительно переживая сложившуюся ситуацию. Уж лучше бы он отказал ей, не скрывая, что ему нет дела до нее и девочки.
«Нет, – возразила себе Лекси, – это не было бы лучше. Я нуждаюсь в нем. Нет, не в нем, а только в его деньгах…»


Во второй половине вторника в этот час дня на Хатчисон-Паркуэй было мало автомобилей. Сидя за рулем своего элегантного черного «лексуса», Йейл предавался размышлениям.
Он договорился встретиться с Лекси за ленчем в пятницу в городе. Только с ней… без Эммы Розы.
Йейл проглотил подступивший к горлу комок, вспомнив нежный запах малышки, ее шелковистые волосы и то, как детская щечка прижималась к его шее. Она заснула у него на руках так же, как у матери…
Лекси.
О Господи! Лекси.
Увидев ее, он оторопел. Когда она вышла на крыльцо в мужской фланелевой рубашке и слишком широких для ее миниатюрной фигуры джинсах, а ее длинные черные волосы засияли на солнце, у него перехватило дыхание, а ноги подкосились.
Ему хотелось броситься к Лекси и заключить в объятия, погладить по голове, сказать, чтобы она ни о чем не тревожилась, ибо он готов заботиться о ней и ребенке и постарается всеми силами утешить и успокоить ее.
Но, верный себе, он позаботился только о бизнесе.
При этом Йейл осознал, что жаждет стать частью жизни девочки и ее матери.
Однако Лекси держалась так холодно, что это казалось ему маловероятным. Она смотрела на него пристально и настороженно. В ее глазах не было и намека на теплоту и нежность.
Впрочем, ни на что другое не приходилось рассчитывать. Лекси ничего не прощала и не забывала.
Йейл вздохнул и посмотрел на автомобильные часы.
Стрелки приближались к половине первого. В час ему предстояло встретиться с Джастин за ленчем в «Плазе».
Йейл нажал на педаль газа, посмотрел в зеркало заднего вида и убедился, что полиции нет. Если его остановят, он опоздает еще больше, и Джастин разозлится.
Господи, как он устал от нее! От капризного голоса с бруклинским акцентом, от неуместных в общественных местах ласк, от стереотипного имиджа в стиле «мисс Америка», элегантных нарядов, роскошных драгоценностей, безупречной прически и макияжа.
Джастин ди Пьерро была диаметральной противоположностью Лекси Синклер.
В День святого Валентина Йейл собирался жениться на Джастин.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Превратности любви - Ланзони Фабио

Разделы:
БлагодарностьПрологГлава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13

Ваши комментарии
к роману Превратности любви - Ланзони Фабио



ГГ спала с обоими братья и не может их различить. Бред.Братья-эгоистичные козлы.Роман не понравился.
Превратности любви - Ланзони Фабионаталья
6.02.2011, 2.50





такой бредятины в жизни не читала.ужасный роман..не о чем
Превратности любви - Ланзони Фабиоирина
5.07.2011, 20.30





скучно
Превратности любви - Ланзони Фабионэлл
14.07.2012, 4.59





Братья ,что под копирку сделаны ? Спать с двумя ,знать их более десяти лет и не определить кто есть кто ? Тупизм какой-то!!!!!
Превратности любви - Ланзони Фабионатали
15.02.2013, 3.52





Какая чепуха и бредятина. Героиня немного туповата, все никак не могла догадаться с кем из братьев спит
Превратности любви - Ланзони ФабиоНатали
15.02.2013, 12.16





Роман на один раз. Из 10 баллов - 6, и то только благодаря тому, что есть какая-то интрига. Поверхностный и какой-то путаный. :( (((((((((((((((((((((( Можно почитать (через строчку) ради разнообразия, когда надоедят рыцари и ковбои)))))))))))))))
Превратности любви - Ланзони ФабиоАдриана
1.07.2013, 20.42





Дерьмо редкое
Превратности любви - Ланзони ФабиоНата
26.08.2013, 15.01





странный роман скучный и нудный
Превратности любви - Ланзони ФабиоМАРИЯ
24.10.2013, 12.08





Автор явно перемудрил и с тайнами, и с любовными интригами, и с отношениями и с героями: 4/10.
Превратности любви - Ланзони Фабиоязвочка
20.11.2013, 18.42





Редкостная бредятина.
Превратности любви - Ланзони ФабиоФрекен Бок
14.10.2014, 19.45





Бред в конце,зачем автор сделал так что один брат оказался другим , я читала с уверенностью что это йейн а не эммет , героиня его признала, что это он , неужели не различила их. Если в книге описывали что братья разные и особенно в сексе, странно что автор ерунду в конце придумал .
Превратности любви - Ланзони ФабиоЕвгения
2.09.2016, 19.26








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100