Читать онлайн Страсть за кадром, автора - Джойс Мэри, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Страсть за кадром - Джойс Мэри бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 10 (Голосов: 22)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Страсть за кадром - Джойс Мэри - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Страсть за кадром - Джойс Мэри - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Джойс Мэри

Страсть за кадром

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8

— Когда ты прибудешь сюда?
Несколько мгновений потребовалось Бретт, чтобы узнать голос Лоренса Чапина. Утомленная утренней съемкой, она приняла душ и забралась в постель, чтобы немного подремать перед ужином.
— Который час? — сонно спросила Бретт, усаживаясь в своей белой с инкрустацией постели.
— Десять часов, — выразительно ответил Лоренс.
Бретт не могла поверить, что проспала три часа, но более непонятным было, почему он хочет ее видеть сейчас? Что-то не так?
— Я смогу быть через полчаса. Мысли ее метались, пока она спешно одевалась и, схватив сумку и ключи, неслась вниз по лестнице, на ходу приглаживая волосы. Она вела машину по парижским улицам, вспоминая события дня: свет, обстановка были отличными, модели профессиональными, которые сразу дали ей то, что она хотела от них. Джо был естественен.
Когда она вошла в призрачную тишину пустой редакции, Бретт могла слышать биение своего сердца. Она заметила полоску света из-под двери кабинета, где Лоренс склонился над освещенным столом.
— Большего дерьма никогда не встречал! — ревел он. — Я не могу найти что-нибудь напечатанного хуже! — Одним движением он бросил пачку снимков со стола на пол.
«Этого не может быть», — подумала Бретт. Ничто не могло бы сразить ее больше его слов. Она была готова разреветься, щеки вспыхнули.
— Но они не могут быть такими плохими. Я проверяла, — храбро сказала она.
— Твоя съемка была великолепной, но это… это выглядит, как будто снимал ребенок с голубым мячиком. Вот, посмотри сама. — Лоренс поднял два слайда с пола и протянул ей.
Слезы у Бретт мгновенно высохли:
— Подождите! Вы считаете, что вырвали меня из постели, чтобы выразить недовольство чужой работой? Вы напугали меня до смерти тем, что не имеет ко мне никакого отношения!
— Надо что-то делать с тобой. Завтра ты все перефотографируешь. Эти снимки — полная порнография! У меня есть два дня, перед тем как журнал пойдет в тираж.
— Вы получаете какое-то извращенное удовольствие, выводя людей из себя? — Бретт изучала Лоренса немигающим взглядом и увидела в его глубоко посаженных глазах намек на грусть, слабый признак какой-то скрытой боли.
— Я не вижу в этом развращенности, — сказал он, а его глаза теперь светились веселым огоньком. Он помахал двумя слайдами перед ее носом. — Хочешь посмотреть на эти теперь.
Еще какое-то время Бретт смотрела на него сердито, затем смягчилась и взяла снимки.
— Обороняйся, — сказал он.
Следующий час они обменивались своими понятиями по поводу сюжета. Лоренс увлеченно слушал, как Бретт сосредоточивалась на взаимоисключающих друг друга идеях.
«Это безумно, ничего не может быть более восхитительного», — думала Бретт по дороге домой. Работа с Чапиным — это и ураган, и покой, но никто, даже Малколм, так не увлекал ее в работе.


— Не поливай лаком! — предостерегла Бретт парикмахера:
— Женщина не использует лак перед сном.
Была почти полночь. Они снимали уже четыре часа, и это была предпоследняя съемка. Бретт бесцельно пробродила большую часть вечера по дому на аллее Фош, который друзья Лоренса разрешили использовать для съемок, пока они были в Штатах.
Восемь принадлежностей женского белья планировалось снимать в спальне, но Бретт решила не ограничиваться договором. Она уже использовала кухню, библиотеку, ванную комнату и даже винный погребок.
Время от времени Лоренс разговаривал с Бретт, но больше наблюдал. Для него было очевидным, что она четко контролировала себя. Он видел, что те идеи, которые они обсуждали предыдущей ночью, вдруг материализовались. Бретт замечала каждую деталь. В ванной комнате она захотела, чтобы вода действительно бежала в раковину, когда модель бралась за зубную щетку. «Она слишком молода, чтобы быть такой уверенной, — думал он. — Ею управляет что-то большее, чем мода». Он хотел знать, что бы это могло быть.
— Выглядит колоссально, но поставьте рюмки, — инструктировала Бретт. Модель, одетая в сорочку из желто-зеленого шелка на тонких лямках, сидела, откинувшись на спинку, с открытой книгой на коленях. — А теперь читай, — сказала Бретт, нажав на кнопку.
Бретт четко скадрировала последний снимок и сохранила его на конец, так как он должен был быть простым и в то же время драматическим — это будет финалом. Она знала, что Лоренс наблюдает за ее действиями весь вечер. Она не зря провела два года с Малколмом.
Черноволосая модель сбегала по широкой изогнутой лестнице, красный пеньюар из шифона летел за ней. Бретт позвала ее по имени, модель естественно и оживленно оглянулась через плечо, прямо в объектив Бретт.
— Все, — прокричала Бретт, и Лоренс неожиданно для себя зааплодировал ей.
Бретт устала до мозга костей, но была пронизана волнами радости, нахлынувшими на нее. Она попрощалась с бригадой, раздаривая крепкие объятия и благодарность за хорошую работу и сотрудничество. Ее ассистент, долговязый студент, собирал ее сумки и внимательно слушал инструкции по поводу лаборатории. Не так давно это было ее обязанностью, но теперь она должна была снять девять страниц для «Вуаля!»
Она сидела по-турецки на полу в библиотеке, ожидая, когда приведут дом в его обычное состояние. Свеча, зажженная для съемки, все еще горела на мраморной подставке.
— Ты выглядишь так, как будто могла бы выпить чашечку кофе или вина, — сказал Лоренс, подойдя к ней.
— Мне бы хотелось рюмку вина — белого, если можно.
— Можно? Ты же видела винный погреб здесь. Все возможно! — Лоренс исчез и через несколько минут вернулся с запыленной бутылкой «Ле Батард-Монтраше» и рюмками и устроился рядом с ней на полу. — Тот последний снимок должен быть сенсацией! — Он разлил вино и поднял рюмку, чтобы чокнуться. — Ты хорошо работала, малышка, но я хочу сказать тебе, что, когда ты проклинала меня прошлой ночью, твои глаза метали искры. — Лоренс растянулся на ковре, опираясь на локоть.
— Спасибо, мистер Чапин.
— Я не сижу на полу и не пью вино с теми, кто называет меня так.
— Спасибо, Лоренс. — Бретт коснулась своей рюмкой его и отпила глоток. Яркий свет огня превращал густо-золотую жидкость почти в янтарную. Она вздохнула и вытянула на полу свои длинные ноги. — Эта комната действительно красивая. Она напоминает мне Кокс Коув, — задумчиво сказала Бретт.
Высокий потолок, стены с колоннами, полки, полные книг в красивых обложках, потрепанная прочная мебель из красного дерева и лимона навевали ей воспоминания о месте, где она прожила такие счастливые дни.
— Кокс Коув? А где это? — спросил Лоренс, сознавая, что ничего не знает о Бретт Ларсен, кроме того, что, как и он, она была американкой и чертовски хорошим фотографом — лучшим среди всех, кого он встречал, но слишком зеленым, чтобы получить баснословный гонорар. — Я жил в Нью-Йорке недолго, но никогда не слышал о городке с названием Кокс Коув, — сказал Лоренс.
— Нет, Кокс Коув это имение моей тети. Оно расположено в Сендс-Пойнт. Это красивое, действительно сказочное поместье.
Бретт не была уверена, что готова обсуждать подробности своей родословной с человеком, которого она едва знала, к тому же европейцы считали дурным тоном интересоваться, откуда у тебя деньги.
— Итак, ты из Нью-Йорка? — спросила Бретт, поворачиваясь к Лоренсу.
От него не ускользнул тот факт, что она перевела разговор, но он не понял из-за чего. Обычно он тоже делал так.
— Я жил там несколько лет, но родился и вырос в Буффало.
— Там действительно так холодно, как говорят?
— Когда ты подрастаешь, ты уже привыкаешь к этому, но однажды уехав, ты стараешься не приезжать туда зимой. «Хорошо, — подумал Лоренс, — теперь поговорим о погоде».
— Ты часто ездишь домой? — Бретт чувствовала, что разговор переходит в русло вежливых вопросов и ответов и думала о том, как долго он протянется.
— Нет, в последний раз я там был десять лет назад, в январе, на похоронах моего отца. Да, старый простак умер в январе. — Он увидел ужас в глазах Бретт в ответ на его, видимо, не очень почтительное замечание: она недостаточно знала Лоренса, чтобы понять, когда он шутит. — Я его всегда высмеивал. Мой отец считал справедливостью Господней, что я приехал домой в январе. Он с ума сходил по своему городу, с его погодой и всем остальным. Он понял мое решение уехать куда-нибудь, но держу пари, сам бы он никогда не покинул его. Он был его домом. — Лоренс не помнил, как давно он рассказывал о своем отце — или о себе самом; наиболее частыми в его кругу были разговоры о последней коллекции, новой зажигательной девочке, кто откуда уволился или кто кого сместил.
— Это говорит, что он был замечательным человеком. Чем он занимался? — Бретт понравилась гордость в голосе Лоренса, когда он говорил об отце, но она расстраивалась от мысли, что у нее нет отца, которым бы она могла гордиться.
— Он был газетчиком. Издавал «Дейли экспресс», таким образом я вырос, окруженный чернилами и сроками. Сейчас моя сестра пишет очерки.
Почему он рассказывал ей все это? Что это была за девица, которая заставила его открыться? У Бретт была неистощимая энергия с целеустремленностью, которая раздражала его любопытство. Она была вперед смотрящая, а в деле притворства и жеманства — совершеннейшим новичком. Она ему нравилась.
Бретт повернулась на бок, подперев голову рукой и наблюдая за Лоренсом. Она была полностью заинтригована им. Он, казалось, очень отличался от того резкого, непоседливого человека, которого она знала. Бретт была так поражена, что не заметила, как бригада, приведя дом в порядок, ушла.
— Почему ты не пошел по стопам отца, в газетный бизнес? — тихо спросила она.
Ее вопрос был настолько разумным, что он повернулся взглянуть на нее. Она наклонила голову в сторону камина и уставилась на огонь. Настолько серьезным было выражение ее лица, что, казалось, она размышляла о смысле жизни. Второй раз неподдельная естественная красота поразила его. Огонь прибавлял золотые блики к ее зеленым глазам, и вдруг его охватило неожиданное желание освободить ее темные кудри от стягивающего их длинного шнура.
Прополоскав горло вином в попытке овладеть собой, он ответил на ее вопрос.
— Я занимался этим немного. Но война изменила мои взгляды на достоверность новостей. Я понял, что разочарован военной журналистикой.
— Ты, должно быть, был совсем молоденьким, — заметила Бретт.
— Я думаю, да, но юность была моей привилегией и продолжалась потом очень долго.
И снова Бретт заметила печаль в его глазах.
— Это ты получил там, — спросила она, нежно проведя пальцами по шраму, почти скрытому под левой бровью, и отдернула руку, смущенная своим порывом. «Что я делаю? — думала она. — Это же мой заказчик, мой первый заказчик. Как я могла зайти так далеко?» — Извини, — нежно пробормотала она.
— Ничего, — ответил он, ловя ее взгляд. Это прикосновение зажгло в нем сильное желание, которое он до сих пор подавлял: она так молода, и это была работа; он знал, что может накликать на себя беду. Лоренс приблизился к ней и после длинной паузы продолжал:
— Это не так благородно, как рана войны: мне попали по голове хоккейной шайбой. — Улыбка промелькнула в уголках его губ.
Он сидел так близко, что Бретт могла сосчитать крошечные морщинки вокруг его глаз, почувствовать тепло его дыхания.
— Это, должно быть, очень больно. Не успела она закончить, как губы Лоренса отыскали ее губы. Все ее тело ощутило тепло его сильных рук. Его язык устремился в нее, задавая вопрос, ответа на который у нее не было.
— Не так сильно. Я посидел период, а потом вышел на поле для своего победного гола. — Он встал, поднял Бретт на ноги и немного дольше, чем следовало, задержал ее руки в своих.
— Уже поздно, мне надо идти.
Как это случилось? Было достаточно непорядочно, что она получила свой первый шанс из-за ошибки швейцара, принявшего ее за модель. Она боялась дать Лоренсу повод думать, что хотела стать его любимой взамен на будущие предложения.
Они молча собрались и вышли из дома. Тишина была свидетелем их неловкости. Они остановились на мостовой; их машины стояли по разным сторонам арки. Сотни звезд мерцали на полуночном голубом небе, и только шум с площади Де Голля нарушал эту тишину.
— Спокойной ночи, — безучастно сказал Лоренс. — Ты действительно хорошо работала сегодня.
— Спокойной ночи, — ответила Бретт и направилась к своей машине.
Двигатель черного «ситроена» Лоренса ожил, и он нажал на сцепление, вспоминая нежность ее щеки и представляя ее тело.
Бретт положила ногу на акселератор своего «пежо», помня тепло прикосновения Лоренса и стремительность его поцелуя. Она никогда еще не была так смущена.
В конце арки они сошлись и, нерешительно мигнув фарами, разъехались в противоположных направлениях.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Страсть за кадром - Джойс Мэри



Роман рассказывает о жизни Гг-ни с детства (почти семейная сага). Ближе к концу сюжет закручивается и оторваться не возможно. Затянуло. Советую.
Страсть за кадром - Джойс Мэрииришка
18.03.2016, 20.57





Больше нигде не нашла других книг, а жаль. Похоже по этой книге снят фильм, но точно не могу сказать.
Страсть за кадром - Джойс Мэрииришка
18.03.2016, 21.16








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100