Читать онлайн Порочные намерения, автора - Джойс Лидия, Раздел - Глава 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Порочные намерения - Джойс Лидия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.75 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Порочные намерения - Джойс Лидия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Порочные намерения - Джойс Лидия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Джойс Лидия

Порочные намерения

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 12



Эм вздохнула, прислонившись головой к стене. Потом медленно отодвинулась, снова сняла корсет и сорочку и бросила все на скамью.
Ей необходимо было направить лорда Варкура вперед, к смятению и паранойе, и все же ей пришлось преодолеть свое желание успокоить его — или, напротив, сказать ему, что он может убираться ко всем чертям вместе со своей правдой, поскольку она не собирается принимать никакого участия в пытках старой женщины.
Сокрушительные рыдания леди Гамильтон все еще звучали у нее в ушах. Эм никогда не причиняла боли этой женщине. Манипулировала ею — это да. Наживалась на ее одержимости умершим сыном, предлагая утешения, не имевшие никакой реальной сути, — и это так. Но леди Гамильтон всегда уходила после этих сеансов, немного повеселев. Эм, конечно, никогда не доводила эту женщину до слез. Она думала об этой новой задаче, и по коже у нее бежали мурашки, и она была готова сделать почти все, лишь бы не давить больше на старуху.
Почти все. Но не отказаться от собственного будущего.
Она снова легла в ванну. Кожу покалывало там, где ее сильно натерли, но Эм схватила губку и принялась тереть себя, опять и опять царапая покрасневшую кожу, как будто можно было смыть воспоминание о старых слабых плечах, трясущихся от рыданий.
Эм следовало бы радоваться. Теперь она завладела лордом Варкуром, его телом и душой. Но она вспомнила глупую детскую историю об обезьяне, которая заехала на спине крокодила на середину быстрой реки. Ехать было безопасно — до последнего момента…
Эм заглушила эти мысли, заглушила ненависть к самой себе, грозившую взорвать ее изнутри. Она не могла повернуть назад или отступить — речь шла о ее собственной жизни. Угрызения совести — это для тех, кто знает, откуда появится их обед через два месяца. Они не для мошенницы, которая уже почти стала шлюхой и балансирует на краю гибели. Все скоро кончится, и у нее будет Линкрофт, и она сможет забыть обо всем этом как об омерзительном сне.
Она закрыла глаза и попыталась изгнать из головы темные глаза лорда Варкура, полные боли и надежды. Да, и это тоже нужно будет забыть. Иначе она никогда не обретет покоя.
За три часа до заката леди Гамильтон со своими спутниками подъехала к воротам зоологического сада. Ее лицо было серым, глаза остекленели от опиума. Когда она улыбнулась Томасу, ему показалось, что рот у нее сейчас сломается.
Он смотрел на мать, и в нем боролись желание защитить ее, горечь, жалость и возмущение. Неужели было время, когда он просто любил мать с детской открытостью и непосредственностью, которая до сих пор сохранилась у его сестер?!
Он усомнился в словах Эсмеральды, что его мать скрывает какие-то сведения о смерти его брата. В конце концов, что могла знать мать? Она оставалась в доме в день смерти Гарри. Но рассказ Мэри о чаепитии с Эсмеральдой вызвал у него сомнения, и теперь он не знал, следует ли ненавидеть мать за скрытность или еще больше сострадать ей.
Он подал ей руку, выходя из экипажа, а когда мать не сразу приняла ее, сдержался. Она стояла на дорожке в раздумьях и казалась очень слабой и слишком старой. В конце концов она слегка оперлась на его руку, и они вошли в ворота. Его сестры, шедшие следом за ними, сплели руки и, приблизив друг к другу свои гладкие рыжие головки, зашептались.
— Вы так редко сопровождаете нас в эти дни, Томас, — сказала его мать. Лорд Гамильтон обычно называл его Варкуром с тех пор, как закончилось следствие по поводу смерти его брата, но мать всегда называла Томасом. — Почему вы решили поехать с нами на этот раз? Особенно если учесть, как недобры вы были ко мне два дня назад… — Она укоризненно замолчала.
— Вы знаете, что я не хотел быть жестоким. В последнее время вы выглядели не очень здоровой. Я подумал, что вы обрадуетесь присутствию мужчины, как необходимой поддержке, — сказал он. Он солгал и даже не почувствован себя виноватым.
— А знаете, Эсмеральда тоже будет здесь. — Леди Гамильтон смотрела прямо перед собой, пока они шли мимо искусно устроенного сада из диких камней.
— Да. Я слышал, что вчера она вас огорчила. — Он внимательно смотрел на нее, но опиум умертвил все ее реакции. Идобавил — глупо, импульсивно: — Вам не следует терпеть это. Вам не нужно даже встречаться с ней. Скажите только слово, и я прогоню ее.
Леди Гамильтон вздохнула:
— Неужели вы так сильно ее ненавидите? Картины их встреч — все до единой — мелькнули у него в голове. Ненавижу? Он пытался ее ненавидеть, но чувство, вызываемое в нем Эсмеральдой, гораздо более сложное и опасное, чем ненависть. Она проникла ему под кожу, пробралась в кровь.
— Мне просто не хочется видеть, как вы страдаете, мадам.
— Ах, Томас, вы должны поверить ей. Я должна поверить ей. Она видит так ясно. Она видит более ясно, чем сама это понимает. — Глаза ее были полузакрыты.
— Она обманщица, матушка. — Слова эти сорвались с его губ резко, он должен был произнести их, хотя и понимал, что толку от этого не будет никакого.
— Возможно, сама она думает так же. Я готова согласиться с такой возможностью. Но видит она все-таки верно, — заметила она, ее голос был полон неземной уверенности.
Томас не показал виду, что злится. На это сказать было нечего.
Эсмеральда сидела на скамье, спрятавшейся у задника из тепличных растений, темно-зеленый цвет ее платья казался незаметным среди листьев бананов, окружавших скамью. Она, по-видимому, заметила их прежде, чем они увидели ее — ее лицо под темной вуалью было обращено к ним. Но она не поздоровалась с ними, пока леди Гамильтон не обратилась к ней:
— Мадам Эсмеральда! Как я рада, что вы пришли. — В голосе ее из-за опийных капель не слышалось никакой радости, только отвлеченная эмоция.
Эсмеральда встала и склонила голову, вуаль скользнула по ее груди. Томас представил себе ее лицо под этой вуалью, вспомнил ее грудь в своих руках.
— Я всегда в вашем распоряжении, леди Гамильтон, — сказала она. Иностранный акцент снова появился в ее голосе. Томас заметил, что в общении с ним она разговаривала без всякого акцента.
Они направились к вольеру с хищниками. Эсмеральда пошла рядом с ними.
— Боюсь, что я плохо спала этой ночью, — сказала Эсмеральда после того, как они прошли десяток ярдов, и добавила, понизив голос: — Меня мучили видения. Я чувствую, что вы, мадам, тоже видели тревожные сны. Вы можете их вспомнить?
— Да. — Леди Гамильтон на миг сжала губы в тревоге, прорвавшейся сквозь ее наркотическое безразличие.
Эсмеральда завладела ее свободной рукой и быстро сжала ее. Леди Гамильтон в ответ тоже сжала ее руку, хотя, на взгляд Томаса, скорее казалось, что она отчаянно цепляется за Эм. А та сказала:
— Тогда мы постараемся понять, были ли то настоящие сны или ложные. Истинные видения приходят свыше, но духи тех, кто желает нам зла, могут лгать.
— Так вы уже говорили. Но эти сны были истинные.
Что она имеет в виду? Вот что хотелось Томасу узнать у матери. Но он прикусил язык и ждал, что ответит Эсмеральда. Она пользовалась доверием его матери гораздо в большей степени, чем он, и он не мог изменить положение вещей одним своим желанием, как бы это ни злило его.
— Мы непременно поговорим об этом в свое время, — только и сказала Эсмеральда.
Они прошли вдоль помещения для хищников, украшенного классическими колоннами и плохо сочетающимися с ними железными прутьями. Шесть клеток, обращенных к ним, были длинными и неглубокими, так что животные находились недалеко от проходящих мимо людей. Один из тигров спал, прижавшись к прутьям спиной.
— Он так близко, что можно его потрогать, — заметила Мэри.
Томас обернулся и посмотрел на сестер:
— Не советовал бы.
— Да мы и не собираемся, разумеется, — презрительно отозвалась Элизабет. — Или вы считаете нас дурочками?
Томас предпочел не отвечать на этот вопрос. Они, конечно, беспечные создания. Их не столько воспитывали, сколько баловали. Отцовское равнодушие позволяло матери потакать им во всем.
Они остановились перёд клеткой со львом — любимцем его матери. Здесь она всегда останавливалась в первую очередь. Леди Гамильтон шагнула вперед и окинула взглядом четверых животных. Они развалились на жестком цементном полу, под влажным мехом четко проступали мышцы.
— Львиное логово, — пробормотала Эсмеральда так тихо, что он едва расслышал ее.
— Какие это благородные животные, — сказала его мать. — Такие сильные и смелые.
Конечно, с виду они были сильными, но казались скорее скучающими, чем благородными.
— Как может лев быть смелым, когда он заперт в клетке? — спросил Томас.
— Становится ли человек смелее после того, как он совершает смелый поступок? Или он смел по своему характеру еще до того, как поступок позволил ему это показать? — Ответ Эсмеральды застал его врасплох.
— Можно ли считать человека, думающего об убийстве, таким же злом, как и убийцу? — возразил он.
Она склонила голову набок.
— Я бы не отважилась вам ответить. Я задала вопрос, я не затевала спор.
— Я бы не назвала этих двух львов смелыми, — заявила Элизабет.
— Почему же? — спросила леди Гамильтон.
— Они слишком ленивы, чтобы обладать смелыми характерами, — ответила ей дочь.
— Откуда ты знаешь? — заметила Мэри. — Им здесь нечего делать, только лежать. Клетка слишком мала, чтобы можно было показать себя.
— Я не думаю, что лев смел по характеру, — сказала Эсмеральда. Ее тихое замечание осталось незамеченным близнецами, затеявшими добродушный спор.
— Большинство людей не согласилось бы с вами, — сказал Томас, поворачиваясь к ней. Закутанная в шелк с ног до головы, она казалась скованной, странно уменьшившейся, несмотря на окружность ее юбок.
— Я знаю. — Ее руки, лежащие на талии, сжались, их тонкие кости стали заметны сквозь мягкую кожу перчаток. — Смелость подразумевает самоотверженность или хотя бы какой-то риск ради цели. Львы пользуются зубами и когтями, чтобы убивать животных, у которых нет ни того ни другого. Они не более смелы, чем мясники.
— По вашим словам, они просто злы, — сказал Томас.
Она повернула к нему голову, и ему представилось, что ее прозрачные глаза устремлены на него.
— Не злы. Злыми бывают только люди. Но они и не смелы.
Он почти протянул к ней руку, не понимая зачем, но она уже отвернулась от него. Томас встряхнулся, заглушил свой порыв и поискал глазами мать.
Леди Гамильтон ушла вперед. Цвет ее лица стал лучше, но рука по-прежнему тянулась к жемчугам на шее, перебирала их на ходу. Близнецы шли за матерью, все еще препираясь.
— Вам не следовало приходить сюда, — хрипло прошептала Эсмеральда, как только троица отошла от них на достаточное расстояние.
— Значит, я должен оставить вас наедине с моей матерью, чтобы вы делали с ней все, что вам хочется? — Он не смог скрыть своей горечи.
— Вы делали это до сих пор, — сказала она, желая ранить его этими словами. И ранила.
— Только потому, что я не могу запретить ей видеться с вами. Пока что, — добавил он.
Она замерла, а потом пожала плечами с безразличным видом. Впрочем, он не поверил этому деланному равнодушию ни на йоту.
— Не я хочу заниматься расследованием обстоятельств смерти вашего брата. Если вы решили мешать мне, это повредит вашему делу, а не моему.
Томас тихонько выругался. Это была дурацкая сделка. Он это понимал. Но не хотел отказываться от своих фантазий, от надежды на то, что после стольких лет можно что-то изменить.
— Ваша мать не станет исповедоваться мне, пока вы витаете над ее плечом, точно ворон, — холодно продолжала она. — Вы должны оставить нас в покое, если хотите что-нибудь узнать. Положитесь на ваших шпионов, пусть они подтвердят содержание наших разговоров, коль скоро вам это нужно. Если, конечно, они могут прятаться так близко, чтобы услышать нас. — В ее последних словах послышалось легкое презрение.
Томас долго не двигался, глядя на нее. Эсмеральда стояла совсем рядом с клеткой со львами, темно-зеленое платье для прогулок облегало ее узкую талию и исчезало под черной вуалью.
Наконец он кивнул. Что еще ему оставалось делать?
— Ну так поговорите с ней. Я пойду… — Он усмехнулся. — К клетке с обезьянами. Полагаю, в этом есть некая поэтическая ирония. — Он с язвительным видом прикоснулся к полям шляпы и ушел.
Эм смотрела на его высокую широкоплечую фигуру, удаляющуюся от нее, и передернулась. Даже когда она нарочно провоцировала его, он не утрачивал контроль над своим лицом. Только когда она дразнила Варкура своим телом и его собственной похотью, ослабевала его железная хватка. И она не знала, придает ли это ей смелости или пугает.
Теперь он ушел, и ей следовало бы почувствовать облегчение. Она с трудом оторвала взгляд от Варкура, снова повернулась к леди Гамильтон и ее дочерям и расправила плечи. Теперь у нее есть два обязательства — одно перед самой собой, другое — перед лордом Варкуром. Оставалось только надеяться, что она выполнит и то и другое.
Она догнала леди Гамильтон. Близнецы ушли вперед. Графиня тихо напевала что-то — немелодично и с придыханием. Эм знала, что половина капризов этой женщины — просто представления, разыгрываемые больше для самой себя, чем для кого-то еще. У леди Гамильтон была потребность играть роль леди Шалотт, представлять обреченную деву, слишком нежную для этого мира. Это придавало смысл ее жизни, которая в противном случае была бы вообще лишена его.
Несколько минут Эм молча шла рядом с ней рука об руку, предоставляя графине выбирать дорогу. Наконец она спросила:
— Что вам приснилось?
В клетке перед ними дикобраз, похожий на переросшего ежа, направлялся к своей плошке. Леди Гамильтон сказала, не отводя от него глаз, хотя вид у нее был рассеянный:
— Я снова видела Гарри.
— А-а… Это весьма серьезно, — сказала Эм.
— Он был мертвый — именно такой, каким я видела его, когда его везли домой на носилках. — Она говорила так, словно ворошила что-то, случившееся очень давно с кем-то другим, голос ее звучал почти сонно. — А потом он сел и обвинил меня.
— В том, что вы молчали? — рискнула спросить Эм.
— В том, что позволила ему умереть. Потому что я молчала. — Она кивнула, движение это было несколько судорожным. — Но он опоздал. Он уже умер, и, что бы я ни сказала и ни сделала, уже не могло вернуть его к жизни.
— Быть может, если вы заговорите теперь, это успокоит его дух, и он перестанет посылать вам подобные сны, — прошептала Эм.
Леди Гамильтон взглянула на нее:
— Вы сказали, что он прощает меня.
— Так оно и есть, — согласилась Эм. — Но голос совести трудно заглушить.
— А как же насчет покоя для живых? — осведомилась леди Гамильтон. — Разве они не заслужили немного сострадания?
— Милосердие — это добродетель, которую нельзя проявить, пока зло остается сокрытым, — настойчиво продолжала Эм.
Леди Гамильтон смотрела на нее в течение одного мучительного мгновения и уже было раскрыла рот. Но лишь покачала головой.
— Я не могу, — сказала она.
— Понимаю, — сказала Эм. — Как только вы будете готовы дать покой вашему духу и духу Гарри, я буду с вами и выслушаю вас. Я храню тайны в своей груди так, что никто их не найдет. — Каждая фраза была правдой по отдельности, но все вместе было вопиющей ложью. Эм предпочла избавиться от угрызений совести, медленно вонзающихся ей в ребра, как кинжалы.
— Конечно, это так, — сказала леди Гамильтон с дрожащей улыбкой и погладила собеседницу по руке. — Вы — мое сокровище.
Эм наклонила голову, словно в смирении, радуясь, что вуаль скрывает стыд, без сомнения, написанный на ее лице.






Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Порочные намерения - Джойс Лидия



на 6 ....хотя сюжет инт. может" малость"скучноват ....а так читать можно ....главная г. мстит своему жадному ...мерзкому сводному брату....а вот любовная история гг очень необычная .
Порочные намерения - Джойс Лидияастра
26.03.2012, 15.23





Лично мне роман очень понравился. Но он скорее на любителя, т.к. он довольно сумбурный и тяжеловат для легкого чтива. Роман нестандартный по всем параметрам: и по сюжетной линии, и по любовной линии, и по описанию характеров гг-ев. На мой взгляд, описание любовных отношений здесь даже более реалистичное, чем в других лр.
Порочные намерения - Джойс Лидиякуся
7.11.2012, 9.27





Книга совершенно не понравилась. С трудом дочитала до конца.
Порочные намерения - Джойс ЛидияВероника
13.11.2012, 11.50








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100