Читать онлайн Искушение ночи, автора - Джойс Лидия, Раздел - Глава 22 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Искушение ночи - Джойс Лидия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.3 (Голосов: 105)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Искушение ночи - Джойс Лидия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Искушение ночи - Джойс Лидия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Джойс Лидия

Искушение ночи

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 22

Виктория сидела на скамье у окна в «комнате единорога». Солнце едва взошло, но все уже было готово. Час назад она проснулась и увидела, что она одна, посреди комнаты стоят ее вещи, как в тот вечер, .когда она приехала. Сердце болезненно сжалось, и Виктория позвонила Энни, чтобы та помогла ей надеть ее старое платье. Она не возьмет с собой ничего из того, что Рейберн для нее заказал.
Свои вещи Виктория тоже не хотела оставлять здесь. Но как ее будут нести с лестницы в кринолине? Жаль, что нельзя разделить мысли так же лето, как вещи.
До отъезда оставалось еще часа два. Можно уехать прямо сейчас, но поезд в Лидсе все равно не придет раньше времени. Однако стены Рейберк-Корта давили на нее, герцога рядом не было. Стоит ли медлить? И Виктория потянула за шнур звонка, чтобы вызвать слуг, которые вынесут вещи и ее саму.
Глаза у нее как будто запорошило песком. Спал ли он? Она ненадолго уснула и не слышала, когда ушел Рейберн и когда принесли ее вещи.
Мысли ее то и дело возвращались к герцогу.
Виктория в последний раз обвела взглядом комнату. Кровать с пологом и султаном, свежие простыни, выцветшие занавеси; пустое кресло у камина; огромный гобелен на стене. Гобелен, за которым не скрывалось ничего, кроме обычной стены. Никакого тайного хода.
В дверь постучали, а в следующее мгновение она распахнулась и появились лакей и конюх.
– Его светлость велели сначала отнести вас, миледи, – сказал Эндрю. – А то мы устанем после того, как отнесем этот ваш большой ящик. – Он кивнул на сундук.
– Передайте его светлости, что я благодарю его, – отозвалась Виктория.
Эндрю тряхнул головой, и мужчины подошли к окну, сцепив руки так, что одна пара рук образовала сиденье, а другая – спинку. Викторию усадили, и она вцепилась им в плечи.
– Вам удобно? – осведомился Эндрю.
– Да.
Мужчины вынесли ее из комнаты в темный лестничный колодец. Он казался фантастическим, такие описывают в популярных романах или сказках. Винтовая каменная лестница ведет куда-то вниз, в некую преисподнюю. С каждым шагом Виктория покачивалась в корзине сцепленных рук, ее сплющенный кринолин цеплялся за каменные стены или попадал в амбразуры иногда встречающихся узких окон. С каждым шагом она чувствовала, что погружается все глубже, уходит прочь от света, прочь от себя, пока ей не начало казаться, что ее сознание как-то отделилось от нее и качается на привязи на шаг-другой позади двух с трудом идущих мужчин и худой черной фигуры, висящей между ними. Она уезжает. Уезжает из Рейберн-Корта. Уезжает от него.
Ощущение пустоты усиливалось, сердце ныло. Конюх как-то неловко ступил, и Виктория едва не упала, с трудом восстановив равновесие. Она слегка откинулась назад и крепче вцепилась в плечи лакея и конюха.
Наконец они остановились перед главным входом в замок, и кто-то вышел из тени, чтобы открыть дверь.
Рейберн.
– Вы пришли! – ахнула Виктория. Его улыбка была еще жестче, чем обычно.
– Я же сказал, что не могу находиться далеко от вас. Лакей и конюх вынесли Викторию из замка, но она оборачивалась и вытягивала шею, чтобы видеть Рейберна.
Он натянул шляпу на глаза и последовал за ними.
Виктория не замечала моросящего дождя и черной кареты на подъездной аллее, пока Эндрю и конюх не начали усаживать ее туда. Очутившись на сиденье, Виктория подалась вперед, ища глазами герцога.
Мгновение постояв в дверном проеме, он вошел в карету и сел напротив Виктории. У нее мелькнула безумная мысль, что он поедет с ней, но она тут же прогнала ее. Здравый смысл восторжествовал.
Прошла минута, две, но Виктория не находила, что сказать. Одно его присутствие словно разбивало мысль, и единственное, что оставалось, – это упрямый факт: он сам здесь, в карете, напротив нее.
Господи, как она любит его голос, его запах, каждое сухожилие и мышцу его тела, а больше всего – неприкасаемую сущность его, которая заставляет говорить так, как он говорит, поступать так, как он поступает, которая заставляет его быть сердитым, или нежным, или печальным. Ей не хотелось уезжать от него. Она готова была на все, только бы остаться.
Но она должна ехать. Мать нуждается в ней. К тому же неделя кончается. Срок договора истекает.
– Я не хотел говорить, что провожу вас, на тот случай, если бы не смог выйти за дверь, – сказал он.
– Я понимаю. – Виктория выглянула из кареты. Утро выдалось хмурое. Моросил дождь. – Я очень рада дождю, хотя грязно и ось может сломаться.
Рейберн улыбнулся, на этот раз в его улыбке не было горечи.
– Но ведь вы всегда радуетесь бурям.
– Да, – согласилась она. – Но теперь во время бури буду вспоминать вас.
Рейберн закрыл глаза и судорожно сглотнул.
– Господи, Виктория... – пробормотал он и осекся. Внезапно Виктория показалась себе очень маленькой, слабой и странно напуганной. Она едет домой, возвращается к прежней жизни, в знакомую роль, но сама эта роль, какой она помнилась ей, казалась чужой и неловкой.
– Прошу вас, – робко произнесла Виктория, – обнимите меня.
Рейберн ничего не сказал, только его глаза блеснули в темноте. Он пересел на сиденье рядом с ней и молча привлек ее к себе. Виктория положила голову ему на грудь и закрыла глаза.
Вскоре карета дернулась. Виктория открыла глаза и увидела, что Эндрю и конюх поставили сундук на крышу. За сундуком последовал чемодан, и конюх, размотав веревку, начал привязывать багаж.
– Я не должна задерживать их, – сказала Виктория.
– Да, пожалуй, – согласился Рейберн. Голос его был холоден, безразличен, и Виктории стало обидно.
Она высвободилась, он вышел из кареты и повернулся к ней. Их взгляды встретились, и сердце у Виктории сжалось.
– Надеюсь, увидимся в Лондоне, – сказала Виктория.
– Я больше не бываю в Лондоне.
– Тогда до свидания, Рейберн. – Она помолчала. – Послушайте... – Все, что она хотела ему сказать, вылетело из головы.
– До свидания, Виктория.
Он захлопнул дверцу кареты и ушел.
Байрон вернулся в замок и помчался по узкому коридору, свернул на первую лестницу и побежал вверх через две ступеньки. Наверху слепо устремился вперед по темным галереям, по неиспользуемым комнатам, по другим лестницам, пока не распахнул последнюю дверь и не оказался в башенной комнате.
Он подбежал к окну как раз в тот момент, когда карета проезжала мимо домика привратника и свернула на большак, лошади шли легко, бодрой рысью. Он стоял у окна, похолодев, глядя, как экипаж исчезает вдали, медленно, но все же быстро, слишком быстро, пока не превратился в черное пятнышко на дороге. Перевалив через гребень холма, он окончательно исчез из виду, а Рейберн все стоял и стоял, не в силах отойти от окна.
Наконец он повернулся и рухнул на ближайший диван.
Уехала. Уехала навсегда. Он схватил подушку с дивана, на которую она положила голову в ту первую ночь, и поднес к лицу, пытаясь различить запах лаванды. Но лавандой подушка не пахла. Рейберн откинулся на спинку дивана и устремил невидящий взгляд на длинную пустую дорогу. Пока карета не тронулась, Рейберн все еще не верил, что Виктория уедет. И только сейчас осознал, что никогда больше не увидит ее. В Лондон он не вернется. Не сможет вернуться. Друзья подумают, что он начнет играть в старые игры, потому встретить Викторию он мог разве что в гостиной какой-нибудь пожилой баронессы.
Это не повторится, а половинчатости он не желает. Если она не будет смотреть на него с той же жаждой в глазах, прикасаться к его руке с той же нежностью, говорить с ним с той же откровенностью и заниматься с ним любовью, тогда ему вообще ничего не нужно.
Он, шатаясь, вышел из комнаты и направился в апартаменты Генри. Зажег свечку, снял плащ, бросил на стул, сам сел на стул, стоявший рядом, и уставился на холодный камин.
Уехала. Уехала. Уехала. Это слово набатом звучало в ушах. Он представлял себе, как она мчится по дороге в темной карете. Ей не хотелось уезжать – он это ясно видел. Но сколько времени будет она сожалеть? День? Неделю? Пока не увидится с матерью или до первого приема в Лондоне? Год? Всегда?
Так долго, как будет сожалеть он?
Рейберн не знал, сколько времени просидел так. Свеча почти догорела, когда в дверь тихо постучали.
– Войдите! – крикнул он. Появилась миссис Пибоди с подносом.
– Вы сегодня не завтракали, ваша светлость, поэтому я принесла вам обед пораньше, – сказала домоправительница.– Неужели не завтракал? – удивился Байрон, снова устремив взгляд на камин. – Хорошо, я поем. И пусть сегодня вечером ко мне зайдет Фейн – я нашел новые записи, которые нам нужно просмотреть вместе.
– Хорошо, ваша светлость, – сказала миссис Пибоди и, держа поднос на одной руке, убрала со стола отвратительные безделушки, а потом поставила на него обед. Она повернулась, собираясь уйти. Байрон слышал, как дверь открылась, но не закрылась.
– Да? – спросил он тоном, не располагающим к разговору.
– Она славная девушка, ваша светлость, только это я и хотела сказать. Второй такой вам не найти.
С этими словами миссис Пибоди закрыла за собой дверь.
Байрон снял крышку с миски и принялся есть, засовывая пищу в рот и машинально пережевывая ее. Он вспомнил, как Виктория реагировала на простую пищу и на персиковый крамбль. Реакция была диаметрально противоположная.
Он положил нож и вилку, резко встал и в волнении стал мерить шагами комнату. Почему он не может выбросить ее из головы? Виктория, в конце концов, всего лишь одна из женщин. Ему нужно поесть, а затем просмотреть записи, которые он хотел показать Фейну. Но он осознал с ужасающей очевидностью, что любая строчка будет напоминать ему о ней.
Черт побери, сколько же времени понадобится, чтобы вновь обрести покой? Внезапно Рейберна охватил гнев, и это принесло ему облегчение. Потому что гнев был для него привычным состоянием. В конце концов у него есть право сердиться. Что о себе вообразила эта леди Виктория, перевернув весь его мир с ног на голову? Да, он пригласил ее – но в постель, а не для того, чтобы она вмешивалась в его жизнь. А потом исчезла!
Нет, он не даст ей уехать вот так. Ни за что!
Внутренний голос смеялся над ним, мол, его возмущение смехотворно, это лишь предлог погнаться за ней. Однако это Рейберн выяснит, когда догонит ее.
Герцог надел шляпу и плащ, обмотал лицо шарфом, выбежал за дверь и бегом спустился с лестниц.
Сколько времени прошло с тех пор, как она уехала? Два часа? Три? Не важно. Он нагонит ее в Лидсе, а может, и раньше.
Рейберн подумал о том, как выглядит. Не так ужасно, как три дня назад, но любопытных взглядов и шепота ему не избежать. Он плотно сжал губы. Если она полагает, что это может его остановить, ее ждет сюрприз.
Добравшись до парадного вестибюля, герцог услышал, что за окнами льет дождь. Тем лучше, мрачно подумал он и крикнул, чтобы ему седлали лошадь. Ответный крик раздался из недр замка, и мгновение спустя он услышал торопливый топот – это слуги сбегались на его зов. Одна из горничных, Пег, выбежала из бокового коридора и, заметив его, пошла неторопливым шагом.
– Миссис Пибоди велела узнать, не нужно ли вашей светлости чего-нибудь еще, – произнесла она, присев в реверансе.
– Только Аполлонию, под седлом и с уздечкой, – ответил герцог, мысленно добавив: «Я сам возьму то, что мне действительно нужно».
В замкнутом кузове кареты не было ощущения времени или пространства, только тряска и покачивание.
Она не переставала думать о происшедшем, о Байроне, о нем, скрывающемся в коридорах Рейберн-Корта, с каждым мгновением удаляющимся от нее. Даже внутри кареты, где не было точки отсчета, чтобы судить о скорости, она не могла убедить себя, что почему-то стоит на месте или ездит по кругу около поместья. Нет, она уезжает от него, и сама мысль об этом казалась ей невыносимой.
Виктория попыталась воскресить воспоминания о каждом мгновении, которое провела в обществе Рейберна, о каждом его слове, каждом взгляде, прикосновении, поцелуе.
Наверное, Виктория уснула, потому что, открыв глаза, поняла, что карета стоит на месте. Она выпрямилась, оправила платье. У нее не было даже времени надеть шляпку – дверца отворилась, загремела подножка лестницы. Виктория не сразу узнала вокзал в Лидсе, до которого от кареты было рукой подать. Эндрю стоял на мостовой, дождь капал с его шляпы, под навесом ждала Дайер со скрещенными на груди руками, очень смущенная.
Виктория надела шляпку и завязала ленты. Прошедшая неделя осталась воспоминанием, потому что никогда больше не повторится.
Она сжала челюсти и оперлась о руку Эндрю, потом неловко спустилась на землю и, пользуясь его плечом, как костылем, поспешила под дождем в объятия своей камеристки.
– Все в порядке, мисс? – спросил лакей.
– Да, спасибо, – ответила Дайер. Виктория не обращала внимания ни на нее, ни на него. До прибытия лондонского поезда оставалось три часа. Три часа ожидания, и она отправится в Рашворт, с каждым мгновением все больше удаляясь от Рейберн-Корта. Сердце у нее замерло, и она сжала руку Дайер.
– Как вы себя чувствуете, миледи? Знай я, что случится, ни за что не уехала бы.
– Я чувствую себя прекрасно. – Виктория повернулась спиной к карете, и Дайер оставалось лишь повернуться вместе с ней или отпустить ее.
Сквозь завесу дождя шел Эндрю, готовя карету к обратному пути. Он захлопнул дверцу, поднял подножку и сел на скамью кучера. Кучер, сгорбленный, в пропитанном маслом плаще, взмахнул кнутом, и карета тронулась в направлении Рейберн-Корта.
Туда, где остался ее любимый.
– Стойте! – крикнула Виктория.
Они не проехали еще и десяти ярдов, но ни кучер, ни лакей не обернулись.
– Вы что-нибудь забыли, миледи? – спросила Дайер.
– Стойте! – снова крикнула Виктория вслед удаляющемуся экипажу, вырвалась из рук Дайер и заковыляла вперед, боль пронзила лодыжку, и у нее перехватило дыхание. Она схватилась за железный столб коновязи, и Дайер бросилась к ней.
– Миледи!
– Остановите карету! – приказала Виктория. – Чего бы это ни стоило, остановите!
Все еще держась за столб, она смотрела, как Дайер побежала по улице, крича и размахивая пухлыми ручками. Эндрю обернулся, и по его знаку кучер остановил упряжку. Дайер подбежала к карете и указала на Викторию. Карета медленно повернула, подъехала к вокзалу и остановилась. Виктория снова глянула на часы. Времени ей хватит. Должно хватить. А если не хватит, ничего страшного – она подождет еще несколько часов до следующего поезда.
Виктория послала мысленное сообщение матери, умоляя простить ее. Расправила плечи и повернулась к Эндрю, который вопросительно смотрел на нее.
«Я еду, Байрон. Я еду, чтобы сказать тебе то, что должна была сказать несколько дней назад».
Полдень. Уже почти полдень. Куда утекло время?
Байрон сунул обратно карманные часы, промчался мимо домика привратника, рванул по дороге, жалея, что не может потребовать от Аполлонии чего-то большего, чем легкий галоп. Но между Рейберн-Кортом и Лидсом сорок миль, а менять лошадей по дороге негде.
Если Аполлония потеряет подкову, если выглянет солнце, если дорога станет хуже... Страх охватил Рейберна, но он прогнал его прочь.
Рейберн наклонил голову, прячась от холодного дождя, бьющего в лицо, не сводя глаз с размокшей дороги с глубокими свежими колеями, которые вели его к цели. Копыта Аполлонии выбрасывали комья грязи на ее черные бока и подол его длинного серого плаща. Ноги у него стыли от холода, вода затекала внутрь низких мягких ботинок, не предназначенных для верховой езды.
Уэдерли – он почти не заметил поворота и бледного испуганного парнишку, который отскочил от лошадиных копыт, когда Рейберн промчался мимо. Теперь он не чувствовал своих кистей, потому что лайковые перчатки промокли насквозь, не ощущал и лица – хороший знак, если бы он мог обратить на это внимание, но все его внимание было сосредоточено на дороге.
Он не знал, сколько проехал миль, и не хотел думать о неудаче. Секунды сливались в минуты, казалось, время остановилось.
Подвешенный в этом бесконечном мгновении, Рейберн едва не свалился с седла, когда Аполлония внезапно отпрянула в сторону. Одной рукой он вцепился в луку седла, а другой натянул узду. Лошадь гарцевала, описывая узкий круг, закидывая голову и раздувая ноздри; поскакав дальше, он заметил черную карету, остановившуюся у дороги, дверца кареты распахнулась, а он снова устремил взгляд на дорогу. Но вдруг заметил кучера и лакея и, выругавшись, повернул лошадь вспять.
– Где мы? – спросил он, расстегивая плащ окоченевшими от холода пальцами и вынимая карманные часы. – И как давно оставили леди Викторию?
Он готов был поклясться, что не мог нагнать карету раньше чем через полчаса, не здесь, а гораздо дальше. И тут он услышал голос:
– Они не оставляли меня.
Сердце у Рейберна замерло. Страх, радость, гнев охватили его. Не может быть, подумал Рейберн, но тут увидел мертвенно-бледное лицо Виктории, выглянувшей из дверцы.
– Вам не стоило ехать за мной. В любой момент дождь может прекратиться, а ваши ожоги еще не прошли. – Виктория нахмурилась.
– Вы уехали. Что мне оставалось делать, по-вашему? Сидеть сложа руки? Ведь вы забрались в мою голову, под мою шкуру, а потом как ни в чем не бывало сбежали! – Байрон спрыгнул с седла и сердито смотрел на Викторию, стоя в дверцах кареты.
Красные пятна появились на скулах молодой женщины, но сразу же исчезли.
– Вы дурак… Вы проклятый слепой дурак. – Она говорила тихо, качая головой, и Байрон внезапно почувствовал себя нашкодившим мальчишкой. – Все должно быть не так. – Она посмотрела на него, ее серые глаза были мокрые, но ясные. – Я люблю вас. Уверена, вы это знаете. Но я не могла уехать, не сделав вам признания.
– Вы вообще не можете уехать, – резко ответил он. – Я вас не отпущу. Вы должны быть рядом со мной, а не в скандальном Лондоне. Скакать по верещатникам каждый день; обожать маленьких мерзких собачонок; заниматься реформированием одежды и открывать двери дома перед каждым агитатором-чартистом – не важно, что вы будете делать. Только не оставляйте меня. Видит Бог, я не вправе требовать этого, – голос его сел, – но ничего не могу с собой поделать.
– Что вы говорите? – Голос у Виктории дрожал, но она взяла себя в руки и вздернула подбородок. – Моя мать больна. Я должна ехать к ней.
Он сжал кулаки.
– Я говорю не о поездке к матери, черт побери. Могу ли я выразиться яснее? Я не могу без вас жить. Не знаю, как это называется, но если это не любовь, то, что тогда? Перестаньте смотреть на меня, задрав ваш аккуратный носик, и скажите, что выйдете за меня замуж, иначе я покончу с собой.
Виктория покачала головой, изумленно глядя на него. С ее мерзкой шляпчонки стекала вода. Его яростный натиск стих перед этим безмолвным ответом, сердце у него упало. Но тут Виктория поднялась и со сдавленным криком бросилась к нему.
Рейберн привлек ее к себе, чтобы она не поскользнулась и не упала. Виктория обвила его шею руками, сдвинула на нем шляпу, пригнула его голову, губами нашла его губы и поцеловала. Порывисто, требовательно, страстно. Голова у него пошла кругом, губы его раскрылись под давлением ее языка, а она вкушала его, дразнила, любила и обжигала своей страстью. Наконец она отстранилась от него, запрокинула голову и рассмеялась. Даже в своих траурных тряпках она выглядела моложе и была прекрасна, как ни одна женщина в мире.
– Означает ли это согласие? – осведомился он.
– Да, да, да! – воскликнула Виктория, обратив к нему лицо. – То, что я собираюсь сделать, непростительная глупость с моей стороны, но вряд ли я когда-нибудь в ней раскаюсь.
Его охватил восторг, но в восторг вклинился здравый смысл.
– Вы знаете, что моя болезнь неизлечима. – Его голос звучал хрипло. – Я позволю Меррику терзать меня тысячей его бесполезных лекарств ради вас, но надежда слабая, очень слабая. Вы обрекаете себя на жизнь в темноте.
– Нет, – сказала она, приложив ладонь к его щеке, а другой продолжая обнимать за шею. – Толстые занавеси можно раздвинуть и задвинуть. Но даже если то, что вы сказали, правда, мне все равно. Вы – мое солнце. И другого мне не нужно.
Тогда в нем разорвалось нечто темное и ужасное, что-то так глубоко укоренившееся в собственной старой твердой горечи, что он не ощущал этого отдельной частью себя до того момента, когда это нечто разрушилось. И ощущение сладостного утешения хлынуло в пустоту, оставшуюся, когда это нечто исчезло; у него захватило дух.
– Вы моя, Виктория. Навсегда моя!
Он поцеловал ее, привлек к себе и выпил капли дождя с ее губ, и эта влага смешалась с соленой влагой слез, его или ее – не имело значения.
Ее губы были горячими, зовущими, настойчивыми, пьянящими. Ее пальцы запутались в его волосах, а ему страстно хотелось целовать ее, ощущать ее влажную плоть, вытащить шпильки из ее волос, чтобы их светлые волны окутали его и только его.
Удар ее перевязанной лодыжки о его ногу вернул герцога к действительности, и он со вздохом отодвинулся.
– Наша помолвка не означает, что вы не нужны вашей матушке.
– Разумеется, – согласилась Виктория, посерьезнев. – Мне нужно успеть на поезд. Но клянусь, что приеду к вам, как только смогу, и напишу заранее, чтобы вы предупредили священника.
Мысль о том, что придется отпустить ее, пусть даже на самое короткое время, причинила ему страдания. Но он преодолел боль и ответил с такой же легкостью:
– Если мне покажется, что вы задержались хотя бы на минуту дольше, чем необходимо, я поеду за вами и потребую, чтобы вы выполнили свое обещание в ближайшей церкви – будь то диссидентский, квакерский или католический храм.
– Даже в Лондоне? – Она выгнула бровь, и улыбка заиграла в уголках ее рта.
Он сжал ее в объятиях.
– Особенно в Лондоне, Цирцея. Особенно в Лондоне.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Искушение ночи - Джойс Лидия



Великолепно!
Искушение ночи - Джойс ЛидияОксана
28.07.2012, 1.33





роман - просто великолепный, нет слов! не первый прочитанный мною роман этого автора, также понравился роман "Шёпот ночи", Лидия Джойс - прекрасная писательница, её романы интересны в первую очередь своими приключенческими сюжетными линиями, постоянными действиями и тайнами, которые прослеживаются через весь сюжет. Отдельная похвала её героям - женщины, которые не лишены характера и конечно же страстные мужчины...
Искушение ночи - Джойс ЛидияАнжелика
12.08.2012, 20.21





Роман интересный, нестандартный. Последняя сцена с признаниями без обычных банальностей, присущим множеству лр, от этого кажется более живой и правдоподобной.
Искушение ночи - Джойс Лидиякуся
9.11.2012, 10.48





Поставила 10-ку, мне понравилось, но, как будто чего-то не хватает.
Искушение ночи - Джойс ЛидияAnna
12.11.2012, 8.55





Достаточно скучный роман. Можно прочесть первую главу и перелиснуть сразу на 17-ую. Очень мало действия и очень много разговоров и раздумий. Он подумал, она подумала, они подумали и бла бла бла в том же духе.
Искушение ночи - Джойс ЛидияChazrnet
25.11.2012, 19.59





Как бывший врач подтверждаю, что такое заболевание есть. Достаточно редкое, мучительное, но наследственное. Надеюсь, что у ГГ не будет детей. Нечего им страдать.
Искушение ночи - Джойс ЛидияВ.З.,64г.
2.12.2012, 15.59





Роман очень понравился. Сюжет очень жизненный, диалоги героев просты и интересны. В романе нет фантастического приключения с похищениями и громкими словами любви... Здесь все очень жизненно. Главные герои прекрасны. Всем советую прочитать. Редко встретить такую неповторимую книгу . Моя оценка 10.
Искушение ночи - Джойс ЛидияИриска
3.09.2013, 1.52





Действия героев порой очень нелогичные, такое ощущение, что автор старается найти оправдание действиям герцога в его прошлом, постоянно подчеркивает, что ему во всем не везёт : ни в дружбе, ни в любви, ни вделах; все его бросают-друзья, женщины, арендаторы, слуги... Чего-то не хватает и неприятно, что роман оканчивается на минорной ноте, очень грустный аккорд
Искушение ночи - Джойс ЛидияItis
28.09.2013, 14.28





Очень хороший роман!!Рекомендую, за душу берет, не пожалеете!
Искушение ночи - Джойс ЛидияВалентина
1.04.2014, 10.40





Наконец-то я нашла этот роман, читала давно,запомнился сюжет. Оценки высокие. С удовольствием прочитаю снова)))
Искушение ночи - Джойс ЛидияСаманта
6.05.2014, 13.29





Слышала про эту болезнь, но впервые прочитала про то, что чувствует при этом пациент. Книгу стоит прочитать, хотя бы потому, что в ней есть что-то новенькое.
Искушение ночи - Джойс ЛидияЮлия...
8.05.2014, 7.56





Неплохой романчик, вполне можно почитать. Одно только непонятно, зачем герой создает сам себе такие сложности... Если он может выходить на улицу когда облачно, дома совершенно незачем жить в полном мраке, козырьки на окна и занавески вполне решат проблему, и на улице поскольку все равно все тело закрыто одеждой, открыто только лицо - вполне мог бы носить маску, что-то вроде балаклавы... ну да, прослыл бы чудаком, но лучше так чем отшельничество.
Искушение ночи - Джойс ЛидияЕлена
26.03.2015, 14.44





Миленько, легонько, местами эротично.
Искушение ночи - Джойс ЛидияКирочка
3.05.2015, 19.32





Прочитала с удовольствием.Чисто по-человечески - замечательный . 10.
Искушение ночи - Джойс ЛидияЛюбовь М.
4.05.2015, 18.18





Классс!
Искушение ночи - Джойс Лидиянина
7.05.2015, 16.11





Классс!
Искушение ночи - Джойс Лидиянина
7.05.2015, 16.11





Замечательный роман! Читала с удовольствием.
Искушение ночи - Джойс ЛидияГулия
9.05.2015, 9.22





роман на любителя. мне не понравился 6 балов.
Искушение ночи - Джойс Лидиятату
7.06.2015, 17.45





Скучно было.
Искушение ночи - Джойс ЛидияО.
8.11.2015, 22.48








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100