Читать онлайн Соперник, автора - Джойс Бренда, Раздел - Глава 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Соперник - Джойс Бренда бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.96 (Голосов: 106)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Соперник - Джойс Бренда - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Соперник - Джойс Бренда - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Джойс Бренда

Соперник

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 1

Эшбернэм, Западный Суссекс, 1760 год
Она замерла на террасе, залитой лунным светом, и ей вовсе не хотелось возвращаться в дом. Стояла прохладная июньская ночь. Легкий ветерок овевал ее обнаженные руки, ласково играл непослушными светлыми кудрями, выбившимися из замысловатой прически…
Из гостиной доносились нежные звуки клавесина, там собрались гости. Дверь на террасу была приотворена, и присутствующие в любой момент могли выйти в огромный сад возле дома. Сам дом был выстроен всего десять лет назад и являл собой внушительное каменное здание с ионическими колоннами, множеством балкончиков и замысловатым фронтоном. Каменная лестница вела с террасы прямо в цветущий сад, переходивший в огромный парк, где водились олени.
Внезапно мелодичные аккорды клавесина разорвал неприятный диссонанс. Очевидно, исполнитель, игравший на этом чудесном музыкальном инструменте, допустил ошибку. Наступила неловкая тишина, и именно в этот миг Оливия вдруг почувствовала, как в воздухе разливаются волны страха, боли и отчаяния…
Оливия поспешно закрыла глаза. Тем временем музыкант продолжил свою игру, теперь уже безошибочную, но лишенную того блеска, который присущ одаренным от природы людям.
Весь день, ожидая гостей, Оливия чувствовала непонятный страх, словно прибытие мужа и его друзей должно было принести в дом какое-то несчастье. Теперь у нее ломило виски…
Пока что ничего ужасного не произошло. Наверное, на этот раз интуиция обманула ее, она просто боялась приезда мужа.
В этот момент Оливия ненавидела свой дар предвидения, ей хотелось быть такой же, как все, обычной, нормальной.
Она знала, что должна вернуться к гостям мужа, Арлена. Усилием воли заставляя себя двинуться к гостиной, она стала придумывать благовидные предлоги, под которыми ей можно было удалиться отсюда и подняться наверх, в спальню Анны, чтобы проверить, не погасли ли свечи у ее изголовья. Накануне глупая служанка, молоденькая ирландка, не заметила, как догорели и погасли свечи, а потом еще спорила с ней, Оливией, доказывая, что ребенок должен спать в полной темноте. Этого не случилось бы, если бы гувернантка Анны, мисс Чайлдс, не уехала на несколько дней к родителям.
Должно быть, сегодня свечи в спальне Анны горели тихим ровным пламенем и девочке снились счастливые сны про пятнистых пони, про кукольный спектакль и засахаренные сливы, которые они ели на ярмарке на прошлой неделе.
Оливия горячо надеялась, что ее восьмилетняя дочь не унаследовала от нее редкий дар предвидеть будущие события. Думать даже не надо об этом!
Собравшись с духом, Оливия направилась к гостиной. Скоро Арлен снова вернется в Лондон, и они вместе с дочерью станут жить просто и уединенно.
На ней было прекрасное шелковое платье пастельных тонов. Широкая пышная юбка на кринолине подчеркивала ее тонкую талию; на шее и в ушах сверкали жемчуга и бриллианты, с явной неохотой подаренные ей мужем несколько лет назад. Миновав каменную чашу фонтана, Оливия вошла в роскошно убранную гостиную, где собрались гости ее мужа.
Сидевшая за клавесином молоденькая девушка не прервала игры. Ее напряженная поза свидетельствовала о том, что ей очень не нравилось выступать на публике. Зато на Оливию с любопытством взглянула сестра мужа, Элизабет, одна из писаных красавиц высшего света. Ей было отлично известно, что невестка чувствовала себя не в своей тарелке в подобных компаниях, и потому ее сейчас обуревало смешанное чувство жалости и презрения к ней.
Когда Элизабет Вентворт приезжала в Эшбернэм, все обязанности хозяйки дома она немедленно брала в свои руки. Впрочем, Оливию это нисколько не волновало, хотя золовка вела себя порой совершенно невыносимо.
Едва серые глаза Оливии встретились с холодным взглядом голубых глаз Элизабет, как у нее уже в который раз за все девять лет своего не слишком счастливого замужества возник вопрос, что же такого она сделала своей золовке, что та столь откровенно ее невзлюбила. Оливия всегда старалась быть как можно приветливее с сестрой Арлена, но в последнее время избегала ее, словно опасную и заразную болезнь. Впрочем, без особого труда, поскольку Элизабет терпеть не могла жить в деревне, а Оливия – в городе.
Сидевшая за клавесином Сьюзен Лейтон закончила пьесу. Оливия опустилась в небольшое, отделанное позолотой кресло рядом с мужем. Публика разразилась аплодисментами. Сьюзен повернулась к публике, и Оливия, аплодировавшая громче других, заметила необычную бледность светловолосой семнадцатилетней девушки.
– Браво! – воскликнула она, чтобы подбодрить молоденькую музыкантшу, мысленно восхищаясь ее мужеством.
Сьюзен благодарно посмотрела на Оливию, потом грациозно присела. На ее щеках заиграл яркий румянец.
– Не правда ли, она превосходно играет! – просиял сэр Джон Лейтон, крупный мужчина с тяжелым подбородком. Его объемистый живот не скрывал даже просторный бархатный камзол. Напудренный по тогдашней моде парик сидел на его голове как-то криво. Пухлые щеки горели. Он был простым пивоваром, десять лет назад возведенным в ранг рыцаря с присвоением звания сэра за оказание неких важных услуг королевской семье. Он сумел сколотить такое значительное состояние, что мог бы купить несколько таких роскошных поместий, как Эшбернэм. Во всяком случае, так сказал жене Арлен.
Несмотря на свое низкое происхождение и вечно съезжавший набок парик, сэр Джон очень нравился Оливии, потому что у этого грузного пивовара было поистине золотое сердце. Она отлично знала, что Арлен лишь притворялся другом сэра Джона, но пока не понимала, зачем этот доверчивый толстяк понадобился ее мужу.
– Действительно превосходно! – с легкой иронией отозвалась Элизабет.
Мать Сьюзен, леди Лейтон, миниатюрная привлекательная женщина, чем-то походила на птичку. Она постоянно нервно улыбалась, вертела во все стороны головой, и едва ли произнесла за весь вечер хотя бы с десяток слов.
Рядом с ней сидел Генри Уэнтворт, маркиз Хоутон.
Вдвое ниже и вдвое же толще сэра Джона, он крепко спал в своем удобном кресле. Его ноги чудовищно распухли от подагры и едва помещались в широких туфлях с большими пряжками. Элизабет громко щелкнула своим японским веером, и маркиз, испуганно вздрогнув, проснулся.
– Милорд, хотите, теперь я сыграю на клавесине? – нараспев произнесла Элизабет, вставая с места.
Арлен внезапно схватил Оливию за руку и, наклонившись к ней, раздраженно прошептал:
– Где ты была?
Оливии было по-настоящему больно, но она не подала виду и даже не попыталась отдернуть руку.
– Выходила подышать свежим воздухом, – тихо произнесла она в ответ.
Гости, не замечая супружеской перебранки, продолжали громко обсуждать музыкальные способности Сьюзен Лейтон. Но вот за инструмент грациозно села Элизабет, всем своим видом выражая полную уверенность в успехе.
– Ты всегда куда-то уходишь, когда в доме гости, – приглушенно прорычал Арлен. – Так не годится! Я бываю в этом доме всего раз в год и живу здесь не дольше двух месяцев! Могла бы вести себя полюбезнее!
Оливия заставила себя улыбнуться мужу, радуясь тому, что эти два месяца уже подходили к концу.
– У меня ужасно разболелась голова, милорд, – потупилась она.
Граф Эшбернэм гневно посмотрел на жену. Стройный, темноволосый и красивый, как и его сестра, он, повинуясь веяниям моды, не носил парика, но сильно пудрил волосы, завитые и уложенные в букли. Оливия знала, что лондонские дамы были без ума от ее мужа и что он часто менял любовниц. Теперь у него на содержании была актриса-француженка, говорят, даже беременная от него. Однако все это нисколько не волновало Оливию. Она была бы счастлива вообще никогда не видеть своего мужа. И даже молила небеса о том, чтобы любовница Арлена родила ему сына и чтобы граф наконец оставил их с Анной в покое.
– У тебя снова эти дурацкие предчувствия? Тебе опять снятся вещие сны? – с холодной злобой поинтересовался Арлен.
Оливия судорожно сглотнула.
– Нет, милорд, – солгала она, – это… это недомогание давно прошло.
Граф Эшбернэм продолжал смотреть на нее с нескрываемым отвращением, граничившим с самой настоящей ненавистью.
Такие отношения между супругами существовали не всегда. Оливии было всего шестнадцать, когда ее выдали замуж за графа Эшбернэма. Вспоминая девичество, она никак не могла поверить в то, что была такой наивной и доверчивой. Ах, как быстро все изменилось к худшему! С самого начала Арлен не питал особой любви к своей юной супруге, но когда он узнал о ее необычном даре предвидения, а это произошло еще до рождения дочери, то и вовсе охладел к ней, и между супругами навсегда установились отношения жертвы и палача.
Не выдержав взгляда мужа, Оливия опустила голову.
Наконец он отвернулся от нее, поправил кружевную манжету, выбившуюся из-под рукава бирюзового камзола, и его сапфировый перстень-печатка ярко сверкнул в свете хрустальных люстр.
– Прошу у тебя самую малость, – грозно прошептал он жене, – пусть твои предчувствия навсегда останутся лишь предчувствиями, и всего лишь. Иначе…
Оливия покорно кивнула, сложив руки на коленях. Сейчас ей как никогда хотелось покинуть гостиную и подняться наверх, в спальню дочери, но теперь этого сделать нельзя. Что бы сказал или сделал Арлен, если бы вдруг узнал, какие дурные предчувствия мучили ее сейчас?!
Горько задумавшись, Оливия случайно перевела взгляд на Сьюзен, тихо беседовавшую о чем-то со своей матерью. Она выглядела совершенно потерянной и какой-то несчастной.
От нее исходили волны страха и отчаяния. Оливия почувствовала это еще утром, когда только познакомилась с молоденькой девушкой. Оливии искренне хотелось помочь ей, но как? Что служило причиной ее несчастья?
Внезапно Сьюзен посмотрела на Оливию, словно почувствовав на себе ее взгляд, и Оливия ободряюще улыбнулась. Ей надо поближе познакомиться с девушкой, чтобы предотвратить катастрофу. Непонятно, откуда в ней взялась такая уверенность в грядущем несчастье, но интуиция никогда не подводила ее. Предвидение будущих событий возникало в мозгу Оливии само собой. Оно всегда бывало точным, но неясным в отношении деталей.
Ее раздумья были прерваны словами Арлена:
– Элизабет собирается играть на клавесине. Моя сестра великолепно владеет этим инструментом, а голос просто не поддается описанию!
– Да-да, – поспешно закивал маркиз, – моя жена во всех отношениях неподражаема!
Элизабет восприняла комплименты как должное, грациозно склонив головку.
– О да, мы наслышаны о многочисленных талантах леди Хоутон! – экспансивно воскликнул сэр Джон. – Прошу вас, миледи, сыграйте что-нибудь!
Его любезные слова внезапно закончились громким иканием, что испортило все впечатление.
Оливия добродушно улыбнулась сэру Джону.
Элизабет тоже выдавила милостивую улыбку и взяла первый аккорд. Она и вправду великолепно владела инструментом, во всяком случае, гораздо лучше несчастной Сьюзен Лейтон. Нежные мелодичные звуки наполнили гостиную.
– Ах, как это прекрасно, – вздохнул сэр Джон, но по его взгляду Оливия поняла, что эти слова относились не столько к музыке, сколько к самой Элизабет, сидевшей за клавесином. Маркиз, муж Элизабет, снова задремал.
И тут Оливия услышала детский крик! Он настолько отчетливо прозвучал у нее в ушах, что она невольно вскочила с места.
Сидевшая к ней спиной Элизабет продолжала играть, а все остальные уставились на Оливию, словно та сошла с ума. Только теперь она поняла, что, кроме нее, никто больше не слышал крика Анны. Девочка кричала и звала маму, потому что свечи в спальне опять погасли.
– Что-то случилось, леди Эшберн? – озабоченно спросил сэр Джон, тоже поднимаясь из своего кресла.
– Ничего не случилось, – холодно возразил Арлен, вставая и беря жену за руку. – Сядьте, миледи!
В его голосе явственно прозвучала угроза.
Но Оливия не подчинилась приказу.
– Арлен! Милорд… мне необходимо подняться наверх…
– Я велел вам сесть, миледи! – категорически произнес Арлен.
– Там погасли свечи, – начала было объяснять Оливия и тут же осеклась, увидев в глазах мужа бешеную ярость. На какое-то мгновение ей почудилось, будто он сейчас ударит ее по лицу, забыв о том, что они не одни.
Арлен никогда никому не говорил, что у него есть маленькая дочь. Фактически о существовании Анны никто не знал.
– Ах вот вы о чем! – подошла к ним, шурша юбками, Элизабет. – Ты все еще нянчишься с ней, словно с младенцем? – обратилась она к Оливии. – Бог мой, неужели она все еще спит при свечах? Оливия, дорогая, ты не должна позволять несмышленому ребенку диктовать свои условия! Ты слишком балуешь Анну, так ты совсем ее испортишь!
Арлен многозначительно поглядел на сестру.
– Продолжай играть, Элизабет, – тихо сказал он.
Та, недоуменно пожав плечами, уже повернулась, чтобы отойти, но тут заговорила Оливия. Она редко вступала в споры со своей золовкой, но теперь с трудом сдерживала гнев:
– А сколько детей у тебя, Элизабет?
Голубые глаза золовки внезапно расширились и потемнели.
– Если принять во внимание состояние здоровья твоей дочери, Оливия, отсутствие детей следует считать удачей, – язвительно проговорила она.
Оливию захлестнула волна слепой ярости, и она чуть не вцепилась ей в волосы. Столь несвойственная ей ненависть теперь пульсировала у нее в висках!
– Анна заслуживает гораздо больше любви и внимания, чем я могу ей дать, – тихо проговорила Оливия, стараясь держать себя в руках.
– В доме есть ребенок? – полюбопытствовал сэр Джон. – Извините, но я невольно подслушал ваш разговор. Ребенок – это Божье благословение, зачем делать из этого тайну? Арлен, значит, у вас и леди Эшберн есть маленький ребенок?
Взглянув на сэра Джона, Арлен так ничего и не ответил ему.
Оливия нервно облизнула губы, зная, что расплата за все это падет на ее плечи, хотя она ни в чем не виновата… или все-таки виновата?
– Вряд ли это можно назвать тайной, – пробормотала она наконец.
– У вас дочка? – продолжал любопытствовать сэр Джон.
– Да, – коротко выдохнул Арлен.
Оливия взглянула на мужа, потом на едва скрываемую мстительную улыбку Элизабет, теребившую в руках веер.
– Нашей дочери недавно исполнилось восемь, – чуть хрипло сказала Оливия.
– Уже восемь? – изумился сэр Джон. – А я и не подозревал об этом… Странно. Впрочем, будь у вас сын, об этом давным-давно всем было бы известно, не так ли?
От его обычной любезности не осталось и следа, и в глазах появился огонек подозрения, смешанного с осуждением. Сэр Джон был далеко не глупым человеком.
– Это вовсе не тайна, сэр Джон, – поспешил загладить неловкость Арлен. – Просто мне казалось, разговор о маленьких детях вряд ли может быть интересным в компании.
Арлен заметно покраснел, на лбу у него выступила испарина.
– Так ступайте же наверх, миледи, – повернулся он к Оливии, и его глаза грозно сверкнули, обещая ей скорую расправу за все, что ему пришлось вытерпеть по ее милости.
Расстроенная Оливия извинилась перед гостями и поспешно вышла из гостиной. Арлен стыдился своей дочери, и Оливия никак не могла простить мужа за это. Уходя, она поймала на себе довольный взгляд Элизабет.
Боль пульсировала в висках Оливии, когда она чуть ли не бегом взлетела вверх по лестнице. Детская находилась на третьем этаже. На этом же этаже спала и сама Оливия, когда мужа не было дома. Подходя к детской, она услышала тихий плач Анны. Комната была вся освещена оранжевым пламенем свечей.
У постели ребенка сидела служанка-ирландка. На необычно бледном лице девочки ярко выделялись веснушки. Когда в детскую вошла Оливия, служанка вскочила на ноги.
– Прошу прощения, мадам, – пробормотала Меган, не глядя на хозяйку.
– Мама! – тут же воскликнула Анна, протягивая руки навстречу Оливии. Глаза были такого же светло-серого цвета, как и у матери. Широко раскрытые, они ничего не видели: Анна была слепой от рождения.
Подбежав к дочери, Оливия обняла ее и прижала к своей груди. Потом взглянула на молоденькую ирландку, нервно переминавшуюся с ноги на ногу у двери.
– Ты снова не уследила за свечами! – укоризненно произнесла она, мысленно благодаря небеса за то, что мисс Чайлдс должна была уже скоро вернуться.
– Зачем слепому ребенку свечи? – начала было оправдываться глуповатая ирландка.
– Ступай прочь, – оборвала ее Оливия, крепко прижимая к себе дочь. Она не могла объяснить, почему совершенно слепая Анна ужасно боялась ночной темноты и всегда просила оставлять на ночь в детской хотя бы одну горящую свечу. – Не надо плакать, милая, все уже позади, свечи снова горят, – ласково пробормотала Оливия, гладя дочь по головке.
– Прости, мамочка, – в последний раз всхлипнула Анна, – я не хотела причинять тебе беспокойство… Прости, я такая трусиха…
– Ты вовсе не трусиха! Наоборот, ты невероятно храбрая девочка! – шепотом возразила ей Оливия, продолжая гладить черные как смоль волосы Анны, заплетенные в одну длинную косу. – Другой такой храброй девочки я не знаю.
Оливия закрыла глаза, не позволяя непрошеным слезам скатиться по щекам. Она вспомнила ненавидящие глаза Арлена…
– Почему же я так боюсь спать в темноте? – жалобно пролепетала Анна.
– Многие люди спят при свете, – задумчиво ответила Оливия. Если ее маленькая дочка боялась ночной темноты, не означало ли это, что она с такой же силой боялась и темноты, в которой ей приходилось пребывать постоянно из-за своей врожденной слепоты? Сердце Оливии разрывалось от горя. Еще крепче обняв девочку, она стала баюкать ее.
– Мамочка, не надо печалиться, – неожиданно пробормотала Анна и, отстранившись от матери, пытливо взглянула на нее, словно хотела по-настоящему увидеть ее лицо. Оливия смотрела в большие красивые и, увы, слепые глаза дочери и знала, что они понимают друг друга без слов…
– Больше не буду, – прошептала она, едва заметно улыбаясь.
– Папа сердится? – неожиданно спросила Анна.
– Ничего страшного, детка, я все уладила, – торопливо проговорила Оливия, внутренне обомлев от недетской проницательности и невероятной чувствительности дочери. Теперь ей стало окончательно ясно, что она унаследовала ее дар. Но, будучи всего-навсего восьмилетней девочкой, Анна еще не понимала этого. – Через два дня папа уедет в Лондон, – сказала Оливия. – Нам с тобой не о чем волноваться. Когда он уедет, мы снова будем устраивать пикники на берегу озера каждый день! Будем вместе читать книги, собирать ягоды и цветы… Мы будем снова свободны!
Анна молчала.
– Что с тобой, детка? – встревожилась Оливия.
– Что, если он узнает? – тихо произнесла девочка.
Оливия напряглась всем телом.
– Он никогда не должен узнать об этом, Анна, и не узнает, если мы с тобой будем осторожны. Обещай мне, что всегда будешь очень осторожна в его присутствии!
– Обещаю, – сонно кивнула Анна, укладываясь на подушки.
Но Оливия никак не могла успокоиться. Неизвестно, как отреагирует Арлен, узнав, что и его дочь, как и ее мать, обладает проклятым даром ясновидения.


Среди ночи Оливия вдруг проснулась, словно ее окликнули. Ей послышался чей-то тихий горестный плач… Неужели ей приснилось? Нет, теперь она наверняка могла сказать, что слышит жалобный женский плач. Оливия медленно села в постели. В ее спальне царила кромешная тьма, потому что перед сном она погасила все свечи, не оставив даже ночника. Оливия знала, что услышать плач из гостевых комнат, расположенных в другом конце коридора, было совершенно невозможно. Тогда кто же плакал в доме? Или ей все это только приснилось?
Похолодев от дурных предчувствий, она откинула в сторону одеяла и замерла, прислушиваясь. В ее ушах снова раздался тихий жалобный плач… Теперь Оливия узнала этот голос. Это плакала… Сьюзен! В этом не было никаких сомнений!
Оливия поспешно зажгла свечу и накинула на себя легкий батистовый пеньюар. Страх неотвратимо надвигающейся беды, терзавший ее с самого утра, охватил ее с новой силой. Сконцентрировавшись на своих ощущениях, она вдруг отчетливо осознала, что где-то совсем рядом ходит… смерть!
Оливия замерла на месте, не в силах пошевельнуться от ужаса, леденившего душу. Кто же должен умереть? Неужели эта молоденькая девушка, Сьюзен Лейтон?!
Босиком подойдя к двери, Оливия приоткрыла ее и выглянула в коридор. У нее бешено колотилось сердце. Дубовая дверь спальни мужа была плотно закрыта. Скорее всего он давно уже крепко спал. Оливия прислушалась. В ее ушах продолжал звучать женский плач, но она никак не могла определить источник жалобных рыданий. Во всяком случае, Сьюзен плакала не в тех комнатах, которые были отведены ей и ее родителям.
Оливия вдруг снова остро ощутила близкое дыхание смерти, и страх парализовал ее, приковав к месту. Почему Анна ничего не сказала ей? Ведь ее дар ясновидения был гораздо сильнее.
Оливия снова бросила взгляд на закрытую дверь в спальню Арлена. Если сейчас он проснется и застанет ее здесь, утром ей несдобровать. Но она должна непременно найти Сьюзен, которой грозила неминуемая смерть!
Оливия решительно направилась в конец коридора, все явственнее слыша плач.
Тут послышались чьи-то легкие шаги, и Оливия замерла на месте. К ней чуть ли не бежала Анна. Она не издавала ни звука, но по ее щекам текли слезы.
Первой мыслью Оливии было, что в детской снова погасли свечи, и на какое-то мгновение тревога за Сьюзен отступила на второй план. Она бросилась навстречу дочери, раскрыла ей свои объятия и крепко прижала к себе. Потом она поспешно увела Анну к себе в спальню и плотно притворила дверь.
– Мамочка, мы должны помочь ей! – прошептала Анна, схватив Оливию за руку. – Она умрет, если мы ей не поможем!
Анна тянула мать к двери.
– Мамочка, пожалуйста! Я видела, она умрет без нашей помощи!
– Кто умрет? Сьюзен?
– Да, – кивнула Анна, – она ушла на озеро…
Внезапно перед мысленным взором Оливии предстала ужасная картина – хрупкое девичье тело плавало в темной воде лицом вниз, вокруг него пузырями вздувалось широкое белое платье из тонкого муслина…
– Оставайся здесь, в моей спальне! – велела она дочери.
– Нет! – встрепенулась Анна. – Не оставляй меня одну!
Взглянув на дочь, Оливия заметила, что та прекратила плакать. Значило ли это, что Сьюзен была уже мертва? Времени на размышления не оставалось: Оливия взяла дочь за руку, они поспешно вышли из спальни и сбежали вниз по лестнице. Быстро преодолев огромный вестибюль, они выскочили из дома. Озеро находилось в четверти мили отсюда, как же им успеть туда, чтобы предотвратить трагедию?
– Бежим! – воскликнула Оливия.
И они побежали. Тропинка была хорошо утоптанной и сухой, но время от времени под ноги им попадались сучья и острые камешки. К счастью, на небе ярко сияли звезды, луна освещала дорогу. Бегом поднявшись на холм, они остановились, чтобы перевести дыхание. Внизу Оливия увидела озеро и неясную светлую фигурку на берегу. В следующую секунду она стала медленно входить в воду, все больше удаляясь от берега.
– Нет! – закричала Оливия. Выпустив руку Анны и подобрав длинный подол ночной рубашки и пеньюара, она изо всех сил помчалась вниз по склону. Подвернув ногу, Оливия почувствовала острую боль в щиколотке, но не остановилась. Она задыхалась от непривычно быстрого бега, легкие горели… Сьюзен уже успела погрузиться в черную блестящую воду по самую грудь. Еще секунда, и ее голова скрылась под водой!
Вскрикнув, Оливия с разбега бросилась в озеро. Намокшая одежда сильно затрудняла движение. Когда вода дошла ей до подбородка, она опустила голову в воду приблизительно в том месте, где только что была Сьюзен. Оливия не умела плавать и надеялась на то, что здесь не слишком глубоко.
Абсолютно черная вода была малопрозрачной. Однако Оливии посчастливилось сразу же ухватиться рукой за платье Сьюзен. Сделав несколько шагов вперед, она нащупала безжизненное тело девушки, обняла ее за талию и, приподняв голову на поверхность, изо всех сил потащила ее к берегу.
Выбравшись на берег, Оливия взглянула на утопленницу. Глаза ее были закрыты, щеки мертвенно бледны. Наконец ресницы вздрогнули, широко раскрылся рот, вдыхая жизненно необходимый кислород. Сьюзен тотчас же сильно закашлялась, выплевывая попавшую в рот и бронхи воду. Но вот, увидев свою спасительницу, она оттолкнула ее.
Оливии пришлось дать ей хорошую пощечину, чтобы привести в чувство.
Ахнув, Сьюзен разрыдалась и прижалась к плечу Оливии. Та принялась гладить ее волосы и шептать слова утешения. Взглядом отыскав Анну, стоявшую по щиколотки в воде и напряженно вслушивавшуюся в слова матери, Оливия громко проговорила:
– Все в порядке, детка!
– Знаю, – кивнула девочка, – я все слышала.
Оливия внезапно почувствовала себя ужасно измученной и уставшей, у нее подкосились ноги, и вместе со спасенной Сьюзен она повалилась на песок. К обеим женщинам тут же подбежала Анна.
Сьюзен плакала.
Поцеловав дочь в щеку, Оливия повернулась к Сьюзен и, схватив ее за плечи, как следует встряхнула.
– Мисс Лейтон, вы пытались совершить ужасный поступок! Умоляю вас, одумайтесь! Неужели жизнь вам не дорога?!
В ответ Сьюзен печально покачала головой.
– Уж лучше бы вы дали мне утонуть, как я хотела… Смерть мне милее, чем уготованная судьбою жизнь!
– Сьюзен, вы еще дитя, – ласково произнесла Оливия, убирая с ее лба мокрые пряди густых волос, – у вас впереди долгая и счастливая жизнь!
Оливия отнюдь не была уверена в этом, но ей хотелось успокоить девушку.
– Нет, меня ждет кошмарная участь! Лучше мне умереть! – снова разрыдалась Сьюзен, и ее тело сотрясла крупная дрожь.
– Ее терзает страх, – прошептала Анна на ухо матери.
Оливия кивнула. Она тоже чувствовала это.
– Какова же ужасная причина, побудившая вас лишить себя жизни? – участливо спросила она Сьюзен.
Поначалу та не могла говорить от душивших ее слез и только беспомощно качала головой. Наконец она заговорила:
– Я обручена с человеком, которого все ненавидят, за которого не пойдет замуж ни одна добропорядочная англичанка. Мой отец… продал ему меня, чтобы мой будущий сын, его внук, со временем унаследовал титул графа!
Маленьким кулачком, словно ребенок, она вытерла слезы.
– Неужели это обручение страшнее смерти? – мягко возразила Оливия.
– Да! – с горячностью воскликнула Сьюзен. – Если вы обручены с Гарриком де Вером, виконтом Кэдмон-Крэг, то лучше умереть! – Ее глаза снова наполнились жгучими слезами боли и отчаяния. – Вот почему я решила… утопиться, миледи.
Оливия молчала, глубоко задумавшись. Перед ее мысленным взором возник неясный образ мужчины, которого она прежде не видела. Через секунду он прояснился настолько, что Оливия даже испугалась – она увидела тонкие черты аристократического лица, высокие скулы, прямой нос, волевую нижнюю челюсть, глаза янтарно-золотистого цвета… Пораженная такой отчетливостью видения, она решила, что, должно быть, когда-то уже встречалась с ним в действительности. Ее поразила не только показавшаяся ей давно знакомой внешность мужчины, но и волны боли и скорби, исходившее от него.
– Гаррик де Вер? Сын графа Стэнхоупа? – тихо переспросила Оливия с непонятной ей самой дрожью в голосе.
– Значит, и вы слышали о нем, миледи? – подняла голову Сьюзен.
– То, что я о нем слышала, – осторожно произнесла Оливия, – всего лишь сплетни, да и то сомнительные. Насколько мне известно, он уже много лет живет на каком-то острове.
– Десять лет назад граф уехал в добровольную ссылку на остров Барбадос, но теперь он уже в Лондоне. Вернулся, чтобы жениться на мне, – горестно вздохнула девушка.
Оливия облизнула внезапно пересохшие губы. Ей отчего-то было не по себе.
– Этому следует только радоваться, разве нет, моя милая? – слабо улыбнулась она.
– Я выхожу замуж за человека, который убил собственного брата! Чему уж тут радоваться? – опустила голову Сьюзен.
Оливия не нашлась с ответом.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Соперник - Джойс Бренда



роман потрясающий, завораживает сюжет и забирает с собой... от страниц не оторваться!!
Соперник - Джойс БрендаМария
7.10.2010, 9.28





Чем-то напоминает сюжет романа "Скандальный брак"... Но это безусловно только радует!!!=)
Соперник - Джойс БрендаГалина
13.07.2011, 7.49





роман захватил внимание вплоть до 5 главы,дальше читать не позволила тупость героини
Соперник - Джойс Брендавика
26.01.2012, 3.31





да, ну закрутила автор, а потом хеппи энд
Соперник - Джойс Брендаварвара
24.02.2012, 20.19





Согласна с выше написанным комментарием,что сюжет очень закручен,а концовка слишком быстра,роман средненький.Моя оценка 8 из 10.
Соперник - Джойс Брендатая
4.03.2012, 14.18





Хороший роман.10!
Соперник - Джойс Брендапланета
28.08.2012, 20.07





роман очень понравился. но конец оставил неприятный осадок
Соперник - Джойс Брендаарина
30.09.2012, 21.17





Роман просто замечательный! Наверное как и Я, многие считают, что обязательно надо было наказать тех людей, которые стремились уничтожить ту Великую и Искреннюю - Любовь, и то Счастье, в которых Жило, и которую Чувствовали герои нашего Романа! Но как сказал Гаррик де Вер "Вот оно, его будущее, – Оливия и Анна! И неважно, что они пережили до этого, главное, что сейчас они все Вместе и их ждёт будущее - полное счастья и любви!" И Я с ним согласна!Ведь, согласитесь, чего ещё может Желать себе человек, если не Собственного Счастья!? Гаррик прав, " Домом - называется не то место где ты живёшь, а то, где находятся Дорогие и Любимые тебе люди!!!" rnPS: Как говорится " Простить - значит идти дальше!"
Соперник - Джойс БрендаВалерия
30.01.2013, 16.03





роман просто суппер! мне он очень понравился и я не согласна с тем что гг-я тупая,просто она боится! читайте не пожалеете!
Соперник - Джойс Брендаольга
29.05.2013, 7.30





роман просто суппер! мне он очень понравился и я не согласна с тем что гг-я тупая,просто она боится! читайте не пожалеете!
Соперник - Джойс Брендаольга
29.05.2013, 7.30





А фильм есть ????
Соперник - Джойс БрендаНАДЯ
15.07.2013, 17.30





Роман не очень!через чур моного событий ни минуты обычного простого человеческого счастья роман затянут концовка не очень токое ащущение будто автор устал писать книгу и решил быстро закончить без подробностей вообщем роман не очень у автора есть романы на много лучше.
Соперник - Джойс БрендаЛюси
30.07.2014, 21.06








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100