Читать онлайн Любовь - первая и единственная, автора - Джордан Пенни, Раздел - Одиннадцатая глава в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любовь - первая и единственная - Джордан Пенни бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 40)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любовь - первая и единственная - Джордан Пенни - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любовь - первая и единственная - Джордан Пенни - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Джордан Пенни

Любовь - первая и единственная

Читать онлайн


Предыдущая страница

Одиннадцатая глава

— Ну разве здесь не красиво? — заметила Молли, подойдя к Рэну. Он любовался прудом в центре окруженной деревьями лужайки.
Когда-то, задолго до свадьбы Алекса и Молли, эта лужайка была осквернена бандой бродяг, возглавляемых наркодилером по имени Уэйн, который убедил невинную идеалистку Сильвию в том, что они борются за права бездомных.
Сильвия привела их на эту хорошенькую лужайку и в конце концов именно она сыграла главную роль в разыгравшейся драме, после того, как поняла, каким опасным человеком был этот Уэйн.
Понадобилось несколько месяцев, чтобы вернуть лужайке ее первоначальный вид. Весной она покрывалась сплошным ковром колокольчиков, но теперь пора их цветения давно прошла, и деревья уже начали желтеть, возвещая о близости осени.
— Сейчас даже трудно поверить, что когда-то это место было совсем другим, — продолжила Молли, остановившись рядом с Рэном. — Хотелось бы мне взглянуть на Сильвию в тот день, когда она упала в грязь, а ты ее отмывал… Сколько ей было, Рэн?
— Семнадцать, — не задумываясь, ответил он, и Молли бросила в его сторону пристальный взгляд.
— Гм… Когда Сильвия гостила у нас в прошлый раз, она рассказывала о том, как не хотела уезжать из «Отель-Плейс». Ей хотелось остаться с Алексом после смерти его отца, но мать ей не разрешила.
— Она была совсем молоденькой, только начала взрослеть. Холостяцкое жилище было бы для нее неподходящим местом.
— Даже если одного из этих холостяков она любила, продолжала любить… и любит до сих пор?
— Алекс и сам считал, что ей лучше остаться с матерью, — упрямо заявил Рэн.
— Я говорю не об Алексе. Сильвия хотела остаться здесь из-за любви к тебе.
— Она была ребенком, — сердито ответил Рэн, отворачиваясь. — Что она понимала в любви? Она была совсем маленькой, Молли, я был всего лишь управляющим ее брата; я не мог…
— Не мог признаться ей, что тоже ее любишь? — мягким голосом предположила Молли.
Рэн окинул ее гневным взглядом.
— Я хотел сказать, что не мог обеспечить ей такой уровень жизни, к которому она привыкла, и даже если бы смог, она была еще маленькой, совсем ребенком…
— К девятнадцати годам она повзрослела, — напомнила ему Молли и многозначительно добавила, — И ты сам это понял, Рэн. Вы стали любовниками. Ты был у нее первым, но бросил ее, позволил ей…
— Нет! Это она меня оттолкнула, — яростно возразил Рэн. — Она сама сказала мне, что легла со мной в постель ради Уэйна. Он не хотел иметь дело с девственницей… и…
— А ты ей поверил? — усмехнулась Молли.
Рэн посмотрел на нее.
— Она как раз прощалась с ним, когда я приехал, и если бы ты их видела…
— Внешность часто бывает обманчива. Люди могут очень долго скрывать свои чувства из страха быть отвергнутыми. Ты же, — тихо добавила она, — скрывал от Сильвии свою любовь?
Рэн остолбенел.
— Это Алекс тебе сказал? — возмутился он. — Он не должен был…
— Алекс ничего мне не говорил, — заверила его Молли. — Ему незачем было говорить, Рэн; я сама догадалась.
— Как?
— Я знала, что ты за человек, и видела, как ты ведешь себя с Сильвией, но все вместе это как-то не складывается, — пояснила она с улыбкой. — Почему ты не сказал ей о своих чувствах?
— Она знает, — коротко ответил Рэн. — Слушай, Молли, спасибо за сочувствие. Может, когда-то, в детстве, в юности, Сильвия любила меня, но сейчас все изменилось. Она уже не девочка, а взрослый человек. В ее жизни появился другой мужчина, который…
— Какой еще другой мужчина? — перебила его Молли и торопливо добавила, — Ты был ее единственным любовником, Рэн.
— Нет… не правда, — возразил Рэн, но Молли заметила, что его лицо побледнело под слоем загара. — Она была любовницей Уэйна, а теперь у нее есть Ллойд.
— Нет, — твердо заявила Молли. — Нет, Рэн. Уэйн и Сильвия никогда не были любовниками. Она сказала это мне еще тогда, и я знаю, что это чистая правда. С тех пор она часто это повторяла.
— Как часто? — переспросил Рэн, но затем покачал головой. — Да черт с ними, с другими мужиками. Меня не волнует, сколько их было в ее жизни, но я не могу навязывать ей свою любовь. Она любит Ллойда.
— Конечно, любит, — согласилась Молли, — но как друга, Рэн, а не как мужчину.
— Ты бы не говорила так, если бы слышала ее разговор с ним по телефону. Как она умоляла его вернуться…
Молли глубоко вздохнула. Перед беседой с Рэном она заранее обдумала, как далеко сможет зайти в своей откровенности, какие границы не должна переступать, и какими секретами не должна делиться. Но теперь она поняла, что волей-неволей ей придется нарушить собственноручно установленные правила.
— Она умоляла его вернуться, потому что хотела уехать из Хавертон-Холла, — тихо сказала Молли. — Она жутко боялась, Рэн, боялась своих чувств к тебе и… Она сказала мне, что не выдержит больше. Она сказала, что не может заниматься делом, когда все ее мысли вертятся вокруг тебя. Она хотела, чтобы Ллойд позволил ей работать где-нибудь в другом месте, где ей не пришлось бы встречаться с тобой… Это из-за тебя, Рэн. Если ты ее любишь…
— Я видел, как она переживала, когда Ллойд уехал в Лондон с Вики, — раздраженно возразил Рэн.
— Ллойд никогда не был ее любовником, Рэн. Она не любит его как мужчину, но если ты сомневаешься в моих словах, если ты действительно хочешь узнать правду, есть всего один человек, с кем ты должен поговорить. Если ты не веришь мне, Рэн, подумай вот о чем: почему женщина ложится в постель с мужчиной, если она долгие годы жила монашкой и, тем более, уверена, что этот мужчина ее не любит? Разве не потому, что ее чувства к нему настолько сильны, что не поддаются контролю? О, кстати, — Молли сделала паузу, и отвернулась, словно намереваясь уйти. — Чуть не забыла. Сильвия звонила мне прошлым вечером. Она поговорила с Ллойдом и он разрешил ей уехать из Хавертон-Холла. Завтра она вылетает из Лондона. Иногда женщинам недостаточно одной любви. Иногда нам нужно доказательство, признание, увидеть эту любовь, услышать о ней, пощупать хотя бы.


— Что случилось с Рэном? — взволнованно спросил Алекс у Молли, входя в гостиную. — Я встретил его на дороге; он сказал, что возвращается в Хавертон. Говорит, это что-то важное.
— Гм… правда?
— Молли, — с подозрением поинтересовался Алекс. — Что происходит? Что ты ему…?
— Ой, — зажав рот ладонью, Молли пулей вылетела из комнаты.
Что за глупое выражение «утренняя тошнота», — сочувственно подумал Алекс. — Бедная Молли страдает от нее круглые сутки.


Сумки были давно упакованы, записка для Рэна оставлена на столе, документы приведены в порядок; ничто не мешало ей сесть в арендованную машину и отправиться в аэропорт. Но Сильвия все никак не могла заставить себя сделать это.
Она нерешительно поднялась на второй этаж и остановилась у спальни Рэна. Дом оставался в полном ее распоряжении. У миссис Эллиот был выходной. Сильвия резко распахнула дверь и вошла. Комната совсем не изменилась с той единственной ночи, которую Сильвия провела здесь. Она подошла к кровати, дрожащей рукой погладила подушку Рэна.
Ее глаза наполнились слезами, но она не стала их вытирать. Вместо этого она решительно направилась к входной двери.
Снаружи воздух был согрет лучами заходящего солнца. Огромные клумбы вдоль дороги сплошь заросли лавандой.
Внезапно Сильвия обернулась, чтобы в последний раз взглянуть на здание. Если Хавертон-Холл всего лишь особняк, то это — настоящий дом. Она нежно погладила на прощание теплые, пористые кирпичи, прежде чем сесть в машину. У нее заказан номер в Лондонской гостинице на одну ночь, а рано утром она должна вылететь в Нью-Йорк. Пора уезжать. Тем более, что оставаться незачем.


Всю дорогу Рэн обзывал себя круглым дураком и убеждал себя, что Молли ошибается.
— Если Сильвия действительно меня любит, что мешало ей признаться в этом? — раздраженно спросил он у Молли.
— Ничего, если не учитывать ее уверенности в том, что ты ее не любишь.
Неужели Сильвия действительно уверена в этом? Почему? Всего лишь накануне ночью, держа ее в своих объятиях, он откровенно раскрыл перед ней свои чувства.
Охваченный волнением, он гнал на север, не задерживаясь ни на секунду. Когда он проезжал последние оставшиеся мили, солнце уже садилось.
Сначала Рэн заметил ее джип; его сердце екнуло, когда он убедился, что она все еще здесь. И только потом он увидел ее.
На ней был элегантный брючный костюм, в руках — портфель с документами. Рэн инстинктивно вдавил в пол педаль газа.
Рэн мчался на такой скорости, что поначалу Сильвия не могла рассмотреть за клубами пыли ни водителя, ни очертаний автомобиля. Но все же она как-то умудрилась узнать Рэна, и ее первым глупым желанием было сбежать. Но пока она лихорадочно дергала тяжелую дверь джипа, Рэн уже успел развернуться и преградить ей путь к бегству. Он вылез из машины и направился к ней с мрачным и непроницаемым лицом.
— Рэн… Я… собиралась уезжать… Я…
— Почему? — спросил он, перебив ее сбивчивое бормотание.
— Почему?
— Почему ты уезжаешь, Сильвия? Из-за Ллойда? Потому что он твой любовник, и ты не можешь вынести разлуки с ним?
Сильвия была слишком ошеломлена, чтобы изворачиваться.
— Нет! — не раздумывая, воскликнула она. — Ллойд мне не любовник.
— Тогда какого черта ты так расстраивалась, когда он увез Вики в Лондон? — взорвался Рэн.
— Я… Она… Было так ясно, чего она добивается, и что из себя представляет, а ты защищал ее, ты одобрял ее кокетство… ты хвалил ее… ты…
— Я не мог дождаться, когда же она окрутит Ллойда, чтобы ты поняла, насколько он низок в сравнении с тобой, — тихо произнес Рэн.
Сильвия уставилась на него. Наверное, солнце голову напекло, — устало подумала она. Иначе с чего бы ей померещилось это странное выражение в глазах Рэна?
— Ты не можешь и вправду думать, что мы с Ллойдом любовники, — дрожащим голосом сказала Сильвия. — Он мой друг. Он мне нравится… я люблю его, да, как человека, но… — она умолкла и облизала внезапно пересохшие губы кончиком языка.
— Не надо, Сильвия, — взволнованно произнес Рэн. — Идем со мной, — потребовал он, взял ее за руку, прежде чем она успела его остановить, и повел через покрытую гравием площадку и тисовую аллею в ту часть сада, которую Сильвия еще не успела исследовать.
Через просвет в живой изгороди Рэн показал ей маленький, потайной садик, полностью засаженный белыми розами, от запаха которых у Сильвии закружилась голова.
— Брат моего деда посадил эти розы в память о единственной женщине, которую любил. Она умерла от воспаления легких незадолго до назначенной свадьбы, и эти воспоминания — все, что у него осталось. Я не хочу, чтобы у меня остались одни только воспоминания о тебе, Сильвия. Я люблю тебя, — хрипло признался Рэн. — Я всегда любил тебя и всегда буду любить. Я не говорил этого раньше, потому что считал, что у меня нет на это права… Сначала ты была слишком юной, потом появился Уэйн, потом…
— Ты любишь меня? — Сильвия с недоверием уставилась на него. — Но прошлой ночью ты сам говорил мне, что не… Ты говорил, что знаешь, как больно мне любить тебя, но…
Она осеклась, услышав его резкий вздох.
— Нет, — поправил ее Рэн. — Я пытался сказать, что это мне больно любить тебя, зная, что ты не любишь меня в ответ.
Секунду они оба смотрели друг на друга в молчании, но затем, робко, будто не конца поверив услышанному, Сильвия протянула руку к его лицу и дрожащими пальцами погладила щеку.
— Ты любишь меня, Рэн? Я не… не… Я боюсь поверить, потому что… — Она умолкла и сжала губы, чтобы скрыть их дрожь.
— Боже, Сильвия, что я наделал… что мы наделали? — хриплым голосом воскликнул Рэн. — Я любил тебя, когда тебе было шестнадцать, и я не имел права испытывать к тебе такие чувства. Я любил тебя, когда тебе было семнадцать, и ты меня чуть с ума не свела своими приставаниями. Я любил тебя, когда тебе было девятнадцать, и ты швырнула мне свою девственность, как перчатку, отдала мне свое тело, но отказала в любви.
— Я думала, ты меня ненавидишь, — прошептала Сильвия. — Ты так разозлился на меня, когда я приехала в «Отель-Плейс»с Уэйном и «зелеными».
— Это была не злость, а ревность, — сухо сказал Рэн. — Ты и не представляешь, сколько раз мы могли бы оказаться с тобой в одной постели, если бы не эта «злость». Это или отталкивало тебя, или…
— Тогда почему…? Почему ты не ложился со мной в постель? Ты ведь знал, как сильно я этого хотела, как сильно хотела тебя.
— Нет. Нет, не знал. О, да, я знал, что когда-то ты была увлечена мною, но потом увидел тебя с Уэйном, и ты сказала, что любишь его…
— Мне показалось, что ты меня отвергаешь. А у меня ведь тоже есть гордость, — печально сказала Сильвия. — Ты так часто меня отталкивал…
— Ради твоего же блага, — перебил ее Рэн. — Как верно заметила твоя мать, мне нечего было тебе предложить.
— Ничего…? — пылко возразила Сильвия с блестящими от слез глазами. — У тебя было все, Рэн… ты же все для меня!
И когда он заключил ее в объятия и поцеловал, с розовых кустов на них посыпались лепестки.
— Как конфетти, — тихо произнес Рэн. — По семейной традиции, мы должны обвенчаться в часовне в Хавертон-Холле. Но она нуждается в ремонте, а я не могу ждать так долго. — И, поцеловав ее снова, он прошептал, — Возможно, в ней мы окрестим нашего первенца.
Сильвия удивленно моргнула.
— Ты знаешь? — переспросила она. — Ты тоже это почувствовал?
— Да, — сказал Рэн. — Почему мы были такими идиотами, Сильвия? Только одно это могло бы открыть нам глаза. То, что мы испытали той ночью, то, что мы создали, могло случиться только от настоящей любви.
— Да, — согласилась Сильвия. — Я до сих пор не могу поверить… — добавила она, стряхивая с его плеча белые лепестки. — Это… так странно. Меньше часа назад я думала, что никогда больше не увижу Хавертон-Холл и тебя. Что заставило тебя вернуться? Что…
— Ты, — решительно ответил Рэн, но затем все же признался, взглянув ей в лицо, — Молли мне сказала… объяснила…
— Молли? Но она и словом не обмолвилась, когда мне позвонила… — с возмущением начала Сильвия, но тут же умолкла. — Ой, Рэн, — прошептала она. — Страшно подумать, как близки мы были к тому, чтобы… лишиться этого… лишиться друг друга.
— Все не могло так закончиться, — заверил ее Рэн.
— Не знаю, что скажет Ллойд, когда узнает, что я передумала и хочу остаться в Хавертоне…
— Навсегда, — добавил Рэн.
— Навсегда, — согласилась Сильвия.
— Идем в дом, — неожиданно предложил Рэн. — Я хочу обнять тебя… любить тебя… доказать тебе свою любовь.
Десять минут спустя, лежа на кровати в его объятиях, поглаживая его лицо, Сильвия призналась:
— У меня был только ты, Рэн. Я не могла… не хотела…
— Думаешь, у меня было по-другому? — резко спросил Рэн.
Сильвия взглянула на него с сомнением.
— Но ты мужчина, — возразила она. — Всегда ведь был кто-нибудь… какая-нибудь из твоих подружек…
— Именно что «подружек», но не любовниц. Да, сначала у меня были ни к чему не обязывающие связи, но я давно уже ни с кем не спал. Мужчины не так уж сильно отличаются, Сильвия, тем более, если они любят так, как любил тебя я. Наверное это и объясняет… Как ты думаешь, родится мальчик или девочка?
— Понятия не имею, — ответила Сильвия. — Я только знаю, что это будет плод нашей любви.
— Нам надо обвенчаться побыстрее и без лишнего шума, — заявил Рэн. — Твоей маме не понравится…
— Я бы хотела выйти замуж в «Отель-Плейс», — тихо сказала Сильвия. — Там, где мы встретились. Мне очень нравится это комната, Рэн, — мечтательно добавила она. — Она очень тебе подходит.
— Правда? Приятно слышать, тем более, что ты за свою жизнь перевидала огромное количество комнат, — полушутя заметил Рэн, а затем привлек ее к себе и снова поцеловал.


Поженились они в «Отель-Плейс» пять недель спустя в окружении близких родственников и, естественно, в присутствии Ллойда, которого Сильвия не могла не пригласить.
Алекс вел ее к алтарю, а мама, вне себя от радости, сморкалась в платочек. Сын Алекса и Молли торжественно подал им кольца на вышитой бархатной подушечке. Платье Сильвии было кремовым с золотом.
— Я никогда не любила белый цвет, — сказала она Молли и с усмешкой добавила, — Кроме того, он не совсем подходит.
— Надеюсь, что да, — кивнула Молли. — После того, как вы с Рэном столько лет были в размолвке, удивительно, что он вообще позволил тебе вылезти из постели, даже ради свадьбы.
Сильвия рассмеялась и спросила с притворной застенчивостью:
— А с чего ты взяла, что это он меня из постели не выпускает? Я так сильно его люблю, Молли, — серьезно добавила она, — и только благодаря тебе мы снова вместе.
— Только это не пытайся на меня свалить, — усмехнулась Молли и похлопала Сильвию по животу.
Сильвия уставилась на нее в изумлении.
— Ты знаешь? Но откуда…? Я…
— Я видела, как ты изменилась в лице за завтраком, — сказала Молли. — И кроме того… Рэн так на тебя смотрит. Он очень тебя любит, Сильвия.
Сильвия невольно перевела взгляд на своего мужа, и ее сердце забилось быстрее. Как сильно ни любила она своих родственников, единственный человек, который ей сейчас нужен, это Рэн. Она тихонечко подкралась к нему, взяла под руку и мягко предложила:
— Идем домой, Рэн…


— Я и вправду считаю Хавертон своим любимым приобретением, — признался Ллойд Сильвии у входа в маленькую часовню, где только что был окрещен сын Рэна и Сильвии.
— Ты говоришь так о каждом купленном доме, — усмехнулась Сильвия, но Ллойд отрицательно покачал головой.
— Нет, Хавертон особенный. Ты прекрасно справилась, Сильвия. Ты уверена, что не хочешь вернуться ко мне на работу? Я тут такой дворец присмотрел в Испании…
— Нет. — Сильвия со смехом покачала головой. — У меня теперь своих дел невпроворот, — напомнила она, глядя с любовью, как ее муж баюкает на руках сына.
Восстановление Хавертон-Холла было закончено как раз к крестинам Рори. Официальное открытие дома для посетителей назначили на конец месяца.
Рэн не настаивал, чтобы Сильвия бросила работу. Она сама захотела остаться с Рори и, естественно, с Рэном. Быть может, через несколько лет ей и захочется вновь заняться карьерой, но это вряд ли. Она официально считалась смотрительницей Хавертон-Холла, и уход за домом и окружающей его территорией казался ей вполне достойным занятием.
Уже сейчас, до официального открытия, к ней поступило множество заказов на проведение в Хавертон-Холле свадеб, конференций и частных вечеринок. Приятно лишний раз убедиться, что прибыли от сдачи дома в наем вполне хватит на покрытие расходов по его содержанию.
— Даже если бы тебе удалось сбежать от меня, — сказал Рэн накануне ночью, — рано или поздно я все равно встретил бы Рори и догадался бы, что это мой ребенок…
— И что тогда? — с вызовом поинтересовалась Сильвия.
— И тогда я вспомнил бы, как он был зачат, и попытался бы стать частью его жизни… и твоей.
— Потому что он твой сын?
— Потому что ты моя женщина… моя любовь… — ответил ей Рэн.
Даже сейчас Сильвия не могла до конца поверить в свое везение, в свое счастье. С Рэном она смогла осуществить часть своей детской мечты — их дом был зеркальным отражением того идеального жилища, который она рисовала в своем воображении. Но дело было не только в доме…
Если Дом священника стал домом ее мечты, то Рэн был мужчиной ее мечты, хотя даже это описание не в силах выразить всю глубину и силу их взаимной любви.
Рэн был ее мужчиной, ее мужем, ее душой и светом всей ее жизни… Без него… Без него пол ее уютной кухни не был бы заляпан грязью, как в прошлое утро, когда Рэн ворвался в дом, радостно крича о том, что браконьеры, которых он подозревал в угоне скота, были пойманы на землях соседа.
Сильвия улыбнулась украдкой. Рори исполнилось шесть месяцев, и она подозревала, что задолго до второго дня рождения у него появится братик или сестренка.
— Чему ты улыбаешься? — спросил Рэн, подойдя к ней с Рори на руках и поцеловав ее в губы.
— Помнишь ту липовую аллею, которую мы посадили в Хавертоне ко дню рождения Рори?
— Гм…
— Помнишь, ты еще сказал, что посадишь вторую такую же к рождению второго ребенка?
— Гм…
— Так вот, — заявила Сильвия с блеском в глазах, — по-моему, тебе пора покупать саженцы…
— Сильвия…? — воскликнул Рэн, но она уже отвернулась, чтобы рассказать одной из его пожилых родственниц о проделанной в Хавертон-Холле работе.
Рэн взглянул в настороженные глазки своего сына и тихо сказал ему:
— Похоже, Рори, придется тебе привыкать к роли старшего брата.




Предыдущая страница

Читать онлайн любовный роман - Любовь - первая и единственная - Джордан Пенни

Разделы:
Пролог1 глава2 глава3 глава4 глава5 глава6 глава7 глава8 глава9 глава10 глава11 глава

Ваши комментарии
к роману Любовь - первая и единственная - Джордан Пенни



Один из моих самых любимых романов)))))
Любовь - первая и единственная - Джордан ПенниМарисса
20.12.2010, 23.37





Дааааа, я согласна роман замечательный
Любовь - первая и единственная - Джордан ПенниВико
21.12.2010, 15.29





Супер!!!!!!!!!
Любовь - первая и единственная - Джордан ПенниОльга
28.08.2011, 20.56





Очень хороший!!! 10/10
Любовь - первая и единственная - Джордан ПенниНастюша
5.02.2012, 7.21





Много похожих романов, а все равно приятно читать.
Любовь - первая и единственная - Джордан ПенниЛюдмила
9.02.2013, 22.38





да,довольно приятный романчик 8/10
Любовь - первая и единственная - Джордан Пенниatevs17
17.12.2013, 19.33





Пфф...классный мужик этот гг-й, посылает девушку, говорит ей гадости, а потом такой страдает, ах,она меня презирает, а я ее так люблю. Я прям тащусь от таких сюжетов. Ну бред же!
Любовь - первая и единственная - Джордан ПенниК
17.12.2013, 21.57





Надуманные проблемы.
Любовь - первая и единственная - Джордан ПенниКэт
14.11.2015, 19.04








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100